Автор рисунка: Stinkehund
Попаданцам здесь не рады

Знакомства

Всё же раскуклился.
Гуглдоки (комментирование разрешено)
Табун

Подходил к концу третий день моего пребывания в этом месте и знаете, что я понял? В предыдущем Комплексе было куда лучше, чем здесь. По крайней мере, там хоть можно было чем-то заняться, пока тебя не вызовут, в то время как в новом месте моего пребывания, приходилось сидеть в этой маленькой камере, хотя, с другой стороны — меня пока не пытались убить. Кормили тут не так плохо, но вот только еду доставляли исключительно в мои ”апартаменты”, что делалось лишь для того, чтобы я не контактировал с другими пациентами до истечения установленного срока, со слов Саенса. Кстати о сотрудниках комплекса, мне все это показалось действительно несколько странным, но манера общения и поведение у некоторых пони разительно отличаются, и у меня возникало ощущение, будто они здесь работают из совершенно разных миров.

За прошедшие дни процедуры доктора Хартстрингс изменились – теперь мне просто нужно было лежать, закрыв глаза, ни о чем не думая. Правда мигрень, проявлявшаяся после их окончания, меня стала беспокоить, но Эликит уверила, что это лишь побочный эффект. Только вот сегодня она вместо того, чтобы сразу приступить к процедуре, спросила меня, насчет перевода в другой участок – все мои попытки вспомнить окончились неудачей. «А ведь действительно, почему, что или кто заставил меня это сделать?»

Посещение кинозала также никто не отменял, но только теперь просмотр стал гораздо комфортнее, хотя бы потому что меня не приковывали к креслу. Тематика фильмов сменилась на показание “правильного поведения в обществе пони”, причем все было воспроизведено настолько наивно, что мне невольно хотелось плеваться от такого количества мило общающихся между собой пони.

Единственное, что, по моему мнению, действительно приносило пользу — занятия проводимые под чутким контролем Стил Мэйна. По крайней мере, я стал гораздо лучше контролировать свое новое тело, вот только из-за усталости, наступавшей под конец дня, меня чуть ли не волоком тащили обратно в камеру.

Следующий день начался не совсем обычно — вместе с охранниками прибыл Триг, у которого, судя по не выспавшемуся виду, в последнее время прибавилось хлопот.

— Пациент пятьдесят три…

-Да не сплю я, от вас столько шума, что даже мертвые проснутся, — с недовольством вскочил я с койки.

— Попрошу не перебивать меня и успокоиться. Итак, сегодня у вас очень важный день и именно от того, как вы будете себя вести, мы поймем какой курс лечения лучше подходит вам, — «профессор явно снова что-то замышляет» — прошу, за мной.

Но, вместо того, чтобы идти на процедуры, мы направились в столовую, которая представляла собой небольшое, хорошо освещаемое помещение. Вот только помимо охранников тут находилось еще не менее десятка других пони, мгновенно повернувших головы в мою сторону. И хотя их интерес ко мне быстро угас, уступив место завтраку, мне все равно было не по себе. Возможно я просто не привык к таким скоплениям пони. Впрочем, мне ничего не оставалось делать, кроме как смириться с этим. Взяв поднос с едой, ничем не отличающейся от той, чем меня кормили до этого я сел за пустующий столик.

Одному долго сидеть не пришлось — ко мне подлетела пегаска кремового цвета с розовой гривой, в которой были заметны редкие темно-синие полосы, и уселась напротив. Не собираясь заводить знакомства с незнакомыми личностями, я пересел за другой столик. Она, судя по всему, не получив желаемого результата, снова села рядом со мной.

— Как тебя зовут-то? — спросила пегаска, немного наклонив голову, из-за чего ее челка заслонила янтарный глаз. Надеясь, что она отвяжется от меня не получив ответа, я молча продолжал есть.

— Да брось, давай поговорим, как… нормальные гаэджо, — не знаю, что она увидела в моем взгляде, но это отбило у нее всякое желание общаться со мной.

До конца завтрака никто меня не беспокоил. Правда, я время попусту не тратил и наблюдал за поведением остальных, надеясь хотя бы немного узнать о них. К несчастью, никого такого особенно выделяющегося характером приметить не получилось, за исключением той пегаски, которая то и дело металась от столика к столику, в результате чего остепенилась и уселась рядом с зеброй. «Из одного дурдома в другой… да, Уолтер?»

