Раскол

Селестия - более могущественный аликорн, нежели Луна. Поэтому и её безумие оборачивается более серьёзными проблемами, нежели пришествие Найтмер Мун. Эквестрия раскалывается на два независимых государства, а Луне требуется найти способ, чтобы вернуть прежнюю Тию. Но всё намного сложнее, чем она предполагала.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Сорок единорогов и один параспрайт

Молодого учителя назначают в класс, с которым никто не может сладить.

За краем света - Бесконечность

Спустившись в свой погреб, Флаттершай никак не ожидала, как изменится её жизнь и жизнь всего мира, когда она нашла странную металлическую дверь.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Самообладание

Все мы носим маску под названием самообладание, за которой прячется сердце, кружащееся в быстром вальсе с грешными мыслями и скрытыми чувствами. Принцесса или нет, Селестия не исключение. Каким же образом должны сложиться обстоятельства, чтобы заставить эту маску соскользнуть… или треснуть?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна

Голод

Все считают вампиров хладнокровными чудовищами. А если быть вампиром для них самих - трагедия? И можно ли полюбить чудовище?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Человеки

Сборник рассказов: странных и неоднозначных

Сборник легендарных рассказов, читайте и наслаждайтесь мозг включать а так же относится к этим произведениям как к чему-то серьезному - не желательно.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Стража Дворца

Мод Пай vs Тирек

Как называют Аликорна без крыльев и рога? Земнопони.

Мод Пай Тирек

Флаттервшоке

Твайлайт Спаркл узнаёт о личной жизни Флаттершай чуть больше, чем ей самой хотелось бы. Флаттершай не может выдержать смущения и каменеет от стыда. Теперь для того, чтобы вернуть пегасочку к жизни, её друзья должны сделать нечто такое, о чём и говорить потом будет нельзя.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Сентри в деле

Второе вторжение подменышей в Кантерлот. Принцессы похищены, и именно лейтенанту Флешу Сентри (самопровозглашенному трусу и бабнику) и Специальному Агенту Голден Харвест (она же Кэррот Топ) приходится спасать ситуацию... нравится это Флешу или нет. Третья часть Записок Сентри.

Другие пони Кэррот Топ Торакс Чейнджлинги Флеш Сентри

Фауст в Эквестрии

Находчивый бес Мефистофель понял, что чудеса привычного мира не смогут поразить Фауста и решил попытать счастье, перенеся его в Эквестрию — мир, в своё время пленивший тысячи умов. Поразит ли утопия человека, который, казалось бы, видел и знает всё, что только можно?

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия Другие пони Человеки

Автор рисунка: MurDareik
Глава 8. И снова: то же место, те же пони Глава 10. Путь в тысячу вёрст начинается с одного шага (Часть 1)

Гла­ва 9. Учить­ся, учить­ся и ещё раз учить­ся. В.И. Ле­нин

Глава, в которой наш герой обустраивается на новом месте в новой роли и вступает на тернистый путь самосовершенствования, а также заводит интересные знакомства и понимает, что темнее всего под пламенем свечи.

И снова утро и новый незнакомый потолок. Сознание, памятуя о старых привычках, требовало снова свернуться калачиком, укрыть мордочку хвостом, прячась от лучей рассветного солнца, и подремать ещё часиков надцать. Однако организм с сознанием был категорически не согласен — привычной мне утренней сонливости не было ни в одном глазу, а раз так, нечего тянуть в новую жизнь старые вредные привычки!

Спрыгнув с тахты, всячески потянулся, вытянув передние ноги вперёд, выгнув спину и вытянув шею. Хорошо… Я теперь понимаю наших мурок, так потянуться поутру — оно самое то. Улыбнувшись своим мыслям, процокал к окну, открыл его настежь, впуская в комнату бодрящий утренний ветерок, шум листвы и звуки потихоньку просыпающейся деревни. Никогда не любил больших городов и душой отдыхал только у родителей в деревне, а Понивиль, по моим меркам, всё же крупная деревенька.

Поскрипывая колёсами небольшой тележки, гружёной морковью, мимо библиотечного дерева прорысила кобылка с оранжевой гривой и с рисунком морковки на крупе — Кэррот Топ. Спасибо пинки-вечеринке, перезнакомившей с новенькой мной большую часть Понивильских старожилов, и понячьим клеймушкам, помогающим вспомнить имя. Заметив к себе внимание, она остановилась и приветственно помахала копытцем, ответив на приветствие и пожелав мне доброго утра.

Ещё немного понаблюдав за Понивилем, вышел в центр комнаты — теперь зарядка и лечебные упражнения в одном флаконе. Благо, место позволяло. В гостевых комнатах царил минимализм, тахта — она же спальное место, прикроватная тумбочка и зеркало со столиком. На полу лежал большой круглый ковёр, плетёный из тканевых лент всех цветов радуги, составляющих слегка психоделический спиральный узор.

Всего на втором этаже комнат было четыре, как раз по сторонам света. Сам ствол дерева был не идеально цилиндрическим, так что все комнаты получились разного размера — совсем маленькая, две побольше и одна совсем большая. Твайлайт обосновалась в одной из тех, что «побольше», я выбрал себе такую же по размеру. Маленькая всё же не совсем удобна, а в большой можно и потеряться.

Уже собравшись спускаться на первый этаж, откуда доносилось негромкое позвякивание посудой, не сдержал любопытства и сунул нос в приоткрытую дверь комнаты Твайлайт. Лавандовая кобылка сопела в две сопелки и вовсю «давила» подушку, схитрив и спрятав голову от наглого солнечного луча, пробивавшегося сквозь листву, под крылом. Осторожно прикрыв дверь — пускай отдыхает, слишком много впечатлений у неё в последние два дня — я продолжил экскурсию по дому-дереву. Винтовая лестница, идущая по центру ствола, начиная со второго этажа, позволяла подняться ещё выше. На третьем этаже нашлись три маленькие комнатки, откуда можно было попасть на довольно просторные балконы, полом которым служили самые толстые ветви дерева. Один из них, судя по телескопу и сопутствующим инструментам, Твайлайт превратила в свою мини-обсерваторию, на другом балконе примостилось кресло-качалка, на третьем — кофейный столик и пара больших подушек-сидушек.

Лестница позволяла подняться ещё выше в совсем маленькую комнату — мансарду с четырьмя круглыми окошками, где всё пространство между окнами занимали книжные полки. Судя по небольшому слою пыли, тут собрались самые невостребованные книги. А нет, пробежавшись по корешкам книг и пролистав пару-тройку, расчихавшись от поднятой пыли, убедился — тут хранились книги, написанные не на эквестрийском языке. Одна из книг была написана клинописью, классической такой, как из учебника истории, причём книга явно была отпечатана если не в типографии, то на станке точно. На другом стеллаже нашёлся томик, написанный рунами, классическими скандинавскими рунами, я их даже заучивал, когда увлёкся мифологией северных народов. Сама форма рун немного отличалась от привычной мне, но тот же «дагаз» или «альгиз» сложно с чем-то спутать. Текст из парочки рукописных томов я всё же смог разобрать: «В год семь тысяч трёхсот первый от сотворения мира пришло на стольный град крыло грифонье, в силах тяжких…»

— То ли наши миры очень близки, то ли в развитии обществ разумных существ прослеживается много общего, — пробормотал я, возвращая книгу на полку.

Сюда надо будет вернуться, как только плотно займусь эквестрийской историей. В летописях можно найти много такого, о чём в учебнике могут и умолчать. Мурлыкая себе под нос какой-то прилипчивый мотив, спустился в «читальный зал» на первом этаже. Так, направо пойдёшь — в ванну и спуск в подвал попадёшь, налево пойдёшь — на кухню зайдёшь.

— Всяческие приветствия труженикам кулинарного фронта, — поприветствовал я Спайка, стоявшего на табуретке возле плиты. Тихо напевая какую-то песенку, драконыш увлечённо жарил оладьи.

— Утра, Твайлайт, — не оборачиваясь, ответил он.

— А вот и не угадал!

— Найтфол? — спросил Спайк, таки повернувшись ко мне.

— Ну, если у вас других квартирантов нет, то она самая. Тебе помочь?

— А, не надо. Я почти закончил, — ответил дракончик, перекладывая очередную партию румяных кругляшей со сковородки на тарелку. — Как там Твайлайт, проснулась уже?

— Не-а, изображает из себя понячий бублик и нагло так спит ещё.

— Опять будет ворчать и ругать дурацкие вечеринки, сбивающие график.

— Ну ничего, мы её научим «правильно» графики составлять, — подмигнул я Спайку. — Слушай, как местный житель, не подскажешь, где тут пробежку устроить, да так, чтобы никому не мешать и самой слалом меж поней не устраивать?

— Хм, — задумавшись, драконыш уставился в потолок, — а вот как выйдешь из дома, так налево поверни и беги по прямой, никуда не сворачивая, доберёшься до окраины Понивиля, а там прямая дорога как раз до озера, мимо садов Эпплов. Пони там редко бывают, только ЭйДжей да Биг Мак с тележкой могут встретиться.

— Спасибки, Спайк, побежала я тогда выполнять завет «в здоровом теле — здоровый дух».

Заглянув в ванну и к себе в комнату, взял перемётные сумки и немного наличности, чтобы чего-нибудь к завтраку прикупить, и отправился намеченным маршрутом. Степенно прогарцевал до окраины и, когда последние дома скрылись за кустами, рванул с места в карьер.

Свои физические кондиции я всё же переоценил, первую минуту, ну две минуты бежал галопом, потом перешёл на рысь, до берега озера уже еле дотащился шагом. Скинув сумки, растянулся на траве и закрыл глаза, пытаясь унять одышку.

Просто полежать мне не дали, не успел я перевести дух, как меня обдало порывом ветра, хлопнули складывающиеся крылья.

— Ха, и это всё, на что ты способен? Слабак! — прозвучал у меня над ухом такой знакомый голос.

— Утра лохматым радужкам, — вяло буркнул я, открыв глаза и встретившись нос к носу с Рейнбоу Дэш. — А я сейчас болезная кобылка, мне можно. И вообще, вот попрошу Твай меня телепортации обучить, и тогда посмотрим кто кого.

— Фыр, читер! Долго только сегодня не бегай, после четырёх часов запланирована гроза, — сказала пегаска и, снова обдав меня порывом ветра, свечой ушла в зенит, сделала бочку и улетела куда-то в сторону Кантерлота, быстро затерявшись среди облаков.

— Спасибо за предупреждение, — крикнул я вслед, наблюдая, как в воздухе тает лёгкий радужный след, оставленный шебутной пегаской.

Окончательно потеряв взглядом Дэш, вздохнул, собрал себя в кучу и поднялся на ноги. И всё-таки красиво тут — сад, небольшая рощица, полянка, небольшой пляж и озеро. Большое, кстати. Навскидку, с полкилометра шириной и длиной, ну, пусть будет с километр, насколько я вообще могу сейчас судить о размерах. И явно искусственное, я не я буду, если вон те виднеющиеся вдали сооружения не часть дамбы.

За озером снова поляна и лес, уже самый настоящий — стволы огромных деревьев были видны даже отсюда, и если сосредоточиться, давящую ауру этого места вполне себе можно уловить. Понятно, почему местные жители это место недолюбливают и обозвали Вечнодиким. Со стороны хижины Зекоры и замка принцесс такой атмосферы не ощущалось, там всё же более обжитые места. Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, попытался сосредоточиться на энергетике леса. Ведь он не такой уж и враждебный — просто другой. Чужд пасторальной гармонии селения пони, а живёт по своим законам и несёт свою гармонию взаимосвязанного биогеоценоза. Надо будет приходить сюда почаще, это очень хорошее место для медитации. Найти гармонию с собой и этим местом не такая уж и простая задача, зато гибкость сознания должна хорошо развиваться.

Ладно, сюда можно ещё вернуться, а пока продолжим разминку. Надо перейти к силовым упражнениям. Прыжки на разных конечностях, понячьи отжимания с чередованием ног и другие рекомендованные упражнения. Под конец, войдя в раж, взбрыкнул и лягнул воздух, подражая Эпплджек.

— Ха! — воскликнул я, вернув все конечности на землю.

— Ноуп, — раздался позади меня знакомый голос. Надо же, так увлёкся, что не заметил, подошедшего Биг Мака, причём тащившего за собой пустую тележку, позвякивание которой я тоже не услышал. Н-да, диагноз — ушёл в себя и заблудился.

— Думаешь, не смогу сбить яблок? — спросил я красного жеребца. — Утра, кстати!

— Йеп, — кивнул он головой.

— Но ничего, это я не в форме. Вот потренируюсь и смогу…

— Ноуп, — улыбнулся Мак, качнув головой.

— Это потому, что я единорог?

— Йеп, — кивнул он, тряхнув гривой.

— Это дискриминация! Вот выучу страшное землетрясущее заклинание и буду круче вас яблоки стрясать, — улыбнулся я, показав Маку язык. — Давно, кстати, наблюдаешь?

— Йеп, — хохотнул жеребец, махнул копытом и потащил тележку дальше по дороге, изгибавшейся вдоль берега озера.


Обратно я возвращался «волчьим скоком», чередуя шаг и лёгкую рысь, на большее меня уже не хватало. К библиотечному дереву вернулся по другому пути, заглянув на местный рынок. Попал туда совершенно случайно, просто заинтересовавшись, куда это поньки идут от окраинных домов?

Что можно про него сказать — классический сельский рынок, ни больше, ни меньше. Все лотки колёсные, на самой площади чисто, судя по всему, пони собирались, закупались-распродавали и расходились, освобождая место. Ассортимент товаров тоже оказался классическим с поправкой на физиологию местных жителей. Знакомые мне «земные» фрукты, овощи, те же картошка, морковь. Вон лоток с цитрусовыми. И тут же несколько видов незнакомой мне зелени, травы и каких-то длинных листьев, лоток с сеном. Дальше всё ещё рвущие мне шаблон лотки со съедобными цветами, целый длинный такой ряд. На втором заходе встретил Эпплджек, уже почти распродавшую свою тележку яблок.

— Утра, сахарок, — махнула мне копытом яблочная понька. — За продуктами послали? Твайлайт вот ленится прийти с самого утра, потом бегает по лавкам, а там уже не то.

— Доброе, да вот решила после пробежки чего-нибудь вкусного прикупить.

Поговорив ещё пару минут о «погоде и птичках» и затарившись яблоками, поспешил к библиотеке, Твайлайт наверняка уже проснулась.

К слову, о местных жителях. Не попавшие на пинки-вечеринку на меня косились, но не так, чтобы очень сильно, а заметив, как я приветствую уже «официально» знакомых после вечеринки пони, косо посматривать переставали. Всё же Понивиль хоть и городок, но большая деревня, и «чужак» будет сильно выделяться, пока не приживётся. Ну или это говорит мне моя паранойя, а косились поняхи на мой пустой круп, что тоже не исключено.

Дома меня встретил Спайк, честно выполнивший кулинарную повинность и сейчас развалившийся в своей корзинке и читавший, судя по обложке, какой-то комикс. Сгрузив яблоки на кухне, а сумки в комнате, спросил у Спайка:

— А где наша принцесса, проснулась?

— Угу, — вяло махнул лапкой дракон, — в ванной уже. На тебя, кстати, ругается.

— Ого, это в чём я так провинилась? Пойду выяснять, — подмигнул я дракончику и направился к Твайлайт.

— Осторожнее там, она метко швыряется щёткой и мылом, — предупредил меня вдогонку Спайк.

— Ваше высочест…

Я, приоткрыв дверь, просунул в образовавшуюся щель только голову и зря. Дверь помешала мне быстро уклониться от прилетевшей по носу щётки для волос.

— Спайк, я же просила стучаться, а если бы я мокрая была?!

— Ты совсем мелкого затерроризировала походу, — хмыкнул я, осмотрев сидевшую напротив зеркала Твайлайт. Она тщетно пыталась нанести на эфемерное нечто, заменяющее ей гриву, какой-то алхимический состав. Во всяком случае, пузырёк с чем-то мерзко пахнущим стоял на столике перед зеркалом.

— А, Найтфол, это ты… Хотя ты тоже виноват. Или виновата? — щётка для волос, поднятая телекинетическим полем принцессы, ткнула меня в нос.

— Не-а, пришествие Дискорда в мир точно не я устроила.

— Да ну тебя, — махнула она копытцем. — Но вот эта ежеутренняя возня меня утомляет, — Твай печально вздохнула, глядя на себя в зеркало. — Казалось бы, у меня вместо гривы сейчас частично материализованная аура, но почему по утрам она выглядит растрёпанной, а?

— А принцесс спрашивать не пробовала?

— Из-за такой ерунды беспокоить наставницу?

— Это не ерунда, — ответил я, полностью заходя в комнату и прикрыв за собою дверь. — Ты принцесса, одна из первых лиц государства, и должна выглядеть соответствующе.

— Если бы кое-кто, — щётка снова ткнулась в меня, на этот раз в бок, — не колдовал с перегрузкой, этого безобразия не получилось.

Грива и хвост Твайлайт действительно выглядели растрёпанными, характерные полосы были размыты и перекручены, создавая тот самый эффект непричёсанности.

— Хм, фрейлины Луны, помнится, с этим довольно быстро справились…

— Это когда это ты успел у них побывать?

— Лучше всё же говорить «успела». Я это переживу, а оговориться при посторонних не хотелось бы, а успела я, когда тебя подменяла при ваших поисках. Ну-ка, дай расчёску.

Если вспомнить, причёску делала не единорожка, а земная поняша и держала она щётку в копытцах. Так… Подняв расчёску телекинезом, провёл по гриве Твай — нет эффекта, а если?.. Повторил то же самое, удерживая расчёску копытцем — ага, есть контакт, теперь по гриве прошлись характерные волны. И шли они не от самой расчёски, а скорее от копытца. Так, а если теперь попытаться расширить собственную ауру чуть дальше?.. Вот теперь процесс пошёл, и в десяток движений я привёл гриву Твайлайт в порядок.

— Скажи мне кто год назад, что я в самой что ни на есть интимной обстановке буду помогать наводить марафет принцессе из другого мира… Не знаю, куда бы я послал такого товарища, — улыбнувшись, сказал я, отойдя на несколько шагов, чтобы осмотреть дело копыт своих.

— Если бы мне кто сказал, что неосторожные эксперименты с магией могут привести к «таким» последствиям, — Твай печально вздохнула. — И я, кажется, поняла, как ты это сделал…а. Дай-ка сюда щётку, — левитируя оную, она также быстро расчесала хвост.

— Ха, а ведь действительно, чем ещё воздействовать на ауру, как не другой аурой? И зелье на расчёске работало, так как несло в себе толику концентрированной растительной энергии. Вот только концентрация эта слишком мала… Надо это записать и ещё пару экспериментов поставить. Интересно, а на гривы принцесс это зелье подействует, или слишком маленькая концентрация? Надо будет попросить у Зекоры несколько разных вариантов… — Твайлайт ушла в себя, наверное, мысленно уже проводила какие-то эксперименты.

— Земля, то есть, Эквестрия вызывает ваше высочество, — помахал я копытцем у Твай перед носом. — Может, эксперименты будем проводить где-то в другом месте? Мне бы ещё и по назначению комнатой воспользоваться.

— Угу, ладно, надо не забыть добавить в список поэкспериментировать с зельем. Ты почему в такую рань подхватился?

— Да вот проснулась и поняла — нечего тащить в новую жизнь старые привычки. Форму восстанавливать надо, надоедает от любой нагрузки чуть ли не в обморок падать. Так что после подъёма разведала маршрут для пробежек в сторону озера и нашла замечательное место для медитации.

— Озеро, это которое…

— За садами Эпплов.

— Так там же Вечнодикий лес рядом!

— Именно, попытка настроиться на его энергетику — очень эффективное упражнение.

— Это мы с тобой потом отдельно обсудим. О Селестия, сколько дел скопилось, — встряхнула гривой Твай. — Я же так и за год всё не разгребу!

— О Селестия, сколько ещё не сделано, а сколько ещё предстоит не сделать!

— Юмористка, — фыркнула аликорна. — Завтракать идём?

— Угу, только искупаюсь. Это мёртвый пингвин не потеет, а я только что с пробежки.

— Давай помогу, — предложила аликорна и, не дожидаясь ответа, подняла меня в воздух телекинезом.

По-моему, это карма — чуть что оказываться в чьём-то телекинетическом захвате. Хотя процесс действительно ускорился, сам бы я возился гораздо дольше. В копытцах держать мочалку не особо удобно, да и спину у основания шеи вымыть без телекинеза, несмотря на всю понячью гибкость, задача нетривиальная. С помощью Твайлайт удалось помыться быстро, она даже высушила мне шёрстку каким-то заклинанием. Правда, окинув меня взглядом, она отвернулась, явно сдерживая смех, и быстро покинула ванную. Подозревая худшее — рванул к зеркалу, в котором увидел свою пушистую версию. Вся шёрстка встопорщилась, а хвост и грива, по которым периодически пробегали искры, торчали султанчиками. Пересушенный заклинанием волос сразу же наэлектризовался. Ещё через десять минут вода и расчёска помогли вернуть облик к более привычному. Мстя моя будет страшна! Торжественно пообещав придумать что-нибудь не менее забавное и применить на фиолетовом аликорне, отправился на кухню.


До обеда мы занимались приведением библиотеки в порядок, который был нарушен приветственной вечеринкой, а потом разбрелись заниматься своими делами. Твайлайт — штудировать педагогическую литературу, а я занялся самообразованием, решив начать с литературы для жеребят — надо же узнать, какие сказки тут читают детям. Спайк убежал куда-то, хотя готов поставить яблоко против камня, если поискать, найдётся он в бутике Рарити.

В следующие дни как-то сам собой сложился распорядок дня: побудка, разминка в виде пробежки до озера, совместное наведение порядка в библиотеке, если это требовалось, занятия, обед, снова занятия, вечером вытаскивал Твайлайт посидеть на балконе и поговорить. Хотя последнее получалось далеко не всегда, молодая аликорн ответственно отнеслась к задаче, поставленной Селестией, и большую часть времени проводила за чтением и составлением списков и расписаний, которые рвались и переписывались заново после прочтения очередного учебника. Мои попытки как-то вернуть Твайлайт в реальность успехом не увенчались. Спайк лишь махнул лапкой, когда я попытался привлечь его к этому делу, объяснив это тем, что у хозяйки библиотеки бывают исследовательские запои, и в такие моменты взывать к ней бесполезно, пока она сама не успокоится.

