Автор рисунка: aJVL
2. Дождь обещает быть 4. Ночь кошмаров.

3. Черный день

In darkness cold embrace

Экспресс уверенно шел вперед, рассекая утренний туман, серым покрывалом укутавший все, что только смог, включая и полотно рельс. Монотонные постукивания колес о швы рельс заставляли Принцессу Луну изредка отправляться в дрем, от чего ей приходилось чем-то себя занять. В очередной раз отогнав сон, Принцесса ночи взглянуло в окно, где расположилось необычайно серое от тумана и туч утро. Вздохнув, аликорн поглядела на своих спутников и от их вида улыбнулась. Все спали. Причем многие в столь забавных положениях зафиксировали свои тела, что это заставляло тихо хихикать темно-синюю принцессу.

Оглядев вагон, Луна решила немного походить. Покинув свое место, Принцесса направилась в соседний сегмент поезда, идя не слишком быстро, чтобы не шуметь. Дверца вагона открылась с легким скрипом, что заставило Луну слегка поморщиться, ведь она не особо хотела кого-то будить. Пробравшись в следующий вагон, Принцесса обнаружила, что это вагон-ресторан. «Так вот куда постоянно стража бегает…» — сделала заключение Принцесса, и тут же ей на глаза попались несколько стражей, распивавшие сидр и травившие какие-то истории. Они не слишком шумели, хотя в пустом помещении и этого хватало. С недоумение поглядев на четырех стражей, которые даже не заметили ее, Луна уже хотела сделать замечание, как дверь позади открылась и в вагон вошел еще один страж, явно не ожидавший увидеть перед собой Принцессу.

 — Принцесса?.. – слегка опешил страж, но тут же вытянулся и его голос принял подобающий тон. – Принцесса! Поезд прибудет в Форестаун через двадцать минут! Прикажите поднимать всех?

Луна думала недолго и кивнула в знак согласия. Она обошла стража и, открыв скрипучую дверь, вернулась в свой вагон, где уселась на свое место, отдав внимание серости пейзажа. Вагон через несколько минут зашевелился, ведь те, кто спали, были разбужены теми, кто этого не делал. В основном суетились Твайлайт и ее подруги, которые собирали свои пожитки, взятые в купе, а вот стражи не особо торопились.

Через двадцать минут поезд остановился на вокзале Форестауна, издав протяжный скрип тормозов. Вокзал был небольшим, с серой каменной платформой, дугообразным навесом зеленого цвета, краска на котором местами облупилась и покрошилась. Здание вокзала было таким же небольшим, как и сам вокзал. Внутри было, на удивление, крайне мало пони, не смотря на то, что о визите очень важных персон знал весь город. Посреди зала вокзала стояла группа пони, видимо, мэр и важные чиновники. Багаж прибывших гостей так же был там, что говорило о предусмотрительности местных властей. Луна и хранительницы Элементов Гармонии в окружении дюжины ночных стражей и трех королевских магов направились к ожидавшим их.

Когда гости подошли к встречавшим, последние отдали поклон особам королевской крови, показав свое уважение. После этого вся группа направилась к выходу, а мэр пристроился рядом с Принцессой Луной.

 — Мы рады, что вы решили посетить наш небольшой городок, Принцесса, — начал с любезностей мэр города, невысокий полноватый жеребец, который уже давно не считался молодым. Он имел светло-желтую шерсть, немного седоватую гриву и хвост, карие глаза и кьютимарку в виде куска пергамента и двух перьев для письма, лежащих крестом. – Для вас уже подготовлен дом в центре, очень красивый дом, уютный. Я лично проконтролировал, чтобы там было все в порядке.

 — Это очень хорошо, господин мэр, — Луна не могла выдавить из себя улыбку. – Но нам нужно узнать все то, что знаете вы. Ведь вас информировали о цели нашего визита.

 — Да-да, Принцесса, — бойкость мэра тут же улетучилась. – Нам известно не очень многое. Все происшествия однообразны. Убийца, по всей видимости, маг, нападает на своих жертв ночью, на улице, при полной тьме, — мэр вздохнул. – И убивает свою жертву неизвестным заклинанием.

Принцесса задумалась. Конечно, она не могла сомневаться в том, что это дело копыт того, чье имя она и подумать не могла, но вдруг это и вправду просто очередной маньяк? В общей сложности, мэр пока не дал внятного представления происходящему.

 — А сколько жертв принес этот убийца? – спросила, на удивление всем, ЭпплДжек.

