Мифы и наследия

Том 2: Глава 25. Титаномахия

Флёр начала действовать первой.

Опустив плечи, она ринулась на Твайлайт, копье и щит прикрывали ее с боков. Земля раскололась под ногами Флёр. Воздух исказился, изгибаясь, пока не лопнул с громовым ударом от скорости ее движения. Схватив принцессу, она взметнулась в небо, оставив небольшой кратер. Эгида и Паллада летели рядом с Флёр, могучий щит принял ответный удар на себя.

Они поднимались все выше и выше. Земля сотрясалась от повторяющихся ударов, копыта Твайлайт молотили по Эгиде. Флёр развернула Палладу и нанесла удар тупым концом копья. К ее удивлению, принцесса перехватила древко ногой, схватила Флёр за гриву магией, крутанулась вокруг своей оси, а затем швырнула белого аликорна обратно на диск.

Кометой, за которой тянулся розовый след, Флёр врезалась в далекий хребет Килигриффонджаро. Она пробила гору насквозь, гранитное ядро не смогло остановить ее полет. Облако пыли скрыло продолжение катастрофического падения от наблюдателей. Земля под копытами задрожала, когда Флёр рухнула на далекие северные равнины за много километров отсюда.

От шока даже шерсть Эпплджек и Рэйнбоу Дэш стала бледнее, и бесконечно долгие секунды они просто смотрели на свою подругу.

− Никто не скажет, что я не дала тебе ни единого шанса, Флёр! − громкий голос Твайлайт было слышно по всему полю боя. − Очевидно, что тень, которой ты дала убежище, тебя извратила.

На кончике рога титана сформировался сгусток переплетенной сине-черной магии. Платье развевалось вокруг, а из сумок выпорхнули три свитка, застывшие в магической сети.

У Суар на языке появилось кислое послевкусие от темного эфира, пропитавшего воздух. Кобылка еще сильнее прижалась к Аиду и подняла глаза, чтобы посмотреть, что жеребец собирается делать, как раз в тот момент, когда Твайлайт отправила в полет копье гнилостной энергии.

Раздался пронзительный звук, похожий на звон гитарной струны, которую кто-то разорвал пополам, когда порченные энергии неслись сквозь полуденный сумрак. Они пронзили густое облако пыли, поднятое Флёр при падении, и земля снова содрогнулась.

Сердце Суар замерло, и слезы градом покатились по ее лицу.

Она видела изуродованное тело Фауст в день, когда был разрушен Лурд, только на этот раз это была Флёр. Это был лишь мимолетный образ, порожденный глубочайшим ужасом.

Но он раскололся, когда копье самой темной магии устремилось в небо и из пыли появилась Флёр. Расправив крылья, она спряталась за непробиваемой поверхностью Эгиды, используя щит, чтобы отразить магию Твайлайт в сторону.

Если Флёр что-то и говорила, когда мчалась к своей подруге, то слова были поглощены ветром и ужасным воем магии Твайлайт, когда та воплотила второе, а затем и третье заклинание.

Второе унеслось к городу, где пронзило огромный щит, который Аид использовал, чтобы сдерживать оставшуюся нежить. Большую часть синей оболочки сорвало, оставив зияющую дыру вдоль одной стороны купола.

Третье пронеслось по полю боя, оставив неглубокий каньон, который расколол отступающую армию зебр. Чудом никто не пострадал от самого попадания, а если кого и зацепило, от него не осталось даже пепла.

С раскаянием и решимостью в уголках глаз Флёр взмахнула Эгидой так сильно, как только могла, используя свою новую силу аликорна. В тот же миг рядом с Твайлайт полыхнула вспышка, в воздухе разверзлась щель, через которую можно было видеть полуночное небо. Из щели появилась Ллаллавинн.

− Тебе следовало просто вернуться в Кантерлот и быть счастливой! − Твайлайт нанесла мечом сокрушительный удар по Эгиде. Там, где раньше ничто не могло причинить вреда непробиваемому щиту, клинок из сердца звезды вонзился в щит из орихалка.

Флёр отскочила назад, немного отодвинувшись от Твайлайт, и прижала Эгиду к плечу. Ухмыляясь, принцесса отпустила Ллаллавинн, уверенно доказав, что на легендарный щит больше нельзя полагаться.

− Пожалуйста, Твайлайт, я знаю, что это не настоящая ты. Vos amis ont besoin de vous, − попыталась урезонить титана Флёр.

Скривив губы, Твайлайт зарычала.

− Чего я хочу, чего хотят Эпплджек, Пинки, Флаттершай или Рэйнбоу Дэш, не имеет значения. Я − то, чего требует диск!

Сотни маленьких ярко-фиолетовых стрел вылетели из ее рога, осыпая Флёр и землю под ней. Эгида блокировала многие из заклинаний, отводя в сторону.

Прыгнув вперед, Сириус расправила крылья и с криком создала купол из клубящегося оранжево-красного пламени над толпой пони. Суар пригнулась, прикрывая голову и напрягаясь, когда заклинания вонзались в землю и бессильно разбивались о щит бывшей звезды. Сквозь магию Сириус тонкими струйками сыпался песок, пятная шерстку кобылки.

Когда она открыла глаза, то с удивлением обнаружила, что вокруг Сириус собралось множество танов, их темные крылья были распахнуты, но они не обращали внимания на битву, разворачивающуюся над головой. Они молча наблюдали за Аидом, их присутствие нервировало так же, как и огненный ад, разверзшийся в небе.

− Владыка Аид, что они здесь делают? − бросила Сириус через плечо, пока пыталась удержать заклинание.

Не обращая внимания на пегаску, жеребец обратился к танам.

− Верните собранные души. Я отрекаюсь от своего проклятия, − Аид стряхнул песок и гравий с крыльев, глядя на мечущиеся огни, пульсирующие в вышине. − И свяжитесь с богами Йоки, пусть все они придут. Мы должны объединиться, чтобы покончить с угрозой, исходящей от этого титана. Я объявляю Титаномахию.