Правда, в ожидании возвращения принцессы в реальность, я сам увлёкся. В результате иногда Спайк «тащил за хвосты ужинать» уже двух кобылок. Окончательно уйти в изучение понячей культуры мне не позволяли ежедневные разминки. Как оказалось, на календаре сейчас было начало лета, что гарантировало прекрасную погоду, а погодный патруль, как объяснила лохматая радужка, старался перенести все осадки на ночное время. Так что заставить себя полностью уйти в книги я не мог, и частенько по утрам устраивал себе длительные прогулки по Понивилю и окрестностям или оставался медитировать у озера после утренней разминки. Вечнодикий лес не спешил открывать мне свои тайны, но и постоянные занятия довольно быстро начали давать свои плоды — переход на полностью магическое восприятие мира стал получаться практически мгновенно. Теперь следующей целью для меня стало одновременное применение как обычных, так и магических органов чувств, что было задачей уже нетривиальной.

Собственно, сами прогулки начались с похода в гости к Флаттершай. Как оказалось, Маша, когда узнала, что её робкая близняшка живёт одна на отшибе возле леса, решительно взяла быка за рога, то есть ситуацию в свои копыта. Наша попаданка объявила Флатти «своей младшей сестрой» и взяла над ней шефство, ну и в итоге осталась у неё жить. Ну а счастливая мордочка хозяйки домика, полного живности, говорила, что она сама не против такого соседства. Во всяком случае, когда с утра заглянул к ней в гости, обе пегаски-близняшки выглядели довольными и счастливыми, совместно занимаясь домашними делами. Флаттершай, похоже, получила так не хватавшего ей живого общения, а Маше просто нравилось возиться с «сестрёнкой».

Я, кстати, с удивлением узнал, что робкую пегаску задирала только понячья молодёжь, и то пока не получала втык от взрослых. В городке тихоню ценили как лучшего, хоть и не дипломированного ветеринара и как поставщика самых крупных куриных яиц. Что и не удивительно, так за своей живностью ухаживать — это надо уметь. Да и всякие дары леса в виде редких видов сушёных грибов или лесных ягод тоже можно было купить только у Флаттершай. Лучше пегаски окрестные леса знала только Зекора, но она, по слухам, росла в Зебрике рядом с крупнейшим тропическим лесом планеты. Так что её опыт не всегда подходил к местным условиям, да и специализировалась дочь джунглей и саванны на лекарственных растениях и зельях из них.

То, что позволяло Флатти спокойно чувствовать себя в лесу, меня поначалу напугало почти до неловкого положения. Засмотревшись на дружно работающих во дворе пегасок, я не заметил, как ко мне подкрался один из прирученных Флаттершай «зверьков». Ну как, зверьков… Услышав позади себя странный гулкий фырк, я обернулся… В общем, не удивлюсь, если мой совершенно девчачий визг слышали даже в Понивиле. В себя пришёл внутри дома под столом, когда услышал дружный смех пегасок с улицы. Как оказалось, я влетел внутрь, захлопнул за собой дверь и спрятался, где пришлось. С другой стороны, кто бы не испугался, увидев за спиной натурального медведя, который выше меня раза так в два с половиной и весом, наверное, как у десятка понях. Имея такое сопровождение, в лесу Флаттершай совершенно некого бояться, скорее это её надо опасаться местным хищникам, если таковых ещё не повывели полностью.

Меня, правда, очень настораживало поведение всех этих животных — на удивление разумное, но только когда сама Флаттершай была рядом. Из этого правила выбивался белый кролик Энджел, постоянно хвостиком бегающий за пегаской, он мог демонстрировать «разумность» даже в отсутствии хозяйки. Надо будет спросить у Твайлайт, может она знает причину такого поведения. Нет, я помню про способность Флатти гипнотизировать взглядом, тут же было что-то похожее на роевой разум, ядром которого была пегаска. Ну или это у меня паранойя разыгралась. Хотя как тут успокоить паранойю, когда птичий хор под управлением жёлтой так синхронно пел и не фальшивил.

Маша вытащила меня на улицу знакомиться с косолапым, который оказался вполне себе дружелюбным и даже потыкался в меня носом, извиняясь, а его бурчание Флаттершай перевела, как жалобы на мой очень громкий голос. Тут уж пришлось извиняться мне. Правда, медведь свою обиду тут же забыл, стоило Флаттершай позвать его за собой, чтобы выдать порцию его медвежьих вкусняшек.

Разговор с Машей после того, как мы остались наедине — Флаттершай ушла с мишкой и остальной звериной бандой в лес — дался тяжелее. В спокойной обстановке подробно рассказал Маше о том, что с нами приключилось и ещё раз извинился, всё-таки я виноват в её попадании в этот мир.

— Знаешь… Я даже не сержусь на тебя… Пока не задумываюсь о прошлом, так и вообще хорошо, природа тут замечательная и жители хорошие.

— Но?.. — спросил я, почувствовав неуверенность в последней фразе.

— Но пальцев не хватает.

— В смысле?..

— Что «в смысле»? — пегаска продемонстрировала мне своё копытце. — Думаешь, я от хорошей жизни освоила копытокинез так, как не всякий земной пони может?

— Ну… Думаю, потеря пальцев — адекватная цена за возможность полёта, — подмигнул я Маше.

— Это да, — она мечтательно зажмурилась. — Я всегда мечтала летать, веришь, нет, даже с парашютом пыталась прыгать, но учёба поглотила потом всё свободное время, да и дорогое это очень удовольствие у нас.

— Сбылась мечта твоя теперь, но смятение в тебе всё равно вижу я.

— Иди лесом, Йода доморощенный, — Маша стукнула меня крылом. — Не для всех из нас творящееся вокруг оказалось в пределах нормы. Но знаешь, даже если мне предложить сейчас вернуться, я бы всё же отказалась.

— Однако… Я, кажется, всё равно тебя не понимаю.

— Флаттершай — сущий ребёнок, снова оставить её жить в одиночку будет преступлением, а я привыкну, всегда долго привыкала к новым местам…

— Маш, я всё же чувствую себя обязанным тебе помочь.

— Беги уже к Твайлайт, помогатель, — улыбнулась пегаска. — Это я так: ворчу — сама не знаю, чего хочу.

— Влад, — тихо позвала она меня уже возле самой двери. — Если сможешь, узнай, всё ли в порядке со мной-человеком, ладно?

— Обязательно, как только…

— Не-не, не надо мне тут лекций, — встряхнулась пегаска-попаданка. — Кыш, мне уже на работу собираться пора.


Следующая прогулка началась с подачи Эпплджек, которой я пожаловался на отсутствие на рынке мясного ассортимента. Нет, я всё понимаю, но тот салат с курицей организм до сих пор вспоминает с ностальгией. Не знаю, выверт ли это подсознания, или организм действительно требовал белковой пищи, причём настойчиво так, до того, что однажды ночью мне приснилась сковородка котлет, которая летала по дому и в копытца никак не давалась.

Встретил я яблочную поню на своём обычном маршруте, когда возвращался с пробежки. ЭйДжей, напевая себе под нос какую-то песенку, тянула тележку, груженную копной сена.

— Ну эт, сахарок, — кобылка явно смутилась, — мы же не хищники. Говорят, на севере, там, где зимы не чета нашим, эти едят всё… Дикие пони…

— Уф, ничего не могу с собой поделать — организм требует разнообразить диету.

— Не, на рынке у нас ты только рыбу найдёшь, есть один пони — любитель речной живности, себе ловит и на продажу немного.

— Тоже неплохо.

— Ещё говорят, Стил Ир — пони, что держит скобяную лавку, тот, что ещё и писчие принадлежности продаёт. Говорят, у него можно купить… Но сама понимаешь, в город он ничего, ну, такого не привозит, а живёт он со своей семьёй на дальнем хуторе.

Этого единорога-кузнеца я уже знал, приходилось покупать перья, да и бумагу он же продавал, заказывая партии из Кантерлота, где, по слухам, держал лавку его троюродный брат. Опять же, по слухам, он переехал сюда с женой и детьми из-за ссоры с родителями, считавшими, что единорогам не пристало заниматься кузнечным делом, но тут уж за что купил, за то и продаю…

— Спасибо ЭйДжей, ты меня спасла.

— Да ладно, сахарок, мне-то несложно, — ответила поняша, остановившись и поправив съехавшую на глаза шляпу. — Ты лучш мне скажи, у вас там все такие? Вон Маша тож какие-то «сосиски» вспоминала…

— Не абсолютно все, но подавляющие большинство. Люди, они ведь всеядные: и зелень едят, и живность, да и есть места, где и насекомыми не брезгуют. Ой, прости, — извинился, заметив, как яблочную поньку заметно передёрнуло. — А пони едят сено в кляре и цветы, что уже достаточно, чтобы поплохело уже человеку, — улыбнулся я.

— А яблоки?

— Вот этот фрукт, похоже, вообще ничем в наших мирах не отличается, да и не только он. Яблочный сидр и люди делают и пьют, но у тебя всё равно лучший из тех, что я когда-либо пробовала.

Так за беседой мы с ЭйДжей дошли до поворота на их ферму, где и распрощались. Я поскакал дальше к библиотеке, надо успеть привести себя в порядок и захватить с собой подходящую сумку. Ир открывал свою лавку довольно поздно, так что были все шансы встретить его на хуторе.

Пополнив кошелёк битами из своеобразного сундука-сейфа, где мы с Твайлайт держали наши сбережения, порысил по дороге, ведущей из Понивиля в сторону горной цепи, видневшейся на горизонте. В этой части долины крупных поселений больше не было, но отдельных хуторов и ферм было довольно много. Их и раньше было прилично, всё же Кантерлот поблизости, а такой крупный город и еду потребляет «по-крупному», но когда неподалёку пегасы припарковали Клаудсдейл, начался настоящий фермерский бум. Благодаря пегасьему городу Понивиль получил стимул к развитию, летучих понек много, и все любят хорошо покушать. В таких условиях слаженная работа всех понячьих рас складывается сама собой: фермеры довольны идеальной погодой, пегасы довольны тем, что выращивают фермеры, а услуги магов-единорогов и врачей нужны всем.

Твайлайт в делах денежных оказалась на удивление беспечной, как и положено учёной. Сначала её поддерживали родители, потом королевская стипендия, сейчас же она вдобавок получала зарплату библиотекаря. Да и Селестия приглядывала за своей ученицей. Судя по банковским выпискам, которые я видел, разбирая почту, оплату за научное оборудование, что Спаркл заказывала, оплачивая со своего счёта, уходя в глубокий минус, компенсировали выплаты из казны. Сама Твайлайт полностью оправдывала оказанное доверие, ни бита не тратилось не по делу. С другой стороны, она, скорее всего, просто не обращала внимания на состояние счёта.

С эквестрийской банковской системой я познакомился, когда выяснял насчёт своей стипендии и заодно пытался разобраться с экономической системой. Чем был немало озадачен… Банк в стране был один — Королевский Эквестрийский Банк, но для частных клиентов он выступал скорее как хранилище денег, тех самых битов. Их можно было держать в копилке, как поступали, похоже, подавляющее большинство пони, или можно было положить на счёт в банк, причём буквально. Как оказалось, когда Твайлайт привезла документы о присвоении городского статуса Понивилю, через пару дней был открыт филиал банка. В свободной комнате ратуши посадили единорога, который управлял артефактом, позволяющим телепортировать твои деньги в центральное хранилище и обратно. Система проста как мычание, в плане использования, конечно. Какая магия легла в основу, надо будет ещё узнать. Личность подтверждалась по ауре: достаточно приложить копыто к специальной пластине и набрать на клавиатуре (кнопки довольно большие и расположены в ряд) нужную сумму, услышать звяк и, открыв дверцу, забрать свои биты. Натуральный банкомат, как он есть, да и сотрудник там нужен был только для подключения новых клиентов и для ответов на вопросы.

Углубившись дальше, понял, насколько идеальную систему выстроила за последнее тысячелетие Селестия. Инфляции в стране, считай, не было, кредиты брались только крупными предприятиями, для простых пони они были просто не востребованы. В сельской местности финансовые проблемы решала взаимовыручка среди пони, в городах нуждающийся мог получить рассрочку или беспроцентную ссуду. Казалось бы, мошенничество на ниве финансов должно было цвести бурным цветом, но нет, среди пони очень редко встречались такие несознательные личности, а на приезжих из других рас всегда находилась управа в лице гвардейцев. В том же Понивиле самым крупным преступлением за последние годы было похищение тыквы на Ночь Кошмаров. Так что криминогенную обстановку в стране тоже можно считать очень низкой.

Так, предаваясь размышлениям о высоком и не очень, продолжал рысить всё дальше от Понивиля. Вокруг расстилался пасторальный сельский пейзаж, аккуратные огороды сменялись садами. Потом дорога свернула и пошла по краю большого пшеничного поля. Снова потянулись сады… О, пасека!

Засмотревшись на работу пони-пчеловода, полностью укутанного в защитную экипировку, делавшую его чем-то похожим на космонавта в скафандре, перестал следить за дорогой и закономерно врезался в кого-то, идущего навстречу, судя по ощущениям от удара — очень массивного. В итоге не удержал равновесие и плюхнулся на круп в дорожную пыль.

— И куда ты так летишь — по сторонам не глядишь, а? — голос жеребца, в которого я врезался, показался очень знакомым.

Так и есть. Подняв голову, я встретился взглядом со Стил Иром, впрягшимся в монументального вида тележку. Я его видел в основном за прилавком в полутьме магазина и особо не обращал внимания, да и не задерживался я там надолго — закупился и убежал. Тёмно-серый единорог с чёрной гривой и кьютимаркой в виде молота. Что может быть странного? На поверку Ир оказался «монументальным» единорогом под стать своей тележке. С таким «корпусом» ему с Биг Маком запросто можно бороться, и в этом случае я даже не знаю, на кого делать ставку. Мак, может, и земнопони, но магия Ира может оказаться решающим фактором.

— Ну, налюбовалась, а то мне некогда стоять тут?

— Ой, простите, засмотрелась, — застенчивую улыбку изображать почти не пришлось, сама собой выползла на мордашку.

— Эх, молодёжь, — подал голос пони-пчеловод, всё это время наблюдавший за разворачивающимся представлением, — носятся как угорелые туда-сюда, нет бы делом заняться. Утра доброго, Стил, ты сегодня припозднился.

— И тебе всяческие приветствия, Биг Би. Всё гоняешь своих жужжалок? — ответил единорог.

— А я по делу бежала, а не просто так, и как раз к вам, Ир.

— Ко мне лучше в лавку забегать, — фыркнул единорог, подняв меня телекинезом и поставив на копыта. Похоже, это карма, и чем я так прогневал небеса?

— Спасибки, — поблагодарил я, отряхнувшись от пыли. — По слухам, у вас можно купить… — сбился я с фразы, покосившись в сторону пчеловода.

— Ох уж эти застенчивые южане, — демонстративно тряхнул гривой Ир, — мясом я торгую, мясом. Точнее не я, а моя жена.

— Всё никак не свернёшь богопротивное дело, а? — ворчливо протянул Би. — Сама Селестия завещала — мы не хищники и не должны им уподобляться.

— Ох, не начинай — природа завещала нам есть всё, что зеленеет или шевелится и не ядовито, — парировал Стил, подмигнув мне.

— И куда только богини смотрят, — пробурчал Би и, демонстративно отвернувшись, ушёл куда-то вглубь пасеки.

— Не обращай внимания, он всегда бурчит, когда этот вопрос поднимается. Попробовал бы он пожить на севере, где девять месяцев зима, и ближе к весне единственной едой частенько остаётся строганина с ягелем.

— Я б попробовала… — интересно было бы сравнить местный ягель с земным.

— Ага, вкус занимательный, только если с охотки, а не целый месяц им одним желудок набивать, — фыркнул он. — Ладно, дорогуша, давай ко мне на хутор, там найдёшь мою жену Аврору, с ней и договаривайтесь. Всё, беги-беги, я уже опаздываю… — продолжил он, направившись в сторону Понивиля.

И снова в путь. Пропылила мимо вишнёвого сада, задела хвостом краешек ржаного поля и пробежала мимо высоченных стеблей кукурузы, выстроившихся по обеим сторонам дороги. Местность потихоньку поднималась вверх, встретилось несколько глубоких оврагов-распадков, через которые были переброшены деревянные мостки. Дробное эхо от моих копыт замирало где-то внизу в туманной дымке, эти расщелины были пугающе глубокими.

Дом, точнее, кузню Стил Ира я заметил ещё издали. Кузня стояла на вершине холма возле очередного распадка, по дну которого журчала хорошая такая речка. И похоже, не просто так стояла, изгиб дороги приоткрыл вид на кузню сбоку. Из стены выдавался вал с большим деревянным шкивом на конце, лента, наброшенная на него, уходила куда-то вниз. Похоже, меха у Стила в кузне с приводом от водяного колеса, а может, даже и молот. Хотя такой здоровый единорог, применяя телекинез, выдохнется ой как нескоро просто за счёт общей выносливости организма.

Уже на другом склоне холма нашёлся и дом Ира, который ввёл меня на несколько минут в ступор. Это был натуральный двухэтажный терем, сложенный из массивных брёвен, поставленный на высокий каменный фундамент. С резными наличниками вокруг окон и мощными ставнями, резными же балясинами на перилах лестницы дома, дверь в который, похоже, открывалась внутрь, что очень характерно для северных построек. Высокая печная труба была прикрыта металлическим колпаком, на вершине которого крутился флюгер-петушок.

В общем классический северный вариант, похоже, после переезда Ир не изменил традициям родных мест. Созерцая этот шедевр деревянного зодчества, не сразу обратил внимания на окликнувшую меня кобылку, вышедшую на крыльцо:

— Заблудилась, малышка?

— Ой, простите, засмотрелась на эту красоту. Утро доброе, — ответил я, рассматривая хозяйку дома.

Миниатюрная земная пони с белоснежной шёрсткой и радужной гривой, если пряди нашей лохматой радужки были чёткими и ярких цветов спектра, то волосы Авроры были мягких пастельных оттенков, которые плавно перетекали друг в друга, что делало причёску чем-то похожей на гриву Селестии.

— Доброе, малышка.

— Простите, вы Аврора?

— Аврора, Аврора Борелис, — действительно подходящее для этой кобылки имя.

— Ну, тогда я не заблудилась, а очень даже туда, куда нужно прискакала, — улыбнулся я.

— Тогда забегай в дом, перекрикиваться через порог не будем, — улыбнулась она в ответ. — Чаю попьём, нечасто у нас бывают в гостях новые пони.

Чай у хозяйки оказался с липовым цветом и мятой, а сама Аврора вытянула из меня все понивильские новости и мою «историю» в официальном её виде. Ух, я так долго безостановочно не говорил… да, наверно, никогда. Сама Борелис поведала мне почти классическую историю Ромео и Джульетты. В отличие от сопливой истории Шекспира, принадлежавшие к разным кланам Стил и Аврора познакомились на ярмарке и через несколько лет свиданий втихаря поженились, потом объявили своим семьям об этом событии и, не дожидаясь начала межклановых «разборок», помахали родным копытцами и были таковы. Ещё несколько лет они искали новое место для жизни, пока не осели здесь, неподалёку от Понивиля, место им подсказал тот самый дальний родич, живущий в Кантерлоте.

— Видишь ли, малышка, наши кланы не просто так одни из самых уважаемых на севере. Да, в копытах кланов сосредоточены большие ресурсы и земли, но и ответственность на наших воинах лежит немалая. Они охраняют земли Эквестрии от виндиго, которые в самые суровые месяцы зимы пытаются прорваться дальше на юг. Вот и сидят воины наших кланов посменно на дальних заставах, окружённых бескрайней снежной пустыней…

Нашу беседу прервал дружный дробный топот маленьких копытец двух жеребят, единорожки и пегаски, скатившихся с лестницы, ведущей на второй этаж. Малыши занимательно переняли масть родителей: тёмно-серая единорожка с перламутровой гривой и белоснежная пегаска с густо-чёрной гривой, точно будущая гроза жеребячьих сердец. Малышки затормозили, заметив постороннего в доме, и настороженно посмотрели на меня. Более смелая пегаска рванулась с места изо всех сил, споткнулась и на пузике приехала к ногам Авроры. Осторожная единорожка прошмыгнула следом, обогнув меня по крутой дуге.

— Проснулись, мои дорогие, — мать обняла жеребят, — пойдёмте искупаемся и завтракать!

— Знакомься, Найтфол, Снежинка и Дымок, наши крошки.

— Какие хорошенькие… Неужели двойняшки?

— Ага, Снежинка, наша пегаска-непоседа — старшенькая.

— А…

— Для взрослых имён они маленькие ещё. Тут все спрашивают об этом, — пояснила она в ответ на мой недоуменный взгляд. — Вот станут малышки постарше, и как только сами смогут выполнять обряд защиты от духов, так и получат взрослые имена.

— Снова северные традиции?

— Не традиции, насущная необходимость — одержимость мелкими духами зимы не слишком уж редкая угроза. Волю взрослого пони сложно сломать, да и защиту все знают, а вот жеребята всегда под угрозой, но, слава Богине, защититься достаточно просто — духу надо знать Имя, чтобы попытаться напасть, а пока нет принятого имени, сама понимаешь, опасность не так велика… Ладно, время идёт, Найтфол, помоги-ка мне, — попросила Аврора.

— Э… Боюсь, я с жеребятами…

— Да брось, надо же когда-то учиться, правда? А у кого учиться, как не у старших подруг? — подмигнула она и бесцеремонно устроила жеребят у меня на спине.

Детвора «кататься» явно умела и любила, жеребята надёжно устроились на мне, уцепившись всеми копытцами, можно было не бояться, что свалятся. Аврора закинула себе на спину пару больших махровых полотенец и кастрюльку с мисками. И как только пони умудряются удерживать всё это на спинах и не ронять? Нет, если придерживать всё телекинезом — то без вопросов, но Аврора-то земная пони. Похоже, всё же это частное проявление копытокинеза и долгая практика. Н-да, список вопросов к Твайлайт продолжает расти.

