Первый стояк принцессы Твайлайт

Твайлайт Спаркл, новая принцесса, вкупе к парочке новых крыльев, получает кучу обязанностей. Селестия и Луна пытаются показать ей, что всё вовсе не плохо и кроме вечных обязанностей, в жизни бессмертной б-гини есть и большое количество плюсов.

Два рассказа для пони-экспромта "RPWP"

1 рассказ - "Будни кантерлотских привратников": Самый обычный день службы двух кантерлотских привратников. (просто юмористическая зарисовка, клопоты нет) 2 рассказ - "Свержение Зимних Принцесс": Парочка приключенцев находят таинственный свиток истории свержения принцесс снежного королевства (осторожно - клопота!)

ОС - пони Стража Дворца

Долгосрочная комбинация

Этого момента она ждала годы. Новая правительница Эквестрии навещает свою самую ценную пленницу, чтобы в подробностях описать масштабы её поражения. Этому моменту предшествовали многие годы обмана, махинаций и предательств, и теперь она намерена насладиться каждой эмоцией, что отразится на лице принцессы дружбы. А когда аликорн в полной мере осознает, как хитроумно её обыграли, тогда останется всего одно незавершённое дело…

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Пустая победа

День выдался не очень... Орда чудовищ собирается где-то у гор Апалуза, а в Понивилль заявляется подозрительно дружелюбная странница, которая просто притягивает необычные события...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Луна ОС - пони

Почему улыбается Пинки Пай

Всем известна Пинки Пай и её любовь к улыбкам. Но почему она так стремится улыбаться? Почему улыбка является для неё самой ценной вещью? Для тех, кто по-настоящему ценит улыбку, должно было иметь место какое-то событие, катализатор, который бы заставлял их ценить счастье превыше всего. Для Пинки таким событием был Саншайн...

Пинки Пай Другие пони ОС - пони

Ночная Стража.

После тысячелетнего отсутствия все не всегда идет так, как вы себе это представляли - вот и Принцесса Луна, вернувшись в Кентерлот застает свою Ночную Стражу в весьма бедственном положении...

Принцесса Луна

Приморский город

Думал долго — аж со вчерашнего вечера: выкладывать или нет. Эту незавершенную и эклектично-клочковатую историю написали, играя в ролёвку, два парня что когда-то были друг другу симпатичны. Документ с год пролежал на гугл-доках, пока второй, который его создал, не решил его удалить. Первый же, коим являюсь я — предусмотрительно сохранил его у себя на компьютере. Есть сюсюканья, встречается частое повторение названия вида поней в одном предложении. Но есть и пара интересных моментов, поэтому — выкладываю сюда, как единственный нынче обладатель. В рассказе он и она — так что не кривитесь заранее :3 Public domain. P.S. от 18.05.2021: «Не завершен» и уже никогда не будет завершен. Репкин Егор умер сегодня, в 05.00 по МСК. Спи спокойно, мой маленький пони, теперь ты в Эквестрии и навсегда останешься в моём сердце, лапа. Лунных сов.

Умалишённый

В монархической альтернативной Эквестрии положение рабочих земнопони всегда было несколько затруднено. Они являлись в каком-то роде эксплуатируемым классом. Естественно, такой порядок вещей нравился далеко не всем...

Фэнси Пэнтс

Демократия - это магия

Твайлайт Спаркл узнаёт, что получила титул принцессы по ошибке, и теперь его предстоит заработать.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора Трикси, Великая и Могучая Грэнни Смит DJ PON-3 Дискорд Кризалис Король Сомбра

Класс Черили

Уиллоу - фестрал. Пегас с крыльями летучей мыши, которых редко видят за пределами королевской гвардии принцессы Луны, да и в Эквестрии их не особо жалуют. Его родители переехали из Кантерлота, чтобы попытаться начать новую жизнь... но сможет ли молодой бэтпони вписаться в крошечное, изолированное сообщество, известное как Понивилль?

Эплблум Скуталу Свити Белл Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: MurDareik
Глава 5: С высоты птичьего полёта Глава 7: Новая жизнь

Глава 6: Как её ни назови

Хок Тейл со вздохом откинулся на спинку стула, позволяя теплу только что съеденного им завтрака распространиться по всему телу. Похлопав копытом по животу, он довольно улыбнулся и зевнул. Было раннее утро, и капельки росы цеплялись за оконные стёкла напротив кухонного стола. Солнечный свет, проходя сквозь них, рассеивал золотые лучи, которые танцевали на лице Хока и отражались от чипсов, окрашивая тарелку в яичный цвет.

Отец Хока сидел напротив его и расправлялся со своим завтраком, лениво орудуя вилкой на сгибе одного копыта и перелистывая газету другим. Ред Тейл ел, как всегда, медленно и методично. Когда Хок Тейл встал из-за стола и отнёс свою тарелку к раковине, его отец съел только половину завтрака.

