Непонятое

Во время путешествия со своей наставницей в небольшой южной деревеньке Кейденс сталкивается с чем-то, что не до конца понимает.

Принцесса Селестия Принцесса Миаморе Каденца

Bubbles/Пузырьки [Альтернативная концовка]

Некое дополнение к фанфику "Пузырьки" by bowtar. Не всех устраивала оригинальная концовка. (Не буду споилерить)

Дерпи Хувз ОС - пони

Испорченные грёзы

После особенно заурядного собрания при ночном дворе Луна пытается спастись от тоскливой скуки и решает скоротать время во сне сестры. Увиденное в грёзах извратит последние крепкие узы, что у неё остались, и вывернет наизнанку все её представления о них с Селестией.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Сердце лабиринта

Минотавры... о них неизвестно почти ничего. Ван, молодой аликорн, призвание которого охота на зло, отправляется к ним в столицу, что бы навсегда, покончить с работорговлей, практикуемой некоторыми из их Домов. Но он и понятия не имеет, что вскоре судьба его столкнет с куда более опасным врагом. К аликорну присоединяется и высшая чейнджлинг Пэс. Столь странную парочку связывают крайне запутанные отношения, да и цели у них разные. Он хочет закрыть канал работорговли, она же мечтает о престоле королевы Улья. Но, тем не менее, они копыто к копыту идут по мостовой Сердца Лабиринта…

ОС - пони

Ксенофилия: Изменение обстоятельств

Беллерофон находился на грани смерти, на окраине Вечносвободного леса. Но вместо Флаттершай, Леро находит Гренни Смит Эппл, прогуливающаяся вдоль границ фермы Сладкое Яблоко. Что это изменит для него, а что для всех остальных?

Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Зекора Грэнни Смит Человеки

Раскол

Селестия - более могущественный аликорн, нежели Луна. Поэтому и её безумие оборачивается более серьёзными проблемами, нежели пришествие Найтмер Мун. Эквестрия раскалывается на два независимых государства, а Луне требуется найти способ, чтобы вернуть прежнюю Тию. Но всё намного сложнее, чем она предполагала.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Афганистан экспресс: возвращение дьявола

Продолжение рассказа "Афганистан Экспресс" повествующее о секретной операции ЦРУ, в ходе которой люди устраивают повторное вторжение в Эквестрию

Твайлайт Спаркл Человеки

Любовь и Искры

Однажды принцесса Каденс едва не была раздавлена роялем, но её спасает молодой жеребчик - курсант Королевской Гвардейской Академии Шайнинг Армор. Между ними промелькнула искра. В свой черёд приходит время знакомиться с его семьёй. Если бы Каденс знала, чем это закончится...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор Мундансер Сансет Шиммер

Горячий дождь

Детектив в альтернативной Эквестрии. Твайлайт не аликорн. Пока что.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Чувства Разума из Стали

Благодаря изобретению сверхэффективных паровых ядер в конце XIX века, мир стал активно развивать лишь паровые технологии. А три страшные войны, прошедшие в XX веке лишь упрочили место и важность угля как единственного и самого лучшего источника энергии. Однако, по словам современников, лишь с появлением саморазвивающегося искусственного интеллекта пришёл золотой век. Но больше всего людям понравились паровые игрушки – робопони, из небезызвестного мультсериала, что буквально сошли с экранов паровизоров. Конечно, создавались не только пони, но именно они полюбились людьми больше всего. Вещи богатых, они быстро заполнили города. У простолюдинов же почти ничего не изменилось. Людей почти не интересовала нефть, газ, и прочие источники энергии. Ценился только уголь. Но так не могло продолжаться вечно. Добывать его стало труднее, запасы его истощались. Великий гений, что предотвратил свою смерть, нашёл иной источник энергии. Сама Земля. Почва, воздух, вода – всё это хранит неизмеримое количество энергии. И её можно добывать. Жизнь людей стала бы проще, лучше. Но невозможно было тут же отринуть старый мир, недоверие и страх потерять то немногое, что они имеют, не даёт прогрессу изменить привычный порядок дел. Общество оказалось расколото, люди озлобились друг на друга и не спешили исправляться. Однако никто и подозревать не мог, что промедление смерти подобно.

Свити Белл Другие пони ОС - пони Октавия Человеки

Автор рисунка: BonesWolbach
Интерлюдия: Воспоминания. Глава 7.

Глава 6.