После завтрака нас привели в просторный кабинет, отдаленно напоминавший мне обыкновенный класс. На серых стенах висели портреты неизвестных пони, освещаемые лучами поднимающегося солнца, проходящими через зарешеченные окна. Доска же была исчерчена какими-то графиками, о содержании которых у меня пока было смутное представление.

Пока пони рассаживались за парты, я, все еще опасаясь общаться с ними, отсел от всех как можно дальше, выбрав место рядом с окном. Мое внимание привлекла полоса черного дыма, еле виднеющаяся вдали. «Поезд? Хмм, а что если...»

– Я все поняла, профессор. Не стоит за него беспокоиться, — в кабинет вошла зеленая земнопони с аккуратно уложенной коричневой гривой и направилась к столу, где лежали какие-то бумаги. Впрочем, меня сейчас больше интересовала та железная дорога. Пытаясь обнаружить след дыма, я заметил, что стало, как-то тихо.

– Мистер… Редкоул, что вы там так упорно стараетесь разглядеть? — мягко спросила пони. Все бы ничего, но сейчас на меня смотрели все, кто был в кабинете. Я мысленно обругал себя за то, что в первый день пребывания среди других пони, смог привлечь на себя столько внимания.

– Да вот, думаю — каким образом в столь крупный комплекс привозят припасы. Часом, не на поезде?

– Ох, Уолтер. Вас это должно волновать в последнюю очередь, — спокойно ответила пони. «Похоже, что ей не впервой задают такого рода вопросы» Сложив документы в стопку, земнопони поднялась из-за стола.

– Меня зовут Вилдфлоу и, насколько мне известно, с видеоматериалами вы уже ознакомлены. Так вот, на моих занятиях, у вас есть хорошая возможность закрепить увиденное и… — пони перевела строгий взгляд на другой ряд, — Марти, помнишь, чем обернулось твое хвастовство в прошлый раз или тебе показалось мало этого? — знакомая пегаска, собравшая вокруг себя небольшой круг слушателей, потупила взгляд, а остальные, поняв, что продолжения истории им не видать, повернулись к Вилдфлоу.

— На чем я остановилась… ах да! И запомни, никаких проявлений неподобающего поведения, уж тем более агрессии, иначе — мне придется прибегнуть к особой программе обучения.

Последние слова она сказала, будто вынося смертный приговор, что мне не особо понравилось. Однако остальные на это заявление никак не отреагировали. «Похоже, что этим здесь просто запугивают, но черт меня побери — проверять ее слова на правдивость я не собираюсь. По крайней мере, пока».

— Итак, Уолтер. Не желаете ли рассказать о том, что узнали из обучающих фильмов? — улыбнулась Вилдфлоу, словно зная мой ответ. Хотя это понятно — она ведь здесь не первый год работает и наверняка сталкивалась с различным контингентом.

— Лично для себя — ничего нового. Правда в моём мире большинство из показанных ситуации не являются строгими к исполнению и лишь зависят от морального выбора индивидуума, — спокойно сказал я, заметив, что приковал к себе взгляд всех находящихся в кабинете.

­­ Хорошо, я рада, что вы поняли учебный материал. Ведь эти занятия проводятся не просто так, а ради качественного его усвоения, чтобы первое время суметь жить в этом мире, пока мы ищем способ вернуть вас обратно, — бодро сказала Вилдфлоу, подходя к доске, — сегодня тема наших занятий…

— Извините, что перебиваю, но доктору Хартстрингс необходимо провести запланированную беседу с пациентом 53-Е, — в кабинет вошел единорог-охранник, выискивая меня взглядом.

— Хорошо, но передайте, чтобы не забирала его на весь день. Беседы беседами, а практика тоже важна. Уолтер, ступайте, — я вяло поднялся и побрел за охранником, не представляя, что же понадобилось Эликит, раз она решилась нарушить общий график, в который нельзя было вмешиваться без серьёзных последствий.

— ... участие в праздничных мероприятиях, — услышал я за дверью, выйдя в коридор. «Праздники… день когда можно себе позволить отдохнуть ото всей мирской суеты. Интересно, а время здесь идет также как на Земле или нет?»

