Автор рисунка: Stinkehund
Прелестное дитя. Старые знакомые.

Лицом к лицу.

То, что нужно Силину.
Принц винил в произошедшем с Городом Эквестрию, обладая при этом косвенными, но относительно надежными доказательствами.

Мой малыш.

Еще такой маленький.

Умный, умелый, но послушный.

Понимает ли он меня?

Думаю, да.

Также как и я его.

Все лучше и лучше.

Драконий камень ему помог. «Титан» мне уже не нужен.

Но все равно – его отпрыски пока слишком немногочисленны и малы.

Однако они уже сами кормят своего родителя.

И так же послушны – не трогают моих хомяков, потому что я сказал им.

Более того – приносят еду и им. Защищают их. Высматривают врагов.

Волшебный шар, который ловит магию и показывает сказки, тоже помогает ему.

Как только я отдал его малышу, Зов, что будоражил мою кровь, затих.

Это ненадолго. Не знаю, почему.

Просто есть понимание, что рано или поздно, но другие драконы почуют его.

И захотят убить за то, что сделали далекие предки.

Не бойся. Мы здесь. Мы защитим тебя.

Хомячки тоже нам понадобятся.

Однако и ты должен держать глаза открытыми.

-
— Этот поход – настоящая катастрофа! – разорялся Шайнинг и другие командиры были явно согласны с ним – еда подвозится нерегулярно, чистой воды не хватает, коммуникации растянуты, да еще и этот проклятый лес постоянно пытается ухватить зазевавшегося солдата за глотку…

— Хорошо, что вы предлагаете? – царственно поинтересовалась Луна.

— Не поймите меня не правильно – сразу сник единорог – мое сердце также пылает праведным гневом и жаждой принести возмездие убийцы Принцессы, но…

— Ты хочешь отменить поход? – мертвым голосом спросила Твайлайт.

Даже Флаттершай уже улыбалась и вела себя как прежде.

Но лучшая ученица Селестии как будто умерла внутри.

Она работала. Много. Очень много. Друзьям часто приходилось буквально заставлять ее идти спать.

Не обращала внимание на то, что ест, порой — даже кто сидит за столом.

Почти всегда молчала и глаза ее были пусты.

Пока разговор не заходил о мести.

Тогда в ней загоралось пламя, какого нельзя было и заподозрить в этой хрупкой кобылке.

И горе тому, кого она подозревала в недостаточном энтузиазме.

— Да – сглотнув, все-таки произнес это капитан королевской гвардии – но не…

— Ты понимаешь, что говоришь, брат? – ее глаза начали разгораться.

— Ваше предложение неприемлемо – спокойно ответила Принцесса.

Шайнинг замялся, оглянулся на коллег.

— Простите, ваше высочество, что снова обращаю внимание на этот предмет, но мы просим вас прислушаться – встал он по стойке «смирно» — уже сейчас погибло сотни граждан Эквестрии – чьи-то сыновья, мужья, братья. Не в бою. Кто-то заболел неизвестной болезнью, кого-то поймали местные твари, некоторые утонули, другие упали или отравились. А ведь нам еще идти и идти…

Он вздрогнул, заметив взгляд сестры, но продолжил:

-…я бы никогда не предложил вам сдаться или отказаться от возмездия, но вы же сами сказали, что этот…монстр сам обещал прийти к нам. Не лучше ли нам вернуться и сразится с ним на нашей территории? Мы могли бы…

— Предатель! – прошипела Твайлайт – как ты можешь…

— Тихо – не повышая голоса, сказала Владычица Эквестрии – мы понимаем вашу обеспокоенность, но решение принято. Монстр ответит за все и мы не собираемся ждать, пока он выполнит свое обещание. Все свободны.

Ему ничего не оставалось, как только поклонится и выйти вместе с остальными. Только там он вспомнил, что не успел доложить о каких-то новых тварях, виденных разведчиками. Явные хищники, но не нападают…

-
— Вы звали меня, ваше…Силин? – устало поинтересовался Лентус.

— Да, колосс сообщил мне – монстр запнулся, что случилось впервые – не знаю, как описать. Родственники. Такие как они – кивок в окно – похожие и непохожие. С ними подобная мне.

— Эквестрийцы? – поднял брови единорог.