Дальше мы вышли через вторую дверь на задний двор, в центре которого стоял колодец, классический такой, со сложенными из камня стенами, двускатной крышей и воротом. Сам ствол колодца поднимался довольно высоко от земли, и для удобства доступа к вороту была пристроена деревянная лестница, рядом с которой стоял небольшой столик.

— Ну-ка ставь проказниц сюда, — попросила Аврора, подняв из колодца объёмистую бадью воды, указав копытом на обильно поросший травой участок.

Подхватив жеребят телекинезом, поставил их на землю. Если пегаска твёрдо встала на копытца, расправив крылышки, то единорожку пришлось от спины отрывать, да и на земле она вся сжалась в комочек. Как оказалась, не просто так. Плюх — и на жеребят была вылита та самая бадейка очень холодной воды, брызгами и меня хорошо так обдало.

— А не заболеют? — спросила я, когда мы на пару стали вытирать жеребят. Пегаска от такой процедуры только довольно пофыркивала, расправив крылышки, а вот на единорожку было больно смотреть. Завернув бедолагу в полотенце, старался побыстрее её высушить. — Вода ж ледяная.

— Вот ещё, это понивильские неженки могут заболеть, а наши дети только здоровее будут, правда? — ответила Аврора, уткнувшись носом в носик единорожки.

— В здоровом теле, конечно, дух здоровый, но жеребят жалко.

— Ничего, потом только спасибо скажут.

После сеанса сушки мы пошли к столу возле летней кухни, в кастрюльке, что вынесла Аврора, как раз был завтрак для малышек — овсяная каша с кусочками яблока и груши.

— Найтфол, прости, я тебя заболтала совсем, ты ж по делу-то пришла? — спросила Аврора, устроив жеребят на специальной лавочке за столом. Малышки уже уверенно держали ложки, роняли, правда, их частенько, так что приходилось присматривать, чтобы завтрак или посуда всё же не оказались на земле.

— Да ничего страшного, очень интересная беседа вышла, а я как раз занимаюсь изучением культур разных народов, но пришла я действительно по делу — мне бы курочку.

— Это можно, могу даже индюшку организовать.

— Не стоит, мне и так придётся аккуратно готовить, чтобы соседей не смущать.

— Ох, уж эти понивильцы… Ладно, присмотри пока за малышками, — сказала Аврора, направившись куда-то в сторону дворовых построек.

Хозяйка дома обернулась относительно быстро, как раз жеребята успели доесть свою кашу. Мне достался небольшой свёрток из мешковины, перевязанный бечевой, с тушкой довольно упитанной птицы внутри.

— Я потрошки внутри тушки оставила, кто-то не любит, но я всё равно рекомендую, та же печень очень для крови полезной будет.

Как оказалось, клиентов у Авроры было не так уж и мало, да и местный ресторанчик готовил и для залётных грифонов, плюс пегасы-спортсмены появлялись тут регулярно. Куры шли по цене в десять битов, но мне была скидка до пяти, мотивируя это тем, что такую худющую единорожку сначала откормить надо, а то смотреть больно.

Обратно в библиотеку я вернулся уже ближе к обеду, довольный новым знакомством и наличием основного ингредиента для салата и супа. Надо будет разделать на порции и заморозить. Холодильник, правда, в библиотеке был оригинальным. Когда-то для очередного эксперимента Твайлайт зачаровала большой чемодан. Наложенный аркан стабильно охлаждал стенки и воздух внутри чемодана до хорошего такого минуса, а так как стенки ни разу не теплоизолированы, получился этакий источник холода. Чемодан поставили в самую маленькую комнатку в подвале, которая и стала холодильником, а он сам исполнял роль морозильной камеры, нужно было только раз в полгода подзаряжать его.


— Ну согласись, магия — это просто ещё один инструмент влияния на реальность, только более гибкий. Возьмём самый примитивный вариант — аркан для нагрева воды. Заклятье передаст жидкости объём энергии, необходимый для её разогрева, но ведь можно нагреть воду и на огне, тоже передача эквивалентного объёма энергии, просто в другой форме, — вот уже полчаса я пытаюсь донести до Твайлайт своё видение устройства мира в общем и магии в частности.

Сегодня наша лавандовая принцесса решила-таки сделать перерыв в своём учебном марафоне, и я к ней присоединился. Так что с утра мы шустро навели порядок в библиотеке, коллективно приготовили целый противень пирожков с разными начинками и сейчас, устроившись на одном из балконов, методично их уничтожали, запивая малиновым чаем.

— Как можно приводить такие грубые сравнения?! Магия… Магия — это искусство, душевный порыв. Да, она меняет мир так, как хочет маг, но это изменение гармонично и отражает степень сродства колдующего с миром. Взять ту же песенную магию, когда в древности простые земные пони могли вызвать дождь, дружно спев подходящую песню.

— Тут спорить не буду, но меня учили подходить к таким вопросам системно и предварять всякую практику теорией. Давай попробуем просто классифицировать магию и магов как таковых.

— Я тоже читала трактат «Сто и один способ классификации» за авторством Гемд Гривза и Акса Каменного, они во многом ошибаются, да и слишком много в их работе суеверий и никем не проверенных предположений.

— И я пролистала, очень похоже на наших философов: много-много пространных рассуждений никак не связанных с действительностью. Я хочу рассмотреть вопрос с другой стороны. Обобщив те знания, что почерпнула на Земле и в Эквестрии, можно выделить несколько способов деления магии на отдельные области, — ответил я, откусив от пирожка, который все это время левитировал в воздухе. — Первый — по способу контроля. Можно выделить прямое управление потоками сил — на Земле такое называли волшбой. В Эквестрии такого понятия я не встречал, но самым явным его примером будет копытокинез, когда колдующий напрямую управляет потоками сил. И, собственно, магию — когда колдующий создаёт некий энергетический конструкт, который и выполняет нужное действие.

— Вполне логичный подход, — согласилась Твайлайт, — но сюда не вписывается песенная магия…

— Почему не вписывается? Она как раз очень характерное проявление групповой волшбы, табун пони напрямую меняет потоки сил, вызывая тот же дождь. Согласись, что волшбой, если не брать групповой случай, очень сложно сильно повлиять на окружающий мир, но, с другой стороны, это влияние будет оказано практически мгновенно. Тогда как маг может оперировать почти произвольными объёмами энергии, но ему необходимо время для подготовки аркана или построения плетения с нуля или вообще проведения ритуала.

— Если смотреть с такой точки зрения… — Твайлайт задумчиво помахала опустевшей чашкой в воздухе на манер указки, — то чистому волшебнику будет очень сложно использовать заёмные силы, все воздействия пойдут за счёт личных резервов.

— Зато волшебнику можно провести воздействие на одной силе воли и концентрации. У меня, конечно, мало статистики, но мне кажется, что так колдуют большинство единорогов, которые специально не учились магии.

— Ну… Если обобщить на всех пони, то так и есть. Те, кто не учились в академии обычно подражают родителям или другим пони, просто повторяя воздействие на ощущениях. Давай запишем для ясности на случай, если будем возвращаться к этой теме, — Твайлайт, прикрыв для концентрации на мгновение глаза, телепортировала на столик чистый лист бумаги с грифелем и сноровисто начертила первую схему.

— В общем, ты со мной согласна?

— Противоречий я не вижу, так что, думаю, такая классификация имеет место быть, хоть и выглядит она странно, на мой взгляд.

— Тогда давай рассмотрим следующий способ деления магии — по типу контроля. Все магические методы можно разделить на две большие фундаментальные группы: рациональную магию и иррациональную. То есть или ты действуешь, чётко понимая, что и как ты делаешь и что в конечном итоге хочешь получить, или полагаешься на интуицию и фантазию. У рационального подхода есть свои недостатки, но они перевешиваются главным достоинством — чётким контролем процесса.

— Но второй способ значительно проще.

— Да? А кто мне рассказывал, какие безобразия творились, когда ты пыталась превратить яблоко в апельсин?.. Если бы ты применила аркан, то результат был бы сразу без этих странных побочных эффектов, да и птичка бы не пострадала. Согласись, неправильно построенный аркан скорее не сработает, ну максимум, что будет из последствий — это выброс сырой силы.

— Соглашусь, но ты не учла, что этот «иррациональный» подход проще в обучении — на ощущениях, интуиции, на вдохновении можно сделать такое, для чего заклинаний ещё не придумали.

— Ага, но ведь чем сложнее задача, тем больше шансов получить совершенно дикие побочные эффекты, да и много ты знаешь пони, способных нафантазировать нечто совершенно новое? Опытный арканный маг обладает преимуществом — он может гарантировать результат, когда на чистой волшбе может получиться что угодно. Вспомним ту апельсиновую птичку, — не удержался я от подкола.

— Да оставь ты в покое бедную птицу, тем более я её потом расколдовала!

— Но ведь в этом суть. Да, ты научилась делать это превращение, но поняла ли ты, что конкретно и как изменилось, какие физические процессы при этом произошли? Например, я хочу, чтобы яблоко превратилось не в апельсин, а в грушу, аркан пришлось бы изменить только в части, отвечающей за форму, и всё — новое заклинание готово. Чистый же волшебник будет вынужден учиться заново, ведь превращение в грушу будет совсем не таким, каким было превращение в апельсин.

— И всё-таки я с тобой не полностью согласна… — Твайлайт явно задумалась над этим вопросом, — но сейчас аргументов я не подберу. Вернёмся к этому вопросу позже?

— Обязательно. Третий вариант классификации будем рассматривать?

— Конечно! Можно я попробую угадать ход твоих мыслей?

— Давай, удиви меня.

— Так, способ у нас был, тип был тоже. Следующий подход должен быть по направлению: светлая и тёмная магия.

— Недаром ты у нас лучшая ученица принцессы Селестии, — постучал я передними копытцами друг о дружку, изображая понячью версию аплодисментов. — Но я бы немного по-другому разделил: на магию созидания и разрушения. Просто и светлая, и тёмная магия способны как разрушать, так и созидать.

— А если я применю в одном действии все эти подходы, совместив волшбу, аркан и созидание с разрушением? Такие заклинания тоже очень часто встречаются и у медиков, и у строителей.

— Назовём такую магию синкретической, ну или гармонической. Я вообще к чему всё это начала. Не надо учить жеребят конкретным волшебным действиям и конкретным заклинаниям. Мы должны научить их думать, анализировать, изобретать!.. Учить стоит не готовым арканам и волшебным превращениям, а кирпичикам — элементарным действиям, которые помогут жеребятам в освоении более сложных комплексных действий. И мы не должны замыкаться только на магии, ведь это излишне подтолкнёт учеников к непредсказуемой волшбе. Кроме магии, стоит преподавать и физику с математикой, и инженерные дисциплины, логику и упражнения на развитие фантазии, в конце концов.

— Знаешь, в твоих мыслях есть здравое зерно…

— Эй, конечно есть! — притворно возмутился я.

— Но мне надо будет посоветоваться с принцессой Селестией.

— Думаю, она одобрит такой подход. Ведь…

— Твайлайт, — прервал нашу беседу прибежавший снизу Спайк, — там к тебе мэр пришла.

— Мэр? Странно, у нас вроде ничего не было запланировано… Сейчас мы спустимся.


В холле библиотеки нас ждала уже знакомая мне бежевая кобылка земнопони с пепельной гривой и кьютимаркой в виде перевязанного лентой свитка. Судя по метке, кобылка, рождённая творить особую бюрократическую магию.

— Принцесса Твайлайт, мисс Найтфол, добрый день, — поприветствовала нас гостья. — Принцесса, мне прямо неловко к вам обращаться, но случилось ЧП с этими жуткими сталлионградскими электрическими машинами на дамбе.

— Машинами? — невольно вырвался у меня вопрос.

— Ах да, вы же переехали в наш город позже и не застали это шумное и грязное строительство, — всплеснула копытцами мэр. — Потребовалось целых три генеральных уборки, чтобы ликвидировать все последствия.

— Да-да, Рарити мне рассказывала про ту волну пыли, которую вызвали неосторожные пегасы, повернувшие поток ветра со стройки в сторону Понивиля.

— Похоже, что-то случилось на дамбе, у меня с утра побывал целый табун пони, жалующихся на пропавшую электрическую магию — многие привыкли к этим удобным светильникам. Но это полбеды, у Кейков и ещё в нескольких магазинах перестали работать холодильные шкафы. Конечно, ничего страшного, многие единороги, знающие морозильные чары, не откажутся помочь, но их мало, да и стоят их услуги всё же дороже, чем электрическая магия. Сами понимаете, поднимутся цены, а у нас на носу встреча комиссии из столицы.

— Я, конечно, могу посмотреть, в чём дело, но сталлионградская магия мне практически неизвестна…

— Моя невнимательность меня погубит! — воскликнул я, постучавшись головой о ближайшую книжную полку.

— Найтфол, с тобой всё в порядке?

— Угу, я только что поняла, что в упор не заметила электрическое освещение в городе! Ну да, — сказал я скорее сам себе, раздосадованный своей оплошностью, — подвесной проводки тут не будет, ведь в ней могут запутаться пегасы, но ведь подземные линии никто не отменял!

— Действительно, сталлионградские мастера как раз жаловались, что прокладывать подземный «кабель», — мэр с трудом выговорила это слово, — очень сложно.

— Простите, а вы не припомните название той машины, что стоит на дамбе?

— Кажется, МГЭС-2М… — мэр по буквам произнесла эту аббревиатуру. — Да, в документах эта машина так и числится.

— Ты знаешь, что эти буквы означают? — спросила у меня Твайлайт.

— Похоже, что да. Эту аббревиатуру можно расшифровать как малая гидроэлектростанция два, скорее всего, модернизированная. Ну что, Твайлайт, поможем мэру?

— Подожди, машина из твоего…

— Так и есть, — перебил я почти проговорившуюся принцессу.

— Уверена, что знаешь, как их ремонтировать?

— Нет, конечно, но оценить масштаб ЧП смогу, да и мелкие неисправности починю, — кивнул я. — Кстати, леди мэр, а почему бы не вызвать бригаду из Cталлионграда? Они же должны регулярно обслуживать дамбу?

— Так я и вызвала, но, к сожалению, у них какие-то проблемы с их заводами, и все свободные бригады были переброшены туда, а к нам они смогут прибыть только через три-четыре недели, — мэр печально вздохнула.

— Тогда нам понадобятся каучуковые накопытники и пробковые шлемы. «Магия» эта опасная, — тут я с трудом сдержал смешливый фырк, — так что лучше перестраховаться.


До дамбы мы добирались почти час: пока нашли накопытники (в лаборатории Твайлайт хорошо ориентируется только она сама, и то не всегда), пока я бегал к строителям одолжить каски. Да и если не нестись галопом, как это обычно я делаю по утрам на пробежке, до дамбы шагом полчаса идти.

В этом месте я ещё не был, так что с удивлением рассматривал практически незаметное на фоне зелени сооружение. Всё, что можно, обсажено кустами или прикрыто дёрном, вокруг никаких следов того, что здесь была масштабная стройка — земным строителям не помешало поучиться у пони, как надо облагораживать территорию. Даже спуск к двери в машинный зал был скрыт за кустами, не зная, где он находится, так сразу и не найдёшь. Сама входная дверь оказалась металлической, закрытой на массивный, размером с три копыта жеребца, амбарный замок.

— Мы попросили надёжно всё закрыть на случай, если внутрь попытаются пробраться жеребята, — ответила на мой немой вопрос мэр. — Но мне кажется, что строители немного перестарались.

— Да уж, действительно, — я взвесил замок в телекинетическом захвате, — да в нём килограмма три, наверное.

— Ого, — воскликнула Твайлайт, уже заглянувшая внутрь, пока мы с мэром рассматривали замок.

— Ага, — согласился я, заглянув следом.

Техническое помещение тянулось подо всей дамбой, шириной метра три и четыре в высоту. Внутри располагались пять генераторов, трансформатор стоял на противоположном конце зала, щитовая здесь, возле входа. Под потолком над генераторами висели металлические мостки, к которым можно было забраться по скобам-ступенькам, вделанным в бетон стен. С них, похоже, поднимали генераторы, и там же, в стене, несколько люков со стороны пруда, ведущих ещё куда-то.

Ух, полное впечатление, что попал на землю в какой-нибудь цех… Было бы, если бы не щитовая: провода подходили к светящимся красным кристаллам и, судя по цвету, медным рунным табличкам, а рядом с силовыми изолированными проводами шли такие же медные плоские ленты, покрытые теми же рунами. Рядом находились пять здоровых рычагов-переключателей, судя по надписям, находящихся в положение «выключено».

Сейчас в помещении было относительно тихо, слышен был шум воды, текущей по переливу. Ни вибраций, ни характерного гула — похоже, гидроагрегаты были выключены. В помещении ничем не пахло, не было следов разрушений, очень похоже на то, что сработала какая-то автоматика, отключив все системы. Тем более что у рычагов-выключателей явно есть автоматический привод — слишком большие кожухи прикрывали точки их крепления.

— Очень интересно, — Твайлайт вошла первой и сразу начала рассматривать распределительный щит. — Какая-то необычная магия и рунические печати грифонов…

— Твай! — пришлось забежать следом и оттащить принцессу от щита, она же туда чуть ли не носом залезла. — То, что всё выключено, ещё не значит, что проводка не под напряжением. Вот долбанёт током, и будет у нас жареная принцесса магии!

— Всё в порядке? — спросила мэр, заглянув в дверной проём.

— С нами да, с дамбой сейчас будем посмотреть. Твайлайт, можешь попробовать разобраться в схеме? — кивнул в сторону щита, — а я пока пробегусь, посмотрю, нет ли где видимых поломок.

— Это будет сложно, но, думаю, справлюсь, — кивнула принцесса, телекинезом доставая из седельных сумок лист бумаги и карандаш.

Пока аликорн увлечённо что-то чертила, я пробежался по всему машинному залу. Нигде палёной проводкой не пахло, трещин в бетоне тоже не было, да и не тот тут напор воды для таких повреждений. Только возле одного агрегата слышалось слабое течение воды, чего не было слышно возле остальных.

Дошёл до трансформатора — масло не вытекло, проводка в порядке. Осталось последнее место, куда можно заглянуть.

— Твай! Я наверх слажу! — крикнул я принцессе.

— А? Да, конечно, — ответила она, даже не повернув в мою сторону голову, похоже, действительно увлеклась.

Теперь самое сложное, что, будучи пони, я ещё не делал — как забраться-то по таким скобам?.. Нет, с передними ногами все понятно — перекладину можно зажать между копытом и бабкой, а вот с задними ногами непонятно. Ладно, попытка не пытка, да и не так уж высоко тут падать.

Взобраться наверх всё же получилось, хотя задние копытца постоянно норовили соскользнуть с гладкой металлической скобы, но помогал копытокинез, хотя всё равно было сложновато. Похоже, у земных пони есть какие-то приспособления для подъёма по таким лестницам.

Места сверху было немного, так что пришлось пригнуть голову, чтобы не биться о потолок. Хорошо хоть, идти до ближайшего люка было недалеко. Сам он был похож на корабельный герметичный затвор, открывающийся наружу, с запором, приводимым в движение штурвалом. Пришлось сделать почти десять оборотов, пока все ригели не убрались в пазы, дав возможность открыть люк.

Оригинально, так вот куда спрятали всю шлюзовые механизмы. Люк вывел в такое же низкое помещение под бетонной крышей, испещрённой замысловатыми узорами, выходящее прямо в пруд. И ведь, посмотрев со стороны и не скажешь, что здесь что-то есть, хотя от поверхности воды до крыши почти два метра. С другой стороны, магией тут фонило сильно, возможно, снаружи проход был прикрыт иллюзией. Ладно, в плетениях пускай Твай пока разбирается, а я займусь механикой, коей визуально не так уж и много. Пять шлюзовых механизмов, по количеству генераторов, с автоматическим приводом и ручным управлением, судя по рычагам возле каждого из них.

Четыре шлюза были полностью закрыты, а вот пятый был закрыт не до конца, как раз тот шлюз, у генератора которого было слышно течение воды. Так-так, неужели просто переклинило механику? Попробовал дёрнуть рычаг телекинезом, чтобы закрыть шлюз полностью. Не получилось. Упёршись копытами, налёг на него всем телом — не получилось сдвинуть, от слова совсем. Н-да, если тут всё так плохо, без бригады из Сталлионграда не обойтись… Хотя, дёрнув рычаг в другую сторону, чуть не упал в воду, так как механизм легко поддался. Над водой показалась часть запорного устройства, в котором запутались какие-то ветки. Похоже, не всё так плохо, повозившись ещё минут пять, я таки смог выпутать весь этот куст из запорных пластин и штатно закрыть шлюз.

— Твайлайт, я, кажется, нашла, в чём была причина! — крикнул я, уронив с мостков злосчастный пучок мокрых веток на пол. — Ваше высочество, не соблаговолите ли вы уделить мне немного внимания?! — почти крикнул я, задраив за собой люк и спустившись вниз к лавандовому аликорну.

— Ой, Найтфол, прости, я слишком увлеклась… Но тут такие интересные решения. Сталлионградские пони — земнопони и очень недоверчиво относятся к магии единорогов, они даже полив у себя на полях делали механическим. И тут они тоже показали мастер-класс в создании артефактов. Нет, конечно, без единорогов не обошлось, но они, похоже, заказывали только отдельные узкоспециализированные амулеты, а остальное собирали сами на основе глифов. Ты не смотри, что они похожи на грифонье магическое письмо, от него тут только сами символы. А уж сколько разных амулетов они заставили работать слаженно, аж дух захватывает, вот смотри…

От лекции Твайлайт меня отвлекла магическая вспышка и рычание за спиной, а ещё интуиция завопила об опасности. Честно, не знаю, чтобы я сделал, но помогли понячьи рефлексы. Опасность сзади, что надо сделать? Правильно, лягнуть. Желательно с двух ног и посильнее, что я и проделал. После чего резко развернулся, срывая с себя телекинезом каску, хрупкая, конечно, но разок стукнуть можно.

