Автор рисунка: Noben
Bechdel's Law - Рэрити: Отражения

Твайлайт: свидание

Bechdel's Law

by Aurora

Глава 1:

Твайлайт: Свидание

— Нуууу, короче…

Не самое лучшее начало для истории.

Твайлайт успела произнести всего пару предложений, но уже выглядела смущённой. Её голос был едва слышен на фоне ритмично барабанящих в оконное стекло капель дождя. Библиотекарша тихонько прочистила горло и продолжила свой рассказ, несмотря на неловкость.

— Вот тогда я впервые увидела это. Его… штуку.

— Не хотела бы показаться несерьёзной, Твайлайт, — сказала Рэрити с огоньком в глазах, — но любопытные кобылки желают знать…

Облачённая в модную ночную рубашку, без макияжа, с тщательно уложенной гривой, она выглядела готовой ко сну. Кокетливо подмигнув фиолетовой единорожке, Рэрити продолжила свой вопрос:

— Какой он был? Ну, ты понимаешь…

— В каком плане какой? — Твайлайт определённо не понимала.

— Не обделён природой? — пояснила Рэрити шёпотом, смущаясь от того, что ей приходится произносить это вслух.

Пару мгновений Твайлайт пыталась понять, что имеет в виду её подруга.

— А. Хм, да. Да, довольно большой, и…

— Насколько большой? — быстро спросила Эпплджек. Её зелёные глаза с любопытством смотрели на Твайлайт в мерцающем свете лампы со светлячками, вокруг которой сидели подруги. Эпплджек тоже выглядела готовой ко сну, но в её случае это означало, что она сняла шляпу и расплела хвост.

— Нууу… — Твайлайт растягивала слова, чтобы выиграть время. — Что-то вроде…

Она развела копыта на некоторое расстояние. Отметив разочарованное выражение Рэрити, быстро раздвинула их чуть шире, до тех пор, пока белая единорожка не улыбнулась во весь рот. При этом Твайлайт чувствовала себя как заправский рыбак, рассказывающий небылицы о сорвавшейся с крючка рыбине. Когда брови Эпплджек скептически приподнялись, Твайлайт поспешно уменьшила расстояние до более реалистичного.

— Вроде такого? – спросила она, с надеждой переводя взгляд с одной кобылки на другую.

Эпплджек и Рэрити обменялись многозначительными взглядами.

Земнопони не сильно интересовали точные размеры прибора предполагаемого друга Твай, но ей было очень любопытно – не приврала ли она, чтобы не потерять лицо. Сейчас она решила принять на веру слова взволнованной кобылки.

— Весьма достойно, — любезно сообщила она. — Но размер не имеет значения, если он не знает, как им пользоваться.

— Совершенно верно, Эпплджек, — пропела Рэрити. — Так что, пожалуйста, продолжай, Твайлайт. И насколько же этот твой великолепный красавчик-пегас был хорош по части реального дела?

— Нууу. Он, хмм… — нерешительно продолжила Твайлайт. — Он забрался на меня, а потом… Потом мы занимались любовью?

— Прошу прощения, Твай, — бесцеремонно вставила Эпплджек. — Но это звучит ужасно расплывчато. Мы здесь все взрослые кобылки, поэтому нечего ходить вокруг да около.

— Вы хотите подробностей? — робко спросила Твайлайт.

— Жгучих подробностей! — безжалостно подтвердила Рэрити.

— Хорошо, — глубоко вздохнула Твайлайт, тяжело краснея и смущаясь всё больше и больше. — Ну, он ввёл свой член в мою вагину и начал двигать им вперёд и на…

— О нет, нет, нет, нет, — остановила её Рэрити, драматически жестикулируя копытами. — Это же не лекция по биологии, Твайлайт! Я хочу романтики, я хочу эмоций, я хочу… Страсти!

— И не стесняйся в выражениях, — решительно сказала Эпплджек. — Называй вещи своими именами, наши уши не отвалятся.

— Однако не стоит быть слишком вульгарной, — торопливо добавила Рэрити, метнув неодобрительный взгляд на Эпплджек.

Эпплджек, в свою очередь, только закатила глаза — ей очень не хотелось начинать перепалку в такой вечер.

— Хорошооооо… — загнанная в угол хозяйка запнулась и нахмурилась, пытаясь озвучить историю таким образом, чтобы удовлетворить столь взыскательную публику. Спустя мгновение Твайлайт сникла и покачала головой. Рассказывать эту историю было… Непросто. Гораздо сложнее, например, чем рассказывать страшные истории о безголовой лошади. — Ох, нет. Я не могу сделать это, девочки. Это выглядит как-то… Странновато.

— Держись, Твай. Мы не позволим тебе вот так просто сдаться! — подбодрила её Эпплджек. — Почему бы тебе не начать сначала, вместо того, чтобы перепрыгивать сразу к смачным подробностям? У нас вся ночь впереди. По крайней мере, я думаю, что мы не особо сможем поспать с этим чёртовым грохотом.

Словно подтверждая слова земнопони, установленный на крыше библиотеки громоотвод загудел от угодившего в него разряда молнии.

Твайлайт кивнула. Похоже, она действительно несколько забежала вперёд. Обычно она не рассказывала о личной жизни, поэтому чувствовала, что ступила на зыбкую почву. Но она была полна решимости провести этот девичник в точности по копытоводству из книги. Заявление о его успешном завершении было несколько преждевременным. Прежде чем они улеглись спать, Твайлайт сверилась с копытоводством и обнаружила небольшое упущение. Должно быть, она пропустила этот момент из-за массивной ветки дерева, влетевшей в её дом. Согласно пропущенной статье, сплетни о жеребцах и спаривании были неотъемлемой частью девичника.

— Ну, началось это так, — приступила к рассказу Твайлайт. — В первый год обучения в Школе Селестии для Одарённых Единорогов один из учителей дал мне задание начать переписку с пони из других школ, чтобы отточить навыки письма и завести знакомства вне школы. В конечном итоге, у меня завязалась переписка с пегасом немного постарше меня, из Клаудсдейльской Лётной Школы. Сначала я и мой друг по переписке общались просто для галочки. Множество писем о наших городах, школах, увлечениях и прочем. Мы считали это очередным домашним заданием.

— Но ведь это переросло во что-то большее, не так ли? — захлопав ресницами сказала Рэрити с романтичными нотками в голосе.

— Брось торопить её, Рэрити, — сказала Эпплджек, чувствуя раздражение от чрезмерного напора единорожки.

— Я просто пытаюсь наладить диалог, — надменно ответила Рэрити. — Но, будь по-твоему. Я больше не буду задавать наводящих вопросов.

Возмущённая пони повернулась к Твайлайт, её раздражённое выражение сменилось ободряющей улыбкой. — Прошу прощения, моя дорогая. Пожалуйста, продолжай.

— Эмм, спасибо, — сказала Твайлайт. — Всё же ты права. Он был невероятно мил. Не очень красноречив, но забавен, понимающий и всегда интересовавшийся тем, о чём я ему писала. Благодаря этому мы быстро перешли к более личным темам.

Чувствуя, что её догадка подтвердилась, Рэрити самодовольно улыбнулась, хотя и воздержалась от комментариев.

— Насколько личным? — спросила Эпплджек.

— Гхм, — многозначительно кашлянула Рэрити, обращая внимание на то, что на этот раз именно Эпплджек вмешалась в ход повествования.

