Автор рисунка: aJVL
Глава 1 Глава 3

Глава 2

На следующий день, весь город стоял на ушах. От ночного взрыва город не мог отойти всю ночь. И выйдя на улицу в направление почты, Клаудвэйф увидел толпу пони обсуждавших ночное происшествие. Одни думали, что это упал метеор, другие, что это было воздействие чей-то магии, но никто так и не знал в чем настоящая причина загадочного ночного взрыва.

— Приветствую, Клаудвэйф! Вижу, ты тоже решил присоединиться к нашему собранию, — сказал подошедший пони бежевого цвета с коричневой гривой.

— Здравствуйте Вэстмэр. Я рад вас видеть, но я понятия не имею, что здесь происходит, и что все обсуждают.

— Как же. Неужто ты не слышал вчерашнего ночного взрыва? — спросил Вэстмэр.

— А вы про это. Да слышал, и мы с женой честно говоря, вчера сильно перепугались. Вы уже выяснили, что это было?

— К сожалению нет. Услышав взрыв, я собрал группу пони, и мы выдвинулись к предполагаемому месту взрыву. И мы смогли найти это место.

— И где же это произошло?

— На одной поляне, недалеко за городом возле леса.

— И вы смогли что-то найти?

— Единственное что мы смогли найти, так это небольшую яму, которая образовалась от взрыва. Но ни того кто бы мог это сделать и ни того что могло быть взорвано мы не нашли. Но что самое интересное, так это то, что взрыв был не магического характера. Его явно создали с помощью драконьего порошка известного своей способность взрываться в больших количествах.

— Это правдоподобная теория, — поддержал Клаудвэйф.

— Согласен. Но на месте не было следов, ни порошка, нигде бы он мог содержаться. А ведь для такого мощного взрыва нужно немалое количество этого порошка. Поэтому я отправил письмо к самой принцессе Селестии, чтобы она смогла пролить свет на эту ситуацию.

— Ты думаешь, все так серьезно, что требуется беспокоить саму принцессу?

— Поверь, я бы не стал посылать письмо принцессе по пустякам. Но в сложившейся ситуации у меня нет выбора, кроме как просить ее о помощи. Ведь если мы не смогли найти ни того кто сделал этот взрыв, ни того что могло вызвать его, то это очень сильно настораживает. И тут нам не разобраться. Тем более принцесса недавно прислала мне письмо, в котором она говорила, что хочет посетить наш скромный городок, чтобы проверить обстановку.

Весть о том, что теперь принцесса прибудет в город, немного утешала Клаудвэйфа, и теперь ему не надо будет тревожить своего старого друга.

— Мистер мэр, могу я попросить вас о просьбе? — спросил Клаудвэйф серьезным голосом.

— Ты раньше никогда так ко мне не обращался. И вижу по тебе у тебя действительно важная просьба. Что ж, о чем ты хотел попросить? — заинтересовано спросил Вэстмэр.

— Я прошу вас, когда прибудет принцесса Селестия сообщить мне об этом. Мне нужна ее помощь.

— У тебя что-то случилось Клаудвэйф? Если да, то только скажи и я и весь наш город поддержит тебя.

— Благодарю вас, но поверьте, я смогу рассказать об этом только принцессе Селестии.

— Могу я узнать, что именно ты хочешь обговорить с принцессой?

— Конкретно сказать не могу. Но скажу вам, что это напрямую связано с событиями произошедшие этой ночью, — сказал Клаудвэйф от чего Вэстмэр сильно удивился.

— Так ты знаешь, что стало причиной взрыва?

— Я не знаю, но думаю, что кое-кто знает.

— Что ж, хорошо Клаудвэйф. Я выполню твою просьбу.

— Благодарю вас Вэстмэр. Я ваш должник, — радостно сказал Клаудвэйф, пожимая копыто мэру.

— Парочку фирменных пирогов твоей жены будет вполне достаточно за эту услугу.

— Для вас хоть десяток, но пока не прибудет принцесса, боюсь, наш магазин будет закрыт. И поверьте, это тоже причина, связанная с ночным взрывом.

— Хорошо. Тогда, когда прибудет принцесса, я немедленно сообщу тебе об этом.

— Еще раз спасибо! — крикнул Клаудвэйф и поскакал обратно к своему дому.

Свитпай тем временем осталась дома, чтобы позаботится о ребенке, который продолжал спать, лежа на их перине и все также мирно посапывая.