Фаиронир сам не заметил, как заснул – сказывались усталость и пара почти бессонных ночей, во время которых он был вынужден следить за своей «проводницей». Да и в драке его немного потрепали.

Спать без привычного одеяния колдуна и маски, к которой он привык, как ко второму лицу, было непривычно. Проснулся глашатай в сумерках, когда солнце, практически заслоненное плотными облаками, почти скрылось за горизонтом.

Правда, из рабских загонов (или как их тут называют) этого видно не было. Зато воняло тут ничем не хуже, чем от лагерей орков. Тот же запах потных, давно не мытых тел, помоев, испражнений и прочей гадости.

Пора действовать. Под утро его собирались вместе с остальными его «сотоварищами по несчастью» везти куда-то на продажу. По крайней мере, так сказали стражи, что время от времени проходили мимо клеток, изредка покрикивая на рабов, если те слишком сильно начинали шуметь. Ничего, скоро тут начнется настоящая суматоха… Если, конечно, кольцо у Фаиронира на роге не блокирует еще и нетрадиционные для этого мира виды магии.

Легкое прикосновение чьего-то копыта вывело жеребца из раздумий. Резко развернувшись, он увидел грязно-серую кобылку. Какого цвета она была на самом деле – разобрать невозможно, да и колдуну это было не интересно. Чего ей надо? Это уже более интересный вопрос. Да и какой-никакой, а собеседник, который мог поделиться важной информацией. Судя по внешнему виду, она тут сидит уже давно.

— Чего тебе? – Привычным холодным тоном поинтересовался Фаиронир.

— Н-ничего, я просто хотела тебя спросить… — пролепетала в ответ кобыла, прижав к бокам кривые отростки. Ба, да это же пегас! Крылья ей явно подрезали – должно быть, чтобы не сбежала. – Это они тебя так? Ну, мордочку…

— А-а, вот оно что. Любопытство замучило настолько сильно, что пересилило страх и отвращение? – Поинтересовался Фаиронир, повернувшись к ней в пол-оборота. Если она нападет, он успеет сломать ей шею за пару секунд. Хотя зачем рабу нападать на раба? – Или посочувствовать решила? Если да, то оставь его себе. Нет, это не они. Ошибка прошлого.

— Что за ошибка? – В глазах пегаски промелькнул интерес. Что, рабыня? Захотелось драматичной истории, дабы скрасить очередную долгую ночь?

— А тебе не все ли равно? – Ответил глашатай. И тут же перевел тему разговора на другую, более важную для него тему. – Эх, снять бы это кольцо с рога…

Пегаска в ответ покачала головой:

— Его может снять лишь тот, кто его надел. Или кого оно распознает, как хозяина. Возможно любого из чейнджлингов.

— Вот как? Отлично, просто отлично! Думаю, вон тот стражник мне с радостью поможет. – Фаиронир кивком указал на медленно приближающегося к ним чейнджлинга, недавно заступившего в караул.

Рабов в клетках сторожил всего один стражник, ибо, похоже, Кризалис свято верила в то, что одного будет достаточно, чтобы пресечь любые попытки побега. Тем более, что загоны рабов находились практически в самом сердце Улья, у основания башни, на самом верху которой располагался ее тронный зал.

Кобыла при этих словах отступила от него на пару шагов назад.

— Ты что, действительно надеешься отсюда сбежать? – Оправившись от первоначального шока выпалила она. – Это же безумие! Даже если ты каким-то чудом выберешься из клетки, стража не даст тебе и десяти метров пройти!

Фаиронир на это вместо ответа просто рассмеялся. Безумие? Нет, это Ангмар! К тому же, зачем ему пытаться выбраться из цитадели, набитой неумелыми, но очень многочисленными чейнджлингами, если ему нужна их Королева, Кризалис? А в качестве отвлекающего маневра можно будет выпустить рабов и подарить им призрачную надежду сбежать. Конечно, найдутся те, в ком уже давно сломали стержень свободолюбия, но таких мало, глашатай это ясно видел, насколько позволяла клетка. Отчаяние – да, но безразличие ко всему вокруг – нет. Дай им надежду, и они пойдут вперед.

Стражник тем временем подошел к их клетке и ударил по прутьям своей короткой железной дубинкой.

— Разговорчики! – С издевкой протянул он. – Что, рабы, забыли свое место? Так я вам напомню. Особенно тебе, мордатый! – Последняя фраза явно относилась к колдуну. Впрочем, угроза на него не подействовала. И даже наоборот, он принялся выводить стражника из себя.