— Будь здорова, — сказала Эпплджек с просто невозможной вежливостью. Она улыбнулась Рэрити, получая удовольствие от ненавидящего взгляда единорожки.

Твайлайт посчитала благоразумным проигнорировать словесную перепалку подруг.

— Если честно, то у меня были некоторые проблемы в школе. Многие другие единороги возмущались тем, что Селестия выбрала меня своим протеже. Казалось, они думали, что я не заслуживаю этого, или что я решу, что я чем-то лучше остальных.

— Звучит как банальная зависть, — с отвращением качая головой проговорила Рэрити, забыв о своём обете молчания. Она могла понять их, сама могла немного позавидовать привилегированному положению, но устраивать травлю из-за этого было бы слишком жестоко. Белая единорожка не могла понять, как кто-нибудь, кто хотя бы немного знал Твайлайт Спаркл, мог обвинить её в неуместном чувстве собственного превосходства.

— Именно так он мне и сказал, — с улыбкой ответила Твайлайт. — В этом мы были похожи — он любил летать, но он был не очень хорош в таких предметах, как Метеорология или Теория Полётов. Я часто помогала ему писать отчёты, исправляя его ошибки правописания и прочее. Множество других пегасов дразнили его за то, что он был немного... Медленным. Они насмехались над желанием вступить в Вондерболты с его-то низкими оценками. Иногда он принимал это близко к сердцу. Излишне говорить, что мы потратили немало бумаги, весело издеваясь над нашими мучителями. Это был отличный выход. Я не знаю, как бы я продержалась тот первый год без его поддержки.

— Похоже, не только у Флаттершай и Рэйнбоу Дэш были проблемы с хулиганами, — проворчала Эпплджек. Чем дальше она слушала, тем более сердитым становился её взгляд. Она не представляла себе Твайлайт несчастной в её школьные годы в Кантерлоте, но на самом деле должна была догадаться — естественно, для одарённого жеребёнка было проблемой вписаться в компанию сверстников. Шокирующее отсутствие социального опыта... Постоянное нежелание показывать свои силы на публике... Всё начало вставать на свои места.

— Отрадно слышать, что вы поддерживали друг друга, — сказала Рэрити. — Я думаю, что это укрепило связь между вами?

— Да, так и было, — кивком подтвердила Твайлайт. — Когда мы стали старше, то уже реже обменивались письмами, но во время нашей долгой переписки я доверяла ему вещи, которые ни за что бы не поведала никому другому. Мои надежды, мои мечты и, в конце концов, мои фантазии. И всё это я писала тому, кого даже ни разу не видела! Наверное поэтому-то мне и было легче открыться ему.

— Образно выражаясь, я полагаю? — поддразнила Эпплджек, игриво толкая Твайлайт в бок.

— Эпплджек! — ахнула Рэрити, мастерски притворяясь шокированной.

— Хех, к этому и идёт, — усмехнулась Твайлайт. Сейчас её смех звучал гораздо более естественно, напряжение отпускало её. Демонстративно потирая ушибленный бок и делая вид, что она морщится от боли, добавила:

— Кроме того — ооу.

Прежде чем Эпплджек успела попросить прощения, охваченная фиолетовым сиянием подушка с глухим стуком хорошенько приложилась к мордочке земнопони, верша сладкую месть. Кобылка мужественно вынесла наказание, приглушённым голосом сказав:

— Я это заслужила.

Разразился второй за сегодня бой подушками, впрочем, не такой ожесточённый, как в прошлый раз. В этой суматохе все трое не обратили внимания на то, что дверь библиотеки с тихим скрипом отворилась. За заглушающей все тихие звуки барабанной дробью дождя, не услышали они и осторожных шагов незваного гостя.

Сдув перо с носа, запыхавшаяся, но невредимая Рэрити решила возобновить разговор:

— Хорошо, Твайлайт. Похоже вы были достаточно невинны в своей переписке, — Рэрити изящно увернулась от финального броска Эпплджек, метившей ей в голову. Определённо желая продолжения щекотливой темы, единорожка продолжила:

— Так как же, в конце концов, вы встретились с ним, прошу прощения за выражение, во плоти?

— Ну... — Твайлайт пыталась снять подушечный шашлык со своего рога:

— После того, как мы оба закончили наши школы, и я продолжила своё обучение под крылом Селестии, он наткнулся на мою фотографию, — сказала она, добивая последнюю подушку. — И написал мне, что нашёл меня... Привлекательной.

— Ну, для него ты выглядишь привлекательно, — случайно произнесла вслух Эпплджек, и Рэрити с усмешкой взглянула на неё.

— Продолжай, — пробормотала она, кивнув Твайлайт.

Твайлайт едва ли обратила внимание на заминку:

— Это была газетная статья о праздновании Дня Летнего Солнцестояния. В ней было фото меня рядом с Принцессой. Вид сзади. Скорее всего, он одобрил мой, хм... Зад? — Твайлайт залилась румянцем. Она до сих пор пыталась использовать эвфемизмы, чтобы лишний раз не смущаться.

— Ты всё ещё смущаешься, когда каждый проходящий мимо жеребец украдкой смотрит на твою задницу? — фыркнула Эпплджек.

— Без сомнения, — негодующе вмешалась Рэрити. — Не могу сосчитать, сколько раз я уже говорила некоторым хамоватым жеребцам, что лучше обращаться к моему переду.

— Хм, согласна, это раздражает, — вежливо отметила Твайлайт, хотя, судя по выражению мордочки, это её не сильно заботило. — Но я не знаю, думаю, это было довольно мило. Я всегда была яйцеголовой ботанкой, любимицей учителя. А он... Он действительно любил меня физически. Это заставило меня чувствовать себя... Я не знаю...

— Сексуальной кобылкой? — предположила Эпплджек.

— Женственной и желанной? — вторила ей Рэрити.

Две кобылки взглянули друг на друга и обменялись нервными улыбками. Это было что-то сверхъестественное, что они хоть в чём-то сошлись во мнении.

— Да, именно, — радостно сказала Твайлайт, довольная тем, что её подруги нашли общий язык.

— Скажи-ка на милость, Твайлайт, дорогуша, — спросила Рэрити. — А этот твой поклонник прислал своё фото в ответ? Это было бы справедливо.

— Да, я попросила, — серьёзно сказала Твайлайт. — И намекнула, что лучше бы это был вид сзади.

— Ооо, — довольно проворковала Рэрити, радуясь тому, что увидела другую, более кокетливую сторону Твайлайт Спаркл, которую та показывала только на бумаге.

— И он исполнил просьбу? — нетерпеливо наклонившись вперёд спросила Рэрити.

Твайлайт глянула на самую верхнюю полку, вырезанную в огромном дереве-библиотеке. Её рог засветился, сияние её магии отбрасывало призрачные тени на книжные шкафы, пока она левитировала небольшой предмет. Пожелтевший конверт подплыл соблазнительно близко к любопытным кобылкам:

— Итак, приступим.

— Я должна это увидеть, — ртом перехватив плывущий по воздуху конверт, сказала Эпплджек. Осторожно открыв его, она с нетерпением изучила фотографию жеребца. Рэрити заглянула через плечо Эпплджек, не в силах сдержать своё любопытство.

— Секундочку, это случаем, не... — слегка повернув фотографию и прищурившись, медленно сказала Эпплджек.

