Полутень

Дарк-брони, любитель гримдарка, умирает и попадает в рай. Тот рай, которого он недостоин. Но… Недостоин ли?

Принцесса Селестия ОС - пони Человеки

Чудеса: созерцай, ведь большего не требуется

иногда бывает так, что желания исполняются.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Человеки

Терра-Нова

Странник ,или хранитель, последний из людей старого мира...

Твайлайт Спаркл Человеки

Элементы Гармонии

Ваншот без проды. Кроссовер. Не имеющим понятия о том, кто такой Гарри Дрезден, читать не рекомендуется - слишком многое будет непонятно.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Человеки

От судьбы уйдёшь

Обнаружив письмо, оставленное Стар Свирлом в далёком прошлом, Твайлайт вновь оказывается втянута в противостояние с силами, гораздо могущественнее её самой. Дабы иметь хоть какие-то шансы на победу, она должна отправиться туда, где ещё никогда не бывала, и заключить, казалось бы, невозможные союзы со старыми врагами. И всё это ради того, чтобы справиться с противником, который манипулировал ею всю её жизнь, и обрести контроль над собственным будущим.

Твайлайт Спаркл Другие пони ОС - пони

Что связало их [What Bound Them]

Со времён приключений славной шестёрки из Понивилля прошло более тысячи лет, и всё стало иначе. Эквестрия поглощена хаосом. По её землям бродят кошмарные существа, немногие оставшиеся поселения терзают ченжлинги, а все следы присущего правлению Селестии мира и гармонии давно исчезли. Но так было до тех пор, пока маленькая группа пони ни отправилась картографировать Сплетение, обнаружив внутри спящего дракона. Теперь на тысячу лет отставший от времени, согреваемый лишь своими воспоминаниями Спайк – их единственная надежда. Он и его новые друзья вместе отправляются на поиски единственной способной исправить всё кобылы – Твайлайт Спаркл.

Спайк ОС - пони

Сборная солянка

Собрал пачку своих старых небольших фиков, и выложил. Собственно, всё. Читайте :D

Твайлайт Спаркл Рэрити

Fallout: Equestria. Price of the soul

В Пустоши немало судеб, не связанных с геройством. Не только Стойла защищали от мегазаклинаний. Ещё до возврата Найтмер Мун был построен особый бункер. Оклеветанный гений бежит из тюрьмы и случайно попадает в Пустошь, где находит тайны, невидимых врагов и любовь. Но душа - весьма ценный товар, и потеряв её, всякий начнёт мстить.

ОС - пони

Дотянуться до солнца

Селестия. Двенадцатилетняя кобылка. Реально смотрящая на мир голодранка, на шее которой — маленькая сестра, которую нужно оберегать и кормить. Но еда закончилась. Слишком долго зима царит в этих землях, и теперь им грозит голод. Скептик в Селестии понимает, что ей не сдвинуть солнце. Но маленькая кобылка в ней продолжает верить… и делает попытку.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Per aspera ad astra

Дискорд сидит в мягком уютном кресле, наблюдая за маленьким огоньком свечи. Грустно и временами тяжко на душе, но одновременно с этим светло и... мягко. Он расслаблен и словно засыпает, глубоко погружаясь в свои мысли: о себе, о своей жизни и новом друге...

Флаттершай Дискорд

Автор рисунка: MurDareik
Глава 6. Экстремальная археология Глава 8. И снова: то же место, те же пони

Глава 7. Если ты пони, то это надолго

Глава, в которой герой заново начинает знакомиться с собой и окружающим миром.

Обычно говорят: «утро добрым не бывает», и чаще всего говорящие так абсолютно правы. Сегодняшнее пробуждение было на удивление мирным поначалу — отвернувшись от разбудившего меня солнечного луча, я попытался привычно потянуться, упёршись ладонями в стену. Однако, повозившись, я так и не нашёл привычного упора, ну да ладно, надо вставать. На работу я явно проспал, да и Спайк наверняка опять не завтракал… Спайк! Поняши!

Воспоминания нахлынули волной, заставляя подхватиться и куда-то бежать — что было очень некстати, потому как, окончательно запутавшись в огромном одеяле, я свалился с кровати, причём довольно высокой — падать было больно. Моё барахтанье в попытках выбраться из плена прервал весьма мелодичный смех.

— Зря Селестия беспокоилась, так активно барахтаться больной не сможет.

