Автор рисунка: aJVL
Глава 3 Глава 5

Глава 4

Магический фонарь разливал вокруг себя мягкий и приятный свет, пространство библиотеки наполнено было причудливыми тенями. Синеватый, даже немного зеленоватый, его ненавязчивый свет создавал внутри атмосферу загадочности и умиротворения. Вечерняя прохлада уже чувствовалась на улице, и Твайлайт открыла все окна настежь, чтобы эта прохлада наполнила нагретую за день библиотеку.

В большой комнате библиотеки-дуба находились три поняши: одна нежно-желтая пегасочка и две единорожки. Пегасочка лежала на небольшой софе, а единорожки расхаживали по комнате, разглядывая картины и негромко переговариваясь. Флаттершай принесла только четыре портрета убитых ею людей, больше показывать ей пока не хотелось.

Сейчас она чувствовала себя более-менее спокойно и приятно вместе с друзьями, но прошлой ночью и днем ей было очень плохо. И это вдобавок к тому, что симптомы голода усилились настолько, что она еле могла управится со своим хозяйством. И ей было немного... нет, ей было сильно грустно оттого, что...

“Что, Флаттершай? Чего ты вообще хотела-то? Человек, которого ты хотела убить, пожалел тебя, и теперь помогает тебе, и может даже поможет. А ты? Как ты вообще можешь думать о нем... вот так?”

Она тряхнула головой, прогоняя плохие мысли. Но одна, совсем-совсем плохая, никак не уходила. Ведь он такой хороший, а эта... Светка так к нему относится. Это ведь...

“Спокойно, Флаттершай. Это не твое дело. И вообще, это может быть нормальным для людей. Или нет?”

Единорожки тем временем стояли перед третьей картиной и негромко шептались, иногда водя ушками. Наконец, они обратились к Флаттершай, выводя ее из задумчивости.

— Флатти, я не знаю что это, но это просто красиво. И они тут все такие веселые... — Задумчиво протянула Твайлайт, не глядя на Флаттершай. Та поежилась, вспоминая. Да, она запомнила их такими, ведь они так радовались, когда видели ее, они так радовались...

— Тебе какой чай? — вывел пегасочку из задумчивости вопрос Спайка, который держал два чайника в ручках.

-А? Мне мятный. Если тебя не затруднит.

— Конечно. — Весело улыбнулся дракончик и налил Флаттершай чай из чайника в правой руке.

Рарити и Твайлайт, улыбаясь, тоже подошли к столику, присели за него, Спайк с энтузиазмом принялся обслуживать и их. После этого Рарити снова улыбнулась и начала:

— Ну что же сказать тебе, дорогая Флаттершай? Это... определенно впечатляет.

— Спасибо. — Смущенно улыбнулась пегасочка.

— Ага. И мне тоже понравилось. Очень. — кивнул вслед за Рарити Спайк, который уже уселся за столик рядом с Твайлайт. Он заискивающе смотрел на нее, и та, конечно, погладила дракончика, и повернула лицо к Флатти:

— Да, этот стиль, это... я прямо чувствовала эти эмоции. Честно, Флаттершай, ты просто молодец. И еще больше я... ну, все мы гордимся тем что ты, в общем, согласилась показать это нам.

— Оу... спасибо, Твайлайт. Вы такие замечательные подруги, — Шай с удовлетворением теперь смотрела на закат, и ее чуткий носик улавливал аромат цветущей липы, что был таким крепкий, ярким и насыщенным в сумерках.

-Да, а где... ты черпала вдохновение? — неуверенно спросила Рарити, — Такие интересные и забавные существа?

— Я видела их во сне. — спокойно выдала Флатти уже заранее заготовленный ответ на такой логичный вопрос. Рарити продолжила:

— Ах, это так необычно. Мне жутко понравилось, эти существа выглядят такими таинственными, и... даже не знаю, но...

— Интересно, правда? — оживилась Флаттершай, — Мне тоже так... ну... — она засмущалась, когда подруги начали улыбаться до ушей.