Рэрити ахнула, магией подхватив фото, чтобы лучше разглядеть знакомого бледно-голубого пегаса:

— Это, без сомнения, Соарин. Из Вондерболтов. Хотя и без формы. Твайлайт, почему ты не сказала нам, что ты встречалась со знаменитостью? А что об этом сказала бы Рэйнбоу Дэш?

— Пожалуйста, не говорите ей, — умоляла Твайлайт. — К тому же, вы не дослушали. Он ещё не присоединился к Вондерболтам, когда было сделано это фото, тогда он был просто... Соарин.

Ностальгическая улыбка появилась на её фиолетовой мордочке, но быстро испарилась, движением рога она отправила фотографию обратно в конверт.

— После того, как я получила это, он мне не писал целый месяц. Я думала, что он просто стесняется, но потом он вдруг написал мне о некой неизвестной кобыле, которую он встретил. Он влюбился в неё, но не имел понятия, как сказать ей об этом. Тогда он попросил моего совета...

— Оууу. Очаровательно, но уж больно очевидно, — с понимающей улыбкой сказала Рэрити.

— Да, — горестно подтвердила Твайлайт. — Но я автоматом подумала, что он влюбился в милую доступную пегаску и имеет наглость просить моего совета, как её добиться. Так глупо...

— Что именно, Твайлайт? — сочувственно спросила Рэрити. — Тот факт, что ты не заметила такую явную уловку? Или что он использовал такой неуклюжий путь для того, чтобы показать тебе, что ты ему нравишься?

— Оба факта, — вздохнула Твайлайт. — Задним умом это кажется настолько очевидным. Но тогда я была молодой и глупой...

— А кто не был? — Сказала Эпплджек, приобняв подругу. — Любой, кто говорит по-другому — полный...

— Довольно, — прервала её Рэрити. — Тебе просто не хватало опыта во всяких глупостях с жеребцами, моя дорогая.

— Думаю да, — Твайлайт ответила доброй улыбкой на поддержку друзей. Временами её одолевали сомнения — а что если бы она не была так глупа, но уже было бессмысленно мучиться по свершившемуся факту.

— Выше рог, подруга, — Эпплджек похлопала единорожку по спине. — Что же происходило с вами дальше? Ты ведь начала рассказывать нам о...

— Мы это сделали, — сказала Твайлайт глубоко вдохнув, пытаясь отогнать бесконечные “а что если”. — Несмотря на то, что произошло примерно через год, мы поссорились. Он написал мне ещё немного писем, но я... Ну, я выкидывала их не читая. Через некоторое время он просто перестал писать.

— На твоём месте я сделала бы то же самое, — горячо прокомментировала Эпплджек. — Но я полагаю, такая умная пони как ты, всё же смогла сложить два и два?

— Не совсем уверена насчёт “умной”, — сказала Твайлайт, качая головой. — В конце концов я осознала свою идиотскую ошибку. Я чувствовала себя ужасно. Я хотела извиниться перед ним. Но была небольшая практическая проблема — как, во имя Эквестрии, я доберусь до Клаудсдейла?

— Похоже, ты очень хотела встретиться с ним, — заметила Рэрити. — Но это не в твоём стиле. Ты могла бы просто написать ему письмо, верно?

Твайлайт глубоко вздохнула, не глядя на подруг, и призналась: — Я была одинока... Я собиралась встретиться с Соарином ещё до того, как всё пошло кувырком. Это было довольно... Неприятно.

Не желая признаваться даже самой себе, Твайлайт не видела смысла отрицать очевидное. В прошлом, будучи одинокой кобылкой, она так часто говорила себе, что ни в ком не нуждается, что со временем действительно поверила в это. Это был своего рода защитный механизм, сделавший её одинокое существование вполне сносным. Конечно, рядом был её брат, но он редко проводил с ней время — у него было много обязанностей, требующих постоянного внимания. К тому же, были вещи, которыми сестра просто не могла поделиться с братом. Вещи, которых она жаждала всё больше и больше с каждым прочитанным любовным романом, с каждой смеющейся влюблённой парой, застуканной ею в тенистых уголках Кантерлотских дворов и садов. Переписка с Соарином разожгла надежду в сердце молодой кобылки. Надежду и желание.

— Как я погляжу, — тихо заметила Рэрити. — Ты нуждалась в нём... Физически?

— У кобылок есть свои потребности, — заявила Эпплджек, как само собой разумеющееся.

— Поэтому в свободное время я корпела над книгами, пытаясь найти способ летать, — бодро продолжила Твайлайт, щёчки которой горели. — И вот однажды утром меня внезапно посетила сама Принцесса Селестия! Она хотела, чтобы я отправилась в Клаудсдейл, чтобы изучить строение кучевых облаков, объявив это неотъемлемой частью моего образования. Я объяснила ей, что я бы с удовольствием отправилась, но ещё не овладела заклинаниями, необходимыми для полёта или хотя бы для того, чтобы не проваливаться сквозь улицы этого города. Услышав это, она только загадочно улыбнулась и велела мне следовать за ней...

Эпплджек почесала в затылке сквозь свою густую соломенного цвета гриву:

— Не похоже на простое совпадение. Как она узнала о вас двоих?

— Хотела бы я знать! — вздохнула Твайлайт. — Она так много делала для меня. Но также всегда подталкивала меня к большему общению с другими пони, так что...

— Не томи, дорогая! — оживлённо сказала Рэрити. — Что она собиралась показать тебе?

— Воздушный шар, — широко улыбнулась Твайлайт. — Реально, мой собственный воздушный шар. Она сказала, что он был сделан специально для меня. Это был самый большой её подарок мне, ну, кроме её опеки, конечно. Я... Действительно не знала, что сказать.

— Ха, поразительно! — сказала Эпплджек, поднимая брови. — А я-то всё гадала, как же вы в итоге встретились, представляя хитроумные штуковины вроде этой.

— Теперь ты в курсе. Итак, я написала Соарину коротенькую записку, в которой сообщила, что я посещаю Клаудсдейл по учебным делам, и попросила его встретиться со мной при условии, что он готов простить меня.

— Тем самым, — формально заметила Рэрити, — мы вернёмся наконец к тому, на чём остановились? К романтическому свиданию с красавчиком-пегасом?

— Да, вот что, — медленно проговорила Твайлайт, вспоминая былую неловкость. — Я вот думаю, может, вместо того, чтобы рассказать, я попробую вам показать? Есть у меня одно заклинание. С ним будет... Проще.

— Только если оно не превратит нас в жаб, — сказала Эпплджек и тихонько добавила: — Снова...

— Но ты ведь поправилась! — защищалась Твайлайт. — Тем более, в этом заклинании нет трансмутации. Позвольте, я покажу...

Дальнейшие протесты Эпплджек утихли, когда клубящийся вихрь фиолетовой энергии закружился вокруг рога Твайлайт. Окружающая обстановка изменилась причудливым образом — книжные полки превратились в облака, стол раздулся в огромный воздушный шар, и, что самое тревожное, пол под ними растворился, явив лазурное небо.

— Твайлайт, дорогая, ты действительно уверена, что это полностью безопасно? — спросила Рэрити дрожащим голосом. Она обхватила себя, но всё равно дрожала от холодного высотного ветра, который вдруг пронёсся мимо и растрепал её гриву.

— Не бойся, — сказала ей Твайлайт. — Понимаешь, мы здесь не по-настоящему. Это просто ожившие воспоминания.

Заметив стучащие зубы Рэрити, она поспешно добавила:

— Хех... Похоже, что слишком правдоподобные.