А ведь голос-то знакомый… Перестав дёргаться, я наконец-то смог высвободить из одеяльного плена голову и руку. А нет, не руку, реальность оказалась более суровой. Из белоснежного одеяла торчало милое копытце, продолжавшееся не менее изящной ножкой, покрытой антрацитово-чёрной шёрсткой, явно принадлежавшей мне. Дальнейшая ревизия показала, что и все остальные части тела на месте: уши дёргаются, хвост тоже. И судя по уже привычным ощущениям и отсутствию крыльев — я нахожусь в теле единорожки. Вздохнув ещё раз, всё-таки повернул голову к находящейся в комнате пони. Точнее, к аликорну, а ещё точнее — к Принцессе Луне. Именно так, с большой буквы, не больше и не меньше. Ведь даже память Твайлайт, достаточно близко общавшейся с принцессами, не передавала полностью тех ощущений, которые вызывала принцесса, просто находясь рядом. Буквально всем нутром чувствуешь — возле тебя находится существо, которое неизмеримо старше и сильнее. Самая близкая аналогия — как будто находишься рядом с мощным высоковольтным трансформатором, только напряжение здесь метафизического плана. Привыкнуть можно, но забыть это чувство не получится никогда.

— Э… Доброе утро, ваше величество. Простите, не могу поприветствовать Вас как положено… — хм, а голос-то мой очень похож на… Мою мысль прервала принцесса, повалившаяся от смеха на кровать.

— Ой, не могу!.. Такая забавная, — сквозь смех выдавила из себя принцесса. Перевернувшись на живот, она подползла к краю кровати и, смотря на меня сверху, продолжила. — Кстати, правильнее будет ко мне обращаться «ваше высочество», официально я всё-таки принцесса, как и Селестия. Да, не вздумай называть её королевой, она этого не любит, и я тоже. Слишком печальные воспоминания связаны у неё с этим титулом. Хотя и я тогда поступила не лучшим образом…

— Ваше выс…

— Луна, просто Луна, когда наедине, можешь звать меня так. Как-никак ты мой первый ученик, ну, точнее, первая моя ученица за последнюю тысячу лет, — снова улыбнулась Луна явно в ответ на гримасу, пробежавшую по моему лицу. Нет, я ничего не имею против местных кобылок, но тело жеребца было бы как-то роднее, что ли. Ладно, в сторону рефлексию, сейчас главное убедиться, что из-за меня никто больше не пострадал.

— Принцесса, а остальные мои спутники?

— Да не волнуйся ты так, все целы и здоровы. Это только с тобой я и Селестия почти целую неделю провозились. Ты, Владислав, с такой настойчивостью пытался уйти за грань, но мы не могли позволить так бездарно погибнуть нашему спасителю.

— А Флаттершай, то есть та, что была в её теле? Как она? Да и я сейчас чьё-то тело занимаю — с этим проблем не будет?

— Флаттершай с её близняшкой Марией сейчас в Понивиле вместе с остальными кобылками. Насчёт тела не беспокойся, у тебя теперь есть своё собственное… Кстати, я когда увидела тот глиф в храме, чуть тебя окончательно не прибила, одна малейшая ошибка — и там бы всё прахом рассыпалось. Но не будем об этом сейчас, придёшь в себя, потом проведём разбор, — принцесса хмыкнула, — полётов.

— В каком храме?.. Хотя… — в памяти всплыли какие-то обрывки: огромный тёмный зал, кобылки и почему-то побитый страж. И последнее чётко отложившееся воспоминание — пронзительный взгляд Флаттершай.

— Так-так-так, а вот это нехорошо, — скорее для себя пробормотала Луна, телекинезом поднимая меня в воздух и выпутывая из одеяла, — давай-ка ещё раз посмотрим…

— Э… Принцесса, вы не могли бы опустить меня на пол? — осторожно спросил я через несколько минут бултыхания в воздухе. Взгляд Луны снова сфокусировался на мне.

— Ах да, прости, задумалась, — аликорн развернула меня копытами к земле и поставила перед ростовым зеркалом, висевшим напротив кровати. — В общем, привыкай пока к новому телу, скоро сюда придут мои фрейлины и помогут тебе привести себя в порядок. Там и Селестия освободится от своих архиважных государственных забот. Я пока в библиотеке посижу, надо всё же разобраться с тем, что случилось с твоей памятью. Да, Владислав, сам понимаешь, не стоит придавать огласке все подробности произошедших событий. Для всех остальных пони ты — моя ученица, которую мы с Селестией нашли на диких равнинах Зебрики, и зовут тебя Найтфол Мист.

— П-почему?.. — только и смог выдавить я, поняв, что это имя удивительным образом гармонирует с моей сутью, что оно действительно моё…

— Я так решила, — Луна показала мне язык и быстро покинула комнату, прикрыв за собой дверь.

Ну вот, без меня меня женили, точнее переименовали. И что самое страшное, мне новое имя нравится.

Вздохнув, переключил внимание на отражение в зеркале. Из него на меня смотрела чёрно-белая копия Твайлайт, какой она была до превращения в аликорна. Отличия только в цвете: антрацитово-чёрная шубка, темно-серые грива и хвост с ярко-белой прядью и зелёные глаза. Хотя нет, рог цвета кости темно-серого оттенка, что странно. Если это тело было создано недавно, то по идее главная гордость единорога должна быть похожа на панты северных оленей — покрыта тонкой кожей с короткой шёрсткой. И только если единорог активно и долго занимается магией, этот чехол начинает отмирать, а сама костная ткань замещается частично материализованной аурой. Покрутившись пару минут перед зеркалом, всячески себя рассматривая на предмет чего-либо необычного, всё же обратил внимание на достаточно важную для поней деталь, упущенную мной. На моём крупе отсутствовала характерная понячья метка. Или мутантам-попаданцам она не положена? С другой стороны, это косвенно подтверждает, что это тело, скажем так, никому не принадлежало. Что порождает другой вопрос: а откуда тогда оно взялось?