— О, да все в порядке, Шай. Очень интересно и просто жутко красиво. — Твайлайт снова взглянула на портреты.

— Ах да. Я до сих пор не могу отойти от эмоций. Тут прямо такая экспрессия, такой накал чувств, я просто ощущаю это... напряжение. — Рарити подняла мордочку к потолку и прикрыла глаза. Флаттершай наоборот потупила взор, вспомнив про свои чувства, когда она писала эти портреты. Рарити отхлебнула чаю, аккуратно откусила кексик, удерживая его в облачке магии, и неуверенно начала:

— Это, Флаттершай, я могу тебя попросить?

Пегасочка резко вскинула голову, пристально посмотрела на Рарити, но затем снова отвела взгляд:

— Эм... нет. Прости, но...

— Флатти, это такая красота, такая прелесть... Ну я очень тебя прошу. Ну хоть одну. — Рарити состроила просительную мордашку.

— И мне одну. — тут же подхватила Твайлайт, но Рарити перебила ее:

— Я что угодно, Шай, что угодно. Я тебе сошью какое захочешь платье, или два..

— Нет, простите, это... — голос Флаттершай стал тихим, но в нем опять появились эти несвойственные ей нотки, — Это... личное. Да. Очень личное. Простите, девочки.

Кобылки немного помолчали, и Твайлайт кивнула:

— Да, хорошо, это... мы понимаем. Не сердись на нас, хорошо?

— Я не сержусь. — Улыбнулась в ответ пегасочка.

Кобылки опять начали улыбаться и тихонько переговариваться, а Спайк убежал на кухню по каким-то делам. Рарити, предварительно переглянувшись с Твай, осторожно сказала:

— Кстати о личном, Шай. Шай?

Флатти легонько вздрогнула. Рарити продолжала:

— Да, так... ну, нам тут на досуге мысль такая пришла, ну... в общем...

— У тебя появился кто-то особенный? — не выдержала Твайлайт, удостоившись косого взгляда от Рарити, но не обратила на него никакого внимания: она во все глаза пялилась на Флаттершай, а фиолетовые уши стояли торчком.

— Я? Что? — Испуганно глядела на подруг желтая пегасочка.

— Твай, не дави. — Тихо сказала Рарити и толкнула лавандовую единорожку вбок.

— Но с чего вы взяли? — Удивленно смотрела Флатти, — Это ведь... Ах, Деши... Деши... — она замолчала и грустно потупила взор.

— Ну ты... давай не будем об этом. — Взяла себя в копыта Твайлайт.

— Да, прости нас, дорогая. Я совсем не подумала, прости. — Рарити опустила ушки.

Флаттершай несколько мгновений молчала, потом осторожно надпила немного чаю, и осторожно сказала:

— Эм... ну, вообще-то...

Ушки подруг, что только что были опущены, теперь стояли торчком, а сами они во все глаза смотрели на Шай. Та робко продолжала:

— Ну, мне нравится один... жеребец. Но я... — Флаттершай осеклась, когда Твайлайт так сильно подалась вперед, что чуть не перекинула столик, и посуда на нем зазвенела.

— Ой! — Одновременно вскрикнули Твайлайт и Флаттершай. Из кухни выскочил нахмуренный Спайк, ожидая увидеть осколки разбитой посуды. Но к счастью, ничего не разбилось, и он вернулся на кухню, предварительно наградив поняш осуждающим взглядом. У Твайлайт щечки покрылись небольшим румянцем, но смущалась она вовсе не оттого, что чуть не перекинула столик. Она нетерпеливо махала хвостиком:

— Прости, Флатти, извините меня. Но что дальше? — Она буквально сверлила взглядом пегасочку, даже после того, как получила еще один, уже более сильный толчек в бок от Рарити.

— Я... эм... — замялась Флатти.

— Мы не давим на тебя, дорогая. — Напомнила Рарити.

— Я... в общем, у него уже есть особенная... ну, пони. — Флаттершай грустно опустила ушки.

