S03E05
//

/

—… и, раз ща вродь и не Сезон Тряски Яблок, то, пожалуй, за последние успехи нашей фермы над сказать спасибо погодным пони, которые дожди над полями раньше срока организовали. Оно, кстати, отлично показывает, что бывает малость непросто так вот взять в одиночку и сделать всё как лучше, поймать там момент, так сказать. Точно говорю вам: командная работа вращает землю, Ваше Высочество.

Стоящая в пыльной библиотеке Эпплджек нахлобучила шляпу на золотистую гриву и сияюще улыбнулась.

— Ваша верная и надёжная подданная, Эпплджек.

— И-и-и-и-и… — Спайк облизал уголки рта, заканчивая последний росчерк по коричневому пергаменту. —… Готово!

Он свернул свиток и улыбнулся.

— Фух! Самое лёгкое письмо на моей памяти!

Эпплджек отвела взгляд в сторону, омыв свои веснушки лёгким румянцем.

— Думаешь, мож лучше заменить подпись в конце на «мисс Эпплджек» или чо-нить ещё такое серьезное?

Твайлайт Спаркл хихикнула и, тряхнув гривой, помотала головой.

— Вовсе нет, ЭйДжей. Принцесса прекрасно знает, кто ты такая. Королевство Эквестрия полагалось на тебя и на пять других Элементов не один раз. Ты теперь почти что родня!

— Родня? О-о-о-о, ну дела… — Эпплджек потёрла одним копытом о другое, нервно уставившись в пол. — Не знаю, как-то мне прям не по себе — об ветки семейного дерева принцессы стукаться.

— О-о-о-о-о-о, да в самом деле, ЭйДжей, — Твайлайт встала с читального кресла и, подойдя к кобыле, дружески потёрлась о неё носом. — Ни к чему скромничать. Селестия любит тебя не меньше любого своего подданного.

— Прям настолько, чтоб прочитать целое письмо о моём успехе с урожаем яблок? — вскинув бровь, спросила Эпплджек. — Как по мне, так как-то скучновато для правительницы Эквестрии, не?

— Вовсе нет, Эпплджек! — широко улыбнулась Твайлайт. — Она всегда хочет побольше узнать про друзей, о которых я ей писала! Твоё письмо идеально!

— Да ещё к тому же простое! — показал большой палец Спайк, натягивая ленту с печатью на свиток. — С ним я определённо быстрее управился!

— Спа-а-айк… — сурово посмотрела на него Твайлайт.

— Как думаешь, я точно не покажусь ей… ох, не знаю… — задумавшись вслух, Эпплджек почесала подбородок копытом: — Как там Рэрити постоянно говорит? «Неотёсанной»?

— Хихи! Едва ли!

— Я знаю, я нагородила довольно много про погодных пони, которые мне посадки поливали для раннего урожая. Суть-то в том, что мне бы очень не хотелось, чтоб их работу недооценили, и вообще…

— Эпплджек, всё нормально! Ты была целиком и полностью честна, — подмигнув, сказала Твайлайт. — И пони давно уже привыкли, что ожидать от такой подруги, как ты, можно только истины, всегда и везде.

Обернувшись, она вновь поглядела на Спайка.

— Как там отправка письма?

— Уже в процессе! — он поднял свиток к потолку и со звуком отрыжки отправил его по волне зелёного пламени через Эквестрию. — Фух! Вот вам и удовлетворение работой!

Он энергично вскинул в воздух руку и восторженно улыбнулся:

— Теперь я могу пойти за город копать драгоценные камни, чтоб хватило на партию драконьих кексиков!

— Главное, не наследи грязью, когда вернёшься, Спайк, — криво улыбаясь, вскинула бровь Твайлайт. — Мы ведь об этом уже говорили, не забыл?

— Забавно… — Эпплджек смахнула пару торчащих из-под края шляпы локонов. — Сейчас вообще, что, какой-то копательный сезон? Эпплблум сегодня утром попросила нашу общую лопату.

— О?

