Памятник отчаянию

Когда жизнь плоха, можно сбежать на край. Там грань мира, запределье твоих больных точек. Ты, думаешь, спасёшься в тех дебрях? Не потеряйся. В себе. Пустыня-то — ерунда.

ОС - пони

Философский камень

Еще одна история с персонажами зарисовки "На дорогах".

Другие пони

The Conversion Bureau: Евфросина освобождённая

Молодая женщина готовиться к Конверсии. Она надеется, что Конверсия изменит ей не только тело.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай ОС - пони Человеки

Change / Подмена

Мать сделает многое ради своего ребёнка и даже откажется от него, если это позволит ему вырасти в безопасности несмотря на всю ту душевную боль, что это решение ей принесёт. Ту самую боль, что испытывала королева Кризалис в течение восемнадцати лет, но теперь время пришло, и она хочет вернуть себе свою дочь. Даже если для этого ей придётся вторгнуться в Кантерлот во время королевской свадьбы.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек ОС - пони Кризалис Шайнинг Армор Чейнджлинги

Письмо сиятельной принцессы

Всегда соблюдайте технику безопасности в лаборатории. Принцесса Селестия подчеркивает это.

Принцесса Селестия

План Икс

Во время магической дуэли с Твайлайт Спаркл авторитет Трикси был сильно подорван,и жизнь единорожки стала горькой.Но Трикси,не желая мириться со своей судьбой,решилась на отчаянный шаг...

Твайлайт Спаркл Спайк Трикси, Великая и Могучая Кризалис

Зов Ночи (сборник рассказов)

На первый взгляд, во вселенной MLP: FiM нет места жанру ужасов как таковому. Но это лишь на первый взгляд. Стоит лишь приглядеться, и можно понять, что далеко не всё здесь так уж и безобидно, как кажется... Какие секреты скрывает мир разноцветных пони? Какие кошмары скрываются в его глухих уголках? Жуткие вещи сокрыты тьмою, тайнами пропитаны тропы... Нужен лишь ключ, чтоб открыть дверь в этот мир. Мир серьёзных ужасов, не ограничивающихся описанием сцен насилия и обликом чудищ. Ужасов, которые берут за душу и не отпускают до самого конца прочтения. А может, и после. Ужасов, полных загадок и недомолвок, оставляющих огромный простор для домыслов и догадок, что делает их ещё более зловещими. Ужасов, что вгоняют читателя в страх одной лишь только атмосферой и стилем подачи повествования. Ужасов, которых он действительно боится, но в которые всё равно хочется верить. Нужен лишь ключ, чтобы открыть эту дверь... Но разве я когда-нибудь говорил... Что эта дверь заперта?...

Твайлайт Спаркл Эплджек Принцесса Селестия Брейберн Лира Другие пони ОС - пони Дискорд Найтмэр Мун Флим Человеки Король Сомбра Сестра Рэдхарт

Принцесса Гармонии

В результате интриги принцесса Селестия оказывается в лесах Белоруссии. В конце весны 1941 года.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки Кризалис

Один шанс на троих

Чёрно-бело-красные флаги над Эквестрией. Ох, не к добру это...

Твайлайт Спаркл Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна

Steamwork Equestria / Паровая Эквестрия / Эквестрия-на-Пару

Действие происходит в Эквестрии, где совсем нет магии. Но есть хитроумные машины, которые делают такие вещи, что от волшебства не отличишь, хоть и работают на пару. Почти steampunk, если угодно.

Твайлайт Спаркл Спайк Другие пони

Автор рисунка: Devinian
Разгребая чужие ошибки Казнить облако

Железом и кровью

Кто разумом не пользуется, тот его и не достоин

https://www.youtube.com/watch?v=7jSCbUKBqsI

Мой организм медленно, но верно истощается и приходит в негодность. Толерантность же к «пылу» растет – с сонливостью уже не справляется. Плюс, стал периодически выключаться. Буквально смотрю на часы, моргаю — и стрелки внезапно пробегают четверть круга. Хотя кто знает, чай банальная галлюцинация.

Дела же внешние еще грустнее: пишущий сие таки попрал по мере сил хранимые идеалы и уже без каких-либо экивоков принял протянутую через века мантию поработителя собственного народа.

Видит Взыскующий – искал иной путь. Любою сколь-либо позорную и неудобоваримую альтернативу. Пытался продать нашу «свободу» пегасам, отдать ее на откуп единорогам, сдаться цитадельцам…

…бросить всех на произвол судьбы и сбежать.

Последний, драгоценнейший и безумнейший шанс – Ассамблея — оказалась именно тем, чего и опасался: скопищем царьков в лучшем случае глубоко безразличных как к благополучию Родины в целом, так и к судьбе друг на друга в частности.

В определенном смысле, все они сами выбрали свою участь – ваш покорный слуга всего лишь последний рубильник в длинной череде несработавших сдержек и противовесов, приводящий в действие последний и вместе с тем первый, лежащий в основе Отчизны, механизм.

Принц земли принёс разумы собратьев на откуп рогатым кукловодам.

Сковал их одной цепью, связал одной целью.

Точь-в-точь давно почивший первый носитель данного титула.

И ведь он небось точно также терзался, оправдывая и обвиняя себя мыслями о неизбежности, цене, Высшем Благе и меньшем зле. Вот только итогом его решения стал тысячелетний Город – скажут ли то же обо мне? И не вопросят ли затем: а стоило ли оно того?

Неверная мысль. Опасная. Бесполезная. Еретическая.

Порождение больного, уставшего, умирающего мозга.

Сосредоточимся.

В конце концов, пока жертва окупается – грозившая захлестнуть и погрести нас волна насилия подавлена. По крайней мере, отброшена: значимая часть новоприобретенных слуг задержалась на лидерских позициях  ровно до объявления преданности новому режиму, каковой факт, к счастью, не привел к краху операции — сейчас мы контролируем территорию вплоть до Университета. Пусть и пролив в процессе «восстановления законности» немало крови, включая откровенно лишнюю.

Стартовало возрождение условно-мирной жизни – ака существовавшего на момент возвращения изгнанника военного положения, кое в любом случае предпочтительнее последовавшего за ним разгула. За месяцы осады бюрократический аппарат успел приспособиться к революционным реалиям и со скрипом, сапом и отвратительной коррупцией, но работает. Граждане пашут за пайки. Присутствует какой-никакой обмен, преимущественно, ворованного на украденное. Расправы потихоньку переименовывают в казни. Короче, тенденция радует. Если удержимся – авось и вырулим к менее топкой почве под ногами, а там и до выхода из кризиса недалеко.

Если. Ключевое слово.

Большая часть «сторонников» откровенно ненадежна, пегасов мало, единороги, вопреки всему, кочевряжатся, отпихиваются от сотрудничества и надеются окуклиться. Неблагодарные, а вдобавок и преступно недальновидные твари – овощу же понятна невозможность продолжения подобного положения дел.

В общем, наращиваем и скрепляем, по дороге яростно молясь о чуде.

Ясен хрен, незаслуженном.

Из безусловно хорошего: Мрлык нашелся. Воистину, ужасный зверь – ему не страшны ни драконы, ни войны. Кстати, нужно срочно заняться борьбой с насекомыми, грызунами и болезнями – обилие валяющихся буквально на улицах тел намекает...

-

Пегас отослал очередного пустоглазого, вздохнул и откинулся на спинку кресла. Вверенные войска более не ограничиваются парой сотен собратьев. Это плюс.  Здоровенный и определяющий. Минус, увы, также немал: новобранцы тупы аки пробки. Их и понями-то не назовешь – бессмысленное мясо …

— Верховный Главнокомандующий! – жеребец скрипнул зубами. И в лучшие времена-то звучавший несколько…чрезмерно титул нынче слышался исключительно в качестве насмешки.- Оружие доставлено! Прикажете раздать?

— Нет. Передать офицерам согласно списку – распределят сами, – он протянул документ через стол. — Незачем вооружать ненадежные шайки, у которых сегодня один босс, а завтра другой. Выполнять.

Несколько довольно крупных формирований взбунтовались сразу, стоило только объявить о подчинении ему. В первую очередь, его же старые части, настоящие проверенные солдаты, вполне обоснованно считающие себя преданными и брошенными им на съедение дракону.

Очередной прилив острого желания прирезать кого-нибудь. Желательно – рогатого.

Лучше бы убили.

Полководец приложил копыто к саднящей груди и вздохнул, подняв затем взор к ожидающему ответа на какой-то дурацкий запрос земного с ничего не выражающими буркалами.

Неужели и с ним сделали то же самое? Проклятая магия.

Которую теперь уже они используют против других.

— Чего надо? – рявкнул командир, глядя не на посланца, а на секретаря — так быстрее.

— Требует подкреплений, – немедленно раздалось в ответ, — театр у стены оказался неожиданно хорошо укреплен, а засевшие внутри диссиденты – чересчур категоричны в нежелании признавать власть Принца.

 «Признавать власть Принца» — эхом отозвалось в чертогах разума. Наследник великого рода сражается и посылает субординатов десятками на смерть ради удержания на троне сумасшедшего дохляка, коему совсем недавно лично отвесил тумаков.