— О, правда? А ведь твоя рожа мне знакома. – Яд в речах Фаиронира был буквально осязаем. Да, чейнджлинги были практически все на одно лицо. Но этого колдун запомнил – он был одним из тех, кто скрутил ангмарцу копыта за спиной. Несмотря на предостерегающий пшик бескрылой пегаски, глашатай продолжил:

— Ну давай, червь. Покажи мне, чего стоишь лично ты, отдельно от лишних двадцати своих сородичей.

Короткий взмах дубинкой…

Удар!

Атака прошла впустую. Чейнджлинг не поверил своим фасеткам. Только что, в нескольких сантиметрах от него, стоял лишенный мордочки единорог, которого ему так хотелось хорошенько побить… За убитых друзей, за издевательские слова, да и просто в воспитательных целях…

И металлическая дубинка, слабо вибрируя, бьет по пустому полу.

— А ты смелый, червь. – Как ни в чем не бывало, продолжил раб по ту сторону клетки. Чейнджлинг вперил в него свои фасеточные глаза. Тот ответил тем же. – Но если бы мне не мешала клетка, ты был бы уже мертв. Впрочем, есть и другой способ…

Внезапно единорог начал бормотать непонятные слова. Они звучали монотонно, и в то же время зловеще. Стражник прислушался, но уловил лишь конец фразы:

— бурзум сроку глоб, гаакх!

Бредит, наверное, подумалось ему. Впрочем, все равно рабу не избежать наказания за оскорбление стражника. Чейнджлинг вновь занес дубинку…

Голову его пронзила страшнейшая боль. Она давила, жгла, выбивала, утягивала его сознание прочь. Он хотел закричать, но из его горла вырвался лишь хрип. И где-то на самом краю сознания билась мысль: «Нет! Не может быть! Кольцо обязано полностью блокировать магию!»

«Подчинись мне!» — Раздалось внутри него. – «Подчинись, отдай свое тело в мою власть! И боль прекратится. Если же откажешься, то я заберу твою жизнь!»

Боль вновь повторилась, причем в два раза более сильная, нежели до этого. Чейнджлинг повалился на землю, держась за голову, в бессильной попытке прекратить свои мучения.

— Я согласен… — С трудом выдавил он из себя вслух, в надежде прекратить эту пытку. И она прекратилась.

«Открой клетку, раб!»

«Но я… нет, Королева же…»

Последовавшая после этого боль явственно показала ему, чего будет стоить неподчинение.

— Ты… Сделал это… Как? — прошептала бескрылая пегаска, наблюдая за тем, как стражник, минутой ранее полыхавшей ненавистью и желанием поскорее убить ее странного собеседника, таки открыл их тюрьму. Всего-то после нескольких неразборчивых слов, от которых мурашки бежали по шкурке.

Единорог не ответил. Зато стражник, время от времени дергаясь, будто от боли, подошел к нему и, к вящему удивлению кобылки, снял сперва оковы, а затем и антимагическое кольцо с рога.

— Да… — Протянул жеребец, кивнув чейнджлингу, который с кислой миной на морде принялся освобождать всех пленников внутри их клетки, начав при этом с пегаски. – Я вновь ощущаю в себе силу!

Телекинезом подняв металлическую дубинку, Фаиронир ухмыльнулся. Учитывая то, что на его лице практически отсутствовала кожа, ухмылка вышла довольно жутковатой. Послав своему рабу очередную задачу – открыть все клетки и освободить всех рабов, глашатай повернулся к пегаске и поинтересовался:

— Ты хочешь обрести свободу?

— Ты… Ты всерьез думаешь, что у нас получится? – С ноткой сомнения ответила та. Глядя на то, с какой легкостью единорог преодолел первую и одну из самых главных сложностей, кобылка приободрилась. Но все же еще не до конца. – Это же…

— Безумие? Нет, девочка, ты еще не видела, что такое истинное безумие. Поверь, твои попытки бежать и рядом не стояли с этим. Поэтому я спрашиваю у тебя лишь одно: готова ли ты повести за собой всех этих бывших рабов к свободе? – С каждым словом голос Фаиронира становился все более громким, и вскоре его слова эхом звучали у каждого в ушах, внушая уверенность в своих силах. – Многие из вас погибнут, но лучше умереть свободным, нежели в цепях! Идите вперед! Пусть страх оставит вас! Освободите своих братьев и сестер по несчастью! Бейтесь, как один! Пусть каждый из вас сам станет маленьким войском! Ваша цель – свобода! И эта пони поведет вас к ней! – Закончил свою маленькую, на скорое копыто придуманную речь глашатай, указав под конец ту, на кого ляжет нелегкая судьба предводителя восстания.