Опёршись передними копытцами о зеркальную поверхность и уставившись в глаза собственному отражению, попытался привести мысли в порядок. Хотя как это сделаешь, когда каждый новый вопрос порождает ещё один, а то и два? Взять то же отражение, ведь я сейчас чётко ассоциирую себя с ним, как и с именем. Милая понячья мордочка, строящая гримасы зеркалу, моя родная и никакого отторжения она не вызывает. Наоборот, при попытках вспомнить свой человеческий облик получался лишь какой-то расплывчатый образ, почти лишённый деталей.

— Ну, Найтфол, — не удержавшись, фыркнул, — что ты будешь делать теперь?

— Я бы порекомендовала для начала привести хвост и гриву в порядок. — От неожиданности я дёрнулся, попытался отстраниться от зеркала и, не удержав равновесия, упал на спину. Надо же, настолько ушёл в себя, что не заметил вошедших в комнату пони.

— Да-да, — подтвердила вторая понька-единорожка, подойдя ко мне, — да и копытца не мешало бы отполировать, — продолжила она, придирчиво осмотрев мои смотрящие в потолок конечности.

Н-да, кого ещё могла прислать Луна, как не уже знакомых мне фрейлин?

— Давай, дорогуша, вставай, пол жёсткий, холодный и неудобный, — улыбнулась земная понька.

— А времени у нас мало, — единорожка подхватила меня телекинезом и поставила на ноги. Да сегодня просто день полётов… Ладно, надо хотя бы что-то ответить, нельзя подрывать авторитет Луны.

— Ну простите, Зебрика — дикое место, не додумались там ещё до салонов красоты. Да и мне, наверное, только причесаться надо…

— Что значит «причесаться»?! — земная пони чуть не поперхнулась от возмущения. — Шёрстка пыльная вся, вместо гривы не пойми что! Да нас леди Луна… не знаю, что сделает, если её ученица будет выглядеть неподобающим образом!

— Ученица?

— Ага, леди Луна нам по большому секрету рассказала, куда и зачем они с леди Селестией летали, — ответила единорожка из-за двери, предположительно ведущей в ванную комнату.

— То есть уже весь замок, а то и Кантерлот знает?.. — решил уточнить я, предчувствуя худшее, но мои опасения не оправдались.

— Нет-нет, что ты, дорогуша, — всплеснула копытцами земная поняша. — Мы не эти сплетницы из солнечного крыла. Раз леди Луна сказала, что это пока секрет, значит, будем молчать. Слышала, Файc, и, не дай Луна, растреплешь обо всём этой балаболке Рокси!

— Да-да, Эрия, я всё слышала, буду молчать как могила, ты же меня знаешь, — ответила единорожка, высунув голову из ванной. — Ну где вы там? У меня уже всё готово.

За следующие полчаса меня несколько раз выкупали, вычесали, отполировали копытца, и даже для рога нашёлся какой-то состав. В общем, жуть и тихий ужас, но было видно, что поньки заняты своим любимым делом. Они и дальше бы продолжили свои косметические ритуалы, но в комнату заявились гвардеец со стражем и в категорической форме потребовали от меня проследовать за ними. Пришлось извиняться перед фрейлинами Луны и отправиться вместе с провожатыми.

В коридоре меня взяли в аккуратные клещи и повели по замку. Как оказалось, комната, в которой я очнулся, находилась на нижних уровнях башни Луны. Мы спустились на первый уровень замка, прошли мимо тронного зала в сторону башни Селестии, но вместо того чтобы подняться наверх свернули в неприметный тупичок и начали спускаться на подземные уровни. Проплутав немного по пустым коридорам и, в отличие от верхних этажей, не встретив вообще ни души, мы, наконец, остановились перед монументально выглядящими двустворчатыми дверьми. Растительный орнамент, покрывавший двери, сплетался в схематичное изображение принцесс: на левой створке Луна, обнимающая ночное светило, на правой — Селестия, державшая Солнце над головой на вытянутых копытцах. Гвардеец и страж тут же заняли места почётного караула, каждый со своей стороны от двери. Я уже было хотел спросить, а что дальше-то? Но голос Луны, раздавшийся в голове и пригласивший заходить, а не топтаться на пороге, развеял мои сомнения.

Створки дверей распахнулись сами, стоило мне только подойти поближе, и тут же захлопнулись, чуть не прищемив хвост, как только я вошёл внутрь. Что можно сказать — это помещение на схемах точно должно называться малым тронным залом. Подземное расположение, видимо, накладывало свои ограничения на размеры, но вот оформление… Пол был вымощен чёрным и белым камнем, очень похожим на полированный мрамор, только с золотыми прожилками, образующими сложный узор. Покрытые растительным орнаментом стены, витражи-светильники, имитирующие дневной свет, и два трона на другом конце зала, на которых восседали, по-другому и не скажешь, принцессы.