— Ага. Похоже, у них там в школе какой-то серьёзный-рассерьёзный научный проект. Какое-нибудь копание дождевых червей, например. Брррр. Серьёзно, я рада, что нас не заставляли ничем таким заниматься, когда я была маленькой кобылкой!

— Правда? — Твайлайт моргнула, растерянно глядя на неё. — Сегодня четверг. Чирили всегда задает на четверг викторины. Мы с ней об этом как-то говорили за чаем. Школьная программа слишком плотная, чтобы вставлять такие проекты.

— Хех… — Спайк проковылял по комнате, таща на каждом плече по заляпанному грязью ведру. — Я скажу, похоже, кое-кто решил сегодня не учиться!

Эпплджек нахмурилась ему вслед.

— Ты чо это, на мою младшую сестрёнку гонишь?

— Признай, Эйджей, — сказала Твайлайт. — Это ведь довольно странно, правда?

— Да ради Земли, Твайлайт! — усмехнулась Эпплджек и самоуверенно улыбнулась. — Ты же с «Честной Эпплджек» говоришь, не забыла? Отвечаю, даже если пойдёшь стучаться в каждую дверь во всём Понивилле, то не найдешь ни одного жеребёнка, воспитанного лучше, чем тот, за которым мы с Большим Маком приглядываем.

Её зубы блеснули в улыбке.




— Копайте быстрее, девочки! — крикнула Эпплблум, лицо которой было измазано грязью и ошмётками травы. Она стояла, тяжело дыша, на краю громадной ямы на восточной окраине города. — Мы тут копаем уже три часа, а в эту дырку даже не влезть толком!

— Тьфу… сколько раз повторять… — прошипела Скуталу, вышвыривая из грязной ямы куски глинистой земли и балансируя короткими крылышками, чтобы не упасть. — Мы слишком близко к реке! Мы здесь не найдём никакого золота!

— У тебя, эму, отсталые взгляды! — пропищала Свити Белль. Тоненько прокряхтев, она воткнула украшенную орнаментом садовую лопатку своей сестры в стену грязи и глянула наверх, на Эпплблум. — Эпплблум, можешь мне ещё раз передать ту книжку?

— Не вопрос! — Эпплблум схватила лежавшую у неё под боком книгу под названием «Копание золота, пособие для ослов». — Не знаю, чем она вообще нам может помочь! Я тут поглядывала туда после того, как мы поменялись, но так и не нашла никаких подсказок, как лучше копать!

Она, тем не менее, бросила книгу заляпанной грязью кобылке.

Том крепко стукнулся о пышногривую голову Свити.

— Ой! — вскрикнула кобылка надломившимся голосом. Она потёрла испачканную гриву, а потом ахнула, поглядев под копыта. — О нет!

— Что?! — подпрыгнула Скуталу. — Там что, змея, что ли?

— Нет, хуже, — заныла Свити. Она опустилась на колени и, морщась, осторожно достала из глубин бурой жижи измазанную книгу. — Она запачкалась от корки до корки!

— Ты… — Скуталу прищурилась. —… ведь случаем не взяла её из библиотеки Твайлайт Спаркл?

— Эм… — у Свити порозовели щеки. — Мо-о-о-о-ожет быть.

— Тьфу! Прекрасно! — Скуталу воткнула лопату в землю и рявкнула на Эпплблум: — Я же вам говорила, ребята, что это плохая идея! Чирили нас оставит после школы! А потом убьёт! А потом снова оставит после школы!

— Она забудет обо всем, как только мы придём в школу со сверкающим золотом! — заявила Эпплблум с задорной улыбкой.

— Э-э-э-э-э… — на лице у Скуталу была написана апатичная обречённость. — И с чего это она не захочет оторвать нам ноги и рассказать всё родным?!

— Потому что мы будем единственными за последнюю сотню лет кобылками в Эквестрии, которые заработали Метки за копание золота!

— Э, может, это потому, что последние шахтеры, которые пытались копать золото, все умерли от несчастных случаев ещё много лет назад?

— Эй! — просияла Свити Белль, высоко подняв книгу над головой. — Я, кажется, нашла кое-что!