Таны поклонились. Хотя их каменные лица ничего не выражали, их переполняла тайная радость. С великим рвением они растворились в сером тумане, где спрятали души, отнятые у кобылок-первенцев. В Зерубабе толпа, осаждавшая город, насторожила уши, а затем внезапно рассеялась. Во всех уголках диска кобылки начали просыпаться, подскакивая в своих кроватках и смахивая с глаз пелену сна, ничего не подозревая о тех неделях, что они провели в коматозном состоянии. Родители кричали от радости, а врачи чесали в затылках, совершенно сбитые с толку внезапным исцелением от болезни, так же внезапно возникшей. В тронном зале Кантерлота, Кристальном дворце и Торнхейвене появились гонцы, передавшие призыв Аида собраться.

В Грифонии Бог Мертвых обратился к Элементам и группе кобылок.

− Нам нужно поторопиться. Флёр не сможет долго удерживать внимание Твайлайт, а другие аликорны не успеют прибыть вовремя.

Отвернувшись от лязга клинков и сокрушительных ударов магией над головой, Суар увидела, что Аид начал творить свое собственное заклинание. Эпплджек и Рэйнбоу Дэш вышли из оцепенения и бросились к нему, недоверие так и сочилось из их глаз.

− Теперь смотри сюда... − начала земнопони, но замерла, когда жеребец взмахнул крылом и серебристое сияние окутало ее и Рэйнбоу. Магия сковала их тела, приковав к месту и заглушив голоса. Позади них Гильда крепко прижимала к себе Талону, взгляд грифины метался между Аидом и Элементами.

Подхватив протестующих Эппл Блум и Скуталу, жеребец одновременно ударил копытом в землю. Глубоко под Суар раздался грохот, а затем земля вздыбилась и разверзлась, явив плоскую гранитную плиту. Поставив кобылок рядом с Элементами, Аид, не теряя ни секунды, перешел к следующему заклинанию. Он был знатоком древней магии, рожденной во времена первобытных грез и изменчивых кошмаров. Глаза его сияли, как сверкающие голубые драгоценные камни на дне кристально чистого пруда при полной луне, а губы беззвучно произносили слова, которые эхом отзывались в душе Суар.

Высоко над головой небо содрогнулось и задрожало, когда Флёр и Твайлайт снова столкнулись.

Аид их игнорировал.

Круги и резкие линии прорезали гранитную плиту. Они образовывали изящные дуги, соединяясь, а затем разделяясь, образуя серию из трех треугольников и полумесяца, окружающего искривленное солнце. Руны располагались в промежутках между крайними кругами, а затем по прямым линиям спускались к центру круга. Туда, где Свити сидела на крупе, раскачиваясь взад-вперед, и из ее молочно-белых глаз текли густые, маслянисто-черные слезы.

Не прерывая работы, когда диск сотрясался от битвы между аликорнами, Аид обратился к Рэйнбоу и Эпплджек:

− Как только я начну, прерываться будет нельзя, иначе случится катастрофа. Когда закончу, Свити будет спасена или потеряна навсегда. Если я потерплю неудачу, у вас будет всего мгновение, чтобы сбежать. В худшем случае я на время ослабну и вам придется сражаться с самым злобным существом в мироздании. Наша единственная надежда на то, что Королева Гнева привлечет внимание Твайлайт и тогда они измотают друг друга. В итоге мы сможем разобраться с ними обеими.

− Принято! − Пинки встала между подругами и изобразила воинский салют. После недолгого обмена взглядами Рэйнбоу и Эпплджек кивнули.

Аид кивнул Пинки и продолжил:

− Очень хорошо. Давайте начнем.

Серебряный луч вырвался из кончика его рога. Он ударил Свити между глаз и окутал ее светом. За этим последовал глубокий, басовитый грохот, заглушивший шум битвы над головой.

А затем из земли донесся бестелесный смех.

В небе богиня и титан сражались с помощью заклинаний и физической силы. На земле бог и демон давили друг друга волей.

Количество пережженного эфира, витавшего в воздухе, было почти удушающим. Даже битва при Лурде меркла по сравнению с явленной теперь мощью.

Суар яростно тряхнула головой, когда розовая полоса вспыхнула на теперь уже безоблачном кристально чистом небе. Ударная волна прокатилась по полям, поднимая стену жгучей грязи и трепля гриву и хвост кобылки. В ушах у нее звенело от низких раскатов и резких ударов над головой.

Все это время Твайлайт не двигалась с места, тогда как Флёр бросалась вперед, а затем отступала обратно в безопасное место, прежде чем развернуться для нового обмена ударами.

Сердце Суар колотилось в груди все сильнее и сильнее.

Она обхватила себя копытцами, когда Твайлайт начала смеяться, и этот безумный звук был громче, чем даже непрерывный грохот атак Флёр.

− Здесь ты в безопасности, − произнес Аид, продолжая творить заклинания, простирая черное крыло над Суар. − Я клянусь тебе в этом.

Единорожка посмотрела на жеребца. Во рту у нее было сухо, как в Великой Пустыне, которую они пересекли. Ноги дрожали, и не только от постоянных толчков, сотрясавших землю.

И все же рядом с Богом Мертвых она чувствовала себя в безопасности.

Он был ее защитником, даже если она того не заслуживала.

Не тогда, когда она была так слаба и бесполезна. Неспособная сотворить даже самое простое заклинание.

А боги, титаны и демоны воевали друг с другом.

Подавив свой страх, Суар шагнула ближе к Аиду.

Полностью погруженный в изначальную магию, тот не отреагировал, когда кобылка обхватила передними копытами его мускулистую ногу. С кончика рога каскадом ниспадал яркий нимб спирального серебристо-голубого эфира. Жеребец тихо зарычал и уперся копытами в камень.

Из горла Свити вырвалось дикое рычание. Ее глаза сверкнули, словно рубины, и она бросилась к внутреннему кольцу круга. Копыта кобылки ударились о невидимую преграду. С пеной у рта она металась из стороны в сторону и рычала, словно дикий зверь, а через несколько секунд она ударила другую часть круга. С третьей попытки ей удалось проломить внутренний круг, он задрожал и разлетелся вдребезги.

Аид хмыкнул и напрягся, как будто его ударили по лицу. Луч, исходящий из его рога, стал вдвое интенсивнее.