На кухне Лана, погрузив копыта в заполненную мыльной водой раковину, мыла тарелки. Она всё утро летала с молодыми ястребами, и её лоб всё еще был покрыт потом. Несколько красных царапин покрывали её лицо и передние копыта. Несмотря на это, она во время работы пела популярные в Мамисе песни, наполняя дом чистым, мелодичным голосом.

Fine knacks for fillies, cheap, choice, brave and new,

Good pennyworths but money cannot move,

I keep a fair but for the fair to view,

A beggar may be liberal of love.

Though all my wares be trash, the heart is true.

— Удивительно, что с таким вокалом ты до сих пор не сбежала и не стала певицей, — похвалил её Хок, поставив тарелку на край раковины. — Тебя бы ждал успех в Мамисе.

Лана крылом плеснула воду в лицо Хок Тейла, пытаясь скрыть румянец на щёчках.

— Не-а. Мне больше нравится работать в смышлёной компании, например в соколиной, а не петь песни для жирных дворян Мамиса.

Взяв тряпку, Хок усмехнулся и начал помогать Лане с сушкой столового серебра.

— Таких, как Лорд Хатбёрн, который проезжал через город пару месяцев назад?

Лана вздрогнула при этом воспоминании.

— Такой жирный… — пробормотала она себе под нос. — и что эти дворянки находят в таких жеребцах?

— Деньги, вот что. — прокомментировал Ред Тейл из-за стола. — Не важно кто ты, что ты сделал или какие проблемы у тебя с кишечником, пока у тебя есть монета на новый золотой ночной горшок всякий раз, как приспичит.

Хок Тейл закатил глаза, но не стал отрицать правды в словах отца.

— В любом случае, спасибо за завтрак, сестрёнка. Было вкусно, как всегда.

— Кто-то же должен готовить для вас, ребята, хотя я не понимаю, почему бы отцу этим не заняться. — с вызовом сказала Лана.

— Ты же помнишь, я готовил для вас лет пять тому назад, — ответил Ред. — Я перестал это делать, как только понял, что вы не сожжёте весь дом без моего контроля.

— То есть когда я стала достаточно взрослой, чтобы готовить за тебя. — проворчала Лана. Хок засмеялся, Лана нахмурилась и ткнула в него копытом. — Эй! Если бы ты был кобылой, ты бы тоже этим занимался!

— Одна из причин, почему я рад, что это не так. — ответил Хок Тейл. Его беззаботный смех перешел в тихий болезненный стон, когда Лана наступила копытом на его заднюю ногу. Шипя, ему удалось подавить крик и, хромая, он оставил Лану ухмыляться ему вслед.

Ред Тейл вздохнул.

— Дети… — предупредил он, используя свой отцовский голос для полного и немедленного эффекта.

— Прости. — ответили они в унисон. Хок и Лана быстро переглянулись прежде, чем заняться своими делами.

— Пойду, проведаю нашу гостью. — сказал Хок своему отцу. Тот кивнул. — Узнаю, не голодна ли она.

— Спроси, умеет ли она готовить. — крикнула Лана. — Если да, то я смогу больше времени проводить с птицами и меньше за кормлением ваших морд.

— Будет сделано. — соврал Хок Тейл и свернул за угол. Он уже знал, каков будет ответ. Добравшись до двери в спальню, Хок заметил, что та приоткрыта. Тихо постучав, он вошел внутрь.

— Здравствуйте, мисс! — сказал он и подошел к кровати. Кобыла повернулась и кивнула, резко оборвав мелодию, которую напевала. Хок опустил брови, пытаясь распознать незнакомый мотив, но, в конце концов, сдался. — Эта мелодия, которую ты напевала… что это?

Кобыла пожала плечами.

— Понятия не имею. Я напевала первое, что пришло мне в голову, в надежде, что что-нибудь вернётся.

Хок Тейл замер на мгновение.

— И как?

Она покачала головой.

— Ничего. Но кажется таким знакомым. — Глядя вдаль, она тихо прошептала. — Я так мечтала встретить…

Оставив кобылу наедине со своими мыслями, Хок исследовал её тарелки с завтраком… или точнее тарелки без завтрака. Посмотрев на них, он удивился, не увидев ничего, кроме белого фарфора.

— Э-э,- начал он. — Лана что, принесла тебе пустые тарелки?

— Нет, на них была еда. Я была очень голодна. — краснея, сказала она и отвернулась.

— Хочешь ещё? — спросил Хок, убирая тарелки под крыло. — Кое-что осталось специально для тебя.

На короткий миг кобыла заёрзала копытами.

— Нет, всё в порядке. Спасибо.

— Ага, конечно. — с издёвкой в голосе сказал Хок Тейл, предлагая ей своё копыто. — Ты не очень хорошая врунья, знаешь ли. Ну же, тебе будет полезно встать с кровати.

Глядя то на него, то на его копыто, кобыла вздохнула и аккуратно приняла его. С некоторой боязнью, она выскользнула из постели, позволив копытам коснуться пола. Её ноги дрожали, когда полный вес тела вновь взвалился на них после столь длительного отдыха. Хок заметил, что её крыло медленно раскрывается из-за волнения и он коснулся её плеча, чтобы поддержать. Она слегка подскочила и отступила, широко раскрыв глаза.