Дом Клаудвэйф и Свитпай представлял собой, как дом, так и магазин, где они изготавливали и продавали различные сладости. В основном это были знаменитые на весь Хувсвиль малиновые пироги Свитпай, от которых никто не мог устоять. Но из-за появления неожиданного гостя, им пришлось на время закрыть свой магазин, чтобы они смогли о нем позаботиться. И Свитпай с наступлением утра полностью решила посвятить свой день их новому гостю. Но за весь день он так и не проснулся, и лишь изредка шевелил, то рукой, то ногой.

— Привет, милая, ну как наш маленький гость? — спросил Клаудвэйф, придя обратно домой после разговора с мэром и улаживанием кое-каких дел.

— С ним все в порядке и вроде чувствует он себя хорошо, вот только он так и не проснулся со вчерашнего дня. Клауди, я очень переживаю за него, а вдруг он чем-то заболел и не думаю, что доктора нашей больницы могут знать, как его лечить.

— Вижу, ты начинаешь привязываться к этому малышу.

— Прости милый, но просто ничего не могу поделать. Мне его так жалко, он не заслужил, чтобы с ним такое случилось, — сказала Свитпай и с ее глаз потекли слезы.

— Никто такого не заслуживает милая. Но ему повезло, что именно мы его нашли и успели спасти, — сказал Клаудвэйф и обнял жену своим крылом.

— А ты отправил письмо своему другу, чтобы тот смог организовать для тебя аудиенцию с принцессой?

— Ты не представляешь, но это не понадобилось, — сказал Клаудвэйф и рассказал всю их беседу с мэром.

— То есть ты соврал, сказав что мы знаем, что стало причиной взрыва.

— Ну не соврал, я сказал, что это событие связано с произошедшим этой ночью, а я уверен, что это связано, тем более ты знаешь, что наш мэр всегда держит свое слово, и теперь мы сможем поговорить с принцессой, и помочу этому ребенку.

— Это действительно хорошо, но меня кое-что беспокоит, — сказала Свитпай, опустив голову.

— Что именно, дорогая? — обеспокоенно спросил Клаудвэйф.

— Я боюсь, что с его родителями, что-то произошло, ведь ни одна мать не бросит своего ребенка без серьезной на то причины.

— Я тоже об этом думал. Но будем надеется, что с его родителями все в порядке и вскоре мы поможем им воссоединится, — сказал Клаудвэйф обняв Свитпай, от чего ей на душе стало немного легко.

До конца дня Свитпай и Клаудвэйф улаживали свои дела по дому, при этом часто проверяя Вадима, в надежде, что он очнулся. Но, как и раньше, он продолжал спать мертвым сном. Ближе к вечеру они сели за стол и собирались приступить к ужину.

Но неожиданный стук в дверь, прервал их, и Клаудвэйф пошел открывать двери неизвестному гостю. Открыв дверь, он не мог поверить своим глазам. На его пороге стояла сама принцесса Селестия.

— Ваше Величество, — сказал Клаудвэйф, склонив колени перед правительницей Эквестрии.

— Прошу встань Клаудвэйф, — сказала принцесса, ласково улыбнувшись.

— Вы знаете, как меня зовут? — удивленно спросил он.

— Если я пришла к твоему дому, то наверное я знала про его обитателей, ведь так, — все также улыбаясь сказала Селестия.

— Простите принцесса, просто это такая неожиданность и большая честь, — сказал он, впуская принцессу вовнутрь.

— Милый кто это был? — спросила Свитпай, готовя на кухне.

— Милая у нас очень важный гость, — сказал он, и Свитпай выйдя из кухни и увидев принцессу уже было хотела поклониться ей, но она остановила ее.

— Мои пони это вовсе не обязательно, — сказал она, и присела на одну из подушек в гостиной и посмотрев на небольшую перину, увидела на нем спящего ребенка.

— Принцесса Селестия, разрешите мне представить вам, моя жена Свитпай, — сказал Клаудвэйф, подойдя к ней и накрыв ее своим крылом, видя, что она была немного взволнована.

— Мне очень приятно с вами познакомится, — сказала Селестия. – Ваш мэр попросил срочно прибыть в ваш городок, так как его волновали обстоятельства, которые произошли прошлой ночью. Но перед этим, он попросил меня заглянуть к вам, так как сказал, что у вас есть неотложное дело.

— Спасибо вам принцесса, — одновременно сказали Свитпай и Клаудвэйф и поклонились принцессе.

— Прошу вас не стоит. Заботиться о своих подданных моя обязанность. И позвольте узнать, это существо и есть ваше неотложное дело, — поинтересовалась принцесса.