— Ох, милая, ну... — Рарити вдруг скривилась, и уже задней ногой хорошенько приложилась к боку Твайлайт, которая как раз собиралась завалить Флаттершай вопросами как злой следователь на допросе. Твай прикусила язык, но весь ее вид говорил о том, как непросто ей это удается.

— Я в порядке. — Тихо сказала Флаттершай.

Твайлайт почесывала ушибленный бочок, а Рарити поправила гриву и негромко, но выразительно сказала:

— Знаешь, Шай, это очень хорошее и замечательное чувство. Даже если... если оно не взаимно, то... ведь ты знаешь, зачем мы любим?

— Что? — Флаттершай дернулась, как будто ее только что ударило током. Это слово... она даже боялась подумать, а теперь оно прозвучало, и так страшно... и так волнующе... у нее даже в горле пересохло.

— Зачем? — еле выдавила из себя пегасочка, и быстро принялась пить чай чтобы промочить горло. Рарити с удовлетворением улыбнулась, заметив эффект от произнесенного ею:

— Мы любим, дорогая, чтобы дарить радость нашим любимым. Чтобы поддерживать их, помогать им, радоваться их успехам и сопереживать их неудачам. Чтобы дарить им наше тепло и ласку, нашу заботу. Даже если они выберут кого-то другого, то... их счастье пусть будет и нашим счастьем. Вот зачем мы любим.

В библиотеке ненадолго повисла приятная тишина, только негромко стучали поняши посудой, да Флаттершай иногда глубоко вздыхала. Лицо Твайлайт описать было сложно: оно менялось, а сама она то и дело смотрела то на Флаттершай, то на Рарити, то на свою чашку.

— Я... эм, ну... — Флаттершай осторожно подняла взгляд на подруг, — Да. Ты права, Рарити. Мне тоже хорошо, если я знаю, что ему хорошо. И я... я буду дарить ему эту радость. Да. — И пегасочка улыбнулась.

Рарити ничего не сказала, и незаметно для Флатти сделала угрожающий жест Твайлайт чтобы та помалкивала.

— Я пойду, наверное. — Смущенно улыбнулась Шай. — Я... мне нужно побыть одной.

Рарити поднялась, подошла к пегасочке и нежно потерлась своей щекой о ее:

— Это будет только между нами. — Тихо сказала она.

— Спасибо. Спасибо тебе, Рарити, и тебе, Твай. Вы очень хорошие. — Флаттершай опять улыбнулась, и выпорхнула в открытое окошко.

— Уже можно. — Донесся до нее голос Рарити, и тут же его сменил голос Твайлайт, которая принялась тараторить без умолку какие-то вопросы, но Флаттершай их уже не разбирала, да и не хотела разбирать. Сейчас она свободно порхала на легких желтых своих крылышках, нежилась в прохладном вечернем воздухе, и мысли ее были легки. На устах ее играла веселая улыбка. Она подарит ему... она будет дарить ему свою доброту.

***

Серега был в препаскудном настроении: с самого утра ему истрепали нервы, а потом еще и начальник позвонил и “попросил” выйти на работу, потому что повыбивало аммиачные компрессора, и нужно было их пускать чтобы не накрылась холодилка. Провозился до самого вечера, потому что, как оказалось, проблемы возникли еще и на высокой стороне, и нужно было лезть не подстанцию. А чтобы туда лезть, пришлось вызывать РЭС, потому что на подстанции пломба... в общем, нервотрепка была до самого вечера. Ну, хоть запустили с горем пополам. А Васильевич, блядь, забухал, потому что Серега, видишь ли, все равно в городе, и на подхвате если что. А то, что отпуск и все такое, ну так и насрать. Начальник клялся и божился супер-пупер премией, но эти деньги сейчас мало интересовали Серегу.

Он насторожился, когда дома не обнаружил завалов барахла на стуле и столе в комнате. И еще пол... ну, не засран как обычно.

Может, сеструха нагрянула? Да нет, она же сейчас в командировке аж в Якутске. Или батя? Но этот не убирает, а засирает еще похлеще самого Сереги. Светка? Может, быть решила подлизаться после после произошедшего? Хотя раньше за ней такого не наблюдалось.

