Лошадь иного окраса

Маленькое разногласие

Это был самый обычный день в городке Понивилль. Небо сияло глубоким синим, трава пестрела яркой зеленью, и даже грязь казалась сегодня особенно… грязной. Или, по крайней мере, так это виделось Твайлайт Спаркл, которая как раз наслаждалась привычными видами и звуками. После почти недели, проведённой в Кантерлоте у родителей, Твайлайт так стремилась вернуться домой, что едва не полетела туда сразу, не дожидаясь поезда.

Разумеется, с Кантерлотом всё было в порядке. У неё оставалось немало приятных воспоминаний о жизни в этом городе — пусть и в те редкие мгновения, когда она выныривала из-за учебников и обращала внимание на окружающее. Сейчас у неё там было множество друзей, не говоря уже о семье и Принцессах. Но теперь, глядя на Кантерлот, ей он казался... скучным. Она словно заново осознала, как в столице звук шагов, голосов и повседневной суеты превращался в однообразный, нечленораздельный гул. Как местные важные персоны, стоило ей завести разговор, неизменно отвечали дежурными фразами о последней городской сплетне.

А может, хуже всего было даже не это, а однообразная бело-золотая расцветка всех зданий подряд. Ну да, некоторые заведения более высокого класса выбирали мрамор вместо штукатурки, а самые смелые и вовсе украшали вход чем-то чуть более цветастым. Но по сравнению с тёплыми, природными тонами Понивилля, всё это казалось едва ли не чёрно-белым.

Твайлайт испытывала лёгкое чувство вины за то, что оставила Спайка одного, но она с самого начала побаивалась дня открытия КантерКона, ещё с тех пор, как пообещала, что поведёт его туда. Поэтому, когда родители предложили сопроводить его вместо неё — а это означало, что она сможет вернуться в Понивилль на три дня раньше, — она с радостью ухватилась за этот шанс. Она утешала себя мыслью, что Спайк, скорее всего, сейчас наслаждается каждой минутой.

— Твайлайт! Эй, Твайлайт!

Твайлайт широко улыбнулась, услышав знакомый голос, и весело зашагала сквозь рыночную площадь к прилавку Эпплджек, которая уже махала ей копытом. Вот, — подумала она, — вот чего мне больше всего не хватало в Кантерлоте.

— Доброе утро, Эпплджек, — весело сказала она, обняв подругу — апельсиновую фермершу (в смысле, апельсинового окраса, а не фермершу, выращивающую апельсины). — Как ты тут без меня?

— Я-то? — усмехнулась Эпплджек, склоняясь через прилавок. — Да не жалуюсь. Разве что было чуток тише, чем обычно, пока тебя не было.

— Тише? В Понивилле? Даже не думай об этом! — Они засмеялись, и Твайлайт бросила на подругу притворно-серьёзный взгляд: — И что, ты теперь думаешь, что всё должно взорваться, раз я вернулась?

Эпплджек наклонила голову вбок, заглянув за спину Твайлайт с лукавой улыбкой.

— Ну… что-то вроде того.

Твайлайт нахмурилась и начала оборачиваться.

— О чём ты гово…

— ИИИИИИИИИИИИ!

Твайлайт едва не вскрикнула, когда Рэрити завизжала прямо у неё над ухом. Она резко обернулась и увидела, как модельерша возбуждённо переминается с копыта на копыто.

— Твайлайт, ты вернулась! И так рано! Из Кантерлота! — При этих словах Рэрити театрально воззрилась на золотой силуэт столицы и вознесла копыто ко лбу. — Ах, как бы я хотела быть с тобой в этом чудесном очаге культуры! Расскажи, расскажи, как всё прошло?!

— Рэрити, — без особого энтузиазма ответила Твайлайт, — у тебя есть магазин в Кантерлоте. Ты была там три дня назад. Мы вместе обедали.

— О, но за три дня может произойти так много всего, и я обязательно должна всё услышать! А ещё лучше — почему бы тебе не пойти со мной, я как раз подберу наряд в честь твоего возвращения!