Краем глаза Суар в последний момент заметила шар черного огня, с ревом несущийся к группе пони и заклинательному кругу. В центре обсидианового пламени находилась Флёр, ее грива и кончики крыльев горели, когда она использовала Эгиду и собственные чары, чтобы отразить удар заклинания. Не в силах остановить падение, она пробила защитный купол Сириус, как будто тот был сделан из промокшей папиросной бумаги.

Флёр ударилась о землю рядом с заклинательным кругом. Волна выбитых комьев земли полетела в группу пони. Суар взвизгнула и попыталась закрыть лицо, когда ее подхватил и швырнул порыв ветра. Ей повезло, она влетела в неподвижный бок Аида. Все остальные попадали и покатились по траве. Паллада и Эгида упали по другую сторону гранитной плиты, священное оружие выбило два кратера. Пони, снова подхваченных порывами ветра от падения оружия, отбросило обратно. Обхватив лапами вверенных ей кобылок, Гильда с тошнотворным звуком ударилась виском о камень. Глаза грифины закатились. Она лежала неподвижно, но дышала, поэтому Соарин и Эпплджек поспешили проверить ее и кобылок. Все остальные были в синяках, но никто серьезно не пострадал.

Тяжело дыша, Флёр поднялась на дрожащие ноги. Только что возвысившаяся богиня была покрыта густой пеной и потом. Она тяжело дышала, но в глазах был все тот же стальной блеск. Прежде чем она смогла снова броситься в бой, Твайлайт прибыла сама.

Приземлившись прямо перед Флёр, принцесса ударила ее задним копытом, прежде чем та успела среагировать, несмотря на свое улучшенное зрение. От удара Суар бросило на землю, а Флёр пробила магический барьер, окружавший Шпили Южного камня. Над обрушившимися зданиями поднялось несколько клубов пыли, и на этот раз Флёр обратно не вернулась. Быстрый, как бросок кобры, взгляд Твайлайт метнулся к Аиду.

Ростом более четырех метров, Твайлайт в прямом смысле слова возвышалась над всеми собравшимися пони. В то время как Суар съежилась, Титан Звезд продолжала расти, ее грива и хвост удлинялись, а кончики крыльев царапали землю, словно когти мягкий песок.

− Я не позволю тебе призвать ее! − зарычала Твайлайт, в ее глазах вспыхнуло угрожающее пламя, словно у тигра. Она подняла копыто и начала опускать на незащищенную спину Аида. Занятый заклинанием, он не мог защититься от надвигающегося удара.

− Нет! − Пинки завопила во всю глотку, бросаясь вперед и раскидывая ноги, чтобы перехватить копыто. Суар попыталась съежиться, отвернуться, но Твайлайт двигалась слишком быстро.

В последний момент она все же отвела копыто в сторону. Ударь она как хотела, от Пинки ничего бы не осталось. Диск вздрогнул и раскололся. Сильный порыв ветра раскатился в стороны. От того места, куда ударило копыто Твайлайт, начиналась пропасть длиной в километр, огибающая подножие горы.

С поникшей гривой и слезами на глазах, Пинки повернулась лицом к Твайлайт.

Та не смотрела на нее, все внимание титана было сосредоточено на пропасти, возникшей под ее копытом. Крылья задрожали, а лицо исказилось от страха.

− Отойди в сторону, Пинки, − приказала Твайлайт, и в ее горле слышался гром, магия наполняла слова.

− Нет! − ответила земнопони с вызывающей гримасой на лице. − Тебе нужно взять тайм-аут, Твайлайт!

Это нелепое заявление заставило Суар отшатнуться от удивления. Очевидно, на Твайлайт это произвело такой же эффект, поскольку титаническая фигура расхохоталась и покачала головой.

− У меня нет времени! Аид использует Свити, чтобы призвать Королеву Ада!

− Нет! − снова возразила Пинки. − Он помогает ей! Он собирается спасти Свити. В отличие от тебя!

Над полями раздался резкий треск, когда Свити ударилась о барьер, удерживающий ее на месте. Взгляд Твайлайт метнулся к заклинательному кругу, губы сжались в решительную линию, прежде чем она повернулась к Пинки.

− Это опасное место, Пинки. Тебе стоит вернуться домой, в Понивилль.

Рог Твайлайт вспыхнул магией, и, прежде чем земнопони успела возразить, она, Эпплджек, Рэйнбоу Дэш и Соарин исчезли. И не только они, поняла Суар, Скуталу и Эппл Блум тоже не было.

− Вот так-то лучше. Теперь мне не нужно беспокоиться о том, что я могу навредить хорошим пони.

Ухаживающая за Гильдой и рыдающей Талоной, Сириус спросила:

− Что ты с ними сделала?

− Отправила обратно на «Беллерофон». Понивилль был слишком далеко. Капитан Харди и остальные позаботятся о них. Хочешь, я отправлю туда и тебя? Там ты будешь в безопасности, а Гильда, похоже, ранена. Да, ей нужен врач. Отправлю и тебя тоже. Это место становится слишком опасным для тебя, моя маленькая звездочка.

Прежде чем закончила говорить, Твайлайт снова сотворила заклинание, и Гильда, Талона и Сириус исчезли.

Самодовольно улыбаясь, Твайлайт вновь обратила внимание на Аида.

− А теперь перейдем к насущным делам.

Позади Суар Аид кричал, пытаясь спасти Свити. Перед ней возвышалась Твайлайт, левый глаз безумной богини дергался. Сердце бешено колотилось в груди кобылки, она никогда не чувствовала себя такой маленькой и беспомощной.

Такой полностью и совершенно бесполезной.

Обуза, повисшая на шее у знающих пони.

Свернувшись калачиком рядом с Аидом, Суар всем своим существом желала, чтобы она никогда не покидала дом. Чтобы она осталась в Лурде с мамой. Там она не доставила бы хлопот никому. Там она могла бы спрятаться и не брать на себя никаких обязанностей по поиску богов и спасению мира.

Земля задрожала, когда Твайлайт сделала шаг вперед.

Вот и все, поняла кобылка. Грандиозное приключение со странным иноземцем закончилось, а в конце остались страх, страдание и сомнения.