Перед глазами открылась сюрреалистичная картина — куст оживал, расправляясь в гротескное подобие волка, собранного из веток, с листвой вместо шерсти и двух горящих зелёным огнём глаз. Убиться веником, какая живучая тварь, столько времени провести в воде и прямо на глазах восстановиться.

Над головой пролетела белая вспышка, это Твайлайт сообразила, что происходит и послала в древесного волка какое-то заклятье. Оказавшееся достаточно эффективным, после его попадания зелёное свечение померкло, и зверь опять стал кучей веток.

После того как я понял, что опасность миновала, без сил плюхнулся на круп прямо там, где стоял, уронив каску на пол. В глазах плясали огоньки, голова сильно кружилась. Адреналиновый всплеск показал, что я всё-таки ещё не до конца восстановился.

— Найт! С тобой всё в порядке?! — обеспокоенная Твайлайт подбежала ко мне.

— Да, просто испугалась. Сейчас, минутку, в себя приду…

— А, бывает… У древесных волков естественная способность распространять вокруг себя ауру страха. После того, как нас эти волки погоняли в Вечнодиком лесу, решение проблемы я обнаружила в библиотеке — заклятие изгнания. Оно выбрасывает духов из их древесных тел, а без материальной оболочки этот лесной дух безвреден. И где ты его только нашла?

— Он застрял в шлюзе и, похоже, вызвал срабатывание защитной автоматики, — ответил я, пытаясь подняться на ноги. — Зверёк точно больше не встанет?

— Точно, теперь это просто кучка веток. И я, кстати, уже поняла, что вообще тут произошло.

— Успела разобраться с этим произведением абстрактного искусства? — спросил я, указав копытцем на распределительный щит.

— Ну, тут ещё очень много работы… Если с нуля со всем разбираться, но главное я поняла. Там же наверху тоже амулеты?

— Ага, весь потолок исписан глифами.

— Так я и думала. Там система защиты, если в шлюз начнёт затягивать кого-нибудь живого, сработает заклинание, и животное или пони вынесет потоком воды на берег, а вот растения уже классифицируются по размеру. Бревно тоже будет отброшено от шлюза, а вот на мелкую растительность защита не среагирует.

— Однако… Дай угадаю, на древесном волке систему переклинило?

— Совершенно верно. Древесные волки для установленных тут амулетов дадут отклик сразу как животное и растение, а этого Сталлионградские мастера не предусмотрели, всё же вид этот редкий и водится только в Вечнодиком лесу. В общем, сработало контролирующее плетение, и всё выключилось.

— Н-да… Надо будет для мэра инструкцию написать — что такое древесные волки и с чем их едят, — хихикнул я. — Пускай мастеров напряжёт на доработку плетений.

— Хорошая идея.

— Вернём электрическую магию пони?

— Думаешь, можно?

— Так всё в порядке, даже в шлюзовом механизме никаких поломок, несмотря на удивительную прочность этого хищного куста.

Подойдя к щиту, навалился копытцами на главный рубильник, который не без усилия провернулся. Красные огоньки на щите мигнули, по очереди загорелись зелёным. Вместе с этим сами провернулись отдельные переключатели, также по очереди запуская генераторы. В помещении сразу стало очень шумно, уши рефлекторно прижались к голове. После тишины последних минут шум работающих механизмов оглушал.

— Пойдём отсюда! — крикнул я.

Твайлайт не возражала и, захватив с собой остатки древесного волка, вышла из машинного зала, я юркнул за ней следом и захлопнул за собой дверь. И про звукоизоляцию мастера не забыли, шум как отрезало.

— Эх, инженерия явно не мой талант… Похоже, придётся записываться в клуб к метконосцам, — наигранно вздохнул я, демонстративно осмотрев свой безметочный круп.

— Ничего-ничего, у тебя ещё все впереди, — вздрогнув, ответила мэр, — но я крайне не рекомендую поддерживать авантюры, что затевает эта банда. Твайлайт, повлияй на них, иначе, боюсь, однажды мы проснёмся в развалинах Понивиля, если вообще проснёмся.

— Мы постараемся, — ответила Твай, — и Найтфол поможет своим примером, правда?

— Правда-правда…

— Так что там с этой электрической магией?

— По идее, всё заработало, но бригаду ремонтников надо всё равно вызывать, при проектировании они упустили один момент…

— Мы вам напишем отчёт с нашими действиями и рекомендациями, — подхватила фразу Твайлайт.

— Ох, спасибо вам огромное от лица города, побегу успокою жителей, — поблагодарила нас мэр и бодрой рысью двинулась в сторону городка.

— Ну, раз наш отдых прервали — устроим пикник? — предложила Твайлайт.

Я демонстративно осмотрел молодую принцессу:

— Вы кто такая и куда дели яйцеголовую Твайлайт?

— Да ну тебя, — копытце аликорна ткнулось мне в бок, — раз уже договорились, что сегодня у нас перерыв, значит, перерыв.

— Ладно-ладно, но я бы всё же прошёлся по тому берегу, — кивнул я на другую сторону пруда, — откуда-то же взялся в воде древесный волк?

— Ты думаешь?..

— Да, вдруг он за кем-то гнался?

— Тогда давай поспешим! Да и вернувшись в город, стоит сказать мэру: пусть проверит, не пропадал ли какой пони, — поддержала моё начинание Спаркл.

Перейдя по дамбе на другой берег, неспешным шагом пошли вдоль берега, внимательно осматриваясь. Следов здесь почти не было, дикая живность приходила на водопой подальше от Понивиля, а сами пони тут бывали редко, как-никак тут же рядом «страшный» Вечнодикий лес.

Следы мы действительно нашли. Уже ближе к концу пруда я заметил цепочку характерных отметин на мягкой земле метра за три от берега, причём, судя по последним отпечаткам, где были вырваны целые комья земли, волк просто прыгнул в пруд. Собирался перелететь водную преграду, что ли? Твайлайт обратила внимание на сломанные ветки в густом кустарнике, растущем в этом месте достаточно близко от пруда.

— Да, это следы древесного волка, — подтвердила моя спутница.

— И, судя по кустам, он ломился напрямую, причём сам, я что-то не вижу тут следов того, кого волк догонял. Или эти создания даже минимальным интеллектом обделены?

— Вот ещё, это умные и хитрые хищники. Добровольно ломиться через эти ветки… Может, он сам от кого-то убегал?

— Ну… У нас ты знаток местной живности, я вот сходу не могу представить того, кто может напугать эту древесную зверюгу. Причём заметь — он шёл точно по прямой, и если бы не пруд, то попал бы в Понивиль. Думаю, стоит углубиться немного в лес.

— Это уже попахивает паранойей, — фыркнула Твай.

— Это попахивает разумной осторожностью. Если нормальный древесный волк так себя вести не будет, то возникает вопрос, что же заставило его так сделать?.. Тебе напомнить, как кое-какой молодой аликорн с наставницами и подругой попал в астрономических масштабов приключения? — Спаркл нахмурилась и согласилась, что если на ситуацию смотреть под таким углом, то проверить, что да как, не помешает.

Прогулка по лесу в тот день результатов не дала, я с Твайлайт явно не следопыты. В густом подлеске очень быстро потеряли следы и ничего необычного по дороге не застали. По возвращении в Понивиль, специально зашли к мэру уточнить, не сообщал ли кто-нибудь о пропаже пони. Таких тоже не было, как и любых других серьёзных происшествий. Так что случай с древесным волком я занёс в отдельный список необъяснимых событий, специально для этого заведённый, вторым пунктом. Первым там шло наше попадание в этот мир и пленение принцесс.


— Дорогая принцесса Луна, в первых строках своего письма спешу сообщить вам… — написал я на куске свитка, перечитал и со вздохом скастовал заклятье удаления чернил, тёмно-серое свечение на мгновение охватило мой рог и пергамент, после чего чернила с поверхности куда-то исчезли.

Насколько я предвзято отношусь к волшбе, но не признать её удобство не могу. Телекинез, чары света, поиска и многие другие элементарные действия, которым с энтузиазмом обучила меня Твайлайт, были очень удобны, а иногда и незаменимы. Заодно они сглаживают иногда накатывающее раздражение по поводу отсутствия пальцев. Надо будет всё-таки поймать Машу и расспросить, как она справляется с этим, но задача эта сложная. Встав на крыло, жёлтая близняшка Флаттершай стала неуловимой. Особенно после того, как уговорила лохматую радужку потренировать её и свою названную сестрёнку. Флатти, правда, так и летает как крокодил Пинки — низенько так, низенько, но летает она теперь гораздо чаще, чем ходит пешком. Что лично меня радует, значит, проводимая Машей работа по выведению излишней закомплексованности из Флаттершай не проходит даром.

Я же с коллегой-попаданкой за этот месяц практически и не встречался, встречалась… Эта амбивалентность меня, несмотря на всю показную невозмутимость, раздражает. Да, я научилась следить за собой, как и всякая уважающая себя кобылка, за этим строго проследила Рарити, которая однажды увидела меня на пробежке в состоянии «поднять — подняли, а разбудить забыли». Проспал, поэтому с утренним моционом решил не заморачиваться, подобрал гриву с хвостом прикупленными недавно лентами и так и рванул до озера, а на обратном пути встретил владелицу самого модного понивильского бутика.

Завидев меня, она, издав полный ужаса вздох, потащила к себе в мастерскую, где привела мой облик к положенному для кобылки со столь высоким статусом. Мол, её не волнует, что я был вроде как жеребцом, если говорить на местный манер, раз сейчас я кобылка и ученица самой принцессы Луны, то ни в коем случае не должна ронять монарший авторитет своим неприглядным видом. Вдобавок потребовала регулярно к ней заглядывать, в противном случае обещала пожаловаться принцессам, сразу всем трём. Учитывая её хорошие отношения со Спайком, дракончик Рарити чуть ли не боготворил, послать письма монаршим особам она сможет без проблем. Пришлось смириться со своей судьбой и регулярно добровольно подвергаться косметическим процедурам. И хуже того, мне это начало нравиться, да и у зеркала стал залипать с завидным постоянством. Так и нарциссизм недолго подцепить, но Луна действительно постаралась на славу, сделав из меня действительно симпатичную поняшку.

— Ладно, хватит отвлекаться, — буркнул я себе под нос, возвращаясь к отчёту. Месяц для меня пролетел совершенно незаметно, и вроде как пришло время отправить обещанное письмо.

Вот только со стилистикой у меня возникли проблемы… Как написать отчёт, как официальный документ или как письмо любимой наставнице? Которую я, кстати, за этот месяц и не видел ни разу.

— Её Высочеству принцессе Луне Эквестрийской, пишет вам… — и с разочарованным фырком стёр написанное. Обидно, сейчас так хочется постучаться головой обо что-то твёрдое, но рог мешает, а стукнуть им не то чтобы больно, но очень неприятно.

Хорошо хоть начал писать сразу по возвращении с пробежки, так, чувствую, до вечера и провожусь. В нагрузку ещё и почерк у меня как был неразборчивым, так от получения копыт лучше не стал. Нет, писать на эквестрийском пришлось учиться с нуля, но процесс пошёл быстро, особенно с учётом огромного количества заметок, что я делал.

Кстати, об эквестрийской письменности, несмотря на личные особенности почерка, в зависимости от метода, каким писался текст, можно попробовать угадать, кто и как писал. Птичье перо, новомодное по местным меркам металлическое перо или карандаш, которые в принципе ничем почти не отличались от земных, ну разве что только ручка для металлического пера и корпус карандаша изготавливались плоскими или эллипсоидными, в противовес земным цилиндрическим формам. Это делалось для тех пони, кто привык брать письменные принадлежности в рот, в этом случае, по сути, пишешь движениями шеи. Наибольшей популярностью этот метод пользуется у земных пони, да и вообще у тех, кто работает вкопытную, хороший слой пыли и грязи с помощью копытокинеза уже не счистить.

Конечно, можно писать, зажав карандаш между бабкой и копытом или удерживая его с помощью копытокинеза — метод чиновников и прочих интеллигентов не единорожьей наружности, которые вынуждены много и долго писать. Зажав перо в зубах, монографию не напишешь, мышцы шеи будут категорически против. Для тех, у кого с копытокинезом было не очень, даже продавали специальные манжеты, надевающиеся на копыто, с зажимным креплением.

Ну и последний метод для единорогов — удерживать перо телекинезом, но он требует недюжинной точности и самоконтроля, во всяком случае, первое время. Опытный работник пера — Твайлайт, та может писать, похоже, в любом положении и вообще с закрытыми глазами.

Каждый из способов даёт свои характерные особенности начертания букв, по которым и можно угадать, кто писал текст. Я же остановился на методе единорогов, им овладеть получилось быстрее всего, а то, что у меня получалось, если писать, зажав карандаш в зубах или в копытцах, даже лучшие земные повелители стетоскопа и клизмы прочитать не смогут. Да и у меня чтение собственных каракуль удавалось далеко не с первого раза. Так что пришлось осваивать точный телекинез.

Вздохнув, отложил перо и чернильницу, потянулся и уставился взглядом в окно своей комнаты, бесцельно блуждая взглядом по домам напротив и пробегающим по библиотечной площади пони. За делами не заметил, как уже целый месяц пролетел в чужом мире.

Как показала практика, человек — тварь такая, привыкнуть может ко всему. И к копытам вместо рук, и к повышенному вниманию со стороны некоторых жеребчиков и многих кобылок, и к проживанию внутри живого дерева. Да и некогда было рефлексировать: самообучение, занятия с Твайлайт, восстановление физических кондиций. В общем, можно сказать «жизнь хороша, и жить — хорошо».

Надо бы ещё коллегу-попаданку отловить для беседы, но вряд ли получится, она плотно погрузилась в учёбу, повергая местных врачей в шок методами немагической медицины. В последний раз, когда она забегала к нам в библиотеку, поставила мне задачу срочно «изобрести» пенициллин, потому как ей, цитируя дословно: «надо убедить пару однорогих упрямых козлов», что не только зелья могут подавлять рост бактерий. Задачу я принял, но вот сколько займёт времени реализация проекта сказать не возьмусь. Идею одобрила и Твайлайт, так что в лаборатории уже с десяток чашек Петри набралось с различными видами плесени.

С магией пока всё не так бодро, как мне хотелось бы, мой потолок сейчас — простейшие арканы и волшба, но опыт дело наживное. Так что практика, практика и ещё раз практика и параллельно теория. Точнее, разработка непротиворечивой теории магии. Твай идею не одобрила, но и мешать не стала, так что, думаю, через пару лет можно будет смотреть на магию сквозь призму натурфилософии. Физик из меня, конечно, аховый, однако и предмет изучения своеобразный.

Вот с развитием и адаптацией сознания к магическому восприятию мира всё более чем хорошо. Попытки войти в контакт с духом Вечнодикого леса дали свои плоды. Ну и тот факт, что в Эквестрии медитация стала для меня не самовнушением, а действительно практикой восприятия духовных и энергетических сущностей, а для этого требуется более чем гибкое сознание. Ведь те же духи частенько непросто структурированная энергия, они многомерны, причём не только в пространстве, но и во времени!

К тому же дух леса просто самый сильный в округе, а кроме него вокруг нас существует множество другой энергетической живности, которые за малую толику переданной добровольно силы могут выполнить какое-нибудь простое поручение, надо лишь наладить с ними контакт.

Результатом тренировок стало то, что я уже сейчас могу одновременно удерживать внимание на двадцати-двадцати пяти объектах или процессах, тогда как среднестатистический пони только от пяти до восьми. Для людей, насколько я помню, числа отличаются не сильно. Казалось бы, мелочь, просто трюк. Ну можешь ты уследить за метаниями шарика не между тремя, а между двадцатью напёрстками? Однако такие способности существенно облегчают построение любых арканных заклинаний и волшбу. При желании можно записать заученный текст сразу десятком перьев, разделив его на десять частей. Или же создавать аркан не последовательно, тратя силу на поддержание уже собранной конструкции, а параллельно, при этом ещё и соразмерно ускоряя создание заклинаний. В общем, очень и очень полезный навык. Твайлайт, когда я поделился с ней своими успехами на этом поприще, тоже заинтересовалась вопросом. Как оказалась, она никогда и не уделяла времени именно упражнениям на разделение внимания, но как показал эксперимент, даже самые сложные созданные ею магические конструкты возникали почти мгновенно. Так что моя радость немного увяла, но я теперь знаю, к чему надо стремиться.

Неспешный поток моих мыслей прервал магический всплеск, пришедший со стороны фермы Эпплов. Следом за ним раздался громкий хлопок. Так, ничего хорошего это явно не означает. Подорвавшись с места, сиганул в окно, кое-как свалился с дерева и галопом рванул в сторону взрыва. На ходу поймал мелкого духа воздуха и передал с ним сообщение для Твайлайт.

Тут стоит немного отвлечься и рассказать о том, как такой способ появился. Мне, как существу развращённому миром, где мобильная связь наличествует почти повсеместно, было очень неприятно отсутствие быстрой связи. Ну не с помощью же Спайка переписываться? Привыкшая к размеренной понивильской жизни Твайлайт проблемы тут не видела, но моё стремление обзавестись возможностью быстро доставлять сообщение поддержала. Ведь это новый эксперимент, как-никак. Однако, как показала практика, подходящих готовых арканов не нашлось, а те, что нашлись, могла исполнить только сама хозяйка библиотеки. Вот тут-то я и вспомнил о шаманских методиках. Даже мелкому духу найти Твай с её ярчайшей аурой проблем не составляло, а сама аликорн хоть и никогда с такими сущностями не общалась, но прекрасно их слышала. Так что пейджером, работающим в окрестностях Понивиля, мы с ней обзавелись, с моей стороны в виде духа, а с её в виде свитка с посланием, которые Твайлайт могла отправлять почти тем же методом, что и Спайк. Свитки эти, правда, почему-то норовили появиться у меня над головой и стукнуть по макушке.

Скакать пришлось неожиданно далеко, остаточный след от магической волны привёл меня к границе садов Эпплов. По дороге наткнулся на ЭйДжей, озадаченно стоявшую возле домика на дереве, построенного на огромной старой яблоне. Домик ухоженный, заботливо отремонтированный, даже с настоящими окнами и занавесками, и, кажется, я знаю, кому он служит штабом.

— Привет яблочным пони! — остановилась я возле хозяйки сада.

— Найтфол, хорошо, что ты здесь! Слыхала, как бабахнуло? Сахарок, я боюсь, как бы эта неугомонная троица в беду не попала, но где их искать?!

— Отставить панику, за мной, пока след не рассеялся!

Бежать далеко не пришлось, буквально, в минуте бега мы нашли искомую троицу. Жеребята устроились на большой поляне сразу за садом, через которую, весело журча, тёк ручеёк. Из пасторальной картины выбивались: натуральный требушет и свежая двухметровая воронка прямо на берегу ручья, метрах так в пятидесяти от требушета, которую уже залила вода. Жеребята нас не заметили, сгрудившись возле места взрыва. Оно и неудивительно, с учётом того, что они переговаривались криком, оглушило их знатно. Слава принцессам, судя по живости их обсуждения, серьёзных ранений никто не получил.

— Эпплблум, Свити Белль и Скуталу, вы чего это тут сотворили, а?!

Троица жеребят, наконец-то заметив, что они на поляне не одни, сначала было попыталась сбежать, но передумали и понуро собрались перед ЭйДжей. В этот момент на поляне с яркой вспышкой материализовалась Твайлайт, державшая в телекинетическом захвате Редхарт, кобылку с белой шёрсткой и розовой гривой, старшую медсестру Понивильской больницы.

Пока старшие кобылки осматривали жеребят на предмет травм и наперебой читали им нотации, я изучил, так сказать, место преступления. Ничего необычного, кроме снарядов, которые запускали жеребята, я не нашёл. Ну, если не считать за необычное сам требушет. И где они только чертежи достали? Снарядами оказались драгоценные камни, точнее, их магический эквестрийский аналог. В подробности их возникновения я пока не вдавался, но вот то, что они, по сути, кристаллизованный сгусток магической энергии уже знаю. Вот только я ни разу не слышал, чтобы такие кристаллы взрывались, да ещё так сильно. Похоже, меткоискатели использовали какой-то другой снаряд. Хотя…

Плюхнувшись на круп, закрыл глаза и сосредоточился на окружающем магическом фоне. Через пару минут голоса поняш окончательно ушли на второй план, а я смог оценить, что же тут происходило в магическом плане. Самое удивительное, что эхо от взрыва несло в себе следы энергетики сестры Рарити. Такое чувство, что именно она выдала этот всплеск, но жеребёнок физически не смог бы выдать столько энергии за раз. Углубиться в вопрос дальше мне не дали, сквозь медитативную отрешённость до меня донеслись голоса подошедших вплотную понях:

— Эй, Твайлайт, похоже, Найтфол сломалась!

Ага, значит, вплотную ко мне сейчас стоит Скуталу и машет копытцем перед моим носом. Надо будет с Твай переговорить, что-то у этой мелкой пегаски не то с аурой, а вот что конкретно — непонятно.

Говорила кобылка, повернув голову к Твай, а потом снова посмотрела на меня… Всё, пускай меня считают извращенкой, но, не удержавшись, я сцапал в копытца мелкий сгусток милоты с целью потискать:

— Скажи мне, милое дитя, — Скуталу, похоже, смирившись с судьбой, вырываться из объятий не стала, несмотря на хихиканье подруг, которых позабавила открывшаяся им картина, — откуда вы достали такие интересные камушки? Спрашивать, как вы нашли чертежи метательной машины, я не буду…

— Это я скажу, — вставила Твайлайт. — Спайк недавно выдавал на копыта книгу «История древних сражений», том, кажется, второй.

— Ага, а откуда достали такие чудесные камни? — продолжил я спрашивать, отпустив нахохлившуюся кобылку.

— А что с ними не так? — спросила Твайлайт, пролеветировав к себе один из кучки, лежащей возле требушета.

— Ты уже поняла, что здесь рвануло?

— Нуу, кобылки, наверное, утащили какой-нибудь старый амулет из замка двух сестёр.

— Не-а, не угадала.

— То есть как?

— А ты приглядись сама, я хочу идею проверить, а то вдруг как ошибаюсь просто, — предложил я Твайлайт, поднимаясь на ноги.