 — Шестнадцать, мисс, — ответил мэр, чье выражение мордочки ярко описывало его состояние на данный момент. Естественно, если в твоем городе происходят непонятные убийства, как тут не быть в подавленном состоянии. – Последнее было совершено два дня назад и пока, слава Селестии, все успокоилось.

Все замолкли. Нужно так же упомянуть о том, что вот уже как минут семь весь этот эскорт шел по полупустым улицам городка. На встречу редко попадалось больше двух пони сразу, и даже в самом воздухе витала подавленность. Серость утра так же вносила свою лепту в общий настрой. Некоторое время все шли молча, пока слово не перехватил глава здешней гвардии.

 — Мои люди проводят расследование, — начал он. – И им удалось найти несколько следов.

 — Следов? – переспросила Луна. Это ее не просто заинтересовало, но и приободрило. Ведь если это не что-то древнее, а обычное, тогда она зря волнуется.

 — Да, Принцесса, следы. По нашим подсчетам, эти следы – следы пони. Но очень большого пони…

 — Не поняла? – Луна вдруг опешила. Очень большого? Насколько большого? Эти вопросы тут же заполонили голову Принцессы.

 — По нашим подсчетам... – главный гвардеец сделал паузу. – По нашим подсчетам, рост этого пони составляет более трех метров.

Луна была ошарашена. Более трех метров! Это же выше, чем Селестия! Теперь у Луны не оставалось сомнений – они имеют дела с тем, о ком и говорила Тия. А это означает, что поводов для беспокойств не только не меньше, а даже больше. Но тут в разговор влез мэр, который почувствовал накал ситуации и решил ее разрядить.

 — Дорогая Принцесса Луна! Сегодня мы решили в вашу честь устроить небольшую ярмарку, вы не могли бы сегодня вечером быть свободной?

Луна было открыла рот, чтобы отказаться, но тут послышался радостный визг Пинки Пай.

 — Ура! Вечеринка! Я обожаю Вечеринки! – скакала и визжала розовая пони.

После такого у Луны отпало всякое желание отказываться. Да и отдых ей бы не помешал. Хотя мысли и продолжали ее угнетать, тот факт, что к полудню небо почти было лишено туч и над городом наконец появилось солнце, тут же прогревшее воздух, заставил Луну нацепить улыбку и отогнать все мысли о цели визита.

* * *

Утро. Обычно в это время в Вечнодиком лесу тихо. Впрочем, как и сейчас. Лишь изредка слышны посвистывания утренних пташек, которые пробудились после ночи. Кругом стоит легкий туман, который с некоторой нежностью укутывает подножия столетних деревьев в свое мягкое покрывало. Этот самый туман заполняет собой низины и огибает холмы и возвышенности леса. Через пару часов, когда солнечный свет доберется и сюда, жизнь уже будет по-своему кипеть в этом месте, в данный момент которое переполняется тишиной и покоем.

В старой на первый взгляд хижине на краю небольшой поляны тихо спит наш темно-серый друг. Ничто не предвещает его пробуждения. Вдруг что-то падает на пол, издавая негромкий, но ощутимый стук. Но и этого хватило, чтобы единорог подорвался на месте, забился в угол небольшого углубления, где располагается кровать, и приготовился использовать боевое заклинание. Но вместо ожидаемого им врага, наш друг встретился взглядом с Вулфсул, которая глядела на него виноватым взглядом, слегка закусив губу.

 — Прости… — виновато произнесла она своим мягким, приятным, словно журчащий ручеек, голоском. – Я не хотела тебя будить.

 — Ничего, Вулфи, — с облегченным вздохом произнес единорог, расслабляя все напряженные мышцы. Его же голос был спокойным, слегка шипящим, будто змей научился говорить.

Поправив черную гриву, зачесанную назад и выглядевшую как гребень, единорог уселся на кровати, наблюдая за тем, как его подруга хлопочет по дому. За те несколько минут, что зеленые глаза серого скользили по каждому движению единорожки, та успела не только убрать, как оказалось, разбившуюся глиняную тарелку, но и поставить новую, да к тому же вновь убежать на кухню и вернуться к приготовлению завтрака. Потеряв из виду единорожку, серый сполз с кровати и направился в уборную, где умылся и привел себя в порядок.

Вновь вернувшись в комнату, единорог обнаружил в своей тарелке овсянку, украшенную тремя ягодами малины. Помимо овсянки, на столе также расположилась кружка какого-то отвара, скорее всего также из малины, и небольшая миска самой ягоды. Присев на свое место, единорог, прежде чем есть, выцепил взглядом Вулфсул, которая вскоре присоединилась к нему.