Позор конечно. И абсурд. Но, говоря откровенно: так ли уж хуже изначального плана?

Ну вот серьезно: на кой ляд ему сдались все эти почести, посты и богатства? Разве же испытывал в чем-либо недостаток? Голодал? Нищенствовал? Занимался бумажной работой?

Подчинялся – тут не поспоришь – однако же в полной мере легитимному правительству с настоящей стратегией и неоспоримой заботой о Городе. Впрочем, в отсутствии последнего нынешнее руководство никак не обвинишь – за Родину мать родную задушит.

И других заставит.

Пегас вдруг поймал себя: уже наверное минут семь неотрывно, завороженно, смотрит в пустые моргалы терпеливо ждущего указаний куска плоти.

Не думать и не сожалеть. Не осознавать. Не желать. Выполнять приказы.

Не помнить умирающих за тебя и из-за тебя.

Рабство? Или, наоборот, подлинное освобождение?

Очищение. Логичное завершение многовековой работы.

Доведения сынов Отчизны до состояния, когда из них убрали всё лишнее…

Пегас скривился и вытряхнул из головы всякий бред.

Заводящийся, известное дело, сугубо от безделья, недостатка строевой подготовки и сомнения в компетентности вышестоящих.

Перед ним раскинулось огромное непаханое поле требующих решений задач.

Силовых решений.

Армейских.

Тех самых, которым он и поколения его предков посвятили и жизни и смерти.

Их единственная истинная любовь.

— Лично займусь данным делом, — мышцы приятно задрожали, предвкушая смертоносный полет, – никто не уйдет.

-

— Нет, – спокойно произнес Принц магии, сдерживая бурлящую внутри ярость.– О подобном…,- пауза на подбор подходящего определения, — святотатстве не может идти и речи.

— Ой, да ладно! – беззаботный взмах копытом. – Разве же принуждение к подчинению проигнорировавших воззвание трудиться ради общего блага подданных — не священная обязанность правителя? Сами ведь неизменно твердили, якобы без труда представителей «высшей расы» наша общая Родина не способна функционировать.

Единорог не стал опускаться до повторения ответа, вместо того постаравшись молча, исключительно взглядом, донести всю невероятную глубину бездны врождённого и заслуженного превосходства, отделяющей Рефела от собеседника.

Тот лишь неспешно отхлебнул из чашки и возвел очи горе:

— Мы оба в курсе дальнейшего развития событий: покочевряжитесь, напомню о родных, поскрипите зубами и согласитесь. Неужели нельзя опустить оные формальности и разойтись пораньше?

— Нет, – собрав всю свою гордость и решительность в кулак, отрезал волшебник. – Я не буду порабощать собственный народ. Никогда и не при каких условиях.

Фырканье.

Насмешливое.

У истинного владыки сих стен задергалось веко.

— Поразительно: драгоценный братец в кои-то веки проявил нечто смахивающее на соответствие занимаемой должности. Аж поаплодирую, — в высшей степени издевательское ленивое постукивание одной конечности о другую. – Естественно, не заостряя внимания на неприкрытой…эксклюзии не облеченных рогами подданных из «собственного народа», очевиднейшим образом идущей вразрез с бытием и миссией Принце. В качестве жеста уважения к проявленной твердости позвольте перескажу внезапно открывшееся передо мной видение близлежащего будущего.

Выродок широко улыбнулся и хихикнул. По хребту будто бы проползла ледяная змея.

— Надежда и опора своего народа будет героически наблюдать за пытками и истязаниями супруги и малолетнего сына на протяжении примерно недели, раз за разом отказываясь облегчить их боль. Им предстоит познать все радости растяжения, «крысиного праздника», утопления, «общения с природой»…

Перечисление затянулось. Каждая пытка алым росчерком вспыхивала в мозгу несчастного отца. Они изучали это в бытность почти-принцами. Не для использования в будущем – дознания уже сотню лет осуществлялись исключительно через магический контроль – а ради так называемого «общего развития». Мол, цените, сколь далеко Отчизна продвинулась от варварства былого – и не забудьте защитить полученные знания на экзамене.

 Помнится, монстр сдал на отлично. Как и большинство прочих предметов.

-…когда же пребывание жертв твоей принципиальности в юдоли скорби окончится и ты возомнишь себя освобожденным от моего влияния вселенная не замедлит преподнести следующий сюрприз. В виде ежедневной тщательной и выверенной ОБЖАРКИ, — чудовище облизало губы, — непричастных юных рогоносцев прямо под окнами выделенной тебе резиденции. Разумеется, с подробным объяснением той роли, кою сыграл в происходящем почтенный собеседник и горячим обещанием…

— Вытри слюни, вырожденец, — перебил волей-неволей проникающийся содержанием и вкрадчивым тоном волшебник. – Подобного никогда не случится. Один лишь намек на попытку – и не помогут никакие головорезы. Свергнут в мгновение ока. Авось вернув затем на трон легитимное правительство.

Выверенная улыбка уверенного самодовольного превосходства.

— Завидую оптимизму, – он вставил копыто в Призму. – Не забыл сувенир? Его мне отрезал, причем без всякого принуждения, один из ваших. Представитель высшей расы. Пользуясь случаем, замечу: тогда операцию провели без боли.

Синий.

Не может быть.

— ИМЯ!? КТО…- вскинувшегося Рефела опрокинули и прижали к столу.

— Очень достойный и уважаемый гражданин, раньше преподавал, – негодяй дал отмашку и охранники немного расслабились, – Так или иначе, даже единороги не жалеют единорогов. Что уж говорить о прочих, вдоволь нахлебавшихся общением с вами обитателях Города. Серьёзно: спустя ВЕКА беззастенчивых манипуляций чужими жизнями будет справедливо и правильно наконец и самим примерить амплуа бесправных пешек и жертв на алтаре общего благополучия – по крайней мере ради шанса испытать сии ни с чем не сравнимые ощущения.

Пауза, видимо предполагающая реакцию. Не дождется.

— В общем, костры из рогоносцев с высокой долей вероятности не только не породят восстание, но еще и подкрепят мораль, – с резко уменьшившейся патетикой мрачно продолжил сдувшийся узурпатор. — Чай вообще хороводы вокруг них водить начнут. Не суть. К Прекрасному Далеко. После сожжения должного количества магов на фоне вашего героического ничегонеделанья оставшиеся неизбежно осознают безнадежность собственного положения и безблагодатность родного руководства, в итоге вынужденно перейдя на сторону добра. И это не вспоминая о копящихся в закромах чудесных детишках и связанных с ними проверенном методе управления. Дешево, надежно, практично. Но более морочно и менее эффективно, нежели прямой контроль прямо сейчас и без безвозвратных потерь городских ресурсов, — монстр снова взял чашку и отпил. – Последний раз спрашиваю: решение измените?

Принц магии всмотрелся в глаза того, кого некогда называл братом – пусть и не без смеси иронии и пренебрежения. Узрев стальное полотно безжалостной решимости тут и там взрывающееся искорками безумия.

Обреченно кивнул.

— Прелестно, – хлопок копытами. – Равенство восторжествует – сыны и дочери Родины склонятся предо мной в трогательном единении безотносительно заслуг, преступлений и наличия отростков. Распределительный лист получите у секретаря – особое внимание уделите медикам и заказу на начертателей для маленького стороннего проекта в знакомой вам пещерке… — чудовище на несколько секунд застыло, а после медленно-медленно склонило голову на бок. – Но прежде поговорим о покорении одного весьма конкретного представителя высшей расы.

Изверг без предупреждения прильнул вплотную и шепнул на ухо имя.

Рефел задрожал и с прежде никогда не посещавшим его великим ужасом воззрился на переходящего последнюю черту святотатца.

Наткнувшись на ослепительный оскал более не оглядывающегося назад самоубийцы и сделанное веселым беззаботным тоном предложение:

— Показать мою коллекцию скальпов?

-

— Ваше превосходительство, — безукоризненно выполненный поклон в воздухе. – Мы доставили…пленного, – пауза прозрачно намекает на подтверждение худших опасений.

Восседающий на принадлежащем ему по праву троне Хеилст кивнул и сделал приглашающий жест.

Обычный пегас в стандартной, пусть и грязной, униформе. Безразличное лицо. Пустые глаза. Спокойный, напрочь лишенный намека на эмоции доклад своего имени, звания и подразделения – одного из ранее изолированных единорогами.

Понятно.

— По какой причине нарушил мой приказ и вмешался в дела бескрылых? – на всякий случай, стоит удостовериться.

Времени обдумать вопрос не понадобилось – ответ дали немедленно:

— Данный индивид подчинятся Принцу Земли и Волькену Акутусу. Просьба предоставить возможность вернуться к исполнению обязанностей.

Взгляд в никуда.

— Солдат, неужели не осознаешь:  пред тобою Лорд воздуха – высший из возможных иерархов? – пауза. Реакции нет. Немедленно сдай обмундирование и проследуй в госпиталь.

— Данный индивид подчинятся Принцу Земли и Волькену Акутусу. Просьба предоставить возможность вернуться к исполнению обязанностей, — ну чисто эхо.

Безнадежно.