— Ещё одно платье? — с недоверием спросила Твайлайт, пока Рэрити уже подталкивала её в сторону своего дома, хотя отказаться при всём желании не получалось.

— Но ты же принцесса, дорогуша, — ответила Рэрити, решительно пресекая любые пути к бегству. — У тебя просто обязательно должен быть королевский гардероб.

Эпплджек хихикнула, глядя, как Твайлайт с беспомощным видом оборачивается к ней.

— Не сопротивляйся, Твайлайт. Позволь ей приукрасить тебя как следует — а потом ты снова станешь своей прежней, лиловой собой.

— Лаванда, дорогуша..

Эпплджек заморгала.

— Эээ... не, спасибо, я уже поела.

— Нет-нет, — Рэрити прекратила загонять Твайлайт к себе в бутик и повернулась к Эпплджек. — Цвет лаванды. Цвет самих лаванд — именно такой оттенок у нашей дорогой Твайлайт.

Эпплджек пожала плечами.

— Разве лаванда не лиловая?

— Ну... да, но это определённый оттенок лилового, и вот именно такого цвета Твайлайт. Он называется «лавандовый».

— Значит, она всё равно лиловая, просто ты называешь это каким-то замысловатым словом.

— Лавандовая — это вовсе не какая-то редкая терминология. И хотя «лиловая»... технически не ошибка, «лавандовая» — просто более точное определение.

— Сиреневая.

Лавандовая аликорн начала метаться взглядом между подругами.

— Эээ, девочки, — нерешительно сказала она, — нам не кажется, что мы немного ушли от темы?

К сожалению, её уже никто не слушал — подруги шаг за шагом приближались друг к другу, а громкость их препирательств заметно росла.

— Похоже на какое-то вычурное занудство, если хочешь знать моё мнение. Это ж ты просто... эээ... как это слово... педромантичная!

Рэрити хлопнула копытом по лбу.

— Педантичная, Эпплджек. И я вовсе не такая! Называть вещи своими именами — это важно, между прочим. И она, без сомнения, лавандовая.

— Сиреневая.

Теперь их лбы едва не сталкивались, а взгляды сцепились, как два барана на горном перевале.

— Я прекрасно понимаю, — проговорила Рэрити с «улыбкой», обнажившей слишком много зубов, — что твоя профессия вряд ли располагает к изучению цветовой дифференциации. Но могу тебя уверить: с моей профессиональной точки зрения Твайлайт Спаркл — лавандового цвета.

— Да неужто? — огрызнулась Эпплджек, насупившись. — Да будет тебе известно, что у меня очень зоркие глаза. Знаешь, сколько цветов у яблок бывает? Так вот: я тебе говорю — она лиловая, и нечего тут выдумывать!

— Сиреневая.

Обе пони повернулись к Флаттершай, чей голос наконец-то достиг уровня, на котором его можно было услышать, хоть она тут же начала пятиться от их боевых взглядов.

— Ой, простите, забудьте, что я что-то сказала. Вы, похоже, очень заняты, и о-селестия-уже-сколько-времени…

— А вот и нет, — сказала Эпплджек, обвив передней ногой холку пегаски и не давая ей сбежать. — Похоже, тебе есть что сказать. Давай выкладывай, сахарок.

Флаттершай неуверенно повела копытом по земле, затем глубоко вдохнула.

— Ну… понимаете, мне всегда казалось… то есть, я как бы думала, что Твайлайт немного, ну… совсем чуть-чуть… сиреневая.

Рэрити нахмурилась.

— Сиреневая… ну, это определённо лучше, чем просто «лиловая», — заметила она, полностью проигнорировав новый гневный взгляд Эпплджек. — Но тебе всё равно следовало бы называть её лавандовой, потому что это, бесспорно, самое точное определение. С этим не поспоришь.

— Ой, простите, а мы что, спорили? — Флаттершай съёжилась в объятиях Эпплджек и попыталась ускользнуть. — Вы победили, я просто…

— А ну-ка, постой, подруга! — рявкнула Эпплджек, крепче прижав пегаску к себе, несмотря на её почти неслышное бормотание протеста. — Незачем быть такой настойчивой, Рэрити. Флаттершай просто высказалась, как и ты. Разве кто-то сказал, что она должна соглашаться с твоим мнением без вопросов?

