Автор рисунка: Siansaar
Филлидельфия Разведка

Спокойствие

Дом... Милый дом...

Я называл своим домом всю Платформу. Тут всегда было довольно спокойно, почти без происшествий. Эта атмосфера безмятежности отражалась на поведении любого пони, попавшего сюда по делу или же случайно. Здесь моё настроение всегда становилось лучше.

Но только не сегодня. Соберий наверняка весь вчерашний день просиживал круп на диване, отдыхая в буднее время.

Его место обитания никак не отличалось от остальных. Неприметный четырёхэтажный домик с одним подъездом и некоторым количеством квартир. Никакой роскоши или излишков не было. Минимальные требования для поддержания более-менее приличной жизни. Но никто не жаловался. Дёшево и сердито, как говорится.

Постучав по двери копытом, я услышал, как этот ленивый пони вяло и со стоном сползает на пол. И почему я не чувствую никакого удивления?

Дверь со слабым скрипом отворилась. В проёме стоял голубоглазый пони с заспанным видом лица.

— О, Сел, что случилось? – протянул Соберий вялым унылым голосом.

— Посылка доставлена, давай деньги – сказал я своим обычным тоном, стараясь пройти в квартирку. Выставленное копыто единорога меня остановило.

— Слушай, – промямлил он, отведя взгляд в пол, – пока денег нет. Подойди в конце недели, ладно?

Стараясь случайно на меня не посмотреть, он медленно начал закрывать дверь. Ох, засранец рогатый.

Я просунул переднюю ногу в верно уходящую щель, не давая захлопнуться двери – Нет, так не пойдёт. Я на мели. Проживу максимум до завтра.

— Это мои проблемы? Нужно было экономить, офицер Селлиман. У меня денег нет. Удачи тебе.

Соберий оттолкнул мою ногу и таки захлопнул дверь. Очень зря. Последняя дощатая преграда вылетела с петель в следующую пару секунд мощным ударом задних копыт.

— Что за чёрт?! – отпрыгнув, воскликнул единорог.

Я без слов прошёл внутрь квартиры. Особо сильного ущерба я не нанёс. Вроде.

— Я намерен получить свои деньги прямо сейчас. И даже немного больше.

— Что?! Ты умом полетел?! – прокричал единорог, всё ещё ошарашенный разломанной дверью, — у меня и нормальной суммы то нет!

— Ну да. Ты всегда хранишь деньги в укромном месте. Не будем тратить время, ладно?

Он, фыркнув, стал поправлять магией мои проделки. Как маг он был хорош. Всё же до катаклизма его неплохо обучили в Кантерлоте. Это объясняло и то, что он занял такой пост. Но как пони он был довольно эгоистичен.

— Я тебя разжалую! Врываться в дом к чиновнику и портить имущество!

— Замечу, — сказал я, указывая копытом на целёхонькую дверь – никакого ущерба я не вижу. Ты пил в рабочий день. Наверняка нашёл оправдание. Не так ли?

Глупец, сам подставляет себя.

— Я не пил, я работал на дому! – заявил Соберий

— Ага, — я покосил взгляд на пустые листы бумаги и пустую папку, — ты просто напился вчера слабоалкогольных коктейлей и уснул. Или как ты объяснишь всё это – я вновь указал копытом, но уже на бесформенную кучу пустых банок и мятых подушек на диване.

— И ты думаешь, что тебе поверят?

— Даже если и нет, всплывёт некоторая информация о празднике летнего солнцестояния. Помнишь?

Он замешкался. И правда, забавно, что он вытворял, когда напился. Ему и самому было стыдно. Мне не по себе, когда я давлю на такие больные места, но всё же немного интересно, когда хрупкий жеребец лезет к барпони, который, как ни странно, тоже жеребец.

— Есть и другой вариант, — заметил я, — ты даёшь мне сейчас 75 монет, и мы мирно расходимся. Ну и заодно пообещай, что будешь серьёзней относиться к своей работе.

Единорог заметно разозлился. Или на себя, или на меня. Не сказать.

— Мы бы сработались, Соберий, но нужно убирать свои недостатки. Иначе мне так и придётся ломать двери.

Он, не сказал ни слова, достал из шкафа пустой мешочек, затем открыл комод, отсыпал оттуда звенящих монеток и кинул своеобразную посылку мне. Я поймал зубами своё вознаграждение и убрал его под крыло.

— Проваливай – резко сказал Соберий.

— И чаю не предложишь? – спросил я, ухмыльнувшись.

Единорог открыл передо мной дверь и указал на выход копытом.

— Ну, как знаешь, — напоследок сказал я.