— Убрать и запереть, но аккуратно – не ведает, что творит, – новоиспеченный верховный главнокомандующий приложил копыто к лицу и откинулся на спинку. – И много там таких?

— Сотни. И прибывают.

Молодой полководец приступил к мучительным, однако же необходимым и более не могущим откладываться размышлениям.

-

Дорогой дневник, не стану скрывать: пишу сие не для потомков, а в надежде упорядочить собственные мысли.

Мироздание утекает из моей хватки подобно песку. Причем в потенциальных виновниках нет недостатка: Снежница, Пыл, переутомление, отравление, магия и  наконец самое невероятное и абсурдное – действительно исшедшие из уст и без искажений достигшие ушей слова. Правдивые. Соответствующие реальному положению вещей.

Бред.

Чего уж там: и записей-то сих вероятно не веду.

Да и существую ли?

Никогда прежде вселенная не ощущалась столь…аморфной. Чудится: протяни ногу – и дотронешься до себя же, восседающего на принадлежащем по никем и никогда не оспариваемому праву троне, не видевшем ни чудовищ, ни революций.

Другие выборы, иные линии, лучшие результаты.

Эх…

Не пол-лучилось.

К делу.

Напротив сидит Лорд Магии. Под контролем. Отвечает на вопросы.

Проклятье.

Положа копыто на сердце: в план сего безумства не вносил. То есть, где-то там, далеко, по утрясанию, имелись смутные очертания схожего удовлетворения всего и всяческого любопытства – однако не сейчас же и не так! Мне просто захотелось лишний раз пнуть это самодовольное, ни капли не соответствующее дарованному званию животное.

Закопать, сломать, вбить в пол.

Заставить почувствовать хотя бы толику той БОЛИ и УНИЖЕНИЯ, коим пишущего сие щедро кормили с самого детства лично испытывал с самого детства и которым подобные ему подвергали мой народ на протяжении веков.

В процессе обретя Истину, ясен хрен, способную соделать меня более свободным.

И вот нате. Кушайте. Не обляпайтесь…

Писчий прибор не выдержал напора и сломался.

Принц земли скрежетнул зубами, мысленно призвал себя к спокойствию и достал замену.

Начну с конца.

Конкретно, с предательства рогокрылов.

Единственный камень, благодаря оной беседе упавший с души: исход одаренных собратьев ни в коей мере не последствие нашего нападения на Мирака, но напротив – заранее отданный им же приказ.

План был прост и изящен.

Сделать вид, якобы затея изгнанного Принца полностью поддержана, дабы у бунтовщиков не возникло желание устраивать Главной части сюрпризы. Провести необходимую подготовку для создания идеального щита — разработанного незадолго до Революции, однако же в условиях постоянных бомбежек и невозможности выйти за стены могущего быть легко уничтоженным на этапе построения. Под видом помощи разбежаться по городу, на деле нанеся на него громадное фокусирующее Начертание – особенно тщательно обведя районы скопления неотягощенных отростками сограждан. Перед самой атакой увести «достойных»  и активировать защиту. Подождать, пока огнедышащая тварь уничтожит достаточное количество мятежников. Использовать высвобожденную их смертями энергию для превращения чудовища в гору дымящегося фарша. Снять щит. Разгромить дезорганизованные остатки повстанцев. Восстановить Город. Наделать из Дракона сувениров.

Энергия смерти. Какая прелесть.

Ну, точнее, не то чтобы прям «смерти». Скорее «крови». «Понности».

Внезапно, все мы волшебны – безотносительно наростов. Земные банально не способны установить связь между пронизывающей мироздание магией и позволяющей командовать ею внутренней силой.

Аж продемонстрировал  крохотную колбочку с блестящим смахивающим на переливающуюся жидкость порошком – еще при предшествующих властях выпаренным из пожертвованных на опыты тел горожан концентрированным колдунством.

Но вернемся к настоящему.

Заговор обставили по высшему разряду, в том числе обеспечив столь удачно попавшиеся под руку огромные запасы «особого черного» — по завершении основных боев предполагалось провести массовое одурманивание для поднятия патриотизма и обеспечения многомесячного массового ударного труда. Увы, предполагавшиеся масштабы для нас недостижимы: потенциальных рабочих выжило куда больше прогнозировавшего, а могущих осуществлять контроль рогоносцев – значительно меньше. Близу сию измену преподнесли бы в качестве случайности, вызванной недостаточной обкаткой заклятий. Он бы поверил, естественно.

В целом, перечислять детали можно долго: логистика, муштра, закапывание в нейтральной полосе опор для купола, запасные планы и прочее и прочее. Лорд перебрал множество вариантов развития событий – и не думая рассматривать тот, где предложенный мной план  приводит к успеху. Ибо «побрякушки этих низших» в принципе не способны справиться с угрозой, перед которой спасовали чародеи. Не после соделанного ими. Вот тут начался форменный абсурд.

Принц пожевал губу, размышляя, стоит ли предавать подобную ахинею бумаге. После чего поднял взор на первое предложение данной записи и со вздохом постарался облечь бред в по возможности стройное повествование.

По словам Мирака, в Городе существует некий чудовищно древний орден или скорее уж заговор, передающийся из поколения в поколение в определенных рогоносных кругах. Цель – установление и поддержание полного, безоговорочного и неявного контроля «высшей расы» над обществом. В смысле, большего, нежели и так имеющийся. Отсылка идет к «Дням Рога» — откровенно легендарном, ака лишенном намека на достоверные сведения, периода аж тысячелетней давности, якобы бывшем временем безраздельного правления магом — а следовательно золотым веком. По сути, аналог пегасьей «Крылатой Демократии», только за давностью уже окончательно лишенный намека на достоверность сведений. Закончился кстати так же: массовый бунт, раскол элит, море крови, голод, болезни, вторжение тварей Леса и прочие неприятности, в итоге приведшие к восстановлению института Лордов.

Цикличность нашей истории одновременно пугает и завораживает. Истинно «ничто не ново под луною».

Так или иначе, товарищи из верхних эшелонов вознамерились вернуться к славному режиму, предварительно исправив его главный изъян – открытость правления в условиях неподготовленных к такой благодати недопоней. И понеслась.

Всеми правдами и неправдами культивируются принципиальная, перманентная беспомощность земных пони перед вселенной – и соответственно нескончаемая нужда в благосклонно снисходящих до убогих собратьев рогокрылах. В ход идет абсолютно всё: от художественных течений и философских концепцией, обязанных демонстрировать неразъемность трех народов, до правовых казусов и акцентировании на институте семьи в ущерб общественным объединениям. Любое новшество приводилось к генеральной линии – либо его адепты раскаивались и возвращались к верным путям, преимущественно в виде идиллии землепашеского быта. Даже казалось бы от природой данные стандарты красоты – и те старательно, пусть и не всегда успешно,  конструировались по лекалам высшей целесообразности, дабы обеспечить нужное потомство. Как в смысле покорного характера с отменным здоровьем и «оптимизацией» интеллектуальных поползновений, так и в сугубо эстетическом смысле. К примеру, никаких больше оранжевых или разноцветных глаз…

Писчий прибор хрустнул и сломался.

Принц швырнул новосозданный мусор в стену, выдохнул, взял следующую запаску.

Родословные библиотеки, «рекомендуемые» партнеры, ограничения по рождаемости, принудительный набор на опасные предприятия для носителей нежелательной наследственности.

Они разводили нас аки скот.

Ну, «нас».

Не суть.

Особо отмечу курс на прямое вмешательство в технологическое развитие с намерением  минимизировать количество не нуждающихся в волшбе изобретений. Путей море: от банальной невыдачи грантов и самостоятельных исследований в сторону единорогозависимых модификаций, коим в производстве отдавалось предпочтение, до прямого стирания памяти особо настойчивым ученым. Причем по мере совершенствования методики кураторам удавалось сохранять большие и большие пласты личности потенциально полезных исследователей, в итоге дойдя до удаления исключительно напрямую угрожающих замыслов – вместо же стертой части мысленного чертежа набрасывалась магическая составляющая.

Здесь ваш покорный слуга остатки доверия и в лоб поинтересовался:  коли так ситуация с ментальными манипуляциями так радужно – чего ж аналогично не обрабатывались общественные деятели? Почему их труды не предотвращалась, а лишь купировалась? Увы, ответ получил достаточно логичный. Вкратце:  «культурные и политические движения определяются в первую очередь средой общения. Даже переделай мы нарушителей целиком, очень скоро если не они, то кто-либо из того же круга снова пришел бы к схожим выводам. Техника же от окружающих пони практически не зависит. Даже собранная в одном помещении сотня академиков не гарантирует возникновения идеи, тем паче той же самой, пусть и оставляя ей немалый  шанс на рецидив в будущем – но к тому моменту в наличии найдется правильный аналог».

Данное откровение в полной мере объясняет впечатляющий прогресс унверовых собратьев – гиганты уже подставили им свои плечи и осталось только избавиться от искусственно возведенной плотины, дабы накопленные поколениями знания пролились бурным потоком изобретений. Кстати сама Цитадель также является невольным продуктом ордена:  якобы породивший ее впечатляющий провал едва наавшейся колониальной политики заодно с прочими аналогичными событиями нашей истории есть не поучительный пример циклического постоянства понской глупости, а целенаправленный саботаж.