Впрочем, рабы (из числа не сломавшихся) повелись на все это вполне хорошо – забарабанили копытами, закричали что-то неразборчивое… И высыпали наружу, окружив клетку, внутри которой стояли Фаиронир и новая предводительница, явно не ожидавшая такого.

Склонившись к ее уху, глашатай прошептал:

— Я поддержу вас, чем смогу. Но мой путь ведет меня к королеве чейнджлингов.

— Ты не пойдешь с нами?! Так какого…

— Я не лидер. К тому же, к Кризалис у меня отдельный разговор… Но не переживай. Я даю слово ангмарца, что не брошу тебя на произвол судьбы. А мои… навыки позволят мне «переманить» на нашу сторону некоторых чейнджлингов.

— Постой, ты точно уверен, что хочешь вместо побега пытаться пробиться к королеве? Такого раба они жалеть не будут, если поймают.

Фаиронир скривился:

— Больше не называй меня так. К тому же, поймать Тарибара не так-то просто! Особенно сейчас, когда остальная магия ко мне вернулась. Однако времени мало! Веди всех к выходу, наш новый… союзник откроет вам дорогу. У меня же другой путь.

Пегаска кивнула и прошептала:

— Спасибо…

Фаиронир лишь отмахнулся. Он все это устраивал вовсе не из благородства и сострадания, а только для отвлечения большей части стражи цитадели.

«Раб! Открой ворота рабских загонов. Затем отведи меня туда, куда вы убрали мое снаряжение»


Капитану стражи Таилагу впервые за долгие годы пришлось, что называется, хорошенько поднапрячь круп. Тихая и размеренная жизнь внутри Улья чейнджлингов, доходная, и одновременно простая работа – все это в один миг покатилось в Тартар. Рабы взбунтовались.

Нет, они конечно и раньше не были особо покладистыми, но чтобы в таком количестве умудрится выбраться из клеток и дружно прорваться к воротам… Такое на его памяти было впервые.

И будто бы мало было простых земных пони и пегасов, их поддерживали единороги, с которых какой-то умник из стражи чейнджлингов снял блокирующие магию кольца.

«Поймаю предателя – убью!» — подумал Таилаг, с трудом уворачиваясь от летящего в него магического заряда.

Стражи, применив стандартную тактику запутывания, приняли облик врага и смешались с бунтующими, сражаясь с ними в копытопашную. Прекрасно чувствуя друг друга, чейнджлинги действовали слаженно и четко. Чего нельзя было сказать о рабах. Это была просто толпа. Ими как-то пыталась командовать грязно-серая пегаска, которую до этого уже столько раз ловили на попытках побега, что под конец лишили ее крыльев, но у нее явно ничего не выходило.

Бунтующие рабы кусались, лягались, использовали все, что попадется под копыто и атаковали магией – но чаще попадали по своим товарищам в этой неразберихе. Немногочисленная стража в этом районе продержалась достаточно долго для того, чтобы подошли свежие силы, поднятые по тревоге. Вскоре все было кончено. Рабов загнали (а тех, кто не мог встать – забросили) обратно в клетки, а организатора этого побега повели на допрос.


— Что, дорогая, допрыгалась? – Ласково поинтересовался капитан стражи Таилаг у прикованной к полу недо-пегаски. Та ответила злобным взглядом, но промолчала. Ей хорошо досталось в потасовке – она дралась как загнанный зверь (что не сильно отклонялось от истины) и ее с трудом скрутили втроем. – Тебе не надоело пытаться сбежать? Разве предыдущие уроки тебя ничему не научили? Ты же знаешь, Трилли, мы умеем делать больно, очень больно, не убивая при этом жертву. И поверь, крылья – это далеко не все, что можно отрезать. Однако, ты можешь избежать этого наказания, если скажешь, кто был предателем и выпустил тебя и остальных рабов.

— П… Шл… — попыталась ответить пегаска, но вместо этого выдавила лишь что-то невнятное.

— Ну, ну, продолжай, я слушаю… — Чейнджлинг с капитанскими нашивками на наплечниках подошел поближе и наклонил голову к ее рту.

— Пошел ты… К Дискорду… Тварь. Я… не опущусь… до вашего…. уровня. – Наконец сказала Трилли. Она знала, что за эти слова ей придется ответить, но оно того явно будет стоить, если истинный организатор восстания все же пробьется к Королеве Улья.