— Всё нормально. — заверил её Хок Тейл. Он открыл дверь. — Кухня прямо за углом. Уверен, ты чуешь запах оттуда.

Даже если кобыла и хотела скрыть ответ, то желудок сдал её с потрохами. С громким урчанием, которое почти сотрясло комнату, он изложил свои требования чётко и ясно.

Нервно посмеиваясь, радужная кобыла улыбнулась и прошла мимо Хок Тейла, направившись на кухню.

Робко шагая, опустив голову, кобыла осмотрела комнату. Всё было новым и непривычным. С тех пор как она пришла в себя, кобыла не покидала кровать (разве что ночной горшок сменить), а тем более спальню. Проход за дверью, когда та была открыта, — вот то немногое, что она видела из спальни. Однако, её нос не ошибся, она добралась до кухни и осторожно заглянула внутрь.

Она тут же отскочила назад, когда оказалось лицом к лицу с Ред Тейлом.

Хок галопом подскочил к ней и протянул копыто.

— Всё нормально?

Кобыла неуверенно кивнула.

— Д-да… — обращаясь к Ред Тейлу, она нервно улыбнулась. — Простите.

— Не нужно извинений. — сказал он, делая шаг назад. — Это хорошо, что ты, наконец, поднялась на ноги. Мы приложили для этого все наши усилия. Надеюсь, ты довольна.

Его ровный и авторитетный тон заставил кобылу отступить немного назад.

— Оу. Ага. это, э-э… всё хорошо. То есть прекрасно. Большое спасибо вам, мистер…

— Ред Тейл. — сказал он с невозмутимым видом. — А ты…

— …ненаю… — пробормотала она.

— Странное имя для пони. — сказал Ред Тейл и отошел в сторону.

Жестом крыла он провёл кобылу на кухню, где она нервно взглянула на стол, прежде чем сесть в кресло. Хок Тейл шел за ней следом, но остановился, чтобы сказать пару метких слов отцу.

— Отец, я говорил тебе, что она абсолютно ничего не помнит! — прошипел он.

Ред пожал плечами.

— Как еще она собирается вспоминать, если мы не будем стимулировать её?

— Агх, — застонал Хок. Он хотел еще что-то сказать, но заметил, что кобыла смотрит прямо на него. С фальшивой улыбкой на лице он хотел войти в кухню и принести еду для неё, но серое пятно врезалось в его подбородок и опрокинуло на спину.

— Ты проснулась! — крикнула Лана, бросив огромную тарелку яичницы и семян люцерны перед красочной кобылицей. — Как ты себя чувствуешь?

— Ничего. — начала она, потянувшись за едой. — Грудь побаливает и крыло…

Лана махнула копытом.

— Не парься о нём, тебе очень скоро будет лучше. Просто не снимай повязку без меня. В конечном итоге, твоё крыло не должно загнуться вверх, как у нашего отца.

Уши Ред Тейла повернулись, и он на мгновение посмотрел на Лану, прежде чем вернуть своё внимание к газете.

Потирая голову копытом, Хок поднялся с пола. Его глаза какое-то время разбежались, пока он не тряхнул головой, возвращая себе нормальное зрение. Он хмуро посмотрел на Лану:

— Спасибо за это, между прочим.

— Всегда пожалуйста! — прощебетала Лана, гордо улыбаясь ему в ответ.

Хок обошел стол и сел напротив своего привычного места, на котором сейчас сидела загадочная кобылица.

— И как только тебе удаётся не калечить других пони и птиц, для меня остается загадкой, сестрёнка.

— Оооу, Хок Тейлу нужен кто-нибудь, кто посмотрит на его бо-бо? — спросила Лана с самым снисходительным тоном, на который только она была способна. Хок Тейл что-то проворчал и, оперевшись подбородком на копыто, стал смотреть на кормушку снаружи. Он понятия не имел, зачем нужно было следить за наличием свежего корма в ней. Все певчие птицы давно облетали одинокий дом стороной, ведь полеты возле него грозили верной смертью от хищных птиц.

Кобыла хихикнула и взяла вилку в копыто. Она сразу же набросилась на еду. Только маломальская скованность позволила ей сохранить достоинство и не испачкаться. Обуздав голод, она, наконец, замедлила темп до более-менее культурного.

— Что ж, — начал Хок, какое-то время смотревший, как она ест. Кобыла тут же перестала кушать и парализовано посмотрела на него. — Мы с Ланой поговорили, и я думаю, мы знаем кое-кого, кто мог бы помочь тебе с твоими воспоминаниями.

Проглотив еду, она робко уставилась на вилку.

— Правда? — пискнула она. — Это…

— Фантастика! — воскликнула Лана за неё. — Дана — величайший единорог в городе! Она знает всё о магии. Если она не поможет тебе, то никто…

Хок Тейл закашлял в копыто, прервав её.

— Гм. Верно. Если есть кто-то, кто может тебе помочь, так это Дана. Она невероятно сильна в магии. По-началу она может показаться немного эксцентричной, но у неё доброе сердце.