Один рукотворный кризис за другим. Порой спроектированный со старта и до финала, но куда чаще – оседланный и взнузданный на полдороги проект иных патриотов. Десятки тысяч жизней и надежды целых поколений, брошенных на алтарь Высшего Блага: сохранения компактной, управляемой, защищенной как  от вражьих когтей, так и от чужих идей изоляции. Город со всеми окружающими высокими стенами и непролазными буреломами – даже не тюрьма, а лаборатория по выведению новых граждан для лучшего строя.

 Думаю, почтенный читатель осознает волей-неволей пришедший мне на ум вопрос.

Ответ, слава Всевышнему, отрицательный.

Лорд не планировал и не хотел драконьей агрессии – напротив, предъявляет ее блистательным примером необходимости еще более жесткого пресечения внешних сношений. Впрочем, заговорщикам удалось обернуть годы под ярмом себе на пользу по множеству направлений. От концентрации под своим непосредственным контролем значительной части городской экономики — по сути беспардонного ограбления частных предпринимателей и кооперативов под предлогом спасения Родины – до взрыва волшебных техник, под тем же соусом освобожденных от этических ограничений и знатно подстегиваемых в полной мере реальной перспективой  массовой прожарки всего и вся. Купол, магнитные пушки, новые Начертания, некий «Титан», управление мертвецами и прочие прежде не виданные новшества и чудеса есть побочный продукты оных исследований. Основных же плодов, ака реалистичных надежных вариантов уничтожения проклятого звероящера, набралось более десятка – увы, каждый требовал либо весьма значительных затрат времени, либо совершенно неприемлемых потерь.

Ну, по дореволюционным меркам, естественно.

Собственно, пошедший в дело и предполагавший гибель до трети оставшегося населения замысел считался более-менее щадящим.

В завершение сего гнетущего повествования допрашиваемый допустил возможность создания данной ситуации кем-то из их круга, тем не менее в первую очередь подозревая агентов других государств. После чего перешел к рассказу о связях с аналогичными группами в других странах, однако здесь предпочел его прервать  — поверить, якобы какая-то кучка рогатых тайно управляет чуть ли не миром вообще выше моих сил.

Он может врать – мало ли как на колдунов действует чай – или добросовестно обманываться. А возможно вышенаписанное есть не более чем галлюцинации от Снежницы или стимуляторов.

Самое же забавное: даже коли сказанное – правда, то какое мне сейчас до того дело?

Да будет на все воля Единого.

Говоря откровенно, я бы предпочел мировое правительство из кошек – они не только несравненно милее и пушистее, так и в любом случае давным-давно поставили нас себе в услужение за счет одного лишь очарования.

К сожалению, страсть пишущего сие к причинению себе страданий не ограничилась вышеобозначенными проявлениями пустого любопытства, а потому лишенные практического значения вопросы продолжились.

Мирак действительно мой отец. Ну или во всяком случае, убежден, якобы во времена не столь давние его драгоценная, любимая всем сердцем супруга из древнего пропитанного магией семейства, на союз которой с лучшим волшебником поколения возлагались воистину великие надежды подарила вселенной белоснежного жеребенка  с глазами цвета стали и – увы и ах – полным отсутствием отростков. Вскоре скончавшись. Возможно вследствие не самых легких родов, пусть консилиум лучших врачей единогласно отрицал какой-либо риск для ее физического здоровья. Пораженный же скорбью муж ни капли не сомневался: гордая и ослепительно благонравная представительница высшей расы не выдержала факта происхождения от нее подобного ничтожества, погибнув от горя – и вина в том на мне.

Нет, ну ясен хрен же!

До казни впрочем не дошло: младенца всего лишь выбросили. Лорд же, осознавая свою ответственность перед рогатым родом, после долгих увещеваний женился повторно — с тяжким томлением и без капли любви. «Брак» мучительно тянулся несколько лет, не принеся плодов, в итоге с горечью и облегчением будучи расторгнут. Владыка всецело погрузился в построение лучшего мира – собственно вступив в клуб находчивых – и постарался вовсе вымарать из памяти любые отблески былых мечтаний.

Пока однажды не заметил в нестройных рядах маленьких почти-принцев характерной внешности сироту из приюта. Въедливо проведенное расследование в значительной степени подтвердило вспыхнувшую аки пламя догадку. Результаты же тестирования несколько выше среднего внезапно всколыхнули невостребованные родительские чувства настолько, что  повелитель Города аж одарил приметного ребенка злополучным ключом – через Фероса. Во избежание кривотолков.

Увы или к счастью, происшедшие затем события заметно охладили отеческий пыл – да и в принципе стало несколько не до того. Тем не менее, моё пусть особо ничем не выдающееся, однако же усердное обгладывание гранита науки вкупе с похвальной покладистостью, уважении к магам и верности Родине в достаточной степени согрели истерзанное сердце правителя, чтобы заставить его задуматься об исправлении допущенной годами ранее ошибки. Вернуть дитя в семью, причем отнюдь не только в правовом смысле.

Меня собирались «подключить». Провести расширенный и углубленный вариант ритуала установления связи с мирозданием, регулярно собирающего кровавую жатву из юных носителей рогов – естественно, с еще меньшим шансом на успех, вдобавок требующий натурального жертвоприношения. Ведь лучше умереть представителем Высшей Расы, нежели существовать недопонем.

Аж успели подобрать несколько добровольцев из числа смертельно больных и крайне пожилых сородичей, готовых обменять нерадующую жизнь на денежное вознаграждение для родных.

От чего же столь воодушевляющий проект не воплотился? Несчастный случай. А точнее, целая их цепь: фавориты соревнования за титулы полноправных наследников, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО лучшие из лучших, неожиданно стали сходить с дистанции. Кого-то поймали на чересчур активных контактах с семьей – официально, долженствующих в принципе отсутствовать до последнего. Другие показали чрезмерные таланты в определенных областях. Третьи не сумели  пройти финальное испытание в полном составе. О трагедии речи не шло – оставшихся конкурсантов никто не назвали бы недостойными – вместо этого, забрезжила прежде немыслимая возможность. 

Передать власть по наследству.

Авантюра, писанных правил не нарушающая – и безжалостно осуждаемая правилами неписанными. Святотатство, попрание сути института, во избежание коего нам, по словам допрашиваемого, всё обучение украдкой вкармливали мысль о нежелательности разделения внимания между нуждами государства и семьей – ну, кроме волшебников, конечно же.

«Её дитя стало бы Лордом».

Короче, греховная натура возобладала и пишущий сие вместе с братьями стали Принцами. Под аккуратным нажимом верховного владыки и в обход показавших превосходящие результаты кандидатов.

После данного акта коррупции о признании родства не стоило и заикаться  — вашего покорного слугу обрекли на стояние в одиночестве. С другой же стороны, порванная цепь обязательств ударила и по Мираку, никогда более не могшему смотреть на сына без воспоминания о свершенном преступлении. Из какового терзанья появились новые ростки гнева.

«Если бы только выбрал ректорова отпрыска. Если бы только не ты.»

Изгнанник отер пот со лба, глубоко вздохнул и вернулся к письму.

Не скрою: я в полной прострации, имеющей завидную вероятность вскоре перейти в неконтролируемую ярость. Ни в чем не повинного ребенка обвинили в смерти собственной матери и выбросили не улицу за рождение не с теми придатками. Потом затянули в даром не сдавшуюся ему гонку за фальшивую, априори сконцентрированную у магов власть. Затем собирались принести на алтарь малюсенькому шансу на ороговение, в последний момент из-за в принципе независящих от него обстоятельств сменив план на нечестное, отвратительное впихивание на трон. За которое в итоге меня же и возненавидели.

Это без иронии и издевки лучший сын Города — насколько же гнилы прочие?

И ведь до конца дойти не успели. Следующий акт сотряс землю – столь дорого обошедшийся преемник осквернил принесённую великую жертву и предал интересы Отчизны ради «жалкой кучки твоих вшивых родственничков». Покровы сорваны, пламя взвилось и не будет у изменника худшего мстителя, нежели истекающий внутри кровью родитель, немедленно поклявшись свести врага всего сущего со свету наиболезнейшим из путей. В процессе подготовки неоднократно меняя намерения, то указывая по-тихому угробить банально не леча последствия драконьего пламени, то наоборот с плачем всецело прощая и требуя исцелить до полного восстановления.

Мятущаяся душа в итоге самоустранилась от суда, позволив вынести приговор братьям – услышав же о «милосердном» изгнании, послала следом страшнейшее из известных проклятий, гарантировавшее скорую погибель.

Казалось бы, сказочка завершилась, расходимся.

А вот нет. Не получилось. Выжил. Без понятия, почему – единственно, испытываю некие туманные подозрения касательно кушающего магию Шара.

Сверх того: вернулся. По достоверным слухам, с ребеночком, коего держу в мешке, категорически отказываясь демонстрировать миру – явление , неоспоримо объясняемое исключительно моей ненавистью к Высшей Расе, к каковой очевидно принадлежит незримое дитя.

Он улыбался, вспоминая окатившую его в минуту данного озарения внеземную радость.

У Лорда всё-таки есть наследник!