Когда Суар задрожала, слезы ужаса застилали ей глаза, она увидела в грязи, там, где только что была Пинки, розовый отблеск драгоценного камня. Протерев один глаз, кобылка с удивлением присмотрелась внимательнее. Это был крупный необработанный драгоценный камень. Внутри него что-то взывало к ней. Она осторожно протянула копытце, обхватила его и прижала к груди. Камень был теплым на ощупь и странно мягким, как сахарная вата.

Появление кристалла также привлекло внимание Твайлайт. Взгляд титана остановился на Суар и мерцающем предмете, который она держала в копытцах.

− Тени, − прошипела Твайлайт, грива яростно взметнулась вокруг нее, − я должна была закончить с ними в Зерубабе. Отдай это мне.

− Нет! − кобылка крепче прижалась к ноге Аида.

Жеребец оглянулся, но, занятый своим заклинанием, он мало что мог сделать. Он должен был завершить ритуал, чтобы спасти Свити. Луч стал ярче, мощный импульс отбросил кобылку обратно в центр круга. Серебряные цепи с крючьями обвились вокруг конечностей и шеи Свити, впиваясь в плоть, но не вызывая кровотечения. Напрягаясь, эфирный металл изгибался на грани разрушения, и крючья начали медленно вытягивать бледную тень Астарот из единорожки.

Низкое, дикое рычание вырывалось из горла Свити. По ее лицу стекали струйки пота, и она крепко прижала копыта к груди, раскачиваясь взад-вперед. Глаза выпучились, в них была паника. Зарываясь копытами в гранитную плиту, она снова бросилась на барьер, и снова, и снова. По куполу, удерживающему ее в магическом круге, поползли трещины. Показалась голова Астарот, с тошнотворным хлюпаньем выскользнув из тела Свити. Ядовитый пар вырывался из уголков открытой пасти демоницы, а ее холодные глаза были прикованы к Аиду, Суар и Твайлайт. Вытянутая наполовину, Королева Гнева сражалась изо всех своих невероятных сил, все глубже вонзая когти в Свити. С последним отчаянным воплем демонесса бросилась на почти разрушенные защитные чары.

В то же время Твайлайт потянулась к Суар и камню, который та отчаянно сжимала.

− Отдай мне Аутею! − в глазах Твайлайт мелькнул страх. Что-то в кристалле встревожило неудержимого титана. − Она слишком опасна!

Аид переводил взгляд со Свити, чье мутировавшее тело покрывала густая пена, а Астарот показалась почти полностью, на Твайлайт, склонившуюся к Суар.

Кобылка бросила взгляд на жеребца и попыталась передать этим мимолетным взглядом, что ему нужно закончить заклинание. Аид посмотрел на нее в ответ, и в его древних голубых глазах плескалось сожаление.

− Прости, − произнес он и развеял луч, соединяющий его со Свити, развернулся, обхватил Суар крыльями и отскочил от заклинательного круга.

В тот момент, когда Аид отменил заклинание, барьер, удерживающий Свити на месте, разрушился. Цепи, сковывающие Астарот, лопнули, и демоница нырнула обратно в тело. Болезненная паника сменилась голодным торжеством, а губы единорожки расплылись в мстительной усмешке.

− Нет! − взвизгнула Суар, протягивая копыто к подруге.

Но Свити больше не было. Астарот сожрала все, что от нее оставалось. От тошнотворного треска костей, во рту кобылки появился привкус желчи, когда то, что было Свити, трансформировалось в извращенного монстра, превратилось в ужасное извращение жизни. Копыта треснули, длинные пальцы с зеленоватыми когтями полезли наружу. Конечности удлинялись, становясь тонкими, в то время как тело Астарот раздувалось и сжималось одновременно, шерсть лезла клочьями, обнажая кожу на ребрах и костлявых бедрах. Осталась только грива, сохранившая бело-розовые оттенки, ниспадающая на лицо демоницы, словно тонкая вуаль. Длинные кожистые крылья стали еще длиннее, словно лезвия, торчащие из-за плеч Астарот. Кожа на лбу кобылки треснула, и из нее показалась корона из замерзшей крови.

Быстрая, как атакующая пантера, с рычанием, переходящим в вой, Астарот бросилась к Твайлайт, мощно взмахнув своими паучьими лапами. Наклонившись вперед, она двигалась совершенно неестественным образом, что заставило Суар отшатнуться. Когда демоница врезалась в титана, сверкнула вспышка, а затем раздался грохот, от которого у кобылки задрожали кости. Твайлайт на мгновение сбило с ног ударом в грудь, и ее глаза распахнулись от удивления при виде силы Королевы демонов.

− Мы должны вернуться, − Суар ухватилась за серебристую гриву Аида свободным копытцем. − Мы должны спасти Свити!

Жеребец печально покачал головой.

− Теперь ее уже ничто не спасет. Чтобы вернуть ее, потребуется чудо, на которое не способен ни один бог. Свити погибла телом и душой. Осталась только Астарот.

Комок подкатил к горлу Суар. Если бы не она, Аид бы спас Свити. Он был всего в нескольких шагах от того, чтобы изгнать демона. Несколько секунд. Еще несколько секунд...

Слезы текли по лицу кобылки, когда она наблюдала за схваткой Астарот и Твайлайт. В демонице не осталось ничего схожего с пони. Она стояла, такая же высокая, как Твайлайт, вцепившись длинными руками в плечи титана, а разорванные кандалы свисали с ее запястий, волочась по земле. Отвратительный пар со свистом вырывался из-за кривых зубов, из трещин на губах, оскаленных в усмешке, сочилась черная кровь. Резко наклонив голову, Астарот укусила Твайлайт в плечо.

Та издала рев боли и разочарования. Магия запульсировала вокруг рога. Грозовые тучи разошлись, и на их месте возник гигантский эфирный круг. Тысячи рун образовывали переплетения, гораздо более сложные, чем те, которые Аид использовал в своей попытке уничтожить демона. Импульсы лавандовой энергии пробегали по внешнему краю, ускорялись вдоль линий, соединяющих с ядром круга, вспыхивая на пересечениях.

Почувствовав опасность, Астарот выпустила Твайлайт как раз в тот момент, когда из центра круга вырвался луч чистого звездного света. Демоница потянулась, чтобы перехватить приближающийся луч. Он пронзил ее руку, оторвал пальцы, запястье, локоть и плечо, прежде чем вбить Астарот глубоко в землю, прожигая дыру в поверхности диска вплоть до нижележащей мантии.