Он добрался на кухню, и не увидел завалов посуды в раковине. Серега хмыкнул, и тихо выругался, вспоминая барабашку в каком-то странном и извращенном сексуальном контексте.

Причину он нашел у себя в спальне. Она тихо сопела, свернувшись калачиком на его кровати, мило прижав ушки и обернув себя розовым хвостиком. Крылышки ее немного подрагивали в такт мерному дыханию, а воздушная грива немного колыхалась от легкого ветерка, что дул из открытого окошка.

Сережа осторожно, чтобы не разбудить Флаттершай, присел на краешек кровати и несколько минут любовался такой милой поняшей. От его дурного настроения не осталось и следа. Оно ушло незаметно о окончательно, как незаметно уходит время порою, и теперь в его груди уже не было тяжелого камня, а вместо него было теперь что-то очень теплое и приятное.

Серега осторожно положил руку на гриву Шай и нежно провел по ней. Она открыла большие глаза и улыбнулась. Потом слегка потянулась, взяла копытцами его руку и прижалась к ней мордочкой. Сергей погладил ее по щеке, по носику, они смотрели друг на друга и улыбались.

— Ты давно ждешь? — спросил человек.

— Хм... нет. — Протянула Флаттершай и с неохотой отпустила теплую руку.

— Ты что, убирала тут весь это срач?

— Я... ну, тут немножко было, и... все равно тебя не было, и нужно было ждать. — она пугливо опустила глаза.

— Оу, ну спасибо, конечно. Мне, в общем, неловко как-то, Флатти. Ты...

— Не стоит. Это пустяки. — Она улыбнулась и проворно соскочила на пол, помогая себе крылышками. — Кстати, ты, наверное, проголодался? Ну конечно. Идем. — И она выбежала в коридор.

Сергей поднял брови и пошел за поняшей. Как оказалось, она приготовила ужин.

— Это... ну, ты меня удивила, Флаттершай. Ты просто чудо. — Выдохнул парень.

— Ой, да пустяки. — Она смущенно улыбнулась. — Садись, сейчас я тебя буду кормить.

После ужина человек и пони переместились в большую комнату на уже знакомые пегасочке кресла, где удобно расположились за чаем.

— Это, Флаттершай... спасибо тебе. Мне так хорошо стало, когда ты... ну, вот это все. Да и вообще. Спасибо.

— Да не за что. Я рада тебе помочь, ведь ты мне помогаешь. — Пегасочка отвернулась и незаметно улыбнулась.

— О, кстати о птичках. За два дня кое-что всплыло, и можно с уверенностью сказать, что информации достаточно.

— Правда? — Навострила ушки Флатти.

— Да. К сожалению, сегодня не было возможности искать, но вчера и позавчера натолкнулся на несколько серьезных сообществ, и они, похоже, вампиры, или как-то с ними связаны. Пока ничего конкретного, но контакты, я уверен, можно найти. — Сергей допил чай и поставил на столик пустую чашку.

— Ох, это замечательно. — Улыбнулась Флаттершай.

— Точно. Ты, кстати, как? Держишься?

— Ну... да, держусь. — Кивнула Шай.

— Какая ты молодец. — Похвалил Сергей, и пегасочка улыбнулась. — Вот так. Да, еще завтра я хочу ехать в деревню на дачу, ту недалеко, сорок километров. Интернет там есть, а с работы не достанут. Васильич пусть из запоя выходит и арбайтен. Так ты туда приходи. Сможешь?

— Я? Ну, если там есть зеркало, то смогу. — сдвинула плечами Флатти.

— Есть, дача большая, хорошая.

— Ну тогда конечно. — Кивнула поняша.

— Вот и славно. Там даже лучше будет: природа, все дела. Дом стоит на отшибе, так что можно тебе будет и по двору гулять. Эх... — Серега замечтался, представляя себе как он будет гулять по лесу с Флаттершай.

— Да, как захочешь. Ну... — Шай нехотя поднялась и прыгнула на пол, — Мне уже пора.