Её потомок. Кровь и плоть.

Залог и обещание будущего.

Новое звено в цепи, не позволяющее их родам прерваться.

Правильное. С рогом.

Скажу откровенно: вопреки всему происшедшему и новоткрывшемуся, моё сердце пронзила жалость, когда стоящий предо мной преступник описывал момент обнаружения в мешке Виристиила вместо своего долгожданного кусочка солнца.

-

Внук Старейшины раздраженно почесал нос, окинул оценивающим взглядом неожиданно чистого, явно не по революционному времени заботящегося об униформе пегаса и пошел другим путем:

— Слушай сюда, перьемозгий. Рано или поздно, но он выйдет – незамедлительно узнав, по чьей вине данное, — помахивание случайно подобранной по дороге солидности ради папкой, -  в высшей степени срочное донесение задержалось. Препятствие же отчалит на виселицу.

Успевший собрать волю в кулак пегас и бровью не повел, продолжил стоически смотреть прямо перед собой.

— Не боишься? Молодец, – одобрительное подмигивание. – Любому же очевидно: уважаемый диктатор в жизни не стал бы бессмысленно тратить столь ценный ресурс. Препятствие всего лишь…улучшат, — кивок на пустоглазого сопровождающего. — Только представь: твои собственные собратья, неделю назад смеявшиеся и панибратски хлопавшие тебя по плечу безмолвно заносят кое–чью тесно спелёнатую трепыхающуюся тушку в слабоосвещенную комнату с одной единственной здоровенной бочкой, — тон опустился до сладкого полушепота. — Издалека совершенно обычную, таких на любом складе куча, однако если приглядеться, то на внутренней стороне можно заметить множество царапин – следов от ногтей…

Давно не дававшие спокойно спать фантазии обильным потоком лились на вынужденную терпеливо слушать жертву, щедро смакуя каждую леденящую грань никогда не виденного Унвером процесса, неспешно подводя к воистину ужасающей кульминации – когда с той стороны двери внезапно раздался треск, лязг, рык и звуки ударов.

Охранник от неожиданности вздрогнул и выронил алебарду. Диверсант же с воплем «Да, ваше высочество!» ворвался внутрь.

Немедля попытавшись затем рвануть обратно – настолько страшен оказался обратившийся к нему взор. Помешал дернувшийся следом страж. В свою очередь натолкнувшийся на тормозящий конвой.

Пауза.

В комнате лишь вельможа, заносящий копыто над окровавленный Лордом – никаких нападающих не наблюдается. Бешенство же в серых буркалах начало потихоньку гаснуть, уступая место пусть непонятной, но вроде бы не смертоубийственной смеси эмоций.

Поэтому без лишних комментариев выпроваживаемых лишних свидетелей наружу, закрываемся и тихонько садимся в уголочке.

Улыбаемся.

И машем.

Принц возвел очи горе, развернувшись затем к безучастно наблюдающему за ними магу:

— Допустим, ДОПУСТИМ, — дал петуха, -  сказанное – правда и рогатые действительно укротили заразу века назад, с тех пор используя наше древнее проклятье в качестве очередного средства контроля масс. Следовательно, вы умеете ее лечить. Каковы шансы у земных пони?

— Околонулевые, — беспредельное спокойствие. – Немногочисленные Исцелы из низших известны –все плоды смешанных браков. Сколь-либо эффективная терапия возможна при условии обнаружения на ранней стадии, полной изоляции и покое. Шансы незначительные.

— Не вариант, – дерганье плечом. – Перефразирую: есть ли, положим, у МЕНЯ какой-либо альтернативный способ вылечиться?

— Стать единорогом, — а ну-ка поподробнее.

— В смысле, посредством того ритуала с кровью, жизнью и прочим? – заминка. – То есть, выздороветь в нынешнем виде МЕНЕЕ вероятно, нежели, сколько там, шестнадцатипроцентная надежда на успешное «подключение»?!

— Да.

Узурпатор глубоко вдохнул. Открыл рот – вдруг обратив внимание на навострившего уши внука Старейшины.

Задумался.

Громко выдохнул.

Помассировал виски.

Крикнул:

— Охрана!

Двери немедленно распахнулись и в проеме образовался бравый страж – зримо трясущийся от страха.

— Убрать заключенного.

Незадачливая жертвы чужих фантазий со зримым облегчением бросилась выполнять. На полдороги будучи остановлена:

— Минутку.

Убийца десятков случайных горожан развернул пленника к себе:

— Не знаю, зачем говорю сие и стоит ли говорить вообще, — голос дрожит. – Все мои лишения, страдания и испытания – целиком и полностью твоя вина. Вся эта кровавая каша, безумие и легшее на меня бремя…- он смолк. Облизал губы.- Не важно. Знай: я хотел бы иметь семью. Даже такую. И вопреки всему, испытываю…благодарность? Признательность если не за действия, то за намерения? Короче, спасибо за призрение – всяко большее, нежели заслуживал.  

Кивок пегасу.

Они остались наедине.

В полном молчании Принц проследовал к столу, сел в кресло, достал из сумки шприц и вогнал его в шею:

— Аааайййййеее! – аж пробрало от нескрываемого наслаждения.

Новый период тишины.

— Нас покинуло кошмарное чудище, — глядя в сторону, начал диктатор. – Столь же талантливое и безжалостное, сколь и терзаемое. И мы идем по мираковым стопам. Например, заключив в тюрьмы собственного тела сотни сограждан, повинных в первую очередь в принципиальности – пусть и неверно приложенной. То ли еще будет.

Хохоток.

— Мне ведь ПОНРАВИЛОСЬ избивать оного беззащитного старца, — постукивание себя по подбородку, — ну, по крайней мере, представителя предыдущего поколения.  Как и гнуть братца. Да и угрозы выдвигал не такие уж и пустые — в конце концов, настолько ли ценна пара сотен самых жестоковыйных расистов по сравнению с жизнью Города?

Псих положил лицо на копыта. Плечи затряслись.

А потом до жалеющего о своем приходе диверсанта донеслось зловещее хихиканье.

Наконец поднятый на «собеседника» взор сиял ненавистью:

— Предатели, — зловещее шипение перешло в вопль. – Изменники! Безголовые, ни о ком не думающие эгоисты! Безумцы, кладущие нас на алтарь своих бредовых идей! – псих молниеносно вскочил на ноги. – Я виноват?! НИ ХРЕНА! Из-за вас …

Унвер благоразумно не стал дослушивать, за пару секунд добравшись до выхода, змейкой проскользнув промеж застывших сопровождающих и вприпрыжку бросившись вниз по коридору.

Далеко уйти не удалось.

Догнали. Сбили. Зафиксировали конечности.

В жизни не испытывавший большего ужаса «земной пони» вопреки всем клятвам и проклятьям воззвал к глубинной, яростно ненавидимой сути – получив в следующий миг по башке.

Легонько. А-ля «лещ».

— Просил же не беспокоить. Аж дефицитного добровольного пегаса поставил. Нет – лезут и лезут, — досадливо, однако же не без смущения пояснил свершенный акт сумасшедший монстр, рывком поднимая дезориентированного соратника и обтряхивая ему мундир. – Даже «пыл» в последнее время не спасает – крыша съезжает неспешно, но с завидной уверенностью. В целом извиняюсь за сцену и жажду узнать причину прибытия.

Внук Старейшины приложил немалое усилие для обуздания мятущегося нутра и сфокусировал так и норовящий поискать пути отхода взгляд на лице условного руководителя. С губ невольно сорвалось:

— А чего это ты такой довольный?

— Помимо наркотиков? – серьезно: каким образом возможно ТАК улыбаться? – Вашему покорному слуге часов этак пять вышибали мозг чистейшей и секретнейшей правдой. Удивительно, что жив остался. И даже не сильно тронулся. К тому же теперь могу хвастаться, мол первого единорога убил непосредственно во младенчестве, а то предыдущая коронная фраза «я рогатых на завтрак ем» успела слегка приестся.

— Ха-ха, забавно – нарочито медленно отозвался фактический глава Цитадели. – А нет ли тут противоречия с запретом твоего Единого на ложь?

— Ни-чуть, — движение головой вверх-вниз. – Специально попросил профессора, дабы на завтрак  присылали блюдо, способное заряжать энергией на весь день. На обед – основательное и надежное. Ужин легкий. Прямо-таки воздушный.

Громкое цыканье.

Нить разговора окончательно пропала из виду.

— Аж просил оставлять вкусовые качества – в ответ посмотрели аки на сумасшедшего и заявили, дескать после перегонки разницу между горожанами и, положим, сеном различить в принципе нереально, — разочарованное шлепанье губами. — Профессор вообще как-то странно начал ко мне относиться после невинной просьбы отрезать ту…

— Кончай пургу нести! – едва удержался от рукоприкладства диверсант. – Какая перегонка? Причем тут единороги? О…

— При всем! – с отчаянием возопил безумец, не переставая впрочем скалиться. – Отправимся ли прошлое или проследуем в будущее, сойдем ли в преисподнюю или поднимемся на небеса – везде они. Повсюду. Всегда, — голос упал до трагического шепота. — Почему стимулятор до сих пор не работает?

Несчастный рухнул на пол и сжался в комок.