— Хорошо, — сказала кобыла. — н-наверное это может сработать.

Лана нахмурилась и схватила кобылицу за плечи.

— Хей, выше нос! Мы вернём тебя в норму, слышишь? Нет никаких причин хмуриться. — сев обратно на место, она подняла бровь. — Конечно, если ты хочешь вернуть себе память.

— Нет! — воскликнула радужногривая. — В смысле, да… то есть, не знаю! — она немного отшатнулась и вернулась к тарелке. — Я хочу вспомнить. Правда хочу. Но мне страшно.

— Ты ничего не узнаешь, если не рискнешь. — заметил Хок. Он встал и обошел стол, положив копыто на плечо кобылы. — Я знаю, тебе страшно, но я буду всегда рядом. Ты здесь в кругу друзей. Здесь никто не желает тебе вреда.

-...Х-хорошо, — в итоге прошептала она. — Где эта… Дана? — спросила она, обернувшись к Хок Тейлу. Глаза расширились, когда её осенило. — Она ведь не в городе?

Хок покачал головой.

— Нет. Она не была в городе с того пожара, восемь лет назад. Она утверждает, что слишком много плохих воспоминаний навевает Огненный район, слишком много призраков посещают её по ночам… — Заметив, как кобыла переменилась в лице, он откашлялся и улыбнулся. — Ну, это история для другого раза. Дана живёт к западу отсюда, на опушке леса. Мы не будем заходить в город вообще.

Плечи кобылицы расслабились и её свободное крыло облегченно обмякло.

— Хорошо. Это… хорошо.

— Как только расправишься с завтраком, мы пойдём повидаться с ней. — сказал Хок Тейл, отходя от стола. Повернувшись к кухне, он увидел, как Лана пыталась держать равновесие с ложкой на носу, и нахмурился. — Лана, это круто и всё такое, но положи ложку прежде, чем ты что-нибудь сломаешь.

— В смысле: “что-нибудь сломаешь”? — парировала Лана. Она быстро опустила голову вниз и наклонилась в сторону, чтобы удержать ложку, и расправила крылья, чтобы не упасть самой. — Это всего лишь деревянная ло…

Хок Тейл и радужная кобыла вздрогнули, когда Лана крылом сбила несколько фарфоровых тарелок на пол. С оглушительным грохотом они разлетелись на сотни осколков, покрыв собой каждый сантиметр кухни. Лана стояла неподвижно и ложка с тихим стуком упала с её носа.

— Эм... — сказала она оглядываясь по сторонам. -...Упс?

Ред Тейл вздохнул и опустил газету. Лана не видела его из-за угла кухни, но всё равно чувствовала прожигающий взгляд на своей шкуре.

— Я собираюсь встать из кресла, посетить уборную во дворе и вернуться. Если к тому времени этот беспорядок не исчезнет, Лана, я тебя придушу.

Хоку и кобылице удалось сдержать смех, пока Ред не вышел и не закрыл за собой дверь. Лицо Ланы было ярко-малиновое, и она всё еще стояла парализованная по среди кухни.

— Тебе лучше поторопиться. — сказал Хок Тейл, вставая, и пнул пару осколков в её сторону. — Если ты, конечно, не хочешь пару месяцев помогать отцу по дому. Ты же знаешь, он всегда держит парочку идей в голове, как раз для таких случаев. — взглянув на хохочущую кобылу, он кивнул в сторону двери во внутренний дворик и открыл её. Закрыв глаза, он почувствовал, как летнее Солнце греет его лоб.

Смех кобылы резко оборвался, и она быстро огляделась, прежде чем пойти за ним, оставив Лану искать совок и метлу. Она прищурилась и прикрыла глаза здоровым крылом, когда Солнце опалило её. Хок Тейл остановился возле калитки во внутреннем дворике и смотрел. Её радужная грива и шёрстка небесного цвета были прекрасны под летним Солнцем, словно они были частью самого неба. Сам воздух вокруг неё, казалось, приобретал радужный блеск, отражаясь от её цветов. Она вздрогнула, почувствовав нежную ласку открытого неба и тёплого бриза.

— Здесь намного лучше, правда? — прокомментировал Хок со стороны.

Кобыла моргнула и слегка улыбнулась.

— Ага. — сказал она, рысцой подскакивая к нему. — Намного… точно. Снаружи куда лучше, чем дома. — её взгляд блуждал по облакам и уголки губ печально опустились. — Небо зовёт меня. Я чувствую это перьями. Я должна быть там.

Хок снова взглянул на её перевязанное крыло, отметив место трещины, зафиксированное бинтами.

— Я понимаю твою боль. — сказал он, выходя из дома. Радужная кобыла последовала за ним, идя немного позади. — Однажды я сломал крыло, когда был жеребенком. Паршивое было время. Я почти месяц не мог летать.

— Эм… э-э-э… — кобыла побледнела и взглянула на своё крыло.

Хок Тейл остановился и оглянулся на кобылу, осознав свою ошибку.