— Слегка холодновато, ага, — заметила окоченевшая Эпплджек. Но её, похоже, больше волновала голубая бездна под её копытами. Гравитация сейчас не действовала, но вообще она считала, что земные пони, в соответствии со своим названием, должны крепко держаться копытами за твёрдую землю.

— Ну, вот и я, — указала Твайлайт, отвлекая друзей от их бедственного положения. И действительно, в корзине воздушного шара, на удивление всего несколько минут назад бывшего простым деревянным столом, сидела ещё одна Твайлайт, с опаской глядящая вдаль. Провожая её взглядом, трое призрачных зрителей увидели, что путешествующая на шаре кобылка уже приближалась к Клаудсдейлу, и что одинокий крылатый жеребец стоял на краю причального дока, ожидая её. Младшая из двух Твайлайт быстро спрятала толстый фолиант, что был у неё с собой.

— Эй, — сказал Соарин, стоя на краю облачного плато. Он был явно недоволен таким отстойным приветствием, но слишком нервничал, чтобы как-то это исправить.

— Привет, — ответила Твайлайт-воспоминание, выглядывая из-за края корзины в манере, более свойственной Флаттершай.

— Ты, хмм... Хочешь, я помогу тебе выбраться?

— Не особо. Я ведь провалюсь сквозь облака?

— О! Ох, точно! Хе-хе, как глупо с моей стороны, — замолчал пегас.

Похоже, они зашли в тупик.

Настоящая Твайлайт провела копытом по мордочке. Она перенесла их троих на край посадочной площадки, тщетно желая, чтобы её прошлое не было таким неловким:

— Тьфу ты, я не знала, что и подумать в этот момент. Я была так рада впервые увидеть его, но опасалась, что он может быть разочарован во мне.

Двое пони застенчиво поглядывали друг на друга, не зная, что и сказать. Они чувствовали себя зажатыми, слова, которые так легко было изложить на бумаге, неожиданно застряли в горле. Другой пони снова стал незнакомцем.

Рэрити воспользовалась моментом и подошла немного поближе к жеребцу, радуясь твёрдой поверхности под её бесплотными копытами. Точнее, твёрдым облакам.

— Ты точно уверена, что они не могут нас видеть? — спросила она, желая удостовериться. Когда Твайлайт заверила её, что это невозможно, Рэрити стала кружиться вокруг статного жеребца-пегаса, беззастенчиво оценивая его со всех сторон.

— В жизни он выглядит больше, — восторженно прошептала она, наблюдая, как его тёмную гриву треплет ветер, а его крылья гордо расправлены. — И очень в форме.

— Он потратил большую часть прошлого года, тренируясь для вступительных испытаний в Вондерболты, — объяснила Твайлайт.

По мечтательному выражению мордочки Твайлайт было очевидно, что она тоже это заметила. Спустя мгновение, пони начали одновременно:

— Мне так жаль, что я перестала отвечать на твои письма. Я подумала, что ты нашёл другую и...

— Твайлайт, я был полным идиотом! Я не знал, как сказать, что любил тебя и...

Повисла пауза. Последовал ещё один взрыв лихорадочного разговора:

— Ты извиняешься?! Это же я долж...

— Тебе не за что извиняться, это полностью...

Они взглянули друг на друга и облегчённо рассмеялись.

— Гм... Не хотели бы вы подняться на борт, мистер Соарин? — сказала Твайлайт с обезоруживающей улыбкой.

— С удовольствием, мисс Спаркл, — галантно ответил Соарин, в шутку приподнимая несуществующую шляпу.

— Похоже, лёд тронулся, — облегчённо вздохнула Эпплджек. — Хотя вы и были ужасающе формальны.

Твайлайт тихо усмехнулась:

— Мы были очень официальны в нашей переписке, потому что учителя тоже это читали. Это стало своего рода привычкой. Мы проговорили несколько часов подряд. Ну, я во всяком случае. В-основном о философии и литературе. Он был действительно хорошим слушателем. Но, не буду мучить вас этим...

— Почему нет? — несколько саркастично заметила Рэрити. — Звучит увлекательно...

Твайлайт показала ей язык, затем закрыла глаза. Мир вокруг них пошёл рябью, события ускорились. Когда мир вокруг них вернулся к обычному состоянию, они снова висели в воздухе, но на этот раз их это не волновало. Прошлая Твайлайт и её ухажёр сидели в корзине воздушного шара, скользившей в потоках слабого ветра. Солнце уже почти зашло, и температура быстро падала.

— Крас...

— Что? — сказала Твайлайт, отрывая взгляд от лежащего вдалеке Кантерлота. Она только что закончила длинную лекцию об истории замка.

— Красивый, эмм... Вид, — быстро сказал Соарин, скребя копытом в затылке. После стольких лет общения через письма, факт того, что умная и внутренне красивая Твайлайт была красива и снаружи, вскружил голову Соарину. Он сидел на крупе позади единорожки, которая наслаждалась окружающим пейзажем, свесив передние копыта за край корзины. Он очень старался не пялиться, но это было инстинктивно. Его взгляд пробирался... Вниз.

Твайлайт понадобилось не очень много времени, чтобы понять, о каком виде говорит жеребец. Она покраснела, но попыталась улыбнуться:

— Понимаю, — скромно пробормотала она перед тем как забраться обратно. Поёрзав на месте, она неуверенно спросила:

— Полагаю, я наскучила тебе до смерти, а?

— С тобой никогда не скучно, Твайлайт, — искренне сказал Соарин. — Конечно, я слишком глуп, чтобы понять хоть половину того, что ты мне рассказала, но думаю, что мне просто нравится звук твоего голоса?

Твайлайт оценила комплимент, но не самоироничный юмор. Она покачала головой, делая вид, что не улыбается, и подошла к нему:

— Я думала, что мы с этим уже разобрались, — строго сказала она. — Ты. Не. Глуп.

Она отбивала каждое слово копытом по его груди. Не говоря больше ни слова, она села рядом с Соарином, прижавшись к нему и пробурчав в оправдание что-то вроде “холодно”.

Не смея пошевелиться и не веря своему счастью, несколько долгих минут Соарин неподвижно сидел, уставившись в далёкий горизонт. Он относился к кобылке как к прекрасной бабочке, что случайно села на него. Казалось, он боялся, что малейшее движение спугнёт её навсегда.

Медленно, осторожно, он обвил её передней ногой и подтянул немного поближе, заключая её в нечто, напоминающее объятия. Его крылья расслабились и двинулись вперёд, защищая Твайлайт от ветерка.

Положив голову на грудь Соарина, Твайлайт прикрыла глаза, в то время как он обнимал её, блаженно вздыхая. Она почувствовала, как он тайком ткнулся носом в её гриву и втянул воздух, при этом его нос прошёлся вдоль розовой прядки в её чёлке. Твайлайт хихикнула, когда мощный выдох из его ноздрей подул в сапфировый локон. Она подняла голову, потираясь о подбородок глупого жеребца, следя за тем, чтобы не ткнуть его рогом.

— Ваша грива щекотная, мэм, — притворно пожаловался он.

— Тогда нечего совать туда свой нос, мистер, — поддразнила она в ответ.