— Правда? — Эпплблум спрыгнула в грязь и втиснулась под бок к Скуталу. — Чего там?

— Мы должны были искать золото не рядом с рекой… — Свити Белль подняла взгляд на подруг. — Мы должны были искать золото в самой реке!

Скуталу и Эпплблум одновременно моргнули. Пернатая кобылка застонала первой:

— Ну всё, хватит! Я иду домой!

— Ну-у-у-у-у! Да ладно тебе, Скутс! — проворковала Свити Белль.

— Ага! Пожалуйста, давай всё-таки попробуем! — взмолилась Эпплблум.

— У меня и без вас двоих хватает проблем за прогулы!

— Это потомушт ты постоянно сбегаешь смотреть, как Рейнбоу облака пинает, — лукаво сказала Эпплблум. Свити Белль захихикала.

— Эй! Заткнитесь! — Скуталу нахмурилась и схватила лопату. — Я иду домой! Чем раньше я приду, тем быстрее успею прикинуться больной и спасти на сегодня свой круп!

Едва пегаска приготовилась выпрыгнуть из ямы, как её лопата ткнулась во что-то, издав дребезжащий металлический звон.

— Ш-ш-ш-ш! Вы эт слышали? — прошептала Эпплблум.

— Скуталу, застынь! — приказала Свити.

Скуталу послушалась, встопорщив крылья. Она моргнула раз, а обе её подруги, припав к земле, подползли поближе и окружили маленький грязный предмет, который в глубине ямы открыла свету лопата.

— Это ещё чо, провалиться мне? — проговорила Эпплблум.

— Оно громко лязгнуло… типа будто из металла сделано, или из камня, или чего-то такого…

— Золото издает такой звук? — резко спросила Скуталу.

— А тебе-то что?

— Пф-ф-ф! Да я просто спрашиваю! Тоже мне…

— Погоди, — Эпплблум ковырнула предмет, проведя жёлтым копытом по грязной поверхности. Вскоре за слоем грязи показался полированный металл серебристого цвета. — Ну, эт точно не золото.

— Интересно, что это… — неуверенно спросила на дрожащем выдохе Свити.

— Ой, да в самом деле! — подскочила к ним Скуталу. — Дайте мне.

— Эй!

Хлюпнув грязью, Скуталу решительно выдернула цилиндр из жижи. Находка застала её врасплох своим размером, и она, зачарованная фигурами и линиями, которые проявлялись по мере того, как с них стекали глина и земля, удивленно уставилась на зажатый в копытах отражающий предмет. В лучах полуденного солнца засверкали изображения лиц гримасничающих единорогов.

— Ого, здрасте.

— Это… это… — Эпплблум моргнула.

Свити Белль закусила губу и, ежась, отстранилась:

— Оно с-страшное!

— Пф-ф-ф! Это всего лишь тотемный столб! — сказала Скуталу, зажужжав крыльями.

Какой столб?

— Рейнбоу Дэш рассказывала мне о таких штуках после поездки к буйволам в Эпплолузе.

Эпплблум вскинула бровь.

— И с каких это пор буйволы делают вещи из серебра?

— Ага… ну… — Скуталу вздрогнула. — У вас есть объяснение получше? Я слушаю!

Она потрясла предмет, чтобы избавиться от остатков грязи, и внезапно тот засиял и громко зажужжал.

— Ой-ей.

— Скуталу! — пропищала Свити. — Что ты сделала?!

— Я… я не знаю! — Скуталу стучала зубами от вибрации зажатого в вытянутых ногах цилиндра. — Похоже, этой глупой штуковине не нравится, когда её трясут!

— Ну так брось её! — крикнула Эпплблум.

— Куда бросить?!

— Девочки, осторожно!

Из предмета фонтаном вырвался яркий луч серебристого свечения, и все трое одновременно завизжали и прыгнули в стороны. Каждая травинка, каждый зелёный листок и завиток облака закачались при касании светящейся волны. Сверкающая искрами аура прошлась от горизонта до горизонта, на мгновенье затмив голубизну неба. Затем, столь же неожиданно, как этот импульс возник, всё закончилось, окропив напоследок шкурки пони тонким слоем искрящейся пыли, которая пару мимолётных секунд спустя исчезла без следа.