 — Ты сама-то поела? – с легкой улыбкой поинтересовался единорог, ложкой, которую он держал телекинезом, ковыряя кашу.

 — Да, немного, — ответила светло-коричневая пони, после чего с улыбкой добавила: — Но я наелась.

Усмехнувшись, серый начал не спеша поедать свой завтра. Вот через окна в хижину проникли первые солнечные лучи, а за окном послышались птичьи трели. Наш герой наконец оторвал взгляд от каши и взглянул на Вулфсул, которая по одной ягоде, но поедала малину из той самой мисочки. Тут он неожиданно заметил что-то темное на шее и, приглядевшись, увидел кулон из черной древесины с изображением волка.

 — Ты все-таки одела его, — с улыбкой произнес единорог, отставляя толком поднадоевшую кашу и принимаясь за отвар, оказавшийся чаем.

 — А? А, да, — единорожка слегка коснулась копытом прямоугольный кулон и опустила взгляд. Можно было подумать, что она застеснялась, если бы на ее губах не возникла легкая улыбка.

Повисла небольшая тишина. Один был удовлетворен ответом и ждал вопросом, который застыл на языке у другой. После очередного раза, когда единорог отхлебнул чай, прозвучал вздох и Вулфсул все же решилась.

 — Я все хотела спросить. Сегодня ночью я опять не спала. И… — она замялась. – Твои кошмары. Они опять начались?

Явно не ожидая такого вопроса, единорог так и застыл, а его челюсть слегка отвисла. Кошмары… Для духа это была самая больная тема. После любовной, конечно. Закрыв рот и попытавшись найти ответы в столе взглядом, серый единорог вздохнул и, прикрыв глаза, начал:

 — Они… Ох, да, Вулфи. Они опять начались. Я не знаю, что делать. Мне кажется, я начинаю терять контроль.

 — Но ведь ты же все это время держался? – по всей видимости, такой ответ единорожку не устроил. – Я же знаю, ты сумеешь. Тебе просто нужно…

 — Вулфсул! Мы оба знаем, что это за состояние. И, если я буду его блокировать, то оно погубит меня. – единорог смотрел на свою подругу полными опустошения глазами.

Повисла тишина. В этой тишине было слышно сердцебиение обоих пони. Живое, быстрое, волнительное и… Спокойное, почти медлительное и холодное. Оба взглянули друг на дружку. Обычно этот момент означал смену темы на более мирную. И этот раз не был исключением.

 — Ты сегодня не ушла в лес. Разве тебе сегодня не нужно? – Спросил единорог, поглядев на свою подругу.

 — Нет. Я решила, что сегодня я побуду с тобой. Но вечером я хотела бы посетить Форестаун. Нужно кое-что купить. – единорожка поглядела за окно, оценивая погоду. – Мне кажется, или тучи разошлись?

 — Возможно. – серый поднялся со своего места и отнес посуду на кухню. – А что ты хотела купить? – донеслось с кухни.

 — Да так. У меня плащ порвался. А нитки закончились. Ткань есть, чтобы залатать. Так что нитки. Может продукты какие куплю. Я все равно ненадолго.

Вулфсул села за свой столик, где она обычно что-либо мастерила. Смахнув челку, которая лезла в глаза, она решила закончить свой медальон, который она начала делать еще на прошлой неделе. Сзади послышалось тяжелое, слегка прохладное дыхание. Единорожка улыбнулась.

 — Никто не умеет так дышать во всей Эквестрии, кроме тебя, — продолжая улыбаться, произнесла светло-коричневая пони и чуть повернула голову. Воспользовавшись этим, единорог легонько поцеловал подругу в подставленную щеку и тоже улыбнулся.

 — Раз ты меня все равно покинешь сегодня, тогда я покину тебя раньше. Давно хотел отправиться на запад. Мне надо кое-что забрать оттуда.

Получив неодобрительный взгляд и вздох со стороны единорожки, серый чуть отшел назад, продолжая улыбаться.

 — Знаю я твое «кое-что». Опять притащишь какую-нибудь зверятину. – высказала свое мнение единорожка, вернувшись к рукоделию. Вновь вздохнув, она снова проговорила. – Ладно, иди. Только вернись живым вечером хотя бы.

 — Не волнуйся. Обычно это ты у нас из лесу исцарапанной приходишь, — с улыбкой прошептал на ухо единорожке серый и, снова чмокнув ее, направился к двери.