Они уткнулись носами, игриво и ласково потираясь мордочками. Они прощупывали почву, привыкая к теплу и запаху друг друга, заодно ожидая, у кого из них хватит смелости сделать первый шаг. В конечном итоге, Соарин не смог устоять перед искушением. Он запечатлел лёгкий поцелуй на шее Твайлайт, заставив её извиваться. Затем он лизнул её, проведя широким шершавым языком по её щёчке против гладкой шерсти. Неожиданное прикосновение этого языка отдалось искрой по всему телу, вызвало стон и...

Рэрити выпрямилась, её хвост ходил из стороны в сторону:

— П-п-почему? — воскликнула она, прижимая копыто к щеке, а потом изучая его в поисках сырости. — Твайлайт! Почему я почувствовала прикосновение к щеке?

— О, прости, — ответила заметно потрясённая Твайлайт, капли пота бежали по её лбу, в то время как она пыталась обуздать воспоминания. — Вы переживаете события из моей памяти вместе со мной, но я не думала, что это будет настолько... Сильным. Это, это что-то типа петли обратной связи. Эти яркие ощущения просто выплёскиваются, и я не могу... Я не могу.

Полуприкрыв глаза от наслаждения, Твайлайт ответила взаимностью, покусывая и мягко потираясь о великолепную шею Соарина, заставила его покрыться мурашками. Насладившись моментом, она переключила своё внимание на крылья пегаса, отметив, что они довольно чутко реагируют даже на малейшее прикосновение её носа. Соарин быстро нашёл способ отомстить ей, терзая беззащитные уши, и при этом случайно мордой потёрся о её рог. Единорожка мило взвизгнула и шарахнулась в сторону, когда он пару раз лизнул его.

Так много эрогенных зон, так мало времени... Никакого терпения не хватит, чтобы изучить и опробовать их все. Прошло совсем немного времени, прежде чем их мордочки потянулись друг к другу, прижав носы в поцелуе.

Старшая версия Твайлайт прикрыла глаза, тёплое и томительное ощущение их первого поцелуя вновь ярко тронуло её губы. Она наслаждалась остротой полузабытых чувств, и как будто пытаясь удержать ощущение подольше, прижимала копыто к мордочке.

— Кажись, застряли вы тут с этими поцелуйчиками, а? — весело заметила Эпплджек.

— П-простите, — снова покраснела Твайлайт. — Хочешь, я сломаю чары?

— О сено, нет!

Твайлайт счастливо мурлыкала, наклонив голову немного на бок, чтобы эти глупые носы не мешали поцелую. Она отстранилась, глубоко вдохнув. Её жеребец тоже сделал паузу, разделив с ней дыхание, а затем проследовал своим языком за её приоткрытые губы. Смелость Соарина была вознаграждена лёгким стоном удовольствия. Новизна и растущая откровенность их поцелуя была очень волнующей для неопытных в этих делах пони, их возбуждение стремительно росло, не подчиняясь никакому контролю. Язык Твайлайт ответил на ласки Соарина, сначала робко, но затем с возрастающим энтузиазмом. Их язычки переплелись, словно танцуя, до тех пор, как они оба почувствовали, что отчаянно нуждаются в глотке воздуха.

Задыхаясь, оба пони шокировано уставились друг на друга горящими глазами, тонкая ниточка слюны связывала влажные губы кобылки и жеребца.

— Вот тогда я впервые увидела это... — шёпотом повторила Твайлайт. Четыре пары глаз быстро отыскали и уставились на растущий между задними ногами Соарина заметный признак возбуждения, во всём своём чёрном в розовую крапинку великолепии выглядывающий из своего мешочка.

— Боже, — сглотнула Рэрити, уставившись в одну точку. Смесь страха и возбуждения одолевала её. Твайлайт ликующе усмехнулась, когда впервые украдкой посмотрела на этот образцовый экземпляр жеребского естества. Как оказалось, прошлые копытные измерения несколько ошибались. — Вживую он действительно выглядит больше...

Эпплджек улыбнулась, когда она почувствовала необъяснимый прилив гордости за то, что одинокая заучка смогла так завести великолепного жеребца. Переводя взгляд с одной Твайлайт на другую, она поняла, какой позитивный опыт принёс их небольшой девичник закомплексованной и чересчур серьёзной кобылке.

Хотя Соарин замечал всего одну зрительницу, бедный жеребец всё равно очень стеснялся того, что тело так подставило его. Он переступал с ноги на ногу, неловко пытаясь скрыть своё возбуждение. Но его подружка не желала надолго отвлекаться на последствия их прелюдии, как он того опасался. Конечно, она хихикнула, чем заставила его смутиться ещё больше. При этом Твайлайт не позволила ему отвернуться, удерживая его морду своими копытами и слегка чмокнув в нос.

Она заглянула ему в глаза, и серьёзно сказала:

— Я... Эээ.. Я никогда...

— Я т-тоже, — ответил Соарин, поняв о чём она.

— А хочешь?..

— Да! — с трудом сглотнул он.

Он, похоже, понял, насколько резко и быстро прозвучал его ответ, и попытался придумать менее поспешно выглядящий вариант, но не очень преуспел в этом:

— Да. Я хотел бы сделать... Это. С тобой. Можно?

Твайлайт просто улыбнулась ему. Это был настоящий, восхитительно обезоруживающий тип улыбки. Тот вид, который может растопить любое сердце.

— Спасибо, — прошептала она.

Её взгляд снова скользнул к плохо скрываемой эрекции. На этот раз это был целенаправленный взгляд, а не робкие поглядывания, как ранее.

— Он дёргается, — подметила она. С любопытством кобылка скользнула вниз так, чтобы интересующий её предмет оказался на уровне глаз. Очень осторожно она ткнулась в него носом, и немного хихикнула, следя за его покачиваниями. Соарину оставалось только затаить дыхание и наблюдать, как любопытная кобылка играет с ним. Пока она просто водила носом, осторожно исследуя его естество, он всё ещё мог сфокусировать внимание на безмерно эротичном виде того, как милая кобылка прижимается мягкой и шелковистой щёчкой к его затвердевшему достоинству. Он даже смог вынести взгляд милых очаровательных фиолетовых глаз, продолжавших изучать его и пытавшихся уловить малейшие признаки дискомфорта. Но его голова безвольно запрокинулась назад, когда она, увлёкшись, осторожно ткнулась носом в его чувствительные шары, его крылья расправились и подёргивались каждый раз, когда она игриво полизывала нежные яички.

— Похоже, ты имеешь некоторое представление о том, что делаешь, — прокомментировала Рэрити, пытаясь сохранять самообладание несмотря на шквал необъяснимых чувств, вызванных откровенно сексуальной сценой, разворачивающейся перед ней.

— Ну, мне несколько помогла книга по анатомии, — призналась Твайлайт. — Принцесса Селестия дала мне её за неделю до этого случая, чтобы я подтянула свои знания по лечебной магии. Во время полёта я не упустила возможность просмотреть некоторые особенности анатомии, эммм, жеребцов. Просто... Чтобы получить представление, понимаете?

— Хех, стояк. И неплохой, — хмыкнула Эпплджек.

— Как вульгарно! — цыкнула Рэрити, но неубедительно, так как не смогла сохранить должную невозмутимость.

Пытаясь перейти от теории к практике и поближе познакомиться с телом своего первого партнёра, Твайлайт перешла от яичек своего подопытного жеребца к дальнейшим действиям. Старательно вылизывая и целуя, она прошлась кончиком языка по каждой пульсирующей венке до тех пор, пока последний сантиметр его эрекции не заблестел от ласк её неутомимого язычка. Её старания были вознаграждены — капелька смазки выросла на его кончике и при первой же возможности стекла ей на нос.