— Ох-х-х-х… — первой встала на ноги Эпплблум. Она оглушённо заморгала и, растирая голову и осоловело моргая, оглядела стены маленького котлована. — Ослиным маффином подавиться! Это ещё что такое было? — сглотнув, она окинула взглядом яму. — Со всеми всё хорошо?

— Эпплблум? — Свити Белль моргала, не сводя с неё взгляда. — Мы умерли?

— Нет, мы совершенно точно не умерли!

— Тогда откуда у тебя над головой нимб?

— А? — Эпплблум скорчила недоумённое лицо. — Какого сена ты несёшь?

— Вот этот нимб! — указала Свити. — Над твоей головой!

Эпплблум ощупала воздух копытом над макушкой, но ни на что, кроме банта, она там не наткнулась.

— Я ничего не чувствую… — глянув на подругу, она удивлённо помотала головой и, сощурившись, подалась вперёд. — Но точно тебе говорю, над твоей он есть…

Свити ахнула и замахала копытами над головой. Эпплблум же увидела, как передние ноги маленькой единорожки проходят сквозь вертикальный овал, подобно теням в серебристом луче маяка. Круглый знак продолжал висеть на одном и том же месте над макушкой Свити, как бы часто та ни крутила головой и в какую бы сторону её ни наклоняла.

— Я ничего не чувствую…

— Я не выдумываю, Свити Белль! У тебя что-то над головой!

— Ну, у тебя тоже!

— О-о-ох-х-х...

Услышав стон, обе девочки обернулись на свою подружку-пегаску.

— Скуталу! Ты в порядке?

— Ыыых… ох… — Скутулу шмыгнула носом. Сев прямо, она уставилась на болезненный синяк со ссадиной на передней ноге. Из него начала сочиться кровь, а сам он пульсировал явно серьёзной болью, которую глупо было отрицать. Тем не менее, Скуталу вытерла слезы и только потом глянула в сторону кобылок. — Кхм. Ага. Я в п-порядке…

— Уверена? Ты ведь только что жуть как навернулась… — услышав, как по воздуху разнёсся волшебный звон, Эпплблум недоумённо замолчала. Она резко подняла взгляд над головой Скуталу.

Свити Белль ахнула, подняв копыта к бледной мордочке.

— Эпплблум, посмотри! У неё над головой единица!

Скуталу неловко моргнула, не подозревая о висящей у неё над макушкой серебристой цифре «1».

— Какого лешего вы вообще несёте? Вы там что, головой крепко ударились?

— Скуталу… — Эпплблум посмотрела на неё с подозрением. — Ты точно себя хорошо чувствуешь?

— А что, я вам не сказала только что? — шмыгнула носом Скуталу и спрятала ушибленную переднюю ногу. — Я же сказала, я в порядке, хватит уже!

На этот раз она тоже услышала волшебный колокольчик. Цифра «1» сменилась на «2», которая повисла на том же месте над её головой. Кобылка тревожно моргнула и покрылась испариной.

— Э-э-э-э… на что это в-вы там уставились?

Свити Белль и Эпплблум обменялись взглядом. Вся троица разом встревоженно посмотрела на по-прежнему светящийся тотем в их копытах.




— Ха… Вот это было реально странно, — заметила Лира. Она, равно как и все остальные пони в центре Понивилля, застыла на месте и глядела на небо, бросив все дела. — Вот эта вот волна света…

— Это, скорее всего, облако пролетело перед солнцем, — сказал усатый единорог-официант, стоявший рядом с её столиком на летней террасе ресторана. Он держал левитацией ручку над блокнотом и энергично черкал на листке бумаги. — Больше ничего сейчас не желаете заказать, мадам?

Вырвавшись из оцепенения, Лира отвела взгляд от пони-прохожих, которые по-прежнему неподвижно стояли и напряжённо разглядывали небо.

