Сновидец - дорога в Понивилль

Часть 1 - Осознание

Я открыл глаза и в непонимании осмотрелся вокруг. Почему-то, у меня не получалось вспомнить, как я здесь оказался и что это за место.

Вокруг меня располагался живописный луг. Ароматные запахи травы, шелест травы под легким ветерком и общее ощущение благости наполняли это место. Вот только все было очень ярким, слишком ярким и, местами, каким-то смазанным. Похоже на… сон.

Сон? Точно! Получилось! Я ведь попытался попасть в осознанный сон, и наконец-то, вышло!

Я, следуя какой-то вычитанной в интернете методике, тут же опустил глаза, чтобы посмотреть на свои ладони и то ли убедиться, что нахожусь во сне, то ли закрепиться в нем — уже не помню, зачем так нужно делать.

Я опустил голову и тупо уставился на…

— А что это?

Я подвигал конечностями, рассматривая их. Было похоже на… пожалуй, ножку дивана. Толстую ножку дивана, обитую кожзамом и покрытую бархатом, а оканчивалась эта «ножка» чем-то более твердым, но таким же нечетким, как и реальность в периферийном зрении.

— Так… Надо успокоиться, иначе меня выбьет из сна, и все окажется зря…

Я постарался расслабиться, успокоить дыхание и мысли, и… чуть не уснул еще глубже, но вовремя спохватился.

У меня все-таки получилось поймать ту грань спокойствия и активности, когда реальность вокруг не стремиться рассыпаться, выбивая меня из сна яркими эмоциями, и, когда я не начинаю рассыпаться сам, как отдельный сознательный наблюдатель.

 Я вновь окинул взглядом все вокруг — вокруг все так же живописная полянка с очень яркой и сочной на вид травой. Приятные запахи, и… Это что, лес? Кажется, его тут раньше не было — недоуменно выдал я, посмотрев в другую сторону.

— Впрочем, не важно, сон все-таки…

Привыкнув к той мысли, что я нахожусь во сне и, заряжаясь уверенностью в том, что могу сделать все что угодно, я попытался мысленным усилием поднять камешек, лежавший на земле.

Это получилось на удивление быстро. Я ощутил, как мое сознание обхватывает камень и поднимает его вверх.

Ощущалось необычное мысленное напряжение. Это можно сравнить с поднятием предмета при помощи руки, но без ощущений самой руки. Чистая концепция тяжести предмета и того, что держишь его чем-то. Я ощущал, как частичка моего разума охватывает предмет, ощущая его структуру, шероховатость и вес, немного даже проникая внутрь материала.

Реальность чуть поплыла, стоило мне слишком сильно сфокусироваться на новом чувстве, и я поспешил отвлечься.

— Кстати, о руках…

Убедившись в своих силах, или, повторно убедив себя в своей всесильности, я захотел увидеть, что же я такое — увиденная конечность и, мельком замеченное тело, говорят о том, что либо я очень уж странный человек, либо, совсем не человек.

Повинуясь моей воле, в воздухе появилась плоскость, что в следующую секунду стала прозрачной – я совершенно забыл о рекомендации не пользоваться зеркалами во снах, а когда вспомнил – было уже поздно. Да и я чувствовал свое могущество – чего мне бояться?

Из зеркала на меня смотрело такое же, как и все вокруг, яркое существо. Кажется, таких называют «пони», вот только это не те животные, существующие на Земле, а другие, кажется, из мультика для маленьких девочек.

Хм… А ведь один мой знакомый что-то говорил об этом сериале и, кажется, даже, предлагал посмотреть его вместе. Сначала я посчитал это шуткой, а потом меня утащила рутина – я и думать забыл о каких-то там мультиках… А вон оно как сложилось.

Я с интересом рассматривал свое отражение, и помахал ему своим копытом. Отражение, закономерно, помахало мне в ответ.

Единственное, что я не мог разглядеть детали – то у меня в отражении появлялся рог, то крылья, то менялись цвета, перетекая друг в друга. Я решил посмотреть на свое тело, чтобы убедиться, но цвет был одним – разве что, не тем, что я увидел в первый раз. А еще заметил у себя мягкие и, на вид, легкие крылья.

Поднял взгляд на зеркало, а там снова все менялось и перетекало друг в друга. Стоило взглянуть на себя – у меня снова сменился цвет, а вместо крыльев, я ощутил нечто странное во лбу, а, пощупав, понял, что это был рог.

Как-то мне стало не по себе – вроде, ничего страшного не произошло, и я понимаю, что вокруг сон, но все же…

Стоило с этими мыслями вновь невольно взглянуть в зеркало, как мои мысли стали прорываться на него. И чем дольше я смотрел, тем больший объем обретали в нем мои опасения.

Финалом стало то, что я заметил, как за спиной у моего отражения начала формироваться темная фигура, имеющая узнаваемые, понячьи черты – развивающаяся грива, словно, на невидимом ветру, что напоминала собой космос.

Рог и крылья, как и все тело, почти абсолютно черные, а все это дополняли будто декоративные металлические элементы брони.

Завораживающе красиво, но вместе с тем и страшно. Я смотрел, застыв, и не мог отвести взгляд, а в моем разуме начал звучать пока неясный, но с каждой секундой, все более различимый, шепот. Я не мог разобрать слова, кроме одного: «Найтмер Мун».

В какой-то момент, я опомнился. Опомнился тогда, когда заметил, что из зеркала сочится тьма, похожая на плотный черный дым, а за своей спиной, уже не только в отражении, я начал ощущать отголоски чужого присутствия.

В этот момент я, с перепуга, вложив в это желание всю волю, что у меня была, сжал зеркало в точку – сделать это оказалось довольно просто, но почему-то, после этого действия я ощутил изнеможение. А может, это из-за пережитого страха?

Я упал на круп, часто дыша и отходя от пережитого. На месте убранного из реальности зеркала, все еще ощущалась какая-то неправильность, но та уже почти исчезла. Я даже и не заметил, как полянка вокруг из яркого и приятного места, превратилась в тёмное.. но, на удивление, не менее приятное место.

Часть 2 - Страх

Pov Лунная пони, владычица ночи и повелительница снов, Принцесса Луна:

Я пребывала в не лучшем расположении духа — опять поймала себя на мысли, что сестре уделяют больше внимания, чем мне, а ещё… Она съела мой тортик!

Я сидела в уголке и дулась на всех вокруг, не замечая, как моя тёмная часть тихонько ворочается, выпуская свои щупальца в созданный моей волей сон. Здесь можно было дать волю чувствам, сделать что-нибудь безумное, выплакаться, прокричаться, или поесть вкусняшек.

Даже если бы я, не сдерживаясь, начала всё вокруг громить, это вряд ли бы кому-то навредило.

Но вот, я внезапно ощутила, как вспышку — чью-то силу, подобную моей. Силу сноходца, причём столь великую, что, возможно, она даже могла бы затмить мою. Это сразу отодвинуло все мои переживания на второй план — их заменило любопытство.

Я, на время откинула плохие мысли, но они, похоже, не откинули меня — сгусток тьмы, что ранее незаметно вышел из меня, притаился в тени дерева.

Я захотела заглянуть туда, откуда ощутила такую яркую вспышку силы, но, к моему удивлению, у меня не получилось сходу войти в чужой сон, как я делала это с другими пони.

Не то чтобы я попыталась нагло нагрянуть в чужой сон — сначала просто заглянуть… И если всё в порядке, а моё присутствие будет уместным, я могла бы туда проникнуть. Но не получилось даже этого.

— Вызов принят! — азартно потёрла копыта Принцесса Луна, уже окончательно переменив настроение.

Ей, впервые за многие сотни лет, что-то не удалось сделать в её вотчине — в мире снов. Это будоражило, возрождало уже начавший, было угасать интерес ко всему вокруг.

Я сосредоточилась на своих чувствах, пытаясь понять, откуда пришло это ощущение, — да оно и сейчас осталось, лишь сменившись со вспышки, на равномерный, но не менее сильный, «гул».

С удивлением я обнаружила, что источник, похоже, не располагается в Понивилле. Более того — он, похоже, даже не в Эквусе, а где-то очень-очень далеко.

Не то чтобы Луна не знала о существовании других миров — скорее даже наоборот, и иногда даже наведывалась во сны их обитателей, но делала это очень редко и уже почти забыла о том, что так можно делать. Хватало забот с подопечными.

В мире снов расстояния не имеют такого большого влияния, поэтому, поняв, куда примерно она хочет заглянуть, Луна попробовала вновь, и в этот раз получилось открыть маленькую щель в чужой сон. И только Луна настроилась заглянуть туда, как проход резко закрылся.

Луна в недоумении смотрела в то место, где только что был разлом: я определённо его не закрывала. И некто на той стороне этого не делал — я бы почувствовала. Так что же тогда произошло?

Пока Луна изучала причины внезапного закрытия прохода, кусочек воли Найтмер Мун — внутреннего кошмара, тёмной сути Принцессы Луны — пробирался в чужой сон. Именно он, заметив проход, юркнул в него и закрыл тот за собой.

Осколок воли не был полноценным разумным существом, его скорее можно было назвать тенью тени принцессы. Лишь малый фрагмент, что руководствовался скорее чем-то похожим на инстинкты. Но стоило этой частичке получить больше энергии, больше внимания, больше чужого страха…

Сгусток это чувствовал и стремился туда, где было много ничейной силы, разлитой по сну, туда, где ощущался яркий огонёк чужого разума, который можно напугать и получить так нужные сгустку эмоции, что позволили бы ему вновь обрести разум и полную самостоятельность. Он, какой-то частью своих инстинктов понимал, что существовать ему осталось ровно столько, сколько потребуется Принцессе, чтобы заметить пропажу, а нового шанса может не появиться ещё очень долго…

Сгустку повезло — он нашёл в чужом сне зеркало. Предмет, что у некоторых и в обычном состоянии вызывает страх, а стоит с ним что-нибудь сделать…

Сгусток незаметно вселился в зеркало, попутно собирая разлитую вокруг силу, постепенно меняя отражаемое в зеркале и обстановку в самом сне.

Как только сгусток закрепился в зеркале, по его гладкой поверхности прошла едва заметная рябь. Будто тёмное облако накрыло происходящее по ту сторону.

Отражение стало постепенно меняться: то силуэты теней едва заметно, но неестественно отклонятся, или возникнут на миг там, где, даже нет объекта, что должен отбрасывать эту тень.

Обстановка, отражаемая в зеркале, начала приобретать холодный, мрачный оттенок — трава и постепенно проступившие в отражении деревья, из зелёных, стали серыми, небо заволокло чёрными, рваными облаками.

Поневоле захотелось отвести взгляд, но зеркало манило, подобно бездонной пропасти.

Вскоре, сгусток воли, вселившийся в зеркало, ощутил желаемое — лёгкую струйку эмоций, направленную прямо на зеркало: ещё не страх, но уже близко к этому.

Поняв, что двигается в правильном направлении, осколок воли Найтмер Мун, продолжил, нагоняя страху на свою невольную жертву. И чем больше страха испытывала цель, тем больше силы получал сгусток, тем более осмысленно действовал и тем больше власти обретал над сном вокруг.

По мере того, как сновидец смотрел на зеркало, в его глазах начали появляться беспокойство и тревога, а в глазах его отражения, было всё меньше жизни — постепенно в них поселилась тьма.

Он сделал шаг назад, но не мог отвести взгляд: теперь его отражение казалось чуждым и незнакомым.

Постепенно и глаза сновидца теряли осмысленность. Они будто покрывались плёнкой отчуждённости, из глубины которой проглядывал ужас.

Когда уже почти всё получилось, во взгляде пони что-то изменилось. Он потерял ту поволоку страха и бессильного созерцания. В нём промелькнула осмысленность и воля, а потом осколок воли, порождённый кошмаром, исчез, будучи сжатым в точку вместе со своим вместилищем.

Часть 3 - Кавалерия всегда опаздывает

Принцесса Луна с не меньшим страхом наблюдала за происходящим – она опять позволила этому случиться. И даже не заметила, когда… Ее вновь стали одолевать не самые радостные мысли, но лишь на миг – не время предаваться им, ведь пони в опасности.

В опасности из-за нее, и нужно как можно скорее его спасти.

Принцесса, уже не заботясь о тактичности или маскировке, начала ломать пространство сна, разрывая ткань реальности. Она, изо всех сил старалась ускорить открытие прохода в чужой сон.

В этот раз это было сложнее, чем в предыдущий – похоже, ее темная часть на той стороне противится этому, а возможно, сам пони, ощутив угрозу вторжения в и так не самый приятный сон, подсознательно сопротивляется.

Луна наблюдала все от начала и до конца – наблюдать за сном отсюда у нее получалось, но открыть туда проход, никак удавалось, хотя она уже была близка.

И вот, зеркало исчезло, сжавшись под взглядом пони в точку. Луна ощутила сильнейший всплеск силы – похоже, он вложил в это все, что смог…

Как только зеркало исчезло, значительная доля сопротивления пропала, и вскоре, принцесса смогла проникнуть в сон по ту сторону разлома.

Даже простым своим присутствием, без осознанного желания, она превратила чужой зарождающийся кошмар и пугающую, темную окружающую обстановку, в просто уютный ночной лес.

Возможно, даже более уютный, чем он был при свете дня.

Часть 4 - Принцесса Луна

…

-Что? Ты говоришь, что являешься принцессой – правительницей Эквестрии и владычицей снов?

-Да… Примерно так, – чуть смущенно подтвердила собеседница, не переставая неспешно поглаживать меня своим крылом. Это было очень приятно, и я придвинулся чуть ближе.

…

Как-то так вышло, что я рассказал ей сначала о пережитом только что страхе, не заметив, как она вздрогнула и отвела взгляд, а потом, и обо всей своей жизни.

О скучной, неинтересной работе, что забирает всё моё время, о хобби, что уже не приносят радости, как раньше, о друзьях, которым сначала я не уделял достаточно времени, а потом и они обо мне забыли, и закончил тем, как увлёкся эзотерикой, осознанными и контролируемыми снами.

Рассказал о том, как ухожу в них с головой, убегая от серой реальности, а когда поднял на собеседницу взгляд, заметил, как её тело сотрясают беззвучные рыдания, с каким сочувствием и непонятной виной она на меня смотрит. Этот взгляд, обжёг меня, будто молчаливый крик о помощи.

Этот взгляд нес в себе многое: осознание своей вины, мольба о прощении и какая-то застарелая тоска.

Я не выдержал этого зрелища, и обнял её, прижав к себе, принявшись так же ласково, как и она недавно, гладить её по голове, спине и крыльям.

Она ответила на объятия, прижавшись плотнее, и, чуть успокоившись, уткнулась мне в шею, а потом, сначала едва различимо и со всхлипами, а потом всё спокойнее, принялась рассказывать свою историю.

Я с большим интересом выслушал историю, похожую на добрую сказку. Пусть и в ней были злодеи, одна из которых даже, в какой-то мере, была сейчас у меня в объятьях, но все они, даже будучи злодеями, были добрее многих людей, из того мира, за гранью сна.

Стоило мне вспомнить о реальности, как уже я тихо заплакал, уткнувшись ей в шею, и уже ей вновь пришлось меня утешать. А когда я чуть успокоился, объяснил свою реакцию – ведь всё вокруг – лишь сон, и когда я проснусь, возможно, даже не смогу четко всё вспомнить. А если вспомню… Что с того толку?

Мне стало грустно от того, что существо, ставшее мне ближе, чем все, кого можно было назвать друзьями по ту сторону, лишь иллюзия моего собственного сознания.

Я смотрел на Луну, на её тёплую улыбку, такую реальную, и понимал: всё это – лишь плод моего воображения, что развеется, как утренний туман, стоит лишь мне проснуться.

Выслушав меня, аликорна, что выглядела сейчас как-то величественно, встала и расправила крылья.

Её грива развевалась на невидимом ветру, создавая картину звёздного неба. Картину лишь немного портила лёгкая припухлость глаз пони.

-Мы – есть принцесса ночи, царственная сестра и владычица снов! – невольно перешла на кантерлотский глас принцесса, но быстро сбавила градус пафоса и тише добавила: — Да, это твой сон, и я это знаю. Но это не значит, что меня не существует. Как и ты, я обладаю властью над миром грёз, могу проникать в чужие сновидения и управлять ими.

Ты ведь сам рассказывал о своём увлечении эзотерикой. Знаешь ведь, что такое сноходцы? – Увидев подтверждающий кивок и зарождающуюся надежду в глазах собеседника, она продолжила: – Так вот, я, как и ты, обладаю этой силой.

К тому же, я обладаю ещё и магией – более универсальной, но не слишком подходящей тут, силой. Но это позволит мне подтвердить свои слова. – Её рог засветился.

Сначала человек не понял, что случилось, но потом ощутил на своей левой руке тепло – именно руке. Он заметил боковым зрением, что теперь не пони, а вновь человек, но не успел удивиться, как снова превратился в пони.

– И что это было? – в непонимании он посмотрел на принцессу, а потом на своё копыто. На копыте он обнаружил будто рисунок половины луны, похожий на тот, что был на крупе у принцессы, только повернут он был зеркально.

Луна посмотрела на него и немного смутилась.

–Вот… Когда ты проснёшься, то сразу его увидишь, а ещё, я смогу по нему тебя найти в следующий раз, когда ты уснёшь. Возможно, он даст тебе что-то ещё, – ещё больше смутилась принцесса, спрятав мордочку за крылом.

Человек с интересом посмотрел сначала на знак на своём копыте, а потом на смущённую принцессу, но решил не спрашивать о причине смущения – всё равно ведь не ответит, а лишь больше смутится. Вместо этого, просто сел рядом и обнял её.

-Кстати, а почему я оказался здесь в виде пони? – тихо и немного сумбурно задал он вопрос, уткнувшись носом между ушек принцессе, что пригрелась у него на груди, лёжа на ней спиной.

-Пони?.. Хм… Точно, ты ведь человек, и для тебя это, должно быть, необычно. Не знаю… Возможно, твоё подсознание решило, что так тебе будет комфортно, возможно, ты сам этого пожелал и забыл, или, ты попал не совсем в свой сон, а занял чей-то чужой, не успевший раствориться, но уже покинутый создателем.

-Хмм-м? – приподнял ушко заинтригованный сноходец, но был столь расслаблен, что просто не хотелось говорить что-то более сложное.

Принцесса поняла его без слов.

-Да, такое иногда бывает. Иногда пон… Люди, пони – не важно. Спящие, даже, не владея даром сновидца, разве что может, совсем чуть-чуть, могут неосознанно попадать в чужие сны. Обычно в такие, что не имеют внутри кого-то, кто может их поддерживать. Исчезающие сны.

Не знаю, почему так. Возможно, занять такой сон проще, чем создать свой, достаточно четкий, для того уровня осознанности, который присущ, например, тебе.

Возможно, достаточно четкие сны просто сами не хотят исчезать и притягивают к себе тех, кто может их поддерживать. Один из таких стал моим домом здесь. В нем всегда кто-то есть, а иногда, и не один.

Этот сон продолжает существовать, дополняется деталями, а окрепнув достаточно, может существовать и без спящего внутри, какое-то время...

Человек был очень заинтригован словами принцессы и хотел так много чего ещё спросить, но лишь ощутил непреодолимую сонливость и заметил понимающий взгляд Луны.

-Возвращайся сюда в следующую ночь, знак укажет тебе путь…

Луна быстро чмокнула собеседника в щечку, все так же, пылая смущением, но кажется, он этого уже не почувствовал.

Человек уснул во сне и заворочался в кровати. Сладко потянулся, а потом распахнул глаза и воскликнул:

-Луна!

Часть 5 - брони

Я распахнул глаза.

События сна ощущались всё такими же яркими.

Не хотелось просыпаться. Хотелось вернуться назад — так уже бывало раньше несколько раз, но в этот раз всё было особенно реальным, таким настоящим…

Я стёр рукой с щеки невольно выступившую слезу, а потом посмотрел на руку, которой это сделал.

— Это… правда? — Я с неверием, но всё сильнее проступающим облегчением, переходящим в счастье, смотрел на тыльную сторону своей ладони.

На моей руке, именно там, где появился во сне, проступил знак луны.

На миг мне даже показалось, что он чуть светится, то разгораясь, то затухая, но или это было столь тускло, что сложно заметить, либо мне просто показалось, ведь теперь я этого не вижу. Кажется…

Занимаясь делами, которых день ото дня не становилось меньше, скорее наоборот, я всё больше склонялся к тому, что хочу всё это бросить и заняться чем-то другим.

Чем угодно, но только не возвращаться на осточертевшую работу и не выполнять просьбы начальства, которые и просьбами-то не были, в нерабочее время.

— Решено. Гори оно всё… Вот доделаю последнюю заявку, и пусть сами разбираются. Чёрт с ней, с этой премией, или даже, должностью. Я накопил уже достаточно, чтобы успеть найти новую работу, если даже уволят.

Отдыхать тоже нужно. — С этими мыслями, я уселся на диван перед большим экраном и задумался. — А почему бы и нет? – Я улыбнулся и нашел в поисковике первую серию My Little Pony, посмотрел на руку, где всё так же был знак луны. Даже если это всё — сбой уставшего сознания, или ещё что-то в таком духе — пускай. Я сделал достаточно.

…

Прошло уже несколько часов. Мультик оказался неожиданно увлекательным, добрым и приятным — именно тем, что было нужно измученной душе уставшего от всего человека.

Как-то неожиданно наступил вечер, а вскоре — и ночь.

Человек за это время посмотрел ещё несколько серий, а ещё, заглянув в комментарии под одной из них, вступил в обсуждение с одним из фанатов шоу.

Как оказалось, их — фанатов то бишь — называют брони. Он рассказал, что сообщество этих самых брони довольно большое и дружное, а на скептичный вопрос насчёт возраста участников, ответил, что, в основном старше 18 лет, но меньше 30.

Обсуждение сообщества продолжилось, постепенно переходя на другие темы, а потом, этот незнакомец предложил перейти в более удобное для таких бесед место и не захламлять комментарии.

Вскоре беседа продолжилась в отдельном приложении-мессенджере, где пришлось создавать аккаунт и учиться им пользоваться, но всё оказалось довольно интуитивным и удобным.

Теперь уже два брони остались довольны общением, выговорившись друг другу, а потом, от одного из них поступило предложение — вступить в некий «сервер» сообщества.

Оказалось, в этом приложении есть аналоги бесед, что позволяют пользователям объединяться, общаться — голосом или текстом, или даже, играть вместе.

Заинтригованный речью собеседника, я перешёл по его ссылке-приглашению, прошел вступительный опрос и вскоре изучал «сервер» сообщества — здесь было много всего: арты, чаты на разные темы, чаты с книгами, или «фанфиками» по вселенной и много чего ещё, причём всё такое уютное, окутанное доброй атмосферой, как и в самом мультике.

Чуть позже я узнал, что такая атмосфера царит тут не везде, но в те чаты я больше не заходил — ну их, злюк этих, которые там сидят…

Ночь застигла меня внезапно, за общением с новыми друзьями. Я даже не заметил, как лунный свет, попадающий в комнату через окно, упал на мою левую руку и, словно сделал знак ярче, контрастнее. Очень захотелось спать, и я не стал противиться желанию, лишь закрыв и отложив ноутбук в сторону.

Часть 6 - Зарождение идеи

Миг забвения, и я вновь осознал себя на той же полянке, где оказался прошлой ночью.

Обстановка немного изменилась – пространство будто стало четче, а от мрачности не осталось и следа. Простая, уютная поляна.

Пахло здесь еще приятнее, чем в прошлый раз, а краски радовали глаз яркостью и разнообразием растений.

Обнаружилась здесь и Луна, махавшая мне копытом. Она лежала на подстилке посреди этого великолепия.

— Привет :3, — с улыбкой и довольным выражением на моське, сказала мне Луна, когда я подошел поближе.

Я заметил вокруг множество тарелок, блюд и пару заварочных чайников с кружками. Из одной такой, Луна отпила, поддерживая ее телекинезом.

— И тебе привет, — с не менее довольной улыбкой ответил ей я. Только теперь меня окончательно отпустило напряжение, ведь я не был до конца уверен, что вчера всё не было всего лишь сном. Точнее, сном это и было… Но не «всего лишь», как и сейчас.

Я немного запутался в своих мыслях, и Луна вывела меня из них совершенно неожиданным образом: она бупнула меня!

Нет, я не против, но это ведь я должен был сделать!

Луна наблюдала за моим лицом и прыснула в копыто, заметив сменяющиеся на нем эмоции.

— Присоединишься? — она, сделав крылом широкий жест, как бы, обводя вкусняшки вокруг, чуть подвинулась на подстилке, освобождая мне место.

— С радостью! — я отбросил лишние мысли и улегся рядом, с интересом осматривая еду вокруг. Мне захотелось взять что-нибудь и попробовать, но как только я протянул руку… увидел, что её опять заменило копыто.

— А как?... — в этот раз Луна сдержала смех, глядя на мое растерянное лицо, но всё же, улыбнулась.

— Ты во сне, не забывай. Тут можно всё. А ещё, похоже, твой образ здесь ещё не закрепился.

При мне, ты уже трижды сменил цвет, а ещё, у тебя появляются то рог, то крылья, то оба сразу.

Можешь просто волей что-нибудь взять, а можешь зацепиться за образ пони с рогом и воспользоваться способностью, даруемой им – телекинез осваивают все, за очень редким исключением, единороги.

Это простой навык, почти не требующий сил. Попробуй, — Луна озвучила своё предложение, периодически прерывая речь для того, чтобы отпить ароматного чая – запах даже на расстоянии был приятным и манил – попробовать тоже.

— Хм… так я делать уже умею, — я, отойдя от эмоций, вспомнил, как ранее использовал волевой телекинез, поднял им кружку и неуклюже, поднес её ко рту.

Довольно сложной задачей оказалось одновременно обдумывать вопрос, контролировать движение кружки и не перевернуть её случайно по пути. Один раз я был близок к этому, но всё-таки удержал.

Донёс кружку до рта и сделал глоток.

Я испытал настоящее блаженство.

Настолько вкусного и ароматного чая, я не пробовал никогда.

Мало того, что он был просто до невозможности вкусным, так у него ещё вкус постоянно менялся, не позволяя к нему привыкнуть, и каждый вкус был по-своему приятным.

— Вауу… это… просто слов нет. Это было очень вкусно, — смог сказать я, допив содержимое кружки и, ещё немного посидев с зажмуренными глазами, ощущая постепенно пропадающее приятное послевкусие.

— Ага, — Луна, с интересом наблюдающая за мной, за то время, пока я пил чай, успела выпить уже несколько кружек и съесть пару кексиков.

— То, что ты почувствовал, — это самые приятные вкусы, которые ты пробовал, или которые мог бы представить.

Не все из них, конечно, и не самые сильные из них – такое лучше пробовать по особым поводам, иначе приестся, да еще и обычная еда будет казаться пресной…

— А, да, точно, меня этот восхитительный чай с мысли сбил. Волевым телекинезом я пользоваться умею, а как мне зафиксировать облик с рогом и им пользоваться? — спросил я, отставив пустую кружку, которая как-то незаметно исчезла и появилась наполненной рядом с чайником.

— Я начну издалека, — Луна тоже поставила свою кружку и положила на меня крыло, переводя взгляд куда-то вдаль.

Пока она туда не посмотрела, я и не обращал внимания на то, что чем дальше от этого места, тем более зыбка реальность, тем более она нечеткая, изменчивая, а на расстоянии нескольких сотен метров, вообще сливалась в неразборчивое цветное месиво.

Которое, тем не менее, постепенно становилось чем-то осмысленным под направленным взглядом. — Сила сновидца – это нечто уникальное.

Не в том смысле, что не встречается часто, скорее даже наоборот, а в том, что это не магия в привычном смысле этого слова. У нас тоже есть некий резерв, лимит на чудеса, если так можно сказать.

Один из тех, с кем я общалась на эту тему, был из далекого космического мира, тем не менее, обладал некой силой. Он назвал это «пси».

Так вот, он предположил, что за наши силы отвечает именно эта энергия.

Энергия разума. Но я не могу это ни подтвердить, ни опровергнуть, но мне кажется, что это не совсем так, или даже, совсем не так – просто ощущение.

Наша сила способна сделать всё что угодно с реальностью сна. Воплотить любое желание, или даже, повлиять на реальность в каком-то пределе.

Я не удержался и спросил:

— А как она может влиять на реальность?

— Всё очень просто, — Луна перевела взгляд на меня, пока я неосознанно поглаживал её крыло, будучи погружённым в беседу. – Ты знаешь, что такое «эгрегор»? – спросила она, так же, чуть проведя по моей спине крылом.

— Я что-то об этом слышал… Но смутно и не из очень надёжного источника. Лучше расскажи, — Попросил я, прикрыв глаза и положив голову на подложенное ей копыто.

— Если упрощать, то эгрегор – это совокупность веры, знаний, убежденности, стереотипов и всего прочего, живущего в умах, о каком-то явлении.

Эгрегоры могут быть как у реальных объектов и личностей, у исторических событий, зданий, мест… так и у совершенно вымышленных вещей.

Например, если какую-то сказку рассказать многим пони, и все они будут думать об одном персонаже из этой сказки, это создаст эгрегор этого персонажа, или, даже всей этой сказки.

Всего вымышленного мира. — Она прервалась, вновь отпив чай. Возможно, давая тем самым мне задать вопрос.

— Кажется, понимаю. Эгрегоры возникают у любого события, предмета, явления, или субъекта, если о нём знают достаточно много люд… разумных, так?

— Не совсем. Он может возникнуть и от мыслей одного существа, нужно лишь достаточно часто думать об объекте.

Ещё, имеет значение то, насколько ярок разум этого существа, — высказала Луна не совсем понятную мысль.

— Что значит «ярок»? — решил я уточнить непонятный момент.

— Ну… Я, наверное, не смогу объяснить. Это лишь ощущения. Очень часто «яркость» разума еще и с даром сновидца связана. Я не уверена полностью, что именно я ощущаю — дар сновидца, или эту самую «яркость».

Может, это одно и то же. Но это точно не магическая сила и, скорее всего, не та «пси», о которой я слышала.

Ярким разум может быть и у обычного человека, или пони, не имеющего чего-то выдающегося и не обладающего могуществом.

Так вот. Такие, яркие разумом, способны своей верой, вдохнуть жизнь в эгрегор единолично. На это даже не нужно так много времени, сколько бы потребовалось остальным.

— Ладно, с «яркими», вроде более-менее понял, хотя, позже еще хочу об этом узнать. Расскажи лучше побольше про эгрегор. Что дает его существование, или несуществование у предмета?

— Тут проще, и сложнее одновременно. Эгрегор может определять бытие предмета, как сказал кто-то из моих учеников, — ответила Луна.

— Учеников? И что значит «определять бытие»?

— Да, у меня есть ученики. Точнее, их нельзя назвать учениками в привычном смысле этого слова.

Они, как и ты, встретились мне случайно. Обычно это такие же, неопытные, яркие разумом существа.

Я замечаю их издалека. И говоря «издалека», я имею в виду, на расстоянии многих миров от себя. И чем ярче разум, тем дальше его видно.