Однако всё меркло перед давящим ощущением силы, исходящей от солнечной принцессы. Белоснежный аликорн, значительно крупнее своей тоже немаленькой сестры, производил незабываемое впечатление. Так вот ты какая на самом деле — принцесса Селестия. Твайлайт явно не была знакома с этой ипостасью своей наставницы. Во всяком случае, её образ — всеобщей матери, почерпнутый из памяти Спаркл, явно не вязался с тем, что я видел сейчас. На троне сидела… да какая к лешему принцесса — Императрица, именно так, с большой буквы, и она точно знала меру своей власти в этом мире.

— Дитя, подойди к нам, — голос Селестии заставил меня вынырнуть из созерцательной нирваны. Упс, кажется, я довольно долго простоял, глазея на принцесс.

— Ваше величество, — сказал я, остановившись за несколько шагов до тронного возвышения, церемониальный поклон тело исполнило просто на не пойми откуда взявшихся рефлексах.

— Сестра моя, ты объяснила ситуацию Владиславу? — обратилась она к Луне.

— Нет, я решила, что мы это сделаем вместе. И вообще, может, хватит изображать из себя «владычицу мира»? — ответила ей Луна, под конец явно пытаясь кого-то спародировать.

— Он должен полностью осознать, в каком положении оказался, — отрезала солнечная принцесса.

— Ваше высочество, тогда мне бы очень хотелось узнать об этом «положении». Ведь судя по тому, что я всё ещё здесь, моё изначальное предположение о том, что послужило поводом к нашему перемещению, оказалось неверным, — сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Тогда внемли мне… — начала было Селестия, но её прервала Луна:

— Сестра, да брось ты! В нашей паре мне положено придерживаться старых традиций. Я была в сознании Влада и видела сны о том мире, из которого пришёл он с Марией. Уверяю тебя, ты уже заставила его проникнуться важностью момента, — повернувшись ко мне, она продолжила: — Владислав, вы стали жертвами обстоятельств, хотя именно ты всё же косвенно виноват в произошедшем.

— В чём я, например, совершенно не уверена, — Селестия неуловимо изменилась, куда-то пропала аура власти, витавшая вокруг неё всё это время, вот теперь она похожа на ту наставницу, что знает Твайлайт, — поэтому учти, я буду следить за твоими ответами, и если попытаешься соврать — пеняй на себя.

— Как скажете, ваше высочество. Однако я не представляю, как мог повлиять или поучаствовать в вашем пленении.

— Ну, здесь как раз твоей вины нет, а вот условия для вашего перемещения создал именно ты.

— Я? Но ведь…

В памяти с трудом всплывали последние земные воспоминания. Где я уснул? Точно не у себя в кровати. Я куда-то ехал? Ну точно, поезд! Я пытался уснуть под окружающий галдёж и начал одну из неопробованных медитативных техник, простой и в то же время достаточно логичный метод. И всё, дальше я проснулся уже в этом мире.

— О, вижу, ты вспомнил, — голос Луны вырвал меня из воспоминаний.

— Но ведь я сотни раз использовал разные техники и приёмы, и никакого эффекта чаще всего не было, а тот что был, был скорее результатом самовнушения. И почему тогда то же самое случилось с Марией?

— На этот вопрос одновременно и просто, и сложно ответить. Ритуал подобный тому, что ты пытался выполнить и, кстати, выполнил почти идеально, использовали древние единороги-шаманы, чтобы попасть в мир духов. Он бесполезен, если у тебя нет достаточно энергонасыщенной ауры или внешнего источника силы.

— Но в моём мире нет магии.

— В нашем случае это не важно, — продолжила пояснение Селестия, от её взгляда у меня по загривку пробежался табун мурашек. — Важно то, что в нужный момент ты получил энергии даже больше, чем нужно было. Из-за этого тебя просто выкинуло в межмировое пространство. Обычно естественная защита организма не даёт так легко покинуть тело, но напор силы, скорее всего, был очень мощным, и тебя из него просто вырвало, а попытка остаться в своём мире, уцепившись за ближайшего к тебе человека, тоже не удалась, его, а точнее её — Марию — утянуло следом за тобой.

— А вот дальше началось самое интересное, — Луна подхватила нить повествования. — Вы смогли выжить потому, что оба имели более чем стабильные ядра разума, а ты вдобавок ещё и немного приучил себя к такого рода экспериментам. Поэтому вы не только не растворились в великом потоке, но и не привлекли внимания местных обитателей, очень неприятных по большей части существ, для которых такая парочка была бы лакомой закуской. Благодаря этому ваш тандем продержался достаточно долго, чтобы вас зацепил эгрегор нашего мира, повреждённый в тот момент, когда нас с Селестией и остальными кобылками затянуло в пространственный пузырь.