Твайлайт подняла голову и, моргая, скосила глаза на нос, пытаясь разглядеть капельку вязкой жидкости.

— А теперь, дорогая, — ахнула Рэрити, — только не говори мне, что ты собираешься?..

Бесстрашная единорожка смахнула тягучую каплю одним движением языка, с интересом смакуя вкус выделений жеребца. Она сглотнула и причмокнула губами — привкус не был неприятным, скорее наоборот.

— Мммм, — простонала Рэрити, когда призрачный солёно-сладкий вкус жеребца наполнил её рот теплом. Её белоснежная мордочка залилась краской, и она отчаянно замотала головой, пытаясь изгнать дурман невыносимого возбуждения.

— Как отвратительно... — солгала она, испытывая дрожь во всём теле из-за своего поведения.

Эпплджек испытывала совершенно иные переживания:

— Твай, какого чёрта у меня вдруг появилось непреодолимое желание исследовать выделения бульбоуретральных желёз и влияние потребления фруктозы на вкус предэякулята?

Фермерша моргнула, не менее других удивлённая словами, слетевшими с её языка.

— Просто... Просто смотрите эту дискордову память, ладно? — запнулась Твайлайт, чувствуя что-то типа “какого-сена-мы-творим”. А чьей светлой идеей было втянуть других пони в свои личные воспоминания?

Не подозревая о безрассудстве своего будущего “я”, разделявшая тесную корзину шара с будущим Вондерболтом Твайлайт поняла, что пегас вопросительно уставился на неё влюблёнными глазами. Несколько мгновений спустя, лукавым наклоном головы она выразила своё удовольствие его вкусом. Это привело его в восторг.

Настала её очередь краснеть и отводить глаза, не в силах выдержать этот обожающий взгляд.

— Ч-что? — прошептала она, стыдливо потирая нос копытом. — Я что-то пропустила?

— Нет. Нет, думаю, ты собрала всё, — негромко сказал жеребец, смотря на неё широко раскрытыми глазами. — Это была... Это была, пожалуй, самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел...

Одинаково польщённая и смущённая Твайлайт немного застенчиво улыбнулась

— Возможно, у меня есть кое-что получше... — соблазнительно намекнула она.

Видя, как она действует на жеребца, Твайлайт явно становилась смелее и азартнее. Несмотря на то, что её по-прежнему терзали сомнения — Стоило ли ей нанести дополнительную смазку? Правильно ли она воспроизвела контрацептивное заклинание, которое случайно нашла в тех официальных бумагах, что Принцесса Селестия попросила её разложить по алфавиту? — взволнованная кобылка всё же решилась.

Без предупреждения поднявшись, Твайлайт скользящей походкой отошла от своего друга, покачивая бёдрами и двигая хвостом таким образом, чтобы у Соарина встали торчком не только уши. Она чуть не упала, чувствуя, что её ноги становятся ватными, но к счастью, неуклюжая кобылка успешно добралась до края корзины, не уронив достоинства. Немного перегнувшись через край, как она делала ранее, она повернулась, чтобы поглядеть через плечо. Её фиолетовые глаза сверкали и манили, она отбросила все сомнения, несмотря на то, что чувствовала себя как на иголках.

Хотя она и была самой сильной в Эквестрии единорожкой, сейчас она чувствовала себя очень уязвимой. Тем не менее, она подняла хвост, помахав им из стороны в сторону, выставляя себя напоказ настолько восхитительно неприлично, что это просто невозможно было неправильно понять.

— Мистер Соарин?.. Пожалуйста, спарьтесь со мной... — чувственно прошептала она.

Соарин смотрел, в изумлении разинув рот.

Это. Ещё. Более. Сексуальная. Вещь.

— С... С удовольствием, мисс Спаркл...

Эпплджек тоже уставилась с разинутым ртом. Только когда Рэрити весело толкнула её, наваждение, навеянное крупом Твайлайт, отпустило её.

Хозяйка памяти, разыгрываемой перед двумя другими кобылками, закрыла глаза, в предвкушении испытывая противоречивые чувства гордости и стыда. Уровень детализации заклинания Твайлайт был настолько правдоподобен, что можно было почувствовать щекотание тонкой струйки, сбегавшей по внутренней стороне бедра, и успокаивающую прохладу ветра на мокрой розовой нежной коже.

Стоп, это часть памяти, или она так завелась? Трудно было сказать.

Почему она раньше не пользовалась этим заклинанием?

Соарину оставалось лишь следовать своему носу (и другим частям тела). Он осторожно оседлал исходящую желанием кобылку, копытами оперевшись по обе стороны от неё, чтобы не придавить своим весом. Резким движением он рванулся вперёд, полный страстного желания овладеть ею. Твайлайт немного опустилась, услужливо подняв круп, пытаясь расположиться поудобнее и под таким углом, чтобы её любовник мог...

Проскользнуть в неё.

Твайлайт вздрогнула и тихонько заржала, внезапное проникновение застало её врасплох. Мириады мелких вопросов, снующих в её голове, мгновенно испарились.

Проецируемый вокруг трёх кобылок-вуайеристок мир слегка моргнул и исказился, но они были слишком заняты другими вещами, чтобы это заметить. Твайлайт взвизгнула, но видом своим показала, что ей действительно очень-очень хорошо.

— Ты... Ты в порядке? — затаив дыхание спросил Соарин, каждая жилка его тела требовала немедленного движения.

— Д... Да, — отважная кобылка под ним дрожала, слабо улыбаясь. Его забота о ней была такой трогательной и успокаивающей. — Минуточку...

— Ну, кажется, относительно безболезненно, — прокомментировала Рэрити с намёком на облегчение и удивление. Она искоса посмотрела на Твайлайт, которая приходила в себя, закрыв глаза и прикусив губу.

— Ну, ты понимаешь: одинокая кобылка, обширная коллекция любовных романов, навыки телекинеза, расчёски с толстыми удобными ручками... — тонко намекнула она.

— Ах, ну да, — согласилась её подруга, тоже владеющая телекинезом и парой удобных расчёсок.

Спустя недолгое молчание они вопросительно обернулись к Эпплджек, которая стояла, сильно жалея, что с ней сейчас нет её шляпы, которой можно было бы прикрыть глаза.

— Морковь... — в конце концов сказала фермерша, внутренне проклиная Элемент, который она представляет.

— Морковь, — в замешательстве повторила Рэрити.

— Морковь, — вежливо подтвердила Эпплджек.

— У них подходящая фаллическая форма и уровень твёрдости, — услужливо подсказала Твайлайт.

— Да, конечно, но: морковь... во множественном числе? — разгулявшееся воображение ошеломило Рэрити.

— Не бери в голову, — коротко сказала Эпплджек. Трудно было увидеть это сквозь тёплый цвет её шёрстки, но сейчас им явно удалось заставить её щёчки покраснеть, как два спелых яблочка.

— Похоже, обстановка накаляется, — быстро меняя тему, отметила она.

Твайлайт развела задние ноги ещё немного и приготовилась, убедившись, что у неё есть хорошая опора.

— Начинай, если готов, — сказала она, закрыв глаза и покорно опустив голову.

Соарину не надо было повторять дважды. Он не стал бросаться во весь опор, а медленно и неторопливо вдавливался в неё. Судя по его страдальческому выражению, требовалась колоссальная сила воли для такой сдержанности. Но это того стоило. К тому времени, когда его бёдра коснулись её мягкого крупа, оба пони задрожали, чувствуя, как каждый восхитительный сантиметр один за другим глубоко проникает в неё, и как она упруго растягивается, чтобы вместить его целиком.