— О, эм… на этом для меня все, спасибо. Я жду подругу. Она должна прийти с минуты на минуту.

— Хорошо, — кратко поклонившись, официант уложил блокнот в карман костюма. — Я оставлю на вашем столике меню.

— О! И ещё, быстрый вопрос! — улыбнулась Лира и указала на стоящую позади, у входа в ресторан, чёрную дощечку. — Я здесь проходила вчера и вот сейчас никак не могла не обратить внимание, что Суп Дня тот же самый, что был написан на этой доске вчера вечером. Это ошибка? В смысле, суп ведь у вас всегда свежий, правда?

— Безусловно, мадам! — вежливо улыбнулся официант. — Самый свежий суп во всей центральной Эквестрии!

Тут же раздался звон колокольчика, и над головой жеребца возникла цифра «1».

Лира моргнула.

— Э-э-э-э… — она наморщила лоб. — Ха… ну… спасибо?

— Крайне рад вам служить, мадам, — сказал официант и слегка дрогнул, звякнув второй раз. Он поклонился и пошёл в сторону кухни, а над головой у него теперь висела «2».

Лира потёрла подбородок и прянула ушами, услышав позади ещё несколько колокольчиков. Обернувшись, она увидела за столиком с тарелкой ромашкового альфредо[1] Берри Панч, беззаботно болтающую с Минуэтт.

— Вот и всё! — широко улыбалась Берри, у которой над головой висела «4». — И с тех пор я не пила ни капли!

«4» замерцала и сменилась на «5».

— Говорю тебе, я окончательно завязала, на этот раз всерьёз! — с ещё одним звонком появилась «6».

— Э-э-э-э… — Минуэтт нервно потела, ёрзая на стуле, и морщила нос. Её глаза были прикованы к числу над гривой Берри Панч. — Берри? Ты… ну… — она неловко улыбнулась. — Ты мне говоришь правду?

— Конечно, правду! — нахмурилась Берри Панч. Теперь над ней висела цифра «7». — Разве мы с тобой не друзья?! Разве ты мне не доверяешь?

— О, ты же знаешь, что я тебе доверяю! — нервно пискнула Минуэтт, и в тот же миг её «0» превратился в «1».

— Фу! Какая наглость! — воскликнул позади кобылий голос.

Лира развернулась и посмотрела на угол улицы. Гордо задрав нос к небу, над тротуаром медленно летела Блоссомфорс. Позади неё, опустив крылья к земле, спотыкался Тандерлейн.

— Дорогая! Я не понимаю! Что такого-то?! — заикался жеребец, не обращая внимания на огромное сияющее число «12», висящее у него над гривой-ёжиком. — Я ведь был с тобой абсолютно честен!

Со звоном колокольчика возникло «13».

— Мне кажется, ты раздуваешь гору из кротового холмика! — колокольчик. «14».

— Хммммф! — Блоссомфорс развернулась на месте, скрестив на груди копыта, и сказала, сердито глядя на него: — А что насчёт Клаудчейзер и Флиттер? Какие же они тогда кротовые холмики, если ты по ним лазал, как по Сеномалаям?!

— Дорогая, сколько раз мне тебе повторять? — Тандерлейн потел, несмотря на уверенную улыбку на лице. — Эти две кобылки для меня совершенно ничего не значат!

Два колокольчика: «16».

— Тьфу! Я не знаю, почему я никогда даже не задумывалась об этом, но я тебя вижу насквозь, как стеклянного, Тандерлейн! Пошёл вон! — она улетела прочь.

— Крошка! Крошка, ну в самом деле-е-е-е-е! — стеная, он вяло полетел следом. Его голос потонул в беспокойном гуле, постепенно растущем по мере того, как каждый пони в каждом уголке Понивилля останавливался, чтобы развязать спор, ссору и ругань с любым знакомым или другом.

Лира моргнула несколько раз и нервно взъерошила копытами локоны гривы. Она почти и не заметила Бон-Бон, когда та наконец-то появилась у стола. Подруга напряжённо застыла, наполовину скинув со спины седельные сумки, и уставилась на встревоженных жителей деревни.