— Природа не терпит пустоты… — ошарашенно протянул я.

— Очень хорошая фраза, достаточно хорошо отражающая суть произошедших процессов, — согласилась со мной Селестия. — И если нас с Луной запечатало полностью, то Твайлайт и Флаттершай лишились только ментальной составляющей, и ты, Владислав, с Марией заполнили лакуну, как наиболее подходящие и легкодоступные заменители, оторванные от своего мира и оболочек.

Пока я пытался переварить сказанное принцессами, Селестия обратилась к Луне:

— Скажи мне, сестра, откуда ты знаешь такие подробности о междумирье? Ведь ещё Лорен предупреждала: тебе не стоит даже пытаться проникнуть в изнанку миров! Сама суть твоих способностей делает тебя уязвимой перед иными существами!

— А что мне ещё было делать на луне, а?! В междумирье Найтмер не могла на меня влиять, так что я, как только освобождалась от её внимания, ныряла в поток и держалась там сколько могла. И кстати, теперь я знаю о нём побольше тебя, сестрица. Да и не все сущности там агрессивны, с некоторыми вполне можно пообщаться, а то и почерпнуть много нового. Одни беседы с Архитектором уже заставили во многом пересмотреть мои знания о вселенной…

— Луна!

— Я за неё, — ответила принцесса, задорно подмигнула мне.

— Но это же очень опасно!

— Конечно опасно, но я должна была исправить свои ошибки. Как ты думаешь, почему Найтмер не свела с ума твою любимую ученицу и её друзей? И вообще, вернулась в мир именно в тот момент, когда наши поданные максимально защищены от влияния потустороннего благодаря следованию древним традициям?

— Ты смогла одолеть её?! — Селестия явно была ошарашена, даже проблема в моем лице отошла на второй план.

— Нет, к сожалению, победить и подчинить себе эту сущность не смогу ни я, ни ты. Однако я научилась внушать ей мысли и частично контролировать настроение.

Кажется, я сейчас увидел то, что мне могут не простить — ошарашенную солнечную принцессу. Крылья, судя по всему, непроизвольно хлопнули, раскрываясь во всю ширь и опять складываясь, по эфемерным гриве и хвосту как будто прошли волны, оставляющие после себя вихри «циклонов», медленно тающих в перламутровом сиянии.

— Да-да, моя дорогая сестрица. В памяти Владислава я подсмотрела очень интересное выражение: всё, что ни делается, всё к лучшему. Заключение на луне позволило мне окончательно понять суть моей силы и моё предназначение. Лорен была права, тогда я бы сразу же потерялась в потоке, но опыт пребывания на луне в такой приятной компании сказался крайне положительно на устойчивости моего разума. Так что, дорогая моя Селестия, — Луна явно подразнила солнечную принцессу, — ученица мне нужна так же, как и тебе. И лучшей кандидатуры, чем Найтфол я сейчас не вижу.

— Кхм! — я решил всё же привлечь к себе внимание, пока не услышал ещё больше деталей, о которых мне, возможно, знать не следует. — Ваши величества, а ничего, что я всё ещё здесь?

— Думаю, это даже хорошо, чем лучше ты будешь знать нас, тем проще будет принять и понять некоторые вещи, — ответила Луна, проигнорировав возмущённо фыркнувшую Селестию.

— Луна, мы же решили…

— Да-да, я помню. Некоторые вещи ты всё же должна понять сама.

— Брр, — помотал я головой и беззастенчиво плюхнулся на круп прямо там, где стоял, — пока я мало что понимаю, — чем вызвал лишь недовольный взгляд солнечной принцессы и улыбку лунной. — Может, мы для начала определимся — я Найтфол или всё же Владислав?

— Очень хороший вопрос, а главное — актуальный. Селестия, дорогая, давай мы свои проблемы обсудим чуть позже? Тем более мы так и не поблагодарили Владислава за столь оперативно проведённую спасательную операцию, предотвратившего весь тот хаос, который мог возникнуть из-за свар между старшими семьями.

— Луна, если ты думала отвертеться от серьёзного разговора, то ты ошиблась… — шикнула на сестру Селестия.

— Ну-у, здесь я скорее действовал в собственных интересах… — памятуя о предупреждении солнечной принцессы, я решил быть предельно откровенным.

— Возможно, но это не отменяет того факта, что ты быстро и оперативно поставил на место зарвавшихся чинуш и провёл хоть и крайне опасный, но действенный ритуал, позволивший нам выбраться из ловушки. К сожалению, мои стражи не имеют достаточного влияния при дворе, а гвардию Селестия превратила в аморфное образование — подстилку под старшими семьями.

— Луна!

— Что — «Луна»? Ты же сама видела, что тут творилось после нашего исчезновения. В общем, знай, Найтфол, мы в неоплатном долгу перед тобой. Та ловушка была слишком хорошо продумана. Мы бы выбрались из неё и сами, но сколько бы это заняло времени?.. Боюсь, Эквестрия как таковая уже бы перестала существовать к тому моменту.