Твайлайт, не сдвинувшаяся ни на шаг, даже когда на нее обрушилось ее собственное заклинание, прищурилась и заглянула в дыру.

Осторожно приложив копыто к ране на плече, где кожа срасталась, а плоть заживала, титан вслух размышляла:

− Может быть, я зря беспокоилась...

Не успела она договорить, как земля под ней разверзлась и появилась Астарот, вонзив свою корону из замороженной крови в живот Твайлайт и подбросив титана ввысь, прямо к Аиду и Суар. Сильным взмахом крыльев жеребец в последний момент отскочил с пути Твайлайт. Почти сброшенная с его спины, кобылка еще глубже зарылась в гриву Аида, цепляясь за него изо всех сил. Астарот появилась из-под земли, ее рука регенерировала, новые мышцы ползли по белым костям, а кожа наползала на новую плоть. С тошнотворным хрустом нижняя челюсть вывихнулась и отвисла, обнажив ряды кривых зубов. Отвратительный пар, вырывавшийся из открытой пасти Астарот, был втянут обратно, когда ее живот раздулся, а затем из пасти хлынула волна абсолютного холода.

Все на пути дыхания Астарот мгновенно замерзало, как будто оказалось в ловушке на вершине самого высокого пика на самом северном краю диска самой морозной зимой за тысячу лет. Неистовая снежная буря ворвалась в небеса Грифонии, воя от ярости, сдерживаемой еще с тех времен, когда Йока родилась. Твайлайт ударила вся мощь бури, и, несмотря на всю силу титана, она была отброшена в сторону; ее кувыркало и крутило, не давая восстановить контроль. Преодолев несколько сотен метров, она расправила крылья и сформировала вокруг себя тонкий щит, чтобы сдержать ветер.

Изо всех сил работая крыльями, чтобы не попасть под переднюю кромку шторма, Аид сотворил собственное заклинание. Суар на мгновение погрузилась в абсолютную тьму, и в этот бесконечно короткий миг холод запустил когти в ее тело, прежде чем она снова оказалась в воздухе над Шпилями Южного камня.

Вдалеке Твайлайт и Астарот казались темными точками на голубой ткани неба.

Взмахнув крыльями, титан бросилась к демонице. Она отбивала заклинание за заклинанием, возникавшие на пути. Небеса содрогнулись, когда Твайлайт столкнулась с Астарот и они вместе со скрежетом рухнули на землю. Словно молоты, бьющие по наковальням, они обменивались ударами. Твайлайт не сдерживалась, как это было в бою с Флёр. Каждый удар, каждое заклинание она наносила со всей своей апокалиптической мощью.

Битва была такой яростной, что эхо разнеслось по бескрайней саванне до самой Зерубабы, и древние драконы в своих логовах в пустыне зашевелились. Даже сквозь зажатые уши грохот оглушал Суар.

Они налетели на останки зебриканской артиллерии. Пушки и требушеты разлетелись в стороны, словно листья на сильном ветру. Схватив бронзовую пушку, Астарот махнула ею, словно дубинкой. Металл зазвенел, когда орудие ударило Твайлайт в челюсть. Голова титана дернулась, когда она пролетела мимо заброшенного артиллерийского фургона.

Быстрая, как пантера, Твайлайт снова вскочила на ноги. Вокруг нее взвился в воздух десяток пушек, которые затем полетели в сторону Астарот.

Та отмахнулась от них, как от пьяных мух. Пушки были всего лишь отвлекающим маневром, Твайлайт телепортировалась за спину демоницы и нанесла неожиданный удар, которым на этот раз сбила соперницу с ног.

Еще до того, как титан бросилась за ней, Астарот уже вернула контроль над полетом. Она выла и визжала, из уголков пасти текла пена, когда Твайлайт снова атаковала.

Эфирный хлыст хлестнул демоницу. Он разорвал крылья, оставляя раны, сочащиеся густой темной жидкостью, а затем обвился вокруг ноги. Мускулы на ее шее вздулись, Твайлайт швырнула Астарот в гору под Шпилями Южного камня. Склон содрогнулся, скала раскололась. В сторону скрытого дымкой горизонта полетели обломки.

С протяжным грохотом горный склон осел, дорога, ведущая в город, обрушилась каскадом осколков камня и пыли.

Твайлайт стояла неподвижно, пока гора рушилась вокруг них. Она прижимала Астарот к земле во время обвала. На них обрушились валуны и обломки. Демоница вызывающе зарычала. Она зарылась ногами в осыпающуюся землю, а ее худые руки обхватили горло титана. Черные когти вонзились в стальные мускулы, вздувшиеся на шее Твайлайт, и мощным ударом ноги Астарот отбросила их обеих от оползня к среднему ярусу города. Эфирный щит вокруг него вспыхнул, когда они пробили его.

Вцепившись друг в друга, они обрушились на дома бывших торговцев и ремесленников. Здания рушились в ливнях пыли и глиняных кирпичей, над кварталом поднялось облако, похожее на пепел из жерла проснувшегося вулкана. Зловещие пурпурно-черные молнии потрескивали в клубящихся облаках и вырывались в небо. Щит Аида вокруг города замерцал, потускнел, а затем засветился ярче, чем раньше, но покрылся болезненными пятнами пульсирующего вещества, похожего на водоросли.

Суар сглотнула и крепче вцепилась в плечо жеребца.

− Мы должны остановить их! − прокричала она, сквозь грохот ударов.

Аид не ответил, просто мрачно наблюдал за происходящим.

Кто-то из сражающихся сильно пнул соперницу. Все, что смогла разглядеть Суар, − это черную полосу, падающую и проламывающую здание за зданием вдоль пустой рыночной улицы, за чем последовал стон большой башни, прежде чем она начала заваливаться набок, сокрушая целый квартал брошенных домов. Из густого облака пыли вынырнула вторая фигура, перепрыгивая с крыши на крышу на паучьих лапах. Мгновение спустя над домами, где она упала, появилась Твайлайт. Взмахнув крыльями, она устремилась в погоню, оставляя за собой сверкающий след − светящаяся точка полыхала на кончике ее рога.