— Если ты видишь таких, как я, так далеко, а дар этот не такой уж и редкий, как ты говоришь, то как ты попала именно ко мне? Неужели ты приходишь к каждому, кого найдешь? — решил я уточнить непонятный момент.

Луна грустно улыбнулась.

— Да, дар этот не очень редкий, вот только сохранить его могут немногие. Кто-то с головой уходит в рутину, забывает свои мечты, перестает фантазировать и грезить.

Становится совершенно ничем непримечательным пони, который только и думает, что о своих делах и ничем больше не интересуется. Я не говорю, что это плохо.

Возможно, их все и устраивает… Но как-то печалит, когда такое происходит.

Еще, хоть немного обученные сновидцы, учатся прятать себя от таких же видящих.

К сожалению, на их свет могу прийти не только я… — на этих словах Луна немного вздрогнула, что я ощутил через ее крыло, лежащее на мне, и бок, к которому прижался.

Мне показалось, что она не хочет рассказывать, что же ее так напугало, что она, лишь вспомнив об этом, вздрагивает, и я решил ничего не спрашивать. Мне и той жути в зеркале хватило, чтобы понять, что здесь есть, кого опасаться. Она ведь наверняка нашла меня так же.

— Ты ведь расскажешь, как скрывать себя? — решил я озаботиться своей безопасностью.

—Да, конечно. Это чуть ли не первое, чему стоит обучиться. Довольно простой прием, чем-то схож с волевым воздействием на сон. Раз уж ты сам попросил, давай сначала научим тебя это делать, а потом продолжим про эгрегоры, ладно?

Я кивнул и приготовился слушать.

Прием оказался и правда довольно простым – нечто схожее с медитацией, в которой нужно уловить пульсацию чего-то внутри себя и, как бы следуя ей, пропустить её через всю свою суть, ощутив нечто похожее на ауру вокруг себя.

А потом, удерживая это ощущение, волей втянуть её в себя и накинуть на неё гибкий кокон, представив, как он облегает эту «ауру», как пропускает сквозь себя всё в обе стороны, но вот излучение из этой «ауры» рассеивает, делая его неотличимым от окружающего пространства.

А потом отпустить «ауру» обратно, дав ей расправиться, но теперь, её внешний слой будет покрыт маскирующим слоем.

Луна помогла мне ощутить нужное состояние, да и с визуализацией, тоже подсказала. Отметила, что получается всё неплохо, но если действовать без помощи со стороны, это может занять несколько месяцев.

По крайней мере, по её словам, у нее на это ушло два месяца, ведь обучалась она всему сама, на начальных этапах.

— Отлично, у тебя всё получилось, и теперь я ощущаю тебя не сильно ярче, чем других людей твоего мира.

— Ты и других людей в моем мире чувствуешь? — меня это почему-то сильно удивило, и я уточнил.

— Конечно. В своём мире я ощущаю каждого пони и нередко прихожу в их сны, принося в них спокойствие и не давая случаться кошмарам.

В сны людей попадать сложнее. Особенно если они очень «тусклые». Таких даже найти очень сложно.

Это можно сравнить с искорками от костра, на фоне самого костра, где ты, я и ещё множество сновидцев – костёр, а остальные – едва заметные искорки.

А ещё… Я не очень хочу заглядывать в сны людей. Посмотрела уже некоторые из них. Даже пыталась, как и пони, помогать бороться с кошмарами, но после нескольких раз, больше не хочу, а то самой кошмары сниться будут…

Я обнял её, появившимися в очередной раз крыльями, и решил перевести тему:

— Так что с эгрегорами?

— Да, эгрегоры… В общем, все эти воплощённые знания, убеждения и верования, прикреплённые к объекту, в реальности обычно мало на что влияют.

Хотя, если во что-то необычное верят очень много разумных, особенно, ярких, это может сотворить что-то выходящее за рамки обыденности даже без магии.

Например, слышала об одном случае: в культуре народа, что я когда-то очень давно посетила, верили в то, что одно определённое дерево, способно раз во сколько-то лет, на определённый праздник, давать плоды, которые лечат от всех болезней.

Это дерево вообще не давало плодов. Это не было в его природе, но под влиянием эгрегора, дерево действительно дало плоды на этот праздник, спустя много поколений, которые верили в это.

Конечно, плоды эти были не такими чудодейственными, как описывалось, но поправить здоровье, или вылечить от простуды могли.

Думаю, спустя ещё несколько поколений, если они не утратят веру, эти плоды смогут лечить и более тяжёлые случаи и, возможно, даже, немного омолаживать.

Слышал ведь легенду из своего мира о молодильных яблоках?

— Да, но откуда ты её знаешь? — Я с большим вниманием и интересом слушал рассказ Луны.

Пока не очень верилось, что простой верой во что-то, можно это осуществить, но ей хотелось верить.

Луна улыбнулась, будто прочитав мои мысли по лицу. А может, и не по лицу, кто знает…

— А оттуда, что это не просто легенда. Такие яблоки действительно были, вот только не в вашем, а в соседнем мире.

И я даже общалась с теми, кто их ел — очень уж хотелось получить парочку таких для… Впрочем, уже не важно… Я так и не успела их добыть. — Луна на этих словах приуныла, но быстро пришла в себя, отпив ещё глоток чая. Похоже, это дело давно минувших лет.

— Вижу, ты не сильно мне веришь. В общем-то, понимаю.

Если бы всё было так просто, каждый миф, поверье, легенда, или даже, бог вашего мира, оживали бы.

И тогда, ваш мир не слишком бы отличался от нашего. Всюду бродили бы сказочные существа, цвели бы волшебные рощи и прочее. Но такого не наблюдается. Обычно…

— Обычно? — заинтересовала меня ее оговорка.

— Да, бывали и у вас исключения, но об этом потом. Главная проблема, или даже две, у влияния эгрегоров на мир такие:

Чем старше мир и чем больше в нем разумных существ, тем более незыблемы его законы. В этом и заключается главное отличие «реальных миров», от того, где мы находимся. Они реальны. То есть, существуют со своими законами, самоподдерживаются и отвергают стороннее вмешательство. Такое, как эгрегоры. Они в подобных мирах формируются и даже некоторое влияние оказывают, если достаточно окрепли, но это влияние обычно крайне слабо.

Ещё большая проблема заключается в другом. А именно в том, что эгрегор неоднороден. Он состоит из веры, знаний, убеждений и прочего, от многих разумных. Не все из них думают одинаково. Не все из них правильно понимают какой-то феномен. Но это не главное.

Многие думают об одном и том же противоположные вещи. Такое случается даже с полностью физическими и реальными вещами.

Вспомнить только теории заговоров. Да, некоторые из них оказались правдой, но чаще всего — это заблуждение.

Заблуждение, которое противоречит остальной части эгрегора, и на такие противоречия тратится тот потенциал эгрегора, который мог бы влиять на реальность.

Но это тоже не самое главное. Бывает такое, когда кто-то верит во что-то, а другой верит, что этого чего-то не существует. Хорошим примером может быть атеизм.

Я был очень удивлен всему тому, что рассказала Луна, и мне нужно было время на обдумывание, но она, похоже, вошла во вкус и продолжала рассказ.

— Да, на примере атеизма можно объяснить, почему у вас нет кого-то, подобного нам. Есть множество людей, что верят во что-то: в бога, в осознанную пустоту, в духов, во что угодно еще.

И будь они одни, все их верования воплотились бы, даже с учетом противоречий, но этому мешают те, кто верит, что этого всего нет.

И да, атеисты, как бы это смешно ни звучало, такие же верующие, как и их идеологические «противники».

Вот только они верят не в богов, а в их отсутствие. Ведь как иначе можно назвать безосновательную убежденность в отсутствии богов, если не верой?

Вот они и верят в то, что богов нет. И тем самым не дают им появиться.

— То есть, если бы у нас были одни только верующие, везде стояли храмы, а атеистов бы не существовало, бог был бы среди нас? — ошарашено спросил я.

Луна засмеялась.

— Нет, не совсем. Точнее, это могло бы быть так. Возможно, даже все те боги, в которых верят в вашем мире, у вас действительно были, но теперь, они либо ушли, либо развоплотились, либо…

Да мало ли что с ними могло случиться. Но вот если все действительно так, и они были когда-то, но куда-то делись, эгрегор, даже будь он единым, не может просто взять и создать нового из ничего.

Вся эта вера, вся сила эгрегора уходит к тому, к кому направлена.

Даже если он погиб.

В последнем случае, если вера не угаснет, а веры со знаком минус не будет слишком много, у такого бога даже есть шанс воскреснуть.

— Кстати, я думаю, что магия в вашем мире почти не распространена сейчас именно по той причине, что тех, кто верит в её отсутствие, значительно больше, чем тех, кто верит в то, что она есть.

Конечно, убрать из мира то, что там есть и вписано в его законы, простой верой нельзя, или очень сложно.

И уж точно нельзя, пока есть те, кто верит в обратное, но вот сильно уменьшить количество проявлений магии, сократить её фон, скрыть её от глаз, или заставить всех не замечать её — запросто, — Луна, кажется, закончила, посмотрев на меня.

А я находился в еще большей прострации, чем в начале ее рассказа.

— То есть, выходит… Если всё действительно так, мы своими руками убили и бога, и магию? — чувствуя мурашки по всему телу, осипшим голосом спросил я.

Луна, заметив моё состояние, обняла меня чуть крепче.

— Не всё так плохо, как тебе кажется. Маги в вашем мире есть. Возможно, даже, не только они…

Правда, они гораздо слабее, чем несколько тысяч лет назад, а отсутствие учителей, или даже просто, доступных и достоверных знаний, дополняет слабый фон.

В итоге, маги, будь они даже такими же, как я по силе, в вашем мире, не имея никаких знаний, максимум способны почуять угрозу, сдвинуть спичку взглядом, исцелить себя, или близкого искренним желанием, хотя последнее еще сложнее, ведь тут будет мешать эгрегор, создаваемый медициной, который будет противоречить подобному чуду.

Да и сам больной будет, зачастую уверен, что такое невозможно.

Я с пустым взглядом смотрел вперед. Ведь если она права…

Похоже, у меня сейчас рушится вся та картина мира, что строилась всю мою жизнь.

Часть её, конечно, останется, не противореча, да и я сам занимался эзотерикой — будучи уже близким к принятию слов Луны.

Почему-то я в итоге полностью доверился её словам, просто приняв их на веру.

Даже тот факт, что она смогла из сна нарисовать на моей руке знак, который я всё ещё видел на копыте, стоило мне лишь опустить взгляд, а ещё то, что она оказалась и в следующем сне…

Всё ещё может быть, что и прошлый сон, и то, что было после, и теперешние события — всё просто один большой и всё ещё продолжающийся сон. Или что-то не так с моей крышей, о чём я и раньше иногда думал, но я постарался отогнать эту мысль.

Ведь если это так, я проснусь в какой-то из дней. Один, в пустой квартире, в своей серой жизни, и не будет никакой сказки, которая уже стала такой важной частью моей реальности.

Я уже не хочу её отпускать…

А если я просто сошёл с ума… Что-ж. Пусть так. Всё равно я не смогу это ни доказать, ни опровергнуть, а такое безумие мне нравится.

С последней мыслью, я расслабился и посмотрел на, всё так же пристально смотрящую на меня Луну.

Кажется, она что-то разглядела в моих глазах и улыбнулась, расслабившись.

— Кажется, я слишком внезапно на тебя всё это вывалила… Только сейчас подумала, что ведь для тебя это всё — лишь мои слова. Слова сказочной пони из сна. И даже мой знак можно было как-то для себя объяснить.

Или, что ещё хуже, ты мог во всё это поверить и пасть в пучину безумия, если бы это слишком сильно противоречило всему тому, что ты знал, во что верил раньше…

Я очень давно не говорила ни с кем вот так, полностью открыто, без всяких расшаркиваний, подбирания слов…

Мне этого очень не хватало, но стоило быть сдержаннее…

— Нет, всё в порядке. Если всё это правда, то я тебе благодарен. Очень-очень благодарен.

И за то, что ты пришла ко мне вчера, и за то, что рассказала мне всё это, и за то, что продолжаешь со мной общаться.

Мне очень нравится всё — я неопределённо покрутил в воздухе копытом, что в процессе несколько раз сменило цвет. — Все вот это, — закончил я, улыбнувшись.

— Но что теперь? Вот, я знаю, что являюсь таким «ярким разумом» и что моя вера во что-то так важна. И теперь я вновь верю в чудеса, в магию… Может ли моя вера что-то изменить?

— Не думаю… — Луна чуть покачала головой, грустно вздохнув. — Здесь нужно что-то большее, чем один человек.

Да и ты ведь всё ещё сомневаешься. Моей целью не было заставить тебя поверить и вернуть тем самым в ваш мир магию, или что-то типа того.

Я просто рассказала то, что знала, ведь ты сам этого хотел — ответила Принцесса, изгибая взглядом чайную ложку, что висела перед ней, в замысловатые фигуры, сложив её в конце, в ленту Мёбиуса.

Я увлечённо наблюдал за превращениями ложки, слушая её ответ.

— Но я хочу этого. Если всё то, что ты сказала, правда, я хочу вернуть чудеса в свой мир! — даже как-то запальчиво сказал я, наполнившись энтузиазмом, ведь передомной замаячила грандиозная, невозможная, бредовая, казалось бы, цель.

Но ведь прямо перед моими глазами происходило то, что любой, не совсем уж закоренелый скептик, назвал бы чудом. А потому, что я понял из беседы с Луной, своей магией она могла бы сделать то же самое. Там, у себя в мире.

Луна заметила мой интерес и продолжила создавать интересные фигуры и иногда даже, играть с пространством вокруг и внутри них. Кажется, несколько раз она даже создала объекты, имеющие более, чем три измерения.

— Кажется, я невольно дала тебе цель. Столь сложную, что даже не смогу сказать, насколько реально это осуществить, но это точно не невозможно.

Если ты действительно возьмешься за это, я, возможно, даже помогу тебе в чем-то. Это было бы интересно…

…

— А я мог бы попасть в твой мир? — задал Принцессе я новый вопрос. Один из многих после того, как в моей голове начал проступать совсем зыбкий, но всё более четкий план, что дополнялся с каждым ответом Луны.

— Хм… Во плоти — не знаю. Заклинания межмировых порталов существуют, но я таких не знаю. Лишь слышала, что они очень сложны и много чего требуют.

Возможно, если задастая такой целью, я могла бы найти того, кто знает способ путешествовать между мирами.

Но есть другой способ. Во сне перемещаться гораздо проще, ведь перемещается не тело, а лишь отражение твоего разума. Даже не душа.

— Душа? Ты говоришь так, будто точно уверена, что она есть, — заинтересовался я этой темой.

— Конечно, есть. Иначе, перерождения с сохранением памяти были бы невозможны, а я лично общалась с несколькими такими перерожденцами в своём мире.

Думаю, у вас тоже таких немало. Просто им никто не верит, да и они сами обычно помалкивают. Такое ощущение, что при перерождении, желание молчать о своём статусе, прививается каким-то вселенским механизмом.

Но, может, это просто совпадение…

— Ты и с перерожденцами говорила? А какие они? — я, в буквальном смысле слова, навострил ушки, отчего Луна улыбнулась.

— Да… Обычные. Такие же, как и другие, только с памятью прошлой жизни, или даже, нескольких.

Я не знаю, почему они появляются, но обычно они желали именно этого. Всей своей сутью жаждали оказаться в том мире, куда попали.

Возможно, они не сразу принимали то, что это действительно случилось, но в итоге, были очень рады этому.

А ещё, они обычно близки по качествам к жителям того мира, где оказались. Будто души сортируются по мирам.

Душ, как и миров, бесконечное множество, и все они — очень разные. Бывает даже… — она снова вздрогнула. — Лучше с такими не встречаться…

…

Луна таки рассказала, как пользоваться некоторыми встроенными в понячье тело свойствами. Телекинез оказался самым простым и, по её словам, расходовал меньше силы, чем волевой, да и был проще в управлении.

Оказалось, ту самую волевую силу можно потратить всю, и тогда сон вокруг превратится в обычный, а осознанность растворится, потому за этим нужно следить.

…

— А чего ты так хитро на меня смотришь? — спросила Луна, опасливо отодвигаясь, но хитринка, заметная в её глазах, всё выдавала.

Я же, с улыбкой искусителя начал:

— Как думаешь, что будет, если брони обнаружит в своём сне тебя? Или, нас вдвоём, причём не один раз, а несколько снов подряд? — спросил я с выражением, по которому явно было видно, что я что-то задумал.

— Хм… Будут рады?.. — неуверенно спросила Луна.

— Именно! Они будут счастливы, а если получится их вытащить в осознанный сон, так ещё и групповой…

— Нет, я не хочу вторгаться во сны людей, я же говорила. Я столько… всякого там видела. Не хочу это повторять, — ответила Луна, не дослушав и замахав копытами.

— Так мы и мне будем этого делать со случайными людьми. Ты ведь наверняка это самое всякое видела у людей… всяких.

А мы можем предварительно выбрать, к кому в сон попадать. Ты ведь смогла бы попасть к определённому человеку в сон?

— М.. Думаю, да. А ведь это может сработать… — задумчиво сказала Луна.

 — Признавайся, ты решил собрать секту брони и заставить их усиленно во что-то верить? — хихикнув, спросила Луна.

— Ну… — я чуть смутился, — не прям секту, но в общих чертах, да…

— Я в деле! — заявила Луна с лихой улыбкой.

Часть 7 - Знакомства

Этот день я бездарно потратил на игры и мультики — как сказали бы многие. Но нет! Это первая фаза моего хитрого плана.

Я знакомился с брони, с самыми приятными из них, отправлялся поиграть, или смотрел мультики, и потихоньку вокруг меня появлялась компания из довольно приятных в общении, любопытных и эрудированных личностей(а может, это я сам в их компанию вошел — непонятно пока).

Было непривычно так много общаться. Я ведь раньше мало с кем разговаривал, кроме как на работе. Особенно, так долго, а тут — целый день и так много с кем.

Но это, на удавление, не приносило дискомфорта. Скорее наоборот. А еще, я узнал о смежных с брони сообществах, самым большим и дружным из которых было сообщество фурри.

— Ниро, а чем ты занимаешься? — задал мне вопрос один из брони, с которым я чаще всего общался.

Именно он меня сюда и привел. Все здесь обращаются ко мне по нику.

Сначала это было непривычно, но потом так стало даже приятнее, и на вопросы об имени, я решил не отвечать.

Полный мой ник — Oneiros^[1], но полный его вариант произносить довольно неудобно, поэтому, я пользуюсь сокращением — Niro.

— Я… Хм. Можно сказать, я в отпуске. Решил пожить в свое удовольствие. Поняшек вот смотреть начал, осознанными снами увлекался… — решил прощупать я степень интереса к этой теме у собеседника.

— Снами? И чего ты там делаешь? Эх… Мне вот ничего не снится уже давно. Раньше столько всего интересного тоже было.

По его ответу, я предположил, что эта тема ему все-таки интересна, но он мало что о ней знает, и потому, решил ее продолжить.

— О, тут ты не совсем прав. Сны снятся всем, даже крысам, что показали научные исследования. А когда кажется, что они не снятся, это лишь значит, что либо ты не прилагаешь достаточно усилий, чтобы их вспомнить, либо просыпаешься в глубокую фазу сна. Есть еще варианты, но эти — самые вероятные.

— В каком смысле «не прилагаешь достаточно усилий»? Для этого еще и делать что-то нужно? – ошарашенно спросил Минти – таким был ник у моего собеседника.

— Конечно. Но тут нет ничего сложного. Достаточно лишь считать сны чем-то важным, что нужно помнить.

И когда просыпаешься, не брать сразу телефон, не начинать с кем-то говорить и не уходить с головой в мысли о делах, или еще что-то такое делать. Вместо этого, полежать еще минут пять, пытаясь ухватить образы из сна.

Скорее всего, какая-то из мыслей, ухватится за что-то зыбкое, ускользающее.

Значит, нужно копать в этом направлении, и, когда получится вспомнить образ, уже от него можно вспомнить все остальное.

Иногда, стоит начать думать о сне, и он вспоминается сразу. И вот, если удалось вспомнить достаточно четко и, это что-то интересное, приятное, это желательно записать.

Если так делать достаточно часто, сны вскоре начнут вспоминаться сами, будут достаточно яркими и долгими. Иногда, очень долгими и насыщенными событиями.

— Звучит интересно… Возможно, попробую, — с некоторым сомнением ответил Минти.

— Попробуй. Не надо только подходить к этому, как к сложному делу. Всего 5 минут понежиться в кровати, вспоминая что-нибудь интересное из сна, — в моем голосе явно можно было услышать улыбку.

…

— Ну что, пойдем играть?

— Пойдем~ — Так закончился этот день. Хоть я и не сделал ничего, на первый взгляд, важного, но мне этого хватало.

Просто пообщаться, поиграть и ни о чем не думать. А еще, кажется, у меня появились те, с кем можно приятно проводить время и общаться почти на любые темы.

Не решился сходу рассказывать всё о снах, о Луне и всем таком – еще подумают, что я поехавший и даже слушать не станут, но вот заинтересовать в самих снах – попробовал. Потом мне даже в ЛС парочка мосек написали, спрашивали.

 Похоже, Минти рассказал своим друзьям, о чем мы говорили, и те – тоже заинтересовались.

Я не против. Рассказал и им, а еще, постарался не только рассказать о том, как помнить сны, но и дал короткую выжимку с форумов и книг по осознанным снам. Один из них особенно сильно заинтересовался этой темой, вот и спросил. Добавил еще от себя совет:

— Если есть возможность вставать не по будильнику, лучше так первое время и делать. Только перед засыпанием смотреть на время и рассчитать так, чтобы между моментом, когда уснешь, и временем, когда пора просыпаться, прошло не менее 8-12 часов.

Тогда ты проснешься сам, выспавшийся, без будильника, и ничто не собьет тебя, пока будешь вспоминать сон.

Примечание автора: как-то немного сумбурно, но первые имена, кажется, ввести удалось. А еще, рекомендации насчет снов рабочие.

Они не относятся к осознанным снам, но начать можно с них, если кому интересно. Сны действительно будут ярче, дольше и лучше вспоминаться.

Часть 8 - Пин

Я так засиделся, что даже не заметил, как уснул. Хорошо, что у меня есть ноутбук, и последние часы перед сном, я лежу с ним на кровати.

Хм… А я его с себя убрал, или так и уснул, под ноутбуком? – Примерно такими были мои мысли, когда я осознал себя во сне.

Огляделся по сторонам и не заметил Луну. — А где она?..

Стоило мне об этом подумать, как я ощутил тепло на коже, в том месте, где располагался её знак, и я заметил, как в воздухе, над поляной, ярко подсветилась огромная, вращающаяся надпись: «Я скоро приду». Кажется, она тут и раньше была, но заметил я её только когда она стала светиться.

Хм… Ладно, подожду.

Сначала я просто хотел посидеть и подождать, но потом подумал, что это будет скучно, и захотел что-нибудь сделать.

В голову ничего дельного не приходило, кроме как поднять телекинезом с земли камней и раскрутить их вокруг себя. Мне просто нравилось ощущение мысленного контроля над объектами. Чувство… могущества? Хотя… до этого далеко. Скорее, небольшой власти над окружающей реальностью.

С этими мыслями, я задумчиво ходил по поляне, пока меня не отвлек внезапный звук: «ПИИИ!».

Я недоуменно обернулся и как раз вовремя: успел поймать телекинезом непонятное существо, которое летело прямо на меня. Держал я его осторожно, но немного опасливо. Хоть и выглядело оно миленько — кто его знает, что это такое… и откуда оно тут.

Это создание было не похоже на что-то знакомое. Ближе всего, внешне, оно было к большой мохнатой птице, чем-то смахивающей на кота.

«Пиии! Пии!». Эта милота протянула ко мне лапки и посмотрела большими глазами, расширив зрачки, став напоминать кота из того самого мультика.

— Утибожечки:3 — я не удержался и, опасливо протянув копыто, погладил создание по голове. Я был готов в любой момент отдёрнуть копыто, или отпрыгнуть назад, продолжая удерживать его в воздухе, но этого не понадобилось.

Создание обнюхало моё копыто и подставило под него голову, довольно жмурясь и пурча от поглаживаний. Выглядело оно в этот момент просто умилительно, а потом ещё и обняло своими лапками моё копыто и потерлось о него: «Пии~».

Рассмотрев, и потискав, существо поближе, я пришел к выводу, что оно еще напоминает мне летучую лисицу, но пернатую и пушистую. Тем не менее, черты кошек в нем тоже проглядывались.

Пока я размышлял, кого же оно мне больше напоминает, создание, которое я уже не удерживал телекинезом, расправило крылья, помогая себе удерживать равновесие, и забралось по моему копыту. Мне на голову.

А потом, улеглось там между моих ушек. Я был немного ошарашен сим фактом, но это было слишком миленько, чтобы сопротивляться, потому я смирился, лишь дернув ушком, когда ему стало слишком щекотно от шерсти создания.

Кажется, того это не смутило, и, оно продолжило устраиваться у меня на голове. Улеглось поудобнее и, кажется, уснуло.

— Хм… И кто это, интересно? Его тут Луна оставила? — пытался я посмотреть на существо, задрав взгляд вверх, что, естественно, не получалось, ведь оно лежало ровно у меня на макушке. И пока я думал, оно обняло своими крыльями мои ушки. Странное чувство…

Я вспоминал, что нахожусь во сне, и тут можно делать всякое. Сначала подумал, что можно посмотреть в зеркало, но, вспомнив предыдущую попытку, решил, что пока не готов к подобному.

А потом, мне пришла другая идея: «А почему бы не попробовать посмотреть на себя со стороны? Как бы от третьего лица, как в некоторых играх?»

Эта идея показалась мне интересной, и я принялся за попытки ее реализации. Что именно нужно делать, я, конечно, не знал, но мне показалось, что просто желания будет достаточно.

Нужно просто как-то направить на это некую энергию, свою волю… Примерно так же, как я управляю движением камней вокруг себя. Камни, кстати, так и продолжали неспешно крутиться вокруг меня.

…

Спустя какое-то время, большую часть коего, я провел в полулежащем положении, в состоянии, близком к трансу, я, кажется, нащупал верный путь к реализации своего желания. Я ощутил, как именно направляю свое внимание и намеренье на камни.

Попробовал сделать то же самое с желанием посмотреть на себя со стороны.

Кажется, что-то начало получаться, но когда моя точка восприятия достаточно сильно сдвинулась назад и начала подниматься вверх, а я продолжал ощущать свое тело неподвижным, это вызвало сильную дезориентацию и головокружение. Меня чуть закачало, а потом меня по голове стукнул камень. Тот самый, что вращался вокруг меня.

Я отвлекся от поддержания их движения, и один из них так удачно прилетел мне в голову. Хорошо хоть, что крутился он медленно…

Но это мне, как ни странно, помогло, ведь вернуло мою точку восприятия обратно в тело, отчего дезориентация прошла, а я потер копытом место удара. Болеть оно уже перестало, да и не было больно почти. Просто неожиданно.

И в этот момент – я даже не заметил, как наступил закат.

«Хм… А тут раньше было солнце вообще?» – в этот момент, вместе с закатом, в небе вспыхнула луна, а потом, луч от нее, немного напоминая жидкость, густым потоком обрушился в центр поляны. Прямо в то место, над которым висела надпись.

Этот полужидкий свет собрался в форму вытянутого прямоугольника и пропал, а в том месте осталась висеть дверь, что через миг распахнулась, и через нее влетела Луна с немного усталым, но радостным выражением мордочки.

Она увидела меня и, взмахнув крыльями, полетела ко мне, а потом остановилась прямо об меня, опрокинув на землю и обняв меня всеми конечностями.

Я удивленно посмотрел на нее, но обнял в ответ, ощутив легкий мятно-лавандовый запах от ее гривы.

— Привееет! — сказал я, улыбаясь и поглаживая её по голове.

— Привет~ — с какой-то не совсем понятной интонацией ответила она. Было похоже, будто она полностью расслабилась только сейчас, что я ощутил особенно сильно, когда она будто растеклась в моих объятьях, расслабив все мышцы.

И в этот момент, существо, о котором я уже позабыл — так уютно оно устроилось у меня на голове, что даже не напоминало о себе — проснулось и уведомило округу об этом, своим звонким «Пииии!».

Луна аж подпрыгнула от неожиданности и, взъерошившись, стала оглядываться по сторонам.

— Кто здесь?! — Луна так и не заметила моего всадника, что спрятал свою мордочку за моими ушами и прижался плотнее, поглядывая на Луну из-за ушка.

— Ой, Луна, совсем забыл сказать. Вот, смотри, какую милоту встретил! :3

Луна перевела свой взгляд на меня и увидела, как я раздвинул ушки в стороны. А между ними, была любопытная мордочка, что смотрела прямо на нее, «Пи-ии?» — с заинтересованной интонацией выдало существо.

Луна опустила вскинутые крылья и подошла ко мне поближе, заинтриговано рассматривая зверюшку. Рог ее немного засветился, но ничего не произошло. «Сканирует, наверно», — понял я.

— Ого, откуда это существо тут? — заинтересованно спросила Луна, переводя взгляд между мной и моим всадником. Тот уже не прятался за ушами, а встал на четыре лапки и, кажется, принюхивался.

— Мм-м? Я думал, это ты его здесь оставила, чтобы я не скучал… — непонимающе посмотрел я на Луну.

— А... Нет, я никого тут не оставляла, — ответила она, усаживаясь передо мной.

Я осторожно поднял создание телекинезом и остановил его у себя перед глазами.

«Пи!» — сказало оно.

…

— Скорее всего, это образ из чьего-то сна, который продолжил существовать после того, как сон закончился.

Такое бывает, если что-то из сна особенно запомнилось его «создателю»(видящему этот сон). Если что-то конкретное вызвало много эмоций, привязанность, запало в душу… Особенно, если «создатель» даже после пробуждения думает об этом.

Так запомниться может место, существо, предмет, способность… Что угодно. В нашем случае, это существо.

А, судя по поведению этого существа, оно ещё и одушевлённое, а не просто образ.

— В каком смысле «просто образ»? — спросил я, когда Луна прервалась, осторожно погладив создание. Оно благосклонно приняло ласку и потерлось о копыто Луны, отчего принцесса улыбнулась.

— Образ… Попробую объяснить понятно: в обычном сне, том, который является плодом воображения, или подсознания разумного существа(кстати, не всегда разумного), это нечто, что лишь походит на объект, выполняет его функции, вызывает схожие эмоции… Но образ — это не настоящий предмет. Как эгрегор, но ещё менее реально.

Ты никогда не замечал, что, когда пытаешься сосредоточиться на деталях чего-то во сне, то они довольно зыбкие, неточные, смазанные?

— Да, было такое, но мне казалось, что это нормально для сна…

— А это, как раз, нормально. Нормально для сна, который полностью иллюзорен и исчезнет по пробуждению. Всё внутри него — образы. Нечеткие иллюзии, что лишь походят на свой прообраз, но им не являются, лишь примерное подобие.