Интересоваться у охранника насчет этого я, конечно, не собирался, ведь и так понятно — его работа явно не отвечать на столь бессмысленные вопросы. Спрошу у доктора, ведь скорее всего она уже не первый раз сталкивалась с землянами. Мы добрались до нужного кабинета не проронив ни слова, правда охранник был, мягко говоря, странный — то и дело осматривался по сторонам настороженным взглядом, словно ожидал нападения.

— Доктор Хартстрингс, мне нужно с вами поговорить… по поводу происходящего, — нервно сказал охранник заходя в кабинет. Единорожка, отложила блокнот с заметками в сторону и посмотрела на взволнованного пони.

— Хорошо, но только после беседы с пациентом, а то сам понимаешь, что мне устроит Вилдфлоу, — в ответ охранник лишь кивнул и незамедлительно покинул помещение, я же, как обычно лег на диван в ожидании очередного сеанса.

— Итак, Уолтер... для начала я рада, что пока никаких эксцессов с вашим участием не произошло. Не поймите меня неправильно, просто иногда у некоторых иномирцев наблюдалось весьма необычное поведение в первые часы нахождения среди других пациентов. Оканчивалось оно тем, что приходилось отправлять новенького на еще один круг обучения основам элементарного поведения в комплексе, а пострадавших в лазарет, — Хартстрингс устало вздохнула и стала просматривать записи, — я не зря выдернула вас с занятий. Возникла несколько необычная ситуация, с которой мне ещё не приходилось сталкиваться, — от мягкости в голосе единорожки не осталось и следа.

— И что же так? — с любопытством спросил я, хотя где-то в глубине души не желал знать правду, поскольку понимал, что ничего хорошего это мне не сулит.

— Обычно для работы с пациентом, компаньону по воспоминаниям достаточно одной так называемой точки старта, но вчера, я столкнулась с каким-то странным препятствием во время сеанса. Поэтому, вам нужно будет сосредоточиться на последних событиях, произошедших до того, как вы оказались в комплексе, — доктор была явно взволнована, но старалась не подавать виду.

Я прикрыл глаза и постепенно начал погружаться вглубь своего разума, пытаясь вспомнить те неприятные события, которые мне пришлось пережить за несколько часов. Когда начались неприятные ощущения, передо мной всплыла картина того самого злополучного утра. Теперь, поскольку Эликит начала процедуру, мне ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать за своими действиями, словно просматривая старую полузабытую видеозапись.

Бесконечные лабиринты коридоров, ведущих в тестовую камеру, инструктаж, авария с последующей телепортацией пролетели в одно мгновение. Я даже не успел опомниться, как уже брел по поверхности спутника. Только вот меня окружило чувство чего-то странного, словно не только Хартстрингс просматривала воспоминания, но и ещё кто-то, желающий остаться в тени.

Всё изменилось, когда после падения со склона луч фонаря уперся в стену непроницаемой для света тьмы. К тому же, я мог полностью контролировать свои действия нежели до этого.

— Эй, что здесь творится? — конечно, глупо было надеяться, что доктор услышала меня, но иного выхода я не видел.

— Не могу сказать конкретно, так что убирайся оттуда немедленно! — неожиданно раздался голос Эликит, чему я несказанно обрадовался. Только вот моя попытка выйти из воспоминаний не увенчалась успехом.

— Док, у нас проблема... похоже, я тут застрял. Не могли бы вы меня вывести из этого транса? — только сейчас я заметил, что стена постепенно двигалась в мою сторону, с каждой секундой поглощая древние руины, которых в этом месте вообще не должно было быть.

— Уолтер, мы тебя уже целый час пытаемся привести в сознание, но пока безрезультатно. Пока ты сам по себе! — испуганно проговорила единорожка.«Эх, неужели я такой везунчик на подобные ситуации?»

Не желая быть достигнутым странной стеной тьмы, я принялся быстро карабкаться по склону. Как ни странно, но травмы, полученные мной во время прохождение через воспоминание, абсолютно никак не сказывались, поэтому мне удалось без особых проблем взобраться на вершину холма. Впрочем, главная проблема всё ещё не была решена и я направился по следам в сторону своего приземления, надеясь найти ответ там.