— Флаттершай, я... — Сергей замялся, — Ну, в общем, спасибо тебе за сегодня. Нет, это не пустяки, — остановил он ее жестом, — Ты очень хорошая. Просто знай, что я тебе очень благодарен.

Флаттершай зарделась, и осторожно подошла к человеку. К ее удовольствию он начал ласково к ней прикасаться, к ее носику, к е щечкам, к ушкам, и она замолчала, сосредоточившись на этих ощущениях. Они ее растворяли, словно она была белой пеной на поверхности прозрачного и теплого моря, и...

— Спасибо тебе, Флаттершай. — донеслись до нее слова человека, и она вернулась к реальности.

— Эм... — она снизила голос, — Я... можно я буду приходить чаще? — Она сама испугалась этих слов.

— Что? — Серега удивился. — Ты... ну конечно. Конечно, маленькая Флаттершай. Приходи когда хочешь, я всегда тебе очень рад.

— Ну, — она вдруг освободилась, бирюзовые глаза ее задорно блеснули, — Тогда до встречи. — И она ловко прыгнула в зеркало.

***

Теперь Флаттершай приходила к Сергею каждый вечер. Вот уже четыре дня. Ей становилось чуть хуже от голода, но она держалась молодцом, ведь теперь у нее была причина терпеть. Эту причину звали Сережа, и она с готовностью встречала утро и несущее ей боль и страдание солнце, зная, что вечером они обязательно встретятся.

Пару раз к ней залетала Рейнбоу Деш, чтобы поболтать о том, о сем, и внимательно наблюдала. Она не умела делать это незаметно и непринужденно. Флаттершай понимала, что подруги чутко следят за ней через Рейнбоу, но она ничуть не обижалась и не таилась, ведь у нее было прекрасное настроение, особенно ближе к вечеру, после дневного зноя.

Сил у нее как будто прибавилось, хоть из-за голода все должно было быть совсем иначе. Она легко справлялась со своими каждодневными делами, а ночами перед рассветом успевала справиться с кормами и грядками. А днем она старалась отдыхать. Зато вечерами... вечерами она разговаривала с Сережей, готовила ему что-то вкусненькое, и даже разочек пыталась спеть ему песенку чтобы развеселить его.

А позавчера, когда он сказал ей, что не хочет утруждать ее и сам будет готовить, она... она... Флаттершай боялась вспомнить, но она наругалась на Сережу!

Ох, как же она испугалась тогда! Ее маленькое сердечко чуть не выпрыгнуло из груди, и она с ужасом думала, что человек сейчас рассердится и прогонит ее, и от этой мысли по спинке ее тогда пробежал мороз... Но Сережа был добрым, очень добрым, он простил ее за это непотребство, и только рассмеялся. Ох, ее тогда пронесло не иначе как чудом.

А три дня назад, когда село солнышко, человек попросил ее немножко полетать. И тогда он любовался ею в полете, и ей оттого стало так хорошо, так весело! И эта Светка в деревне не появлялась. И утром у Сережи всегда было что-то вкусненькое на завтрак, ей так нравилось смотреть как он ест. И даже когда он ел мясо, когда она чувствовала, как маленькие холодные ниточки страха натягиваются внутри, страха, что перед ней хищник, но эти ниточки ничуть не пугали, и даже наоборот, это чувство было даже... приятным. Так приятно щекотала ей нервы эта мнимая опасность, ведь она знала, что Сережа никогда не сделает ей плохо, никогда.

Флаттершай улыбнулась и посмотрела в окошко своей комнаты. Солнышко уже клонилось к закату, а она приготовила и уже помыла немного овощей со своих грядок чтобы приготовить их Сергею. Самые свежие, чтобы получилось самое вкусное, ведь он такой забавный. Вчера, например, он привел ее к небольшому сараю на своем дворе.

— Хей-хей-хей! — Заговорщицким голосом говорил он, — Не ходите в мой сарай! — И рассмеялся. Флатти не знала почему, но ей вдруг тоже сделалось смешно и весело, и они заливисто хохотали там, перед сараем.