— Не волнуйся. Твоё крыло только треснуло. У меня был конкретный перелом. Неделя, может две и будешь как новенькая.

— Очень надеюсь на это. — пробормотала она. — Не думаю, что смогу продержаться на земле так долго.

Кивнув, Хок продолжил спускаться вниз по склону. Оставив дом позади и лес по правую сторону, они держали свой путь к западной окраине Наречья. Лес медленно редел, переходя в толщи непроходимых болот. Двигаясь вдоль края, двое пегасов вскоре нашли путь сквозь заросли вереска. Через несколько минут они вышли к окруженной частоколом деревянной лачуге, стоящей между двумя аномально толстыми деревьями.

Хижину будто в спешке сколотили. Доски на крыше плохо стыковались и были различной длины, а передние окна наклонены под странным углом. Щели между бревнами были забиты старой газетой, защищавшей дом от сквозняков. Нестриженая трава заполоняла двор по обе стороны от грязной тропинки и только несколько камней брусчатки по краям украшали её. Бесформенный куст, который давно перерос все позволительные меры, соседствовал с ветхим крыльцом, на котором стоял импровизированный стул. И только совершенно чистый коврик перед дверью с надписью “Добро пожаловать” не выглядел сырым или грязным.

Кобыла остановилась у калитки.

— Выглядит немного… ну-у…

Хок вздохнул.

— Дана жила лучше, чем сейчас, но пожар… изменил её. Когда дым рассеялся, это уже была другая пони. Мы с Ланой пытались убедить её вернуться в город, но ей спокойнее живётся здесь.

— Что произошло на этом “пожаре”, о котором ты говоришь? — спросила кобыла.

Хок поджал губы и уперся копытами в край забора.

— Восемь лет назад, Дана жила в центре наречья в Огненном районе, как и большинство единорогов. В то время этот район назывался Магическим, так как почти все аптекари и алхимики проживали там. Дана была одной из них и, хотя ей было всего тринадцать, была одной из лучших.

Кобыла кивнула. Она нашла чистое место на траве и присела, давая ногам немного отдохнуть.

— Она была очень прилежной кобылкой. — сказал Хок. Мысленно он вернулся в счастливые дни молодости. — Бьюсь об заклад, не существовало той книги по заклинаниям или магии, которую она не читала. Всегда пробовала новые заклинания, всегда удивляла нас — детей. Когда ты молод, единорожья магия казалось… ну, волшебной.

И всё же было одно заклинание, которое она никак не могла освоить. Я думаю, это было своего рода заклинание вечно горящего факела. Создание потока огня из чистой магии, никогда не умирающего или что-то вроде того. — он почесал затылок перед тем, как продолжить. — Она работала над этим заклинанием до поздней ночи. Аптекарь доверял ей и позволил остаться у него. Ей, правда, и не к кому было идти.

— Значит, она сирота? — спросила кобыла.

— Да. Её родители пропали почти сразу после её рождения. Никто толком не знает ни её родителей, ни куда они направились. Она переходила из одной семьи в другую, пока, наконец, не оказалась у аптекаря.

— Хм.

Хок постучал копытом по забору, вспоминая.

— Она работала над заклинанием поздно ночью. Аптекарь лег спать. Дана тоже должна была лечь, но работа с магией её очень сильно увлекает. И когда она была уверена, что аптекарь заснул, то собрала ингредиенты и пробралась к небольшому столику в магазине, что она использовала для выполнения домашних работ и так далее. Там она попыталась применить заклинание ещё раз, но безуспешно.

Было три или четыре часа утра, она не добилась положительного результата, но была близка к цели. Посреди одной из попыток, она задремала, буквально на пару секунд, но этого было достаточно. Когда она очнулась от дрёмы, её стол был охвачен огнём. Вместо того, чтобы разбудить аптекаря и в последствии получить заслуженное наказание, Дана поступила как любой подросток — решила исправить всё сама.

Кобыла съежилась, догадываясь, чем закончится история.

— Что было дальше?

— Это был настоящий кошмар. — продолжил Хок. — Я помню, мой отец выбежал в коридор, хлопнув дверью. Его топот разбудил меня. Я выглянул в окно и увидел гигантское пламя, устремленное в небо, и чёрные силуэты пегасов, пытающихся разместить дождевые тучи над ним. Я разбудил Лану и мы наблюдали, как пожарники-добровольцы, среди которых был мой отец, пытались контролировать огонь.

Казалось, что им это удаётся. Дана рассказывала о пони, который вытащил её из здания. Он говорил ей, что всё будет хорошо, что это не её вина, что они почти справились с этим. Тогда… — он сглотнул. — Я помню огромную вспышку света и громкий взрыв, который сотряс дом. Огонь и дым был повсюду. Когда мы с Ланой вновь обрели способность видеть, казалось, весь город полыхал.

— Ах… — прошептала кобыла. — Ничего себе.

Хок Тейл кивнул.

— Это была цепная реакция, огонь добрался до лавки с зельями. Никто не ожидал такого взрыва. Он разбросал пожарных и выжившим пришлось просить остальных жителей города помочь бороться с новыми очагами возгорания.