— Понимаете принцесса, мы с моей женой гуляли вдоль реки, и уже было хотели идти домой, но услышали мощный взрыв. И выбежав на небольшую поляну, нашли небольшую воронку. А затем услышали крик из леса и поспешили на помощь. Ну, а потом натолкнулись на одного из древесных волков, который видимо, хотел съесть его. Но хорошо, что мы успели вовремя и смогли спасти его. И мы решили взять его к себе, чтобы позаботится о нем, пока не найдутся его настоящие родители, — объяснил Клаудвэйф.

— И понимаете принцесса, мы подумали, что может вы, сможете помочь найти его

родителей, — сказала Свитпай.

Принцесса, подойдя к ребенку и внимательно его осмотрев, сказала то что не обрадовало их.

— К сожалению мои пони, я так же как и вы, не знаю, кому может принадлежать этот ребенок. Я раньше не встречала подобных ему существ, хотя и живу очень давно, — от этих слов Свитпай огорченно опустила голову, но тут Клаудвэйф, кое-что вспомнил.

— Принцесса я кое-что забыл, — сказал он и подбежав к одному из ящиков, достал оттуда металлический диск. – Свитпай нашла этот диск в его кармане, может быть он нам как-нибудь поможет, — и положил диск перед Селестией.

Подняв диск и внимательно его осмотрев, Селестия поняла, что он не содержит в себе какой либо магической энергии.

— К сожалению, это лишь обычный металлический диск мои пони, — сказала Селестия, и положила диск. Но заметив маленькую кнопку на боку диска, нажала ее, и диск начал светится, и из него появилось существо, сильно похожее на ребенка, только гораздо выше и взрослее, чем он. Пытаясь дотронуться до него Свитпай подвела к появившемуся существу свое копытце, но оно тут же прошло сквозь него.

— Принцесса что это? — испуганно сказала Свитпай.

— Приветствую вас жители этой планеты. Для начала хочу сказать, что я лишь голограмма и поэтому вы не можете дотронуться до меня. Я также понимаю, что сейчас у вас много вопросов, и поэтому я попытаюсь вам на них ответить.

— Кто вы? — спросила принцесса.

— Меня зовут Себастьян, я человек с планеты Земля. А это, мой младший брат, Вадим, — сказал он, указав на спящего, на перине ребенка.

— Значить его зовут Вадим, — сказала Свитпай, посмотрев на него. – И он ваш младший брат, но почему он остался один в лесу и почему вы бросили его? — гневно спросила Свитпай, топнув копытом. Видимо материнский инстинкт давал о себе знать.

— Я не бросал его, а спасал. Видите в этом диске я смог вложить частичку своего разума, а благодаря специальной программе я могу отвечать на ваши вопросы по мере возможности. А на некоторые вопросы будет отвечать моя программа, наделенная особым мышлением. Но, к сожалению, я ограничен в ответах. Поэтому я не смогу ответить абсолютно на все ваши вопросы.

— Что произошло с Вадимом, от чего вы его спасали и что с вами? Где вы сейчас находитесь? — спросила Селестия.

— Я спасал его от смерти. Я хотел, чтобы мой брат выжил и продолжал жить дальше. Что касается меня, то я мертв. А также вся наша планета, — сказал он и на глазах всех присутствующих пони появился страх и непонимания.

— Как могла погибнуть целая планета? — недоумевающее спросила Селестия.

— Это наша вина. Мы сами стали причиной собственной гибели. Люди пытались заполучить то, что давно хотели. Но заполучив это, мы погубили всю нашу планету.

— Что же вы хотели заполучить? — спросил Клаудвэйф.

— Энергию. Неиссякаемый источник энергии. И мы решили использовать ядро нашей собственной планеты, как источник этой энергии. Я как один из ученых пытался предупредить наше правительство о том, что это может иметь глобальные последствия. Но кто будет тебя слушать, когда в твоих руках может оказаться источник так желаемой энергии. Но, в конце концов, произошло то, о чем я предупреждал. Ядро нашей планеты стало нестабильным, чем вызвало разрушения нашей земной коры. И в конце концов разрушило нашу планету на куски, — сказал он и тяжело вздохнув продолжил. – Но слава Богу, я занимался разработкой телепортационной капсулы. И поняв, что наша планета обречена на уничтожение, я решил спасти своего брата, чего бы мне это не стоило.

— А кто-нибудь из людей еще выжил? — спросила Селестия.