А в сарае стояли какие-то клетки, а внутри них — провода и катушки. И когда Сережа потянул за рычаг, вокруг катушек заплясали вдруг заплясали молнии! Но Флаттершай не испугалась, ведь она знала, что человек хоть и может быть опасен, но он не сделает плохого ей, и это осознание, эта еле заметная опасность, как тонкий привкус немного острого пикантного блюда манил ее, делал каждое мгновение незабываемым. И верно: эти молнии были надежно заперты внутри клеток, и ни одна не могла выбраться за ее пределы.

Флаттершай нетерпеливо завершала свои дела, укладывала зверят спать. И вот наконец солнышко село, она подхватила свою корзинку с овощами и прыгнула в зеркало.

Сережа, как обычно, сидел перед своей светящейся волшебной книжкой с кнопочками. В этой книжке он искал информацию про вампиров, и уже очень много нашел интересного и полезного, чем регулярно радовал “маленькую Шай” — так он любил ее называть.

— О, маленькая Шай! — обрадовался человек и поднялся со стула.

— Привет! — подскочила к нему пони и с разбегу запрыгнула передними ногами на плечи. Он запустил пальцы ей в гриву и погладил с легким протягиванием, зажимая между пальцев розовые пряди, и Флаттершай тихо запищала от удовольствия. Сережа очень быстро замечал, где и как нужно гладить Флаттершай, чтобы ей было приятно.

— Я... я сейчас, — Перевела дыхание Флатти, выпав из легкого транса, — Сейчас что-то вкусненькое придумаю. Я полдня думала, вот.

— Да ладно. Я сегодня ездил в город, взял пиццы. Тебе только с овощами.

— Ох, ну я бы что-то...

— На утро овощи оставь, — мягко оборвал ее человек, — Сейчас нет времени готовить. Разогреем по бырику пиццу, и пойдем купаться.

— Да? — изумилась Флаттершай.

— Да, на озеро. Сейчас уже темно, а луна будет светить достаточно, вот и пойдем.

— А... а если кто-то увидит? — Неуверенно переступила ножками пони.

— Эх, где наша не пропадала. Да ладно, темно ведь будет, людей вряд ли встретить, не день же. А живности разной в селе хватает, кто там в темноте разглядит. Если что, скажу что ты — моя пони.

— Твоя пони? — Ахнула Флаттершай, и у нее аж дыхание перехватило.

— Ну да. И технически это даже не будет брехней. Ты ведь пони, да? — Сергей улыбнулся.

— А, ну да... — до Флатти дошло, но она все равно улыбнулась человеку.

Флаттершай не знала что такое пицца, но в общем оказалось совсем неплохо. До озера они дошли без приключений, тем более, что это было совсем близко. Сначала они прошли по саду, потом свернули в лесок, и вскоре были на озере.

Это было чудесно. Даже что-то лучше чем чудесно, и Флатершай наверняка бы назвала это так, если бы она знала подходящее для этого слово. Почти полная луна ярко светила, покрывая серебром любую поверхность, до которой прикасалась своими лучами; хвойный лес убаюкивающе шумел в верхушках, а практически круглое лесное озеро было чистым и полностью окруженным высокими деревьями. Даже комаров не было.

Вода была теплой как парное молоко, и над нею струилась лёгкая туманная дымка, которая под лунным светом казалась серебряной паутиной.

Сергей хорошо плавал, заманивая Флаттершай на глубину, и она охотно плыла за ним, полностью ему доверяя. А потом они стояли в неглубокой воде, и человек аккуратно мыл ее теплыми руками и теплой водой, осторожно полоскал ее гриву, и заплетал туда небольшие цветочки, которые росли тут же в воде, и это... эти прикосновения, это все... Флатти хотела, чтобы это никогда не прекращалось, а внутри у нее то тепло, которая она ощущала когда Сережа был рядом, оно превратилось в настоящий жар, и это будило в ней что-то неизведанное, чего она никогда-никогда не чувствовала ранее.