Уши кобылы поднялись.

— Стоп. Вы… выжившие?

Вздрогнув, Хок неуверенно кивнул.

— Да… да, оставшиеся в живых. Пожарные находились близко к зданию, когда оно взорвалось. Нет пони в Наречье, кто не знает кого-нибудь, кто… погиб тогда. — Он посмотрел в небо, его крылья немного опустились. — Моя подруга, Ренглер, потеряла маму, а другая подруга, Фларри… она потеряла обоих родителей. Они были в числе добровольцев и оказались в эпицентре, когда всё это случилось.

— Это… это ужасно.

— Так и есть.

— А что случилось с Даной?

— Взрыв отбросил её, и она разбила голову. — сказал Хок. — Когда всё закончилось, она с трудом могла связать два слова вместе. Она была растеряна и сбита с толку. Она дождалась, чтобы врачи её осмотрели, но потом она покинула город и переехала сюда. — он поднял копыто и обвёл им лачугу с деревьями. — Она чувствовала ответственность за всё произошедшее, и до сих пор считает, что весь город её ненавидит за то, что она принесла столько смертей.

— Вы не пытались заставить её поговорить с пони? Чтобы она узнала, что её не винят в этом?

Хок Тейл покачал головой.

— Мы пытались её вернуть. Я, Лана, даже Ренглер с Фларри, — все мы пытались убедить её, что никто не винит её в случившемся, но…

— Но что? — кобыла подняла бровь.

– Но некоторые винят, — заключил Хок. – Она их боится, и поэтому живёт здесь. В конце концов, мы решили, что так будет лучше, и сдались. Я всё еще регулярно навещаю её. Она отказывается посещать город, так что я обычно закупаю для неё продукты каждое воскресенье. — он потёр основание крыла, когда еще одна мысль пришла к нему в голову. — Столько произошло за последние дни, что я совсем забыл забрать вещи для неё вчера.

— Уверена она… в порядке. Это очень любезно, с твоей стороны. — сказала кобылица. — Не говоря уже о щедрости.

Хок пожал плечами.

— Я никогда не задумывался об этом. — глянув на дом, он махнул головой. — Пошли, давно уже стоим. Просто не упоминай при ней о пожаре, и всё будет в порядке.

Радужная пегаска, задержав дыхание, кивнула и последовала за Хоком через ворота, направляясь к двери.

Хок Тейл рысью подбежал к двери и постучал по ней копытом.

— Дана? Ты дома? Это я, Хок Тейл.

Кобыла заметила какое-то движение за окнами и почти сразу услышала голос кобылы.

— Хок Тейл? Ждала тебя вчера. Не сегодня. Занята экспериментами. Это важно?

Голос говорил на удивление быстро, выпалив все предложения почти на одном дыхании. Это застало кобылу врасплох, но Хок привык к этому.

— Да, Дана, это важно. Я привёл пони, которой нужна твоя помощь.

— Помощь? — голос за дверью прозвучал обвинительно. — Помощь для чего? Пони не приходят ко мне за помощью. В любом случае, очень занята. Приходи позже.

Хок вздохнул.

— Дана, это важно. Сделай это ради меня… пожалуйста.

За дверью воцарилась тишина. Через пару секунд, пегаска переступила с ноги на ногу и беспокойна посмотрела на Хока.

— Может нам пойти…

Громкий щелчок засова достиг ушей кобылы и дверь отворилась. Хок Тейл сделал шаг назад, уступая место вышедшей на крыльцо кобыле-единорогу, которая сузив глаза устремила взгляд на радужную пегаску. В её шерсти преобладал ярко-золотистый оттенок желтого, а жёлтые и оранжевые локоны гривы рассекал рог. Правую сторону лица от уха и далее вниз по щеке рассекал шрам. Кажется, её челюсть была сломана и срослась немного неправильно. Её острый взгляд изучал лицо и тело кобылки, особенно перелом крыла.

— Никогда не видела её раньше, — заявила Дана Хоку, не отрывая взгляда от кобылы. — Путешественница из столицы? Заблудившийся ремесленник или бард… встречала таких раньше, ненавижу, когда они натыкаются на мой дом и вторгаются в личную жизнь… или, может быть, дворянка на экскурсии в деревне? Нет, не дворянка, отсутствие украшений, одежды и высокомерного высокомерия. К тому же большинство дворян — единороги, за исключением нескольких личностей, связанных с Алмазным Крылом, с другой стороны, почти все они гемофилики и редко выезжают за пределы Мамиса…

— Она не из тех и не других. — прервал её Хок, к большому облегчению кобылы. — Мы с Ланой нашли её к северу отсюда без сознания. Мы надеемся ты поможешь исцелить её…

— Говорила же, что Аркан-единорог неспособен лечить телесные раны. — отрезала Дана, хмуро глядя на Хок Тейла. — Перелом — нет, трещина — да. Крылу понадобиться время, чтобы зажить самостоятельно. Ничего не могу поделать. Разве что сделать новую шину? Но я бы думала, что Лана об этом позаботится. Умная кобыла, хотя немного буйная и эксцентричная. Ей нужны лекарства? В таком случае, могу приготовить что-нибудь. Для Ланы, не для радужной.