− Они направляются к замку, − Суар указала на бывший королевский дворец. Ее глаза расширились от внезапного, ужасающего осознания. − Зебры, которых спасла Свити, там!

− Души для поглощения демоном, − мрачно прорычал Аид, взмахивая крыльями и с криком устремляясь в пике. − Не хотел показывать это пони, очевидно, такой молодой и неопытной, но если буду сдерживаться, этот мир погибнет.

Астарот заметила его приближение и прыгнула навстречу. У нее была та же злая ухмылка, которая не исчезала с того момента, как от Свити ничего не осталось кроме демоницы. Хрупкая кожа покрылась инеем, а когти потянулись к Аиду. За Королевой Гнева следовала Титан Звезд.

Аид с каменным лицом расправил крылья. Дыхание Суар со свистом вырвалось из ее легких, а копыта чуть не соскользнули с шеи жеребца.

− Пусть солнце плачет кровью, луна разобьется на куски, и наступит конец всех дней, − подняв одно копыто над головой, Аид указал другим на Астарот. − Легионы мертвых, придите ко мне!

Не было никаких обычных признаков сотворения заклинания, кроме запаха переженного эфира, исходившего от гривы и крыльев Аида. За ним появилась серебристая дыра, словно кто-то раздвинул шелковую занавесь на окне. На другой стороне лежал бесконечный город, в своем обветшалом величии. Улицы были заполнены призрачными пони, в отчаянии бродившими под нескончаемым, вечным дождем. Суар потребовалось мгновение, чтобы понять, что город − это и есть Тартар. Колоссальной волной воплей, оскаленных пастей и шаркающих копыт призраки поднимались в воздух. Крики доносились из портала, сливаясь в единый, невероятный шум, который пронзал и плоть, и душу. Сияющим белым цунами духи хлынули из серебристого пролома в реальности и устремились к Астарот и Твайлайт.

Оказавшись уже на расстоянии вытянутой ноги от Аида, демоница едва успела подготовиться, прежде чем ее поглотили духи. Глаза королевы распахнулись, и впервые гнев уступил место другому чувству − страху.

Твайлайт попыталась прорваться сквозь массу призраков, нависшую над ней. Из потока появились призрачные копыта, обхватив ноги и крылья титана. Появились мертвые лица, стонущие и кричащие, когда они стащили Твайлайт с неба.

Казалось, целую вечность из Тартара изливался нескончаемый поток духов, выплескиваясь на пустые улицы Шпилей Южного камня и растекаясь по пустынным проспектам, заполняя городские площади и форумы, прежде чем хлынуть вниз по склонам горы.

Тяжело дыша, Аид поднял дрожащее копыто и жестом запечатал разрыв, который он создал между мирами. В полете он запнулся и пролетел небольшое расстояние, прежде чем смог восстановить контроль.

− Вы в порядке, мистер Аид? − спросила кобылка, пытаясь принять позу, которая не помешала бы полету.

Жеребец оглянулся через плечо, его лицо было осунувшимся и желтоватым.

− Со временем буду. Использовать свой домен таким образом очень... утомительно.

Полет снова замедлился, и аликорн начал медленно спускаться к разрушенному среднему ярусу города.

− Интересный трюк, − раздался голос Твайлайт, усиленный так, что он разнесся над склонами гор и полями.

Эфир колебался густыми лиловыми волнами вокруг титана, когда она плыла над полями, поднимаясь все выше, пока не оказалась над горой. Ее платье, порванное всего в паре мест, развевалось вокруг нее, как будто она была в эпицентре шторма. Три свитка что ранее парили рядом, развернулись и кружились вокруг по орбитам. Из дикого эфира образовались сдвоенные кольца, которые вращались вокруг Твайлайт, словно она была центром динамо-машины. Руны времен зарождения мира мерцали в светящемся полутвердом эфире, когда миниатюрный шторм окутал рог Твайлайт.

Она была прекрасна и пугающа одновременно.

− Посмотри, что ты наделала! − Твайлайт замахнулась копытом на Астарот. Демоница теперь была ростом с башню и, казалось, не пострадала от магии Аида. − Я − защитник этого мира! Я − его спаситель!

Искры миниатюрных молний рассыпались по рогу, и Твайлайт воздела копыто над головой.

Грудь Суар судорожно сжалась, когда по ее телу пробежала волна давления. Зажатый между ней и Аидом розовый кристалл излучал тепло.

Воздух вокруг Твайлайт искажался, изгибаясь и заворачиваясь сам в себя, по мере того как кольца вокруг титана продолжали ускоряться.

Аид прищурился и озабоченно хмыкнул.

− Они опоздали, − прошептал он за мгновение до того, как небо наполнили взмахи широких крыльев аликорнов.

Первыми появились Иридия и Фауст в легких летних платьях. Облаченная в золотые доспехи, с огненным клинком на боку, Селестия и могучий Зевс появились на юге, наперегонки друг с другом, чтобы первыми добраться до места схватки. Юные Тир и Шиара прибыли с востока. Луна и Флаттершай прибыли с запада, освободившись от своих обязанностей по защите Зерубабы от танов.

Твайлайт увидела приближающихся богов и разочарованно застонала.

− Почему пони не могут просто довериться мне и ничего не делать? − тихо спросила она, склонив голову набок, с искаженным от ярости лицом. − Я всем докажу, что буду защищать их! Я остановлю Астарот, точно так же, как я остановила Найтмэр Мун, Дискорда и любую другую угрозу Эквестрии.

В ушах Суар раздался резкий вой, когда вращение эфира вокруг Твайлайт достигло огромной скорости. Кольца вращались все быстрее и быстрее, пока не стали невидимыми. А потом они остановились, эфир замер с оглушительным треском, когда титан закричала:

− Пусть слезы звезд падут и расколют диск. Страдай за то, что угрожала нашим маленьким пони.

Невероятный вопль пронзил кобылку, когда небо над безумной богиней разверзлось. Осколки ночи в сияющем синем свете дня с воем воплощались в реальность. Твайлайт откинула назад гриву, от нее исходил сочный лавандовый эфир, когда она манипулировала первичными энергиями. Десяток, два десятка, сотня, затем тысячи ран открылись вокруг нее. По одной на каждую звезду в ночном небе.