Твайлайт озадаченно огляделась, прикрыла глаза и снова огляделась:

— Ничего не понимаю, — озадаченный лавандовый аликорн тряхнула гривой. — Свити, но как?

— Резонанс же!

— Но ведь ещё надо найти такой, чтобы без дополнительных ухищрений просто влить чуть больше силы, ведь ни камни, ни магия единорогов неоднородны и даже не линейны! — воскликнула Твай.

— А теперь посмотри на эту симпатичную кучку. Свитти достаточно было бы подержать каждый камушек отдельно в телекинетическом захвате, а потом один из них неосторожно стукнуть…

Все поняши судорожно вздрогнули, даже малышня, которая, похоже, тоже сообразила, что если один из камушков рванул так, что в Понивиле услышали, то вся эта кучка бабахнула бы, как пару кило тротила.

— В общем, Твайлайт, я настаиваю на введение в расписание занятий по естественным наукам и основам безопасности жизнедеятельности, а вам, малышня, придётся все занятия посетить. Иначе, боюсь, в следующий раз Понивиль не уцелеет. Яблочная душа моя, — обратился я к ЭйДжей, — отведёшь кобылок по домам, мы тут с Твай пока осмотримся, а?

— Конечно, сахарок! — согласилась земная поняша. — Вы там заодно, — она стрельнула глазами в сторону требушета, — ну сами понимаете.

— Ага, конечно!

Понуро опустившие головы жеребята потянулись за ЭйДжей.

— Так мы никогда не получим свои кьютимарки, — печально протянула Скуталу.

— Ага, вон Найтфол уже какая большая, а свою не получила, — поддержала пегаску Эппл Блум.

— Выше нос! — подбодрила жеребят ЭйДжей, — У вас ещё всё впереди, а Найтфол просто… — земная кобылка задумалась, подбирая подходящее слово, — необычная пони, да, просто необычная пони.

— И не забудьте вернуть книгу в библиотеку! — крикнула Твайлайт им вслед.

Кстати, я действительно глубоко ушёл в себя, даже не заметил, как ушла медсестра. Похоже, убедившись, что пострадавших нет, она убежала к своим пациентам.

Дождавшись, когда кобылки отошли подальше, попробовал приподнять телекинезом весь требушет. Увы, но нет, дохловатый пока из меня телекинетик. Хозяйка библиотеки фыркнула, скастовала какой-то сложный аркан, и требушет исчез. На мой недоумённый взгляд она ответила:

— Отправила его в замок двух принцесс в старую оружейную комнату, там ему самое место. Ну так о чём ты хотела поговорить?

— Надо аккуратно расспросить Свити и Рарити, откуда взялись эти камни.

— Брось, скорее всего, или Рарити со Спайком нашли, или в лавке купили.

— Двадцать «одинаковых» камней с идеальным резонансом под магическую силу Свити Белль?! Какова вероятность того, что всё это получилось «случайно»?

Твайлайт вздрогнула и рефлекторно хлопнула крыльями:

— Ты думаешь?

— Я не думаю, я знаю. Принцесса Луна предупреждала меня, что тварь, напавшая на вас, лишь изгнана, но не уничтожена.

— Найтфол, мне кажется, что у тебя просто приступ паранойи.

— Давай так, я тут всё в округе тщательно обыщу, а ты пока выясни, откуда жеребята достали эти чудесные камушки.

Твай хотела возразить, но, встретившись со мной взглядом, почему-то вздрогнула и всё же уступила. Подхватив с собой оставшиеся камни, она развернулась и пошла в сторону города, потом фыркнула, взлетела и уже в полёте телепортировалась.

Вздохнув, принялся прочёсывать окрестности, даже обнюхал всё мало-мальски интересное. Пони, конечно, не ищейки, но обоняние всё же будет получше человеческого. Нашёл и книгу, взятую в библиотеке, её жеребята бросили рядом с местом, где собирали части требушета. Видел, откуда они притащили обрезки досок и верёвки. И всё, ничего необычного, никакого постороннего присутствия или странных отпечатков ауры. Пришлось признать тщетность поисков и вернуться домой.

В библиотеке меня ждала озадаченная Твайлайт. Как я и предполагал, Рарити таких камней не находила и не покупала и вообще понятия не имела об их существовании. Свити же говорила, что взяла их в корзинке для некондиционных камней, куда её сестра складывала бракованные или чем-то не понравившиеся ей варианты.

— Вот видишь, всё это очень странно. Сначала странные следы древесных волков. Потом это покушение на жеребят.

— Покушение?

— Твайлайт, а если бы Свити подольше подержала в телекинетическом захвате все камушки, а потом случайно один бы уронила в общую кучу?! Да от малышек мокрое место осталось бы!

— Но, как же…

— Расскажи обо всём принцессе Селестии, твоему рассказу она точно поверит. Я тоже отправлю письмо наставнице.

— Обязательно, но всё же мне кажется, ты немного сгущаешь краски. У Свити бы просто не хватило силы, чтобы зарядить такую кучу камней за один раз.

— Но вопрос, откуда они взялись и почему идеально подогнаны под магическую силу сестры Рарити, владелицы одного из Элементов Гармонии, остаётся открытым.

— Если так ставить вопрос…

— Ну а кто ещё мог бы проделать такое? Ты знаешь единорогов, способных на такие манипуляции?

— Дискорд?

— А где он? Я уже столько слышала про ходячий кусочек хаоса, что просто интересно было бы с ним познакомиться.

— Его не видели с самого нашего исчезновения, — задумчиво протянула Твайлайт, — но Дискорд и раньше мог надолго пропасть и потом совершенно внезапно появиться.


«Принцесса Луна, сегодня произошло крайне обеспокоившее меня событие…

…В завершение хочу сказать, что предварительную подготовку считаю оконченной и с начала учебного года перейду на режим регулярных занятий. С уважением, ваша ученица Найтфол Мист»

Закончив с письмом, свернул свиток. Хм, надо будет свою печатку с подписью завести. Ну, а за неимением печати поставил оттиск на сургуче, которым запечатал свиток, ученическим кольцом, выданным мне Луной, и уже было хотел позвать Спайка, как вдруг отпечаток лунного серпа засветился мягким серебряным светом, а затем свиток исчез. Однако! Я озадаченно почесал нос кончиком пера, чихнул и уставился на с виду невзрачное серебряное кольцо. Интересно, какие ещё секреты оно в себе хранит?..

Не знаю, сколько я ещё так просидел, разглядывая кольцо, как вдруг стены комнаты пошли волной и стали резко расходиться в разные стороны. От неожиданности я вцепился руками в столешницу. Стоп, руками? Озадаченно ощупал всего себя, я снова человек? Ничего не понимаю… Я озадаченно опустил копытце на столешницу. Брр, тряхнул головой. Да что здесь происходит?

— Успокойся, — раздался вдруг откуда-то из-за спины знакомый вкрадчивый голос принцессы Луны, — просто сосредоточься на том облике, который тебе сейчас ближе.

Как тут успокоиться-то, когда мир решительно не желает оставаться на месте. Ладно, раз, два, зажмуриться, глубоко вздохнуть. Мой человеческий облик с трудом возник в памяти, и то лишь общий образ без мелких деталей. В упор не помню свой цвет глаз и волос, помню только, что они были длинными и собирались в хвост на затылке. Хвост, сейчас это слово прочно ассоциировалось-таки с конечностью, а не причёской. Тёмно-серые грива и хвост, расчесывание которых уже превратилось в неотъемлемую часть ритуала поклонения утру.

Яркий образ моего понячьего отражения снова вернул уверенность в себе и окружающем мире, во всяком случае, все четыре копыта теперь на месте и стою я на чём-то твёрдом. Да и ощущение «вращающегося мира» пропало. Осторожно открыв один глаз и убедившись, что так оно и есть — стены и пол больше не колышутся как желе, я огляделся и с трудом задавил удивлённый вскрик. Вокруг было «ничто» в буквальном смысле, кажущаяся бесконечной пустота, заполненная тёмно-синими переходящими в бирюзу и обратно аморфными облаками. Под копытами ничего нет, хотя такое чувство, что стою я на чем-то очень гладком и твёрдом. Слева и справа от меня — уходящие в бесконечность ряды разноцветных дверей, висящих в пустоте. Если присмотреться, каждая дверь из находящихся в поле зрения была уникальной, разная форма украшений и дверных ручек. Какие-то покрыты вычурной резьбой, другие — собраны из простых досок, покрытых лаком. Встряхнув головой, повернулся к стоявшей за моей спиной Луне, не стоит заставлять ждать принцессу.

— Здравствуйте, наставница, — я поклонился, изображая один из вариантов приветствия, которые заставила заучить меня Файс. Не знаешь, что делать? Следуй протоколу и этикету.

— Ой, не надо официоза, — отмахнулась копытцем Луна. — Я, можно сказать, только-только вернулась из ссылки, а современный дворцовый этикет меня уже начинает раздражать. Для начала постой спокойно.

Обойдя меня пару раз по кругу, принцесса, похоже, проделала попутно какой-то осмотр, во всяком случае от «электрических» касаний заклинаний, то и дело проходивших сквозь меня, по спине бегали табуны мурашек.

— Что можно сказать, — сказала Луна, закончив осмотр, — энергетика уже восстановилась. Конечно, до пиковой формы тебе ещё придётся поработать над собой, но прогресс хороший. Я, если честно, ожидала меньшего.

— Я всего лишь выполняю все предписания…

— Мало выполнять, надо ещё и стремиться к нужному результату, потому как для пони как не для какой другой расы важно равновесие душевное, которое во многом определяет состояние здоровья, чтобы ты знал. Вот что меня смущает, так это твой новый облик…

— А что с ним не так?.. — настороженно спросил я.

— С ним всё в порядке, и вот это-то как раз странно. В этом мире, по идее, ты должен был принять наиболее привычный тебе человеческий облик.

— Откровенно говоря, с трудом вспоминаю свой мир… — ответил я, задумавшись. — Всё же слишком много новых впечатлений, да и ощущение, что я, наконец, живу, а не существую.

— Ну что ж, время покажет, — на секунду мне стало неуютно под внимательным взглядом Луны. — Ладно, пойдём, покажешь, как у тебя с магией дела обстоят, — сказала Луна и двинулась вперёд по коридору. Замешкавшись на мгновение, я двинулся следом за принцессой.

— Луна, если не секрет, где это мы сейчас?

— Никакого секрета тут нет, а как моя ученица ты даже обязана знать, где мы. Сама догадаешься?

— Хм… — я сосредоточился на последних воспоминаниях перед тем, как оказался здесь. — Мы в мире снов?

— Именно.

— Мне, правда, показалось, что это всё некая абстракция, а не реально существующее пространство.

— А что есть реальность?

— Представление об окружающем нас мире, данное нам в ощущениях, — предположил я.

— Разве всё вокруг нас нереально? Ты, я… — остановившись, она постучала по косяку ближайшей двери, — вот эти двери.

— Выглядит вполне убедительно… Для меня. Я точно знаю, что так называемый «мир духов» вполне можно выделить в отдельное пространство, хотя он и сильно связан с материальным миром. Ноосферу нашего мира, обеспечивающую связь миллиардов людей между собой, принципиально можно отнести к тому же классу сущностей. Возможно ли существование планов с большим отрывом от реального мира? Пространств, в которых мысль и идея главенствуют над материей?..

Луна в ответ только улыбнулась мне.

— Если же они существуют, то почему бы не существовать граням нереальности, пространству хаоса и другим подобным планам. И если взглянуть на текущую ситуацию беспристрастно и принять как данность, что окружающее это не просто сон или реалистичная галлюцинация, то получается, мы сейчас находимся в Мире снов. И даже можно попробовать экспериментально доказать это!

— Ну-ка, ну-ка. Это было бы интересно, — оживилась Луна.

— Сейчас, — закрыв глаза, я уже привычно соскользнул в медитативное состояние и попытался представить себе металлический куб. Ничего лишнего просто небольшой блестящий кубик, висящий в воздухе.

Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент я услышал металлический звук от упавшего на то, что здесь заменяло пол, предмета. Открыв глаза, убедился, что получилось собственно то, что и задумывалось, у меня перед передними ногами лежал тот самый кубик. Толкнув его копытцем, убедился в материальности кубика. Поднял его в воздух телекинезом, убедился в наличии массы, увесистая получилась штука.

— Что и требовалось доказать, — сказал я, усилием воли просто стирая куб из реальности, — в материальном мире такое я бы проделать не смог, на прямую материализацию силы у меня точно не хватит.

Раздавшийся клацающий стук накопытников вывел меня из созерцательного медитативного состояния. Как оказалось, это Луна, скажем так, «похлопала в ладоши», если это применимо к пони.

— Честно говоря, я приятно удивлена, как пришелец из сугубо материального мира, ты очень быстро адаптируешься к новым условиям. Не ожидала я такого быстрого прогресса.

— Э… Разве это не должно быть чем-то, ну, элементарным? — спросил я, снова материализуя в воздухе на этот раз такой же металлический шарик.

— Поверь, у нас был опыт общения с существами из миров, подобных твоему, мало кто из них мог спустя всего месяц повторить такой трюк. Мир снов порождается совокупностью всех разумов пони и их верой в существование этого пространства, а я своей волей удерживаю его, скажем так, форму. И даже такая элементарная материализация для того, кто не принадлежит нашему миру, задача нетривиальная. Надо ведь «убедить» окружающий тебя мир в реальности, порождённого твоим воображением предмета, а это не всегда так просто, — ответила Луна, снова двинувшись дальше по коридору. Я поспешил следом.

— А можно узнать, все эти изменения — для меня это хороший признак или медицина тут бессильна?

— Зависит от точки зрения, — задумчиво ответила Луна.

— Хм, ну, моё мнение, я думаю, всё ещё никому не интересно, — принцесса только фыркнула, — а по-вашему — это нормально?

— Ты всё больше и больше становишься настоящей пони. Так что это даже хорошо, у тебя довольно гибкая психика, и процесс вживания проходит на удивление гладко. Но…

— Наставница? — позвал я замолчавшую Луну.

— Если бы ты остался жеребцом, я бы сказала, всё замечательно… — она вздохнула, — но сами обстоятельства твоего воплощения, моё влияние и твоё частичное слияние с Твайлайт сделали из тебя гораздо в большей степени кобылку, чем ты думаешь.

— Даже смерть для высокоорганизованного разума — всего лишь ещё одно приключение, а уж про смену видовой принадлежности и… сопутствующие обстоятельства я, думаю, как-нибудь переживу, — нарочито бодро ответил я, хотя, признаться честно, весь последний месяц я просто старался не задумываться об этом моменте.

— Так то для высокоорганизованного, — фыркнула Луна, — а вот ты всё ещё слишком молод. Хотя это тебе и поможет, чем старше разум, тем больше требуется усилий для пересмотра своего взгляда на окружающий мир. Поверь мне, я знаю, о чём говорю… Ты уже давно не жеребёнок, но всё ещё способен меняться, подстраиваясь под окружающий мир. Однако на уровне подсознательного мало кто может управлять собой, и о внутреннем конфликте ты можешь даже не подозревать, пока он не выльется в нервный срыв.

Луна остановилась, посмотрела мне в глаза:

— Найтфол, Влад, если поймёшь, что не справляешься с этим, я всегда готова тебе помочь. Не держи это в себе, иногда, для того чтобы вернуть себе душевный покой, достаточно просто выговориться.

— Э… Луна, а ваша сестра против не будет?..

— Скажем так, в отличие от Селестии я знаю, как можно взглянуть на паутину вероятностей будущего. И твоё, и Марии влияние может быть по большей части положительным. Так что, думаю, сестре необязательно знать о том, что происходит между нами.

— А разве?..

— Селестия всегда была против общения с надмировыми сущностями — да, это уменьшает опасность, скажем так, «заражения» чуждыми нашему миру идеями, но это же ограничивает её поле зрения. При взгляде со стороны всегда видно чуть больше. О, мы, кстати, пришли.

Увлечённый разговором, я не заметил, как мы подошли к двери, сильно выбивающейся из привычной уже картины бесконечного коридора. Даже не двери, а висящего в воздухе камня с прорубленным в нём проходом, внутри которого клубилась белёсая туманная дымка. Луна, пригнув голову, проход всё же был довольно низкий, зашла внутрь. Зачем-то задержав дыхание, я шагнул следом.

И через несколько шагов через туман я вышел на каменную площадку, расположенную где-то в горах. Над головой светила полная луна, её яркий серебристый свет озарял довольно большое, размером, наверное, с футбольное поле, каменное плато. Относительно ровное, оно было покрыто лежащими то тут, то там обломками камней, местами виднелись пучки чахлой травы. За спиной пролом, из которого я вышел. Небольшая щель в почти отвесном склоне горы, вершина которой поблескивала ледниками очень высоко надо мной.

— Давай-давай, проходи, — поторопила меня Луна, — ещё успеешь налюбоваться местными пейзажами.

— Где мы? — спросил я, подойдя к принцессе, стоявшей посреди довольно большой расчищенной от каменных обломков площадки.

— Там, где мы никому не помешаем. Я смотрю, ты разобрался с функциями моего кольца?

— Как бы сказать. Я просто искал, чем бы запечатать свиток, ну и не нашёл ничего более подходящего…

— Доверять своей интуиции тоже надо уметь, — хмыкнула Луна. — И вообще, считай это домашним заданием — к следующей нашей встрече найди ещё как минимум три «опции», заложенных в этот амулет. Ну да ладно, у нас с тобой не так уж и много времени, покажи мне, чему тебя научила Твайлайт.

Следующие, наверное, пару часов меня сбили с небес на землю и лишили всяческих иллюзий относительно моего уровня владения магией. Луна одобрила уже достигнутый прогресс, однако указала мне на множество мелочей, упущенных мною или, скажем, недостаточно очевидных для того, чтобы посчитать такие моменты важными.

— В общем и целом, — начала наставница, расхаживая передо мной, сидящим на крупе. Честно говоря, я совершенно выбился из сил несмотря на то, что мы вроде как в мире снов находимся. — Да, в общем и целом ты на верном пути, твои огрехи и техники построения арканов на таких занятиях мы тебе поправим. Одного не могу понять, почему ты так упорно цепляешься к чётко определённым формам, тебе было бы гораздо проще, отпусти ты свою фантазию на волю. Я же вижу, ты можешь и даже периодически неосознанно выполняешь так некоторые элементы…

— Я верю в теормаг.

— Прости?

— Возможно, я неправ, но сейчас я уверен, что контроль гораздо более важен, чем простота выполнения. Да, я могу отдаться на волю чувств и «творить», но что делать, если мне придётся творить заклинания в панике? В раздрае чувств? Формально подходя к задаче, я гарантирую, что в каком бы я ни был состоянии, если я смог сотворить заклинание, то получу именно тот результат, который предполагался, а не нечто непонятное.

— Магия суть творение, искажение и изменение реальности…

— Но даже для хаотических и вероятностных систем можно выстроить стройный математический и логический аппарат. Я, конечно, не профессор-математик, но всё же достаточно теоретически подкован для того, чтобы пользоваться подобными методами.

— Даже так, — Луна внимательно посмотрела на меня. — Знаешь, я могла бы с тобой поспорить, привести в пример единорогов, которые потерпели фиаско на этом пути, но не буду. Свежий взгляд на магию никогда не повредит, так что у тебя есть все шансы всё-таки стать основательницей новой школы магии, но о волшбе всё же не забывай. В любом случае на сегодня хватит, тебе стоит отдохнуть, и да, забеги в ванну, а то засохшие чернила очень плохо отмываются с шёрстки.

Я в недоумении посмотрел на Луну, моргнул и понял, что вижу перед собой уже почти догоревшую свечу. Поднял голову со стола и тряхнул ею, разминая шею — я, похоже, уснул прямо там, где писал принцессе письмо. И уснул я практически мгновенно, раз не заметил, как рогом сбил чернильницу, чернила из которой растеклись по столу, испачкав мне нос и скулу. Да и на столе теперь красовалась здоровенная клякса, которую венчал отпечаток моего носа. Н-да, поставил чернильницу на место и, поморщившись от тянущего чувства в роге, скастовал заклинание, удаляющее чернила — всё же похождения в мире снов были более чем реальны. Во всяком случае, магическая усталость передалась мне в полной мере. На часах было уже за три ночи, так что надо бы и в кровать отправиться, хотя наутро состояние всё равно будет как с похмелья. Магическое переутомление, оно своеобразное.

Прибравшись на столе, уже было решил отправиться спать, но, вспомнив о совете Луны, заглянул в ванну. И правильно сделал, заклинание удалило разлившиеся чернила отовсюду кроме шёрстки. Пришлось потратить ещё с полчаса на то, чтобы вымыть лицо. Уверен, правда, что часть чернил на фоне тёмного меха осталась незамеченной.


Утром, когда я в очередной раз порадовался четвероногости — на двух ногах меня знатно шатало бы — отвратительно бодрая Твайлайт объявила, что изучила весь требуемый материал и тоже готова выступить в роли наставницы для жеребят и одной кобылки-переростка. Пришлось проявить волю и настоять на переносе обсуждения этого момента на обед, сам же, взяв себя в копыта, вышел на пробежку размяться, что, как ни странно, помогло. Особенно помог час медитации на уже привычном берегу пруда, похоже, лес ко мне перестал относиться враждебно, и после такой медитации силы даже прибавилось немного.

— А, Найтфол, — воскликнула Твайлайт, когда я вошёл в библиотеку, — ну где ты ходишь, мне нужна помощь!

— Нужна, — согласился я, глядя на разгром, созданный принцессой, в главном холле библиотеки. Повсюду валялись раскрытые книги и свитки, часть из них была даже подвешенная в воздухе каким-то вариантом левитационного заклинания.

— Смотри, — почти под нос мне подлетел свиток, — я набросала основной список тем, которые надо будет рассмотреть на занятиях. Теперь надо расписать подробно учебные материалы по каждому пункту. Думаю, вдвоём мы за сегодня справимся, — добрый, но немного «маньячный» взгляд Твайлайт не сулил ничего хорошего любому, кто воспротивится этому безумному учёному.

— Тут же больше трёх сотен пунктов… — ужаснулся я, глянув в конец списка.