Подозрительно засопел.

Н-да.

Унвер возложил копыто на чело: признанный им лидер, надежда и опора всего Города, лежит обдолбанным у его ног и…

Стоп.

Хватит.

В конце концов, с ним и хлеб преломляли и в клеемёте вместе горели.

Поэтому присаживаемся рядом на колени и по возможности ласковым и понимающим тоном приступаем к распутыванию оного комка нервов:

— Слышь, э…-заминка для подбора наиболее уместного обращения, – соратник. Не волнуйся: всё будет в порядке. Тебе помощь нужна?

— Очень, – с неприкрытой мольбой отозвался собрат по оружию. Немедля затем лихорадочно затараторив. – Нет! Не могу перекладывать бремя. Не имею права. Никто не справится. Должен. Альт Ман справился. Сам или не сам – кому какое дело? Пламя же вечно, истинно, верно, не придумано…- скрежещущий стон. Сквозь стиснутые зубы пробилось. — Надо просто прекратить думать об этом. ДА? ДА! – вряд ли нашлась в мире пружина, не позавидовавшая данному мгновенному распрямлению. – В чем причина прибытия? Отвечай!

— Проблема! – выкрикнул от неожиданности распластавшийся на камнях гонец. – Огромная!

— Великолепно! – восторг непередаваем. – Гарантированно отвлечет. Веди! Скорее!

-

— Аа-га, — смотря в пол, протянул Принц земли. – То есть, по выполнению нами обозначенных требований крылатые наконец спустится и приступят к выполнению прямых обязанностей?

— Нет, – возвел очи горе Лорд воздуха. – Мы более не участвуем в ваших дрязгах. Наличие кооперации «всего лишь» спасет вас от последствий ее отсутствия.

Собеседник странно дернулся, однако же взгляда не поднял:

— Иными словами, уподобляетесь разбойникам, под страхом смерти требующими у погорельцев не только жалкую кучку скудных пожитков, но и единственных защитников и спасителей многих жизней?

— Твоя глупость раздражает, – постарался выдержать соответствующий моменту презрительный тон внутренне изрядно покоробившийся жеребец. – Небесный народ возьмет принадлежащее по праву:  эвакуированные из Облака перед атакой ценности и ежемесячное, возносимое десятилетиями пищевое довольствие. «Защитники» же стали таковыми не по своей воле. И не начинай опять про «невинных» и «долг» — уж чем-чем, а «невинности» вашей насмотрелись на всю жизнь и внукам останется.

— Короче, хрен нам, а не помощь, верно? – кротость на грани издевки.

— И ведь шайка, — кивок на остальных заговорщиков, — тебя терпит! В последний раз повторяю: пегасы никогда более не станут играть роль инструментов в чьих-либо копытах – разбирайтесь сами.

Пауза.

И негромкое:

— Тогда зачем вы нужны?

По хребту будто бы проползла ледяная змея:

— Следи за языком, вероломный червь! – изображая благородный гнев, вскинулся  по идее последний подлинно легитимный и доступный владыка Отчизны. – Я пресытился оным фарсом. Условия даны, сроки поставлены – выполняйте.

— Нет, – с прежней то ли насмешкой, то ли  угрозой отозвался псих– не выполним…

— Стоп-стоп-стоп! Отмена. Нужно посоветоваться, — в кои-то веки включился второй земной и, развернув главаря к себе, громко зашипел. – Совсем с ума сошел? Нас же размажут!

— Вынужден согласиться, – злобно зыркнув на законного властителя, громким шепотом высказался Волькен. – Их там тысячи против нашей пары сотен. Бескрылых в расчет брать смысла нет – кто не разбежится так и так поделать ничего не сумеют. На магов надежды и того меньше. Ситуация безнадежна.

— Ваше высочество, – влез хотя бы попытавшийся говорить тихо единорог. – Выскажу персональное мнение: шансов ноль. Настоятельно рекомендую сдаться и понадеяться на пробуждение гражданской сознательности.

Лидеры мятежников застыли, ожидая ответа очевидно принятого ими в качестве конечного авторитета изгнанника.

Коий не спешил.

Молчание затянулось.

— Даже вы – те, с кем столько прошли и стольких одолели – даже вы не верите в меня! – в наконец прорезавшемся голосе звучит неприкрытая обида. В следующее мгновение обернувшись не проповедническим жаром. – Слепцы! Истинно, истинно говорю вам: Тот, кто с нами, больше, нежели те, кто с ними…

— Да-да-да, с детства умел изображать слова Фероса, — поспешил Хеилст предотвратить нечто, теоретически могущее сорвать казалось бы выигранную партию, невольно подстраиваясь под стиль.- Жаль мыслей так и не постиг – и сколь бы ни чужд говорящий сие учению Единого, а и то могу с уверенностью заявить: поступки твои ему отнюдь не по нраву.

— Тебе-то откуда знать?! – ремарка явно задела за живое. – Он дал мне меч, дабы каралось всякое беззаконие…

— Ага, прям лично. Нападение же во время переговоров с последующим кровавейшей и очевидно незаконной узурпацией власти наблюдателям почудилась, — в высшей степени уместная усмешка. – Принца земли в принципе в Городе быть не должно. Смысля вообще с тобой разговаривать? – разворот к прочим изменникам. — Граждане, не сомневаюсь: каждый стоящий предо мной – форменный негодяй.  Однако же выражу надежду на большую сохранность ваших мозгов, нежели прогнившего содержимого черепушки моего бывшего братца. Итак?

Троица переглянулась.

— Да, — твердо выступил вперед черный пегас по результатам безмолвного совещания. – Выполним всё. В срок.

Два других согласно кивнули.

Лорд воздуха облегченно выдохнул и чисто для проформы обратил взор на последнего члена тетрархии – и едва не вжавшись в спинку переносного трона. К счастью, вся эта безбрежная ненависть обращена не на него.

— Предатели, — констатация видимо отнюдь не неожиданного факта.- Не долго же держалась верность.

От дрожи удержался лишь Волькен.

— Не поймите неправильно, – первым принялся оправдываться маг. – Просто сложилось впечатление, что уважаемый руководитель ведет себя не рационально и…

— Короче: ты сбрендил, – грубо обрубил бывший «Верховный Главнокомандующий». – В петлю за тобой лезть никто не нанимался.

— Главное не волнуйся,- попытался ободрить собрата земной. — Когда тебе станет лучше, без вопросов…

 Смех. Очень нехороший смех.

— Глупцы! – широкая улыбка. – Неужели действительно возомнили, будто ПРИНЦ нуждается в ком-либо?

Раскатистый гогот – и волчий взгляд.

— Видит Пожирающий! Хотел бы сбросить с себя груз, – безумное веселье перешло в вопль отчаянья. – Избавиться от ответственности. Бросить всех вас – уродов – вами же и вашими же предками творимой судьбе. Цепям, сотни лет делающимися копытами закованных в них рабов. Но не могу, — по маске потекли слезы. — Долг выше желаний. Тяжелее чести. Больше жизни. Маловеры. Идите – лижите копыта очередному тирану, которому плевать на Город, Народ и собственных поданных. Вы мне не нужны. Я сам встану в проломе и совершу должное!

Очередной приступ демонического хохота.

Завершившийся исполненным драматизма прыжком в окно.

При полном отсутствии повода и препятствий.

Обильно настоянная на тягостном недоумении тишина.

— Мда, – наконец выразил кто-то общую мысль, – а ведь когда-то он был…

Опять молчание.

После которого вменяемые пони перешли к обсуждению деталей.

Преследовать, естественно, никто  и не думал – псих бессилен.

-

Слава, слава, слава Крепкому за ниспослание смиренному слуге сего воистину великого облегчения.

Расчехлившийся братец, пернатая орда у ворот и предательство сподвижников – ну совсем не до терзаний о природе бытия и собственном месте в мироздании.

Момент властно отпихнул отвлеченные размышления и потребовал действия.

Кое пишуший данный текст с радостью предоставил. И не одно.

Внезапно, общая хаотичность и неустроенность нашего временного правительства сыграла мне на ногу: изменникам при всём желании не удалось бы донести приказ о моем отстранении от командования до всех подразделений. Ежели они в принципе подобным заморочились. Разве только Лентус бы реально напрягся – но на него упала титаническая задача стянуть разосланных повсюду крылатых и ОТОБРАТЬ у населения уже розданную пищу.

Короче, мягкое обрезание лишних руководящих связей прошло без сучка  и задоринки – в первую очередь, благодаря стратегическому решению не орать и не жадничать, ограничившись минимумом необходимых ресурсов.

Ну, «минимумом». Впрочем, тут каждые слово в кавычки можно брать.

Положа копыто на сердце: никогда прежде не испытывал больших сомнений касательно своей вменяемости – или, по крайней мере, рациональности принимаемых решений. С другой стороны, не оставляет и ощущение их гениальности – согласитесь, симптом. С третьей, выбора особо не наблюдаю: облачники четко и последовательно обозначили факт собственного дезертирства. Даже коли нынешний грабеж нас не угробит, то последующие сношения с зависшей над нами язвой гарантированно Родину похоронят. 