Развернув Суар так, чтобы он мог крепко прижать ее к своей груди, Аид прорычал тихим шепотом:

− Держись.

Внезапно из мерцающих отверстий вылетели зазубренные копья из сверкающего обсидиана. Сокрушительным потоком они обрушились на диск. Шесть тысяч копий вонзились в землю с оглушительным грохотом, от которого все содрогнулось. Облака пыли взметнулись в воздух, образовав удушающую завесу.

Те зебры, которые все еще пытались спастись бегством, катились по сотрясающейся земле. Грифонов смело одним движением сверкающих копий. Солдаты бежали в дикой панике, некоторые сбились в небольшие кучки и молили о пощаде. Тяжело бронированные катафракты, пораженные ударами, ломающими кости, падали, как сверкающие стальные звезды.

Аид метался из стороны в сторону и уворачивался вместе с Суар. Воздух в горле кобылки стал густым, словно в рот ей влили патоку. Заднее копыто жеребца коснулось одного из осколков кристаллизованной полуночи, и тот разлетелся миллионом смертоносных игл. Кряхтя, Аид обхватил крыльями Суар и уязвимый живот. Кобылка закричала, когда они начали падать, а затем резко замолчала, когда они взмыли вверх на сильных взмахах крыльев Аида между еще двумя осколками. Легкий взмах и поворот закрутили их в спираль, и они с трудом вылетели на чистый воздух.

Остальным повезло меньше. Десяток осколков обрушилась на Фауст и Иридию. Они увернулись от нескольких, но внезапно из гладкой поверхности очередного осколка выросли зазубренные ветви, впившиеся Иридии в бок. Серебристая кровь текла по лицу, крыло безвольно повисло, Богиня Весны начала падать. Фауст врезалась в сестру, изо всех сил работая крыльями, чтобы удержаться на волосок от острых, как бритва, осколков. Рубиновая магия вспыхнула, и богини исчезли.

− Все будут в безопасности! Все будут в безопасности!

Твайлайт парила над полями, все больше и больше осколков вылетало из дыр, которые она пробила в небе.

− Ведь этого все хотят от меня, верно? Для этого меня растили! Этому меня учили! То, что меня заставляли делать снова и снова! Так почему сейчас вы решили меня остановить?

Летя спина к спине, Зевс и Селестия разрубали все осколки, что оказывались рядом с ними. Молния с треском пробежала по широкой груди Бога Грома и по его толстым ногам. В голосе Царя Богов не было ни смеха, ни юмора, которые обычно звучали низким рокотом, только суровая гримаса, тяжелое рычание и взмыленная шерсть. Позади него Селестия разрубила осколок Коронал Эджем, и яркое оранжевое пламя вырвалось из кусочка Сола, использованного для изготовления древнего клинка.

От каждого удара осколки разлетались на кусочки не толще волоса. Они таяли в жаре, исходящем от Селестии, превращаясь в безобидные клубы черного дыма. Но сколько бы они ни уничтожали, еще сотни обрушивались на область под парой могучих аликорнов. Зебры и грифоны взвыли, когда игольчатый дождь впился в незащищенную плоть. Почувствовав, в каком тяжелом положении они находятся, Селестия и Зевс снизились. Они образовали заслон от смертоносного потока из языков пламени и трескучих молний, чтобы защитить смертных.

− Предатели!

Искры темной магии мерцали и извивались вокруг Твайлайт.

− Вы все предатели. Вам просто нужно было оставаться в Кантерлоте и быть счастливыми, пока я буду заниматься всей грязной работой. Разве не этого вы все хотели?

Поймав осколок копытами, прежде чем зашвырнуть его за горизонт, Зевс ответил:

− Блистательная Селестия, мы должны сразить Твайлайт, пока не стало слишком поздно! Ее сила продолжает расти, поскольку она все больше теряет рассудок. Скоро даже нам будет трудно противостоять ее мощи.

Грива цвета полярного сияния развевалась вокруг Селестии, когда она раскручивала над головами зебр раскаленный клинок, огненный след которого поглощал тучи игл, и крикнула в ответ:

− Твайлайт можно спасти! Я знаю, что она справится. Если ты доверяешь мне, то доверяй и ей.

− Доверие? Прекрасное чувство, когда делишься вином и хлебом у костра, но не очень разумное, когда титан швыряется в тебя кристаллизованной ночью и молниями чернейшего эфира!

− Помни предупреждение Фауст: мы не должны сражаться друг с другом.

− Ха-ха! − Зевс разразился раскатистым смехом, тряхнув золотой гривой. − Я люблю, когда ты бросаешь мне вызов!

Развернувшись вокруг Селестии, чтобы отразить крылом бесформенную темную волну растворяющего эфира, жеребец схватил принцессу и слился с ней в глубоком, страстном поцелуе. Это длилось всего мгновение, прежде чем Селестия игриво влепила ему пощечину, но в глазах плясали озорные огоньки, несмотря на окружающий их хаос. Ее переполнял адреналин и желание победы, она чувствовала себя настолько живой, каковой не чувствовала себя никогда.

− Продолжим позже? − Зевс многозначительно повел бровью, и Селестия смогла только слегка раздраженно мотнуть головой и закатить глаза.

− Сосредоточься, Царь Богов.

− Да, нам предстоит выиграть битву! Мы спасем этих смертных, пока мой брат сражается с титаном и демоницей. Я верю в Аида. Мой брат сумеет повергнуть их обеих.

В ответ на это Селестия кивнула, и Солнце с Грозой удвоили усилия. Золотые полотнища солнечной мощи и потрескивающие голубые вспышки молний вспыхивали, вращались и разлетались по полю битвы, неустанно трудясь над спасением как можно большего числа смертных.

Шиара и Тир так и не добрались до места боя. Пара юных богинь, открыв рты, в благоговейном страхе смотрела на высвобожденную мощь. Даже на Гее рассказы о титанах, для обуздания которых требовалось несколько богов, казались нелепыми. То, что титан мог сразить целую группу аликорнов, прежде чем его остановят, казалось несомненной вольностью драматургов, которые пытались придать красочности своим произведениям, но теперь все выглядело так, словно они наоборот преуменьшали смертоносную силу титанов.