— Так тесно... — трепетно вздохнула Твайлайт. Обычно эрудированная единорожка опустилась до порнографических банальностей, но сейчас ей было всё равно. Ей нравилось чувство наполненности, которое она испытывала, дрожа от удовлетворения. Ей было хорошо. Мило покачивая задом и потираясь о его ствол, она не могла остановиться. Её кьютимарка танцевала в воздухе, в то время когда она вращала своими узкими бёдрами, описывая сладострастные круги. Трёхцветный хвост Твайлайт, зажатый между их телами, дёргался в такт движениям внутри неё. От этих лёгких движений она острее чувствовала жеребца в себе, все ощущения слились в доставляющую удовольствие мешанину чувств.

Соарин смотрел вниз, наблюдая как круп фиолетовой кобылки трётся о него. Он начал двигаться вместе с ней, выходя настолько, чтобы самым кончиком остаться внутри. Он почти выскальзывал из неё полностью — весь в её соках — только для того, чтобы снова наполнить её и заставить извиваться в сладких спазмах. Медленные и чувственные движения не могли продолжаться долго, она облегала его слишком плотно и горячо. Он чувствовал себя очень хорошо от полноты погружения в неё и от того, как её соки стекали по его бёдрам каждый раз когда они соприкасались с её восхитительным фиолетовым задом. Его движения становились всё более неистовыми и беспорядочными, ускоряясь в такт его прерывистому дыханию.

— Твай... Твайлайт... Ты... Я не могу... Я... — c трудом дышал Соарин. Он заржал, в то время как напрягся, задрожал и кончил внутрь удивлённой кобылки. Зрачки сузились в её широко распахнутых глазах, когда она почувствовала неожиданную тёплую пульсацию внутри себя. Паникуя, жеребец поспешно вышел из неё, но, конечно же, он уже не мог остановить начавшееся извержение и устроил липкий беспорядок на крупе Твайлайт. Особо мощные выбросы спермы замысловатыми узорами легли на её изогнутую спину.

— Бедняжка, — сказала Эпплджек, качая головой. — Случается и с лучшими из них. Особенно в первый раз.

У неё не было такой эмпатической связи с жеребцом, как с Твайлайт, но на самом деле она была и не нужна, чтобы по выражению жеребца увидеть его стыд и ненависть к себе из-за преждевременного финала.

Рэрити медленно кивнула. Как ни странно, она не проявляла ни малейшего желания оплакивать тот факт, что драгоценная фиолетовая шёрстка её подруги была заляпана, или подвергать жёсткой критике скорострельность молодого жеребца.

— Так много... — мягко сказала она. — Какой жеребец...

— Похоже, мы её теряем, — пошутила Эпплджек, получив в ответ нервную усмешку Твайлайт и яростное отрицание возбуждённой модницы.

— Мне... Мне очень жаль... Я... — часто и тяжело дыша, Соарин испуганно попятился назад, уверенный, что он всё полностью испортил.

— Шшш... — Твайлайт мягко заставила замолчать растерянного жеребца. Прикрыв глаза, она с любопытством ощущала пролитое внутри неё семя, её нутро затрепетало при этих мыслях. Казалось, это был важный момент, своего рода обряд посвящения. В дополнение ко всему, дрожащая кобылка почувствовала, что её кожа и заляпанная шёрстка выглядят, как торт, покрытый глазурью. Или, буквально, как её круп, покрытый глазурью. Она захихикала от этих мысленных образов, чувствуя себя легкомысленной. И грязной. В хорошем смысле.

— Из-за меня тебе не удалось... — пролепетал Соарин.

— Я п-позабочусь об этом... — успокаивающе улыбнулась ему Твайлайт, понимая, что наверняка ей нужно лишь ещё немного трения, чтобы достичь разрядки. Она соскользнула с края корзины, её дрожащие ноги тут же подкосились, и она оказалась на коленях. Впрочем, это было и неплохо. Бедной кобылке оставалось только перевернуться на спину, разводя в стороны задние ноги и балансируя ими в такой необычной позе, передние ноги при этом мило подогнулись к её пушистой груди.

Такая компрометирующая поза заставила Твайлайт замяться. Она чувствовала себя довольно странно от того, что собиралась играть с собой перед чужими глазами. Это было... Нечто личное. Нечто, что она всегда делала тайно, прячась под одеялом, стоная в подушку и, чтобы не выдать себя вскриком, до боли закусывала губу каждый раз, когда она кончала. Она всегда боялась, что окружающие могут услышать. Однако теперь... Он наблюдает за ней. Она чувствовала на себе его взгляд, буквально упивающийся такой откровенной позой — на спине, задние ноги разведены, обнажая... Всё. Сочащееся влагой. Истекающее.

Ей срочно было нужно это. Даже мысли спутались.

Твайлайт выдохнула, давая мышцам расслабиться, попыталась очистить свои мысли и двинуться дальше к вершине наслаждения. Она прикоснулась к себе и почувствовала, как её неловко расставленные задние ноги задрожали. В каком виде она была! Она никогда ранее не ощущала этого так... остро. Осторожно дотронувшись до своей вульвы плоскостью копыта, она немного нажала и приятными круговыми движениями начала массировать свою разгорячённую плоть. Мягкие дразнящие движения не принесли облегчения, и тогда кобылка взялась за дело по-настоящему, уделяя больше внимания её самым чувствительным местам, точно зная, как доставить себе наслаждение.

Она отвернула свою покрасневшую мордочку, правой щекой прижавшись к полу корзины, её фиолетовые глаза прикрылись — Твайлайт было всё ещё несколько стыдно за то, что она занимается такими непристойностями в присутствии другого. Из-за этого она не заметила, как Соарин приблизился, не почувствовала, как он навис над ней, опьянённый её ароматом, возбуждённый эротичным видом и растроганный её застенчивым поведением. Не почувствовала до тех пор, пока его горячий нос не прижался к её щёлочке и робко лизнул, заставляя удовольствие волнами пробежаться по её телу.

— Соарин! Т-ты не обязан... — ахнула Твайлайт, когда край её копыта нашёл сверхчувствительное местечко, к которому она осмелилась прикоснуться.

Жаркое дыхание жеребца горячо тронуло её кожу.

— Но я хочу... — настойчиво сказал он, подавив её протест очередным полизыванием, заставив кобылку ахнуть и томно вздохнуть. Нехватку опыта Соарин компенсировал своим энтузиазмом. Прошло немного времени, прежде чем Твайлайт забилась в экстазе. Иногда она, казалось, хотела уклониться от столь нетерпеливо полирующего её языка, лишь бы продлить секс с неутомимым любовником. Её копыта застыли, рот приоткрылся в постоянном вздохе.

— С... Со... Ахх... — невнятно простонала Твайлайт, её ноги и бёдра подёргивались, грудь вздымалась, когда она глубоко вдыхала. Она махнула рогом назад так, что капли пота сорвались с его кончика, а сам он засиял во вспышке неконтролируемой магии, которая плотно прижала мокрый нос Соарина к влажной подёргивающейся киске единорожки. Она кончила... Так... Ярко...