— Извините, как я сказал, в ответах я ограничен. Но не думаю, что кто-нибудь из людей успел спастись. Несмотря на наш технический прогресс, люди не решались покидать родную планету и заселять другие, — сказал он, и голограмма подошла к спящему Вадиму и попыталась прикоснуться к нему, но рука просто прошла насквозь. – У меня будет к вам только одна важная просьба.

— Какая? — спросила Селестия.

— Я прошу вас, позаботится о Вадиме, как о родном сыне. И передать ему этот диск, когда он подрастет. Когда он вырастит, его буду интересовать многие вопросы, и в этом диске он сможет найти ответы на некоторые из них.

— Мы бы с радостью позаботились о нем, но вряд ли он будет воспринимать нас как своих родителей. Он ведь будет скучать по вам, и по своей родной планете, — сказала Свитпай.

— Скажите, сколько он уже спит? — спросил Себастьян.

— Со вчерашнего дня. И до сих пор ни разу не просыпался. Мы боимся, что он мог заболеть, после случая с древесным волком в лесу, — сказал Клаудвэйф.

— Не волнуйтесь за него. Он проспит еще несколько часов и проснется. А спит он сейчас так много, так как его организм приспосабливается к изменениям в его теле.

— К каким изменениям? — спросила Селестия.

— В его организме находиться мое изобретение, наноботы, — сказал Себастьян, и пони удивленно посмотрели на него, явно не понимая значения этого слова. – Это мои творения, которые созданы для улучшения возможностей человека. Одним, из которых является ускоренная регенерация клеток и улученная иммунная система. Также по времени развития его организма, его наноботы будут наделять его новыми способностями. Некоторые из которых, не знаю даже я, хоть я их и создал. Но у них есть один побочный эффект.

— Какой же? — спросила Селестия.

— Наноботы влияют на отдел мозга, отвечающий за память. А точнее на его воспоминания.

— То есть он ничего не будет помнить? — спросил Клаудвэйф.

— Абсолютно ничего. Я знал об этом побочном эффекте и понимал, что Вадиму будет лучше забыть все, что связанно с его жизнью на Земле.

— По-моему лишать ребенка воспоминаний о его настоящих родителях это жестоко, — сказала Свитпай.

— Вадим никогда не знал наших родителей. Наш отец умер за несколько месяцев до его рождения. Он также был ученым, как и я, и погиб во время взрыва в лаборатории. А наша мать, умерла во время родов, но наши доктора смогли спасти его. Поэтому я взял на себя всю ответственность и заботу о своем брате. Так что из всех родственников он забудет только меня.

— Сколько ему лет? — спросила Свитпай, подойдя к Вадиму и проведя по его черным волосам своим копытцем.

— Сейчас ему четыре года, но несмотря на это, для своих лет он чрезвычайно умен. Уже в таком возрасте он задавал такие вопросы, которые часто возникают у взрослых людей. Но ему нужна семья, которая будет любить его и заботится о нем, несмотря на его отличие от других, — сказал Себастьян.

— Если вы хотите, то я могу попытаться превратить его в пони, — сказала Селестия.

— Я согласен, — не задумываясь, сказал Себастьян.

— Вы в этом уверены? Он лишиться своего человеческого обличия навсегда, и я не смогу обратить этот процесс, — сказала Селестия.

— Если честно, я надеялся на то, что такое возможно в других мирах. Тогда он не будет ни чем отличаться от вас, поэтому я заранее обдумал это и полностью с этим согласен, — сказал Себастьян, и принцесса подошла к Вадиму и ее рог, ярко засветившись, окутал его тело, но через минуту ее рог погас, и принцесса печально покачала головой.

— Я не могу превратить его, поскольку в его теле нет никакой магической энергии, за счет которой я могла бы превратить его в пони. Но уверена, что со временем его тело начнет впитывать магическую энергию нашего мира и если он захочет, то я совершу трансформацию, — сказала Селестия.

— Что ж так даже лучше, пусть он сам примет решение остаться человеком или стать одним из вас. И не волнуйтесь за его здоровье, его наноботы легко справятся с любой болезнью, но боюсь, могут возникнуть проблемы с его одеждой.

— Не волнуйтесь, в нашем городе живет отличный модельер, и думаю, он сможет шить Вадиму нужные ему вещи. Но все же вы уверены, что хотите, чтобы мы воспитали его. Вы ведь нас не знаете, — сказала Свитпай.