Твайлайт облегчённо выдохнула — наконец представилась возможность разрядить обстановку.

— Вот именно. У каждого есть…

— Au contraire, — вмешалась Рэрити, глаза её сверкнули, когда она вновь уставилась на Эпплджек. — Наша дорогая Твайлайт — принцесса, а мы все, по-своему, весьма влиятельны. Поэтому крайне важно, чтобы мы не позволяли распространяться ложной информации. Я всего лишь старалась исправить твою... оплошность, пока она не зашла слишком далеко.

— Оплошн… Да я всего-то сказала, что она…

— Розовая!

— Ай!

— Что?!

— Ой-ой-ой!

Твайлайт взвизгнула и подпрыгнула, когда Пинки Пай внезапно вынырнула прямо из-под неё. Её разум быстро промелькнул мимо тревожных вопросов «когда», «почему» и «как вообще она туда попала», зацепившись за самую последнюю фразу.

— Розовая? — переспросила она, вставая обратно на четыре копыта.

— Розовая.

— …розовая?

— Розовая.

— Не говори глупостей! — фыркнула Рэрити. — Пинки Пай, ну как ты вообще могла прийти к такому странному выводу?!

Пинки захихикала.

— Ну, понимаете, я шла по улице и услышала, как ты сказала «лаванда», потом Эпплджек сказала: «Эээ… не, спасибо, я уже поела», а потом ты сказала…

— Можешь опустить этот момент, Пинки, — сухо заметила Твайлайт.

— Оки-доки! — весело отозвалась Пинки. — А потом Рэйнбоу сказала: «Разве не видно, что она цвета слоновой кости?», а потом Твайлайт такая... ой, извините, я перескочила слишком далеко! Эм… ну, вы, девчонки, выглядели так, будто вам весело, вот я и подумала, что тоже хочу поучаствовать, и первое, что пришло в голову — розовый!

Эпплджек почесала затылок, бросила взгляд на Твайлайт, потом на Пинки, снова на Твайлайт, опять на Пинки. И ещё раз на Твайлайт, прежде чем покачать головой.

— Не хочу тебя расстраивать, Пинки, но, по-моему, Твайлайт не розовая. Ну, посмотри на неё сама!

Пинки прищурилась, наклонилась поближе, изучая подругу с таким вниманием, что Твайлайт изо всех сил старалась отодвинуться подальше от навязчивого взгляда.

— Хмм… может быть, тёмно-розовая?

Эпплджек вздохнула и покачала головой.

— Нет, Пинки, ты совсем не туда копаешь.

— Ну-ну, Эпплджек, — насмешливо сказала Рэрити. — Зачем же быть такой настойчивой?

— Чтоб тебя, Рэрити! Это не одно и то же, и ты это знаешь! Пусть ты там придирчива в названиях, но любой пони тут видит, что она лиловая!

— Фиолетовая.

Пять пар глаз поднялись вверх, туда, где с низкой тучки свешивался радужный хвост.

— Ты что-то сказала, Рэйнбоу? — крикнула Эпплджек вверх.

Рэйнбоу Дэш высунулась из-за облака и раздражённо уставилась на подруг.

— Ага. Я вообще-то тут просто расслаблялась и собиралась вздремнуть, но вы все такие неправые, что невозможно уснуть!

Глаза Эпплджек сузились.

— Повтори-ка ещё раз?

Рэйнбоу закатила глаза и слетела с облака, зависнув в нескольких дюймах над землёй.

— Случайно так вышло, что я кое-что понимаю в цветах, — заявила она, тряхнув своей радужной гривой. — И, видимо, вы тут не в курсе, но лиловый — это выдуманный цвет. Слово, которое вы все пытаетесь найти, — это фиолетовый.

— Ты о чём вообще, Рэйнбоу? — спросила Эпплджек. — Разве фиолетовый — это не просто другое название лилового?