А потом они вышли из воды, и человек устало прилег на спину, раскинув руки и ноги на расстеленном ранее покрывале. А Флаттершай нерешительно замерла на берегу, прислушиваясь к этим новым чувствам. Рядом с ушком что-то затрепыхалось, Флатти перевела туда взгляд, и увидела небольшую бабочку. Она подняла копытце, и бабочка с готовностью села на него, и сложила крылышки. Но потом бабочка вдруг осветилась ярким бирюзовым светом, и эта метаморфоза очень удивила Флаттершай. Но это было слишком красиво чтобы пугаться. Поэтому она улыбнулась, а бабочка, продолжая светить вокруг мягким светом, хлопнула крылышками, и зависла возле мордочки Флаттершай. Это мягкое бирюзовое свечение выхватывало из темноты улыбку пегасочки, ее мокрые волосы, прямым водопадом струящихся вдоль шеи, и дивным образом отражалось с таких же бирюзовых, глубоких глазах маленькой пони.

С удивлением человек наблюдал за этой волшебной картиной, и боялся отвести взгляд. Он наблюдал как бабочка еще некоторое время летала вокруг Флаттершай, но потом полетела куда-то вдаль и ввысь, пока ее маленький огонек не скрылся во тьме. Тогда Флаттершай посмотрела на Сергея и их взгляды встретились.

Флаттершай с удивлением и странным ощущением внутри теперь рассматривала человека, его гладкую мокрую кожу, немного пригоревшую на солнце и оттого сейчас кажущуюся бронзовой, маленькие капельки влаги на этой коже, как как в этих капельках дивным образом преломляется лунный свет...

— Тебе, наверное, сейчас холодно без шерстки? — услышала пегасочка чей-то знакомый голос, очень похожий на ее собственный, но совсем не удивилась этому, только немного испугалась, и сердечко забилось чаще. Человек улыбнулся в ответ и беззаботно махнул рукою.

— Так тебе будет теплее, — опять тихо сказала Флаттершай, и ей снова показалось, что эти слова вместо нее сказал кто-то другой. От мысли о том, как на это может отреагировать Сережа, ее душу сковал мороз, но он не справился и был тут же растоплен тем самым внутренним жаром, поэтому она медленно подошла к человеку, встала прямо над ним и улеглась сверху так, чтобы их лица были напротив друг друга. Она улыбалась, но внутри ее все трепетало от мысли о том, что человек сейчас прогонит ее. Но... он не прогнал! Нет, он обнял ее и погладил! Он не сердится! Ура!

Мороз теперь отступил, и вместо него всю ее сущность заполонил тот самый всепоглощающий жар, и ощущения... Ощущения гладкой кожи под ее грудью и животиком, ощущения теплых и нежных рук на спине, ощущение горячего дыхания человека... Он прикасался к ней так волнующе...

Ее розовый хвостик предательски дергался, выдавая ее намерения, и ее дыхание стало прерывистым... Флаттершай наслаждалась каждым этим мгновением, она прижалась к человеку, она опустила крылышки чтобы сохранить для него тепло по бокам, и смотрела ему в глаза, медленно опуская к нему голову.

А Сергей просто не мог поверить. Нет, это... это невозможно! Но мордочка Шай все приближалась, а взгляд, ее взгляд... был полным... чего? Это просто решительно невозможно, этого не может быть, он просто не верил в такое! Сережа осторожно ухватил ладошкой за носик поняшку когда между их губами оставалось всего несколько сантиметров, и нежно легонько сжал его.

Это привело Флатти в чувство. Она вдруг отпрянула, и отвела взгляд, теперь уже улыбаясь смущенно, а не как несколько мгновениями ранее. Она вдруг поняла, что... что это нельзя, ведь Сережа... у него уже есть особенная, даже если и не пони, но он сделал выбор, это его решение и его судьба, а она... она не имеет права брать то, что ей не принадлежит. Она не смеет становится на пути его счастья, она должна только способствовать этому, а не мешать, ни в коем случае не мешать! Он должен быть счастлив, и это будет пусть и маленьким, но и ее счастьем.