Как только дверь тихо закрылась, Вулфсул снова вздохнула. Но было в этом вздохе нечто необычное. Волнение? Грусть?

 — Будь осторожен…

** *

Вечер в Форестауне выдался необычайно теплым, и это после двух дней ливней. К тому же, сама ярмарка, которую хоть и собрали на скорую руку, но выглядевшую очень организованно, придавала, так сказать, тепла этому дню. Часов в пять, когда температура пошла на убыль, начались основные гуляния. Но ярмарка предназначалась не столь для развлечения гостей, сколь для поднятия духа горожан после серии загадочных убийств.

Основное удовольствия от привычной для себя среды получала Пинки Пай, которой и след простыл, как только Луна и хранительницы вышли на площадь, где проходили празднования. После того, как все ступили на ярмарку, то Луна обнаружила, что лишь Твайлайт и Рэрити остались с ней. Рейнбоу и ЭйДжей отправились на силовые аттракционы, Пинки уже скакала где-то возле палаток со сладостями, а тихоня Флаттершай, скорее всего, уже нашла для себя тихое местечко. Почему никуда не делась Рэрити? Ну, потому что она высматривала местное просвещенное общество, где она могла бы блеснуть собой и своим нарядом. Вскоре Луна и Твайлайт остались одни и не знали куда приткнуться. Что касается стражи, то ее Принцесса отправила в кабак, куда они только и рады были сунуться.

Два аликорна так бы и стояли бы, как во поле березы, если бы лавандовая пони не проявила бы смекалку и не повела Луну к палатке с вкусностями. Время от времени, Луна все больше посвящала в курс дела Твайлайт, но уже через пару часов Спаркл попыталась отвлечь сестру своей наставницы от этих мыслей, чтобы та хоть немного, но отдохнула. Поначалу, Луна сопротивлялась, но потом согласилась с тем, что ей нужен отдых.

***

Вулфсул вышла к Форестауну спустя полтора часа после открытия ярмарки. Улицы города были пусты, так как мероприятие вытянуло все граждан на центральную площадь, что позволяло достаточно высокой единорожке без особых затруднений быстро добраться до той самой площади. Одетая в коричневый плащ, пони неспешно дошла до ярмарки и оглядела то, что смогло попасться на глаза. «Скорее всего, то, что мне может быть нужно, находиться ближе к сцене» — подумала про себя Вулфи и, мягко ступая по мостовой, направилась в гущу событий. Конечно, долго оставаться незамеченной ей не удалось, но привыкшая к недоумевающим взглядом Вулфсул лишь пошла быстрее. Вскоре она выбрела к центру ярмарки. И тут ее взгляд пал на палатку, где весели различного рода нитки, различные украшения. Проигнорировав вопрос о помощи, единорожка стала рассматривать ассортимент. Тут неожиданно позади нее раздалось «поберегись». Но не успев ничего даже понять, Вулфсул почувствовала, что ее копыта будто отрываются от земли, и в следующее мгновение она уже лежала в паре метров от того места, где только что стояла. Ее плащ слетел и обнажил внешность своей хозяйки.

Но Вулфи было не до плаща, ведь ее с одной стороны пронзило болью от удара о мостовой, а с другой – от удара чем-то, а точнее кем-то в бок. Наконец открыв намокшие глаза, Вулфсул обнаружила, что ее окружила небольшая толпа зевак, а перед ее самой мордашкой в воздухе весит лазурная пегаска с радужной гривой, которая пытается извиниться, но выходит крайне нелепо. Находясь в своей привычной апатии, единорожка кое-как поднялась, морщась от боли в боках, и принялась искать свой плащ. Отыскав его, она телекинезом подняла его и быстро нацепила. Сейчас ее больше волновала не навязчивая пегаска, которая скорее всего и врезалась в нее, а то, как скорее от сюда убраться. Но убраться Вулфи не удалось, ведь толпа расступилась и показалось два аликорна – темно-синий с развевающейся гривой и лавандовый, куда более молодой. Вот тут-то единорожка и вправду испугалась.

 — Что тут происходит? – недоумевая спросила Луна? Тут же ее взор пал на необычайно высокую пони, которая боком слегка пятилась от нее, опустив голову, скрытую капюшоном.

 — Я летела и случайно врезалась в ту единорожку, — сказала с досадой Дэш и указала на Вулфи копытцем. – А она упала. Я, наверное, слишком быстро летела… — Рейнбоу потерла затылок копытом, понимая, что виновата.

 — А кто эта пони? – Луна сделала шаг к Вулфсул, а та от нее.