Доктор больше на связь не выходила, что было особенно грустно. Хотя, скорее всего, она просто устала поддерживать её и, чтобы самой с ума не сойти, прервала. Но чёрт побери, как же всё происходящее неправильно, всё не должно было так случиться. «Эх, как выберусь отсюда, узнаю, что со мной творится. Вот только когда именно это всё началось? Может...»

Моё внимание привлекла неожиданно возникшая посреди пустыря обычная деревянная с облупившейся белой краской дверь. Не сказать, что в этом было нечто удивительное, если учесть происходящее, но любопытство всё же взяло вверх — вдруг это выход? Нарастающий позади гул заставил меня обернуться. От увиденного я на несколько секунд впал в ступор — стена тьмы, словно гигантское цунами, стремительно шла в мою сторону, готовясь обрушиться смертельным грузом. Не видя иного выхода, я побежал так быстро, как мог, чтобы добраться до двери.

Взявшись за ручку, я на пару секунд повернулся с ухмылкой на лице в сторону наступающей тьмы, после чего резко открыл дверь. Только вот всё получилось немного не так, как предполагалось — за ней ничего не было, кроме пустынного пейзажа спутника. Это оказалась просто дверь, стоящая посреди пустыря, пройдя через которую, у меня ничего не получилось изменить. Я с силой захлопнул её, отчего она покосилась и грохнулась на землю. Моя попытка покинуть опасное место была прервана свалившейся на меня волна тьмы. Но ни боли, ни каких-либо других ощущений не я почувствовал, словно ничего вовсе и не произошло.

— Ответ ближе, чем ты думаешь, — сказал мягкий женский голос.

***

Я пришел в себя на мягком матрасе, где так бы и остался лежать, но шарканье шагов, разносящихся ужасным эхом по помещению, никак не давало мне покоя. Стоило открыть глаза, как яркий свет чуть не ослепил меня, из-за чего пришлось зажмуриться. Немного привыкнув к освещению, я решил оглядеть помещение. Оно оказалось самым обыкновенным лазаретом, на стенах даже не было этого разноцветного безумия, что творилось в камере. Правда из-за белых, закрывавших обзор по бокам, занавесок, мне мало, что удалось рассмотреть, кроме нескольких кушеток ряда напротив. Неожиданно раздался писк, уж больно похожее на звук, издаваемый электронным кардиографом. После чего мимо моей койки пробежала светло-оранжевая земнопони в направлении звука.

Ненадолго в помещении наступила тишина, которая впрочем теперь меня пугала ещё больше. Не хотелось бы опять очутиться в кошмаре. Услыхав приближающиеся шажки, я успокоился и, найдя в себе силы, встал с кушетки и вышел из палаты.

— О, как погляжу, вам стало намного лучше, — презрительно сказала медсестра, поправляя прическу, — ну что же, поздравляю вас. Вы — везунчик, мистер Редкоул.

— Что простите? — в недоумении спросил я.

— Ну... во время прохождения процедур есть шанс того, что пациент может окончательно потерять себя и превратиться в растение, либо... в общем тебе лучше не знать, — протараторила медсестра, похоже понимая, что явно сказала лишнее.

— То есть, это может снова случиться?

— Да. Только вот, похоже, что ты будешь одним из необычных экземпляров. Скажу так — твои анализы несколько... странные.

— В смысле?

— Не бери в голову, скорее всего опять шутки Дискорда, — отмахнулась кобылка, — я бы с радостью продержала тебя здесь подольше, но распоряжение свыше связывает мне копыта. Охрана! — в помещение вошел белый земнопони в униформе и бросил усталый взгляд на медсестру, — проводите пятьдесят третьего в... четвертую комнату жилого комплекса. И нечего спать на работе, а ну бегом или на ночную смену решил остаться? — пони немного взбодрился, явно не горя желанием находиться ещё одну смену на ногах.

— В четвертую? Но она же неделю как заполнена! — ответил охранник, переведя взгляд на меня.

— Да какого... ладно, мне плевать куда ты его поместишь, всё равно это дело Саенса. Только не забудь пометку сделать. Сам понимаешь — проблемы нам не нужны, тем более в канун ярмарки, — «ярмарка говорите... это уже намного интересней.»

— Ты слышал её, пошевеливайся! — рыкнул пони на меня, направляясь к выходу из помещения.