Флаттершай опустила голову на плечо человеку, и тот продолжил гладить ее и ласкать. Пусть хоть так, хоть так. Она жадно ловила и прислушивалась к каждому прикосновению, и каждый раз, когда он прикасался к ее спинке, она мечтала,чтобы он провел рукой дальше, к хвостику, а потом... и еще...

Но что-то было не так. Флаттершай насторожилась. Она подняла голову и и пригляделась. Сережа гладил ее, но сам был почему-то грустным, что-то было не так.

— Что с тобой? — неожиданно для человека спросила Шай.

— Хм? — Поднял на нее взгляд Сергей.

— Что... почему ты грустишь? — поняша обеспокоенно смотрела на него.

— Да... так. Пустяки. — Отмахнулся Сережа.

— Расскажи. — Нагнулась и прошептала ему на ушко Флаттершай.

— Да хрен с ним, забей.

— Расскажи... — Прошептала поняша на другое его ушко и нежно потерлась о его щеку.

— Ох, маленькая. — Сергей почувствовал, как к горлу подступил комок, — Хорошая, как же ты узнала?

— Расскажи... — еле слышно попросила пегасочка, и он больше не мог сопротивляться.

— Да... посрались малость. Со Светкой. Помнишь ее?

— А, Светка. Да, помню. — Тихо сказала Флаттершай.

— Поругались в смысле.

— Я... я не хочу, чтобы у тебя были с ней ссоры и проблемы, ведь ты... ты должен быть счастливым. — Шептала ему на ухо поняша.

— Та да. — Протянул человек.

— Почему? Почему вы поругались? — Она терлась носиком о его ухо, утешая.

— Та на море ж добазарились ехать, а тут эта история. Какое ж теперь море? Тебе нельзя ждать.

Флаттершай подняла голову и посмотрела в глаза Сереже:

— Так это... из-за меня?

— Забей. Перебьется со своим морем. И вообще, я ей котлету денег отвез — пусть едет, тем более с ней и так подружки будут.

— Но...

— Все, Флаттершай. Не помрет без своего моря. А у тебя все срочно.

— Извини. Прости, что так получилось, — Флаттершай попыталась встать, но к ее удовольствию человек ей этого не позволил, несильно прижал к себе:

— Забей, слышишь? Ты даже не представляешь себе как я рад встречам с тобой. Ты — мое маленькое счастье, Флаттершай. И я найду способ помочь тебе. Давай собираться, а то уже холодно.

Они быстро собрались, но Флаттершай, хоть и была еще мокрой, после этих слов холода не ощущала. Напротив, тот самый жар теперь грел ее не хуже большого костра, который ярко полыхает и с треском разбрасывает искры.

— Флаттершай, я не сказал тебе кое-что важное, — Вдруг спохватился Сергей когда они уже выходили из лесочка.

— Да? Что? — Навострила ушки пони.

— Я вышел на контакт с одним тайным обществом, и завтра поеду на встречу, я уже договорился.

— Ух ты, это... обнадеживает. — Неуверенно сказала Флатти, — А это... ну, не опасно для тебя?

— Хех... Вообще-то можно и в ложке воды утонуть, если на то уж пошло. Но я не думаю. Все-таки я тут буду выступать в роли спонсора, дойной коровы, а кормящую руку даже вампиры не кусают. — Сережа рассмеялся.

— Ну, если ты так говоришь... То это замечательно. Спасибо тебе. — Флаттершай улыбнулась.

***

Два дня прошли, сегодня вечером, уже совсем скоро должен был вернуться Сергей со встречи. Флаттершай пришла немного раньше чтобы успеть приготовить ужин к возвращению человека.

Входная дверь хлопнула, и Флаттершай вприпрыжку бросилась в прихожую. Но там стоял не милый Сережа, а высокого роста девушка с длинными белесыми волосами и карими глазами. Их взгляды встретились.

— Вот же ссссука... — Процедила сквозь зубы девушка, — А я, блядь, не верила...

----------
Автор арта — BlueCatinthemaskcrow. Разрешение на иллюстрацию имеется.