— Именно! Я выбрала самое основное, что нужно знать молодому единорогу, — хозяйка библиотеки пробежалась среди груд свитков, периодически подбрасывая себя в воздух взмахами крыльев. — Собрала рекомендации самых именитых преподавателей.

Плюхнувшись на круп, я как прилежный ученик поднял вверх копытце:

— Можно вопрос?

— Конечно, — кивнула будущая гроза всех молодых единорогов.

— Твайлайт, я жил и учился под присмотром семьи потомственных преподавателей. Как ты думаешь, в твоём случае стоит ли выслушать мой совет?

— С определённой точки зрения…

Закончить её не дала резко открывшаяся входная дверь и влетевший следом Спайк, который, заметив разгром, учинённый его опекуншей, замер на середине шага, по-армейски чётко развернулся на сто восемьдесят градусов и вылетел наружу, прокричав что-то про Рарити и её бутик.

— Вот видишь, одного ученика ты уже напугала, — фыркнул я.

Твайлайт закатила глаза к потолку, покачала головой, буркнув что-то про ленивых пони и драконов:

— И что ты предлагаешь?

— Я предлагаю для начала составить учебный план с учётом возрастных групп, — ответил я, поднимаясь с пола на все четыре копыта. — И думаю, стоит учесть ещё и то, что не все единороги захотят заниматься магией, а кое-кто из земных пони может заинтересоваться зельеварением. Та же Эппл Блум вроде же как раз и проявляла интерес в этой области.

— Хм, — Твайлайт одним взмахом расчистила место на столе и положила перед собой чистый свиток. — Значит, предлагаешь разделить материал для каждой расы отдельно?

— Нет-нет, предлагаю выделить отдельные направления — магическое, естественнонаучное, общеобразовательное, например. Затем выделим в каждом направлении темы, интересные для разных возрастных групп. Например, для совсем жеребят, которые ещё не ходят в школу, школьников и старших школьников, отдельно даже для взрослых пони…

В общем и целом работа закипела, на следующий месяц увеличив количество «безумных преподавателей» в дереве библиотеке до двух. Спайк, похоже, уже давно смирился с такими всплесками активности, появлялся дома в основном на поспать и силой накормить двух увлечённых кобылок.

После того как мы составили учебные планы и прикинули расписание, началось прояснение мелких деталей, в которых, как известно, и кроется дьявол. Твайлайт плотно занялась магическими аспектами, я же взялся за проработку естественнонаучной части, для чего пришлось перелопатить библиотеку на предмет того, а что пони известно о физике, химии и биологии. Заодно привыкнуть к необычным для меня обозначениям и символам, да и единицы измерения хоть и были очень похожи на привычные мне, но вот назывались частенько по-другому. Хотя оно и неудивительно, пони с именами Ампер и Уатт в Эквестрии точно не существовали.

Апофеозом этой деятельности стала подготовка к большому открытому уроку. Моё предложение провести перед началом учебного года такое мероприятие Твайлайт всецело одобрила. Вот только, как известно, согласно народной мудрости, инициатива напрямую «воздействует» на инициатора, так что пришлось выискивать в книгах и вспоминать самые эффектные и занимательные физические опыты. Чем, кстати, изрядно удивил Стил Ира, когда вместо обычного заказа на чернила, чистый свитки и перья показал ему чертёж электрофорной машины.

Большую часть экспериментов можно было провести за счёт подручных материалов, но часть пришлось изготавливать специально. В чём Ир очень сильно помог, сам бы я очень долго с этим возился. Заодно появился повод выбраться из библиотеки и Твайлайт вытащить, я-то честно продолжал физические упражнения, а вот одну увлечённую фиолетовую аликорну удалось вытащить из дома только под предлогом помочь магией в кузне. Сам я поход в гости к Стилу воспринимал как возможность развеяться, да и жеребят потискать. Примелькавшегося меня эта парочка непосед бояться перестала и стала воспринимать как приходящую игрушку и источник сладостей. Да, повозиться с детьми мне было в радость.

Правда, когда я первый раз таки смог заманить Твайлайт с собой в гости к Иру, невольно навёл паники в их доме. Мне, привычному к близкому общению с принцессами-аликорнами, было очень странно видеть нарочито подобострастное отношение семьи Ира к Твайлайт. Когда же Аврора плотно отвлекла её жеребятами, Стил утащил меня в «тёмный» уголок и пообещал в следующий раз выпороть за то, что не предупредила о прибытии венценосной особы. Мои попытки объяснить, что молодая аликорна очень смущается подобному отношению к себе были проигнорированы, а для верности мне был продемонстрирован широченный с огромной пряжкой ремень от его седельных сумок.

Правда, сама Твайлайт тоже малость была шокирована семейным бизнесом Ира и Авроры, хотя из чисто научного интереса всё же решила понаблюдать за процессом, скажем так, получения белкового продукта. Пару дней потом она, правда, ходила немного пришибленной, всё же несколько лет жизни в Понивиле не вытравили из неё сугубо столичного жителя, но философский созерцательный взгляд на мир всё же победил. Раз есть пони, для которых это нормально — значит, это нормально, но лично она долго ещё осуждающе смотрела на меня, употребляющего блюда из «тех самых» ингредиентов.

В общем и целом весь массив запланированных для демонстрации экспериментов я подготовил. Осталась самая сложная часть, требующая привлечения подрядчика — Зекоры. Даже я мог провести несложную алхимическую реакцию, да и Твайлайт в этом была совсем не дилетантом, но учить кого-то серьёзно все же лучше специалисту. Так что в один из дней, с утра пораньше я направил свои копыта в сторону Вечнодикого леса и хижины зебры. Как минимум надо было прикупить у неё каучука, который, по слухам, она собирала где-то в глубинах леса, и крахмала для неньютоновской жидкости, тоже внезапно редкого в Понивиле ингредиента.

День, как обычно в это время года, был солнечный и малооблачный, за что отдельное спасибо погодному патрулю. Хотя, судя по мелькающим где-то высоко в небе радужным всполохам, облака некая лохматая радужка скоро разгонит. Тёплый ветерок перебирал пряди в гриве, а я лёгкой рысью продвигался к дому Зекоры.

Заодно и посмотрю лес с этой стороны, а то я всё в другой стороне в основном бываю. Понивильцы избегают Вечнодикого, так что тропинка, которая начиналась на одном из лугов за границей нашего уже городка — мэр, кстати, оформила с помощью Твайлайт все бумаги — была протоптана скорее самой зеброй и нечастыми её клиентами.

Я уже минут пятнадцать шёл по самому Вечнодикому лесу, как внезапно налетевший резкий порыв ледяного ветра вывел меня из состояния мечтательно-созерцательного состояния. Буквально за секунды у меня на глазах небо затянуло грозовыми тучами, и послышались первые раскаты грома.

Уже было рванулся со всех копыт, но почти сразу остановился, когда первые капли дождя ударили по спине, а одна самая удачливая попала на кончик носа. Фыркнув, я остановился и огляделся в поисках какого-нибудь куста с кроной погуще. Заметив подходящие заросли, забрался в них поглубже, листва прикроет от дождя, а окружающие деревья побудут молниеотводами. Сделал я это очень вовремя, ветер усилился настолько, что его свист заглушал почти все звуки, а порывы были настолько сильными, что прямо у меня на глазах повалили несколько деревьев.

Буря закончилась так же внезапно, как и началась, оставив меня с мокрой шёрсткой, усыпанной мелкими сучками и листвой. Благо, перемётные сумки уцелели, предусмотрительная Твайлайт наложила на них водоотталкивающее заклятие. Выбравшись из кустов, огляделся, повернул голову, осмотрел спину и бока, раздражённо дёрнул хвостом, сбрасывая особо прилипчивый лист. После чего громко и с выражением обматерил сам себя — не единорог, а какое-то недоразумение, в панике забился в нору и даже не подумал прикрыться от дождя заклинанием.

Ещё раз обозвав себя идиотом, двинулся уже намеченным маршрутом. Правда, прошедшая внезапная буря повалила немало деревьев, и часть из них — прямо на тропу. Так что периодически приходилось перепрыгивать или обходить препятствия.

В одном месте пришлось лезть прямо через мокрую крону упавшего дерева, с одной стороны, мешал обойти густой и колючий кустарник, с другой — довольно глубокий распадок, по дну которого бежал ручей, после ливня превратившийся в бурный грязный поток. С трудом уже пробравшись через все эти ветки, а вы попробуйте с копытами, пусть и при поддержке копытокинеза, по деревьям полазить, услышал слабый писк и заметил шевеление под одной из тонких веток. Немного магии — и вот передо мной предстал небольшой алый зверёк, наверное, чуть больше Совелия. Заднюю лапку бедолаги придавило довольно большой веткой к земле, и зверёк активно барахтался, пытаясь вырваться.

Я бы назвал существо белкой, характерные лапки и пушистый хвост располагали к тому, но явно не беличий цвет меха, по-кошачьи острые когти на лапках и внушительный такой набор клыков в пасти, которым и Вайнона позавидует, однозначно говорили, что передо мной хищник. Раздосадованный зверёк, заметив меня, угрожающе зашипел, а потом вгрызся в ветку.

Отойдя чуть-чуть в сторону, чтобы не мешать себе, поднял ветку телекинезом. Белко-зверь, назовём его пока так, было рванулся на свободу, но придавленная лапа подвела, и он с громким писком упал на землю.

— Ну что с тобой будешь делать? — спросил я зверька, в ответ получив лишь угрожающее шипение, от которого и кобра бы узлом завязалась от зависти. — Ладно, уговорил, пойдём к Зекоре, она с лапкой поможет, наверное, — сказал я белке, подхватывая шипящий комок меха телекинезом.

Через пару минут ему, точнее всё же ей, надоело барахтаться в воздухе, и я рискнул посадить белку себе на спину. Успокоившийся зверь, на удивление, не стал пытаться сбежать, а перебрался ближе к шее и уцепился лапками за гриву.

Такой колоритной парой мы и добрались до места обитания штатного понивильского шамана. Я пересекался с Зекорой на рынке, она тоже предпочитала закупаться поутру, пока всё самое свежее и самый богатый выбор. Ну и пару раз как-то сталкивались в лавке у Стила. Соблюдая конспирацию, я вида не подавал, всё же мы виделись, только когда я был ИО Твайлайт. Ну да не столь суть важно, более интересно то, где жила зебра. Её домом тоже оказалось дерево, но в отличие от понивильской библиотеки, сам ствол был, так сказать, необитаем, а жилые помещения располагались между огромными воздушными корнями. Пространство между ними было закрыто глиняными стенами, армированными плетёными из эквестрийского аналога тальника панелями, в которых были встроены обычные круглые окошки, какие и в Понивиле попадаются. Похоже, хозяйка не стала мудрить и заказала себе готовые окна.

Располагалось жилище зебры на довольно большой поляне, окружённой плотным и колючим кустарником. Тропинка как раз привела меня к довольно узкому проходу, ведущему внутрь. Сам двор тоже показателен — то тут, то там лежали необычные, явно вручную изготовленные инструменты. С одной стороны были разложены круглые, тоже плетёные из тальника, подносы, на которых сушились травы. На другом конце двора лежала узкая длинная маска, явно ритуального назначения, возле неё на своеобразном плетёном верстаке стояла корзинка с набором резцов по дереву. С десяток таких готовых масок были развешаны по стволу и веткам дерева. Рядом с масками на длинных нитях были подвешены множество стеклянных бутыльков. Не удивлюсь, если они ещё и светиться будут ночью. В общем и целом — место обитания если не шамана, то знахарки точно.

Визит неожиданный, стоит признаться. Ведь пони меня обычно боятся, — голос с характерным акцентом, раздавшийся у меня за спиной, заставил меня вздрогнуть. — Но добрых гостей видеть рада всегда я. Недавно ты здесь, как я понимаю.

— Мисс Зекора, добрый день, — поприветствовал я зебру, повернувшись к ней, — извините за вторжение, — и, заметив, что её грива с хвостом тоже усыпаны мелкими сучками и листвой, тут же уточнил: — Вы не пострадали? Эта странная буря началась слишком внезапно.

Живёт Вечнодикий своими законами, и пони ему не указ. Но бури внезапной такой не припомню я, как та, что случилась сейчас… Ну, не стой на пороге, скорей пойдём в дом, обсохнем, в порядок себя приведём.

Проходя мимо меня, Зекора притормозила и с удивлением спросила:

Что за алый зверь такой, необычный с виду?

— А… Это ещё одна пострадавшая, бедолагу зажало под упавшим деревом, пришлось спасать.

Зекора наклонилась было поближе, чтобы рассмотреть белку, но была встречена клацаньем клыков и раздражённым шипением.

Зебра непонятно ругнулась, видимо, на своём зебрикийском, и, что удивительно, даже не в рифму, но тут же поправилась под моим удивлённым взглядом:

Такого зверька я ещё не встречала, хотя в лесу прожила уж немало.

— Да и буря эта на ровном месте. Ну да ладно, я к вам всё же, так сказать, с несколькими деловыми предложениями заглянула, мне тут подсказали, что у вас можно разжиться каучуком-сырцом…

Сок древесный у меня найдётся, но сначала, чтоб простуду изгнать, декокт особый тебе испить придётся, иначе беды сей не миновать.

— Не думаю, что я уже успела заболеть…

Я Зекора, шаман, духов шёпот я слышу, и мне скажут они, коль здоровьем кто пышет. Злой дух поселиться решил в твоём теле, но помочь я могу в этом каверзном деле. Дух зловредный болезнь принести тебе может, и его отогнать отвар особый поможет. Пойдём-ка мы в скромное зебры жилище, смогу я тебе дать то, что ты ищешь. Там, наконец, сможешь мне рассказать, зачем шаманку лесную пришла повидать.

Нужные ингредиенты у Зекоры нашлись, так что после того как мы помогли друг дружке вычистить гривы и хвосты, я рассказал о своей идее с опытом для демонстрации электростатических сил. Зебра заинтересовалась и предложила изготовить эрзац-эбонит прямо у неё, благо достаточно чистая сера также нашлась в сумрачных закромах зебры.

Белка, пока мы занимались подготовкой, была оставлена на одном из столов, стоявших в большой комнате дома-дерева, одновременно являвшейся, похоже, и кухней, и гостиной, и лабораторией. По причине больной лапки убежать отсюда она не могла, но и сидеть на месте тоже не стала, тщательно обнюхав все корзинки и банки. Блюдце с обезболивающим отваром, которое оставила зебра, алый зверь проигнорировал, зато увлечённо сгрыз какой-то корешок, забытый хозяйкой дома между корзинок.

— Ага, всё есть, но сам опыт лучше проводить на улице, серные пары они для здоровья ни разу не полезные, — сказал я, когда мы закончили с подготовкой всех ингредиентов и посуды.

В зелье, чтобы носом не течь, добавляла огненной горы я желчь.

— Однако… Хотя яд от лекарства иногда отличается только дозировкой, — ответил я, подхватывая корзинки телекинезом, — но продукты сгорания серы точно ядовиты, так что лучше не рисковать.

Заметив, что мы выходим из дома, притихший было алый зверёк заметался по столу, потом с громким писком прыгнул на круп стоявшей ближе Зекоры, заставив ту взбрыкнуть от неожиданности, а потом перепрыгнул мне на спину и затаился на шее в гриве. Зебре, грозно посмотревшей на белку, белка ответила, клянусь, ехидным шипением.

— Эй, мелочь, только когти не выпускай!

Вижу, спутницей духи тебя одарили.

— С моим образом жизни? Она сбежит в первую же неделю от бескормицы, — фыркнул я в ответ. — Я живу с Твайлайт и учусь у неё, и живём мы душа в душу, — ответил я на вопросительный взгляд зебры.

Аликорн принцесса молодая, но пони с волею великой — не каждому под силу обуздать дракона норов дикий.

— Но слишком увлекающаяся, без помощи Спайка была бы у нас не принцесса, а скелет пони, обтянутый бледным фиолетовым мехом, — улыбнулся я.

Пока растапливали очаг, расположенный с другой стороны дерева, краем глаза наблюдал за зеброй. Если серьги куда ни шло, то вот кольца, которые постоянно позвякивали в такт её движениям… В конце концов я не удержался и спросил:

— Зекора, а тебе твои украшения не мешают? Ну, они не выглядят слишком практичными. Да и в лесу звон может привлечь ненужное внимание.

Отличия знаки это мои и маяк для духов.

— Пять колец… Четыре стихии и разум? — сделал я предположение.

Мало кто из пони понимает, — кивнула Зекора, — но вижу я, что ты иная. Зришь вглубь и с тайн сбиваешь пыль, не так, как без забот живущий Понивиль.

— Я тоже очень издалека, — осторожно ответил я, повернувшись к плошкам с каучуком, стоявшим на очаге, и начав помешивать их содержимое. Под пристальным потусторонним взглядом Зекоры мне вдруг стало очень неуютно.

Понивильцы говорили, с Зебрики ты родом, но сухой саванны ветер незнаком твоей породе, — шаманка присоединилась ко мне, усевшись вплотную.

— То, что Луна привезла меня оттуда не значит, что я там долго прожила…

Духи шепчут — ты чужая, не отсюда ты, иная, — почти шёпотом произнесла зебра.

— Зекора? — спросил я, повернув голову и встретившись взглядом с зеброй.

Пришла я к пони, духов следуя советам, и шепчут мне они искать ответы. Сломался мир, и рушатся опоры, зла древнего плоды здесь прорастут уж скоро.

— Я чувствую это в воде. Чувствую это в земле. Да и в воздухе тоже чем-то попахивает, — пробормотал я, задумчиво глядя на зебру, та почему-то отшатнулась. — Зекора, есть секреты, которые должны остаться секретами, но вот в то, что мир мог быть сломан, я верю. Даже не так, я знаю, что с миром что-то случилось.

Духи предков нашептали о событиях грядущих: судьба творится здесь, в стране за солнцем и луной идущих.

— Хм… В последнее время с лесом что-то не в порядке?..

Из дома пришлось мне бежать лишь однажды — Дискорда проказы потерпит не каждый. Был лес безмятежен, но всё чаще бывает, что некая сила покой нарушает.

— Ты пробовала говорить об этом принцессам?

Была дочь солнца в гостях у меня, но даже она мне помочь не смогла. Лес аликорна явленье смирило, словно покоем дубраву укрыло.

— Может тогда вернуться на родину или поближе к городу перебраться?

Зебра лишь возмущённо фыркнула в ответ.

— Понятно, предки волю высказали однозначно… Тогда прошу следи за изменениями и обо всём необычном сообщай Твайлайт и мне. Потому что сейчас совершенно непонятно, кто виноват и что с этим делать. Да и с принцессой Луной я постараюсь поговорить на этот счёт.

Не тяни уже с вопросом, а скорее расскажи, чему зелье странное такое может послужить?

— Будет наглядным образцом, — хмыкнул я, аккуратно переливая расплавленный каучук в цилиндрические формы из сырой глины и опуская их в ведро с охлаждённой заклинанием водой. — Ну, давай посмотрим, что получилось, — сказал я через минуту, извлекая остывшую массу из форм и раскладывая на столике. — Правда, химик из меня не очень…

Образец с минимальным количеством серы остался липким и растекался как лизун, второй по консистенции напоминал застывший силиконовый герметик, третий — уже прочную резину, с четвёртым мне всё же повезло, почти эбонит получился, а вот пятый был настолько хрупким, что просто раскололся на части.

Подхватив третий образец копытцем с торца, Зекора посмотрела на его упругие покачивания в воздухе, потом повернулась ко мне и спросила:

О природе появления новой жизни будет твой рассказ? Для таких историй глине форму надо бы придать другую…

О чём речь я понял не сразу, несколько секунд переводил глаза с Зекоры на резиновый стек, пока сообразил, о чём вообще речь. Н-да, тут же разыгравшееся воображение и эхо памяти Твайлайт заставили меня стремительно покраснеть. Вот не знаю как, под шёрсткой же ничего не видно, но пони смущение определяют же как-то, и даже я наловчился.

— Нет-нет! — я судорожно покрутил головой и только сейчас заметил плескавшийся в глазах зебры смех. Даже как-то неожиданно для вечно серьёзной Зекоры.

— Для чего ж они тогда?

— Ну, первый и последний варианты лучше сжечь, совсем резиновые, наверное, можно на пробки пустить для бутылок, а вот оставшийся… Смотри.

Я вытащил из левой перемётной сумки кусок бумаги, нарвал её мелкими клочками, потёр получившуюся эбонитовую палочку о гриву до появления характерного потрескивания статики. Теперь провести палочкой надо кусками бумаги и вуаля — кусочки прилипают к стеку.

Заинтересовавшись, зебра наклонила мордочку к висящему в воздухе стеку, по-моему, даже понюхала, постучала копытцем, наблюдая, как часть бумажных обрывков осыпалась на землю.

Магии запаха не чувствую я… — постановила она, закончив осмотр.

— Никакой магии, сплошная натурфилософия, — ответил я, — мы скоро будем давать открытый урок, так что приходи, будет интересно, наверное. Кстати, Зекора, не хочешь попробовать себя в роли наставницы? Например, вести факультатив? Оклад Твайлайт поможет организовать хороший. Лучше тебя в округе никто в зельях всё равно никто не разбирается.

Из города пони меня сторонятся, а жеребята и вовсе боятся.

— Брось, на мой пустой бок тоже до сих пор смотрят косо, но, думаю, тут дело привычки. Заодно расширишь клиентскую базу, — улыбнулся я.

Знания эти опасны для жеребят неразумных…

— Действительно опасные зелья жеребятам не нужны, а вот основные травы и их свойства жеребятам было бы полезно знать. Как минимум как они выглядят и пахнут.

Ты озадачила меня, — задумчиво произнесла зебра, потерев подбородок копытцем, заставив звякнуть свои украшения, — духов я порасспрошу, ритуалы проведу, и отвечу вам тогда.

— Если согласишься, приходи в библиотеку. Ну а мне бежать пора.