— Э-э… Что? — спросила кобыла, склонив голову на бок.

— Спортивный голос, сильная черта — убежденность, — озвучила свои наблюдения Дана, переключив внимание на кобылу. — Хотя, чего-то не хватает. Решительности? Ноги дрожат, крылья наклонены примерно на пятнадцать градусов относительно плеча и медленно растущие основные перья. Подсознательное подёргивание уха. Нервничает? Да. Не уверена, напугана, растеряна. — она помолчала, обдумывая симптомы в голове, прежде чем резко спросить. — Как тебя зовут?

— Э-эм... — ответила кобыла.

— Так и думала. Амнезия. — Скорее всего, после удара нижней стороной черепа, усугублённое переломом крыла и синяки… упала с неба, но генетический механизм пегасов, который должен был раскрыть крылья и замедлить падение, не сработал. Любопытно…- она отвернулась и постучала копытом по подбородку. — Весьма любопытно.

Хок Тейл потёр копытом лоб.

— Ага… Дана, ты случайно не знаешь, какого-нибудь заклинания от памяти?

— Знаю много заклинаний от памяти. — ответила Дана. — И зелий много знаю. Как правило, очень эффективны при удалении воспоминаний у субъектов. Полезно использовать на болотных крысах перед повторным экспериментом. Не хочу, чтобы они “обманули систему”, как это бывало. Очень умные создания.

— Нет я имел ввиду восстановления памяти, — уточнил Хок Тейл. — Мы думали, ты сможешь помочь ей.

Дана поднесла копыто к подбородку.

— Хмм… Никогда не пробовала восстанавливать память пони. Крысы достаточно просты, маленький мозг, требуется небольшое количество магии. Мозг пони намного сложнее, больше, нужно… — её речь перешла в бормотание. Повернувшись, она зашла в хижину. — Возможно, кое-что я смогу сделать.

Посмотрев друг на друга, пегасы медленно последовали за единорогом в дом. Хок взмахом крыла пропустил радужногривую вперёд. Кобыла кивнула и перепрыгнула через порог и внимательно осмотрелась вокруг.

Если снаружи лачуга выглядела ветхой и неопрятной, то внутри этого и в помине не было. Аккуратные ровные столы опоясывали однокомнатную хижину, их содержимое было аккуратно сложено и упорядочено. Несколько кожаных переплётов хранили бесчисленные организованные листы бумаги, на каждом была напечатана аккуратная и красочная символика. Деревянный пол был гладким и отполированным, а нижняя часть стен были покрыты ровными панелями. Возле окна висело несколько маленьких картин, а в дальней стене комнаты была ниша для кровати, оборудованная книжными полками и тумбочкой.

— Тут… на удивление мило, — сказала кобылица. Она медленно вошла вглубь комнаты, изучая удивительную чистоту и порядок внутреннего убранства. — Никогда бы не подумала, что…

— СТОЙ! — рявкнула Дана из другого конца комнаты, приковывая кобылу к месту. Единорожка подошла и опустила голову на уровень глаз пегаса. Они напряженно смотрели друг на друга в течение нескольких напряженных секунд. Наконец, Дана сделала глубокий вдох и отступила. — Пожалуйста, вытри копыта прежде, чем войти.

Затем она вернулась к своим записям, оставив ошеломленную кобылу вытирать свои копыта о коврик. Хок Тейл позади неё усмехнулся и сделал тоже самое.

— Э… эм… прости. — извинилась кобыла.

— Извинения приняты. Однако, сохраняй пол в чистоте. Ненавижу работать в грязных и неорганизованных условиях.

— Тогда почему твой дом выглядит, как…?

Дана фыркнула, продолжая просматривать несколько книг и журналов.

— Необходимые меры предосторожности. Защищает от нежелательных личностей, воров, бродяг. Бедное жилье обычно считается признаком бедственного финансового и социального положения. А еще пугает слабонервных. — она сделала глубокий вдох через нос и достала еще несколько книг. — Конфиденциальность — это хорошо.

Кобыла одними губами прошептала “оу” и стала просто наблюдать за манипуляциями Даны. При помощи магии она подняла со стола все её записи и книги, расположив их, казалось, в случайном порядке. Затем она уперлась передними копытами в край стола и, левитируя записи перед носом и читая их, что-то напевала.

Тем временем, Хок занялся изучением различных предметов в комнате. Странные скульптуры, древние руны и незнакомые артефакты стояли на маленьких полках между книжными шкафами и столами. Он протянул копыто, чтобы получше изучить тотем тимбервульфа.

— Будь добр, не трогай. — не оборачиваясь, сказала Дана. — Конечно, если ты не хочешь призвать живого тимбервульфа, тогда пожалуйста. Но будь готов уносить ноги.

Хок Тейл сглотнул и отошел в другой угол комнаты, настороженно глядя на тотем. Он подошел к радужной кобыле и подождал, пока Дана закончит организовывать свои записи.