− Что я наделала? − Шиара в шоке прикрыла рот копытом. − Это не то, чего я хотела!

− Кузина, приди в себя! − рявкнула Тир, оттаскивая богиню с пути осколка, отбитого Зевсом. − Мы должны помочь остальным.

− Помочь? Помочь?! Мы? − Шиара указала на свое покрытое шрамами лицо и крылья. − Простое чудовище, созданное из одной упавшей звезды, сотворило это со мной! Как я могу противостоять подобному?

− Потому что мы обязаны защищать смертных. Посмотри на Зевса и Селестию! Мы должны сделать то же самое, иначе что мы за боги такие?

− Мы только будем им мешать. Мы слишком молоды. Слишком слабы. Слишком...

− Прекрасно! Оставайся трусихой. Беги обратно в свою полу-реальность или где ты там пряталась. По крайней мере, я знаю свой долг.

С этим презрительным ответом Тир бросилась к полю боя, где толпы нежити атаковали убегающих зебр. Она едва успела взлететь на пару метров, как тень кристалла накрыла ее и Шиару.

Кузины в шоке посмотрели вверх, где зазубренный обсидиан рушился на них со стороны солнца. Молодые богини начали творить заклинания, хотя обе понимали, что перед лицом мощи Твайлайт они мало что могут сделать для своего спасения. Краем глаза Тир заметила вспышку розового, а затем между ней и приближающимся осколком выросла стена из перьев. Рядом со стеной парил огромный меч с холодным лезвием в плотной бело-голубой ауре.

− Мама? − спросила Тир, сбитая с толку за мгновение до того, как осколок долетел до них.

Облаченная в древние доспехами, Кейденс крепко сжала зубы и взмахнула Пенумброй со всей своей божественной силой. Она разрубила гигантский осколок напополам. От ее меча и доспехов полетели искры, прежде чем половинки пронеслись мимо юных богинь.

Обернувшись, Кейденс сильно ткнула свою приемную дочь в лоб.

− Твой отец вне себя от беспокойства! − предостерегающе произнесла принцесса. − Твоя бабушка волнуется. Твои кузины волнуются. Все волнуются!

− Ты тоже, мама? − Тир потерла больное место, куда ее ткнули.

Кейденс мягко улыбнулась.

− Нет. Но, может быть, и мне следовало бы. Давайте поможем Селестии и Зевсу.

− Как будто им нужна наша помощь, − проворчала Шиара, вызвав недовольство Кейденс.

− А ты, юная мисс, напугала всех! Тебе стукнет как минимум триста лет, когда тебя выпустят из дворца. Будут сложены баллады и пьесы о “Шиаре Наказанной”. Что с тобой случилось? Где ты была?

К удивлению Тир и самой Шиары, Кейденс заключила ту в объятия, нежно прижав голову юной богини к своему плечу.

Шиара сначала напряглась, но затем растаяла в нежных объятиях, нежась в безопасности крыльев принцессы.

− Иридия уже сделала мне, эм, ”строгий выговор", так вы, кажется, это называете?

Это заставило Кейденс подавить смех.

− О, вот как? И даже не подумала рассказать всем нам, что нашла тебя, − принцесса вздохнула и добавила: − Даже не могу злиться на нее. Только не с учетом всего этого.

Принцесса печально обвела взглядом преобразившиеся равнины.

Большинство выживших зебр и грифонов уже сбежали, но многие оказались в ловушке в зоне действия разворачивающегося катаклизма. Земля пестрела грифонами, некоторые блуждали в оцепенении, другие присоединились к своим бывшим врагам, пытаясь прорваться наружу. В недавно образовавшихся пустошах блуждали орды нежити, преследующие смертных. Более разумные твари предпочли выживание утолению низменного животного голода и сбежали на север, запад и юг. Те, кто направлялся на юг, встретились с мощью Селестии и Зевса и были быстро уничтожены.

На севере Луна прокладывала путь к Твайлайт и Астарот.

Все песни о ее доблести, все сказки и легенды, сложенные о ночной принцессе, меркли перед зрелищем высвобожденной мощи. Тамаши пребывал в постоянном движении, будто мерцающий полумесяц забвения. Луна танцевала как среди нежити, так и среди осколков кристаллизованной ночи. Не было никаких пауз, ее удары, казалось, давались ей совершенно без усилий. Кейденс, которая в последние несколько лет время от времени проводила спарринги с ней, поняла, насколько сильно ее мать сдерживалась во время этих занятий. Если Зевс и Селестия были вершинами необузданной мощи, то Луна − воплощением грации и изящества. Она была похожа на стремительный ручей в лунном свете, грива струилась вокруг сверкающим каскадом, когда она кружилась и прыгала, и каждое движение приближало к тому месту, где Твайлайт и Астарот столкнулись в самом центре катаклизма.

Флаттершай следовала за Луной, изумрудный лук парил рядом с ней, уничтожая тварей, до которых Луна не могла дотянуться. Вместе они предотвратили побег абсолютно всех немертвых тварей, направившихся на север.

Постепенно пыль рассеялась и открылся вид на лес возвышающихся полуночных менгиров, торчащих из земли на многие километры во всех направлениях.

Наблюдая за происходящим сверху, Суар почувствовала, как у нее пересохло во рту.

Твайлайт, казалось, было не остановить. Вырвались на свободу силы первобытной природы, пульсирующие эфиром эпохи еще до рождения мира. Взмахнув крылом, она вызвала еще одну волну смертоносных мерцающих обсидиановых осколков. От удара копыта сеть черных призрачных молний с шипением пронеслась от осколка к осколку.

− Я могу переписать реальность, а вы решили бросить мне вызов?! − Твайлайт кричала, теряя остатки самообладания. − Правитель должен делать то, что лучше для нации, бог − то, что лучше для всего диска! Для всей реальности!

Наполненная таким количеством чистого эфира, что ее тело стало проводником энергий, породивших мириады миров и доменов между ними, титан росла рывками. Ее тело увеличивалось, затем сжималось, прежде чем снова вырасти, пока она не достигла более сотни метров в высоту.

Аид и Суар наблюдали, как одни аликорны прибывали, а другие исчезали или были вынуждены спасаться бегством.