От денег зебра отказалась, сославшись на всё тех же духов и то, что я поделился с ней новым знанием, что само по себе уже ценно. Предложив зебре обращаться по любым вопросам, чем сможем, тем поможем, я откланялся и двинулся в сторону Понивиля и домика Флаттершай, сделав себе заметку попросить Твайлайт помочь с организацией расчистки тропы, а то тут шаг влево — болото, шаг вправо — овраг. Притихшая алая белка, как оказалось, банально уснула, завернувшись в мою гриву — ох, чую, понаделала она мне там колтунов, но ничего, жёлто-розовый доктор-пегас Айболит наведёт там порядок и за меня отомстит. Н-да, общение с зеброй даром не проходит — я тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивого желания рифмовать фразы.


Выбравшись из леса, я бодрой рысью двинулся в сторону домика Флаттершай, на всякий случай обойдя Понивиль по большой дуге; неизвестно, как притихший алый зверь отреагирует на большое скопление пони. У домика было оживлённо, время уже очень даже обеденное, и все мохнатые и пернатые твари, находящиеся у пегаски на попечении, настойчиво требовали есть, некоторые, судя по громкости воплей и визгов, очень даже «жрать». Бочком обошёл медведя, культурно притворившегося большой меховой няшкой у большой миски с какими-то ягодами, которые он увлечённо поглощал, слабо реагируя на окружающий мир.

Сама хозяйка нашлась в центре толпы мелких грызунов, окруживших пегаску серо-чёрным ковром. Напевая какую-то незамысловатую песенку, весьма мелодично, стоит отметить, жёлто-розовая пони наделяла зверьё порциями снеди. Некоторые особо наглые мыши пытались забраться по ногам Флаттершай к ней на спину, где разместилась пара тазиков с едой, но белый кроль бдительно следил за пищевыми диверсантами и сбивал их на землю. Подозреваю, не потому, что он любит хозяйку, а скорее защищая свою порцию моркови.

— Мои приветствия труженикам ветеринарного фронта! — поприветствовал я хозяйку.

— Ох! — пегаска вздрогнула и перевела взгляд на меня. — А, Найтфол, прости, я тебя не заметила…

Закончить фразу пегаске не дал алый зверь, который выбрался мне на макушку и уцепился лапками за рог. Белка, похоже, оглядев окрестности, грозно на всех прошипела.

— Ой, какая прелесть! А как его зовут? А это самец или самочка? А какого он вида? — затараторила Флатти аки Пинки, нарезая круги вокруг меня, пытаясь получше рассмотреть зверя, который, в свою очередь, спрятался в гриву и старался максимально далеко отодвинуться от пегаски.

— Так, ну-ка ша! — не выдержал я, схватив белку телекинезом и подняв её в воздух. — Как зверя зовут, не знаю, какого она вида — тоже. Могу сказать, что это самочка.

— Никогда не видела никого похожего на неё, — сказала Флаттершай, наконец, сумевшая внимательно рассмотреть белку, которая яростно махала в воздухе лапками с выпущенными когтями, явно возмущённая таким бесцеремонным обращением.

— Зекора, кстати, тоже. Я зачем пришла-то, можешь глянуть, что у неё с лапой?

— Бедолага! Пойдём скорее в дом! — пегаска, совсем не опасаясь когтей, подхватила белку и закинула её себе на спину.

— Ну, подлечишь — отпусти зверя обратно в лес! — крикнул я вслед пегаске. — А я побежала в библиотеку, Твайлайт ждёт! — однако Флат, всё внимание которой было сосредоточено на внезапном пациенте, похоже, меня проигнорировала.


В библиотеке меня уже ждала Твайлайт, нервно расхаживающая по главному холлу и что-то бормочущая про себя. Совелий, сидящий на своей жёрдочке, периодически поухивал в такт метаниям принцессы. Кстати, а ведь я этого птица знаю только заочно, по отрывкам из памяти Твайлайт, и последнее время его точно не видел.

— О, наконец-то, Найтфолл, ты где пропадала? У нас ЧП!

— Э… Большая медведица собирается погулять по Понивилю? Разверзлись врата в Тартар?

— Хуже! К нам на открытый урок записалось чуть ли не половина города! И ещё откуда-то в Кантерлоте узнали и будут журналисты! Что нам делать?! Что делать?! — ответила фиолетовая аликорна, не прекращая метаться туда-сюда по комнате.

— Внезапно… Ну да, урок всё равно открытый, пускай приходят. В чём проблема-то? — спросил я, проходя в комнату и устраиваясь на одном из кресел, по пути кивнув Совелию, ответившему энергичным «Уху!» на моё приветствие.

— А где мы их всех разместим?!

— Хм… Это проблема, — ответил я, окинув взглядом самую большую комнату в библиотеке. — Хотя… мне кажется, у меня есть идея! — добавил я, остановив взгляд на зеркале, так и висевшем на одной из стен. Том самом, на котором я тестировал заклинания аликорнового калибра. Эх, нескоро я теперь снова приближусь к такому же уровню…

Твайлайт замерла и, такое чувство, телепортировалась на одной силе воли. Раз! — и она переместилась с другого конца комнаты к креслу, где я сидел, и смотрит внимательно так, вытянув шею, а из её глаз на меня смотрит бездна. Б-р-р, что бы кто ни говорил, но моя названная сестрёнка меня иногда пугает. Не удержавшись, фыркнул и тряхнул гривой, прогоняя наваждение.

— Вон из того зеркала даже я, пока был тобой, смог сделать дополнительную комнату. А если мы рассчитаем всё точнее и сразу продумаем универсальную архитектуру для аркана? Сможем получить лекционный зал любых размеров.

— Но ведь дерево живое!

— Именно! Поэтому зал может быть переменных размеров. Если мы правильно свяжем аркан с деревом…

— Заклинание будет самоподдерживающимся.

Мы с Твайлайт переглянулись, и, подозреваю, на моём лице сейчас играла такая же маниакальная ухмылка. Торжественность момента испортили подопечные хозяйки библиотеки: Совелий, издав свой коронный «Уху!», вылетел в окно, и почти одновременно с ним хлопнула дверь — это от нас сбежал Спайк. Ну да меньше будет отвлекающих факторов!

Повесив на двери табличку «Закрыто», мы расчистили холл и принялись за работу. Твайлайт начала разучивать аркан, а я занялся его структурой, чтобы понять, как бы нам так его модифицировать для получения не отражения, а любого пространства, и желательно — параметрически. Однако по результатам исследования оказалось, что это просто невозможно. Из положительных моментов — Твай вычленила часть, отвечающую за создание подпространственного кармана и тут же продемонстрировала, как оно работает. Характерное свечение рога и вуаля — в воздухе возникла круглая дыра, видимая только с одного направления, а внутри — небольшая сфера с идеально гладкими стенками, на ощупь, во всяком случае.

Пришлось углубиться в дебри специализированной литературы, от чего уже через полдня мне хотелось древесным волком выть. Никакой системы, даже обозначения в формулах — и те разные у разных авторов. Теормаг? Но все более-менее старые книги даже близко не содержали хоть как-нибудь унифицированной информации.

— Спайк, ты чудо! — поблагодарила я драконыша, притащившего нам с Твайлайт ужин и здоровый бидончик с местным аналогом кофе, хотя на вкус — кофе кофем и бодрит почти так же. — Твайлайт, выпиши дракону премию! Там, за спасение от голодной смерти принцессы и всяких там учениц, — предложил я малость потерявшейся где-то в мыслях аликорне.

— А, что? — Твай подняла голову от свитка с черновиком заклинания. — Ой, Спайк, прости, спасибо за ужин.

Дракон в ответ только вздохнул и укоризненно помотал головой:

— До утра только не зависайте, — сказал он, направившись к груде книг, куда мы сгрузили всё, что не относилось к нужной нам тематике, и, выкопав оттуда какой-то комикс, ушёл к себе в комнату.

— Мы всё делаем неправильно, — сказал я, дожевав последний сенбургер, — и по этой же причине я всегда ратовала за системный подход!

— Заклинание Старсвирла уже делает всё, что нам надо, нужно только понять, как его изменить, — парировала Твайлайт.

— Угу, и потом медитировать часами для каждой новой конфигурации?

— Значит, другого способа просто нет! — отрезала аликорн.

— Бла-бла, этого не может быть потому, что не может быть никогда, — буркнул я, поморщившись. — Терпеть ненавижу фанатиков и ультимативные высказывания. И вообще, магия — это искусство невозможного!

— Да? Ну тогда предложи рабочий вариант, — возмущённо ответила Твай.

— А вот и предложу. Для начала декомпилируем задачу и прикинем возможные алгоритмы решения…

В общем и целом, мы опять просидели за свитками до глубокой ночи, и я, надеюсь-таки, убедил принцессу в удобстве и функциональности модульного подхода и использования обобщённых интерфейсов. Ближе к утру у нас были схемы генерации комнаты любого разумного размера и заполнения её сиденьями и столами. К ней же было добавлено создание сцены, кафедры и технического помещения за сценой. Мы даже придумали, как обеспечить естественное освещение! Путём создания небольших пространственных проколов в кроне дуба, связанных с панорамными «окнами» внутри свёрнутого пространства. Остался вопрос только с управляющей всем этим делом схемой. Настраивать модули под каждый конкретный случай оказалось не менее утомительным, чем в предложенном Твайлайт варианте.


Утром (ну, как «утром» — время уже близилось к обеду), когда я сидел на кухне и вдумчиво пил уже третью чашку бодрящего отвара, удерживая чашку в копытцах — пытаться сконцентрироваться на телекинезе сейчас бы я не рискнул, — передо мной возникла Пинки. Я моргнул, тряхнул гривой. Стоявшая напротив Пинки переместилась за стол рядом со мной и тоже обзавелась чашкой с отваром, на столе возникла корзинка с печеньем. Опасливо покосившись на розовое порождение хаоса, зажмурился и снова открыл глаза, но розовая пони никуда не делась.

— Допивай чай и пошли, — сказала она, отхлебнув отвара, и, ловко подбросив копытцем в воздух три печеньки, поймала их ртом одну за другой и аппетитно так ими захрустела.

— Куда? — сдавленно спросил я.

— Со мной, — с видом «Какая глупенькая пони!» ответила Пинки.

— Зачем?

— Как это «зачем»? — моя собеседница возмущённо взмахнула копытцами. — Тебя же ждёт Зумки!

— Кто?

— Зумки, — ответила кобылка, подбрасывая в воздух ещё три печеньки.

— Какие такие зумки?

— Глупенький, — во взгляде пони явственно читалось «и вот с такими пони мне приходится работать», — твоя Зумки.

— У меня нет никаких Зумок.

— Как нет, когда есть?

— А… — воскликнул я и еле удержался от удара лбом о крышку стола. Лоб-то крепкий, а вот ударяться обо что-то рогом неприятно. — Ничего не понимаю! Давай сначала.

— Давай, — кивнула Пинки, отставив чашку и поудобнее устраиваясь на стуле.

— У меня есть кто-то по имени Зумки?

— Ага!

— И куда за ней надо идти?

— Как куда? К Флатти, конечно.

— Хм, — кажется, я начинаю понимать, что ничего не понимаю. — Ладно, пошли, всё равно, если я продолжу размышлять над этим заклинанием, я сойду с ума и устрою что-нибудь жуткое, — ответил я, поднимаясь из-за стола.

— А что сделаешь? — от любопытства Пинки даже подпрыгнула на стуле.

— Ну… — я сделал вид, что задумался.

— И-и-и?.. — протянула розовая посланница хаоса.

— Сделаю так, чтобы всё мороженое стало солёным, а не сладким!

— Нет!

Я даже моргнуть не успел, как понял, что мы выходим из Понивиля и направляемся в сторону домика Флаттершай. Пинки прыгала рядом, напевая какую-то простенькую мелодию и активно радовалась жизни.

— Знаешь, а ведь это интересная идея, — сказала Пинки, внезапно остановившись.

— Какая?

— Солёное мороженое… — судя по растерянному взгляду, розовая пони ушла в себя и заблудилась.

— Угу, с чесночно-огуречным вкусом, — предложил я.

Это, похоже, оказалось перебором: по всему телу Пинки прошла волна дрожи, а грива и хвост встали на мгновение дыбом. Затем она энергично потрясла головой и, высунув язык, энергично протёрла его бабкой правой передней ноги.

— Ужасная идея и вкус! Напомни мне никогда не пускать тебя в кондитерскую, — сказала она, серьёзно так посмотрев мне в глаза, и тут же снова пустилась вприпрыжку по дороге, напевая всё тот же простенький мотивчик.

Уточнить «почему» я так и не смог — прыгающая пони умудрялась как-то совершенно особым образом двигаться в пространстве так, что для того чтобы не отстать мне приходилось чуть ли не на галоп срываться.

Остановилась Пинки уже на заднем дворе Флаттершай перед рядом клеток, пустых по большей части, и только в одной из них сидела уже знакомая мне белка.

— Стой… — раздался из окна домика слабый вскрик, — …те, — но было уже поздно. Пинки открыла дверцу клетки, и белка, несмотря на перевязанную лапу, мгновенно затерялась в гриве розовой кондитерши.

— Ну и наф… зачем вы это сделали? — раздражённо спросила нас Маша, судя по порыву ветра, только что приземлившаяся позади.

— Все вопросы к ней, — я ткнул копытцем в Пинки.

— Но Зумки было очень скучно! — как бы подтверждая её слова, из розовой гривы, как суслик из норки, показалась голова белки. Заметив грозный взгляд Маши, она зашипела и опять скрылась где-то в причёске Пинки.

— Да знаешь ты, сколько мы эту тва… белку ловили?! Я битых два часа пыталась помочь этой… этой… — похоже, Машу реально допекли до малого петровского загиба, но прискакавшая на шум Флаттершай, похоже, вынудила её сдержаться.

— Ей же скучно! — ответила Пинки, запустив копытца в гриву. Порывшись там, достала: пучок надутых шариков, корзинку кексов, крокодила. — Ой, Гамми, так вот ты где!

Следом за крокодилом из розовой гривы была извлечена алая белка, судя по мордочке, скопом ненавидящая весь мир и соседние вселенные. Несмотря на активные попытки вырваться, покинуть цепкую хватку Пинки у неё не получилось.

— Гамми, знакомься — это Зумки, — розовая земнопони сунула белку к пасти крокодила, — Зумки — это Гамми, — флегматичный крокодил никак не отреагировал на представление, белка дежурно обшипела рептилию. Завершив представление, Пинки усадила белку мне на спину, а сама упрыгала в сторону Понивиля.

— Н-да, в общем, так, Влад или Найт, неважно кто ты там, — буркнула Маша, — я на работу, а ты чтобы помогла порядок навести в доме! — кивнула мне, потискала Флаттершай и свечой ушла в зенит. Очень характерный такой старт, прямо как у одной радужной пегаски.

— Я очень извиняюсь, что отвлекаю…

— Брось, я притащила, мне и исправлять! — махнул я копытцем. — Пойдём смотреть на масштабы проблем. А ты слезай с гривы! — прикрикнул я, тряхнув головой. В ответ раздалось уже привычное шипение. Любая кобра от зависти удавится.

Правда, сразу, как только мы вошли в дом, Зумки перебралась на самый высокий шкаф и, заметив кролика, стала корчить ему рожи. Н-да, какое-то очень подозрительное зверьё живёт в Вечнодиком. И относительно разумно ведут себя только те, на ком есть отпечаток ауры леса, а всё зверьё Флаттершай просто «светится» такой аурой. С другой стороны, эта белка тоже демонстрирует поведение, далеко выходящее за инстинктивное, но вот характерного следа в энергетике у неё нет. И надо будет взять на заметку саму Флаттершай. Её энергетика настолько сильно переплетена с лесной, что я, если брать только магические чувства, просто не замечу её в лесу, настолько сильно она отличается от обычных пони.

Бардак в доме, конечно, знатный получился, не думал, что такой мелкий зверь может учинить столько разрушений. Пришлось поднимать все шкафы, выносить побитую посуду и вазы — вкопытную всё это, конечно, можно сделать, но единорожий телекинез очень сильно помогает. Зумки, кстати, тоже стала помогать, взяв на себя обязанность бегать к колодцу и полоскать тряпку, которой протирали пыль. Я сначала хотел было белку ловить, когда она просто спрыгнула и утащила грязную ветошь, но она довольно быстро вернулась, положила тряпку возле моих копыт и опять влезла на шкаф. И это всё несмотря на то, что она бегала на трёх лапах, какая-то белка-Шумахер.

Хоть и на пару, мы с Флатти провозились почти до трёх часов, и пегаска уговорила меня остаться на перекус. Пока пили чай с печеньем, осторожно расспросил пегаску о её живности. Робкая кобылка, которая во время уборки по большей части молчала, тут же разговорилась и поведала истории почти всего её зверинца. Если подытожить, всё они или были найдены в Вечнодиком или сами пришли оттуда, часть после выздоровления уходила, некоторые так и оставались. Тот же медведь, которого я мысленно переименовал в Михалыча, в лес хоть и уходил, но всегда возвращался, да и вообще держался рядом. В общем и целом, несмотря на то, что Флаттершай жила на отшибе, ей тут, похоже, безопаснее, чем в центре Понивиля.

Зумки всё время уже дежурно пряталась у меня в гриве, периодически грозно шипя на кроля, когда тот подходил ко мне поближе. Правда, когда белка спрыгнула на стол, сцапала печенье и снова попыталась спрятаться в гриве, я её осадил и ткнул копытцем в стул, мол, нечего крошки в гриву тащить. Повторить пришлось, правда, пару раз — когда я отвлекался, Зумки пыталась втихую вернуться ко мне на шею, но я эти попытки пресекал.

— Ну, удачного дня, пойду я в библиотеку, если она, конечно, всё ещё уцелела, — кивнул я Флаттершай, прощаясь.

— Какой ужас! — всплеснула копытцами жёлтая кобылка. — Надо ей помочь.

— Остановить увлёкшуюся экспериментами Твайку сможет только Селестия, — улыбнулся я, — остальным пони лучше даже туда не подходить.

— Ох, да… Не стоит.

— Ладно, труба зовёт, — сказал я и только было повернулся к двери, как почувствовал, что в спину впились крохотные мелкие, но острые когти. Зумки, которая последние десять минут старательно уничтожала печенье, снова самым беспардонным образом устроилась у меня в гриве.

— Не понял? — спросил я, грозно глядя на выдернутую телекинезом из гривы белку. — Лечиться, Флатти проблем не доставлять, Вечнодикий тут под боком.

В ответ белка лишь яростно помотала головой.

— Хороший питомец должен дополнять своего хозяина, — прервал мою с белкой игру в гляделки голос Флаттершай.

— Питомец? Да если бы не Спайк, мы с Твайлайт уже бы давно превратились в модели скелета пони в натуральную, так сказать, величину. Эта белка от бескормицы сбежит на третий день, — возмущённо ответил я.

— Не сбежит, — подошедшая ко мне Флаттершай погладила висящую в воздухе белку. — Я всегда знаю, какой питомец подойдёт пони. Вы подружитесь.

— Уверена? — спросил я, задумчиво глядя на притихшую белку.

— Конечно…

— Короче, безобразия не учинять, книги не портить, Совелия не обижать. Ферштейн? — в ответ Зумки часто-часто закивала головой, и глаза такие — даже у кота из того мультика не такие убедительные были. — Ох, не кончится это добром…

Усадив белку обратно на спину, двинулся в библиотеку. Проблемы будем решать по мере поступления. Сейчас на повестке дня доработка заклинания, а это значит снова много испорченных черновиков и потраченных нервных клеток. Однако, вернувшись в библиотеку, я встретил довольную Твайлайт, она как раз заканчивала прибираться в холле.

— Хм. Мы бросили эту безнадёжную идею?

— Не-а! Смотри, — Твайлайт подскочила ко мне и подтащила к зеркалу. Зумки благоразумно спрыгнула и затаилась на полке среди книг, — зал на пятьсот пони, только сидячие места. Сцена и кафедра. Пожалуйста.

Через секунду по дереву прошла лёгкая дрожь, а зеркальная поверхность втянулась сама в себя, формируя проход. В возникшем тёмном провале слышались громкие щелчки и треск. Через пару минут свет из сформировавшихся окон озарил помещение. Я вот где стоял, там и сел на круп.

— Но как?! — воскликнул, озадаченно глядя на лавандового аликорна.

— Гораздо проще, чем твои запутанные алгоритмы, — ответила Твайлайт. И озорно показала мне язык.

— О сиятельнейшая принцесса, не поделитесь мудростью со своею верной ученицей? — я шутливо склонился в глубоком поклоне к копытцам аликорна.

— Думаю, достойна ты знания сего, — поддержала мою игру Твайлайт, — внемли мне.

Как оказалось, всё просто до смешного. Не можешь создать достаточно интеллектуальную систему с нуля? Возьми уже готовую и обучи. Воспользовавшись одним из древних заклинаний, составленных ещё Старсвирлом, она просто оживила дерево. Дух живого существа у него и так был, но теперь он ещё был самосознанием в достаточной мере, чтобы выполнять абстрактные команды, ну и следить за порядком в библиотеке. Разобраться с «интерфейсом» аркана для создания дополнительного пространства он тоже смог, не без помощи Твайлайт, правда.

Погуляли внутри и на всякий случай проверили стабильность этого новосозданного кусочка пространства. Оказаться отрезанным от мира в этом пузыре нам не грозило — схлопываясь, пузырь просто выдавил бы все материальные объекты обратно в библиотеку. Но вот если полтысячи пони внезапно окажутся в не такой уж и большой библиотеке, будут жертвы.

Ну и заодно повздыхал над собственной оплошностью, благо картина получилась более чем занимательной. Когда я продумывал систему освещения, самым логичным вариантом решения была сеть динамических проколов в пространстве, ведущих куда-нибудь наружу. Так как таким проколам нужен материальный объект для привязки, все они находятся возле ветвей и листьев самого дуба, а внутри помещения выходят там, где сформированы «окна». Вот только я не учёл поворот и их взаимное расположение. В итоге окна смотрелись фантасмагорично, как витраж, созданный из случайных кусочков неба и кроны дерева, ещё и повёрнутых под разными углами. Да и ветер через них неплохо так задувал. Проблему с ветром в частности и вообще с вентиляцией и отоплением на зимний период пообещала решить Твайлайт с помощью шаблонных заклинаний. Что-что, а бытовая магия в Эквестрии всё же решает большую часть проблем, для решения которых люди напридумывали кучу всякой техники.