Выйдя из его дома, я ощутил, как прохладный ветер окатил моё тело. Вдыхать этот относительно чистый воздух намного приятнее лёгкого алкогольного запаха в квартире Соберия.

Я прокрутил в голове недавний диалог. Как некрасноречиво для чиновника. Думает, что его статус даёт весомое преимущество. Увы, это работает только тогда, когда он не встречается с кем-то лицом к лицу.


Центральная площадь. Просто большое пустое пространство, покрытое мощёным камнем. Вокруг, играя роль границ площади, располагались магазины. Одежда, единственный ресторан (с довольно небольшим выбором, однако, хороших блюд) и другие магазинчики, с различными товарами. Если ты чувствуешь себя одиноким – приходи сюда. Даже глубокой ночью площадь не пустует, пони прогуливаются здесь. Особая романтика.

— Хей, Сели! – ко мне шёл Гарнас с лёгкой улыбкой, — рад тебя видеть, парниша.

— Да и тебе не хворать, Гарни.

— Уже вернулся из Филлидельфии? Ну, рассказывай, как там всё?

— Довольно мрачновато и загадочно – начал я, мысленно прокладывая путь к одному из магазинов, — один земной пони своровал воздушный шар с Красной, и некие новые устройства-прыгуны из лаборатории.

— Прыгуны? Чёрт... – Гарни задумчиво отвёл взгляд.

— Видел прежде? – спросил я его.

— Нет… — всё ещё задумчивым голосом сказал он, — просто этим утром говорили про одного прыгающего пони. Он прибыл сюда. Никто точно не знает зачем.

— А ты уверен, что мы об одном пони?

— Прыгает похлеще лягушек, на копытах странные чёрные штуки, и нет никаких отростков на боках или голове. Так мне передали.

— Хм. Ну, описание совпадает.

Как тут не поверить в теорию заговора? Хотя, почему сразу это. Может кто-то всерьёз решил заняться очищением земли? И эти спасители Пегасуса могли быть с ним заодно.

— Что ж, проспали мы его, и ладно – перевёл тему Гарни – заплатили?

— И опять о деньгах. Тебя волнуют мои деньги?

Бордовый пегас посмеялся.

— Просто тебе же платил Соберий. Заплатил ведь?

— Вы с ним хоть и друзья, но пришлось немного надавить на него. Изначально это было его задание. А потом он ещё и задерживал зарплату.

Пегас нахмурился.

— Мог бы позвать меня. Главное, что без крови. Не так ли?

— Да как вы могли подумать, что я, джентельпони, позволил бы себе избивать чиновника ради денег? – с сарказмом спросил я, — просто поломал его дверь и привёл парочку неоспоримых аргументов.

Гарни сделал смачный фэйсхув, пробормотав что-то о дураках.

— Да ладно, не бойся, — стукнул я его легонько по плечу, — всё обошлось вполне себе мирно.

— О***ть мирно.

— Он всё починил магией. Не надо так вот выражаться. Просто забудем?

— Ага, да, забудем.

Пару минут мы просто шли молча. К пекарне. Я хотел свежих кексов, очень-очень. В последний раз я перекусывал ещё в Филлидельфии, в баре.

Я, с радостью от чудесного аромата, отсыпал пару золотых монет за чай и кексик. Мы присели за столик, и я стал жадно поглощать вкусное кушанье. Повар изрядно постарался. Кексы были самой яркой вещью из всех, которые я видел.

— Слушай, — сказал бордовый пегас, — у меня тут есть предложение слетать в Лас Пегасус.

— Далековато — с забитым ртом промямлил я.

— В том то и дело, что не на своих крыльях. Дирижабль нам в помощь. Прилетим, повеселимся. Тебе же нравится этот город? Может, чего себе присмотришь. Кстати, слышал, что скоро легализуют производство переносных устройств для офицеров.

— А как же! – я поставил на стол свою переднюю ногу с часами.

— Оу, так ты уже обзавёлся?

— Нет. Купил в «Травке». Довольно неплохие часы – сказал я, поглотив последние кусочки кекса и вновь осмотрев свои часы.

— А вдруг чего получше посмотришь? Да полетели, там весело. Ты ведь слышал, что больше суда там не подбивает Лес? – спросил Гарни

— Конечно. И теперь все жители там во временном трауре. Но всё же я полечу, как тебя одного пускать в город пегасов?

И правда, Клаудсеил после построения Платформ перестал быть центром пегасов. Но у Союза Перьев был там свой штаб.

Забыл упомянуть. Эквестрия распалась на несколько сообществ и союзов. Каждые отстаивают свою правоту и независимость. Глупость! Ведь пони должны держаться вместе. Если бы только земля была отчищена, так бы и было. Я всё ещё надеялся и верил в единство пони.