— Думаю, каждый разумный поступил бы так же на моём месте…

— Ох, далеко не каждый… Далеко, — вздохнула солнечная принцесса. — Поверь моему опыту.

— В любом случае ситуация хотя бы для вашего мира разрешилась благополучно, что само по себе хорошо.

— И здесь ты тоже не совсем прав, — прокомментировала на этот раз Луна.

— Я всё-таки где-то сильно напортачил?

— На самом деле, нет. В данных обстоятельствах всё получилось почти идеально. Вот только ты лишь отсрочил наши проблемы. Сила, из-за которой они начались, лишь отброшена, но не уничтожена. Но сейчас, я думаю, тебя больше волнуют другие вопросы…

— Кто я такая? — фраза слетела с языка абсолютно рефлекторно, раньше, чем я осознал сказанное. Неужели пребывание в чужом теле так сильно может сказаться на психике? По спине снова пробежал табун мурашек. — Или такой?

— Ох, ты вся дрожишь, — Луна подтянула меня к себе телекинезом и, усадив рядом с собой, прикрыла крылом. — Видишь, Селестия, я же говорила, что сейчас бесполезно на неё давить, Найтфол ещё не полностью восстановилась.

— Луна!

— Я за неё. Да и вообще, она моя ученица, что хочу, то и делаю, — лица принцессы я не видел, но хвост бы дал на отсечение, она показала Селестии язык. — Владислав, Найтфол, сейчас попытайся осознать то, что я тебе расскажу. Произошедшее с вами бывает настолько редко, что даже у нас с Селестией нет полностью верных ответов.

Заметив, что я все-таки смог унять дрожь, Луна продолжила:

— С высокой долей вероятности, когда вы освободили нас, сознания Твайлайт и Флаттершай вернулись на свои места, как имеющие всё же более сильную связь с этим миром. Однако вы сюда попали не случайно, а заняв недостающие места в гармонии мира. В итоге получился очень интересный эффект. Вас с Марией выдавило из мира по самому простому пути — связи с вашими старыми телами, но вы уже были достаточно сильно связаны с эгрегором нашего мира и в момент перехода стали частью другого колеса перерождений. Думаю, тебе знакомо такое понятие как реинкарнация?

Я лишь слабо кивнул в ответ.

— Ну так вот, вы с Марией одновременно переродились в этом мире и вернулись в свои тела.

— Но я же…

— Дальше произошло ещё одно уже не слишком приятное событие. Вы были едины в этот момент: Ты и Твайлайт, Мария и Флаттершай, найти связь душ теснее — сложно, если вообще возможно. В итоге при возрождении ваши личности немного смешались. Ты сейчас на некоторую долю являешься Твайлайт, как и она получила кусочек твоей личности и памяти.

Знаете, впервые я попал в состояние полного всепоглощающего ступора, раз за разом пытаясь осознать то, что сейчас рассказала Луна, и понимая, что общая картина произошедшего никак не хочет укладываться в голове.

— А как же…

— Из-за той же тесной связи вновь созданные оболочки строились по наиболее подходящему для мира образцу. Так что могу тебя поздравить. В каком-то смысле ты теперь являешься сестрой-близняшкой Твайлайт, и в тоже время мы с ней являемся твоими матерями. Всё же ты в какой-то мере родилась из её и моей силы. И пускай Селестия завидует, ей-то в дочери досталась простая пегаска.

— Это ещё неизвестно, кому больше повезло, — ответила Селестия. — Мария обладает удивительным даром к бесконтактному телекинезу и уже умудрилась как-то обучить своим приёмам некоторых других пегасов и земных пони из Понивильской больницы.

— Ха, да Найтфол на голой интуиции провела сложнейший ритуал, а что если заняться её обучением? — возразила Луна.

Пока сёстры банально перемывали косточки, хвастаясь достижениями своих «подопечных», у меня было время на то, чтобы собраться с мыслями. Тем более что сейчас, когда я буквально нахожусь под крылом у Луны, единственным источником опасности может быть только сама принцесса. Так что глубокий вдох, выдох, а теперь надо взять в себя в руки… точнее, в копыта, судя по тому, что сказали принцессы, к ним придётся привыкнуть, ибо бегать на четырёх мне теперь придётся до конца жизни. С другой стороны, какой смысл дёргаться сейчас? Мне выпал абсолютно уникальный шанс прожить две жизни вместо одной, и надо им воспользоваться так, чтобы потомкам не было стыдно рассказать. Тем более кобылка из меня получилась довольно-таки симпатичная, и любой жеребец… н-да… Спокойствие, только спокойствие, привыкнуть можно ко всему. Ещё пара глубоких вдохов позволила оттеснить на периферию сознания образы семейной жизни и её последствий в новой для меня роли.