Образы, кстати, проще всего создать – перед Луной внезапно возникла наковальня. — Вот, смотри. Это образ. Видишь, какой он нечеткий и как бы, плавится под взглядом, чуть меняя форму?

— Да. — Я с интересом рассматривал наковальню. И та действительно была чуть размытой, зыбкой, и, стоило внимательно к ней присмотреться, я замечал, как нечеткие ранее детали, прорисовываются, а сама наковальня, будто оплывает. Будто она пытается измениться таким образом, чтобы наиболее точно соответствовать тому, что я понимаю под словом «наковальня», — понял я, что и высказал Луне.

— Да, молодец. Всё именно так и работает. Чем внимательнее ты вглядываешься в образ, тем больше он изменяется, подстраиваясь под твои представления. Это тратит немного твоей сновидческой силы, но гораздо меньше, чем прямое воплощение объекта.

Если долго рассматривать образ, делать его более детализированным, он в итоге может стать «настоящим». Настолько настоящим, насколько может быть таким здесь. Это уже будет не просто образ, а нечто большее. И такой, изменённый образ уже не исчезнет после пробуждения создателя. Не исчезнет сразу…

— Интересно… — Я продолжал рассматривать наковальню. Даже постучал по ней копытом, и, кажется, она перестала изменяться, зафиксировавшись в достаточно четкой форме. Чем-то она мне напоминала наковальню из одной кубической игры.

— У тебя получилось реализовать образ. У пони со слабым даром сновидца, на такое может уйти несколько дней, но такое всё равно случается. Особенно, когда им снится один и тот же сон несколько раз.

— И что, это существо, тоже было таким же образом, но его кто-то реализовал? — спросил я, с интересом рассматривая мордашку существа, которое перелило на наковальню и с важным видом расхаживало по ней.

— Да. То есть, нет. То есть… возможно, оно именно так появилось, но потом, у него появилась душа. Это уже совсем другая степень реальности. Душа, в сущности, может быть даже у камня. И в реальном мире, у камней души действительно есть. Потому он и реален… Наверное… — последнее, Луна добавила едва слышно.

— Что? У камней есть душа? И… что значит «появилось»? Вот так взяла и появилась, сама собой?.. — меня очень заинтересовала эта тема и я стал засыпать Луну вопросами.

— Подожди-подожди! — Луна замахала копытами, останавливая поток вопросов, улыбнувшись, когда заметила мой горящий любопытством взгляд. Опять она рассказывает что-то новое о мире, что мне было совершенно неизвестно.  — Да, у чего угодно может быть душа. У тех же камней… Я бы не назвала это душой, скорее, энергетикой, но один маг убеждал меня, что это всё-таки души.

Я не знаю, как у этого создания появилась душа, и не знаю, как они вообще появляются. Могу только рассказать, что я видела сама.

Я быстро закивал, глядя на неё.

— Ну… Например, я наблюдала, как одно дерево во сне стало живым. Я часто приходила в сон к одному грустному жеребёнку, которого никто не понимал, и только во сне он находил отдушину. Сначала он просто гулял по красивым местам, что сам же и придумывал.

У него был небольшой сновидческий дар. Не такой сильный, как у нас, но этого хватало, чтобы видеть яркие и интересные сны, а со временем, он развился достаточно сильно.

И вот, я стала его навещать. Мы часто общались, как сейчас с тобой. Только там была не полянка, а скорее, парк. И в этом парке было дерево, под кроной которого мы встречались.

Спустя несколько встреч, это дерево, под вниманием жеребца, сначала из образа, стало более реальным, потом он дал дереву имя и сидел под ним довольно часто, пока ждал меня. А потом, я пришла в очередной раз и ощутила, что у этого дерева есть душа.

Много лет спустя, я наведалась туда снова и увидела гигантское, красивое дерево, которое уже само поддерживало сон вокруг себя.

— Ваау… Звучит классно, можно мне посмотреть? И где тот жеребёнок?

— Почему бы и нет. Можно будет сходить туда, а жеребёнок… Не знаю, давно это было, мы и не общались почти после того, как он нашёл друзей… — я заметил на лице Луны промелькнувшую улыбку. Немного грустную, но тёплую. Будто, ностальгичную.

— Точно! Имя! — Я посмотрел на существо, — Будешь Пином! — я засмеялся, подумав о пингвине из мультика. Сам не знаю, почему именно Пин, но звучит забавно.

Существо взъерошилось, гордо расправило крылья и выдало: «Пи!».

Я ощутил лёгкий отток сил.

С учётом моей чувствительности, что была довольно посредственной, энергии ушло достаточно много. По ощущению, я бы на нее, мог поднять Луну телекинезом и несколько часов держать её в воздухе.

— Ого. Ты только что создал полноценный эгрегор для этого существа, — Луна погладила Пина по спинке, отчего тот довольно запурчал, а потом, вскочил, взмахнув крыльями и запрыгнул Луне на голову. Кажется, ему больше всего нравится сидеть между ушек.

— М-мм? И что это значит? То есть, что это даст Пину?

— Ничего особенного, по крайней мере, сразу. Но теперь, он точно не исчезнет, пока ты о нём помнишь. И тем более, пока о нём помню я. Хотя, я могу намеренно перекрыть передачу силы в его эгрегор, но не буду. К тому же, уходит даже не сила сновидцев, а что-то другое…

Кстати, я недорассказала…

Тебе очень повезло найти Пина. Редко одушевлённые существа из снов, дружелюбны. Чаще всего, это духи, что вселяются в образы.

Обычно они пытаются вызвать негативные эмоции, чтобы подзарядиться. Ведь первое время, такие существа не могут поддерживать своё существование самостоятельно и оттого, нуждаются в сторонней подпитке.

А проще всего им получать подпитку из эмоций тех, кого они встречают, странствуя по снам.

Почти всегда, такие существа, просто никого не встречают и исчезают, а дух покидает исчезнувший образ, или отправляется на перерождение.

Но если одержимому образу повезло, он попадётся на глаза кому-то. И тут два пути развития событий:

Либо одержимый образ что-то делает, что вызывает эмоции и продолжает существовать за счёт полученной энергии, либо ничего не делает и просто исчезает. Своего рода, естественный отбор…

И так уж получилось, что если кто-то в своём сне увидит, например, стул, который начал двигаться, он, скорее всего, испугается. И первой эмоцией, что даст духу подпитку, будет страх.

В будущем, дух поймёт, как его вызывать, и будет всё более успешен в этом, даже не пытаясь сделать что-то ещё.

А ведь сторонняя подпитка таким созданиям нужна только первое время, потом это не обязательно, но они всё равно продолжают пугать всех вокруг, привыкая к такой жизни и лёгкой энергии…

Часть 9 - В чужие сны

…

— Кстати, а где ты была, если не секрет? — поинтересовался я, почему Луна пришла в этот раз не сразу.

— Не секрет. Я ведь тебе рассказывала, что обеспечиваю пони хорошим сном и оберегаю от кошмаров? Так вот, этим я и занималась.

— Неужели ты каждую ночь обходишь сотни, или тысячи пони в их снах? Не знаю точно, как много пони видят кошмары каждую ночь, но, наверное, много…

— Конечно, нет. Я не заглядываю в каждый сон лично. И да, довольно много пони нуждаются в моей помощи, но не так много, как ты думаешь. Всё же, пони – не люди.

С тем, чтобы успеть к каждому, кто во мне нуждается, мне помогает мой эгрегор.

Каждый раз, когда кому-то снится кошмар, частица эгрегора, отправляется в сон такого пони. Ведь это основа эгрегора: всегда, когда кому-то снится кошмар, я должна прийти и помочь.

Это и воплощается эгрегором. «Я» прихожу. На самом деле, пони часто достаточно просто увидеть меня, чего достаточно, чтобы кошмар закончился. Если этого не хватает,  эгрегор начинает изображать борьбу с кошмаром, и воображение пони делает всё за меня.

Но иногда, кошмар слишком сильный, как тот, где я задержалась, например.

На такое мне приходится приходить лично.

В таком сне сначала оказывается всё более и более крупная часть эгрегора. Она уже действительно сможет решить проблему самостоятельно, если воображение пони не помогает.

Либо я беру контроль над его частью, переливая в сон свою силу, помогая эгрегору.

Иногда даже это не помогает, и тогда приходится перейти туда полностью, лично.

— Это что же такое должно случиться, чтобы тебе пришлось самой прийти в сон пони, если всё так работает?

— На самом деле… Ничего такого сложного. Просто для кого-то, события сна столь важны, так задевают их, что они не могут справиться с ними самостоятельно. И даже моего эгрегора недостаточно. Нужна настоящая сила сновидца.

Например, недавно я помогала справиться со страхом перед публичным выступлением у одной талантливой пони. Там недостаточно было просто заставить исчезнуть предмет страха.

Нужно было постепенно перевести сон из кошмара, в такой, где всё проходит хорошо, выступление проходит успешно, а штора такая вкусная, что стул превращается в пиццу, — Луна хихикнула, явно вспоминая это.

Я тоже улыбнулся:

— А ты сама это придумала?

— Нет, это уже воображение той кобылки постаралось. Я лишь сделала всё так, чтобы сон больше не был кошмаром, — ответила Луна, укладываясь рядом со мной и, положив мне на спину голову.

На что я приподнял крыло и укрыл её.

— А можно мне посмотреть на твою работу? – спросил я с затаённым опасением — вдруг откажет.

— Да! Я была бы рада. Может, даже, тебе удастся не просто посмотреть, а помочь, или сделать что-нибудь интересное. Я всё ждала, когда ты об этом спросишь, а самой предлагать было как-то неловко… — Луна не только не отказала, чего я опасался, а наоборот, была рада моему вопросу, даже непроизвольно замахала хвостом и распушилась. За что тут же была затискана.

…

После обсуждения, как и что будет происходить, я уяснил для себя следующее:

Луна как-то ощущает, где нужна её помощь. Точнее, ощущает не она, а её эгрегор, посылая в сон нуждающегося, нечто, вроде образа Луны. Это не совсем образ, но более внятно она объяснить не смогла. Говорит, потом сам пойму.

Так вот. Её «образ» оказывается во сне у того, кому нужна помощь. Он либо просто своим присутствием исправляет сон, либо перетягивает к себе всё больше силы эгрегора, что ощущает Луна и понимает, где, возможно, она понадобится лично.

Дальше она либо сразу отправляется в сон, который втягивает в себя эгрегор Луны, либо ждёт, пока проблема решится сама.

Чаще всего, так и происходит – Луна всё-таки не может успевать всюду. Хотя, контролировать сразу нескольких своих «аватаров» она может, хоть и очень не любит так делать.

И сейчас, раз я сам вызвался помочь, она предлагает отправиться вместе с ней на один из зовов, где не справляется эгрегор.

Она знает о сне лишь то, что это происходит в Понивилле. Можно, конечно, узнать и больше, заранее, но она улыбнулась и спросила: «Ты же не хочешь спойлеров, верно?». Ууу, какая…

Но я с этим согласился. А ещё, меня обрадовало то, что мы наконец-таки попадём в Понивилль, пусть и таким способом.

Часть 10 - Работа Луны

Процесс перехода был простым. Луна резко взмахнула головой, одновременно с чем, её рог ярко вспыхнул. И в воздухе осталась висеть ровная, вертикальная линия, что разгоралась всё ярче, пока свет из рога Луны и от луны с неба, вливались в эту линию.

Вскоре, она стала напоминать разрез в пространстве, который резко расширился и начал напоминать портал в космос. Темнота и множество звёзд. Какие-то непонятные всполохи и росчерки.

Луна подошла ко мне, обняла крылом и сказала, что она проведёт нас к цели, нужно лишь не отходить от неё по пути, иначе можно попасть совсем не туда, куда нужно.

Когда я спросил «куда?», она развела копытами и ответила: «Да… куда угодно. Хоть в чей-то сон, хоть в эгрегор книги, хоть в Ничто». Последнее она произнесла с большой буквы, выделив интонацией, и отказалась объяснять, что это такое.

Сказала лишь, что попадать туда не стоит — очень уж сложно самостоятельно выбраться обратно. Её чуть передёрнуло на этих словах. Она явно там бывала.

…

Мы проносились сквозь пространство, наполненное чем-то для меня непонятным. Звёздочки проносились с огромной скоростью, а от нитей и разноцветных облаков, рябило в глазах. Хотя у меня было ощущение, что вижу я это всё не с помощью глаз.

Последняя мысль привела меня к другой: а ведь если я во сне, глаз как таковых у меня тут и нет. Значит, воспринимаю я окружение чем-то иным… Интересно, а если я попытаюсь сменить свою форму, допустим, на камень, я всё так же буду продолжать видеть, если буду уверен, что это возможно?

За мыслями, я и не заметил, как мы прибыли. Пространство перестало проноситься с безумной скоростью, и мы внезапно влетели в одну из таких звёздочек. Я аж зажмурился от неожиданности и яркости. Казалось, будто мы разобьёмся об этот сгусток света, но нет.

Миг дезориентации — и я ощутил себя, стоящим на копытах, а вокруг увидел… Хм, кажется, это школа? Деревянный пол, кругом парты, а за ними сидят пони…

Какие же они смазанные. Ни тел разглядеть, ни лиц. Очень нечёткие образы. Но тут распахнулась дверь, и в неё вошла взрослая кобыла. Неразборчивый гул детских голосов стих, а кобыла прошла за свой стол. Похоже, это учитель. Она тоже была довольно нечёткой, но уже более различимой, чем жеребята, но лицо всё равно не разглядеть.

Тишина казалась даже зловещей. Кто-то пытался спрятаться за учебниками, кто-то тянул копыто. Спрятаться пыталась и единственная кобыла, чей образ был четким.

Я попытался найти взглядом Луну. Оказалось, она стоит чуть сзади меня, с левой стороны. Я обернулся и вопросительно взглянул на неё.

Луна подошла ко мне и тихо сказала:

— Она нас пока не слышит, но всё же старайся не шуметь. Мне сложно скрывать кого-то, кроме себя.

— А почему мы скрываемся? — шёпотом спросил я, наклонившись к уху Луны.

— Стоит посмотреть, в чём проблема. Эгрегор не справился. Даже когда он изменял сон так, что он должен был перестать быть кошмаром, всё вскоре возвращалось обратно.

Пока мы это обсуждали, учительница с суровым видом осматривала класс. Она явно игнорировала всех, кто тянул копыто, и выискивала тех, кто прятался за учебниками. И вот, она выбрала первую жертву.

— Ты! Иди к доске. И не забудь захватить домашнюю работу, — она указала копытом на одного из самых незаметных жеребят, и тот, на дрожащих ногах, пошёл к ней. Не забыл он захватить и пустую тетрадь. Там так и было написано: «пустая тетрадь».

— Я… м… я домашнюю работу дома забыл… А ещё, я съел дракона, то есть, её съела крыса… И вообще, я болел…. – начал он явно пытаться придумать отговорку, почему у него нет домашнего задания.

— Плохо… Два тебе за домашнюю работу. А теперь иди к доске и решай пример:
— Два минус карандаш плюс восемь яблок и разделить на ноль. Что стоишь? Решай.

Жеребёнок на дрожащих ногах подошёл к доске, взял мел в зубы и стал чертить что-то абстрактное на доске. Судя по качанию головой учителя, ей не нравилось то, что она видит.

— Неправильно! Опять два. Завтра родителей в школу! – эхо её голоса отражалось от стен, многократно усиливаясь и на этих словах, она ударила копытом об стол, и под учеником исчез пол, после чего он с протяжным криком «Нееет!», провалился вниз.

После этого, учительница окинула хищным взглядом класс. У неё даже глаза засветились красным.

Она задержала взгляд на сползшей под парту девочке-единорожке, которая накрыла голову копытами и что-то неразборчиво шептала. Учительница будто видела её сквозь парту в выкрикнула:

— Сенди Сноу! К доске!!

Кобылка под партой вздрогнула и выбралась. Обреченно огляделась, а потом подхватила стопку пустых тетрадей и поплелась к учительнице.

— Я не поняла тему… И у меня нет… — начала она, но ее прервали.

— Как это нет?! Ты не сделала домашнее задание четыре раза подряд! Я поставлю тебе четыре двойки красной ручкой!!

А ну-ка давай дневник.

На этом моменте, Луна, кажется, поняла, в чем дело, и стала мне нашептывать.

Она предположила, что эта ученица действительно не сделала домашнюю работу и очень переживает о том, что ее спросят. Именно поэтому эгрегор был бессилен – даже если Луна появляется во всем своем великолепии, это не решает проблему с невыполненной домашкой, и сон в итоге возвращается в то же русло.

Мы не могли решить эту проблему, но можно было попробовать хотя бы сон исправить – кошмары явно не сделают ситуацию лучше.

Луна предложила решение: она будет стоять в стороне и воздействовать на сон, а мне нужно притвориться учительницей, но правильной, хорошей…

Я уточнил несколько деталей.

Оказалось, что мне лишь нужно прийти на место учителя и импровизировать, остальное сделает Луна.

Я тихонько пошел к парте, что стояла рядом с доской, и, когда уже почти подошел, образ злой учительницы просто ПУФ! и исчез, развеявшись, как дым. На полу лишь остались конфеты. Почему-то…

Кажется, единорожка этого не заметила, продолжая угрюмо стоять. Я оглянулся на Луну, заметив, что у нее мерно светится рог, а она махает мне копытом, мол «иди, иди».

Я послушался ее и встал на место учителя. Ощутил какой-то воздействие Луны и заметил, что на мне теперь одежда, смутно напоминающая то, что было на этой учительнице.

— …И дневник я дома оставила, — услышал я в тихом бормотании ученицы, когда она подняла на меня взгляд.

Я на мгновение растерялся, но потом начал импровизировать:

— Ничего страшного, тогда потом домашнюю работу принесешь. А какую тему ты не понимаешь?

Ученица удивленно на меня посмотрела и робко улыбнулась. Выражение обреченности стало покидать ее моську.

— Я… не понимаю деление, — робко, но чуть более спокойно сказала она, ведь раньше она чуть не плакала.

— О. Тогда смотри… — я телекинезом поднял мел, на что поймал на себе удивленный взгляд ребенка, – «во же… Учительница ведь пегас, а я телекинезом… Ладно, это все равно сон, авось, не обратит внимания…» — …Вот, видишь, деление позволяет узнать, сколько раз второе число нужно сложить само с собой, чтобы получить первое… — я написал на доске несколько примеров и указывал то на один, то на другой.

Попытался объяснить доходчиво и, судя по взгляду пони, похоже, она меня поняла. Даже подошла к доске и решила парочку примеров, ответ к которым я специально не написал.

— Молодчина! Пять тебе, все правильно решила. Вот, держи конфетку, — я протянул ей, конфету, одну из тех, что остались от учительницы. Посмотрел на Луну, рог которой все так же светился, и увидел, что она одобрительно кивнула. Похоже, я все сделал правильно…

Тут внезапно, всеми забытый Пин, спрыгнул с моей головы и запрыгнул на стол перед девочкой. «Пиии!».

Девочка закономерно умилилась и принялась его тискать, а Пин и доволен. Мне даже показалось, что он стал еще чуть четче, контрастнее, хотя куда уж больше-то…

…

— А что ты делала все то время, пока я говорил с единорожкой? Я так понимаю, когда у тебя светится рог, это значит, что ты что-то делаешь? — поинтересовался я, откусывая кусочек от рожка мороженого. Когда этот сон перестал быть кошмаром, мы сходили с той единорожкой на аттракционы, а потом на — рынок вкусняшек. А потом она проснулась.

Сон тотчас попытался развалиться, но Луна этому помешала. И теперь мы ходим по этому рынку, обсуждаем прошедшую операцию и едим вкусняшки.

— Я поддерживала неизменность сна. То есть, не давала воображению девочки вновь сделать его кошмаром, пока она еще переживала и боялась. А еще, поддерживала на тебе образ её учительницы.

— Кстати, об этом… А почему именно я изображал её?

Луна хихикнула.

— А почему бы и нет?

На такой аргумент мне было нечего ответить.

А потом Луна сказала, что снова обнаружила сон, в котором нужна её помощь. Причем в этот раз она затрудняется сказать, где находится тот, кто его видит. Но, похоже, это человек. Вот только явно не с Земли.

 — Пойдем?

Я, заинтригованный её словами, разумеется, согласился. На что Луна взмахнула рогом и раскрыла проход, в который мы вошли.

Я успел обернуться на сон, что мы покинули. Тут он выглядел звездочкой, что довольно быстро угасла.

В этот раз, путешествие до нужного нам сна, заняло значительно больше времени, но в итоге, мы влетели в едва тлеющую точку. Не такую яркую, как те, что мы видели раньше.

Сначала мы не увидели ничего, но потом, вокруг одинокого человека, что стоял в пустоте, начал появляться мир, а сам человек стал прозрачным и исчез.

Какое-то время, мир проявлялся, несколько раз изменившись, а потом, человек вновь появился. На этот раз, он был явно моложе. Он и раньше был почти подростком, а теперь, оказался совсем ребенком.

Он оказался в компании других детей. Все они куда-то шли, беседовали, смеялись, во что-то играли. Никаких признаков кошмара, кроме странного начала сна.

— Эл, пойдем играть в мяч, — сказал один из ребят, явно обращаясь к создателю сна.

— Пойдем! — ответил он.

А потом, все внезапно накрыло тенью. Какой-то тяжелой, затхлой, неприятной. И все начало исчезать, испаряться.

Все происходило так быстро, что мы даже не успели ничего понять. Лишь услышали крик человека:

— Нееет!

А потом, все началось сначала: человек, стоящий в пустоте. Только в этот раз он был еще чуть моложе. В тот момент, когда мир исчез, от фигуры человека, будто отделились пылинки, что тускло светились в этой тьме, что поглотила весь мир. А потом мы вновь увидели, как создается мир.

От человека во все стороны разошлась волна силы. Едва заметная, но мы были более внимательными, чем в первый раз. Эта сила становилась мощнее, проходя через тлеющие крупицы, а те, наоборот, меркли. Вместе с этой волной силы, из фигуры человека, вылетело еще несколько ярких крупиц, отчего фигура померкла, а мир вновь начал образовываться.

— Что происходит? — в непонимании спросил я.

— Не знаю… — напряженно ответила Луна, закусив губу, — но явно ничего хорошего. Похоже, что-то разрушает разум человека. Это не просто кошмар, здесь есть какая-то чуждая, враждебная энергия. Ты ведь чувствовал, как в момент, когда наступила тьма, из тебя начало вытягивать силы?

— Нет… Кажется — я уже был не уверен, но моя чувствительность оставляет желать лучшего, так что, я мог просто не заметить, если потеря не слишком велика.

— А я ощутила. Отток довольно маленький, но это он для нас маленький, а для него… Я вижу, что его разум почти померк. Он светится еще тусклее, чем у тех, кого я воспринимаю, как потухших. Но вот эти крупицы…

Такое ощущение, что он выплескивает из себя силу, вместе с кусочками своего разума, чтобы оттянуть затухание, а еще, вместе с тем, создает вокруг себя сон. Возможно, это светлые для него воспоминания, за которые он пытается зацепиться и получить из них силы для сопротивления, но все тщетно. Чем больше он сопротивляется этой энергии, тем сильнее она становится…

— И что нам делать? — растерянно спросил я.

— Я могу попробовать что-то сделать… Давай я попытаюсь отогнать эту разрушительную энергию, а ты, собери крупицы. Все, что найдешь и верни их человеку. Возможно, это поможет…

Я кивнул и наблюдал за тем, как, в очередной цикл создания мира, Луна будто вспыхнула силой. Её рог светился так ярко, что напомнил мне сварку, а всё её тело, будто горело синим пламенем, изливаясь силой в пространство. А потом, из её рога выстрелил луч света вверх, создав там, наверху, яркую точку, что начала расти.

Вскоре, эта точка образовала то небесное тело, что было в каждом сне, где мы были. В каждом, кроме этого: луну.

Как только это случилось, мощь извергаемой принцессой силы, только возросла, а ещё, я ощутил, как свет от луны, обрушился вниз, неся с собой силу и, прибивая тьму к земле.

Я засмотрелся на происходящее. Всё выглядело так красиво и… Я хотел так же, но Луна зыркнула на меня светящимися глазами, и я опомнился, начав телекинезом хватать все яркие пылинки и вливать их в фигуру человека, что стоял и восторженно смотрел на нас и на всё вокруг.

С каждой искрой, что вливалась в человека, его воплощение, становилось ярче, чётче, а ещё, он незаметно, с каждой пылинкой, становился взрослее.

Но потом я столкнулся с проблемой: я не видел всех пылинок на фоне созданного мира. Когда всё окутывала тьма, их тусклого света хватало, чтобы их все можно было заметить. Но теперь, тем более, на фоне света от Луны и луны, я смог заметить лишь самые яркие из них.

Я посмотрел на Луну, и она, поняв меня без слов, что-то сделала, и с неба, вместо света, обрушилась тьма. Но не такая, как была тут раньше, а уютная, убаюкивающая. Она ощущалась, как та безопасная темнота, которая возникает, когда накрываешься пледом с головой.

Я дал себе секунду, насладиться ощущениями, а потом, вновь окинул пространство взглядом. Действия Луны действительно помогли. Я смог обнаружить ещё множество крупиц, в том числе, почти угасшие.

В какой-то момент, мне начал помогать и человек, который вернулся к той форме подростка, что мы видели в начале. Он был даже чуть старше. Он также подхватывал телекинезом крупицы и втягивал их в себя. Похоже, он их чувствовал, или видел лучше, чем я, ведь он втягивал даже те крупицы, которые я не замечал.

…

Вскоре мы справились. Ни я, ни человек, не замечали крупиц, а Луна, явно уставшая, снизила напор на здешнюю энергию, отчего та немного воспаряла. Но не тут-то было – похоже, Луна нашла к ней подход за время подавления, и, с новой вспышкой рога, вся эта энергия оказалась втянута в компактную сферу, созданную из силы Луны.

Луна устало легла на землю. Она перестала фонтанировать силой и, наоборот, начала втягивать её назад. Лишь её рог продолжал неярко светиться, похоже, поддерживая целостность сферы.

Спустя какое-то время, похоже, Луна достаточно отдохнула и сказала:

— Я отлучусь, нужно что-то сделать с этим, — она выразительно качнула сферой в воздухе, — я не смогу удерживать её вечно, а ведь это уже делать всё сложнее. — В доказательство этого, я заметил, что её рог опять начал постепенно разгораться.

— Хорошо, а что ты с этим сделаешь? — спросил я, — И мне подождать тебя здесь?

— Да, я вернусь за тобой. А с этим… Я что-нибудь придумаю, — Она кивнула человеку, открыла проход взмахом рога и исчезла в нем, вместе со сферой.

— А что это было?.. — спустя несколько секунд тишины, послышалось от человека.

…

Оказалось, этого человека зовут Алориан, а Эл – это сокращённое обращение, так его звали в детстве друзья. Подумав, он разрешил и мне к нему так обращаться.

— Я и сам до конца не знаю. Луна сказала, что твой разум что-то разрушало, и это был не просто кошмар, а нечто большее…

— Луна? Кошмар?.. — Эл непонимающе на меня посмотрел, а потом окинул взглядом всё вокруг, — А где я? — задался он вопросом, будто только сейчас заметив окружающий мир. Выглядел он не очень. Всё поедено, словно кислотой, здания и деревья примяты к земле, напоминая мармелад, на который кто-то наступил. Сюрреалистичное зрелище.

— Ты во сне. Точнее, мы в твоём сне. А Луна – мой… учитель, — немного неуверенно сказал я.

— Она помогает тем, кто видит кошмары. Приходит в их сны и помогает с ними справиться.

— М… И вы ко мне пришли поэтому? И что значит «нечто большее, не просто кошмар»? — спросил человек, с интересом разглядывая существо, которое спрыгнуло с моей макушки.

Я и не заметил, как мой облик сменился, на человеческий, что, похоже, не понравилось Пину – ведь удобных ушек, теперь не было.

Стоило лишь подумать об этом, как я ощутил, что у меня вновь появились ушки.

Эл, что перевёл взгляд на меня, хихикнул:

— Миленько.

Я немного смутился, ведь сделал это случайно, но, ощупав ушки, мысленно с ним согласился: это и правда, должно быть, миленько.

Часть 11 - Обмен

…

Эл тискал Пина, а я, вспоминая, советы Луны, создавал сначала образы, а потом их постепенно воплощал. Это были образы коврика и вкусняшек, что на нем лежали. А еще, пока Луна не видит, я, подумав, создал мангал и шашлыки, что на нем жарились.

Эл смотрел на происходящее с восторгом:

— Научишь? Это такая магия? — спросил он.

— Хм… — Я посмотрел на него. Моей чувствительности не хватало, чтобы понять его склонность к управлению снами, но телекинезом он тут смог пользоваться, а еще, упоминал магию. Похоже, он не считает это чем-то необычным. Он — маг?

— Это не совсем магия. Скорее управление снами. Чуть более крутое проявление осознанных снов, как я понял. Я сам лишь начал этому всему учиться. А магия… Ты ей владеешь? — Мне было очень интересно, ведь это первый человек, который мне встретился во сне, и он, похоже, тоже что-то умеет делать, что-то интересное…

— Обмен? — хитро улыбнулся он.

— М-мм? Ты предлагаешь обмен знаниями? — уточнил я.

— Агась. Ты ведь сможешь создать книгу? — На его вопрос, я продемонстрировал, что да, могу. И создал её. Меня удивило то, что под нашими взглядами, образ, начиная с которого я теперь создаю всё, изменился не совсем в то, что я представлял. Он был чем-то средним между тем, что я представил, и изящной, тонкой книгой, украшенной растительным орнаментом.

— Хмм, ты что-то сейчас представлял? — Я решил уточнить свою догадку.

— Да, книгу, которую я заполнял для храма. Она получилась почти такой, как я представлял. Ты тоже умеешь читать мысли?

— Храма? Тоже? Что? — У меня возникло много вопросов после одной его фразы.

— М… Да, я вот… храм основал, — Он смущённо опустил взгляд. Не хватало только пошаркать ножкой по земле для полноты картины. И, будто услышав мои мысли, он так и сделал, на что я рассмеялся.

— Похоже, действительно мысли читаешь… А как это, храм основал? Во имя себя что-ли? Или, для кого-то другого?

— Нееет, что ты! — замахал он руками. — Я ещё не настолько сильно проникся чувством собственной важности, что бы себе храмы строить. Нет, для одного, хм… бога. Луна ведь тоже богиня?

Я задумался. А ведь правда… Луну вполне можно было бы называть богиней, исходя из того, что она рассказывала: она может попасть в сон к кому угодно, использует веру в себя — тот самый эгрегор, правит многими тысячами, вместе со своей, не менее могущественной сестрой.

А ещё, они, блин, управляют небесными телами! Я когда услышал это, не поверил.

Подумал, это такая метафора, но Луна утверждала, что она управляет движением спутника её планеты, таким же, как у нас, на Земле.

А её сестра — так вообще управляет Солнцем! Звездой, заставляя вращаться её вокруг планеты! В это было сложно поверить, но... похоже, я верю… Верю им… Верю в них?