— Вы приютили у себя совершенно незнакомого ребенка, причем не вашего вида. Позаботились о нем и проявили истинно заботу, как настоящие родители. Это понимает даже моя программа. Поэтому если вы не против, я бы хотел оставить Вадима на ваше попечение, — сказал он, посмотрев на Свитпай и Клаудвэйф, которые были в растерянности.

— Я считаю, что он прав, — сказала Селестия улыбнувшись. – Вы лучше всех справитесь с ролью родителей и воспитаете этого ребенка со всей своей любовью и заботой. Я буду всячески вам помогать и поддерживать с вами переписку, чтобы узнавать о состоянии и жизни ребенка. А также буду выделять, и присылать вам немного денег для его нужд.

— Мы согласны, — ласково и волнующе сказала Свитпай, а Клаудвэйф подойдя к ней, нежно обнял своим крылом в знак того, что он также согласен. – Обещаю, что мы будем любить и заботиться о нем.

— Спасибо вам. Только советую вам подумать, что сказать Вадиму. Как я сказал, несмотря на его возраст, он умен не погодам, и вопросы, откуда он, и почему он не похож на вас, у него возникнут моментально, — сказал Себастьян. – И думаю будет лучше, сказать ему правду. Что нашли его без сознания в лесу, и боясь за него, решили принести его в свой дом и приютить. Уверен, если вы предложите ему остаться в вашем доме, то он с радостью согласится. И так у него появиться семья, а у вас сын. И когда придет время, он узнает всю правду, и уверен он поймет, что все это было сделано ради его блага. А до тех пор принцесса, я прошу вас забрать этот диск себе, и отдать его Вадиму, когда он подрастет и для него придет время все узнать.

— Хорошо, Себастьян. Но скажи есть, что-то чего нам стоит опасаться или к чему-то быть готовыми? — настороженно спросила принцесса.

— Думаю, вам просто стоит быть готовыми к тому, что у него будут проявляться необычные способности благодаря воздействию наноботов вот и все. Потому что как я сказал, даже я не могу предугадать, какими способностями они его могут наделить. Им свойственно развиваться и подстраиваться под организм хозяина и его окружающей среды, — сказал Себастьян.

— Но сможет ли он нас понимать? — спросил Клаудвэйф.

— Насчет этого не волнуйтесь. Вследствие этой амнезии он потеряет лишь воспоминания о своей жизни на Земле. Так что он вполне сможет понимать и разговаривать с вами. Правда, наверно придется хорошенько подучить его, так как он не знаком с вашей культурой и обычаями, но это поправимо, — сказал Себастьян.

— Принцесса, как вы думаете, через какое время Вадим сможет накопить в своем теле достаточное количество магической энергии нашего мира, чтобы совершить трансформации? — спросил Клаудвэйф.

— Его организм отличается от нашего. Поэтому потребуется время, чтобы он приспособился к нашему миру. И думаю, через несколько лет он сможет накопить в себе достаточное количество энергии, — сказала Селестия.

— Что ж, я сделал все, что мог братец, остальное зависит от тебя, — сказал Себастьян, подойдя в Вадиму и улыбнулся.

— А что вы имеете в виду? — спросил Клаудвэйф.

— Извините, в ответах я ограничен. Программа не может ответить на это, правильно задавайте вопросы.

— Как вы думаете это случайность, что Вадим попал именно к нам? — спросила Свитпай, посмотрев на Себастьяна.

— А это, правильный вопрос, — сказал он улыбнувшись. – Программа завершена, — и голограмма Себастьяна тут же исчезла.

— Принцесса я бы хотела спросить у вас кое-что, — неловко сказала Свитпай, обращаясь к принцессе.

— Вас что-то беспокоит? — спросила Селестия.

— Когда он подрастет, его придется повести в школу принцесса, да и мы не сможем все время удерживать его дома. И я боюсь, что жители города будут напуганы появлением незнакомого им существа.

— Насчет этого я переговорю с мэром вашего города, а потом и его жителями. И думаю, слегка объяснив им ситуацию, они смогут понять в каком положении оказался этот ребенок. К тому же я думаю, что у этого ребенка светлое будущее и он еще сыграет свою роль в нашем мире, — улыбнувшись, сказала Селестия и вышла из их дома.

А Свитпай и Клаудвэйф подошли к ребенку и смотрели на него. Ребенок все еще спал, и по словам Себастьяна проспит еще несколько часов, но теперь этот ребенок является их сыном.

— Все же, милая, твоя мечта сбылась, — сказал Клаудвйэф и поцеловал жену, от чего она улыбнулась и посмотрев на него поняла, что теперь их жизнь кардинально изменится.