В общем и целом получилось всё так, как и было задумано, да и к тому же ничто не мешает сделать ещё одну точку привязки и получить уже две подобных аудитории или три. В общем, пока у дерева хватит источника силы, а с учётом того, что корни дуба, по ощущениям, протянулись под всем Понивилем и идут чуть ли не до Вечнодикого леса, резерв «по мощности» был огромный.


— Свитки один-два?

— Есть!

— Три-четыре?

— Есть!..

До начала открытого урока оставалось уже меньше двух часов, даже начали подтягиваться первые зрители. Мы с Твайлайт и всем реквизитом сейчас сидели в комнате за кафедрой и проводили последние проверки. Ну как проводили, я уже всё проверил, а вот принцесса уже третий или четвёртый раз перепроверяла свои чеклисты. Бедный Спайк. В глазах дракончика уже плескалась вся безнадёжность мира, и если его опекунша пойдёт проверять ещё по одному кругу, боюсь, будут жертвы.

Как быстро летит время, казалось бы, мы только-только попали по самое не могу, а уже два месяца прошло. С другой стороны, событий за это время произошло чуть ли не больше чем за пол моей земной жизни. Вздохнув, выглянул в зал, разноцветная понячья толпа всё прибывала: жеребята, их родители, все местные журналисты, целая свора их коллег, прибывших утренним поездом. Хорошо, их Пинки технично отвлекла, а то бы они мешались под копытами с самого утра.

На первом ряду устроилась вся гармоничная банда. Даже Рейнбоу прилетела, но тут скорее виновата моя подначка. Я обещал рассказать про то, что летать может каждый, главное хорошо знать «натурфилософию». Пегаска только возмущённо фыркнула, пообещала прибыть лично и всячески раскритиковать мои идеи. Селестия и Луна, кстати, отклонили приглашения, сославшись на занятость. С другой стороны, это даже хорошо. Если бы в зале присутствовала наставница, Твайлайт вообще бы на нет изошла.

От мыслей меня отвлёк Совелий, влетевший в помещение и пролетевший пару кругов по залу. Похоже, все, кто получил наши приглашения или записался сам, уже прибыли. Значит, можем начинать.

— Твайлайт! Пора.

— Что, уже?!

— Да, — кивнул я. — Давай, не дрейфь. Принцесса должна иметь вид внушительный и всем своим обликом излучать пафос и величие!

Аликорн нервно улыбнулась, встряхнулась, расправила и сложила крылья и двинулась на сцену, а я уже в который раз снял Зумки с гривы Твайлайт. Почему-то именно сейчас белка с завидным упорством пыталась зайцем пробраться на сцену.

— Ну, что ты скажешь в своё оправдание? — спросил я, глядя на это алое недоразумение. Зверёк коротко шикнул и отвернулся. — В клетку посажу, если будешь вредничать! — в ответ она только грозно, насколько могла, оскалила свой внушительный набор клыков. — Эй! У меня таких внушительный клыков нет, но укусить тоже могу. — Зумки окинула меня скептическим взглядом. — Что смотришь? Могу-могу. Ладно, некогда мне с тобой возиться, иди вон Пинки терроризируй, тем более что она откуда-то попкорна добыла. Ну, а ты, Спайк, чего притих? — повернулся я к пристроившемуся в углу дракону, отпуская белку на пол.

— Ой, да ну вас, — махнул он лапкой, — что одна, что другая, два комка нервов.

— Эй! Я спокойна как… как…

— Растревоженный улей, — предложил дракончик.

— Враки это всё твои!

— Кто бы говорила, ты волнуешься вот один в один как Твайлайт.

— Что, правда?

— Вот как будто Твайлайт опять применила то копирующее заклинание, — важно ответил дракончик.

— А может, это так оно и есть, а?

Спайк окинул меня внимательным взглядом, что-то прикинул на пальцах:

— Не, ты только похожа. Твайлайт добровольно не стала бы тратить время на «бессмысленные физические упражнения», — ответил дракончик, под конец достаточно точно спародировав свою опекуншу.

— Ничего, перевоспитаем, — кивнул я.

— Ну-ну…

— Ты в меня совсем не веришь.

— Кое-кто, не будем показывать пальцем, недавно ночами зависал с Твайлайт, — драконыш ехидно хмыкнул.

— Но-но! Всё для пользы дела!

Спайк только махнул лапкой, мол, «знаю я вас» и вернулся к чтению очередного комикса. Долго посидеть драконыш, правда, не смог, Твайлайт закончила со вступительной частью и потребовала ассистента на сцену.

Аккуратно выглянув, осмотрел зал. Поньки по большей части увлечённо следили за происходящим, зря принцесса волновалась — внимание зала она удерживает практически как опытный шоумен. И это несмотря на отвлекающий фактор в виде алой мордочки. Зумки буквально последовала моему совету и курсировала по гриве и хвосту Пинки, периодически выскакивая наружу как тот суслик, чтобы покорчить Твайке рожи или ухватить очередное зёрнышко попкорна из, казалось бы, бездонного стакана, который розовая поняха притащила с собой. Рейнбоу, сидевшая рядом, усиленно делала вид, что ей всё происходящее на сцене по барабану и она пришла сюда только чтобы поддержать подругу.

— Важность развития магического искусства для Эквестрии сложно переоценить, однако, развитие естественнонаучного направления также позволяет изменить нашу жизнь к лучшему. Ярким примером тому может служить свободное общество пони Сталлионграда, отказавшееся от магического прогресса в пользу развития техники. Все мы уже успели оценить те преимущества, которые даёт использование электрической энергии. О том, что лежит в основе «электрической магии» и других технических аспектах вам расскажет первая ученица Принцессы Луны и моя ассистентка Найтфол Мист, — закончила свою часть выступления Твайлайт.

Вздохнув и тряхнув гривою, под цокот копытец я вышел на сцену. Честно признаюсь, выступления перед большим скоплением людей меня всегда пугали до дрожи в коленях. Однако как ученица самой Луны, выглядеть неубедительно или напортачить я себе позволить не могла. Сосредоточив всё внимание на выступлении, старалась не реагировать на посторонние раздражители. Хотя Зумки, эта алая мелочь, сделала всё, чтобы меня отвлечь. С такими гримасами её в цирк надо отдать, в группу мимов.

Более-менее в себя пришёл уже в конце, когда пони начали расходиться. Пока Твайлайт на сцене отвечала на вопросы журналистов, я провожал выходящих, раздавал флаеры с предварительным расписанием занятий, ну и записывал тех, кто уже решил посещать наши курсы.

В какой-то момент меня настигло уже знакомое ощущение, которое я испытывал, находясь рядом с принцессами. Неужели? Оглянулся вокруг, стражи не видно, да и Селестия на две головы выше среднестатистического пони, так что незаметно приблизиться ей сложно. Однако нет никакого ажиотажа вокруг, как и других свидетельств присутствия венценосных особ. Что в совокупности само по себе уже может означать возможную угрозу. Подобравшись, я внимательно вгляделся в толпу, пытаясь понять, откуда тянет «силой». Через пару секунд обратил внимание на двух «подозрительных» кобылок, стоявших в очереди неподалёку от меня. Оглядев их более пристально, не удержался от улыбки.

Две кобылки, обе единорожки. Одна белой масти, с пышной розовой гривой и подсолнухом на крупе, другая светло-синей масти, с тёмной гривой и кьютимаркой в виде большой белой тучки. От которых шибает силой так, что я решительно не понимаю, как остальные пони этого не ощущают. Даже не знаю, сказать ли Твайлайт, что правительницы всё же посетили наше представление или не стоит?

— Как вам наше выступление? — спросил я, обозначив церемониальный поклон, когда пришла очередь этих кобылок. — Расписание? Желаете записаться на занятия?

— Ой, это было так интересно! — воскликнула явно очень довольная жизнью белая кобылка. — Правда, дорогая? — розовогривая легонько толкнула крупом свою «подругу».

— Действительно. Однако позднее хотелось бы некоторые моменты обсудить, — ответила более спокойная товарка розовогривой, подмигнув мне, явно давая понять: они знают, что я знаю.

— В любой момент, интересным собеседникам мы всегда рады, — улыбнувшись, ответил я.

— Лулу, потом поговоришь! Пойдём скорее, пока в кафешке Кейков ещё есть свободные места! — белая единорожка подтолкнула подругу в сторону выхода. Луна демонстративно закатила глаза, буркнула что-то про толстокрупых кобылок, но всё же пошла следом за белой единорожкой.

Мимо прошла Зекора, выступавшая сегодня последней. Пришла она аккурат к началу её части урока, обставив своё появление туманной завесой и «мистическим шёпотом». Поняхи прониклись. Ну оно и понятно, резкий переход от точных наук к откровенной мистике… Очень своеобразные ощущения он вызвал и у меня. Резкий переход от формул теплового двигателя к зельеварению многих пони не оставил равнодушными.

— Зекора! — окликнул я зебру. — Останешься на чай?

Извинить меня прошу, но сегодня я спешу.

— Какие-то проблемы?

Хоть интересны зебре вопросы прогресса, но не спокойны духи леса. Назад мне должно поспешить, чтоб проблемы не нажить.

— Минутку подождёшь? Спайк! Замени-ка меня, — окликнул я дракончика.

Пускай это паранойя, но она — залог здоровья параноика. Я метнулся в свою комнату, там должен был оставаться свиток «одноразовая смска», как про себя прозвал я заклинание.

— Вот, возьми, — протянул я зебре свиток, — если что случится, напиши и брось в огонь, мы с Твайлайт почти мгновенно получим сообщение.

Потом снова завертелось. Выпроводить пони, распрощаться пару раз с журналистами. Некоторые папарацци пытались, скажем так, остаться незамеченными для получения эксклюзивных кадров, но прятаться внутри ожившего дуба от его хозяйки задача сложнореализуема даже для архимага, не говоря уже о простом пегасе. Пока прибрались, благо подруги помогли, пока погоняли чай, отмечая удачное выступление, уже наступила глубокая ночь. Спайк нас оставил ещё в начале чаепития, мотивируя это тем, что ему глупые разговоры кобылок неинтересны, и вообще недочитанный комикс ждёт. Даже гиперактивная белка, покинув всё же маскировочную гриву Пинки, сгрызла пару печенек и уснула на диванчике, свернувшись в мохнатый алый шар, прикрыв голову хвостом.

Проводив подруг, мы с Твайлайт дружно посмотрели на ванну, на лестницу, ведущую к комнатам, так же почти синхронно вздохнули и отправились спать. Однако когда у тебя в наставницах «богиня снов», нельзя так просто отправиться в мир грёз. Казалось бы, только-только коснулся головой подушки, как оказался на уже знакомом каменном плато, стоя на самом краю обрыва.

— Хорошее выступление, — сказала подошедшая сзади и вставшая рядом со мной Луна.

— Наставница, — поприветствовал я аликорна. — Ну, мы с Твайлайт всё же не просто так потратили почти месяц.

— Брось, я успела хорошо узнать манеру Твайлайт. Именно ты не дал ей углубиться в теоретические дебри.

— Открытый урок должен не преподнести материал, а скорее привлечь и заинтересовать. Так что больше шоу, меньше теории, — хмыкнул я.

— Вот как раз о теории я и хотела бы тебя предупредить.

— Э…

— Земные пони Сталлионграда очень ревностно относятся к своим наработкам в области машиностроения. В будущих выступлениях постарайся не делать на этом акцент. В идеале лучше вообще не упоминать Сталлионград.

— Политические причины?

— Именно.

— Как скажете, — я слегка склонил голову. — Я скорректирую учебные планы.

— Что за?! — внезапно воскликнула Луна, резко оборачиваясь.

Повернув голову в ту же сторону, я увидел облако тумана, внутри которого двигалась Зумки. Белка шла медленно и тяжело, как будто двигалась против мощного потока воды. Встретившись со мной взглядом, она резко ускорилась и, уцепившись за мой хвост, дёрнула назад. Я ожидал чего угодно, но не того, что окружающий мир «сомнётся». Казалось, что мои копытца были приклеены к «бумажным» листам, на которых было нарисовано окружение, и рывок скомкал эту «бумагу». Резко заболела голова, я зажмурился, сжимая виски копытцами, и понял, что покинул мир снов, вернувшись в реальный мир и свою кровать. Белка шипела, бегала то к окну, то ко мне, кусая меня и дёргая то за гриву, то за хвост.

— Зумки, грызть тебя блохами, чего тебе не спится? — душераздирающе зевнув, я сполз с кровати и подошёл к окну.

На подоконник тут же запрыгнула белка, громко чирикая, она начала яростно скрести раму. Всё также не понимая, с чего так обеспокоилась Зумки, сосредоточился на телекинезе, но боль, прострелившая в висках, тут же разрушила концентрацию. Пришлось повозиться, открывая шпингалеты вкопытную. Белка тут же выскочила наружу и продолжила шипеть уже где-то в ветвях дуба.

Свежий ночной ветер, несущий запахи недавно прошедшего ночного дождя, ворвался в комнату. Почти полнолуние, редкие облачка, оставшиеся в небе, постепенно рассеивались. Пегасы — молодцы, расписание дождей выдерживают почти идеально, и промахи с ливнями днём были всего несколько раз, и то о них предупреждали заранее. Вздохнув поглубже, прикрыл глаза и постарался сосредоточиться на энергетике Вечнодикого леса. Отсюда, конечно, далековато, но практика — великая сила, так что при должной концентрации установить минимальный контакт я смогу.

Уже было приготовился окунуться в глубокое спокойствие ауры огромного лесного массива, как получил очередной удар по нервам. В лесу царил раздрай, я практически «увидел» ту безумную хаотическую круговерть энергий, царившую сейчас там. И кроме этого, по чувствам били потоки враждебных всему живому энергий, такие же ощущения были, когда мы в пустыне убегали от некротического тумана. Вот только сейчас вместо энергии смерти это возмущение было полно жизни. Жизни агрессивной, хищной, жаждущей крови.

Вдруг среди этой какофонии пробился отчётливый образ поняши, которой грозит опасность. Моей жёлто-розовой кобылке грозит опасность! Стоп, моей? Эта мысль явно пришла извне…

— Флаттершай! — вскрикнул я и рванул со всех копыт на улицу. Уже на крыльце мне на голову свалилась Зумки, но я сбросил её на землю, попросив разбудить Твайлайт. Сам же галопом понёсся в сторону дома нашей робкой пегаски.

— Сахарок, осторожно, древесные волки взбесились! — уже на границе Понивиля меня окликнула Эпплджек. Они вместе с Биг Маком как раз бежали в город.

— Справлюсь. Флаттершай! В опасности! — выдавил я из себя, пытаясь восстановить дыхание.

— Мак, давай к мэру, пускай набат бьют. Мы к Флатти! — скомандовала Эпплджек.

— Йеп! — кивнул жеребец, а мы на пару с яблочной пони уже рванули дальше.

Чем ближе мы подбирались к цели, тем громче были слышны громкие крики, писк, грозное рычание медведя и довольно противные трескучие рыки древесных волков.

— Мать моя кобыла… — вырвалось у меня, когда мы вылетели из-за поворота дороги на мосток через ручей, ведущий к дому пегаски. Весь двор был заполнен ожившими кустами, принявшими волкоподобную форму. Сотни их зелёных глаз кружились в темноте как светлячки. В центре двора собрались, наверное, все зверушки Флаттершай, среди которых горой стоял размахивающий лапами и громко ревущий медведь. Бил он не прицельно, но попавшие под удар волки просто разлетались в стороны, сбивая своих собратьев. На земле за спиной медведя угадывалось светлое пятно, скорее всего, сама Флаттершай.

Над головой летала и громко материлась на русском Маша, приземлиться и подхватить свою названную сестру ей не давали волки. Пару раз она пыталась спикировать, но чудом уворачивалась от челюстей хищников. Я сначала растерялся. В отличие от меня, Эпплджек с криком «Йеха» с разбегу кинулась в драку. Удар её переднего копыта просто сбивал волка с ног, потом разворот и коронное лягание разрывали оживший куст на мелкие ошмётки.

Такой подвиг я не потяну, но назвался единорогом — твори магию. Окружив себя телекинетическим полем, стал кастовать то самое заклинание, что ещё на дамбе применила Твайлайт, стараясь максимально растянуть область его действия. Честно говоря, не знаю сколько продолжалась драка, после того как мне пару раз чуть не вцепились деревянными щепками-клыками в горло, я перестал пытаться вникать в происходящее и просто старался уничтожить как можно больше тварей.

Остановила побоище прибывшая во вспышке телепортации Твайлайт, от которой сферической волной разошлось всё то же заклинание, что применял против волков я. Вот только силы в него было вложено немеряно, от напряжения энергий у меня даже в глазах помутилось, а по телу пробежали табуны мурашек. Волки же просто рассыпались кучками уже не опасных веток. Судя по силе, вложенной в заклинание, в радиусе километров пяти древесных волков и других подобных тварей развоплотило с гарантией, всерьёз и надолго, возможно, даже навсегда.

— Быстро разбежались! — в наступившей после заклинания Твайлайт оглушительной тишине раздался громкий голос Маши. — Флат!

— Что случилось? — а это уже почти хором спросила прибывшая остальная часть гармоничной банды.

— … случился! — грязно выругалась Маша. — Миша свали к … отсюда! — оттолкнув медведя, пегаска-попаданка пробилась к Флаттершай.

— Мария? — окликнула пегаску Твайлайт.

— В душе не знаю! — огрызнулась Маша. — Начали верещать зверушки Флат, она рванулась на их защиту, а тут эти твари! «Супервзгляд» Флат их не взял, и они успели изрядно потрепать сестрёнку. Спасибо медведю, смог отогнать тварей, — продолжила та, не отрываясь от осмотра пегаски.

— Твою ж! Нет! Твайлайт, ты должна знать лечащие заклинания, тут пробита артерия, и я не смогу её долго держать телекинезом.

— Мы должны отправить её в больницу. Сейчас я нас телепортирую!

— Стой! Как только я выпущу её из захвата, через пару секунд она погибнет от кровопотери. Я знаю, на что способны местные врачи-единороги, с такими повреждениями они не справятся, — до окружающих кобылок, похоже, только дошла серьёзность ситуации. Рарити, которая осознала, что эти тёмные пятна на мехе Флат — кровь, просто потеряла сознание.

— Но-но… Я же не врач! — воскликнула Твайлайт.

— Ты долбаный аликорн! Мать твою, принцесса магии! — рявкнула в ответ Маша.

Криками здесь не поможешь. Собравшись с духом, я буквально провалился в медитативное состояние. Долой эмоции, сейчас они помеха. Угроза? Тёмная тварь рядом, чувствую её дыхание, но мы лишили её марионеток, пока не опасна. Задача? Исцелить Флаттершай. Решение? Твайлайт — не вариант. Маша и единороги из больницы не справятся, но я, кажется, чувствую того, кто сможет помочь.

— Внимание всем! — мой голос, искажённый медитацией, наполненный реверберациями, порождаемыми потоками магии, пущенными на ускорение мышления, разнёсся по двору. — Маша, держи Флатти дальше. Твайлайт — кастуй все известные тебе укрепляющие и исцеляющие заклинания на раненую.

— Найт, что за?..

— Я знаю, где мы быстро сможем получить помощь. Сейчас все тихо!

Прикрыв глаза, я обратился к Вечнодикому лесу, передавая образ раненой пегаски. И дух леса откликнулся сразу. На мгновение я почувствовал всю жизнь в округе и сложные связи, объединяющие разных существ, живущих здесь. Увидел звериные тропы, расположение ручьёв и болот, ярчайшее пятно огромного магического источника, который оберегал лес. И, главное — мою текущую цель, огромный дуб — материальное воплощение духа леса — и уверенность, что пегаску надо доставить туда. Такое всезнание продержалось мгновение и схлынуло, оставив в памяти лишь кратчайший путь и знание о том, как открыть проход на тропу, ведущую сквозь искажённое пространство.

— Хватай пегасок и за мной! — крикнул я Твайлайт и двинулся в сторону лесной опушки.

— Одни в Вечнодикий ночью?! Всепони, за ней следом! — звонкий голос Рейнбоу разбил ступор, охвативший присутствующих пони.

И мы в едином порыве рванули в лес. В этот момент я краем сознания отметил причину, почему пони доминируют в этом мире. Сейчас мы образовали табун, ведомый общей идеей. Я, став временным лидером, повёл табун за собой, взамен получил поддержку всех бегущих рядом. Пони в едином порыве стремятся к цели и делятся силами для её достижения. И неважно, какие преграды на пути, разогнавшийся табун стопчет даже архидемона.

Разделение сил очень даже кстати, сам бы я вряд ли смог открыть путь на лесные тропы. Однако я знал, как его открыть, а у Твайлайт более чем достаточно энергии для этого. Объединённый же разум табуна способен с лёгкостью контролировать стабильность пути. Перед глазами пронеслись густой лес, болотце, кажется, мы проскакали по шее гигантской гидры. Перебрались через широкую реку, буквально пробежав по поверхности воды. Игры с пространством и временем могут творить головоломные чудеса. По ощущениям, в реальном мире мы прошли километров так пятьдесят, чтобы остановиться посреди огромной дубравы, сердцем которой было поистине монументальное дерево. Гигантский Дуб возносился своей кроной над всем окружающим лесом. И, похоже, только магия делала его невидимым для наблюдателя извне.

Когда мы приблизились к стволу, из-под земли начали с огромной скоростью прорастать мелкие белёсые корешки, формируя кокон как раз по размеру пони, а мне пришёл чёткий образ пегаски, которая уложена в него. Здесь и сейчас сила Духа леса была настолько велика, что он просто перехватил управление моим телом. И за дальнейшими событиями я наблюдал, как сторонний наблюдатель.

Вот я аккуратно перехватываю телекинетическое воздействие Маши и заклинания Твайлайт. Укладываю Флаттершай в кокон, ожидаю, пока её оплетут корни, которые дадут целебную влагу и жизнь. Последнее моё чёткое воспоминание — кокон с пегаской внутри смыкается и уходит под землю, а ко мне приходит образ, который можно интерпретировать так: «Молодец, смышлёная кобылка, всё правильно сделала». Собственно, дальше моё сознание начало уплывать во тьму. Карма моя такая, похоже — в самый интересный момент терять сознание.