Чего только вокруг не бывает, а у этих пони, такое, кажется, в порядке вещей…

— Да, пожалуй, действительно, богиня. Интересно…

А какой он, твой бог?

— Мой… Ну, он очень много знает, много чем помогает племени, в котором я поселился, а ещё он… искусственный интеллект. Точнее, раньше им был. Знаешь ведь, что это такое?

— Божественный искусственный интеллект?! Звучит… странно, но интересно. А как его зовут? Может, я что-то о нём слышал… — спрашивая об этом, я подсознательно рассчитывал, что будет, как с Луной: о его боге я тоже буду знать из какого-то мультика, игры, или, ещё откуда-то. А если нет, то нужно будет поискать о нём информацию, как проснусь…

— Каштол.

— Не-а, первый раз слышу. — Я несколько секунд пытался вспомнить, но, похоже, действительно что-то незнакомое. — И да, ты так и не ответил. Ты умеешь читать мысли?

— Не совсем… Понимаешь, там, где я живу, это умеют делать все. Это, похоже, врождённый навык, и они им пользуются для повседневного общения, транслируя вместе со словами, дополняющие их мысли и эмоции. Особенно, эмоции. А я только начал осваивать эту грань магии. Пока могу лишь улавливать самые яркие эмоции, общий фон настроения и поверхностные мысли, которые собеседник мысленно проговорил. Если тебе это неприятно, могу перестать их читать. Для меня тоже это было очень непривычно, и потребовалось много времени, чтобы я к такому привык.

Я помедлил перед ответом, думая, а действительно ли мне это неприятно?

— Пожалуй… нет, можешь продолжать читать. Это даже помогает в общении. Хм… А если мы из разных миров, как так вышло, что мы друг друга понимаем?

— Действительно… Не могло же произойти такого совпадения, что мы говорим на одном языке… Может, дело в том, что мы находимся во сне?

…

Пока мы говорили, книга окончательно проявилась, и Алориан взял её. Раскрыл и сосредоточился.

На страницах, под его взглядом начал проступать текст, а листы быстро перелистывались. Мне даже показалось, что у него глаза светятся.

В какой-то момент, книга захлопнулась и ярко вспыхнула, а Эл приложил руки к вискам:

— Ай! Это было больно… Похоже на магическое истощение. Или, мне просто не хватило магии… Можешь поделиться? — Просящим взглядом он уставился на меня.

— А как? — Меня удивило то, что сделал с книгой собеседник. Я бы так не смог. Точнее, изобразить бы смог — во сне всё-таки можно все, — но ведь он явно записал туда информацию, а не просто изобразил, а так я делать не умею.

— Ого, ты даже этого не умеешь? А как ты тогда делаешь это всё?.. — Он неопределённо повёл в воздухе рукой.

— Это сила сновидца. Как сказала Луна, это немного другое. Да и ей я управляю пока плохо.

— А попробуй передать её мне. Может, я что-то почувствую?

— Ладно, давай попробуем. — меня заинтересовала эта идея, ведь даже если Эл не сможет её использовать, я научусь её передавать — никогда раньше не пробовал.

…

Мы сидели напротив друг друга. Эл положил свои ладони на мои и рассказывал, как нужно передавать энергию, с его точки зрения, а я пытался ощутить и передать то, с помощью чего управляю реальностью снов. Довольно быстро я нащупал верный подход, и моя сила, осторожным потоком потекла к Элу.

Он замер, сосредоточившись и прислушиваясь к своим чувствам. Попросил только увеличить поток, что я и сделал.

Через несколько секунд, я ощутил, как он втягивает силу, которая раньше, по большей части, проходила его насквозь, почти не задерживаясь. На его груди медленно проступил амулет, который, похоже, затягивал часть потока.

— Интересно… Это действительно не мана, а нечто, иное похоже одновременно и на магию, и на пси, и на что-то еще… Такое же чувство я ощущал в храме Каштола. Может, это вера? Или, может, энергия сновидцев — это составная энергия из пси, веры и магии? Может, еще с помесью чего-то, что я не ощущаю…

— Но эта сила мне подходит. И да, я, оказывается, пуст и колдовал, так сказать, «в долг». Это даже хуже, чем магическое истощение. Будь я не во сне, а в своем теле, думаю, мне бы очень поплохело. Но я чувствую, как с той стороны, в меня вливают силу, нивелируя негативные последствия, но проснуться я пока не могу…

— Во, хватит, я достаточно пополнил резерв, могу доделать книгу.

Я перестал передавать энергию. Кажется, я передал довольно много, даже ощутил легкую усталость, но она быстро прошла.

— Кстати, а что за книга?

— Книга… Это способ, что придумали маги и Каштол для передачи знаний в племени. Очень удобная штука. — Пока он объяснял, я ощутил всплеск силы и увидел вспышку, что покрыла всю книгу. Кажется, моя чувствительность заметно возросла после того, как я научился осознанно передавать силу.

— Здесь собраны базовые знания о магии. Я тоже в том мире, можно сказать, гость, потому, моя магическая школа отличается от того, что используют там. Хотя, там магические традиции только зарождаются, но они уже совершенно другие. Так воот… Каштол и тамошний шаман, придумали новую школу, которая вбирает преимущества моего, и их подходов к магии. Я записал сюда знания, как начать использовать магию, немного о других энергиях и некоторые записи, от себя. На многое не рассчитывай, я сам только учусь, но даже это будет полезно, если ты вообще ничего не знаешь о магии.

Теперь давай ты передашь то, что знаешь о магии снов.

— М… А как мне это сделать? Я не умею, как ты, записывать знания в книги. — Я уже успел оценить то, что мне дали. Я открыл книгу и смог прочитать то, что там было написано.

Причем мало того, что смог прочитать, я осознал всё еще до того, как дочитал. Похоже, знания не только были в виде текста, они еще и передавались напрямую в разум.

— Кстати, книга еще не завершена. В ней не хватает накопителей, семечка, и она должна некоторое время «доходить до готовности» в контакте с магом, питаясь его энергией. А передать знания… Я смогу прочитать их у тебя из памяти, если ты не будешь против и, как бы, сам будешь подталкивать их ко мне.

— Мммь? Накопители? Семечко?

— Агась. Гарсфелы — жители того племени. Кстати, это миленькие котики — повсеместно используют деревянные накопители, которые выращивает ученик шамана. А еще, для усиления свойств артефактов, кладут в каждый такой, семечко дерева, из которого делают накопители — если объяснять упрощенно.

— Кстати! Я ведь могу попробовать сделать вот так…

Он взял в руку амулет, что проявился на его груди, и отломил от него маленький кусочек, а потом приложил тот к книге.

— Можешь помочь? Нужно добавить этому кусочку силы и вплавить его в книгу. Установки я дам ему сам. Если Всё получится, у тебя со временем будет полноценная пси-магическая книга гарсфелов, которая будет сама дополняться по мере того, как ты будешь узнавать о магии новое, и она будет помогать тебе это самое новое, изучать. А, еще, можешь немного подзарядить мой амулет, если тебя это не затруднит?

Я кивнул и помог Элу утопить в книгу кусочек дерева, от которого так и разило силой, но какой-то другой, незнакомой.

Я зарядил этот кусочек, подавая силу до тех пор, пока меня не прервал Эл, а потом, подзарядил его амулет. Прервался уже сам, когда ощутил, что начал сильно уставать.

Часть 12 - Фамильяр

…

После того, как я немного отдохнул, а Эл хорошенько натискал Пина, он обратился ко мне.

— …Хорошо! А теперь давай ты поделишься со мной знаниями о снах. Ты ведь всё ещё не против?

Я, чуть опасливо, но утвердительно кивнул.

Он сел ко мне ближе с серьёзным лицом, протянул руки, а потом, со смехом принялся тискать мои ушки. Я этого не ожидал и очень смутился. — Э... Эй! Ты чего?! ><

Я чуть отодвинулся, прикрыв ушки руками и сильно покраснев. Оказалось, ушки довольно чувствительные.

Эл улыбался и с трудом сдерживал смех. — Ну… Извини, я не сдержался. Ладно… Давай-таки приступим.

— Ага… — Я всё так же смущённо смотрел на него, а он уселся передо мной. Некоторое время смотрел мне в глаза, а потом я услышал его голос в своей голове «Меня слышно?».

— ДА! — Я сказал это чуть громче, чем надо было, от неожиданности.

Эл поморщился и снова обратился ко мне мысленно: «Потише, я тебя прекрасно слышу. А ещё, постарайся расслабиться и думай о снах…»

…

Мы сидели так, наверное, минут 30. Я уже начал уставать, а голова начала кружиться, но, похоже, у Алориана всё получалось, и он получал интересующие его знания. Несколько раз я подумал совсем не о том, отчего даже Эл покраснел, но потом всё нормализовалось, и я, направляемый его советами, смог вспомнить всё, что знал, из того, что ему было интересно.

Я откинулся на шезлонге, попивая материализованный коктейль. Сделал Элу такой же, а вот шезлонг, он создал сам, начав осваивать полученные от меня знания. Шезлонг получился нечетким образом, который довольно медленно воплощался, но это уже заметно больше, чем он мог раньше. А именно — ничего.

Я тем временем, изучал книгу, будучи лишь на основах, но даже это мне много чего дало. Там было про разные энергии и их различие, немного про веру, на примере Каштола и его экспериментов. И самое для меня сейчас полезное — это рекомендации, как пробудить магическое зрение.

Я отвлёкся от чтения книги и посмотрел на то, как Алориан крутит перед собой головоломку, похожую на кубик Рубика. — А мне ведь можно давать эту книгу другим? Луне, например?

— Да, так даже будет лучше — чем больше магов её будут использовать, тем лучше. Она так быстрее разовьётся и, даже дополнится из их знаний. Только перед тем, как дать её кому-то, предупреди, что она будет тянуть немного силы и знаний — вдруг они против?

Нашу беседу прервало то, что луна в небе засияла ярче и из потока её света, проявился проход, в который вошла уставшая принцесса.

— Фуух… Наконец-то я избавилась от этой гадости. А вы тут не скучаете?

Она окинула нас взглядом, заметив, что я держу в руках книгу, которой у меня раньше не было, а Алориан, явно пользуется силой сновидцев.

— Интересно, меня не было всего-то пару часов, а ты умудрился обучить другого человека пользоваться нашей силой, а он, похоже, дал тебе артефакт? Интересно только, откуда он у него… При первой наше встрече, его не было. Я бы заметила.

…

Мы рассказали всё, что происходило, пока Принцессы не было, а она рассказала, что сама делала. Оказалось, она прыгала по известным ей «стабильным снам» — тем мирам, что не исчезают без сновидца, и искала там сначала способ удержания этой энергии, чтобы не тратить на это свою силу, а потом, когда нашла, искала способ уничтожить, или запечатать это.

Получилось не до конца. Луна нашла несколько способов, но все они не подходили, ведь были временными, или позволяли выкинуть сферу с такой опасной энергией «куда-нибудь», где она явно ничего хорошего не сделает.

В итоге, она нашла компромисс: в одном из миров был предмет, который создавал область безвременья. Область стазиса. И поместила сферу туда. Она была запечатана не только силой Луны, но и артефактом, который она нашла в одном из миров, а, находясь в стазисе, сможет существовать там вечно. Ну, или до тех пор, пока мы не найдём способ уничтожить эту штуку.

На всякий случай, Луна насоздавала табличек с предупреждениями, в духе «Не лезь, убьёт!», «Радиоактивно!», «Внимание! Опасно!», «Аааа! Страшна, вырубай!» и ещё много всяких значков, из разных культур и миров: вдруг кто-то заглянет в то место и, по незнанию, вытащит сферу, попытавшись в неё заглянуть.

…

Я, смущённо опустив ушки, спросил у Луны:

— Ты ведь не злишься на меня за то, что я рассказал о том, чему ты меня научила? — Мне только сейчас в голову пришло то, что она могла такое не одобрить.

Луна сначала недоумённо на меня посмотрела, а потом ответила:

— А, конечно нет. Я даже рада, что ты смог так быстро кого-то обучить основам. У него ведь дар заметно слабее, чем у тебя, а он уже вон, что умеет. Тем более, раз ты говоришь, что он обучил тебя чему-то в ответ. Мне было бы тоже интересно изучить эту книгу…

Я вспомнил об одной вещи и сказал Луне:

— Кстати, ты слышала о фамильярах?

— Мне ведь Алориан не только дал книгу.

Ещё, он подумал, что Пин — это мой фамильяр, а когда узнал, что это не так и что я даже об этом не знаю, рассказал, что это, и предложил помочь в проведении ритуала привязки. Но ему не хватит магии для его проведения. А свою я ему и так уже передал. Думаю, у меня её тоже немного осталось. Луна, может, ты поделишься?

Луна, как оказалось, слышала об этом, но мельком, и тоже с интересом расспросила Алориана.

Если обобщать то, что он рассказал о фамильярах и этом конкретном ритуале, то выходило следующее:

Фамильяр – это связанное с магом существо. Природа связи позволяет общаться с фамильяром на расстоянии без слов, понимать друг друга и перенимать ощущения друг друга. Но самое интересное заключалось в другом: при проведении ритуала происходит обмен энергиями и частицами души. Часть души фамильяра становится частью души мага, и наоборот.

Подобный обмен не только создает связь, усиливаемую ритуалом, — помимо этого, данное действие позволяет магу получить склонности, или особенности существа, участвующего в ритуале. А существо получает склонности мага, становится умнее, если ранее не было разумным.

У такой связи есть много плюсов, помимо получаемых сразу бонусов. Например, связь позволяет обмениваться энергиями, раскачивая энергетику как мага, так и его фамильяра.

…

Алориан много чего рассказал, заинтересовав и меня, и Луну. Не обошлось, правда, и без минусов.

Подобные травмы души не проходят бесследно и долго восстанавливаются. В период восстановления возможно незначительное снижение магической силы, контроля, перепады настроения, иногда возможны симптомы, близкие к простуде, но никак не связанные с телом.

Много неприятных мелочей, но плюсы их перекрывают. Но есть два важных замечания:

Первое. После проведения такого ритуала, нельзя проводить никаких, серьезно влияющих на душу воздействий, до её полного восстановления. На этом моменте, Алориан с удивлением сказал, ни к кому конкретно не обращаясь, что раньше он не знал таких подробностей, и они, похоже, поступили от амулета.

Второе. Если кому-то из связки маг–фамильяр плохо, его состояние может передаться и второму. Но в обратную сторону это тоже работает.

Третье. Пока живы оба из связки, кому-то из них погибнуть сложнее, ведь если фамильяр, или маг нуждаются в энергии для восстановления, второй её даст. Но вот если кто-то, всё же погибнет, второй получит откат. Сила может варьироваться от магического истощения и общего паршивого состояния в течениё нескольких недель, вплоть до смерти. Последнее – редкость, но бывает. Особенно, если один из связки, погибая, желал того же и второму.

Поэтому подобные ритуалы почти никогда не проводят насильно. Даже если после их проведения, можно получить какую-то сильную способность.

Луна, как и я, с интересом выслушала подробности, задавая вопросы на непонятных моментах. Луна больше всего спрашивала и, кажется, в итоге осталась довольной ответами.

Дело осталось за мной – ведь это мне предложили помочь в проведении ритуала. Алориан даже обещал оптимизировать его конкретно под меня, узнав, что во снах, я чаще всего нахожусь в образе пони.

Кстати, этот феномен тоже получил частичное объяснение: в его сне, похоже, я сразу обнаружил себя человеком по той причине, что Алориан даже не знал о пони, помимо «обычных, немультяшных маленьких лошадей». Поэтому я, повинуясь законам его сна – ведь я не сопротивлялся этому, – принял облик человека.

Также выяснилось, что я могу без особых проблем, менять части тела, перетекая из облика в облик, но вот стать, например, лисичкой, у меня сходу не получилось. И я отложил эти эксперименты.

Обдумав предложение Алориана, я пришел к следующему выводу: никто больше из моих знакомых мне не сделает такого предложения. Даже Луна не знает нужного ритуала и лишь слышала о таких. Не говоря уже о том, что магия пони отличается от того, что рассказывал Алориан, и, возможно, я такую школу магии больше нигде, кроме как в его книге, не встречу. В итоге получается, что либо я откажусь и больше, скорее всего, никогда не встречу такой возможности, либо соглашусь и, почти наверняка, многое получу.

Поэтому я согласился.

…

Алориан сел в неподвижную позу, попросив дать ему время. Я ощутил, что в области его груди, там где висел амулет, происходили какие-то процессы, но понять их суть, у меня не вышло.

Спустя несколько минут, он встал и начал чертить на земле замысловатый рисунок из линий, незнакомых знаков и углублений. В последние, он попросил потом положить накопители. Перед этим ещё уточнил, смогу ли я, или Луна создать нечто, во что можно влить достаточно много энергии, показав, как пример, свой амулет.

Луна изучала его некоторое время, хмыкнула и ответила, что именно такой накопитель сделать быстро не сможет, но что-то попроще, осилит. Алориана это устроило, и он продолжил, судя по всему, готовить ритуал. А Луна тем временем, создавала сферические булыжники, от которых так и веяло силой. Парочку из них, напитал я и, даже умудрился выпросить немного энергии у Пина – Алориан сказал, что в ритуале должно быть как можно больше энергии тех, кто в нём участвует. А остальное будет лишь поддерживать процесс.

Вскоре, всё завершилось, и Алориан уложил накопители на заготовленные места, что-то ещё сделал, дорисовал несколько фигур, а потом указал на два места в ритуальном рисунке. Одно побольше – для меня, второе поменьше – для Пина.

Пин, кажется, понял, что предстоит что-то необычное, и возбуждённо прыгал с места на место и пищал, но когда пришло время активации ритуала, его, всё же получилось успокоить и удержать на месте.

Ритуал запустился. Я ощутил, как меня окружает вихрь магии, пока накопители, уложенные по периметру фигуры, разрушались, отдавая заключённую в них силу. Энергия из них проходила по символам, как-то менялась, а потом, окружала нас с Пином. Вокруг формировался все более, и более плотный кокон энергии, что я ее в какой-то момент не только почувствовал, но и увидел.

Но радовался я этому недолго, ведь вскоре ощутил резкую, острую боль, в месте, которое даже не смог определить. Да и ощущалась она странно.

Обдумать я это не успел, ведь моё сознание внезапно померкло.

Часть 13 - Последствия

Утро было неприятным, мягко говоря.

У меня было такое состояние, будто я неделю пил без передышки, питался просроченной едой, так ещё и простудился в придачу.

С трудом и кряхтением добрался до ванны, умылся, а когда посмотрел в зеркало — отшатнулся.

У меня с некоторых пор к зеркалам большое недоверие.

Особенно, если с ними что-то не так. Но в этот раз, кажется, ничего страшного. Просто на миг, в отражении померещился Пин, но потом вновь нахлынула усталость, да такая сильная, что я ни о чём не мог думать.

Меня хватило лишь на то, чтобы сделать несколько бутербродов с колбасой, поесть и завалиться обратно спать. Удивительно, но в этот раз я не попал к Луне.

Я и просто в осознанный сон не попал, даже обычного сновидения вспомнить не смог. Давно у меня такого не было. Я сначала напрягся, но когда бросил взгляд на ладонь и увидел там полумесяц, успокоился.

После сна, я чувствовал себя гораздо лучше, хотя слабость всё равно сохранялась. Иногда казалось, что вокруг очень жарко, или, наоборот, очень холодно, но по сравнению со вчерашним — состояние вполне терпимое.

Раз уж так вышло, решил устроить себе день просмотра мультиков. Заказал пиццу, заварил чая с запасом в отдельную большую ёмкость и поставил на тумбочку у кровати, рядом с кружкой, что всегда там стоит.

— Хм… А какой месяц я уже обещаю себе её помыть?.. Ай, ладно, за один день ничего не сделается… — на этих словах мне показалось, что в черной от чайного налёта поверхности кружки проступил грустный смайлик, но потом я налил туда чай. Даже просто его запах благотворно сказался на моем состоянии.

Когда пицца пришла, я улёгся с ноутбуком, попивая ароматный чай и листая то чат, то паблики с мемами, то ещё что-то. Ничего интересного. После того, как я стал проживать такие, насыщенные событиями, сны, меня перестали так, как раньше, интересовать те вещи, которые… Да, в целом они меня и раньше не очень-то интересовали, кого я обманываю. Единственное, что действительно могло пробиться к моим чувствам, — это книги, мультики и анимации. Так оказалось и сейчас.

Забавно было смотреть серии MLP и вспоминать слова Луны.

Иногда то, что она рассказывала, полностью совпадало с показанным в мультике, иногда, разнилось, но это ещё больше утвердило меня в желании и дальше общаться с пони. Возможно, не только с Луной. Мы ведь попали в сон одной из пони, так, может, можно и к другим?

А ещё, я всё так же хотел приобщить брони к тому же, но не знал, как к этому подступиться. Нельзя же просто сказать что-то в духе: «Эээй, чуваак, я тут на досуге во сне с Луной общаюсь и по чужим снам гуляю, хочешь присоединиться?». Представив такую картину, я усмехнулся.

Вообще, план был в том, чтобы просто прийти в сон кого-то из уютных брони вместе с Луной. Или даже, сделать это несколько раз, а потом ненавязчиво заговорить о снах в жизни. Звучит, как самое подходящее решение из того, что приходит в голову, но с этой идеей все равно что-то не так... Луна тоже так думает, но сказала, что будет не против в этом поучаствовать, если я найду хорошего человека, в сон которого не будет попадать слишком неприятно.

У меня был такой человек на примете. Именно он меня ко всему этому и подтолкнул: Минти. Мне нравилась его непосредственность и лёгкость. Возможно, даже, некоторая инфантильность, но… Обо мне, пожалуй, тоже так можно сказать. Вот только была одна проблема: я понятия не имел, как мне попасть в его сон. Или, что Луне нужно, чтобы перенести нас туда.

Я подумал, что фотография бы не помешала, но просить о таком, я бы не стал. Реальное имя… Да, тоже так себе идея.

Если бы мне такой вопрос задали – я бы, скорее всего, не ответил. Может, только близкому другу. Вот только пока не знаю, можно ли его таковым считать. Луну точно можно. Ведь даже по проведенному вместе времени, с Луной мы были рядом и общались заметно дольше. А ведь это совсем не то же самое, что общение в чате, особенно, не такое уж частое – я отметил то, как сильно разнится проведённое во сне время и реальное время сна.

Возможно, стоит у Луны уточнить, от чего это зависит, но навскидку, сны могут длиться во много раз дольше внешнего времени. Это можно было бы объяснить субъективным опытом, будь это просто игра разума, но ведь эти сны – нечто иное, но всё рано время в них идёт иначе, но, похоже, делает это оно не всегда равномерно.

Обдумывая это, я одной рукой держал кусочек пиццы, а другой листал чат.

У меня вышло ненавязчиво выяснить у Минти, когда он ляжет спать, помимо общих сведений о том, что он сегодня делал, как классно затащил в игре и прочее. Похвастался ему пиццей, на что он, неожиданно тоже отправил фотку с пиццей.

Оказалось, у него тоже сегодня пиццный день. На фото, было видно не слишком много: рука с тонкими и длинными пальцами, что держит пиццу, кусочек стола и выключенный монитор.

Я приблизил изображение и увидел в мониторе очень нечёткое отражение друга. Единственное, что оно мне дало, – так это то, что, похоже, он был завёрнут в плед, и то, что у него длинные волосы. Что-то такое я и представлял.

Понадеялся, что этого образа и времени, когда он пойдёт спать, Луне хватит, чтобы перенести нас в его сон.

Часть 14 - Найтмер Мун

У меня был крайне неудачный день. Конечно, в последнее время они частенько такими бывают, но этот – выделяется даже на их фоне. Всё валилось из копыт, я ничего не успевала, а когда хотела у кого-то попросить помощи, от меня просто отмахивались.

Точнее, нет, никто не может просто взять и отмахнуться от принцессы, пусть я и младшая, но делали всё так, что я сама понимала, что подходить к этому пони не стоит и он очень занят.

Я даже хотела пожаловаться сестре, но вместо того, чтобы выслушать меня, как раньше, и утешить, она просто сказала, что у неё много работы и мы сможем поговорить позже.

Это стало последней каплей, я просто ушла к себе в комнату и разревелась, обняв подушку.

Только я нашла друга, с которым почувствовала себя нужной, так он пропал. Причём не просто пропал… Я чувствовала, что, возможно, с ним что-то не так и в этом виновата я.

Я не проверила ритуал, не разузнала о нём больше, а просто поверила словам незнакомца и провела непонятный ритуал на своём друге. Да, основную часть ритуала составляла не я, но накопители были именно моими, да и вообще, нужно было отговорить его…

Я стискивала подушку и плакала, переживая и обвиняя то себя, то этого человека, и всё больше погружалась в безрадостные мысли и чувства.

Я даже не ощутила, как моя магия откуда-то из глубины откликается на мои чувства, раздувает их и становится всё сильнее, всё реальнее.

А потом всё было, как в тумане. Я не помню, что именно делала, что говорила. В памяти остались лишь образы: как я накричала на сестру, на придворных и куда-то улетела, свернувшись на облаке клубочком, так и уснув.

…

Я вновь оказался в знакомом сне, что стал привычным моим местом встречи с Луной. Но в этот раз я не встретил ни Луны, ни сообщений от неё, зато встретил Пина, который радостно прыгнул на меня, был затискан и уселся между моих ушек.

Я сначала просто бесцельно гулял, потом начал создавать различные конструкции силой сновидца: вечные гироскопы, песочные часы, идущие наоборот, кружащие ленты Мёбиуса – мне понравилось, как это делала Луна, но даже это через какое-то время наскучило. Хотя и не быстро… А потом я вспомнил: Луна ведь говорила, что я могу направить силу в её знак, и тогда я загорюсь для неё во сне, как маяк.

Я решил так и сделать. Если это ей как-то мешает, извинюсь потом, но вдруг она просто не знает, что я здесь? Я всё-таки проспал довольно долго в лихорадке…

Я уселся и принялся направлять сновидческую силу в знак на копыте, и получалось это довольно легко. Сила уходила туда, как в бездонный колодец, а я неожиданно увлёкся наблюдением за работой знака. Мне показалось, что я начал понимать, как он работает, когда его пропитала моя сила, поэтому я продолжал вливать в него силу и рассматривал, что в нём происходит. Похоже, я так увлёкся, что даже не заметил, как сбоку от меня раскрылся разлом.

…

Сгусток магии и эмоций, что годами копился во сне той, кто по праву может носить имя владычицы снов, спал. Спать – это единственное, что он мог, ведь довольно редко его создательница предаётся настолько сильным эмоциям, чтобы начать резонировать с овеществлённым воплощением её переживаний. Но в этот раз, впервые за многие годы, сгусток открыл глаза с вертикальными зрачками.

Открыл глаза и осмотрелся, прислушался. Он ощущал горе, одиночество, вину, страх и много других эмоций той, кто его породила. Найтмер Мун вновь закрыла глаза и впитывала этот поток силы, что придавал неоформленному сгустку чёткость и воспоминания. В основном, плохие, вместе с переживаниями, что они вызвали. А потом, Найтмер заглянула в источник своей силы — в разум Луны — и взглянула из него на реальный мир, услышав часть мыслей своей создательницы. Именно так она Луну и ощущала. Как ту, что её породила, как ту, что даёт силу, и как ту, что нужно защитить…

Как бы странно это ни звучало, но именно негативные эмоции давали Найтмер возможность быть, и именно от них она ощущала потребность Луну защитить.

Вот только ничего, кроме плохих воспоминаний и мыслей, у неё не было, поэтому единственное, что приходило в голову, – это накричать на всех, кто вызвал эти эмоции.

Именно это она и сделала. Оказалось, Луна ушла в себя, переполнившись эмоциями настолько, что Найтмер смогла частично управлять действиями Луны.

Когда одни обидчики были уведомлены, что они вели себя неправильно, Найтмер посадила тело Луны на облако: тут-то точно её никто не потревожит и даст успокоиться. А потом она обратила внимание на ещё одно воспоминание: некий пони, или человек, о котором она… волнуется? За которого боится? Это из-за него Луна чувствует себя плохо?

Нужно его найти и сказать ему, как он был неправ! Возможно даже, напугать, и только потом сказать, вот!

Пугать Найтмер умела. Это часть её сути, ведь даже пока она спала, иногда её частицы проникали в чужие сны и превращали их в кошмары, а потом возвращались, принося память об этом. Происходило это очень редко. Только когда Луна была очень чем-то расстроена. Но иногда бывало. Вот и теперь Найтмер захотела решить проблему тем способом, которым умела: напугать и накричать.

И очень кстати, она заметила маяк, что просвечивал сквозь ткань сна, куда она вернулась вместе с усунувшей создательницей. «Кажется, этот человек-пони как-то связан с этим светом? Нужно поспешить!»

И Найтмер открыла разлом в чужой сон, увидев на другой стороне пони, сидящего на попе, странно разведя заднее ноги. Он пристально смотрел на светящийся рисунок на копыте и больше ничего не делал.

Найтмер решила, что это отличный шанс подкрасться к нему и напугать. Она навела антуража, придав своему облику более загадочный и пугающий вид, начала незаметно вмешиваться в сон и прошла через разлом, начав подкрадываться к увлечённому пони.

И так сама увлеклась подкрадыванием и удержанием образа, что не заметила летящего к ней зверька. А когда тот был уже перед лицом, было слишком поздно. От неожиданности, сама воплощение, кошмара, великая и ужасная, но очаровательная Найтмер Мун, испугалась и, взвизгнув, отпрыгнула. Антураж сразу разрушился одновременно с тем, как пони упала на спину, глядя на зверя расширенными от испуга глазами.

А зверь, издав своё «Пии-пи?», продолжал парить, излучая какую-то странную энергию, от которой у Найтмер мурашки по телу пробегали, а шерсть вставала дыбом. Найтмер начала отползать, но не успела… Зверь протянул лапу и… бупнул её!

— Пиии! — довольный Пин принялся прыгать вокруг окончательно растерявшейся аликорны, издавая радостные звуки и распространяя ауру умиротворения и положительных эмоций.

Ниро обернулся, с удивлением рассматривая картину: его фамильяр прыгает вокруг кого-то, похожего на Луну, а этот аликорн лежит и с каким-то потерянным видом смотрит то на Пина, то на него.

— Луна?.. — спросил я, подойдя поближе.

Пони сфокусировала на мне взгляд вертикальных зрачков и не ощутила ожидаемого страха. Наоборот, она ощутила смесь каких-то непривычных, но по-иному приятных эмоций. Что-то похожее она чувствовала и от зверя, которого называли Пин, и от этих эмоций по телу бегали мурашки. Это было… приятно. Это, кажется, тоже давало сил, но как-то иначе.

…

— …Ты! Ты заставил Луну переживать, и вообще, она весь день на нервах была и думает, что никому, кроме тебя, не нужна, а тут ещё и ты пропал. И как пропал! Она думает, что навредила тебе, и именно поэтому ты не приходил уже несколько дней! — Когда Найтмер немного пришла в себя, она накинулась на пони с обличительной речью, но ближе к концу, чувствуя его недоумение и явное волнение, чуть сбавила тон, неожиданно почувствовав, что делает что-то не так. Или, это не она сама почувствовала, а аура Пина, усевшегося у неё между ушек, так повлияла.