Ибо солдафоны возомнили, будто могут обойтись без остальных – не без причины конечно и разумеется не забывая о чужих обязанностях.

И ведь если бы не проклятый Мирак, то вместо моего безголового братца там сидел бы кто-то действительно КОМПЕТЕНТНЫЙ и ЗАСЛУЖИВАЮЩИЙ…

Принц с размаху ударил себя по лбу и ровно десять раз вывел на полях словосочетание «не думать, сосредоточиться», после чего продолжил повествование.

Второй этап безумного плана также прошел аки по маслу, да еще и с бонусом в виде вычищенной ИЗ-ПОД чешуи зелени: безотносительно личного отношения к кровожадному чудовищу, разведение вместо одной большой смерти сотни маленьких погибелей никого бы не обрадовало. Тем паче, учитывая склонность последних к разрастанию в тысячи гигантских. Аж проникся некоторым сочувствием к источнику наших бед – у самого подобная ситуация в числе первоочередных кошмаров, озвереть не мудрено. Надеюсь, оное чудесное избавление заложит фундамент для будущего умиротворения и возобновления условно-добрососедских отношений…

— Сделано!

Жеребец дернулся и поднял взор на отрапортовавшего пустоглаза, переведя его затем на до сих пор запертые врата. Минутное размышление. Досадливый выдох:

— Открыть! Снять, обезвредить, проследить и так далее, а после ОТКРЫТЬ! Буквально! Чтобы пройти мог!

Он снова стукнул себя – смысл кричать на более-менее предметы интерьера, тем паче когда недостаточно подробно объяснил задачу – и постарался вкратце подытожить запись.

В общем, по милости Пламени удастся преодолеть и новый виток кризиса – в идеале, без жертв. А то и с полноценным прибытком.

Виновные же от кары так и так не уйдут – не здесь, так там. В моих приговорах точно нужды нет.

Наконец, последняя новость: шерсть отваливаться начала. Пухом. Вторая стадия.

Прелестно.

Долг будет выполнен. Несмотря ни на что.

-

— Вестей от психа нет? – вдруг прервал молчаливое созерцание летающей к ним кавалькады Волькен.

— Ни-ка-ких, — по слогам отозвался Лентус. – С тем же успехом мог сквозь землю провалится.

— Восхитительно, – внес свою лепту цитаделец. – Крылатых в таком виде и будем возвращать? Предъявят ведь, якобы порченные.

— Отсутствующее высочество отдал весьма конкретные и строго секретные указания по их питанию,– поспешил успокоить соратника маг. – В числе прочего указав на необходимость поддержания диеты во избежание утраты контроля. Так и сообщим.

— Добро, — веско, но без следа былого задора кивнул бывший Верховный. – Сколько бы юнец не кривлялся, а неуверенность сквозит из всех щелей. Примет – никуда не денется.

— Рад слышать, — облегченный выдох. Пауза. – Кто-нибудь вообще в курсе, каким макаром наш поехавший диктатор всего этого добился? То есть, в принципе, общий план представляете – особливо касательно рогатых? А то мне только скалился и заявлял дескать «лучше тебе не знать».

— Очень мило с его стороны, — единорог удивленно воззрился на черного жеребца. – Предусмотрительно. С заботой о товарищах. Как и положено настоящему солдату. Переживать не вижу смысла – этот доведет дело до конца. Ну, если конечно слишком быстро себя стимуляторами не угробит. Да и власти больно жирно оторвал.

— Подписываюсь под каждым тезисом – и предлагаю завершить диалог, – лишняя, практически ритуальная проверка на упорядоченность мундира. – Гости прибыли.

Лорд воздуха со свитой из носильщиков и охраны плавно опустился на специально для того выкопанный алый ковер – деталь, коллегами наверняка сочтенная оскорбительным и бессмысленно-затратным раболепием, однако же безмерно греющая сердце организатора действа. В конце концов, хоть минимальные-то приличия ведь надо соблюсти, а то вовсе до животного состояния скатимся.

— Приветствую, — небрежный кивок. – Приказ выполнили?

— Да, ваше превосходительство, – полноценный, без дураков соответствующий церемониалу поклон. – Затребованные ценности ожидают за дверью – в целости, сохранности и практически гарантированной неприкосновенности. Еда там же – упакована в брикеты.

По губам пробежалась предательская ухмылка – сколь бы не пытался офицер воспринимать ситуацию без эмоций, а мысль о пегасах, под видом лежалых сластей жрущих собственным собратьев не могла не найти в душе радужного отклика.

— Хорошо, — грабитель приосанился в переносном троне. – В соответствии с традицией, принимаю…

Мгновенно убившее и без того натянутую торжественность хихиканье. Почти девчачье.

На крышу аки на сцену вышел Принц. Один. Со здоровенным металлическим рюкзаком на спине. И тянущейся следом тяжело нагруженной тачкой.

— Дамы и господа! — голос усилен поразительно некачественно: предпоследний в пегасьей кавалькаде не услышал ничего, а последний упал на землю, зажимая уши. – Приготовьтесь к незабываемому зрелищу!

Трио «революционеров» не сговариваясь возложили копыто на чело.

 - Нашелся. Какая радость, — с несвойственным ему мрачным сарказмом прокомментировал событие Лорд воздуха. – Арестовать.

Стоявшая ближе прочих пара пегасов кинулась вперед – чтобы в считанных шагах от цели без предупреждения сменить направление на противоположное. Не разворачиваясь.

В наступившей тишине скалящийся земной пони вместе с прицепом неспешно поднялся в воздух.

Окутавшись мерцающим полупрозрачным клубком.

— Дорогие сограждане! – искажение режет не столько слух, сколько профессионализм. -  Позвольте продемонстрировать одну из множества вершин городского маго инженерного дела, первоначально носившее гордое имя Огромного Боевого Последнего Резерва. К сожалению, имевшиеся на стадии проектирования завышенные ожидания и отпавшая вероятность путаницы с не-огромными не-боевыми не-последними не-резервами привела к замене названия на банальное «Титан».

Презентация утомила целевую аудиторию: краткий приказ – и несколько десятков отлично тренированных и великолепно обмундированных прирожденных бойцов бросились на препятствие между ними и честно экспроприируемой собственностью.

Битва получилась короткой и зрелищной. Вырвавшаяся из сияющего яйца волна резко растолстевших до канатного состояния нитей смела весь центр нападавших. Остальные немедля рассредоточились и попытались окружить неожиданно зубастую жертву, дабы за считанные минуты отловиться и по одиночке отправиться в небо под торжествующий и порой прерывающийся кашлем смех.

Поверхность прояснилась и присутствующие узрели тяжело дышащего узурпатора:

— Прелестное творение, не так ли? – небрежный жест копытом породил настоящий фонтан разнообразных извивающихся отростков. — Защита и атака, абсолютная проходимость, великолепная система контроля за полем боя, интуитивное управление и множество дополнительных функций – вроде усиления голоса.

— Да-да-да, – небрежное помахивание отчаянно пытающегося выглядеть расслабленно Хеилста. – Будь всё так радужно – пустили бы производство.

Радостный кивок:

— Недостатков тоже полный короб. Прямо-таки нереальные энергопотери, вредное излучение внутри капсулы, несовершенная броня, при должном усердии разрушаемая даже. Главное же – стоимость. Буквально неизмеримая, бо за всю истории наблюдений с небес упал лишь один «источник чистой магии», за несанкционированное – и необратимое — встраивание какового в данный конструкт изобретателя отдали под суд…

— Управляешь-то каким образом?! – крикнул благоразумно отошедший в сторонку Волькен. – Или тоже скрытый единорог?

— Собирались сделать личным орудием для высшего руководства — Близ потребовал обеспечить возможность пользования Феросу. Справедливый был старикан, — почтительная пауза. — Жаль тогда еще не знали про излучение. Первый испытатель за несколько месяцев сошел с ума и вскоре оставил несовершенный мир, — еще секунд тридцать тишины. – К делу, – Принц вновь обернулся к Лорду. – Предоставляю вам возможность развернуться и свалить в Облачный город – сразу заметив несравненно большую предпочтительность вашего возвращения к выполнению своего долга. В случае отказа потери станут невосполнимы.

— Как щедро и смело, — подчеркнуто-неспешные аплодисменты. – И невероятно глупо. Предатель, изгнанник, ЗЕМНОЙ ПОНИ, успешно разболтавший секреты своего единственного преимущества – ставящий условия повелителю ТЫСЯЧ пегасов. Встречное предложение: убирайся или умри.

— Ой, ну мы прям два…- диктатор снова засмеялся — неожиданно звонко. – Пардон…кхм…сейчас соберусь, сделаю морду кирпи…ЭТА ШТУКА ЩЕКОЧЕТ МНЕ МОЗГ, О ЧЕМ ВООБЩЕ ДУМАЛ …– щупальца встрепенулись и ненадолго скрыли говорящего.  – Дика извиняюсь. Продолжим эпическую сцену, — голос наполнился соответствующим моменту пафосом. — Даю тебе последний шанс: перестань идти против рожна и прими волю Высшего Блага…

— Фарс утратил свежесть, – повинуясь начальственному жесту, носильщики подняли трон. – До встречи на поле боя.