От самокопания меня отвлекла тишина, установившаяся в комнате. Осторожно выглянув из-под крыла Луны, я встретился с внимательным взглядом Селестии. Сглотнув появившийся в горле ком, я спросил принцессу:

— Ваше высочество, если я всё правильно понял, то ситуация с вашим пленением и нашим возвращением в свой мир разрешилась благополучно, а против пары дополнительных пони, появившихся в мире, вы ничего не имеете против?

— В общем и целом — да, — ответила Селестия, слегка улыбнувшись. — Наш долг заботиться о каждом пони, живущем в нашем мире, вне зависимости от его происхождения.

— Ох, тогда мне ничего другого и не остаётся, — ответил я, аккуратно выбираясь из-под крыла и снова становясь перед принцессами. Ноги всё ещё подрагивали да и общая слабость никуда не делась, но, спасибо анатомии пони, четыре конечности в такой ситуации гораздо удобнее двух.

— Принцесса Луна, для меня огромная честь быть вашей ученицей. Принцесса Селестия, я приложу все усилия для того, чтобы стать достойным подданным и полезным членом общества, — продолжил я, преклонив колени перед правительницами.

— Вот видишь, я же говорила — она сильная и сможет принять новые реалии, — сказала Луна, на миг переглянувшись с сестрой.

— Встань, дитя, — продолжила Селестия. — Да будет так. С этого момента ты являешься полноправной жительницей Эквестрии.

— Могу я задать один нескромный вопрос, ваше высочество?

— Конечно, можешь.

— Почему вы лично занялись нами? С точки зрения жителя Земли, это выглядит как минимум странно.

— Найтфол… — начала было Луна, но её остановила сестра.

— Владислав, — принцесса поднялась со своего трона и подошла ко мне вплотную. Мне пришлось задрать голову вверх, настолько она была выше остальных пони и даже своей сестры, — ты показал свою выдержку, да и благодарность для нас не пустой звук. Но знай же, ты со своей спутницей смогли стать частью этого мира. Мира, за стабильность которого я боролась тысячелетиями! И если Мария уже стала частью мировой гармонии, то ты сейчас находишься в неопределённом положении. Твои неосторожные действия могут привести к глобальным и крайне печальным событиям. Найди своё место в этом мире и гармонию с ним, найди свою судьбу. И я с радостью приму нового члена общества. Оступишься, — принцесса, наклонившись, посмотрела мне в глаза, — я тебя уничтожу, — холода в голосе Селестии хватило бы на то, чтобы заморозить океан и ещё осталось бы.

Повернувшись к Луне, она продолжила:

— Сестра, я жду тебе после захода солнца в моей комнате, нам о многом ещё предстоит поговорить, — сказав это, она покинула комнату. И только тогда я позволил себе расслабиться и просто в очередной раз растянулся на полу.

— Она слишком долго была совершенно одна… — вздохнула лунная принцесса. — Ну что, ты как там, живая? Селя в гневе, помнится, и раньше была страшна, а сейчас так и вообще. До сих пор помню того мелкого дворянчика, крупно насолившего ей, бедолага умер от разрыва сердца после подобного разговора, — продолжила она и, подойдя ко мне и подняв телекинезом, поставила на ноги.

— И снова я ничего не понял… Зачем было тогда лечить, не проще ли было сразу избавиться от возможных проблем?

— Так бы и было, если бы вы не стали частью мировой гармонии. Причём в теории то, что вы можете привнести в мир, может существенно повлиять на всех в нём живущих, и влияние это не обязательно будет положительным.

— То есть мы просто по незнанию можем сделать что-то опасное для всех или имеющее далеко идущие последствия?

— Ох, Влад, мы с сестрой десятки раз брали себе учеников и учениц, наставляли их, обучали, но все наши предыдущие попытки оканчивались крахом, несмотря на всю нашу опеку. Они сходили с ума, гибли в результате неудачных экспериментов, кто-то даже пытался свергнуть нас. Большая сила налагает и большую ответственность…

— Но ведь у Селестии всё же получилось, её ученица стала не просто сильнейшим магом, но и аликорном.

— Только потому, что жила и росла в идеальных условиях центральной Эквестрии, — покачала головой Луна, — мы не знаем, что бы она стала делать, когда бы получше узнала наш мир, в особенности жизнь в пограничье или в других странах. Именно поэтому я считаю, что твоё появление в этом мире стало большой удачей. Твоя память поможет укрепить личность и разум нашей маленькой принцессы. Но, как мне кажется, мы всё-таки нашли идеальный вариант. Селестия лишь немного опекала Твайлайт и подкидывала нужные книги. Всего остального она добилась сама благодаря своему неуёмному любопытству и страсти к экспериментам. Понимаешь, к чему я веду?

— Не совсем, но, кажется, начинаю догадываться, — осторожно ответил я.

— Мы не будем тебе мешать и помыкать. Сможешь достичь тех же высот, что и Твайлайт — честь тебе и хвала. Сойдёшь с пути, нарушив мировую гармонию — будь уверен, мы устраним угрозу самым радикальным способом.