— Оу… Я и не думал, что Луна будет так переживать… Так, погоди, несколько дней?! — переспросил я, поняв, что меня зацепило во фразе… А кто это, кстати?

— Да! Тебя не было как минимум, два дня! Я не знаю, может, дольше, но начала просыпаться я именно два дня назад.

…

— … Выходит, ты, если так можно сказать, тень Луны, её сдерживаемые страхи, обиды и переживания?...

— Можно сказать и так, — ответила Найтмер. Она всё ещё чувствовала себя не в своей тарелке, особенно когда собеседник создал огромную миску чая и пригласил её принять ванну. Кажется, это было шуткой, но Найтмер действительно залезла в тёплый чай и смогла в нём расслабиться. Это было приятно. Найтмер никогда подобного не испытывала. Она никогда не говорила без криков, обиды, злости. Точнее, всё это были не её воспоминания, а Луны, но ощущались они своими. Вся память Найтмер состояла исключительно из плохого, и вот, теперь она неожиданно получила в один день столько новых впечатлений. Столько эмоций, которые никак нельзя назвать плохими…

…

Луна появилась в довольно неожиданный момент: Найтмер как раз закидывала очередной гигантский кубик сахара в чай, попеременно то себе, то Ниро, что расположился в кружке по соседству. Спонтанный приём сладкой ванны был приятным и вкусным, а если учесть, что это сон, то никаких неприятных проявлений от нахождения в сладкой воде не было, да и тело не меняло вкус чая, так что приносило это исключительно удовольствие.

Луна много что видела, но вот этого она точно не ожидала.

Ей даже показалось, что где-то вдалеке послышался одобрительный хмык Дискорда.

…

Я сидел рядом с Луной, прислонившись к её боку, а она ещё и крылом меня укрыла, а перед нами сидела Найтмер. Она все ещё немного недоверчиво посматривая то на меня, то на Пина, но когда её взгляд переходил на Луну, он менялся на какой-то иной. Найтмер и сама не понимала, что она при этом чувствовала, но это ей нравилось.

Луна, конечно, сначала была в шоке, узнав, что её тёмная часть воплотилась в отдельную личность и даже смогла пробраться в сон к Неро. Но, хоть Луна и успела напридумывать себе всякого, всё оказалось не так.

Найтмер действительно была тёмной стороной Луны, имея в своей памяти лишь грусть, злость, обиду и многое другое, умела лишь насылать кошмары, а не избавлять от них. Но сама Найтмер не была злом.

Она оказалась наивной, ничего не знающей об окружающем мире. Кроме того, самым ярким её желанием было желание защитить Луну — ту, кто её породил.

Луна очень смутилась, когда после озвучивания своих мыслей, Найтмер назвала её матерью. И ведь с какой-то стороны так и было, но в итоге они сошлись на том, чтобы считать друг друга сёстрами.

И не такими сёстрами, как Луна и Селестия, а настоящими, близкими по духу, дорожащими друг другом. Луна, конечно, не сразу это поняла, но когда разобралась, что представляет собой Найтмер, внутри что-то кольнуло, и захотелось ту обнять, прижать к себе и гладить, извиняясь за всё то, что та невольно пережила, получив память Луны лишь о плохих моментах.

Так Луна и поступила, а потом они долго общались обо всём. Теперь Луна не будет одна, даже когда Неро нет рядом. Найтмер может быть рядом всегда, а её потребность в страхе, или иных негативных эмоциях, как оказалось, такой не была.

Нужна была любая энергия, в первую очередь, эмоциональная, что и продемонстрировал Пин — летающий источник позитива.

Пин, кстати, тоже довольно быстро принял Найтмер и иногда с ней играл. Найтмер всё-таки имела отличия от своей сестры как в сути, так и в личности, но ярче всего пока проявилась её хищная натура: она не хотела есть мясо, или что-то вроде того — всё-таки, она пони — но вот подкрадываться, прыгать из засады и ловить кого-то, она хотела часто.

Тут и помогал Пин, который совсем не возражал против такой игры. Первый раз он немного испугался, но быстро успокоился, поняв, что его никто не собирается есть, а делают нечто совсем иное… его поймали и тискают!

Наблюдение Найтмер за окружением даром не прошло, и та довольно быстро пристрастилась к подобным вещам, видя, как Луна расслабляется в присутствии Неро и Пина, давая волю подобным желаниям, а Найтмер была подобна чистому листу.

Возможно, увидь она что-то плохое, опасное, страшное в первые мгновения своего осознания и окончательного формирования, закрепления себя, как личности, она бы действительно стала той самой тёмной половиной Луны, но она видела вокруг лишь уют и спокойствие, невольно проникаясь им.

Как оказалось, положительные эмоции её тоже вполне подпитывают, возможно, даже лучше, чем страх, пусть и ощущаются они очень непривычно.

Часть 15 - Первый посвященный

Луну, до сих пор находящуюся в несколько заторможенном состоянии и не до конца осознающую окружающие события после таких, способных сбить с толку кого угодно, новостей, Неро и Найтмер уволокли к себе, сходу включая в свои, довольно странные развлечения.

Похоже, у Неро сегодня было крайне игривое настроение, что ещё больше раздувалось некоторой наивностью и шаловливостью Найтмер.

А возможно, всё было ещё проще, и так себя проявила частица души Пина, что постепенно растворяется в душе Неро, ведь не только Пин был подвержен влиянию их связи, но и Неро менялся, становясь чуть более похожим на своего фамильяра, пусть и в меньшей степени.

…

Луна, так и не выходя из лёгкой прострации, в итоге приняла тот факт, что её оживший кошмар, квинтэссенция негативных чувств, не только воплотилась в отдельную сущность, но и вместо ожидаемой агрессии и ненависти ко всему вокруг, она проявила очень сильную привязанность и заботу о той, кто её создал, хоть и не могла обозначить эти чувства для себя самой, не имея воспоминаний о чём-то столь светлом.

Но это не помешало Найтмер осознать своё желание защитить Луну от, как на тот момент ей показалось, источника её беспокойства.

Однако то, что случилось дальше, не укладывалось в голове Принцессы. Неро не только не испугался, не попытался сбежать, перестать общаться с Луной, или что-то подобное, чего в глубине души опасалась Луна.

Нет, он, судя по всему, понял часть тех эмоций, что одолевали Найтмер, и решил, похоже, своим крайне абсурдным, но дружелюбным поведением сначала сбить её с толку, а потом и подружиться. По крайней мере, именно так это выглядело со стороны Луны.

И Пин сыграл в этом немалую роль, ведь именно он в самом начале как-то повлиял на эмоции Найтмер, вместе с тем, транслируя лишь приятные чувства.

В итоге, две аликорны и один понь, до сих пор не определившийся с обликом, уютно сидели и говорили по душам.

В большей степени, Принцесса и Неро расспрашивали Найтмер обо всём и ещё больше рассказывали, показывали, объясняли. А её бесконечные вопросы «Почему? Зачем?» и близкие к ним по смыслу, вызывали улыбку и напоминали любопытного жеребёнка, почти ничего не знающего о жизни и искренне удивляющегося всему вокруг.

Оказалось, Найтмер, хоть и имела такой тяжёлый груз негативных воспоминаний, усугублённый отсутствием уравновешивающих их, светлых воспоминаний, совсем не была злой, хотя, похоже, желание напугать или совершить какую-то шалость у неё осталось и никуда не денется. Но вот творить зло ради зла, как поняли переглянувшиеся пони, она не будет.

А ещё, Луна ощущала связь с Найтмер. Возможно, эта связь была даже более сильной, чем у Неро и Пина, но имела какую-то иную природу.

Жаль, что ни Принцесса, ни тем более, Неро не имели более подробной информации о таких связях.

Была некоторая надежда на книгу, подаренную Неро тем человеком, Алорианом, кажется, но с ней решили разбираться позже. А пока, Неро предложил навестить его друга, Минти.

Для этого, Неро рассказал Луне о времени, когда он уснёт, попытался как-то описать впечатления о нём и поведал обо всём, что его идентифицировало и могло помочь найти. Конечно, какие-то личные секреты друга, он бы рассказывать не стал, да и не знал Неро таких, но это Луне и не требовалось.

Луна попросила подождать некоторое время и закрыла глаза, сосредотачиваясь на поиске. Данных было мало, но даже они могли помочь с поиском.

Направление на мир было, примерное время было, а из многих искр спящих разумов уже можно было выбрать по многим параметрам, и Луна умела так делать, чем и занялась.

В итоге осталось четыре варианта, полностью подходящих под заданные параметры. Неро просто предложил посетить их все и проверить. Луна согласилась.

Найтмер же в это время о чём-то шушукалась с Пином. Выглядело это так, будто они друг друга понимают прекрасно, а потом она взяла и прыгнула в тень Луны, растворившись в ней и сделав тень более плотной и объёмной. Лишь глазки, что на миг проявились из тени, сделали луп-луп.

…

Луна открыла проход к первой искре спящего, и компания прошла в чужой сон.

Сон не был кошмаром, поэтому Луне было чуть сложнее в него проникнуть, ведь её эгрегор тут почти не помогал, но и собственных сил у аликорны было не занимать.

Сон оказался ожидаемо нечётким и каким-то серым. Смазанные многоэтажки, неясные силуэты куда-то спешащих людей и машин, а в центре всего этого, в чём-то среднем между парком и детской площадкой, сидел человек и играл с Пинки Пай в домино.

Именно эта площадка выделялась своей яркостью на сером окружающем фоне.

В тот момент, когда Луна и Неро приблизились, Пинки крикнула «Рыба!», и её облик поплыл, превратившись в огромного сома, а вместе с ней и весь сон вокруг начал меняться, превращаясь в живописное морское дно.

Всюду были разноцветные кораллы, водоросли, ракушки, а гигантский сом, что минуту назад был Пинки, тем временем уплыл по своим делам.

— Ну вот… уплыла — расстроено протянул Минти, но потом его взгляд перешел на гостей и его настроение вновь устремилось вверх — О! Принцесса Луна, сыграем в домино? А тебя как зовут? — взгляд человека переместился на Неро.

И похоже, его не смущало, что всё это происходило на дне моря. Не смущало это и сновидцев. Лишь Неро на миг замешкался и задержал дыхание. Не то чтобы во сне обязательно дышать, но если задержать здесь дыхание, то же может произойти и со спящим телом, хоть и не всегда всё случается именно так, но довольно часто. Поэтому Луна легонько пихнула его, напоминая о том, что вокруг всё так же сон, и под водой вполне себе можно дышать.

— Почему бы и нет? — Луна улыбнулась и присела на изменённый её волей стул. Непонятно, как тут до неё сидела Пинки, неудобно же, но сон ведь всё-таки…

Столик с домино на нём всё так же оставался на месте, и теперь вокруг него сидели Неро и Луна, неспешно играя с человеком, расспрашивая его о всяких мелочах между делом.

Этот разговор довольно быстро позволил Неро определить, что перед ним находится именно его друг, к которому они хотели попасть, что можно было понять и по тому, что здесь была другая поняшка. Вряд ли кто-то из остальных трёх людей, что подходили под параметры, тоже оказались бы брони.

К тому же, брони с той же любимой пони, что и у Минти. Но убедиться стоило. Неро незаметно кивнул, взглянув на Луну, отвечая тем самым на её вопросительный взгляд.

Игра проходила сумбурно, ведь число точек на костях то и дело менялось, да и их положение не было статичным, меняясь, лишь стоило Минти отвести взгляд от стола.

Луна могла это исправить, стабилизируя сон, но цели такой не было. Сейчас, за игрой и лёгкой беседой, она пыталась понять и прочувствовать, какой человек перед ней, стоит ли продолжать с ним общение, не ошибся ли в его оценке её ученик.

Но пока всё казалось удачным — человек обладал лёгким характером, часто шутил, перескакивая с темы на тему, и был искренне рад происходящему.

Луна точно видела, что человек искренен, не имеет в себе какой-то гнили, или пугающего любого нормального пони, безразличия к окружающим, что свойственно многим виденным Луной людям. А уверенность Луны в искренности собеседника объяснялась просто: он ведь не осознавал, что находится во сне и вёл себя так, как повёл бы себя в подобной ситуации и в жизни.

Как только Луна убедилась в том, что этому человеку можно доверять, она начала постепенно воздействовать на сон вокруг, укрепляя его, а вместе с тем, начала осторожное воздействие на человека, одновременно переводя тему разговора на сны.

Её план заключался в том, чтобы постепенно подвести человека к мысли, что вокруг сон, а воздействие заключалось в том, чтобы сон резко не сменился, вновь отвлекая и увлекая в себя сознание спящего. А ещё, нужно было удержать человека здесь, ведь довольно часто после осознания себя во сне, эмоции, испытанные от этого факта, столь яркие, что это заставляет проснуться.

Луна попытается этого не допустить, они с Неро уже обсудили всё это заранее, хотя никаких чётких планов во сне придерживаться не выйдет, и Луне пришлось в значительной степени импровизировать.

…

— Точно… А ведь я сплю! Сплю ведь? — человек с проступающей ясностью в глазах посмотрел на Луну, а потом перевёл взгляд на Неро.

Этот осознанный взгляд, не успев закрепиться, вновь начал тускнеть, ведь уверенности в том, что он спит, у Минти не появилось даже тогда, когда он увидел перед собой пони, а хитрый спящий разум начал сначала придумывать объяснения, а потом и вовсе свернул на другую тему, вновь размывая осознанность.

Но Луна опять осторожно повлияла на сознание человека, делая это не напрямую, а лишь вливая в него сновидческую силу и воздействуя на его образ, делая его более чётким.

— Да, ты спишь, и мы находимся в твоём сне, — подтвердила Луна, а я кивнул, дополнительно подтверждая её слова.

— Ваау, интересно, мне только недавно друг рассказывал об осознанных снах, но я не слишком заинтересовался, это же вроде сложно… А тут батц – и осознанный сон. Круто! — Взгляд Минти вновь обрёл чёткость и осмысленный вид, но вместе с тем, там поселился и восторг.

Человек окончательно осознал себя, но теперь его переполняли эмоции, и рог Луны засветился чуть ярче, не давая ему выпасть из сна.

— Пожалуйста, успокойся, иначе ты проснёшься, — сказал я, поняв ситуацию.

Человек, лучезарно улыбаясь, закивал, но всё-таки постарался внять моему совету. Судя по постепенному уменьшению интенсивности свечения рога Луны, у него получилось успокоиться.

— А кто ты, кстати? Луну я знаю, давно, однако мечтал во сне увидеть пони и поговорить с ними, но получалось очень редко и недолго…

— Я Неро, — помахал я копытом. — Тот самый друг, что рассказал тебе об осознанных снах.

Минти хихикнул, похоже, не веря моим словам.

— Точно, я ведь сплю, и сниться тут может что угодно. А я как раз накануне просматривал и постил много артов по mlp, ещё и Неро со своим рассказом о снах… Надо бы ему, кстати, не забыть рассказать об этом сне и спасибо сказать, ведь иначе я, наверное бы тут не оказался… — он довольно тихо озвучивал свои мысли, но потом вновь посмотрел на нас, уже с явно читаемым в его глазах весельем.

— Ну что, чем займёмся? — спросил Минти с улыбкой, а потом без паузы добавил: — Давайте устроим что-нибудь весёлое!

Я понял, что он принял, факт того, что вокруг сон, но, похоже, в то, что я и Луна — настоящие, не поверит. Но и ладно, хоть получилось к нему сюда попасть.

А потом, когда проснётся, можно с ним заговорить об этом сне. Хм… Не напугать бы ещё такими разговорами…

Стоило мне подумать об этом, как я заметил крадущуюся Найтмер. Она явно хотела подкрасться к Минти и, наверно, напугать его, подшутить, или неожиданно сделать что-то ещё...

А я, не придумав ничего лучше, создал образ куска сыра и кинул его в Найтмер. Сыр шмякнулся точнёхонько на моську, угодив дыркой на рог.

Найтмер замерла от неожиданности и подняла голову. Сыр никуда не делся, всё так же перекрывая ей обзор.

В этот момент человек обернулся, заметив, как мы, из последних сил сдерживая смех, смотрим ему куда-то за спину.

Он обернулся и застал такую картину: Найтмер, великая и ужасная Ночная Пони, беспомощно махая головой и чуть пятясь, пытается сбросить с себя кусок сыра, а потом, и вовсе, высунув язык, начала его слизывать.

Тут уж мы не сдержались и залились дружным смехом, а Найтмер была увлечена сыром. Сыр, судя по её довольной моське, получился очень вкусным.

…

В результате расспросов, нам стало доподлинно известно, что любимая пони Минти — Пинки Пай.

Я это и так знал, но теперь об этом узнала и Луна. Её ещё до сих пор немного приводило в ступор то, что пони, которых она знала лично, известны другим так же хорошо, а иногда, и более хорошо, чем знает сама Луна.

Но самое удивительное было то, что некоторые события, известные брони из мультфильма, не происходили в мире Луны, происходили иначе, или, что немного пугало – ещё не случились. Но некоторые предпосылки для таких событий, имеются и они лишь только должны произойти, по версии сериала.

Возможно, она очень углубилась во сны, перестав видеть разницу между сном и явью, да и есть ли эта разница на самом деле?

Поэтому её не слишком удивляло то, что она общается не всегда с теми же самыми пони, что живут на её родине, да даже не всегда с пони, но она была знакома с концепцией пророчества, как и знала о том, что пророчества далеко не всегда трактуются буквально, или вообще сбываются, ведь это лишь один из вариантов будущего.

Однако, она даже общалась лично с одним могучим оракулом в его сне.

Как оказалось, этот оракул видел будущее, настоящее и прошлое, но не своего мира, а иных, далёких реальностей и их отражений, используя эти знания для написания книг, творчески дополняя и перерабатывая увиденное.

Похоже, этот оракул даже не до конца понимал, что именно он видит, или не совсем в это верил. Луна решила его не переубеждать, ведь она и сама не была до конца уверена, что перед ней действительно оракул, а не кто-то иной, одарённый, с высокой связью с тонкими планами.

Луна сочла, что аналогия с этим оракулом и текущей ситуацией может быть не просто совпадением, хотя и надеялась, что это не так. Возможно, история о маленьких пони, получившая такую популярность в мире Нейро, — такое же искажённое фантазией автора отражение одной из вероятных реальностей её мира.

Но как бы то ни было, Луна была очень рада, что она избежала того сценария, где ей бы пришлось оказаться запертой на луне не по своей воле и провести там целую тысячу лет.

Непонятно, как бы она не сошла там с ума ещё больше в таком случае, ведь не появись Неро, такой сценарий вполне мог случиться…

И Луна очень сомневалась в том, что если бы её действительно переместила на луну и запечатала собственная сестра в такой сложный психологически и уязвимый момент, это бы удалось так спокойно перенести.

Скорее всего, её и без того пошатнувшийся рассудок, ещё больше бы повредился, а за тысячи лет в одиночестве, скрашенном лишь собственными мыслями, Луна не только бы не успокоилась, она бы окончательно потеряла веру в добро, озлобилась и по-настоящему захотела бы принести в мир вечную ночь и забвение.

Не говоря уже о Найтмер. Из неё мог бы получиться истинный кошмар, не чета тому, что показали в сериале… Как же хорошо, что этого не случилось. Луна поёжилась от собственных мыслей.

Но хоть такого и не произошло, осадок это знание оставил неприятный.

Луна до конца не верила в то, что Селестия может осознанно пойти на такое. Да, сестра стала более холодной и немного заигралась в правителя, но она уж точно не способна так поступить с собственной сестрой — по крайней мере, Луна в это искренне верила и надеялась, но после всех этих мыслей, возвращаться к Селестии совсем расхотелось.

Вот пусть теперь сама со всем, так любимым ей управлением страной разбирается, а исчезновение Луны, наверно, даже и не заметит...

У неё-то, в отличие от Луны, всегда были те, кто её любит за одно её лишь существование, не говоря уже о другом…

А Луна теперь тоже не одна, у неё есть Неро, есть Найтмер… У неё есть целый мир, наполненный брони, и бесчисленное множество иных миров!

…

Луну бесцеремонно прервали, сбив с мысли в тот самый момент, когда стоило бы начать злобно хихикать. И сделали это не абы как. Её бупнули!

Луна свела глаза к носу, где оставался палец Минти, а потом мрачно посмотрела на человека, но, увидев его очень весёлое и даже какое-то одухотворённое выражение лица, сама не сдержалась и улыбнулась – и правда, чего это она раскисла, всё же хорошо и будет ещё лучше!

А пока почему бы не отвлечься от всех этих мыслей и не исполнить мечту друга моего ученика?

…

Группа из трёх пони проникла в сон той, кто была наиболее близка к описанной Минти Пинки Пай, принявшись наблюдать за происходящим. Они решили пока не демонстрировать явно своего присутствия, лишь наблюдая.

Сон Пинки Пай был, как всегда, сумбурен и весел. В этот раз она устраивала масштабную вечеринку на весь город, но эта вечеринка имела элементы квеста.

Поиск предметов, загадки… И приятные неожиданности, куда же без них? Пинки подготовила очередную загадку со спрятанным сейфом. А чтобы это было интереснее, она сама не знала, куда именно его спрятала.

Известно было лишь то, что он есть, примерный район поиска и… то, что лучший способ найти сейф – это разбить стену кувалдой, которая совершенно случайно завалялась у Пинки в гриве.

А потом она, заметив знакомое пинки-чувство, говорящее о том, что прибыл кто-то, для кого ещё не была устроена вечеринка, попрыгала в сторону гостей.

— Ого! Принцесса Луна пришла ко мне в сон! Хотите кексиков? А ты Неро? — сходу ошарашила гостей своей репликой Пинки. И для Пинки, похоже, не было секретом, что вокруг – сон, но можно ли назвать его осознанным – было непонятно, ведь мышление Пинки, как кто-то метко отметил, слегка… своеобразно и будто для неё так же, как и для Луны, нет разницы меж сном и явью, но не в том же смысле, который вкладывает в эти мысли Луна…

— Откуда ты… — не успел я задать вопрос, как она продолжила:

— Принцесса и целых два человека! И все пришли ко мне! Это нужно отпраздновать!

Я готовить супер-пупер приветственную вечеринку!

И она просто пуф и исчезла, переместившись в какое-то другое место своего сна.

…

— И что это было? — выразил общее мнение Неро.

— Меня больше интересует, откуда она тебя знает, вы раньше встречались? — с любопытством на мордочке спросил Минти.

— Нет, первый раз вижу её, кхм… «вживую»... Ну, ты понял.

А ещё Неро про себя отметил, что Пинки каким-то образом поняла, что он – тоже человек, а ведь в облике человека был лишь Минти...

— Интересно…

Но не успели пони прийти в себя, как их внезапно захлестнуло и утянуло в круговореть вечеринки.

Музыка, фейерверки, красочные выступления, в которых, как показалось Неро, везде была Пинки, только в разных нарядах и иногда почему-то, в очках с усами.

Иногда даже Неро казалось, что он видит несколько Пинки в разных местах одновременно. А может, и не казалось…

Вечеринка постоянно преподносила что-то новое и неожиданное, но всегда неожиданности были в итоге приятными, хотя иногда и пугали поначалу. Чего только стоит пушка, выехавшая из-за угла и пальнувшая конфетти…

…

А потом Пинки рассказала о конкурсе: в одном из домов — она очертила копытом зону поиска — спрятан сейф с кексиками. Кексики нужны, чтобы пройти дальше, а ещё их можно есть, разумеется.

Вот только для того, чтобы найти сейф, нужно разбивать стены кувалдой и только так! Других способов поиска не предполагается.

Пони, немного шокированные, но начавшие привыкать к определённому уровню абсурда в происходящем, легко приняли новое развлечение.

Давно им не было так легко и весело, как на этой странной приветственной вечеринке в их честь.

Пинки запустила копыто в гриву и вытянула оттуда огромную кувалду с розовой ручкой и цветочками из воздушных шариков в навершии.

Эта штука была длинной почти с саму Пинки, но, похоже, этот факт не помешал розовой пони вынуть ещё три такие же кувалды.

Каждому по одной, и каждый раз цвет ручки гармонично сочетался с шерсткой пони, а узор был именно таким, какой бы понравился обладателю.

Неро даже на миг задумался, что неплохо бы такой штукой на постоянной основе обзавестись, очень уж органично она вписывалась… — Неро тряхнул головой и выгнал из неё странные мысли, решив включиться в развлечение, которое уже началось без него, кажется, кто первый найдёт сейф, того ждёт что-то интересное…

Домики выглядели немного нереально. Словно состояли исключительно из тех материалов, которые легко разрушить, но, ни разу не повторялись.

Неро даже показалось, что часть стен имеют в своей основе карамель, но когда он лизнул стену, решив это проверить, Неро не понял — стена действительно сладкая, или она только что стала сладкой, повинуясь его желаниям? Что-то странное в этом было…

…

— Это была уже четвёртая разрушенная стена, а вы знаете, что это значит? — задала вопрос Пинки, изображая заговорщицкий вид.

Дом, где они находились, лишился всех стен, а потолок, казалось, держался лишь на небольшом куске самой целой стены.

— Ты к кому обращаешься? — показалась с другой стороны мордашка Минти, который уже вышел из разрушенного дома, выбирая новую цель.

— Да так, ни к кому... — невинно похлопав глазами, ответила Пинки.

…

— А всё-таки, я скажу. Мне почему-то кажется, что кто-то, мог бы сказать, что меня не существует или... ‘Пока не существует?’, как бы это странно ни звучало.

Но я есть! И есть не только во сне, но вот только, похоже, не в том же мире, откуда здешняя Луна. Но я, если что, ничего такого не говорила... — подойдя к пролому в четвёртой стене, тихо протараторила Пинки, под конец хихикнув, словно это была шутка. Хотя, возможно, это она и была, кто знает…

— Чего ты там шепчешь? Пойдём искать дальше! — окликнули её с улицы.

— Уже идуу~ — ответила Пинки и попрыгала на голос, на прощание подмигнув и помахав пролому в стене копытом.

…

— Мы уже проверили каждую стену в домах, на которые ты указала. Этот сейф точно есть?

— Ага–аась, — кивнула жизнерадостно розовогривая понька, — А вы верхнюю стену проверяли? Ну эту… Как её… Потолок, во!

Пони непонимающе переглянулись, а потом посмотрели назад. Туда, где оставались дома с разбитыми стенами, и в каждом из таких домов оставался целым пол и потолок.

Никто, кроме, пожалуй, Пинки, этого не заметил, но каждый раз, когда даже все стены оказывались полностью разрушены, потолок оставался на месте и не спешил падать вниз.

Неро, хмыкнув, вспомнил некоторые кубические игры, где физика вела себя так же и где он иногда проводил довольно много времени.

…

Друзья вновь разбрелись, начав крушить в этот раз потолки и, на всякий случай, полы. Как и со стенами, материал легко разбивался, и это доставляло странное удовольствие, о чём никто из пони не говорил, ощущая некоторое смущение от нежданно открывшейся страсти к разрушению.

…

Найтмер наблюдала… наблюдала, ощущая всё, что ощущает Луна, и хотела присоединиться к веселью.

Хотела всё больше с каждой минутой и в итоге. Она и сама не понимала, зачем скрывалась всё это время, к тому же, Пинки, кажется, несколько раз помахала копытом тени Луны, в которой скрывалась Найтмер. Возможно, Найтмер было неловко перед незнакомой пони, или она боялась, что её вид напугает Пинки, но подобных не до конца сформулированных опасений хватало, чтобы Найтмер спряталась. Но теперь она всё больше сомневалась в своём решении, пока наконец-то не передумала.

И Найтмер таки выпрыгнула из тени сестры, сделав в воздухе эффектное сальто и перехватила протянутую, кажется, ничуть не удивлённой Пинки, кувалду. Пинки словно невзначай в этот момент пропрыгивала мимо.

Найтмер быстро влилась в общее веселье, и довольно скоро ей улыбнулась удача — именно она нашла сейф, который оказался именно в потолке.

Найтмер его с трудом открыла. Кажется, там была какая-то абсурдная загадка с цифрами, но ей так не терпелось открыть сейф, что Найтмер просто просочилась телекинезом в механизм замка и открыла его.

Внутри оказалась куча кексиков, и все они были разных цветов и вкусов. Очень… вкусных вкусов, что отметила Найтмер, зарываясь в гору вкусностей, что продолжали сыпаться из открытого и висящего в воздухе сейфа.

Складывалось впечатление, что внутри бесконечное количество кексиков, ведь они сыпались неослабевающим потоком.

Так и оказалось. Пока Найтмер и присоединившиеся к ней друзья ели кексики, их становилось всё больше, пока всё незаметно не превратилось в настоящее море из кексиков, а потом всё как-то неожиданно перетекло в плавание по морю кексов с перекидыванием тортиками со встречными кораблями и поиском сокровищ по обнаруженной «совершенно случайно», карте.

«Хмм... Уже не в первый прослеживается связь между Пинки и морем... Интересно, к чему бы это...» — подумал Нейро, вспомнив сон Минти, куда они с Луной пришли и где тоже оказалась Пинки, хоть там это был лишь образ, но совпадение занятное.

…

— Фууух… Это было очень интересно и весело, но я даже устал как-то, — сказал Неро, а окружающие согласно закивали.
— К тому же, сон скоро закончится, — добавила Луна. И Неро ну совсем-совсем не заметил, как у Найтмер на миг сверкнул рог, а сновидческая сила не дала понять, что время во сне как-то изменилось.

Похоже, не сделай это Найтмер, вечеринка бы длилась оооочень долго. Время здесь шло значительно медленнее, чем в иных местах.

Несомненно, Пинки бы поняла, наверное, скажи они, что уже устали и хотят уйти, но, похоже, делать это было неловко каждому из компании, ведь Пинки придумывала всё новые и новые, на самом деле интересные и увлекательные вещи, но слишком уж много всего за один раз.

Возможно, они ещё вернутся сюда в следующий раз, или Луна поможет в этом Минти. Ему-то, похоже, не слишком хотелось уходить, хотя некоторое утомление Минти тоже ощущал, но будто не от досуга, а просто ментальное.

Потом Луна подтвердила, что с непривычки слишком длинные и яркие сны могут оказывать заметное влияние на состояние даже после пробуждения и иногда даже вызывать утомление на весь день.

И Найтмер поступила с какой-то стороны верно, хоть Луна и немного отчитала ту по поводу того, что так делать неправильно и всё такое, но скорее сделала это для проформы.

Находились они все в общем сне, вне сна Пинки, ведь её сон уже закончился, и Пинки проснулась. Компания уже готовилась разойтись, когда Неро вновь невзначай напомнил кодовое слово, придуманное для Минти. Словом этим был «топинамбур». Неро периодически просил друга запомнить это слово и возлагал на него большие надежды…

Минти сначала странно косился на Неро, но потом просто принял очередную абсурдную ситуацию и просто согласился с просьбой запомнить это слово.