Уйти ему не дали:

— Вроде бы весь из себя выросший и важный – а на деле ничуть не меньшее хамло, чем в детстве, — сияющие нити окружили скучковавшихся вокруг предводителя крыланов. – Видно же, речь полноценная заготовлена – выслушал бы хоть из уважения к чужому труду, — щупальца резко сжались, сдавив кавалькаду в один здоровенный комок – дабы через мгновение выцедить из нее скрученного Лорда. — Некоторых видно исправит лишь могила.

Чуть ли не со старта противостояния передислоцировавшийся в укрытие Лентус вздрогнул и неверяще воззрился на патрона. «Буквально вчера преданного патрона» — радостно подсказали из глубин разума.

Окружающие представители «Революции» явно испытывали схожие переживания.

Однако время шло, ВЕСЬМА внушительное подкрепление с Облачного приближалось, а казалось бы естественным образом вытекающего из момента действия так и не происходило. Частично скрытая за переливающейся полупрозрачной стеной фигура не шевелилась. Более того – выглядела подозрительно обмякшей. Будто бы зависший в киселе труп…

 Да он же опять вырубился! – к счастью, про себя воскликнул офицер, немедленно принявшись лихорадочно составлять план по обезвреживанию очевидно невменяемого руководства.

Тут звенящую тишину разорвал громкий и полный разочарования вздох сидящего по соседству Унвера.

— Кто бы мог подумать: бескрылому не хватает воинского духа. Поразительно, — с достойным немалого уважения спокойствием прокомментировал Хеилст, выворачиваясь из уз. – Серьезно: завязывай с балаганом и вали. Тебе не убить меня.

— Ха! Да я родную мать убил! В младенчестве! – после небольшой паузы с откровенно невеселым смешком возразил оклемавшийся Принц. – Для прослушивания оставшейся части хлесткого ответа, подождите пару минут, — аудитория недоуменно замолчала. Вдруг лицо под маской расцвело безумной улыбкой. – Признаю вашу правоту.

Фигура с рюкзаком и тележкой опустилась обратно на камни. «Титан» исчез. Освобожденные пернатые горохом посыпались вниз. Помятое кресло с грохотом разбилось о крышу. Спустившийся же следом Лорд торжествующе воздел копыто к небу:

 - Слабак!  Даже имея все карты не находишь сил исполнить последний этап собственного плана. Твоё племя безнадежно.

— А то! – с прежним нервирующим весельем шлепнул себя по колену сумасшедший. – Куда нам до вас,  с детства выдрессированных абсолютному послушанию и никогда не рассуждающих перед убийством сверхпоней. Вот только вся сцена и сам отрытый для нее агрегат – не конец плана, а всего лишь прокладка для соблюдения сроков и избежания категорически лишних трат а-ля перетаскивать еще и этот груз обратно, — показывавшая на двери склада нога устремилась ввысь. – Внимание на облако.

-

Вдоволь насладившись лицезрением стремительно распространяющейся паники, Принц соизволил вновь включить единорожью машину и расставить точки:

— Уважаемая гостья нашей Родины! – на сей раз громкоговоритель подкручен правильно. – Будьте ласковы: помашите  зрителям лапкой – для демонстрации контролируемости ситуации.

Ноль реакции.

— Это приказ, – добавлено тем же беззаботным тоном.

Оснащенная жуткими когтями огромная конечность с явной неохотой поднялась. Прямо-таки сверкая чистотой – от слизи не осталось и следа. Надеюсь, более важные аспекты драконообработки воплотились в жизнь с не меньшим тщанием. Надо бы проверить.

Потом.

Публика ждет.

— Дрр-рагоценные сограждане, – бывший изгнанник принял соответствующую моменту позу. — Позвольте представить действующих лиц: драконица, могучая и прекрасная, –  кивнуть догадалась. Славно. – Злобный тиран, многими любимый и занявший свой пост в полном соответствии с законами и установлениями – Лорд воздуха! – блин, нас ведь на этой крыше никто практически не разглядит. Проклятье. Впрочем, не останавливать же шоу. –  Наконец, белый и пушистый герой, по чистой случайности узурпировавший условный трон и продолжительное время питающийся исключительно соотечественниками – Принц земли!

Всплеск титановыми конечностями для яркости.

— Реплика героя, обращенная к злодею, имевшему наглость попытаться забрать собственные вещи – наружу опять прорвалось недостойное хихиканье. – Ответь, о мой маленький пегасик, кто главный в Городе?

Пафосное молчание с категорически подходящим сцене горделиво вздернутым подбородком. В кои-то веки научился чувствовать атмосферу.

Сохраняя исполненный непринужденности вид протягиваем щуп к звероящеру – и им же «зачеркиваем» в нерешительности зависшие на полпути крылатые орды.

— Ты, – ответ разнесся далеко и громко – спасибо предусмотрительно внесшим в конструкцию оную функцию инженерам.

— Замечательно, – едва ли не мурлычущий тон вознесся до повелительного. — На колени!

Лорд задергался. С беспомощным видом оглянулся, безнадежно ища поддержки у надеющихся на него.  Ненадолго застыл, собираясь с силами. Медленно поднял на мучителя пламенеющий взор.

— Перед тобой?! – звон благородной меди.– Никогда!

Неразличимый глазом бросок всего тела вперед.

Приключившаяся на пути нить взорвалась вихрем блесток. Выиграв драгоценную секунду для второй – разделившей судьбу первой, но также давшей мгновения для третьей. А потом четвертой, пятой, двадцатой.

Сколько бы неожиданной мощи не пребывало в сём казалось бы с детства знакомом теле, а итог неизбежен – труд многих одному не пересилить.

Спеленали. Пусть и в опасной близости.

Внезапно обнаруживший себя не дышавшим Принц закашлялся, сделал пару предупреждающих глупости со стороны аудитории жестов, затем с непритворной грустью произнеся:

— Не скрою: разочаровал. Опозорился. Позволил гордыне затмить долг. Мне стыдно за тебя. Не суть, — импровизированная смирительная рубашка слегка распуталась в районе рта. – Чисто из академического интереса: под «тобой» подразумевался «предательский братец», «ничтожный земной» или «кровавый узурпатор»? 

Плевок. Очаровательно.

Легонько сжимаем.

— Последний, отнюдь не праздный вопрос: ЧТО драгоценный пленник собирался делать ПОСЛЕ удовлетворения своих требований? Так и висеть над руинами, поплевывая на страдания родичей и аки комар периодически налетая высасывать из них последние капли крови? Уверен, ответ интересует немалое число слушателей.

Мысль простимулировать допрашиваемого мягким массажем отверглась на полдороги – в конце концов, нельзя же настолько-то откровенно впадать в садизм. К счастью, хватило терпения:

— Я намеревался собрать в Облаке всех небесных, наше имущество, минимум причитающихся нам по праву припасов – и уйти. Оставить всех вас, бескрылых, в кои-то веки САМИХ решать ваши проблемы и разбираться в ваших дрязгах, найдя нашим талантам лучшее применение – на достойной их службе. Неужели это так много? Возжелать судьбы, отличной от участи пилы и молотка в чужих копытах? Отпусти народ мой, — в голосе прорезались нескрываемые умоляющие нотки. – И никогда более не услышишь о нас. Прошу тебя. Ради всего святого и правильного.

Диктатор ненадолго лишился дара речи, неверяще прокручивая в голове вдохновенную речь.

В итоге разразившись хохотом:

— «Святого и правильного»? «Отпустить народ»? – клубок с размаху ударил о крышу, вероятно сломав пару костей. – Возблагодари Насадившего за бегущий по венам говорящего сие «пыл» — но даже с ним сжигающий меня гнев не облечь в слова! Предатель! Изменник! Дезертир! Поправший возможное и невозможное глупец! Ты СОЗДАН ГОРОДОМ – ДЛЯ ГОРОДА! Всё в вас, — широкая отмашка, — от острых кромок лезвий до перевариваемой в желудках пищи  – дано Отчизной! Все вы — с первого крика до последнего вздоха – принадлежите Родине! Последнему земному и первому единорогу – как и они каждому из пернатых! И вот в наступивший час великой скорби…

Калека моргнул.

Ну серьезно, случайно опустил веки, миг спустя подняв – однако прежде мудро сохранявшие почтительную дистанцию пегасы обнаружились подозрительно близко, плюс Лентус буквально под носом рогом размахивает, да и Хеилст еще чуть-чуть и вывернется.

Фер.

СНОВА.

— Кхэ-кхэ, — пара минут махания щупальцами для восстановления сцены внешней и внутренней. – Пардон за задержку – преисполнился эмоциями. Во-первых, благодарю за честность, — многосоставный поклон, — она сделала бесспорно требовавшееся моментом преступление несравненно легче. Во-вторых же, — узурпатор приосанился и лишний раз проверил настройки усилителя звука, — я, держатель Лорда воздуха и единственной заботящийся о Высшем Благе правитель оных развалин, приказываю всем гражданам покинуть Верхнюю часть  – вывезя ценности и зарегистрировавшись у моих подчиненных. Срок до вечера, — глубокий вдох, соответствующий выдох. Увы, боль скрыть не получилось. – На закате гнездилище сепаратизма пожрет пламя. Принц сказал.