Мы так быстро добрались до лифта, у меня не получилось осмотреть частично освещаемые коридоры больничного крыла. Одно радовало — так как обратиться за медицинской помощью нам, судя по всему, позволяли, то в коридорах были установлены указатели в сторону медпункта. Оказалось, что больничное крыло находилось на пятом этаже, в то время как помещения комнаты жилого комплекса на третьем. Вот только заметив знакомый коридор, по которому меня не раз водили, я почему-то не удивился.

Зайдя в высокий зал, освещаемый лишь тусклым ночником. Я подумал, что меня сейчас отведут в мою старую камеру, но не тут-то было. Как оказалось, комнаты для “отгороженных от общества” расположены в стороне от основного жилого блока. Войдя в коридор охранник включил свет, которому спавшие не сильно обрадовались, но возмущаться в открытую пока никто не спешил. Пони по очереди открывал двери, пытаясь найти комнату, где была свободная койка.

— Чего застыл? — недовольно спросил охранник, явно не желая тратить время на меня, — или тебе особое приглашение нужно?

Я, не сказав ни слова подошел к помещению, гордо именуемое “комнатой”. Стоило мне переступить порог, как пони захлопнул за мной дверь, и вышел из коридора, заперев выход. Спустя пару секунд, свет в коридоре погас, и гомон недовольных стих.

— Кого это к нам приволокли посреди ночи? — послышался сонный недовольный голос, донесшийся из глубины комнаты.

— Ну что, так и будешь стоять, гаэджо? — кажется я понял к кому меня заселили, — говорят ты сохранил рассудок после сбоя во время процедуры, это правда?

— Слушай сюда, я не любитель подраться, но лучше не выводи меня, — злобно проговорил я. Ещё бы, после всего того, что со мной случилось, мне лишь хотелось лечь и отдохнуть, а не болтать с ненормальными.

— Вы оба, успокойтесь! — в помещении зажегся свет. Оно оказалось немного больше, нежели та камера. Здесь даже были нормальные кровати с тумбочкой возле каждой. Да и к тому же цветная роспись на стенах сменилась на однообразную серую. Возле выключателя стояла знакомая зебра, рядом с которой на уроке села пегаска, и она была явно недовольна нашей словесной перепалкой.

— Шэл, ты хоть понимаешь, кто он? — возмущенно спросила пони, — никто ещё не возвращался после нарушения процедуры!

— И что? Ты не забыл, что мне приходится уже который день посещать медпункт, чтобы не свихнуться? — уставшим голосом проговорила зебра ложась на кровать, — у каждого из нас своя реакция на последствия от превращения. Надеюсь это не мешает незваному гостю представиться?

— Пациент пять...

— Не-не-не, ты же помнишь настоящее своё имя, планету, как попал сюда? Или тебе напрочь мозги отшибло? — помотала головой пони, раздраженно фыркнув.

— Уолтер и я... а зачем вам всё это знать? — с недоумением спросил я подходя к аккуратно застеленной кровати.

— Понимаешь, Уолтер, мы все тут разные, но переносить процедуры в одиночку с каждым разом становится всё тяжелее. Поэтому нас и объединяют в группы, чтобы не ухудшать ситуацию, — зебра явно хотела спать, но похоже не доверяла импульсивной подруге, — меня зовут Шэлйиупеш, а это ходячее бедствие — Мартинес, — пегаска бросила недовольный взгляд на соседку.

— Что? Хочешь сказать, это я навлекла на тебя беду за твоё хвастовство, великий дипломат-завоеватель? Тем более не забывай, что именно из-за тебя мы здесь находимся.

— Заткнись, грибное отродье! Вы получили то, что заслуживали!

— Предлагаю всем лечь спать или такими темпами сюда заявится охрана и тогда нам точно не поздоровится, — я попытался разрядить обстановку, понимая, что в связи с последними событиями за мной наверняка установлена слежка.

— Знаешь, Марти, пожалуй, я соглашусь с Уолтером. Нам сейчас и так трудно, поэтому нужно постараться перестать трогать старые раны.

На этом наш разговор закончился и мы легли спать. Что же меня ждёт завтра? Да чёрт его знает. Тем более наверняка Саенс уже знает, что я оклемался после случившегося.