Я хотел использовать это слово, чтобы мягко, насколько это возможно, начать разговор о общем сне. Эта идея мне показалась довольно забавной и уместной на фоне абсурдности самого сна. И уж точно эта идея не такой выглядела пугающей, как просто сказать что-то в духе «Хей, Минти, а помнишь наш сон?». По крайней мере, Неро был убеждён в этом.

Часть 16 - Магия реальна!

Когда я проснулся, помимо традиционного лежания в постели и смакования прошедших во сне событий, что вошло в привычку ещё до встречи с Луной, я поймал себя на мысли, что хочу попробовать то, что вычитал в подаренной мне книге.

И опробовать не во сне, а именно здесь, в привычной и обыденной реальности. Но сначала, я написал то самое кодовое слово Минти и вновь вернулся к прошлым мыслям, так увлекаясь ими, что забыл обо всём остальном.

Возможно, желание опробовать магию именно здесь возникло из-за того, что я всё ещё до конца не верил во всё это и подсознательно искал пути подтвердить то, что чудеса возможны.

Конечно, проступивший на руке рисунок в реальности, полученный во сне, — уже достаточно достоверное доказательство. Я даже краем глаза заметил, как на мою руку косится продавщица в магазине, когда ходил за продуктами, что подтверждает, что он действительно есть.

Хотя не то чтобы я в серьёз думал, что он мне мерещится, но дополнительное подтверждение было не лишним.

…

Я, не переставая расфокусированным, задумчивым взглядом глядеть на рисунок, вспоминал упражнения и рекомендации из той книги.

Такое ощущение, что каждый раз, когда я в неё заглядывал, формулировки в ней менялись, но суть оставалась прежней.

И каждый раз новая формулировка позволяла взглянуть на описываемое в тексте под другим углом и лучше его понять.

Я так глубоко погрузился в отстранённые мысли, что даже не заметил, как углубился в транс. Я и раньше интересовался медитациями, гипнозом и всем таким, но без особого энтузиазма, а спросонья, в нужном настроении, при каком-никаком опыте, у меня с первой попытки удалось погрузиться именно в такой транс, какой был описан.

И даже посторонние мысли не отвлекали, скорее наоборот, они были подобны расслабляющему белому шуму, который лишь облегчал задачу.

Я попытался не выйти из этого состояния, ломая его преждевременной радостью. Во сне тоже нельзя давать себе испытывать слишком сильные эмоции первое время, во избежание пробуждения, поэтому и эта задача сложной не показалась.

И вот я отрешённо смотрю на рисунок на своей руке, не фокусируя на нём плывший взгляд и стараюсь припомнить всё прочитанное, воспроизводя сначала в воображении, в своём состоянии, а потом и в всё более чётком намерении увидеть, прозреть.

Самым первым шагом в освоении магии было пробуждение чувствительности к ней. Способов было много, и самый простой из них — сфокусироваться на каком-то магическом проявлении.

В приведённом примере, учитель прямо перед своим учеником создавал фигуры и возмущения фона. Учителя у меня нет, поэтому я взял другие примеры.

В них неофит сосредотачивался на накопителях, артефактах, частях магических растений, или зверей, на волшебных инструментах магов, или на любом другом предмете, что излучал больше магии, чем окружающий мир и сам неофит.

В особо безвыходных случаях использовался даже обычный огонь, разведённый из ингредиентов, содержащих хоть немного более высокий фон, чем всё окружающее. А для увеличения эффекта, такой огонь разводился внутри фокусирующих печатей.

Неро надеялся, что знака Луны ему хватит, ведь Луна сказала, что она сделала это именно магией, а не силой сновидца, потому логично было предположить, что магии в ней больше, чем в остальных местах.

И, похоже, в итоге Неро смог увидеть то, чего хотел. В восприятии что-то странным образом изогнулось, или даже хрустнуло, и я увидел.

Вокруг рисунка была едва заметная дымка. Она искажала картину, как воздух над перегретым асфальтом.

Я обрадовался, но потом испугался, что вдруг я просто хотел это увидеть и обманул сам себя. Но это уже можно было проверить — рассудил я.

В книге было написано, что как только маг осознанно и с полным пониманием происходящего наблюдает магическое проявление, в нём что-то меняется, и становится заметно проще ощутить и направить магию в себе самом.

Неро пока отбросил лишние мысли и желание рассмотреть те искажения на потом и ушёл глубже в транс, закрыв глаза.

Сначала показалось, что закрытые глаза не помешали видеть то искажение, но Неро решил, что это, как след на сетчатке от яркого экрана телефона, включённого в темноте, а потом погасшего, своеобразный артефакт восприятия, и вскоре он действительно пропал.

Неро сейчас был занят другим, а именно — обращал чувства внутрь себя и пытался ощутить... нечто. Нечто новое, волшебное.

В описании не говорилось, что именно это должно быть, ведь каждый ощущает это по-своему, и чужие примеры здесь лишь запутают. Но уйти на это, при самостоятельно освоении, могут месяцы и даже годы.

Неро было проще, чем полному новичку, ведь он уже ощущал нечто сверхъестественное ранее и даже управлял мистической силой во сне, хоть то была и не магия.

Поэтому он примерно интуитивно ощущал и понимал, что нужно искать, но всё же сейчас нужно было найти не силу сновидца, которая, к слову, ощущалась где-то на краю сознания, и у Неро было ощущение, что к ней даже получилось бы обратиться, но вряд ли вышло бы что-то с ней сделать здесь. Поэтому хотелось именно магии. Она, как говорилось в книге, присутствует и работает везде, хоть и везде в разной степени и по-разному.

Опять Неро незаметно для себя, отвлёкся на мысли, машинально продолжая углублять транс и прочёсывать чувства на предмет чего-то нового. И таки добился желаемого.

Помимо уже начавшего просыпаться голода, Неро ощутил нечто едва уловимое, освежающее и невесомое внутри себя.

Больше всего это вызывало ассоциации с чем-то воздушным, мятным и бесплотным. Даже более проникающим во всё и вся, чем воздух.

Неро с трудом удержал концентрацию, ведь это чувство было очень приятным и волнующим. Ощущать в себе магию, пусть и так слабо — не то ли это, о чём мечтает почти каждый? И не просто во сне, а в обычной, такой нормальной и, казалось бы, лишённой чудес, жизни.

Неро ещё какое-то время наслаждался ощущениями, чувствуя это нечто в себе всё отчётливее, всё ярче, а потом попытался что-то с этими новыми чувствами сделать.

Неро понятия не имел, как управлять маной, но сновидческой силой управлять ранее получалось, поэтому он попытался повторить процесс, делая тоже самое, но для другой силы.

И усилия даже дали какой-то эффект. Мятное невесомое чувство колыхнулось, но на этом всё.

Как бы Неро ни пытался, добиться чего-то большего, чем лёгкого колыхания маны внутри себя, не удавалось.

И тогда Неро обратился к тому, чем управлять уже умел — к силе сновидца.

Какое-то время заняли попытки нащупать её и потянуть на себя. Здесь, в отличие от сна, это было заметно сложнее, а ещё было чувство, что эта сила, в отличие от магии, находится где-то в другом месте. Будто на другом уровне реальности, но протащить её к себе в тело это не помешало.

Неро сразу ощутил лёгкий прилив сил, особенно ментальных. Уже успевший устать разум, вновь получил подпитку, но ничего больше это не дало.

Неро для проформы, ни на что особо не надеясь, попробовал направить свою силу на создание образа кирпича перед собой.

Разумеется, ничего не получилось, но отток силы Неро ощутил. И был этот отток довольно заметным, гораздо больше, чем требовалось бы во сне на ту же задачу, а здесь, кроме ощущения оттока, ничего не изменилось.

«Ну я и не ожидал, что смогу это сделать», — спокойно, но в глубине души, немного разочаровано подумал Неро и прекратил отток.

Он и правда не ожидал, что смог бы вот так, одной волей, как делал это во сне, создать предмет, даже его иллюзию. Очень уж просто было бы, но некое разочарование кольнуло, хоть и едва заметно.

Сейчас он хотел проверить, способен ли управлять этой силой здесь так же, как во сне, и если да, получится ли при помощи неё зачерпнуть ману, или что-то вроде того.

Оказалось, управлять силой сновидца в реальности получалось, хоть и было это заметно сложнее, чем во сне, а ещё, она постоянно утекала в окружающее пространство, плохо удерживаясь телом, но часть всё-таки удерживалась, повышая свою плотность внутри тела.

И этой энергией, что всё-таки в теле задержалась, управлять было уже проще. Она будто становилась полностью своей, или… становилась частью этой реальности?

Двигать сновидческую силу в теле выходило. Интересным было то, что если направить её в голову, мысли становились чуть чётче, но это Неро отметил краем сознания и продолжил, фокусируясь на магии, сновидческой силой пытаясь как-то помочь себе её сдвинуть.

Сначала мистические энергии просто проходили друг сквозь друга, но потом, Неро заметил, что с каждым таким подходом, сновидческая сила управляется немного сложнее, а потом понял, что она разбавляется маной. И чем больше маны становилось в "смеси", тем сложнее ей было управлять.

Но Неро обрадовался, ведь, возможно, он нашёл путь к контролю чистой магии, ведь можно с каждым разом добавлять всё больше маны, пока не останется почти чистая мана. А потом, возможно, и самой маной, без примесей управлять получится.

Неро, уверившись в достижимости желания, решил пока прерваться, ведь чувство голода было уже довольно сильным, да и не только оно…

На протяжении всего того времени, пока Неро делал привычные утренние дела, он то и дело ненароком поддавался то желанию ненадолго активировать магическое зрение, то подвигать в себе энергии.

И чем чаще он это делал, тем проще было настроиться, тем быстрее удавалось начать, и даже немного проще становились сами манипуляции, хотя прогресс тут был заметно меньше. И был он медленнее, чем во сне.

Интересным ещё было то, что после того, как Неро начал перетягивать в своё тело сновидческую силу, он начал магическим зрением видеть дымку не только над рисунком на ладони, но и от всего своего тела.

И особенно сильной эта дымка становилась, когда он намеренно выпускал из себя энергию, что логично.

Все эти манипуляции, похоже, дополнительно усиливали голод, но перестать это делать, было выше сил человека, всю жизнь мечтавшего о чудесах и нашедшего тропинку к ним.

Неро с трудом дождался, пока пельмени сварятся, и даже во время еды нет-нет, да делал что-то эдакое, но теперь в основном внутри тела, ведь так усталость и голод копятся медленнее, чем при выпускании силы наружу.

Неро гонял маленькие сгустки сновидческой силы по телу, одновременно пытаясь напитать их как можно большим количеством магии.

Это затрудняло контроль, и сначала сгустки через какое-то время распадались, но потом Неро нашёл баланс, когда их ещё получается удерживать, но те уже вот-вот выйдут из-под контроля.

Это утомляло разум, но пущенная в голову сновидческая сила немного дурманила разум и делала мысли чётче, попутно снимая усталость, но Неро решил этим очень уж сильно не злоупотреблять — кто его знает, чем чревато такое стимулирование мозга, или что там стимулируется...

Данных об этом в подаренной книге было крайне мало. Пусть они и дополнялись с каждым разом как от открытий самого Неро, так и после того, как книгу брала Луна, но прорех в знаниях было очень много, и приходилось всё выяснять методом антинаучного тыка. До научного тыка, Неро, похоже пока не дорос, да и так тыкать магию пока было интереснее.

Проблемой было ещё то, что пусть Неро и читал иногда книгу во сне, там это мало что давало. Неро и так мог сделать во сне что угодно, и определить, была это магия, или сновидческая сила, а может, вообще мир сам изменился, было крайне сложно, ведь сон иногда просто подстраивался под желания сновидца, под неосознанно выпускаемой волей и желаниями. Это даже не совсем энергия, а нечто другое. Особенно этому был подвержен сон самого сновидца, созданный им же.

Второй проблемой было то, что Неро мог использовать лишь запомненные и принесённые из сна знания.

Нельзя было заглянуть в книгу, что есть лишь во сне, вне сна.

А Неро совсем не мог похвастаться идеальной памятью, пусть она и стала заметно лучше после последних событий. Похоже, всё это благотворно влияло на разум, ведь улучшилась не только память, но до идеальной памяти было очень далеко. Возможно, даже до нормальной памяти, память Неро недотягивала, ведь раньше с ней были некоторые проблемы…

…

В целом, как подумал Неро, день прошёл отлично. Пусть он не сделал чего-то выдающегося, но, кажется, нащупал тропинку к магии. Настоящей магии!

Неро, конечно, был рад тому, что с ним происходит во снах и хотел, чтобы это продолжалось, но ощущалось это всё-таки не так чудесно, как чувство магии вне сна.

Ощущать, как, подвластные твоей воле по ауре и телу прокатываются сгустки силы… Непередаваемое чувство.

Неро даже из любопытства попробовал выплеснуть столько силы, сколько смог, на горящую свечу и заметил, как пламя колыхнулось и, кажется, сменило на миг оттенок, но после этого пришла очень сильная усталость, и, списавшись с Минти, Неро отправился спать.

…

Минти проснулся в отличном настроении. Давно он так не высыпался, а в памяти ещё оставался яркий образ сна. Такой чёткий, детальный, осознанный...

Минти взял с тумбочки телефон, желая записать сон, пока ещё хорошо его помнил, но тут его взгляд упал на уведомление от мессенджера:

Отправитель: Неро – «топинамбур».

Там было одно единственное слово, но его хватило, чтобы руки у Минти задрожали, а реальность вокруг показалась не такой уж реальной, как была секунду назад.

…

Вот чего-чего, а истерику вперемешку с панической атакой в ответ на своё сообщение Неро получить не ожидал. Пришлось долго утешать и успокаивать друга в голосовом чате, убеждая его в том, что всё у него с головой в порядке, а они находятся в реальном мире, скорее всего...

От последней оговорки друга, успокоившийся было Минти, вновь забеспокоился, но потом расслабился и улыбнулся, сочтя это шуткой.

А потом Неро очень осторожно и, стараясь не слишком шокировать друга, рассказал без особых подробностей, что у него есть дар сновидца и он может заглядывать в чужие сны, да и в своих снах способен на многое.

Он решил пока не говорить о Луне, других мирах, магии. Минти и так неожиданно близко к сердцу принял одно единственное свидетельство паранормального, а если вывалить всё сразу... Пусть пока считает, что всё это – творение Неро и реальными там были лишь он и сам Минти. Хотя Неро не стал озвучивать эту версию, обманывать друга он всё-таки не хотел. Минти сам себя в этом убедил.

...

Успокоившись, Минти спросил:

— А мы встретимся в следующем сне?

— Почему бы и нет? — с улыбкой ответил Неро

Часть 17 - Первые шаги

Оказавшись во сне, я снова обнаружил послание от Луны, где говорилось, что она с Найтмер отлучилась, пока меня не было, и вернётся, как освободится.

Я решил посвятить это время изучению книги, вместе с чем машинально поглаживал Пина и почесывал у него то за ушком, то под крылом. Пин растёкся довольной лужицей и издавал невнятные довольные звуки, которые иногда походили на мурчание с вкраплениями ритма и мелодичности. Эти звуки расслабляли и помогали ещё больше сосредоточиться.

В книге, как и ожидалось, информация дополнилась. Возможно, даже на основе моих собственных открытий и опытов. Чего-то по-настоящему полезного найти не удалось.

Там были некоторые ритуальные рисунки, заклинания и теория, но нужны мне были в первую очередь основы и способы контроля магии, ведь без этого, остальное имеет мало смысла, и начало обучения любого мага как раз и заключается в контроле своей силы.

Вот только маги, похоже, не имея альтернатив, изучают ману и годами учатся её контролю, а у меня уже есть сновидческая сила, к которой я привык и которую мог контролировать на неплохом уровне, а тратить годы на то, что хотелось как можно быстрее, мне не хотелось.

Я никуда не спешил, и ничего страшного не случится, если использовать стандартные методы, но мне хотелось магии, хотелось творить чудеса и знать, что я на это способен везде. И во сне, и наяву. Именно поэтому я и искал способы ускорения обучения основам.

В самой книге были упоминания, что такие способы есть, появился даже раздел посвящённый моему способу: опосредованный контроль посредством других энергий.

Вот только почти каждый описанный способ был либо жутко костыльным, позволяя делать что-то конкретное при помощи маны, а не управлять самой маной, или предполагал использование чужой силы: когда некто со стороны помогает в контроле.

Вот только в таком случае это и будет именно чужая сила, и принадлежать она будет в первую очередь кому-то другому. Как дали, так могут и отобрать, а навыки контроля над своей силой это не только не даст, а скорее наоборот, уменьшит их, ведь чужой силой управлять будет проще. Уж тот, кто её дал, над этим постарается.

Не говоря уже о том, что эти способы ещё и плату требовали, иногда платой даже выступала душа.

Я хоть и хотел магию как можно быстрее, но на такое согласен не был и решил, что мой способ оптимален: контролировать ману через сновидческую силу, попутно тренируя контроль самой маны, страхуя себя той энергией, что уже подвластна контролю.

Во сне это давалось проще, пусть здесь и было заметно сложнее выделить отдельно ману, но это компенсировалось пластичностью реальности и тем, что даже сильного намеренья хватало, чтобы желаемое начало воплощаться само собой.

Я подумал, что это может помочь, дать своего рода бета-тест того, как должна контролироваться магия, к чему нужно стремиться. А потом уже, как проснусь, попробую повторить.

Я создал себе своеобразный тренажёр, что одновременно помогал развивать внимание, волю, сновидческую силу и ману, по крайней мере, я на это надеялся.

Представлял этот тренажёр собой изменяющийся конструктор-головоломку из множества деталей, каждую из которых нужно удерживать в воздухе телекинезом в правильной ориентации, относительно прочих деталей.

Это уже было сложно, но увлекательно, а главным было другое: если детали располагались верно, через них можно было пропустить ману, и она, пройдя через каждую деталь, фокусировалась на последнем элементе. А этот элемент реагировал на плотность, непрерывность и чистоту подаваемой магии.

Требуемая конфигурация маны постоянно менялась, и приходилось подавать ману иначе, стоило лишь привыкнуть к прошлым условиям.

Повторить подобнее наяву у меня вряд ли получилось бы, даже если бы я имел там такой же хороший контроль, как здесь, ведь я понятия не имею, как эта штука работает. Создавал её пользуясь тем, что во сне можно задать объекту нужные свойства, не заморачиваясь деталями процесса.

Правда чем сложнее мне было представить свойство и чем сложнее оно мне казалось, тем больше не это уходило силы и обмануть себя не получалось. Если мне кажется, что сделать конкретную вещь сложно, значит, это будет сложно, а заставить работать нечто, не имея достаточно чёткого представления, что должно выйти в итоге, чаще всего не получалось, или выходило совсем не то, что нужно.

Поэтому приходилось максимально чётко и однозначно представлять требуемые свойства, а потом мысленно соединять созданные элементы и так же чётко представлять, к чему приведёт их взаимодействие и каким должно быть взаимодействие.

За этим занятием меня застала вернувшаяся Луна, но решила не отвлекать, а с любопытством наблюдала.

Я сразу её не заметил, но когда заметил, улыбнулся и обнял её, отпустив головоломку из телекинетической хватки. Начал уже привыкать к ней.

Настроение у меня было отличным, чем я и решил с ней поделиться, активно тиская её и рассказывая о том, что делал.

Луна обняла меня в ответ и выслушала мой рассказ об успехах в освоении магии. Похвалила оригинальный подход и дала несколько полезных советов, которые помогли ей, когда она сама осваивала магию, а потом Луна подняла телекинезом мою головоломку и с интересом осмотрела ту, быстро поняв, как она работает.

Погоняла по ней магию, а потом, спросив, не хочу ли я её улучшить, внесла туда множество изменений.

Теперь эта штука не только требовала подавать разную по характеристикам ману, но ещё и иногда сновидческую силу, а ко всему, иногда элементы головоломки пытались вывернуться из телекинетической хватки, или повернуться неправильно.

Луна сказала, что подобные игрушки, только значительно проще, дарят жеребятам-единорогам, чтобы развивать их контроль. Самые качественные из них адаптируются под пользователя, усложняясь по мере увеличения контроля жеребёнка.

Подобный принцип Луна реализовала и здесь, чтобы головоломка всегда представляла некоторую сложность в прохождении, но не была чрезмерно трудной, а для разнообразия, вложила туда периодическую перестройку и изменение формы, оставляя основной принцип.

Такая вещь должна быть полезна любому начинающему магу, и она даже удивилась, что сразу о таком не вспомнила, но потом, немного подумав, добавила, что ничего удивительного. Я же не жеребёнок, а идея дарить взрослому, детские игрушки, мало кому придёт в голову.

А потом Луна сообщила, что Минти только что уснул, и можно к нему наведаться. На что я предложил пригласить его сюда.

Этот сон был уже достаточно устойчивым, проработанным и привычным, не хотелось его покидать и видеть смазанную реальность из образов, а именно так и выглядят сны Минти, да и почти всех остальных людей Земли, впрочем, тоже.

…

Минти осознал себя в тот момент, когда перешёл через портал и попал на живописную полянку, окружённую лесом.

На полянке стояли столик, лежанка, какие-то непонятные, но красивые штуковины и скатерть с развернутым пикником. Вид полянки и обилие предметов на ней говорили о том, что она часто посещается.

Всё выглядело уютно, а потом на руки Минти уселось миловидное пушистое, крылатое существо, которое издало умилительный звук и потерлось о руку.

Минти расплылся в умилённой улыбке и принялся гладить эту прелесть, а потом заметил двух пони. Одна из них напоминала Луну, а вторая, или второй…

И тут Минти окончательно осознал себя во сне, вспомнил прошлый сон, разговор с Неро и новым взглядом огляделся.

Неро, как и раньше, постоянно изменялся, не задерживаясь надолго в конкретном облике, но каждый раз непонятным образом оставался узнаваемым.

Луна же с доброжелательной улыбкой попивала чай, сидя на пуфике. Она скорее лежала, наполовину свернувшись клубочком, и это выглядело довольно миленько, отчего Минти снова улыбнулся и перевёл взгляд на Неро.

— Неро? Привет. Мы снова в общем сне?

— Агась, доброй ночи. Ты ведь хотел встретиться ещё раз, вот мы и вытащили тебя сюда.

— «Мы»? — Минти перевёл взгляд сначала на Луну, а потом на Неро.

— Агась, мне помогла Луна. А эта булочка у тебя на руках, кстати, мой фамильяр, Пин. — Пин на это поднял одно ухо, но потом опустил его обратно, млея под поглаживаниями.

— Луна… А она, хм… ну… — Минти смутился, явно не зная, как выразить свой вопрос и не обидеть Луну вопросом о её реальности, так ещё и слова о фамильяре явно произвели на него впечатление.

Неро решил, что в этот раз уже можно рассказать другу больше. Он уже принял, или близок к принятию возможности организации совместных снов, а теперь можно и обобщить, что он и я здесь можем быть не единственными «реальными».

Вообще, вопрос реальности, как оказалось и как объяснила Луна, был довольно условным.

Если считать реальным то, что можно потрогать в реальности, то да, большинство вещей здесь иллюзорны. Да и не всё можно потрогать.

К тому же, Луна отметила, что теоретически, если вложить больше силы в образ, а потом, ещё больше силы в портал, теоретически можно открыть проход в реальность и даже вынести такой предмет туда.

Каким будет результат — непонятно, но в теории, предмет получится потрогать.

Но не об этом сейчас.

Минти с ещё большим интересом посмотрел на Луну и Пина, продолжающего лежать у него на руках.

Когда Неро в общих чертах объяснил ему природу сна, его отличие от осознанного и общего сна, а также, степень иллюзорности объектов, Минти немного запутался, но понял главное: здесь они могут быть не только вдвоём. А Неро почти прямым текстом говорил, что Луна и Пин совершенно реальны, так же, как и они сами.

Поверить в это было сложно, и у Минти это получилось не до конца, но он уже допускал такую возможность и начал с большим интересом расспрашивать Луну обо всём, просто заваливая её вопросами, а потом осмелел и погладил ту, ведь атмосфера была подходящей.

Луна не была против, но удивилась. У пони, конечно, более распространён тактильный контакт, и для них это было бы нормой, но вот для людей, кажется, это довольно необычно.

Луна улыбнулась и погладила Минти в ответ, отчего тот немного сконфузился. Почему-то когда он гладил Луну, это его не смущало, а вот наоборот – смутило, а потом мы обратили внимание на тот факт, что раньше ускользал от нашего внимания: почему Минти в облике человека?

К однозначному выводу не пришли, но Луна предположила, что Минти всё-таки держится за свой человеческий облик больше, чем я, поэтому таким и остаётся.

У нас получилось в порядке эксперимента отрастить ему ушки, хвостик, превратить руки в копыта и обратно, а потом даже, превратить его в пони полностью, но, судя по выражению лица Минти, ему это было интересно, но несколько дискомфортно.

Возможно, ещё привыкнет, возможно, нет. Не то чтобы нам было обязательно превращать всех вокруг в пони, и если кому-то приятнее в другом облике, пусть так и будет.

А дальше мы обсуждали с Минти идею постепенно приобщить к этому всему других брони.

Понятное дело, не всех. Минти тоже понимал, что некоторые из сообщества — довольно сомнительные личности, но вместе с тем, среди них есть и, напротив, очень приятные во всех отношениях, моськи.

Пока окончательное решение выработать не удалось, но Минти пообещал для начала создать отдельный закрытый сервер, куда пригласит всех, самых приятных из тех, кого знает и кого потенциально можно было бы посвятить в нашу «тайну».

Тайны на самом деле тут не было, просто так было чувство загадочности и общности, как отметил немного смущённый Минти.

Он тоже согласился с тем, что в открытую говорить об общих снах, реальных пони и всяком таком и правда не стоит. Он бы и сам, скорее всего, не поверил, если бы ему об этом сказали. Он и сейчас не до конца верит, увидев всё это своими глазами хотя хочет, чтобы всё это было правдой.

А если бы такие новости оглашались в открытую, никто, кроме нескольких отчаянных брони и парочки поехавших, на это бы не обратил внимания. Ещё бы избегать начали.

Поэтому Минти предложил сначала познакомиться с теми брони, или посвящать более постепенно, чем его. Хотя, тут зависит от конкретного случая. Некоторые могут всё и сразу принять.

Часть из них, как оказалось, я и так знал и был согласен с тем, что они — довольно приятные собеседники.

Выяснилось, что не все из предложенной Минти компании — брони, но я, да даже Луна, заверили, что это некритично, главное, чтобы хорошими были и без гнили внутри.

Луна сказала, что легко это ощутит, да и Пин, скорее всего, тоже.

И Луна даже не то чтобы хотела скрывать и оберегать нас от неприятных личностей, хотя не без этого, в первую очередь, ей самой было бы некомфортно находиться рядом с такими людьми. Эмоции у них мерзкие, да и веет чем-то таким…

Она уже успела таких встретить. Часть из них даже вели себя хорошо, казались хорошими, но внутри…

Впрочем, не будем о грустном. Просто такие личности не пройдут первичную проверку и ни о чём не узнают, отсеявшись ещё до попадания в общий сон, а остальных можно постепенно заинтересовать снами, устраивать им нечто схожее с тем, что пережил Минти, но не так резко.

Минти говорил, что возьмёт это на себя, ведь он ещё помнил свою истерику и не хотел так шокировать остальных, поэтому заверил, что он сможет постепенно, за несколько сеансов общих снов, подвести всех к мысли, что это всё неспроста, а потом и напрямую всё расскажет.

Неро обрадовался тому, что эту «обязанность» взял на себя Минти, ведь Неро до сих пор было немного неловко от своей резкости. Действительно, стоило бы немного выждать, да и вот так неожиданно бросаться в общение со множеством людей, пусть и хороших, Неро было сложно в силу того, что до этого момента, он очень долго был одинок, хоть и хотел компании, но не находил.

Неро надеялся, что постепенно вольётся в компанию в процессе приобщения их к снам, да и простого общения в реале. Первые подвижки в этом были, чему Неро был очень рад.

…

По итогам последнего сна, ничего кардинально нового не случилось, разве что Минти более плотно выстроился в их с Луной компанию, но начали обретать чёткость детали ранее придуманного плана и воплощались в жизнь его первые этапы.

Минти обо всех масштабах не знал, в это он уж наверняка бы пока не поверил, по крайней мере, сразу, а остальные — тем более, но вот просто собрать приятную компанию во сне, для начала.

И собираться так периодически: хорошее начало. И хороший способ первично показать тот факт, что чудеса возможны, а потом, Неро и магию в реальности, возможно, освоит, кто знает…

А может быть, даже, не только он.

…

Я проснулся выспавшимся и в очень приятном расположении духа. Ещё бы, моя безумная идея, похоже, имеет право на жизнь, магия постепенно изучается, тисканья и лампового общения за один сон у меня теперь столько, сколько и за всю жизнь не было — просто восхитительно.

А ещё, когда я проснулся, более отчётливо ощутил свои силы. В прошлый раз приходилось долго фокусироваться, а теперь они чувствуются «довольно близко».

Я на радостях подумал, что теперь и контролировать ману будет просто, но обломался. Контроль и правда стал немного проще, но всё так же работал только с посредником из сновидческой силы, хотя теперь, когда я пытался сдвинуть только ману, она колыхалась сильнее, чем раньше.

Ещё, кажется, резерв чуть подрос, но на этом всё. Буду надеяться, что скорость прогресса сохранится, ведь ещё вчера я вообще ничего такого не мог, а сейчас, по привычке из сна, попытался телекинезом ухватить пульт от кондиционера и ощутил резкую просадку резервов и, кажется, пульт сдвинулся.

На пару миллиметров, но если мне не показалось, это уже очень большой прогресс. Вот только голод после этого действия напал с новой силой.

…

После того, как я поел и отписался Минти, на всякий случай подтвердив то, что разговор во сне был, отчего он был несказанно рад, дополнительно убедившись, что принимает участие в чём-то столь грандиозном — это он ещё не знает истинных масштабов задумки…

После этого я зашёл в ванную и задумался, стоя перед зеркалом, уже по привычке гоняя энергии по телу. И неожиданно заметил, как в зеркале что-то мелькнуло.

Я вздрогнул и отошёл вбок, перестав видеть своё отражение.

С некоторых пор у меня появилось предубеждение по поводу зеркал, но вскоре любопытство перебороло опаску, да и страшного ничего не происходило, и я вновь подошёл к зеркалу.

Ничего необычного там не увидел, но когда постепенно начал разгонять энергии по телу и вокруг него, вновь увидел какие-то искажения, а потом включил магическое зрение.

Это привело к тому, что я увидел в зеркале очень тусклое, едва заметное дополнение к своему отражению в виде ушек и хвоста. Именно таких, как были у меня во сне в виде пони.

Это меня озадачило, и я ощупал голову. Ничего не ощутил, а в зеркале ушки всё так же были, пусть и почти полностью прозрачные и едва заметные.

…

Как оказалось, если пускать в голову и глаза сновидческую силу, образ в зеркале становился чётче, мне даже померещился там у моего отражения сначала рог, а потом крылья. А потом, вообще Пин, что уселся у меня между ушей.

И что самое странное, я это ощутил, хоть и очень-очень слабо, ближе к лёгкому фантомному ощущению, но это было занятно.