Онемев, трое гостей из будущего в тишине наблюдали за двумя страстными любовниками, не в силах оторвать взгляд от неистовой любви и не желая портить момент ненужными комментариями. Для Твайлайт такой опыт был странным, но очень эротичным, она была крайне смущена, и в то же время ей было очень интересно понаблюдать за собой со стороны. Что касается двух других кобылок, то это заставило их взглянуть на Твайлайт по-новому. Они, наконец, увидели другую, сексуальную Твайлайт, а не ту, которую они видели раньше — целомудренную и наивную как жеребёнок. Может быть, не столь искушённую, как любая из них, но тем не менее...

Их внимание немного отвлеклось. Стало невозможно игнорировать тот факт, что окружающий их мир воспоминаний начал угрожающе темнеть, пейзаж начал терять чёткость, оставив лишь небольшой пузырь вокруг двух влюблённых.

Окружающий мир перестал существовать для них, что отразилось на воспоминаниях Твайлайт.

Учащённо дыша, дрожащая Твайлайт всё ещё не совсем оправилась, когда Соарин подошёл к ней, но она всё же смогла ласково поцеловать его. Она ощутила свой вкус на его языке, и эта маленькая грязная мелочь перезагрузила её мозг, помогая вернутся в мир живых. С любовью она облизала его морду, которая была покрыта не только следами её возбуждения, но и размазанными следами его собственного семени.

— Эмм. Мы можем... Мы можем сделать это ещё разок? — совершенно очаровательно просияла Твайлайт. Она почувствовала, как что-то упёрлось в её живот, что-то горячее, твёрдое и пульсирующее, определённо дающее понять, что раунд на бис вполне возможен.

Спустя несколько мгновений корзина никем не управляемого шара снова начала ритмично раскачиваться. Твайлайт лежала, поджав все четыре ноги. Её стройное тело сотрясалось от мощных толчков Соарина, её кьютимарка покрывалась рябью с каждым шлепком плоти о плоть. Теперь это был не медленный, чувственный секс, это было простым необузданным соитием, два пони буквально набросились друг на друга, сплетясь телами исключительно в погоне за удовольствием.

— Чёрт, подруга, — прошептала Эпплджек, не в силах больше держать рот на замке. — Долгое воздержание?

— Агась, — пожала плечами Твайлайт.

В конце концов, вспотевшие и утомлённые пони рухнули кучей на пол корзины, их бока тяжело вздымались. Некоторое время они так и лежали, синхронно дыша. Удовлетворённый сверх меры Соарин прижимался к своей первой кобылке, его горящий член оставался внутри неё. Они продолжали обмениваться короткими толчками до тех пор, пока он не клюнул носом, пустив слюну в её шелковистую гриву.

С колоссальным усилием Твайлайт подняла голову, мышцы её шеи дрожали. Она действительно не привыкла к такой напряжённой активности. Усталый жеребец позади неё слишком обалдел от всего произошедшего, чтобы что-либо заметить, однако осторожная Твайлайт всё же взглянула через плечо, чтобы убедиться в этом. С некоторым усилием она сконцентрировала магические усилия и осторожно подтащила к себе книгу, которую она взяла с собой. Её рог слегка сверкнул, когда она, зажмурив глаза, смогла извлечь старый листок пергамента, а также перо, спрятанные между страницами. Твайлайт сконцентрировалась, наморщив лоб, точные движения забрали последние силы и остатки мыслей. Перо поставило жирную галочку на листе бумаги перед её усталыми прищуренными глазами, в то время как она почувствовала, что обмякший Соарин выскользнул из неё, а затем жидкий поток пегасьего семени потёк по её крупу, заливая многострадальный хвост.

— С-сделано... — прошептала Твайлайт, прежде чем склонила голову и блаженно прикрыла глаза.

более откровенная картинка

Яркие воспоминания вокруг трёх кобылок угасли, заставив их моргать глазами, привыкая к тусклому освещению библиотеки. Увиденное вполне предсказуемо повлияло на всех троих, даже Рэрити не смогла остаться равнодушной. В конце концов, стало достаточно просто участвовать в ощущениях, чувствах и эмоциях прошлой Твайлайт, поток стимулов шёл непрерывной волной.

В результате тёмная комната Понивилльской библиотеки наполнилась томными вздохами, покрасневшими мордочками, нервными почёсываниями гривы и невольными поёрзываниями бёдер. Температура окружающего воздуха, казалось, мистическим образом повысилась.

— Нуууу, короче… — слегка дрожащим голосом нарушила тишину Эпплджек. — Теперь мы знаем, что ты не теряла времени даром с этим твоим жеребцом. Но что было с ним дальше? С... вами обоими?

Ностальгически-смущённая улыбка Твайлайт сменилась на печальную:

— Он в порядке... — неопределённо ответила она.

Будучи заядлой читательницей сплетен из модных журналов, Рэрити могла легко догадаться о том, что произошло потом.

— После того как он присоединился к Вондерболтам, — нерешительно сказала она, — я слышала множество слухов. О нём и той известной модели из Филлидельфии. И ещё скандал с двумя благородными кобылками из Пранции.

Твайлайт опустила голову.

— Достаточно, Рэр, — отрезала Эпплджек. Она с сочувствием взглянула на надувшуюся подругу:

— Напомни мне при встрече пнуть его туда, куда солнце не светит, — немного в шутку гневно сказала земнопони.

— Пожалуйста, не надо... — в ужасе сказала Твайлайт, нервно усмехнувшись. — На самом деле я не думаю, что эти истории были правдой. Он был слишком добросердечным дурачком. Просто... Ну, он был принят в Вондерболты, и это означало, что спокойной жизни пришёл конец. Он стал много путешествовать. Что касается меня, то я продолжала учиться магии и помогать Принцессе Селестии. Нам удалось встретиться ещё несколько раз, но было ясно, что наши отношения не двинутся дальше платонических, далёких и нерегулярных. В конце концов мы вроде как решили, что... Это не то, чего нам бы хотелось. Мы решили... Остаться друзьями.

— Лааадненько, — сказала Рэрити, вложив в одно слово всё свои сомнения и презрение к этой идеалистичной теории.

Твайлайт невесело рассмеялась, а затем замолчала на некоторое время, улыбаясь сквозь наворачивающиеся на глаза слёзы.

— Вообще-то, он прислал мне прощальное письмо, — вспоминала она. — Вскоре после того, как он вернулся из своего первого тура по всей Эквестрии. Он поблагодарил меня. За то, что я помогла ему закончить школу, и за то, что придала ему уверенности, в которой он так нуждался, исполнив в тот день заветную мечту всей его жизни.

Она глубоко вздохнула, моргая от набежавших на ресницы слёз:

— Я... я... рада за него.

— Точно отпинаю... — упрямо проворчала Эпплджек. Она искренне восхищалась Твайлайт, сумевшей простить развратного пегаса. Именно эта наивность неудержимо заставила её желать защитить единорожку. Он заставил её плакать...

Её раздумья прервала Рэрити, задав уместный вопрос:

— Возможно, нам стоит отложить планирование мести обидевшим нас жеребцам до более удобного случая. А сейчас давайте решим, кто будет следующей?

Жила-была дама, я сказку слыхала,

Но страсть кавалера её иссякала.

— Ах, детка, сказал кавалер этой даме,

Давайте останемся просто друзьями.

Друзьями до гроба с тех пор они стали...

Вруны! Хоть о ней-то бы вы помолчали.

— Дороти Паркер, “Сказка”

OMAKE:

Соарин: Мой пирожок! Ам-ням-ням-ням!