— Нет! — самодовольно ответила Рэйнбоу. — Лиловый — это смесь красного и синего, и он похож на фиолетовый, но это не одно и то же. Фиолетовый — настоящий цвет. Его не нужно мешать — он есть. Так что если у Твайлайт на самом деле шерсть не из двух смешанных цветов, то она не лиловая.

— Но... разве зелёный не получается из синего и жёлтого? — невинно спросила Флаттершай. — Значит, зелёный — это тоже выдуманный цвет?

— Это... эм... совсем другое…

— Правда? — надавила Эпплджек. — И в чём же разница?

— Это... ну, это всё сложно, ясно? Да, реально сложно! Технически сложно! Так что ты бы не поняла, если только не читала про это в книжке. А я вот читала! Полностью!

— Конечно, — сказала Рэрити с сомнением в голосе. — Что ж, всё это, конечно, очень занимательно, но, по сути, не важно. Фиолетовый или лиловый — всё равно она лавандовая.

— Ещё как важно! — возразила Рэйнбоу. — Это значит, что вы не правы, а я — права!

— Да кому это вообще нужно? — фыркнула Эпплджек.

— Мне нужно!

— Эмм, девочки, — вновь попыталась вмешаться Твайлайт, надеясь хоть как-то прекратить этот продолжающийся спор, — может, всем стоит просто глубоко вдохнуть и…

— Лиловая!

— Фиолетовая!

— Лавандовая!

— Ох, Селестия…

— Хи-хи-хи, это так весело!

Бессильная что-либо изменить, Твайлайт могла лишь наблюдать, как ситуация окончательно скатывается в хаос.

— Эмм, простите, — сказала Флаттершай с таким усилием, что её почти услышали, пока спор продолжался. — Я просто хотела сообщить, что попросила некоторых моих друзей-пчёл найти немного сирени и принести сюда для сравнения. Надеюсь, когда они прилетят, мы сможем всё ула…

— Ф-Ф-Ф-Флаттершай! — Флаттершай обернулась — и ахнула, увидев бледно-фиолетовую земнопони, с головы до копыт покрытую пчёлами.

— Ох, Селестия! Наверное, они… эм, нет, неважно. Друзья, пожалуйста, отпустите Лилак Линкс^[1], хорошо?

Воздух разрезал гул тысячи крыльев, когда пчёлы, словно по команде, взмыли в небо и оставили за собой дрожащую пони.

— Ты в порядке? Мне так, так, так жаль!

— Н-н-ничего… всё х-х-хорошо… м-можно я у-у-уже пойду?

— О, конечно! Я просто надеялась, что пчёлы принесут немного сирени, с которой можно было бы взять образцы… но, видимо, они немного перепутали. Хотя... ты ведь и сама немного сиреневая, правда? Ты не против, если я... ой, ну… кажется, у неё были дела… она так быстро убежала… Эмм… пока?

— …комментарий к хрупкой природе пони-сущности, — закончила Пинки. — Так что, если задуматься, разве не всё вокруг — оттенок розового?

Повисла гробовая тишина после почти двадцати минут её непрерывной болтовни. Твайлайт безмолвно открывала и закрывала рот секунд десять, прежде чем очнуться и встряхнуться.

— Подожди… что ты сказала про гипотезу Неймана? Пони уже десятилетиями пытаются её доказать!

Пинки вздохнула.

— Твайлайт, Твайлайт, Твайлайт… разве ты меня слушала? Ну что ж, придётся начинать сначала.

— Неееееет! — закричала Рэйнбоу, бросаясь на Пинки в прыжке, но впечаталась мордой в землю, когда та ловко отошла в сторону.

— Давным-давно, в деревушке, что была совсем неподалёку, мои сёстры и я выросли на каменной ферме…

— Девочки, не могли бы уделить мне немного внимания, пожалуйста?

Твайлайт бросила раздражённый взгляд на Рэрити, которая в данный момент прижимала к её боку два образца цветовых оттенков.

— Вот это — лаванда, а это — сирень. Как вы можете ясно видеть, лавандовый идеально совпадает с её шерстью! Нет доказательства убедительнее, чем ваши с… подождите, секундочку.