— Вот и отлично. Завтра в полдень у западного края, и не опаздывать! А я побежал, есть парочка дел. Отоспись, ты устало выглядишь.

Гарни слез со стула, помахал мне копытом на прощанье и улетел. Я же допил свой немного остывший чай и решил проследовать его совету. Всё же не сказать, что барная стойка была слишком уютной для сна.

Неспешно прогулявшись до своего жилища и ещё раз осмотрев прохожих пони, дома и далёкий горизонт, я ввалился в квартиру. Это место наводило на меня умиротворение. Я снял пальто и сумку, кинул их на кресло и включил радио. Опять неспешная инструментальная музыка.

За окном вечерело. По радио стали вещать новости. Там говорилось о группе неизвестных, которые принесли с земли некий ценный артефакт. Но мне уже было не интересно. Веки неспешно стали опускаться. Сонная пелена стала накрывать меня. Я, отбросив все мысли, уснул на своём уютном диванчике.

Из динамика доносились звуки лиры…


Пони в стальной броне упал замертво. Из его шеи сочилась кровь. Алый, немыслимо яркий, пугающий цвет.

Я видел мёртвых пони, но до этого я не являлся причиной их смерти.

Я посмотрел на свою ногу. Устройство показывало бешеное сердцебиение, а лампочка горела красным.

Кто-то сзади ударил меня по голове…


Ненавижу кошмары. Они снятся мне уже на протяжении пяти лет. Или шести.

Издав некий звук, похожий на заглушённый крик, я резко открыл глаза. И пожалел об этом. Пучок яркого солнечного света ослепил меня. В глазах стали мелькать фиолетовые и зелёные кружочки. Отличное пробуждение.

Радио так и работало всю ночь. Сейчас оно играло быструю бодрящую музыку.

Я коснулся своих часов копытом. До встречи был ещё час. Умывшись и одевшись, я решил прогуляться до этого западного края, как мне сказал Гарни. Может, встретимся с ним пораньше.

Город просыпался. На календаре уже был четверг. Это не конец недели, но морально все готовились встретить выходные.

Раннее осеннее солнце лишь слегка грело шёрстку, а беспечный ветер сдувал это тепло с неё.

Вот и край платформы. В воздухе завис большой дирижабль. С Платформой он был соединён лишь парой канатов да трапом для пассажиров. Пони пока не было видно около него, хотя может все уже и зашли.

Я подошёл к этой громадине, наполненной гелием.

— Ваш билет? – на подходе спросил меня контроллёр.

— Он у моего друга. Гарнас Хонниган. Он уже пришёл на борт?

— Ещё не-э-эт! – сзади крикнул знакомый голос. Не успел я повернуть головы, как Гарни толкнул меня сзади и ловко дал контроллёру два билета своим крылом.

— Чудесно. Проходите – без эмоций произнёс кондуктор.

Мы прошли к переднему краю дирижабля, обменявшись приветствиями и некоторыми вопросами.

— А мне сегодня опять кошмар приснился – сказал я, облокотившись на перила.

— Что на этот раз? Надеюсь, ничего наподобие летающих спагетти?

О да. Летающие спагетти с мерзкими отростками, напоминающими щупальца, определённо были самым запомнившимся мне кошмаром.

— Кажется, я убил кого-то. Стражника, вроде. Неприятно.

— Чего это ты насмотрелся перед сном?

— Твоего лица, полагаю.

Мы оба посмеялись. Началось неловкое молчание. Дирижабль, слегка шумя двигателями, наконец-то отчалил. Полёт должен длиться шесть или семь часов. Я просто смотрел на землю, когда-то бывшую многим родным домом. Чёрная, отталкивающая взгляд, неприветливая. В ней как будто копошилось гигантское существо. Как мы могли потерять её, когда-то чудную и прекрасную?

— Не надо долго смотреть вниз, — сказал Гарни, — смотри лучше вперёд. Это как полёт, но без крыльев.

— Так будет легче?

— Мне всегда помогало. Грустить – не лучшее решение, Сел. Ни при каких обстоятельствах…


Солнце, уже пятнадцать лет свободно гулявшее по небу без принцесс… Одичало, как и вся земля… Начинало вновь закатываться за горизонт. А на этом самом горизонте появлялась Платформа Лас Пегасуса. Хотя, это была не совсем Платформа. Она находилась ниже городских облаков. Сверху – пегасы, снизу – все остальные. Символично. Утопия уже давно стала лишь легендой.