— Ну и дела! — сказала Бон-Бон писклявым голосом. — Похоже, все пони разом заразились тяжелой формой ворчанки!

Она уселась за столик и сгорбилась.

— Знаешь, что здесь происходит?

— Ни малейшего понятия, — тихо произнесла Лира. Вздрогнув, она протёрла столик передней ногой и посмотрела вниз. В отражении на блестящей столешнице она едва разобрала над лаймово-зелёным рогом цифру «1». — Хм-м-м…

— Так или иначе, извини за опоздание. Я застряла из-за одной очень загромождённой стройки в центре, на углу Гривной улицы.

— Н-не страшно, — проговорила Лира. Тем не менее, заслышав громкий звон, она прянула ушами и, прищурившись, подняла взгляд.

Над головой Бон-Бон висела цифра «3».

— Короче, похоже, они сегодня подают суп! — широко улыбнулась кобыла, скользя глазами по меню в копытах. — Ммм-ммм! Я умираю с голоду!

— Точно… — медленно кивнула Лира. Она сглотнула и наклонилась вперёд. — Именно поэтому ты сюда так спешила, да?

— О, ты же знаешь! — улыбнулась Бон-Бон, не глядя на неё. — Я добралась сюда как только смогла!

Со звуком колокольчика возникла «4».

Лира моргнула. Сощурившись, она сурово посмотрела на неё и произнесла:

— Бон-Бон, ты же согласилась сесть на ту диету, ведь так? Из-за высокого сахара.

Бон-Бон недоумённо посмотрела на Лиру.

— Ну конечно же, Лира! Мы же с тобой говорили об этом! — колокольчик. «5». — Я не ела никаких сладостей уже две недели! — «6» — Ты же знаешь, что можешь мне доверять! — «7».

Лира к этому моменту уже глядела на неё уничижительно.

— Итак, значит, ты не была сегодня в Сахарном Уголке?..

— Нет! — нахмурилась Бон-Бон, совершенно не подозревая о том, что над её головой уже висит «8». — Честно! За кого ты меня принимаешь?

— Честно?.. — без эмоций протянула Лира.

— Честно!




— Ну, если честно… эм… — стоя бок о бок со Скуталу и Эпплблум на дверном коврике Бутика Карусель, Свити Белль разглядывала свои беспокойно топчущиеся на месте копыта. — Это были Алмазные Псы.

Колокольчик. «4».

Рэрити сердито разглядывала свою сестру и двух её подруг.

— Алмазные Псы… — проговорила она. — Это правда?

— М-м-м-мхм-м-м! — кивнула Свити. «5». Широко распахнув зелёные глаза, она выдохнула: — Они нами кидались, как хуфбольными мячами, требовали камней и драгоценностей! — «6»

— Ага! — добавила Скуталу, всё ещё пытаясь спрятать синяк на ноге. — В основном — алмазов!

Под звук колокольчика над её головой вспыхнула «4».

— Потому что именно их хотят алмазные псы! — широко улыбнулась Свити Белль. — Алмазов! Но мы были совсем как ты, сис!

Она подвигала бровями.

— Благодаря нашим чарам настоящих леди, мы убедили их оставить нас в покое!

«7».

— Ага! — кивнула Скуталу. — Мы все — идеальные леди!

Двойной колокольчик. «6».

— Всё ясно… — Рэрити прошлась перед троицей из стороны в сторону. Наконец она сосредоточила изучающий взгляд на стоящей по центру пони, которая, повесив голову, в тот момент глядела в пол. — Эпплблум, дорогая, ты так и не проронила ни звука. Может, у тебя найдётся сверкающий самородок истины, который ты бы хотела добавить к этим невероятно пугающим показаниям?

Эпплблум переступила с ноги на ногу, разглядывая копыта. Она зашевелила губами, но прозвучало только неразборчивое бормотание.

Рэрити наклонилась ближе.

— Повтори, пожалуйста.

Эпплблум подняла взгляд, озарив напряжённой улыбкой заляпанное грязью лицо.