— Вот! То, что нам нужно! — воскликнула Дана. Она быстро схватила палку древесного угля и стала чертить линии на полу, что-то всё время бормоча. Радужная кобыла непонимающе взглянула на Хока. Она не нашла ответа в его глазах, лишь такое же озадаченное выражение лица.

В считанные секунды, Дана начертила круг призыва и два десятка рун по краю, связав их линиями, образующими звезду в центре. Сменив свечение рога, Дана разбросала по кругу лепестки роз и облако белого порошка.

— Эм… что всё это значит? — спросила кобыла.

— Обыкновенный арканный круг. — как ни в чем не бывало, ответила Дана. — Усиливает Аркан-единорога и стабилизирует сложные заклинания при их применении. Никаких демонических кругов, которые часто рисуют в театрах Мамиса. Божественная магия — интересная концепция, но неправдоподобная.

— Ты не веришь в Богинь?

— Конечно верю! — огрызнулась Дана так, что кобыла отшатнулась. — Магия не является частью науки, отсюда и термин магии, так как не в состоянии её объяснить традиционными научными методами, следовательно её принесли в мир сами Богини. Тем не менее, — продолжила она, грубо схватив и бросив кобылу в круг своей магией, в результате чего пегаска только пискнула. — думать, что магия это божественное благоволение абсурдно. Богини справедливы к тем, кто пытается связаться с ними, потому они и Богини и выше наших простых смертных похвал. Теперь стой и не двигайся.

— Ээ… — ответила кобыла, восстанавливая равновесие, после скорострельной речи Даны.

— Хорошо?

— Хорошо.

Тут же рог Даны засветился, и сорвавшийся ослепительный луч ударил прямо в лоб кобылы.

Кобыла закричала. Хок Тейл от неожиданности подпрыгнул, тревожно раскрыв крылья. Несмотря на очевидную боль, кобыла не могла двигаться. Её веки были сильно сжаты, а усиливающийся крик вырывался из широко раскрытой глотки. Напротив неё, Дана закрыла глаза, концентрируясь. Капельки пота блестели на её лице. Луч магии, соединяющий двух кобыл, мерцал и пульсировал разными цветами, и лицо Даны становилось всё более и более недовольным. В конце концов, луч приобрёл тёмно-красный цвет, и Хок Тейл, волнуясь, перешел на другую сторону комнаты.

— Эм… Дана? — позвал он, стараясь перекричать визг радужной кобылы. — Дана, что происходит? Всё в порядке?

Дана не ответила, только еще больше нахмурила брови. К тому времени конечности кобылы были широко расставлены и недвижимы, и Хок заметил, что перевязанное крыло пытается раскрыться под бинтами.

— Дана, ты делаешь ей больно! — закричал Хок Тейл. — Он подошел ближе к единорожке и коснулся её плеча. С визгом он отдёрнул его. Несколько Аркан-искр прошли через его конечности, тряхнув его, словно от удара электричеством. — Серьёзно, прекрати!

Внезапно Дана открыла глаза, и Хок Тейл был потрясён, не увидев в них ничего кроме разрывной белой энергии. Затем последний крик сотряс лачугу, и магия рассеялась в окружающую среду, зарядив перья Хока статическим электричеством. Дана моргнула один или два раза и встала на дрожащие копыта, ее оранжевые глаза вернулись в норму. Напротив неё кобыла со стоном рухнула на пол.

— Какого сена ты сделала? — нервно крикнул Хок Тейл, прислонившись к стене. — Ты её чуть не убила!

Дана, тяжело дыша, рухнула в кресло рядом с ней.

— Необычно. Весьма… необычно.

Хок поднял бровь и, прижимая к себе копыто, заковылял к кобыле.

— В смысле, необычно? Что случилось?

— Я… Я не знаю. — скептически ответила Дана. — Это не простая амнезия. Дурная энергия. Тёмная энергия. Сражалась со мной всё это время.

— Сражалась... ты?

Дана кивнула.

— Потеря памяти не случайна. Эта кобыла была проклята.

— ...Проклята? — только и смог повторить Хок Тейл.

— Без сомнений. Что-то украло её воспоминания. Мне кое-что удалось выяснить, прежде чем меня раскрыли.

Хок снова волнительно посмотрел на кобылу.

— И что ты выяснила?

— Её имя.

— И всё? — спросил он, недоверчиво. — Только имя?

— Имя и дату рождения, хотя вероятно, летосчисление отличается от нашего. Иначе, ей восемьдесят пять.

Хок вздохнул и встал.

— И как же её зовут?

— Рейнбоу… Деш… — послышался голос кобылы позади него. Хок Тейл подпрыгнул и обернулся. Кобыла начала вставать, хотя сил ей явно не хватало. Хок Тейл быстро наклонился, взяв её за подмышки, помог подняться и держал, пока она не смогла стоять самостоятельно.

— Что ты сказала. — спросил он, впервые заметив радостную искру в её глазах.

— Рейнбоу Деш, — улыбаясь, сказала она. — Моё имя — Рейнбоу Деш.