Дирижабль начал пристыковываться к нижней металлической части Платформы. Писатели, искатели приключений или просто сорвиголовы прилетали сюда. Город свободы. Мечты. Даже пегасы чаще всего находились не на облаках, а в разгаре жизни под ними. Некоторые спускались ещё ниже, записываясь в ряды стервятников.

— Дождёмся выхода? – спросил меня Гарни.

— К чему бы такая скучная процедура? – усмехнулся я.

Мы, взмахнув крыльями и согнув ноги в коленях, резко оттолкнулись от палубы и полетели навстречу азарту и веселью. Зачем ждать эту посадку, когда ты неусидчивый пегас?

Весь город горел жёлтыми огнями. Облака сверху загораживали значительную часть света, поэтому тут круглосуточная ночь. Конечно же некоторая часть света проходила, но ощущения этого почти не было.

Яркие вывески. Дорогие товары. Суматошные пони. Некоторые, конечно, и работали в этой суете. Будни с угрюмым настроением были и тут, но только не вечером. Сейчас уже было около восемнадцати часов.

Меня удивляла местная обстановка. Ещё недавно город был заблокирован растениями из Вечнодикого, а сегодня двери различных заведений уже открыты нараспашку. Самолюбие и веселье тут сочетались с круговоротом мыслей приезжих. Я со своим другом сначала бесцельно ходили по городу, но сейчас засели надолго в баре, неплохо проводя время. Обратный билет шёл ночным рейсом. Там и отоспимся.

— Слушай, а ты не думал пойти в стервятники? Работа интересная – предложил мне друг.

— Опасная и неблагодарная. Я, конечно, подумаю, но стимула у меня нет. Извини уж – вежливо отказался я.

Мы сидели в одном из открытых заведений у небольшой площади. Пони тут отдыхали. Смеялись, веселились. Я помню старую Эквестрию, но всё же веселье там было не такое.

— Может, выпьешь чего покрепче сока?

— Цени меня таким, какой я есть, — сущую правду я сказал ему, — иначе некому будет доносить тебя до дома. Да и заканчивал бы ты тоже пить. Печень потеряет свою защитную магию.

— Моя печень давно из стали!

— Ага. А мозг из соломы.

Он стукнул меня в плечо, и мы вместе посмеялись. Вроде бы отдых тут ничем не отличается от домашнего, но всё — же ощущения были другими.

Я довольно редко бываю дома. Это уже…

— Слышал? – спросил меня пегас, повернув ухо в сторону прилёта дирижаблей.

— Неа. А что? – спросил я, попивая сок.

— Я явно слышал выстрел.

— Да ну, может послышалось.

В целях профилактики я посмотрел на окружающих пони. Некоторые повернулись, некоторые нет. Может просто показалось.

— Да кого я обманываю, — резко заявил я самолично, — наверняка подполье испытывает оружие. Посмотрим?

— А вдруг нападение?

— На Союз? Кому это надо?

— Красной, конечно же. Дождались момента наибольшей суматохи из-за этого треклятого леса, и напали.

А это была, к сожалению, здравая мысль. Красная давно смотрела на технологии в Клаудсейле. Захват одной из двух Платформ гарантировал бы их преимущество над Союзом Перьев.

— Но почему тревога не объявляется? – заявил Гарни.

На площадь стали прибегать пони.

— Видимо, уже некому объявлять. Сверху не объявят, а тут уже… Некому…

Послышались ещё выстрелы. Только оружие Красных могло издавать такой звук. Механическое оружие. Громоздкое и разрушительное.

— Может долететь посмотреть, что там такое? – предложил я.

— На землю спускаться боишься, а под снаряды лететь – нет?

— Именно – сказал я и взлетел в небо. Пролетев в сторону выстрелов, я увидел нечто.

Пони, полностью закованный в металл с тяжелым оружием на спине, продвигался по главной улице. Его сопровождали пони в менее тяжелой броне с некими дубинками в зубах. За ними ехала машина, испуская чёрные клубы дыма. На её боку был намалёван герб Красных. У меня отвисла челюсть. Я бы и смотрел на это с ошарашенным видом, если бы в меня не попыталось попасть это цельнометаллическое нечто.

— [цензура], [цензура], вот ведь [цензура]! – воскликнул я и за секунды вернулся к другу. Снаряд пролетел мимо. Да и как из такой махины стрелять точно?

Тот с удивлённым видом посмотрел на меня.

— Что там? – встревожено, спросил он.

— [цензура] там. Надо бежать!

— Куда? Наверх?

С одного края города показались массивные красные дирижабли, поднимающиеся наверх. Рядом летели пегасы.

— Охужёжики… — тихо произнёс Гарни.