Пегаска не ошиблась. Таилаг тут же нанес ей несколько прямых ударов в грудь.

– Паршивый раб! Ничего, я научу тебя вежливости! – Видя, что глаза допрашиваемой начинают закрываться, капитан стражи кивнул стоящему рядом солдату, и тот окатил бескрылую ледяной водой, заставив ту вернутся в этот жестокий мир. – Говори, кто вас выпустил, или я выжгу имя Королевы у тебя на кьютимарке раскаленным железом!

— Капитан! – Прервал его запыхавшийся сержант Трит, появившийся в дверях позади.

— Ну что еще? – Недовольно спросил Таилаг, отворачиваясь от лежащей на полу бескрылой пегаски.

— Королеве угрожает опасность! Пятеро предателей и один из бежавших рабов проникли во дворец и прорвались к тронному залу!

Капитан стражи грязно выругался.

— Тогда чего ты встал, солдат? Живо туда! Предателей и чужака не жалеть, но оставьте одного — двоих для допроса. Остальных убейте. За покушение на нашу Повелительницу существует только одна кара – смерть!


Вся королевская гвардия Кризалис из числа тех, кто охранял ее сегодня, были мертвы. Предатели преступили черту – подняли копыто на сородичей. Таилаг почувствовал, как в нем закипает ярость. Дайте ему только добраться до этих выродков… Его бойцы эти чувства вполне разделяли.

Вскоре они были уже рядом с тронным залом. К нему вел узкий коридор, где могли одновременно поместиться не более пяти воинов. В конце же… у дверей в покои Королевы стояли спиной к ним те, кого они преследовали. Предатели окружили одетого в красное одеяние единорога и внимательно смотрели на него. Чужаком оказался тот самый «посланник» неведомого Ангмара, о котором ему доложил сержант Трит день назад. И которого они с таким трудом заковали в кандалы. Фаиронир, увидев чейнджлингов, кивнул стоящим перед ним предателям, после чего развернулся и вошел в Святая Святых всей цитадели. Перебежчики же развернулись и встали плечом к плечу, напрочь закрывая проход в покои Королевы Кризалис.

Таилаг поначалу не поверил своим фасеткам, когда увидел тех, кто пошел на поводу у беглого раба. Тут было трое воинов из королевской гвардии, один стражник из его ребят – Арлит, кажется, и хранитель оружейной, весь обвешанный лучшей броней и оружием. Фасетки всех чейнджлингов – предателей вместо привычного черного цвета пылали алым огнем. «Значит, они служат ему не по своей воле»

— Бойцы, в бой! – Крикнул капитан стражи и бросился в атаку. Чейнджлинги вмиг налетели на бывших сородичей, стремясь снести их со своего пути и освободить проход в тронный зал. Однако все оказалось не так просто. Предатели совершенно не чувствовали боли, и бились как одержимые. И еще от них шел странный, неестественный холод.

Таилаг, как и полагается капитану, сражался в первых рядах. Увернувшись от меча красноглазого королевского гвардейца, он изловчился и сбил своим клинком шлем с предателя, заодно опрокинув его на пол. Увиденное ненадолго повергло его в шок. У гвардейца (а точнее, бывшего гвардейца) отсутствовала половина черепа.

Нежить! Это была нежить! Тот единорог действительно оказался некромантом! Но разве эта нечестивая магия не канула в небытие давным-давно? Оказывается, нет. Наглядное опровержение сейчас лежало у его копыт.

— Разбит и сломлен… Растерзан и убит… — Внезапно заговорил мертвец, медленно поднимаясь с пола. Казалось бы, говорить трупу было нечем — без челюсти это как бы... малость проблематично. Но это ему нисколько не мешало. Таилаг поспешил прижать его назад, но трупу было плевать на попытки капитана стражи помешать ему. Воля его хозяина требовала, чтобы любой нарушитель был наказан. – Таков мой удел… Таким же будет и твой!

С невероятной силой мертвый гвардеец отбросил от себя капитана в гущу его подчиненных. Поднявшись, мертвец занес свой меч над Таилагом – добивать. Однако живые чейнджлинги не дали ему этого сделать. Спустя мгновение в труп вонзилось около четырех пик, прибив его к двери. И пусть тот не упокоился, время было выиграно.

— Остановитесь, дети мои! Прекратить бой! – Раздался громовой голос Королевы Кризалис. – Союзникам не пристало сражаться друг с другом.