— Звучит как вызов, ваше высочество, — усмехнувшись, ответил я, посмотрев принцессе в глаза.

— Считай, это он и есть, — сказала Луна, подталкивая меня крылом в сторону выхода. — Я подсмотрела у тебя интересную фразу: пан или пропал. Она прекрасно описывает твоё положение, хотя некая фора у тебя будет — совсем уж без поддержки не останешься. Кое-какие ресурсы и доступ в закрытую секцию библиотеки, как моя ученица, ты получишь, да и королевскую стипендию никто не отменял. А сейчас пойдём, я провожу тебя до комнаты. Считай, на ближайшие два дня твой лечащий врач, то есть я, назначила тебе строгий постельный режим — организм ещё до конца не восстановился, а тут такая встряска.

— Ну, встряска — не встряска, а ноги всё равно подрагивают.

Обратный путь занял гораздо больше времени. Мы с Луной медленно прошлись по нескольким длинным галереям, в которых вместо окон были очень красивые витражи, демонстрирующее разные исторические события и личности. Со слов принцессы, эскизы для витражей рисовала сама Селестия — это было её маленьким хобби. Прошлись по тронному залу, который в этот момент целый табунчик кобылок всех рас подготавливал к какому-то мероприятию. На мой немой вопрос Луна ответила, что скоро должен прибыть посол от одного из самых сильных грифоньих кланов, а эти «пернатые кошки», как сказала сама принцесса, любят торжественную атмосферу.

— Судя по всему, отсутствие метки у взрослой кобылки вызывает нездоровое оживление, — скорее для себя проговорил я, когда мы шли по пустому коридору башни.

— Не скажи. Да, обычно мы находим своё призвание ещё в детстве, но бывает, что процесс затягивается и случается это не настолько редко.

— Значит эти… «взгляды» были предназначены новой ученице принцессы? — предположил я.

— И опять не угадала, — улыбнулась Луна. — Ты же видела себя в зеркало? Ножки, грива, хвост, фигура, а уж какой изгиб шеи… И колер я сама подобрала. Так что готовься к осаде, — продолжила принцесса, подмигнув мне, — половина гвардейцев сочтёт своим долгом попытаться тебя охмурить, да и о пегасках из обслуги не забывай, те ещё шаловливки.

— Э… Вы шутите? — вопрос всё же прозвучал не слишком убедительно. Так как сама предполагаемая картина соблазнения не только не вызвала отторжения, но и пробудила какие-то смутные воспоминания об ощущениях удовольствия, замешанных на крайнем смущении.

— Почти. Так развлекается в основном молодёжь из незнатных семей. Старшие роды за своими отпрысками следят, дабы те не уронили семейную честь. Остальным же никто не запрещает, да и почти бесполезно это. Попробуй что-то запретить пегасьей молодёжи…

— А как же… ну, последствия?

— Ого, уже начинаешь строить такие далеко идущие планы?..

Так, считаем до десяти и не думаем о белой обезьяне. Кажется, я всё-таки покраснел, хотя под шёрсткой этого не должно быть видно, но, если судить по ехидному выражению мордочки принцессы, явно пребывающей в хорошем настроении, она всё прекрасно поняла.

— Не то чтобы планы, но во избежание эксцессов придётся ликвидировать безграмотность в этой области. Не расскажете хотя бы в общих чертах?

Однако. Похоже, мне только что удалось смутить принцессу.

— Ну не посредине же коридора такие вещи обсуждать?! И вообще, это неприлично такие вопросы задавать.

— Э, Луна, прости, но вопрос этот, в общем-то, важный, а в моем случае ещё и крайне деликатный, — да что со мной такое?

Вздохнув, принцесса подтолкнула меня телекинезом в сторону лестницы:

— Идём уже. Ты сейчас на ногах еле держишься, так что ответы немного потерпят. Я поговорю с Файс, она тебе поможет, как-никак уже двоих жеребят вырастила.

Я хотел было уточнить насколько можно будет открыться этой единорожке, но заднее копытце предательски соскользнуло со ступеньки, и я бы явно пересчитал все уже пройдённые ступени лестницы, если бы не поймавшая меня телекинезом принцесса.

— Знаешь дорогуша, постельный режим я тебе продлю, и не спорь. С учётом твоей энергетики, будь ты обычной единорожкой, уже вовсю бы бегала по дворцу, но у тебя, собственно, именно она и не восстановилась ещё. Так что пока не перестанет появляться резко накатывающая слабость, потемнение в глазах и другие симптомы, будешь соблюдать постельный режим.

Ответить я снова не смог, ибо как раз в этот момент то самое потемнение в глазах меня и настигло. Судя по всему, я на пару минут потерял сознание, а когда снова открыл глаза, оказалось, что я лежу на кровати в уже знакомой комнате.

— Вот же непоседа, — сказала принцесса, встретившись со мной взглядом. — Ну-ка давай засыпай, — голосу Луны невозможно было сопротивляться, и моё сознание благополучно отправилось в страну грёз.