Рэрити отдёрнула образцы, прищурилась, подняла их к свету, внимательно всмотрелась — и неловко поменяла их местами.

— Кхм. Так вот: этот — лаванда, а этот — сирень…

— Так, слушайте сюда, — зарычала Рэйнбоу, таща к группе мольберт, украденный одолженный из школы. — Я всё красиво и понятно изложила вот на этой тупой схеме. Видите радугу? Это — цветовой спектр, и вот этот цвет внизу — фиолетовый. А это — цветовой круг, и внизу тут — лиловый. Цветовой спектр используют, типа, суперумные учёные, а цветовой круг — жеребята на уроках рисования. Всё, теперь доходит?

До Эпплджек не доходило.

— Во-первых, Рэйнбоу, раз уж мы заговорили о жеребятах — ты ж этот график мелками рисовала.

Рэйнбоу фыркнула:

— Извини, конечно. Ты вообще знаешь, сколько времени у меня ушло на это? Целых две минуты! Две минуты, которые я могла потратить на дрему, если бы вы, девочки, так не орали!

— Да-да, всё равно. Во-вторых… — тут Эпплджек наклонилась ближе и прищурилась, рассматривая оба рисунка. — Я разницы не вижу. Они одинаковые.

Рэйнбоу вскинула копыта.

— Ладно, не смогла найти мелок с настоящим «фиолетовым», пришлось использовать лиловый для обоих. Ну и что?

— А то, что я теперь вообще не могу уловить разницу, потому что ты использовала один и тот же цвет!

— Отлично! — огрызнулась Рэйнбоу, опрокидывая мольберт. — Забудь про схему. Сейчас я… вот! — Она плюхнулась на круп, схватила свой хвост и подняла его перед собой. — Видишь эту фиолетовую прядь в моей гриве? Вот это — фиолетовый!

Эпплджек с сомнением уставилась на её радужные локоны, потом пожала плечами:

— По-моему, лиловый.

Внезапно, Рэйнбоу взмыла в воздух, резко хлопая крыльями, зависнув в нескольких дюймах от лица Эпплджек.

— Повтори ещё раз, — прорычала она.

Эпплджек ухмыльнулась:

— Твои. Волосы. Лило…!

Спор длился часами. Линии фронта были обозначены, альянсы — заключены и разрушены. Дружба трещала по швам, летели слова… а временами — и копыта.

И вот, наконец…

— Ладно, все согласны? — выдохнула Эпплджек, вытирая пот со лба и поморщившись, потирая свежий фингал под глазом. В ответ раздался хор «да» и одно упрямое «нет». Эпплджек стукнула копытом о землю.

— Значит, решено.

— Она не розовая.

Пинки скрестила копыта на груди и надулась.

— Ну что ж, раз уж мы это уладили, можно… Постойте. А где Твайлайт?

Твайлайт со стуком захлопнула дверь замка и прижалась к ней спиной. Её рог засветился, и в следующую секунду вход оказался опутан цепями толщиной с её торс. Только тогда она с облегчением выдохнула.

— Эмм...

— ААА!

Твайлайт повалилась на спину и, расширив глаза, уставилась на Старлайт Глиммер, которая с беспокойством смотрела на неё.

— Ты в порядке? — спросила Старлайт.

Твайлайт с облегчённым вздохом поднялась на копыта и отряхнулась.

— Всё хорошо, всё хорошо. Ты просто… немного внезапно появилась, вот и всё.

— Ага, — протянула Старлайт, приподняв бровь с явным скепсисом. — И это объясняет, почему ты забаррикадировала вход в Замок Дружбы и выглядишь так, будто готова забиться под кровать?

Твайлайт усмехнулась.

— Я тебе что, жеребёнок какой-нибудь? Я не собираюсь прятаться под кроватью! Я собираюсь спрятаться под одеялом, как взрослая... — Твайлайт хлопнула копытом себя по морде, но было уже поздно.

— А-га! — воскликнула Старлайт, обвиняюще указывая копытом. — Значит, что-то всё-таки произошло! Рассказывай!