Я попытался погладить Пина у себя на голове и видел, как в отражении он улёгся поудобнее, и мне даже почудилось, как я ощутил его шерсть у себя под рукой, но с таким же успехом это всё могло быть воображением, или самовнушением — очень уж слабые чувства.

А потом я понял, что очень увлёкся и почти полностью опустошил свои резервы.

Памятуя совет из книги, прекратил любое использование энергии — не хотелось заработать магическое истощение.

Я ещё помнил, как мне было плохо при привязке Пина, а ведь, возможно, большая часть тех неприятных ощущений была вызвана именно магическим истощением, а не повреждением души.

Писалось там, что иногда полностью опустошать резерв даже полезно, но уж точно не в первые дни освоения магии, поэтому я решил пока передохнуть, да и есть опять захотелось.

Как оказалось, я в ванной несколько часов стоял и залипал на зеркало, даже ноги затекли и замёрзли от стояния на холодной плитке. Пусть я и был в мягких носках, но от долгого стояния на плитке меня это не спасло.

Вернулся на кухню и поставил разогреваться гречку с котлетой и решил сразу, как поем, залечь в ванную на весь оставшийся день. С постоянной усталостью от черезмерного использования магии, мне это было нужно.

…

Я расслабленно лежал в воде и, отпустив мысли, отдыхал. Оказывается, постоянное управление энергией не только выматывает, подобно физическому труду, но и истощает разум, подобно сложным математическим задачам. Тем не менее, если расслабить тело в воде, и разум уставал медленнее.

Также, я заметил, что с каждым разом, я устаю всё меньше и восстанавливаюсь быстрее.

Вот и в этот раз, спустя где-то час лежания в воде, я был в состоянии продолжить практику. А желание такое было постоянно, поэтому я не стал противиться, начав разгонять энергии в теле, а потом и выпускать их, пытаясь при этом выпускать, как можно меньше сновидческой силы и как можно больше маны.

В расслабленном состоянии, лёжа в ванной, похоже, мне это давалось проще, но спустя время, меня заинтересовало другое:

Я заметил, что магия из воды уходит заметно медленнее, чем из воздуха, и чем больше маны я выпускал в воду, тем отчётливее ощущал окружающую меня воду. Будто она теперь касалась не только тела, но и чего-то ещё. Возможно, ауры.

Ощущение было интересным, и я, как всегда, увлёкся. Но когда понял, что слишком устал, чтобы продолжать, — даже двигался с трудом, но в этот раз состояние было более терпимым, а резерв восстанавливался быстрее. Похоже, в заряженной магией воде, это проходит проще, что в целом и логично.

Я лежал в ванной несколько часов, опустошая и восполняя резерв, и ощущал, как с каждым разом делаю это всё лучше и всё меньше устаю, а вода становилась всё более заряженной.

В какой-то момент, я захотел попробовать управлять окружающей водой, и, к моему удивлению, это получилось сделать довольно легко. Выходили у меня лишь лёгкие волны на поверхности, а при приложении больших усилий, удавалось вспучивать воду холмами, но это уже было очень круто.

Я предположил, что дело в том, что вода пропитана моей магией, и поэтому я могу ей управлять. Для чистоты эксперимента, я набрал воду из ванной в ладони и попробовал создать водяной шар чёткой формы.

Что-то отдалённо похожее на сферу у меня получилось с четвёртого раза.

А потом я отпустил сферу в ванну. Она закономерно упала и растворилась в воде. Я захотел попробовать ещё раз, но в этот раз — со свежей водой.

Я открыл кран и набрал тёплой, не пропитанной магией воды в ладони.

С этой водой сделать, ожидаемо, почти ничего не вышло. Удалось вызвать лишь лёгкую рябь на поверхности, и при этом довольно быстро тратился резерв, когда как с водой из ванной, затраты были в десятки раз меньше.

Определённо, материал, пропитанный маной, проще поддаётся контролю. Интересно только, это касается только моей маны, или любой?

Жаль, у меня нет под боком других магов или ещё каких-то источников магии, но я надеюсь, это ненадолго...

...

Также, эта вода, как выяснилось, восстанавливает резерв.

Я попробовал выпить немного заряженной воды — на этом моменте с улыбкой вспомнил бабушку, что ставила трёхлитровую банку у телевизора и «заряжала» её. Оказалось, не так уж неправа она была.

Так вот, если выпить такой воды, резерв восстанавливается с небольшим ускорением, относительно обычного восстановления. И простая вода такого эффекта не даёт.

Вероятно, я вытягиваю ману из воды внутри себя, ускоряя регенерацию маны, а когда магия в воде кончается, регенерация приходит в норму.

Попробовал просто вытянуть магию из воды, вернув её обратно в тело. И даже что-то получилось, но тут я, похоже, упёрся в проблему своего крайне плохого контроля магии.

Чтобы тянуть ману на себя, нужно её контролировать, а это делать у меня почти не выходило. А если я выпускал вокруг себя сновидческую силу для повышения контроля — это помогало, но не сильно и ненадолго.

В отличие от магии, эта сила в воде почти не задерживалась, как, впрочем, и в остальных материалах, просто проходя сквозь всё и рассеиваясь в пространстве.

По ощущениям, выпускать эту силу для восстановления маны из такой заряженной воды путём временного повышения контроля и втягивания энергии в себя — неэффективно.

Возможно, дело пойдёт лучше, если маны в воде станет ещё больше

Но вот если её пить даже в текущем виде — другое дело.

Вот только я не горю желанием пить литрами грязную воду из ванной, но провести несколько опытов с такой водой можно...

Я вылез из воды, вытерся и посмотрел на всё так же наполненную ванну. Решил пока воду оставить и выяснить, как быстро из неё исчезнет мана и исчезнет ли она оттуда вообще.

Фон тут явно выше, что значит, что магия из воды выходит, но выйдет ли она полностью?

Магическим зрением я видел воду более яркой, чем предметы вокруг, а над водой клубилась дымка, похожая на лёгкий туман.

Набрал несколько банок заряженной воды, снова с улыбкой вспоминая бабушку, поставил эти банки в разных местах и отправился спать. Но укладывался, мне в голову пришла ещё одна идея.

Перед сном ещё попробовал отфильтровать немного воды через фильтр-кувшин и прокипятить её в разном порядке, и ёмкости с такой водой также оставил в разных местах, подписав фломастером.

Под конец пришлось использовать кастрюли, ведь банки и бутылки закончились.

Проверять всё это во время фильтрации или кипячения магическим зрением, уже сил не было, поэтому я, как выключил в очередной раз вскипевший чайник — для быстроты, кипятил и в газовом, и в электрическом — таки увалился в кровать и почти сразу уснул: лёгкое истощение, похоже, всё-таки заработал или был очень близок к нему, судя по навалившейся слабости.

Часть 18 - Материаловедение

На несколько дней я ушёл в изучение магии и эксперименты с ней с головой. Я всё так же появлялся на нашей полянке, общался с Луной и Минти, но в мыслях всё время была магия, новые идеи, вопросы…

Луна меня понимала, пусть и не до конца. Она видела, как восторженно единороги постигают магию, но, учитывая то, что для них магия — довольно обыденная вещь, а для меня — это чудо и мечта, эмоции были ещё ярче.

Минти тоже понял моё состояние и старался не слишком отвлекать. Его тоже заинтересовала магия, но маны у Минти было значительно меньше, как и сновидческой силы, потому он даже во сне с большим трудом что-то мог сделать, не говоря уже о реальности. Но он пытался, наблюдая за мной, а Луна охотно отвечала на любые вопросы.

А ещё, как оказалось, она теперь чаще заглядывает в иные миры, в сны магов. К опытным и сильным не лезет, ведь это может быть воспринято как атака, а маг в своём сне может не сильно меньше, чем Луна в своём.

Но к гарсфелам — тем котикам, один из которых передал её ученику книгу, — она захаживала частенько.

Это позволяло постепенно заполнять пробелы в магической теории по мере того, как они сами о них узнавали.

Магия Луны не слишком подходила для Неро, пусть основы и были полезны, а вот у гарсфелов и иных гуманоидных созданий, она подходила больше.

Всё дело в том, что у Неро не было концентратора — рога, а почти вся магия единорогов его требует.

Во сне Неро смог воспроизвести некоторые простейшие чары Эквестрии, здесь рог у него был вполне рабочий. По крайней мере тогда, когда он у Неро был.

Но полученные во сне навыки не работали в его реальном теле без рога, поэтому Луна решила собирать знания, подходящие для человека, и передавать именно их.

Для себя она тоже узнавала много нового, ведь те заклинания, что подходят для людей, подходят и для единорогов, за редкими исключениями.

Иногда эти чары даже эффективнее работают при применении рога.

…

Я почти весь день в реальности занимался отработкой контроля маны: сливал её в воду, а потом засыпал и продолжал практику во сне. С этим мне помогала Луна.

Минти к нам тоже присоединился, но у него успехи были скромные: получалось что-то только во сне, и то, с большим трудом.

Но Минти не унывал и видел, что, пусть у него прогресс и меньше, чем у меня, но он есть.

Кстати, тот опыт с водой оказался удачным:

Вода, оставленная в ванной, теряла магию, но не слишком быстро — примерно половину всей магии за день. Но когда я начал изучать остальную тару, всё оказалось не так просто.

Во-первых, выяснил, что при фильтрации воды, магия почти полностью остаётся в воде. Лишь часть оседает в самом фильтре — скорее всего, в частицах, задержанных им и в самой воде, что пропитала фильтрующий материал.

Но! Если запитать магией, допустим, гипс, или глину, а потом растворить это в воде, после чего отфильтровать, почти вся магия остаётся в фильтре.

Опыты показали, что тот материал, который первым вобрал в себя магию, имеет значение. Если я пропитал магией воду, а потом добавил туда соль, мел, гипс, глину, песок… Да чего я только туда не добавлял, но магия оставалась именно в воде.

Конечно, немного маны переходило и в другие носители, что контактировали с водой, но основным носителем была именно вода. Возможно, если оставить смесь веществ настаиваться подольше, мана распределится равномернее, но сейчас это не важно.

Опыты показали, что если напитать гипс, а потом «растворить» его в воде, после чего этот гипс вынуть из воды фильтром, или он сам выпадет в осадок — гипс в воде не растворяется, а образует взвесь — то почти вся магия останется в гипсе, а не в воде.

То же было и с растворимыми веществами, но тут процент, хоть и был в пользу первичного носителя маны, но в воду переходило больше.

Далее:

При кипячении часть магии теряется, но не более трети. Попробовал даже дистилляцию провести, но тут мне помешало другое открытие.

Как оказалось, железо плохо влияет на магию. Если оставить заряженную воду в таре, в составе которой присутствует много железа, магия в воде угнетается. Не исчезает, не развеивается, а именно угнетается: становится какой-то менее активной, но вместе с тем, и за воду цепляется меньше.

Если пропитать маной само железо, процесс проходит ещё быстрее.

Стекло. Стекло на первый взгляд с маной не взаимодействует, но потом я понял, что это не так, когда попытался напитать магией банку воды через стекло.

Как оказалось, стекло пропускает магию, но часть застревает в стекле и, подобно свету в оптоволокне, движется внутри, а потом выходит из того места, где стекло кончается, более сфокусированным потоком.

Лучше всего это было видно на осколке стекла. Вся поверхность стекла вбирала магию, а выходила та, в основном, на острых сколах узкими лучами.

Феномен интересный, но пока непонятно, что это даёт.

Пластик. Вот он оказался самым инертным, пусть и не весь. Бутылка из-под минералки с заряженной водой простояла дольше всего, и с маной внутри ничего не случилось. Как оказалось, этот пластик пропускает через себя магию, но с небольшим сопротивлением, и нужно усилие, или большой поток магии, чтобы пройти через него. Идеальное хранилище заряженной воды.

Небольшая утечка есть. Предполагаю, дело тут в примесях, или дефектах структуры бутылки, а может, ещё в чём-то, но показатели удержания магии лучше, чем у любой другой тары.

Я проверил своё открытие на остальной пластмассе, что нашёл дома, но каждый раз свойства отличались. Не понимаю, дело в том, что пластик разный, в его составе, форме, или чём-то ещё.

Но изделие из ПЭТ вело себя не так, как бутылка из того же ПЭТ. Пока забил на это — мне и уже узнанного хватило.

Ванна, кстати, теряла магию, похоже, по большей части не от прошедшего времени, а из-за того, что она железная.

Эмаль, кажется, немного помогает, но мана всё равно контактирует с железом, и на пользу это не идёт. Так что, если я собираюсь брать воду из ванны, делать это нужно быстро.

А заряжать воду всем телом значительно проще, чем только руками, или ещё чем-то. Делать это можно, кстати, и на расстоянии, но чем дальше заряжаемый объект, тем больше потери.

Попробовал ещё выпаривать воду, чтобы концентрация маны была больше, но магия уходила вместе с паром, так ещё и терялась от самого кипячения, уходя в воздух.

Пришлось заказать лабораторное оборудование, ведь железная тара плохо взаимодействовала с маной, а мне хотелось получить своего рода зелья маны — восстановитель резерва.

С этим, прогресс изучения магии шёл гораздо быстрее. При зарядке воды качался резерв и немного контроль, а потом, когда я тренировался конкретно в контроле, расходуя магию, скорость её восполнения была очень кстати.

Я не смог найти оборудование из ПЭТ-пластика, что неудивительно, но предположил, что стекло в этом плане лучше железа. Оно, по крайней мере, воздействует только на ту ману, что сама попадает в стекло, а железо имеет нечто вроде угнетающей ману ауры. Очень слабо, но всё равно неприятно.

…

Ходил на улицу вынести мусор. По пути собирал всякий хлам из разных материалов.

Это заметил сосед, и мне было довольно неловко, но энтузиазма это не убавило.

И результат мне понравился. Я нашёл несколько камней и проверил то, как на них воздействует магия. Какие-то камни задерживали в себе ману, какие-то пропускали, но это натолкнуло меня на идею.

А потом, прошуршав по дому, я таки нашёл, что искал. А искал я керамику.

Напитал её магией, и… Ура! Она немного удерживала в себе магию, но это было не главным.

Главным было то, что она не делает ничего странного при этом. А заинтересовало меня это потому, что я вспомнил про керамическую посуду, а ещё конкретнее — кастрюли.

Я всё ещё не избавился от мысли дистилляции воды. Не знаю пока зачем, но мне просто хотелось это сделать. Возможно, я считал, что это лучший способ очистить воду из ванной, хоть и знал, что такую воду пить нельзя, но добавить туда минералов — не проблема.

А задумался я о керамике после опыта с алюминиевой кастрюлей. Сначала всё было хорошо, но потом, при нагреве, алюминий начал впитывать в себя ману, причём всё быстрее, а потом я догадался юркнуть за угол.

И вовремя. Хлопок — и кипящая вода разлетелась по кухне, заливая плиту, пол и всё вокруг.

Дело было, как я потом выяснил, в том, что если напитать алюминий магией, а потом нагревать, температура его плавления заметно уменьшается. Вплоть до такой, что алюминий может расплавиться у дна кастрюли, пока та заполнена водой. Это значит, что температура плавления металла становится менее ста градусов, или очень близкой к сотне.

А ещё, похоже, в этой реакции какое-то участие принимала вода, но проверить я не мог, ведь для этого нужно расплавить алюминий под кипящей водой, ожидая того самого хлопка, при котором вода разлетится в стороны. А попадать под кипяток я как-то не горю желанием. Да и посуду мне гробить было жалко.

Пусть я и недолюбливаю алюминий из-за его вреда, но признаю, что иногда удобнее готовить в нём. Яйца, например, сварить так можно быстрее…

И вот именно поэтому я подумал о керамике. Она наименее активно из доступного взаимодействует с маной. И в ней можно спокойно хранить, а что важнее — кипятить заряженную воду.

Заказ будет идти несколько дней, а в это время я продолжу опыты. Заказал, кстати, ещё дистиллированной воды для тестов.

Пока я проводил все эти опыты, совершенно случайно сделал дополнительное открытие: если напитать магией чай, а потом заварить его, тонизирующий эффект значительно повышается, но и откат появляется заметный. С кофе я экспериментировать пока не решился, ведь усиленного чая мне на полдня хватило.

…

Один день я умудрился пропустить и попал не в общий сон, а просто уснул. Кажется, ко мне приходила Луна, но потом решила дать мне полноценно выспаться. Говорила что-то о переутомлении разума и том, что спать нужно больше.

Часть 19 - Ещё понька

Рун был очень застенчивым и скромным человеком, которому сложно знакомиться с другими, но ему повезло встретить Минти — всегда позитивного, весёлого и заражающего своим настроением других.

Рун давно увлёкся мультиками и аниме, но когда посмотрел My Little Pony, увлёкся уже этим.

Оказалось, в этом фэндоме так много фанатов и фанатского творчества, которое порой захватывало даже больше, чем оригинал: всякие милые и уютные истории, например...

И вот, Рун набрался смелости и зашёл на сервер фанатов мультика, сервер брони.

Первым заводить разговор было сложно, но так уж вышло, что один из местных, а именно, Минти, поприветствовал новичка и был очень дружелюбен. А потом они разговорились и сошлись в интересах, в итоге подружившись.

Рун был этому очень рад, ведь почти ни с кем не говорил, кроме Минти: самому проявлять инициативу страшно, а другие этого сделать и не могут — как, если они даже не знают о его существовании?

Рун давно живёт в сети, в мультиках, а с приходом пони в его жизнь, тем более. В самом сериале и фанатском творчестве, Рун почти растворялся, забывая о переживаниях, фобиях и опасениях.

Он даже считал свою сетевую личину и ник более собой, чем самого себя, а с появлением первого друга именно в сети, окончательно утвердился в таком мнении.

И вот, Минти снова написал и обещал нечто необычное, не говоря прямо, но намекая на сны.

Расспросил, когда я засыпаю, и ещё что-то. Я ничего не понял. Кажется, что-то затевается, но Минти хороший — наверняка затевает что-то классное, так что жду с нетерпением.

…

Я уснул и через некоторое время попал в немного сумбурный сон, но начал осознавать я это только тогда, когда ко мне в сон пришла Принцесса Луна и человек. У этого человека голос был очень похож на голос Минти.

«Мм… Только пару дней знакомы, а он уже мне снится, неловко как-то даже…» — с этими мыслями, я окончательно понял, что нахожусь во сне, а потом более внимательно окинул всё вокруг.

Луна смотрела на меня с немного загадочной улыбкой. Её рог едва заметно светился, иногда вспыхивая чуть ярче, а тот человек поглядывал то на меня, то на Луну. И Луна вскоре едва заметно кивнула, взглянул на человека.

Человек обрадовался и подошёл ко мне, после чего сказал:

— Привеет! — и приобнял меня. А потом подошла Луна, с ещё более широкой улыбкой и тоже поздоровалась.

Я, немного ошарашенный и смущённый всем этим, посмотрел на человека, а потом на Луну. Я держал в голове то, что это сон, но всё-таки даже так было сложно перебороть застенчивость.

— Привет… — тихо сказал я.

— Пиии! — С писком, непонятное, но миленькое существо возникло передо мной и, махая крыльями, принялось осматривать меня и летать вокруг.

С появлением этого создания, мне стало спокойно и радостно, а потом я и вовсе начал с ним играть, пока человек и Луна тихо переговаривались.

А потом они обратили на себя внимание. Да ещё как! У Луны рог ярко засветился, а потом рядом с ней открылся настоящий портал, куда приглашающе махнул человек. Пушисто-крылатое создание тоже ухватило меня лапками и ненавязчиво потянуло в портал.

Я решил: «Почему бы и нет?» — и прошёл туда вслед за человеком. А за нами зашла Луна, после чего она, судя по всему, закрыла портал.

Мне открылась живописная картина: яркая, сочная трава, столик с кучей вкусняшек. Всё это было на полянке, окружённой лесом. Я сделал шаг вперёд и растянулся на земле. Я только сейчас заметил, что что-то не так — и мои спутники будто стали выше.

А потом я понял, что это я стал ниже. Осмотрел себя и…

— Еееей! Я пони! — вырвалось из меня восторженное восклицание.

Сам не знаю, как я вскочил, но потом я принялся прыгать вокруг человека и Луны, а за мной летал тот зверёк. А потом я подпрыгнул особенно высоко и ощутил нечто странное.

Я почувствовал, как взлетаю вверх, одновременно с хлопком из-за спины.

Ещё один хлопок — и меня затопило восторгом, вместе с чем я ощутил свои крылья. Ощутил их в полной мере. Так же, как чувствовал свои руки — или теперь, свои копыта, если сосредоточить на них внимание.

Я чувствовал, как упругие потоки воздуха поддерживают меня, играя с пёрышками, видел, живописную полянку снизу и глядящих на меня человека с Луной.

У Луны, кажется, рог снова засветился, но это сейчас не важно. Сейчас я был поглощён впечатлениями.

Очень давно у меня не было таких ярких, приятных и эмоциональных снов. Я просто отдался восторгу полёта.

Не знаю, как долго я летал, но потом заметил, что рядом летает тот забавный зверёк, иногда облетая вокруг меня и разделяя мою радость, а потом рядом оказалась и Луна, что смотрела на меня с улыбкой.

А спустя ещё какое-то время, к нам присоединился ещё один пони. Такого я в сериале не помню. У него постоянно менялся цвет шерстки, и крылья становились то полупрозрачными, то опять чёткими, а ещё у него то появлялся, то пропадал рог.

Но это, похоже, не мешало ему наслаждаться полётом.

Летали мы долго, и это было прекрасно. Я бы продолжил полёт и дальше, но в итоге мы вновь сели на полянку.

Внизу нас встретил человек, что ел вкусняшки. Он сидел за столом и глядел вверх. То, что он съедал, вскоре появлялось вновь, и он снова это съедал, получая от этого большое удовольствие, судя по выражению его лица.

— Рун! Присоединяйся, — сказал этот человек голосом Минти.

— Мм? Откуда ты знаешь моё имя? — потом я понял, что вопрос глупый: это ведь мой сон, и решил переспросить. Этот сон мне очень нравится, и не стоит его нарушать, выбиваясь из сценария — если он тут, конечно, есть… Пусть я и понимаю, что это сон, но я хочу, чтобы он продолжался так и дальше.

— То есть… Ты ведь Минти? — поправился я.

— Агась, — жизнерадостно ответил он, кивнув, — Присаживайся, тут такие вкусные пирожные!

…

Мы сидели за столом, изучающее поглядывая друг на друга. Пирожные и правда оказались очень вкусные. А ещё, тортики! Тортики — это вещь!

Мы успели познакомиться, и оказалось, что пони, выглядящая, как Луна — и впрямь Луна, человек — это Минти. Тот самый, с которым я говорил перед сном, а ещё один понь — Неро, ученик Луны.

Я подумал, что это довольно занятный сон, ведь моё подсознание додумало довольно много интересных деталей, которых я даже в фанатском творчестве не встречал. А потом из тени Луны выпрыгнула Найтмер Мун и прыгнула она прямо на меня. Я даже испугаться не успел, как был затискан. Ужас!

Сначала я засмеялся, а потом за мной последовали и остальные. Я как-то рефлекторно продолжал гладить по голове Найтмер, которая так и не отстранилась от меня после своей выходки, отчего у неё была очень довольная мордашка.

— Добро пожаловать в наш сон! Я — великая и прекрасная Найтмер Мун! — сказала та, жмурясь от удовольствия.

Пафосная речь, распушённая шерсть и приподнятые крылья плохо сочетались с ситуацией, отчего я снова захихикал, а Найтмер фыркнула, но тоже улыбнулась.

…

Это было интересно. Сегодня я отдохнул от всего. Пусть магия и интересна, но Луна права — отдыхать тоже нужно.

Когда я пришёл в общий сон, Минти и Луна веселились и летали с каким-то другим пони. Я удивился и решил присоединиться, попутно расспросив, кто это.

Но потом меня тоже захватил восторг полёта. Почему-то раньше я в этом облике почти не использовал крылья, да и они то были, то нет, как и рог.

Но оказалось, если я хочу ими пользоваться и уже нахожусь в воздухе, то продолжаю их ощущать и лететь так, словно они у меня есть постоянно и были всегда. Очень занятное ощущение...

Но когда они становились прозрачными, это немного напрягало, особенно, на такой высоте.

А потом я отпустил все тревоги и просто летал, разделяя тот восторг, что испытывал незнакомый пегас.

Мне очень понравился его окрас: тело сине-голубое, местами — салатовое, а крылья — цвета побежалости, но более ярко что ли, с постепенным переходом цветов.

Когда мы сели за стол, выяснилось, что Минти начал постепенно приобщать хороших, как он выразился, брони к нашему кружку.

А этого пегаса зовут Рун. Пока Минти решил просто показать ему сон и ничего не говорить — это он мне поведал наедине, когда Рун снова взлетел и шутливо гонялся за Пином.

Минти сказал, что сам сможет мягко ему всё рассказать и попросил не спешить. Я согласился.

Часть 20 - Рун: Интересный сон и духовные опыты на себе

Pov Рун:

Я проснулся в просто прекрасном настроении. Давно так хорошо не спал, да ещё и сон такой чёткий, яркий и приятный.

Я решил его записать и рассказать Минти — своему новому другу. Было, конечно, неловко говорить о том, что вот, мы недавно познакомились, а на следующую ночь, он мне уже снится, но ничего такого во сне не было, и я решил, что можно вместе обсудить сон и посмеяться над забавными моментами из него.

Я всё-таки запомнил всё очень хорошо, пусть и не идеально, но гораздо лучше, чем обычно запоминал из других снов.

Я описал всё это Минти, а он, спустя какое-то время, отправил стикер с загадочной моськой — именно такая ассоциация у меня появилась первой, когда я его увидел.

А потом мы отправились в голосовой чат и долго общались, играя на фоне.

Минти звучал как-то особенно довольно, предвкушающе что ли, и иногда звучал так хитро-хитро, но понять, в чём дело, не получилось. Подумал тогда, что он в игре чего-то забавное приготовил и ждёт, пока я это обнаружу, но я так ничего и не нашёл, а время пролетело неожиданно быстро, и вот, уже вновь пора идти спать. Но в этот раз я даже не стал засиживаться до последнего у компьютера, в глубине души надеясь на то, что и в этот раз сон будет каким-то таким… особенным…

…

Так оно и вышло. Я вновь оказался на той самой поляне, и на меня сразу с радостными звуками прыгнул Пин. За что был немедленно затискан.

Я, с Пином, что устроился у меня на голове между ушек, пошёл к центру полянки.

А там происходило что-то очень интересное:

Вчерашние пони собрались кружком и что-то бурно обсуждали. Они были очень увлечены разговором, что кажется, даже особо не обратили на меня внимания. Лишь Луна посмотрела на меня и кивнула в знак приветствия.

Я, заинтригованный тем, что же они там такого интересного делают, подошёл поближе и прислушался, стараясь разглядеть источник света, вокруг которого они собрались.

Мне удалось услышать часть фразы:

— …Ну, кристалл, как тогда с ритуалом фамильяра. Луна, ты ведь помнишь, как создала накопители для маны? Там ведь была именно мана, так? — Луна кивнула, явно о чём-то глубоко задумавшись.

Я таки смог разглядеть, что там такое светится.

Во-первых, здесь была какая-то странная конструкция, напоминающая сложную головоломку, что постоянно меняла форму, крутилась, светилась и всячески демонстрировала изменчивость. Выглядело завораживающе, а судя по свечению рога Неро, что иногда появлялось, и такого же цвета дымке вокруг этой головоломки, это его рук… то есть, рога дело.

Но было такое чувство, что он это делает машинально. Так, словно крутит в руке какой-то небольшой предмет, совершенно не фокусируясь на этом, думая в этот момент о чём-то совершенно ином, или разговаривая.

А вторым заинтересовавшим меня предметом, был пьедестал, на котором лежали различные кристаллы. Эти кристаллы светились и переливались, но было похоже на то, что они плавятся и исчезают, испуская при этом свечение.

Я даже зажмурился и рефлекторно расправил крылья: ощущение от этих кристаллов было похоже на поток воздуха, но был определённо не им.

Что-то такое лёгкое, воздушное, едва ощутимое, с вкраплениями чуть других фрагментов — не получалось сформулировать это ощущение более внятно. Я уже без особого удивления, но с всё тем же восторгом отметил, как чувствую свои крылья.

Мало того, что сон опять был крайне ярким, реалистичным и чётким, так ещё и происходит опять что-то занятное.

А ещё… Да о чём ещё можно думать? Я опять чувствую крылья! Это просто офигенно. Но я не просто чувствую сами крылья, подобно другим конечностям — хотя и это тоже есть, что вызывает восторг, — я ими ощущаю нечто от этих кристаллов. Ощущения от них и раньше были, но стоило мне расправить крылья, как моя чувствительность заметно увеличилась.

Пока я проникался своими ощущениями, опять прослушал большую часть разговора пони, но теперь они обсуждали что-то не менее занятное:

— …Ну не получится у меня их одновременно и удерживать, и заряжать, и контролировать, чтобы утечек не было. Пусть я и могу здесь в значительной мере влиять на законы, да и ты тоже, но магия — это настоящая энергия, и она по полностью вымышленным законам работать не будет… Без неоправданно огромных затрат.

То, что я сделала в тот раз, подойдёт для разового ритуала: накопители, можно сказать, одноразовые, с относительно большими потерями и вообще, они не совсем магические, а ведь тебе, как я понимаю, нужна именно чистая мана? — спросила Луна, деловито перемещая, словно каменные блоки — судя по одинокому свечению вокруг её рога и блоков.

— Да. Но ты ведь видела в книге, нужно лишь создать нужные условия… Ладно. Какие есть ещё варианты? — спросил понь, который в прошлом сне представился Неро.

Луна задумалась, а я подошёл к Минти, что стоял чуть в стороне и, хоть и слушал этот разговор, но, похоже, чувствовал себя как-то неуютно — так мне показалось, по крайней мере, по его позе.

— Привет, Минти! А чего они делают? — я подошёл к человеку и негромко спросил, стараясь не отвлечь Луну от размышлений.

— А! Ой, Рун, я тебя не заметил даже, привет! — Он обернулся ко мне с более радостным видом, чем секунду назад, и, увидев у меня на голове Пина, улыбнулся ещё шире. А потом подошёл и погладил сначала Пина, а потом и меня.

Мне это неожиданно понравилось, да так, что я аж зажмурился от удовольствия.

— Они, хм… Ну, как я понял, Неро просит Луну создать многоразовый накопитель магии, что будет стабильно оставаться на месте даже, когда нас здесь нет, и не будет терять заряд слишком быстро.

Луна, вроде как, уже делала нечто подобное, да и в книге Неро что-то об этом было, но чего-то у них не выходит. Я не очень хорошо в магии разбираюсь, хоть и пытаюсь понять… — на последних словах он чуть приуныл, но вскоре вновь улыбнулся, словно ничего не было.

— Хм? Интересно… А зачем это? И что за книга? — я с любопытством вновь посмотрел на кристаллы, лежащие на пьедестале, что уже почти исчезли.