Сейчас больше всего единорожке не хотелось, чтобы аликорн уделила ей слишком много внимания. Луна сделала еще шаг. Сердце Вулфи сжалось в страхе. Она давно не видела аликорнов и никогда не общалась с ними. Но многое знала о них. И достаточно, чтобы не просто их бояться. Больше всего на свете единорожка хотела, чтобы сейчас рядом был темно-серый единорог… Вот Луна уже в паре шагов от нее. Вид у нее недоверчивый и серьезный. А толпа молчит. Позади нее стоит Твайлайт и с молчаливым любопытством наблюдает за ситуацией. Луна протянула копыто к краю капюшона, чтобы откинуть его, но единорожка слегка отстранилась назад.

 — Пожалуйста… Оставьте меня… — тихо проговорила Вулфи. Ее сердечко нервно разгоняло кровь по жилкам, а вместе с кровью и страх. Ее начало слегка подтряхивать, что вызвало у Луны не только удивление, но и недоумение. – Прошу… — снова взмолилась пони в плаще.

Удивлены, кстати, были все, а не только Луна. Конечно, не каждый день встречается пони, чей рост превышает рост Луны, да еще которая просит не снимать с нее капюшон. Но чувство вины у Рейнбоу быстро сменилось недоверием. Она подлетела к Вулфсул и резко сдернула капюшон с ее головы.

 — Кто ты? – с нажимом спросила Рейнбоу. Это вызвало сначала удивление толпы, а потом и осуждение отдельных персон.

Саму же Вулфсул затрясло сильнее. Страх просто разрывал ее. И тут случилось то, что случилось. Ноги перестали слушаться и подкосились, от чего единорожка упала на мостовую. А потом она тихо заплакала, вызвав жалость даже у самой Рейнбоу. Луна уже хотела упрекнуть лазурную пегаску за ее выходку, как вдруг услышала, что коричневая пони что-то шепчет. Подойдя ближе, Луна постаралась расслышать шепот единорожки.

 — Бегите… Прошу… Он.. Он идет… — судорожно шептала Вулфсул, изредка шмыгая. Слезы уже успели пропитать собой шерстку на мордашке единорожки, от чего та местами слиплась. – Он уже… Идет…

 — Идет? Но кто? – переспросила Принцесса. Но ответ ей был уже не нужен. Со стороны леса грянул гром, заставивший всего поглядеть на запад, в небо. Там, рассекая темно-синее полотно, неслась на малых для такого явления скоростях зеленая молния. По параболе достигнув города, молния ударила в метре позади Вулфсул. Бах! Все оркужающие попадали, сбитые волной спрессованного

Оклемавшись, Луна обнаружила, что площадь была лишена света, а сама она лежала в пяти метрах от того места, где только что была. А вот рядом с той единорожкой стоял…

 — Не может быть… — зрачки Принцессы расширились сами собой от вида высокой фигуры, стоявшей над плачущей единорожкой.

Подобное чувство охватило и других пони, которые на тот момент пришли в себя. И почти все из них поняли, с кем они имеют дело. Фигура же в свою очередь оскалилась, зашипела. Луну охватил страх. Необычайный, удушливый, заставляющий кровь густеть в жилах и сжимающий сердце страх. Фигура же продолжала стоять и вселять ужас в тех, кто на нее смотрел.

Первой попыталась перебороть страх Дэш. Поднявшись, Она вспорхнула и устремилась к тому, кого все испугались. Но не успела она и что-либо натворить, как тело перестало слушаться и она упала в паре метрах от продолжавшей плакать Вулфсул. Она не успела ничего даже осознать, как все ее тело напряглось, и в следующую секунду Дэш лишилась сознания. Все просто были ошарашены подобным развитием событий. Но ровно через мгновение все кончилось, так как темная фигура подхватила на спину Вулфсул и исчезла в искровом разряде, который обдал всех теплом и озоном.

Как только вспышка погасла, поднявшиеся на ноги хранительницы Элементов подскочили к без движений лежащей Дэши, которая даже дышать стала менее заметно. Их окружила и толпа зевак, которые нашли в себе силы подойти и поглядеть, что же все-таки произошло.

 — Дэши… — тихо проговорила Твайлайт, склонившись над лазурной пегаской и коснувшись ее копытом.

Луна смотрела на это, стоя в пяти метрах от хранительниц. Что она могла сделать? Да, она знала это заклинание. И знала, как от него избавиться. Но сейчас она была не готова.

 — Это самый черный день… — тихо проговорила она, прикрыв глаза. – Самый черный день…