— Честно-честно, алмазные псы собирались нас… з-заставить… докопаться аж до Копытая? — раздался звон и улыбка у неё на лице тут же дала трещину. Её голова теперь была отмечена пустяковым числом «1», но даже этого для неё всё равно оказалось достаточно, чтобы сорваться и залиться фонтаном слёз.

— А-а-а-а-а-а! Это ложь! Это всё ложь! — протяжно завыла она, рухнув на зад и зарыв лицо в передние ноги. — Пожалуйста, не злитесь на нас! Моя старшая сестра запрёт меня в амбаре на целый год!

— Ох-х-х-х… — Скуталу закрыла лицо копытом, а Свити Белль закатила глаза. Обе они сгорбились, признав поражение, а самая сознательная из троицы всё рыдала как младенец.

— Ну, не надо устраивать настолько драматичных сцен, Эпплблум. Я не слишком-то зла на вас троих, — Рэрити улыбнулась и протянула копыто, чтобы утешить желтую кобылку, но остановилась на полпути, разглядывая грязь и пыль, покрывающую шкурку Эпплблум.

— Эм… — не слишком скрываясь, она поднесла левитацией полотенце и вытерла голову Эпплблум начисто, а затем наконец наклонилась и осторожно её приобняла. — Если на то пошло, я просто невероятно рада видеть, что вы все трое вернулись домой в целости и сохранности. Этим утром по всему Понивиллю творились весьма беспокойные события: три разных посетителя покинули Бутик прямо в процессе оплаты платьев. Селестия всевышняя! Я видела жуткие числа над головами пони, будто их прокляли! Подозреваю, тут замешана какая-то нечистая магия, и я с большим облегчением вижу, что вы трое, несмотря ни на что, в безопасности!

— Нечистая магия? — прищурившись, спросила Свити Белль. — Правда?

— Ш-ш-ш-ш! — Скуталу хлопнула её по бледному рогу. — Ты что! Заткнись!

Рэрити нахмурилась, увидев такое отношение к своей младшей сестре. Она склонилась ближе к сотрясающейся от рыданий Эпплблум.

— Скуталу… — голубые глаза модистки сосредоточились на посверкивающем предмете, зажатом под оранжевыми перьями Скуталу. — Будь хорошей девочкой и покажи, что ты прячешь.

— Ничего! — с нервным смешком заулыбалась Скуталу. — Честно!

Её «6» скакнула сразу к «8», и кобылка опустила крылья, признавая поражение.

— М-м-м-м-м?.. — суровый взгляд Рэрити мог бы крошить алмазы.

— Ла-а-а-адно… — Скуталу вяло протянула светящийся тотем и монотонно проговорила: — Мы нашли эту штуку у реки, в яме, которую выкопали ради меток копателей золота.

— Помяните моё слово… — Рэрити ахнула и, приложив к груди копыто, подняла левитацией предмет к подёрнувшимся очарованной поволокой глазам. — Это… определённо совершенно поразительная находка!

Она сухо сглотнула и в исступлении улыбнулась:

— Вы хотите сказать, что нашли предмет столь блистательной красоты в обычной яме?!

— Ну, пришлось немало покопать, — у Свити Белль надломился голос. — И когда Скуталу его потрясла, от него полетела по небу та большая вспышка света.

— Эй! — обиженным тоном вякнула Скуталу. — Не сваливай всё на меня!

— Что сваливать на неё? — вскинула бровь Рэрити.

— Я не хочу-у-у жить в амба-а-а-а-а-аре-е-е-е! — продолжала захлёбываться рыданиями Эпплблум.

— Что ты, что ты, дорогая… — утешала её Рэрити, похлопывая копытом по плечу. Глаза модистки изучали серебристое сияние тотема и сравнивали его со свечением «8», «7» и «1» над головами кобылок. — Мне кажется, я уже начинаю вполне неплохо понимать, где здесь правда…


























[1]Одна из разновидностей пасты, популярная в Америке. У людей в дело идут пармезан, брокколи, чеснок и курица/креветки.