— А, тут дело в том, что эти двое — он указал на вновь начавших с большим энтузиазмом что-то обсуждать, поней — очень хороши в магии и сноходстве. Причём ладно ещё Луна — ей это положено, принцесса ночи как-никак, так ещё и опыта куча, — но вот Неро не так давно стал её учеником, а уже так много может.

Видишь вон ту штуковину, что висит в воздухе и постоянно меняется?

Это, можно сказать, магический тренажёр, помогает контроль силы отрабатывать. Так вот, я эту штуку могу лишь на минимальном уровне сложности использовать, хотя они меня обучают уже несколько дней, а Минти, вроде как, освоил его всего за 2 дня и вот уже что делает: он даже от разговора не отвлекается и собирает его…

Это как кубик Рубика невзначай одной рукой крутить, собирая его за десять секунд, не отвлекаясь от беседы — так, по крайней мере, это для меня ощущается…

Но хоть в реале он пока так даже близко не может, а то я бы совсем себя бесталанным почувствовал… — Минти сказал последнюю фразу очень тихо и чуть опустил ушки, но я её услышал и как-то рефлекторно положил крыло ему на спину, приобняв приунывшего друга.

Минти скосил на меня глаза и, похоже, отбросил недавние мысли, продолжив:

— Но я отвлёкся. Делают они это для того, чтобы Неро смог учиться контролю чистой маны. Я так понял, он не может ей управлять напрямую, только через сновидческую силу. Это не плохо, скорее иной подход к магии, как я понял, но он всё же хочет научиться и отдельно ману контролировать. Какой-то эксперимент хочет провести, как проснётся, но это будет иметь смысл только если Неро сможет выпустить только ману, без примесей, или почти без них. — Минти, пока рассказывал всё это, расхаживал из стороны в сторону, похоже, войдя во вкус.

Луна и Неро очень уж увлеклись непонятной для Минти темой, а ему собеседника не хватало. А уходить, похоже, тоже как-то неловко было, да и интересно всё-таки — именно это читалось в поведении человека.

— И вот, этот накопитель должен помочь: будет удерживать в себе только чистую ману, очищая её от всего остального, а потом Неро будет пробовать её контролировать. Во сне всё значительно проще даётся всё-таки…

А книга… А вот она. Мне пока почитать дали. Всё равно они всё по теме уже по нескольку раз в разных формулировках просмотрели, дали мне ознакомиться, если я — как Луна выразилась — хочу понять, о чём речь, но не хочу лишней нудятины.

— Ммм? Сноходчество? Реал?.. — Рун сильно удивился от того, что во сне кто-то, кроме него, говорит о том, что вокруг — сон, как о само собой разумеющемся. Это, конечно, не первый раз у Руна во сне происходит, но всё же, это довольно редкое событие…

— Дааа! Получилось! — сбил Руна с мысли радостный выкрик Неро.

Все обернулись к источнику звука и увидели у Неро над копытом симпатичную конструкцию, напоминающую гироскоп:

В центре — вытянутый полупрозрачный и немного излучающий свет овал. Он излучает лёгкий голубоватый свет, а вокруг него по взаимопересекающимся орбитам, словно в макете атома, быстро летают шарики. Разглядеть их не получается — очень уж маленькие и быстро летают, — но вот за ними идёт толстый шлейф из насыщенного синего света. Своеобразный трейл, напоминающий северное сияние, только одного лишь синего цвета.

— А ведь и правда! Не нужно делать всё исключительно на мане, хорошая идея, — подхватила Луна радостный тон, а двое со стороны в непонимании наблюдали за происходящим.
А происходило нечто, может, и не совсем грандиозное, но довольно красивое:

Луна в один миг изменила все те каменные блоки и пьедестал — на это намекала вспышка её рога — а потом она принялась творить.

Иным словом это назвать было нельзя. Потоки света: едва заметного голубого и яркого, сочного синего, исходили от неё и закручивались над изящным пьедесталом.

Сначала над ним сформировалась сфера из того бледного голубого цвета, а потом возникли — вот раз и появились — маленькие камешки, а потом пришла волна синего и втянулась в камни, окружив их ореолом очень контрастного цвета. Этот синий выделялся даже на фоне довольно яркого окружения этого места. Выглядело как-то… Волшебно.

Пока я заворожённо наблюдал за начавшими своё движение камнями, оставляющими красивые трейлы из синей, чуть запаздывающей за ними «ауры», Луна продолжала творить, а потом к ней подключился и Неро.

Я не понимал, что именно они делают. Некоторое время словно вообще ничего не менялось, но, судя по напряжённым лицам и иногда вспыхивающим рогам, это не так, а потом я заметил поле из того неяркого голубого света вокруг всей этой конструкции.

До нас долетел обрывок фразы, что негромко пробормотал Неро:

— Никогда бы не подумал, что буду использовать в магии принципы, на которых «работают» современные термоядерные реакторы… Так ещё и почерпнутые из развлекательных видосов…

…

— Хм… Чего-то будто не хватает. Какой-то изюминки… — Луна задумчиво обходила постамент, над которым висела сфера сновидческой силы, удерживающая крутящиеся вокруг неё камешки-накопители маны. — А ведь решение оказалось таким простым на самом деле. — Его подсказал Неро.

Оказалось, в его мире есть такой прибор, который работает с очень высокотемпературной плазмой, и всё, из чего этот прибор состоит, не может выдержать таких температур. Но это обходится при помощи магнитного поля — той штуки, что заставляет магниты работать. Вот и мы тут реализовали подобный принцип, но лишь отчасти.

Ведь зачем удерживать магию в накопителе, если она пытается оттуда вырваться и разрушить его, если её можно удерживать вокруг накопителя?

Понятное дело, это не будет работать в условиях любого фона внешней маны — в атмосфере, в присутствии любого стороннего фактора… Да оно вообще работать не должно вне идеальных условий: ведь магию просто сдует, или развеет, или нарушит хрупкий баланс всей конструкции.

Но именно для этого в этой композиции и нужен шар из сновидческой силы. Он является центром всего, поддерживает идеальные условия, защищает от внешнего влияния и не выпускает вовне ни магию, ни сновидческую силу, поддерживая вокруг конструкции барьер. Сам барьер, конечно, тоже фонит, но не сильно и равномерно — что самое главное.

Если стороннее воздействие равномерно и предсказуемо, почти любую систему можно адаптировать под него.

И по сути, всё это работает так: есть камешки-якоря, на которые как бы вешается мана. Магию не пытаются утрамбовать внутрь, а скорее наоборот — налепляют снаружи накопителей.

Сами накопители лишь удерживают свою «ауру» и уплотняют её, а за счёт того, что они ещё и крутятся, у «ауры» есть значительно большая площадь, которую она может занять, как бы растягиваясь в шлейф за «накопителями».

А вся прелесть этой штуки в том, что туда в любой момент можно подкинуть энергии — и всё само отбалансируется без внешнего контроля, чисто «механически». Чем больше магии, тем быстрее вращение якорей, тем больше её плотность и площадь, а соответственно — тем больше влезет магии.

Конечно, всё это работает не на законах физики и даже не на магии. Точнее, не только на ней, а больше на законах сна, что смогли воплотить в этой установке Луна и Неро, взяв за источник вдохновения устройство термоядерного реактора, где опасную для установки плазму, удерживают полями так, чтобы она не задевала стенки и не оказывала влияния на своё «узилище».

Неро и Луна продолжили вносить изменения в своё творение, но были они теперь скорее косметические: пьедестал, над которым всё это висело, изменился. И теперь это не просто красивый, но скучный кусок камня, а статуя, что как бы держала между своих рук… Теперь крыльев… Теперь над копытом...

В процессе изменений, статую несколько раз меняли, пока не пришли к варианту, где статуи теперь было две: одна была узнаваемой фигурой Принцессы Луны, а вторая — Неро.

Обе статуи тянули к «реактору» передние копыта и как бы укрывали его нижнюю часть крыльями. Причём даже здесь, в статуе, Неро умудрился запечатлеть свою особенность: постоянную изменчивость облика. Крылья изменялись, становились прозрачными, снова проявлялись… рог тоже то становился длинным, то коротким, менял форму, строение, цвет, то так же, становился полупрозрачным.

Эти статуи выглядели просто великолепно и величественно, да и в целом, вся картина завораживала.

А ещё, Рун ощущал, как от этой штуки так и веет силой, ведь пока все наблюдали за изменениями, Луна и Неро накачивали своё творение магией и, судя по всему, той самой сновидческой силой — интересно, кстати, что это…

Словно откликаясь на последний вопрос, книга, которую машинально взял Рун, распахнулась, зашелестела страницами, зависнув в воздухе, и открылась на странице, где был заголовок:

«Сновидческая сила. Основы»

Рун поглядел на Луну и Неро, на книгу, снова на поней — и понял, что они там надолго, и принялся читать.

Прочитал половину страницы — и только тут спохватился: «а во сне ведь невозможно читать текст. По крайней мере, так многие говорили, хотя я, кажется, иногда что-то читал, вот только почти никогда не мог вспомнить прочитанного, когда просыпался. Может, и в этот раз забуду… Надо проверить.»

Я продолжал читать. Прочёл про сновидческую силу, магию, прану, пси… Меня эта книга очень увлекла. Никогда бы не подумал, что буду читать, по сути, техническую литературу магического толка в осознанном сне…

А ещё было чувство, словно текст адаптируется ко мне по мере чтения и делает формулировки максимально понятными и приятными для восприятия. Это-то как раз не удивляло — сон всё-таки, — но такие учебники бы в реале… — на этой мысли я и проснулся.

Самым удивительным было то, что я опять помнил весь сон очень чётко. Даже более чётко, чем вчера, но это ещё ладно — бывает.

Я помнил всё, что прочитал из той книги. Вот это уже удивительно. Многие говорили, что во сне нельзя читать — и это даже считается одним из способов «проверки на реальность» — когда проверяют, сон ли вокруг, или нет.

И вот, я смог вспомнить текст, прочтённый во сне. Никогда раньше такого не было. Пусть и не дословно — я и наяву, если книгу прочту, вспомню лишь общую суть, — но всё же…

К тому же, в этом тексте всё было так понятно и интуитивно, так легко запомнилось…

Я решил не только сам сон записать, но и всё, что запомнил из той книги.

Я ведь когда-то фэнтези писать хотел, а использовать в своей истории механику магии, что вычитал во сне… Звучит прикольно.

Это я и сделал. Вспомнить получилось далеко не всё, но общие детали и некоторые, особо зацепившие вещи — запомнил. Всё, что удалось вспомнить, я записал. Вышло далеко не так лаконично и понятно, как во сне, но думаю, как личная заметка — сойдёт.

А потом мне стало скучно. Минти не появлялся — спит ещё, наверно, дел у меня никаких не было.

Ну, прибраться можно было бы, разве что, но не сказать, что квартира требует уборки сейчас, да и лениво…

Настроения играть, или смотреть что-то одному не было совершенно, а кроме Минти я и не общаюсь ни с кем. Вот я и вернулся мыслями к той книге.

«А почему бы и нет? Всё лучше, чем тупо сидеть ничего не делая и ждать, пока Минти вернётся», — подумал я и, усевшись поудобнее, начал пробовать те медитативные приёмы, что вычитал в книге. Там ещё рекомендовали делать это в ритуальном чертеже, но это было необязательным, да и чертить на полу что-то… Я ещё не настолько гикнулся, — подумал я, окинув свою комнату, завешанную плакатами с понями вперемешку с аниме и играми, а ещё ведь была полочка с фигурками, которые стоили целое состояние…

Медитации я иногда практиковал — после какой-то культиваторки проникся. Я, конечно, не сказать, что прям верил, что возьму и открою в себе ци, или ещё что-то в таком духе, но просто попробовать решился, да и в той книге были очень подробные и качественные советы.

Медитации тогда помогли мне справляться с приступами тоски и прочих негативных эмоций, да и в целом, контроль эмоций и неприятных мыслей вырос, пусть и не стал абсолютным. С тех пор я и понял, что медитации-то — это классная штука.

Даже если рассматривать их в отрыве от всякой религиозной и мистической шелухи, это хороший инструмент работы с эмоциями и в целом — разумом. Да и отдыхать так можно неплохо, если устал, впереди ещё много дел, а спать ни времени, ни желания нет.

Мне иногда даже казалось, что здоровье и самочувствие у меня было лучше после медитаций из той книги. Не вспомню уже, где именно я инструкции вычитал — эти культиваторки все примерно одинаковые и со схожими пафосными названиями.

Или мне просто попадались только такие…

Сюжет я совершенно не запомнил: что-то про превозмогание и вражду с кланами, но вот те приёмы медитации помню до сих пор.

Понимая пользу медитаций, я решил опробовать и то, что вычитал во сне: вот кто бы мог подумать, что в приключенческой книге средней паршивости можно найти годные советы? Вот и во сне может оказаться что-то полезное — Менделеев же, вроде, тоже во сне свою таблицу увидел, кажется…

Я сидел в удобной позе, расслабившись, замедлил дыхание и постепенно расслабил всё тело, представляя, как по поверхности кожи, начиная с макушки и заканчивая ступнями, проходят обручи энергии.

Всё под ними расслабляется. Каждая мышца, каждая частичка тела не обделялась вниманием: мимические мышцы, шея, руки, спина, поясница, ноги…

Примечание автора:

Хотел сгенерировать арт реактора. Вышло не совсем так, как хотелось бы, но тоже любопытно.

Часть 21 - Рун: Продолжение

Я привычно начал погружение в глубокий транс. Интересно было, что эту методику я уже знал, но не совсем в том виде, что использую сейчас — во сне были лишь уточнения и рекомендации по её улучшению. И, как я чувствую, это советы реально рабочие: в транс я вошёл проще и быстрее, чем обычно.

Но вот дальше были отличия: я не просто расслабленно пребывал в трансе, или фокусировался на чём-то, а начал визуализировать некие энергетические центры в своём теле, начав как бы их раскручивать, стимулируя выработку энергии из них. Жаль, я не запомнил детали из книги — в каком порядке это делать, есть ли там порядок и вообще, это надо делать со всеми сразу, или по очереди…

Решил попробовать всё.

Когда сразу визуализировал все центры, было ощущение, что по телу чуть проходит то жар, то прохлада, а ладони и стопы будто начинало немного покалывать, словно я их отлежал.

Скорее приятное чувство, чем нет, так что я продолжил. Дальше решил попробовать уделить особое внимание каждому центру по отдельности.

Часть из них словно вообще не реагировали — я не чувствовал ничего необычного, а часть, усиливали свой эффект:

Например, самый нижний центр вызывал ощущение приятного тепла по телу. Какой-то из тех, что был выше — не знаю, какой по счёту, я каждый раз разное количество этих центров представлял, ведь забыл, сколько их должно быть, — так вот, после нижнего, несколько центров вверх ничего не ощущалось, а потом, на очередном центре, пришло лёгкое чувство прохлады и странное опущение, будто я ощутил пространство вокруг тела. Не предметы вокруг, или что-то такое, а само пространство, но чувство это было мимолётным и быстро исчезло.

Дальше опять некоторое время ничего не происходило, пока я поднимался выше по чакрам — я вспомнил, что, кажется, они так называются.

На предпоследнем центре, стоило на нём сосредоточиться, как я ощутил ясность в разуме. Словно всё стало понятнее, чище, проще, что ли…

Это было интересно, но я захотел попробовать последний центр, самый верхний.

И испытал лёгкое разочарование.

Нет, я всё же что-то почувствовал, но так слабо и даже не смог понять что, а предвкушение у меня успело набраться на что-то более интересное… Последний как-никак, сам этот факт какие-то ожидания навевает… Возможно, я просто пересмотрел мультиков и аниме, где именно под конец происходило что-то эдакое.

Я вернулся к самому нижнему и второму сверху центрам. От них отклики были самыми яркими. Нижний давал приятное чувство тепла по телу, ещё больше его расслабляя, а верхний, который второй сверху, — давал ясность разума. Это было приятно.

Для появления этих ощущений достаточно было фокусировать на чакрах своё внимание, но для усиления чувств, нужно было представлять, как все они вращаются по часовой стрелке, а от нижнего, вверх идёт энергия, лучом выходя из головы и втягиваясь снизу. А побочные лучи выходят из рук и ног.

Визуализировал я вращение и прохождение энергии сразу у них всех, но фокусировал особое внимание на самом нижнем и втором сверху.

Я ещё иногда подключал какой-то из центров, что был между этими двумя, подбирая его наугад — всё ещё не понял, какой он по счёту, да и надеялся получить отклик от остальных — так вот, от него каждый раз возникало чувство пространства и лёгкой прохлады.

В сочетании с остальными двумя, это давало занятный коктейль из чувств: в теле одновременно и тепло, и прохлада. И то, и то приятное, вокруг тела есть словно ещё один орган чувств, похожий на тактильный, а в разуме — ясность и чёткость.

…

Я, конечно, помню, что во сне иногда получалось дурманить свой разум всякими штуками, ощущая вполне реальное опьянение, да и чувства от магии и дополнительных конечностей там иногда были.

В реальности тоже иногда были фантомные ощущения, но вот чтобы наяву, от медитации получать такие яркие чувства, словно во сне — такого раньше не было. Если что и было, так только что-то слабое, едва заметное, а тут…

Мне понравился этот опыт, да и после такой медитации, я чувствовал себя ещё лучше, чем до неё. Причём заметно лучше, будто очень-очень хорошо выспался, выпил чего-то освежающего и вышел на свежий воздух. Благодать.

Решил почаще так делать. Даже если это просто игры разума и самовнушение — и что с того?

Если мне становится хорошо от внушения себе того, что мне помогают какие-то духовные практики — это же отлично.

Одни вон, принимая лишь плацебо вылечиваются от серьезных заболеваний, а другие в чертей верят, к которым, по их же понятиям, все и должны попасть после смерти, и это воспринимается как само собой разумеющееся, а вера в мистические практики почему-то воспринимается как что-то странное.

Хотя не то чтобы мне было дело до чужого мнения, тем более, я не собирался никому об этом рассказывать в открытую.

Это я всё вскоре для самого себя думаю, пытаясь себя убедить в том, что я не шиз, ведь я после такого эффекта от первой же медитации всерьёз задумался начертить тот ритуальный круг и попробовать повторить всё уже в нём…

Часть 22 - Тонкая настройка реактора и якоря

Луна экспериментировала с их общим с учеником творением, внося мелкие правки и улучшения, доводя его до того состояния, когда этой штукой можно будет пользоваться без опасений по поводу того, что всё внезапно разрушится от перегрузки, или внешних флуктуаций, и закрепила чары на тысячелетия.

Луна затруднялась сказать, что это — это и не артефакт, и не заклинание, хотя к постоянно активному заклинанию с якорями всё-таки ближе всего…

Луна посмотрела на яркий, чуть вытянутый шар энергии в центре конструкции, проводила мелкие, летающие по орбите шарики, и тут в голову ей пришла отличная идея:

Неро ведь хотел использовать эту штуку, чтобы аккумулировать там энергию, разделять и вытягивать обратно.

Во сне он мало что успел сделать после того, как создал её, да и неудобно напрямую тянуть энергию из этой структуры. Мы как-то не предусмотрели удобного подключения, а вот теперь я чуть изменила конструкцию, чтобы к ней было удобно подключаться по каналу.

Вот только Неро от этого не сильно легче — он ведь всё так же не сможет получать доступ к запасённой здесь энергии из своего мира, а это было неплохо… Очень даже неплохо…

…

Луну очень захватила эта идея, и у неё уже были мысли, как это можно реализовать. На одно из решений Луну натолкнул принцип удержания магии внутри их творения: магия завязывалась на якори и удерживалась вокруг них.

Вот ведь только магия — это не материя. Более того, она находится не совсем в той реальности, где существует материя — даже если речь не идёт о мире снов — и она вполне может существовать в разных местах и связывать их, невзирая на расстояния. Именно по такому принципу действуют каналы, что тянутся очень далеко.

Они не проходят всё то расстояние, что разделяет объекты физически — если бы магические каналы были привязаны к физическому миру, любое сильное колебание фона, проходящее существо, или пролетающее заклинание могло бы разрушать такие каналы. И чем длиннее связь, тем больше шанс на подобное событие. Но нет — канал идёт сквозь одно из измерений, доступных для магии, срезая тем самым путь.

А вспоминала Луна это всё к тому, что она ведь уже делала нечто подобное: маяк, что она поставила на ученика, тоже был связан с Луной, и зона его действия была неограниченной. В теории, она имеет связь с Неро даже когда тот не спит, но на практике с этим пока проблемы: мир Неро мешает, да и не совсем подходящий тип связи… — Луна вновь смутилась, вспомнив, что именно может означать подобная метка, связывающая пони, если вспомнить древние традиции Эквуса.

Но Неро их не знает, и хорошо… Хотя… Луна уже думала о таком и в глубине души была бы не против, но прожившая много сотен лет аликорна не привыкла спешить.

Луна чуть тряхнула головой, как бы стряхивая мысли и возвращаясь к своей идее: если для магии расстояния не имеют такого значения, как для физического мира, и можно создавать якоря, привязывая к ним что-то, и существуют каналы, связывающие объекты в разных мирах, то почему бы не сделать нечто подобное с нашим «реактором»?

Можно создать якорь-метку, которая будет создавать канал между «реактором» и любым другим местом, где существует якорь. Причём, не только во сне…

Луна, обдумывая свою идею, параллельно листала книгу Неро, находя в ней дополнительную информацию, которой ей не хватало для реализации своей задумки.

Кроме того, книга упорядочивала её собственные мысли, сохраняя их на страницах и формулируя понятнее и более последовательно.

В итоге, Луна начала испытания своей задумки:

Для начала она просто подвесила в воздухе сферу энергии, поместила в неё основной якорь, к которому планировала подключать побочные, а потом создала почти такой же вне сферы и активировала.

Стоило приложить малейшее усилие, и из сферы через якорь потекла энергия. Сфера начала сдуваться, а на некотором расстоянии от неё, из рисунка полилась магия. Это был успех.

Луна с такой же лёгкостью закачала магию в обратную сторону. Осталось лишь испытать работу якоря в других мирах, но даже в текущем виде он будет очень полезен, ведь в рамках сна у всех, имеющих якорь, будет удалённый доступ к гигантскому хранилищу энергии, куда всегда можно скинуть излишки, или наоборот, пополнить свой просевший во время тренировок резерв.

Луна поместила главный якорь внутрь «реактора». Тот колыхнулся, крутящиеся камешки дрогнули и закрутились быстрее, но вскоре всё успокоилось, отбалансировав себя под изменившийся внутри барьерами фон. Луна чуть оптимизировала якорь под условия, где он должен будет работать, но при испытаниях выяснилось, что-кое что она всё-таки забыла.

Накопитель, созданный вместе с учеником, ведь содержал не только ману, но и остальные энергии. Да, он разделял их, на сколько это позволяла конструкция, вот только якорь тянул сразу всё.

Пришлось переделывать, что было несложно. Сложно было вносить изменения в работающее заклинание-артефакт, который содержал в себе уже довольно много магии, но Луна справилась. Теперь из «реактора» можно было тянуть чистую ману, или сновидческую силу.

Там был задел и для других энергий, но было их пока слишком мало, чтобы экспериментировать. Но они попадали в хранилище вместе с маной и сновидческой силой как примеси и отделялись от общей массы, ведь именно такой была первоначальная задача у их творения.

Теперь можно было потянуть на себя чистейшую ману, или сновидческую силу. Оказалось, кстати, что энергия может быть разбавлена не только другими силами, но также, она может содержать отпечаток источника — чего-то, или кого-то, откуда она пришла.

И это было важно, ведь, как оказалось, что к примеру, утомлённый маг и бодрый дают немного разную ману. И если пылающий энтузиазмом и бодростью маг подзарядится маной, что дал кто-то уставший и очень сонный, первый маг тоже станет чуть более уставшим и вялым. То же и с эмоциями. Хорошо, что от таких примесей силу тоже можно очистить.

Интересным было то, что такая эмоциональная энергия тоже складировалась отдельно.

Луна заметила ещё, что если втягивать неочищенную ману Роша, Руна или Неро, взятую у них в моменты радости, у самой Луны настроение тоже повышалось. Потому она решила добавить в якорь ещё более гибкую настройку: вытягивать ману с определёнными примесями, сдобренную эмоциями — или даже почти одни лишь эмоции.

Последнее лучше не делать — как рассудила Луна, впитывая их, ведь тогда состояние меняется очень резко и ярко, а ощущения при этом… своеобразные.

Но вдруг Неро, или ещё кто что-нибудь придумает и найдёт применение такой любопытной силе.

Часть 23 - Мировой эгрегор чудес

Луна вновь осталась одна на полянке, ведь люди проснулись. У неё было много времени подумать и поэкспериментировать…

Она ведь, когда всё это только началось, обещала помочь Неро в его деле. И вот теперь она ощутила, что готова что-то сделать. И первым делом решила повлиять на эгрегоры — единственное пока, что она может сделать в мире Неро, не потратив на это всю свою силу. Ведь повлиять на эгрегор и дождаться, пока он как-то повлияет на мир, используя накопленный в себе потенциал, проще, чем делать это самостоятельно.

А пришла она к такому выводу просто:

Когда-то давно она встретила во сне могучего разумного. Не сновидца, не архимага и даже не бога. Нечто иное, но сравнимое с ними по силам.

Луна заинтересовалась и проникла к нему в сон, тем более, сон этот был кошмаром. Очень тревожным кошмаром, но Луна справилась.

И вот тогда этот человек рассказал свою историю. Он и подобные ему называют себя «псайкеры». Значение этого слова объяснить человек не смог, а о реальных магах у себя в мире так вообще не слышал, считая это сказками, но когда услышал о богах, недовольно скривился, полыхнув злобой.

Оказалось, этот человек жил в злом, неправильном мире, где астрал, или похожий на него план, располагался очень близко к материальной реальности. И в самом этом факте нет ничего плохого, но потом там завелись паразиты. Эти существа называли себя богами и действительно имели нечто схожее с ними: они использовали веру, страхи и иную силу людей. Их сила была тем выше, чем больше людей испытывали нужный спектр эмоций, или имели в голове нужные мысли, верования, или убеждения.

Именно поэтому человек так скривился. Такие «боги» были далеко не светлыми и, соответственно, сеяли не дружбу и магию, и даже не любовь и мир, а нечто совсем иное, делая пребывание в том мире довольно некомфортным, мягко говоря.

Но зацепило Луну другое: этот человек почти не имел собственной силы, но был близок по могуществу к Луне. А дело было в том, что он был подключён к какому-то эгрегору, или самому нематериальному плану своего мира, черпая оттуда силу.

Это наблюдение и натолкнуло Луну на несколько мыслей, одной из которых была идея использовать силу почти неактивных эгрегоров себе во благо, но сначала…

Принцесса ночи начала с простого: находила слабые эгрегоры и распутывала их, удаляя оттуда части неверия и отрицания. Дело шло медленно, но шло. А потом Луна поняла, что так она может сотни лет исправлять отдельные эгрегоры, а эффекта это особенного не даст.

И тогда она изменила визуализацию и представила общий мировой эгрегор чудес и всего мистического, волшебного...

Получилась гигантская, монструозная конструкция, но одна, и с ней уже можно было работать. Распутать такое переплетение у Луны бы не вышло, но это и не нужно. У неё ведь не было цели изъять и сохранить части эгрегора, отвечающие за неверие, отрицание, ненависть к чуждому и всё такое.

Цель была в очистке от подобного. Поэтому Луна начала просто визуализировать вредные части эгрегора чудес и уничтожать их огромными пластами.

Сначала она была осторожна и ювелирно вырезала ненужное, но потом поняла, что в целом, если визуализировать лишь всё, что мешает эгрегору, там ничего нужного и не будет. Одно неверие, отрицание, ненависть, фанатизм и много чего ещё. Даже какие-то застарелые проклятья нашлись, которые образовались, вероятно, когда кто-то разочаровался, при этом высказывая злобные пожелания, или потерял кого-то близкого по вине чуда и проклинал магию, искренне желая, чтобы её не было.

Луна начала собирать огромные объёмы силы, концентрировать их в роге и стрелять в эгрегор ярчайшими лучами магии и сновидческой силы.

Сгустки очищающей энергии взрывались и рвали эгрегор, его негативную часть, на части, вырывая целые пласты, но это была лишь ничтожная часть от того неверия, отрицания, проклятий и прочего, что накопилось здесь за миллионы лет. Эгрегор напоминал галактику, а Луна с её эгрегором, на его фоне терялась. Лишь её удары по эгрегору вызывали вспышки, подобные сверхновым, но те быстро затухали, хотя прогресс всё-таки был, а Луна была настойчивой.

Баланс эгрегора чудес постепенно склонялся в сторону того, что чудеса возможны. Пусть и не все, и не везде, но Луне удалось, используя сюжетные ходы из популярных книг и веру миллиардов уже погибших людей, переделать часть эгрегора, немного перестраивая хаотичные связи в нём таким образом, что теперь вокруг источников магии: природных источников, фонящих артефактов, магов, волшебных растений и существ, что всё же оставались на земле, но в большинстве спали в подобии анабиоза в ожидании, пока в мир вернётся магия. Или пока мир не иссушит их полностью.

Большинство существ так и исчезли, отдав свою суть и магию миру без остатка. Но они всё ещё имеют шанс вернуться, если что-то изменится и останутся те, кто верят в чудо, верят в них. А те, кто спят, продолжают изливать свою силу по капле в мир, растворяясь в нём.

И вот теперь, Луна сделала так, что вокруг этих источников магии теперь могут случаться вещи, которые раньше были невозможны, или крайне затратны из-за противоречий внутри эгрегора.

Она перевела на это весь чудодейственный потенциал эгрегора, который уже удалось высвободить. На большее он пока не способен. Но была надежда: теперь чудеса будут происходить чаще. Пусть лишь в некоторых местах, но они вновь будут разжигать веру людей в то, что это возможно, отчего эффект будет лишь расти. Процесс запущен, и всё теперь зависит лишь от веры самих людей.

Она может даже больше ничего не делать, но почему бы не продолжить? Задача возвращения чудес и магии в целый мир… Звучит очень интересно, это вновь будоражит чувства той, кто уже думала, что давно переросла тот возраст, когда она ввязывалась в авантюры, ей казалось, что она видела уже всё и больше ничего не сможет её по-настоящему захватить. Но, встретив Неро, каждый день преподносит что-то новое и разжигает вновь почти уснувшие эмоции и интерес, толкая на безрассудные поступки, пробуждая желание просто жить, делать то, что вызывает энтузиазм и наслаждаться каждым днём.

Вот только подход, возможно, стоит сменить: если она продолжит действовать так же, работы у неё будет на несколько десятков лет.

Луна также настроила поступление приходящей и наполненной от людей веры в сверхъестественное на то, чтобы она воплощала всё это, а не просто копилась мёртвым грузом в астрале, постепенно теряя силу.

Неясно, сколько времени на это уйдёт и будет ли вообще заметный эффект, но Луна продолжит параллельно разрушать те части эгрегора, которые ему мешают.

Примечание автора:

На бусти есть не слишком удачные, но любопытные арты к главе. Можно найти по тэгу "неиспользованные арты".