Твайлайт беспомощно посмотрела на свою ученицу и через мгновение тяжело вздохнула. Может быть… может, Старлайт действительно поймёт её?

К тому моменту, как Твайлайт всё рассказала, Старлайт уже покачивала головой.

— Просто не верится, что девочки могли так глупо себя вести. Они же должны понимать, насколько это всё... несерьёзно!

Твайлайт наконец расслабилась. Наконец-то кто-то, кто её понимает! Она и правда не могла выбрать себе лучшую ученицу.

— В смысле, посмотри на себя. Ты же явно цвета мальвы!

...или всё-таки нет.

— Глупенькая Старлайт, Мауд^[2] — не цвет. Она моя сестра!

Глаза Твайлайт расширились, и она резко обернулась — и увидела, как её подруги спокойно проходят в замок через открытую дверь, аккуратно пригибаясь под цепями, всё ещё натянутыми над проёмом.

— Что?! Как вы сюда попали?! Там же… цепи!

Эпплджек прокашлялась.

— Эм, сахарок, ты ведь знаешь, что эти двери открываются наружу, да?

Твайлайт долго смотрела на двери, потом с глухим стоном приложила копыто ко лбу.

— Нет, Пинки, мальвовая! — поправила Старлайт, игнорируя всё произошедшее. — Это цвет, такой бледный оттенок лилового. Такой же, как у Твайлайт.

— Ээээ, неправда! — возразила Рэйнбоу. — Лиловый всё ещё не считается цветом, так что вы все неправы!

Старлайт закатила глаза.

— Ладно, тогда пусть будет светло-фиолетовый. Так устроит?

— Нет! Они не взаимозаменяемы! Ты не можешь просто взять и…

— Да чтоб тебя, Рэйнбоу, только не снова!

— Старлайт, дорогуша, отойди от этих двоих. Можешь присоединиться к нам с Флаттершай и обсудить всё как подобает взрослым.

— Но ты ведь сама кричала, Рэрити…

— Хмм? Что-то сказала, Флаттершай?

— Н-неважно...

Пинки захихикала:

— Ух ты, теперь, когда я больше не поддерживаю ни одну сторону, всё это кажется таким глупым. А ты как думаешь, Твайлайт? Оу, ты снова как будто в огне! Ты не выглядела так с тех пор, как в первом сезо…

— И чему же мы научились? —

— То, что если тебе что-то кажется очевидным, это ещё не значит, что так оно и есть, — ответила Эпплджек, потирая копытом закопчённый пол.

— Даже если ты знаешь о чём-то больше других, это не значит, что ты всегда прав, — пробормотала Рэйнбоу. — …даже если ты и в самом деле прав.

— Не стоит усугублять беспорядок только потому, что это кажется весёлым, — сказала Пинки, виновато улыбнувшись.

— Прости нас, Твайлайт, — сказала Флаттершай. — Как бы это ни называлось, твой окрас всё равно очень красивый.

— Это правда, Твайлайт, — кивнула Рэрити. — У тебя по-настоящему королевский оттенок. Я даже немного завидую…

— Оу, да не грусти ты, Рэрити! — У тебя и самой очень милый белый… ну, цвет.

— Благодарю, дорогуша! Единственное, как жаль, что его так трудно поддерживать в чистоте.

И тут Твайлайт наконец позволила себе искреннюю улыбку. Похоже, не только её подруги вели себя сегодня глупо. Пинки, Рэрити, Эпплджек, Флаттершай, Рэйнбоу… да, иногда они такие же чокнутые, как и весь остальной Понивилль, но они всё равно были лучшими подругами, о которых можно мечтать.

— Эмм… я всегда думала, что Рэрити скорее жемчужного цвета, — полушёпотом сказала Флаттершай.

— Что? — вскрикнула Пинки, оборачиваясь к съёжившейся Флаттершай, словно та была безумна. — Да она же очевидно алебастровая!

— Угх, вы обе ошибаетесь, — простонала Рэйнбоу. — Разве не видно, что она цвета слоновой кости?

…лучшие…