— Да, видимо они решили не ждать нашего прибытия и, возможно, правильно сделали – речь снова стала подобна прежней – мы еще не готовы.

И снова он удивился – Силин признал свою слабость.

— Что же мы будем делать? Город почти мертв и не будет сражаться за вас – полковник с ужасом понял, что в его тоне были осуждающие нотки.

— Встретим их, разумеется – снова показались внушительные клыки – низших я не боюсь, но Принцесса говорит о достойных. Они будут сражаться с нами. У них древние артефакты. Но и мы – не животные…

-
— НЕТ! Оставьте меня в покое! – единорожка вырвалась из походного шатра.

Так называемые друзья не стали ее преследовать.

Патрули и часовые даже не подумали бы задерживать любимицу Принцессы, так что она спокойно смогла добраться до пригорка. Там она снова раскрыла книгу.

Луна давала достаточно света. Но изучение не шло.

Где-то глубоко внутри ее начала грызть совесть.

Это ее друзья и они беспокоятся за нее. Желают только добра. А она так поступает с ними.

Но почему они не могут понять?

Твайлайт должна, обязана принести возмездие монстру, само существование которого оскверняет мир. Каждую ночь единорожка видит один и тот же сон и каждый день переживает одно и то же мгновение.

Как клинок пронзает плоть, а они могут только смотреть.

Все из-за нее. Если бы тогда она была внимательней к Спайку…

Слезы потекли из ее глаз. Впервые с того дня, когда ее мир рухнул.

И потом тоже – Принцессу пошла туда по просьбе любимой ученицы, жаждавшей новых знаний и возможности «разобраться» в происходящем.

Это она во всем…

НЕТ. ЭТО ОН.

СИЛИН.

Твайлат видит его во снах, обагренного кровью той, кто был ей куда больше, чем просто учителем.

ОН ДОЛЖЕН СТРАДАТЬ.

Силы появились. Она продолжила работу.

Кобылка оторвалась от чтения и протерла глаза.

Попыталась определить время.

Далеко за полночь.

Спайк и остальные несколько раз приходили, уговаривали.

Но она просто не могла.

Твайлайт должна быть готова…

Мощный зевок прервал ее размышления и усталость навалилась с новой силой.

Но на сегодня достаточно. Как верно заметила Пинки, чем меньше спишь, тем больше хочется спать.

Интересно, а есть ли что-нибудь в этом мире, способное изменить ее розовую подругу? Кроме ее самой, разумеется.

Единорожке вспомнилось, как земная пони пыталась развеселить ее все это время. И улыбка сама собой появилась на губах. Она так давно не была здесь, что вышла робкой и неуверенной.

Твайлайт улыбалась не шуткам и кривлянием, но мысли о своих друзьях, которые не оставят ее. Несмотря ни на что – она не одна.

Все, пора спать.

Волшебница погасила огонек и захлопнула фолиант.

Все еще улыбаясь, она начала спускаться с пригорка, когда услышала, как кто-то произнес ее имя.

Голосом той, кто был ей дороже всего на свете.

Кобылка вздрогнула, выпустила книгу, огляделась. Никого. Послышалось.

Она неуверенно хихикнула и уже начала упрекать себя в излишней переработке, когда зов раздался снова.

— Твайлайт!

Сомнений нет – это Она.

Но как? Где?

В противоположной от лагеря стороне что-то мелькнуло.

Глаза сразу нарисовали такой знакомый образ.

Неужто разум играет с ней шутки?

Ноги сами развернули ее в том направлении.

Нет. Стой. Опасно.

До города еще неделя.

Этого не может быть. Она…

А если нет?

Борьба продолжилась еще несколько мгновений.

Раздался новый призыв.

Такие знакомые очертания снова мелькнули. На сей раз – чуть дальше.

Твайлайт поняла, что никогда не простит себе упущенную возможность хотя бы увидеть ее еще раз.

-
Единорожка убежала уже довольно далеко вглубь леса.

Наконец, огни лагеря окончательно скрылись за деревьями.

Она пробежала еще немного и вырвалась на небольшую поляну, где остановилась, чтобы перевести дыхание.

Огляделась. Поняла, как долго шла. Попыталась прислушаться к себе.

— Нет. Это просто обман. Ее здесь нет – наконец произнесла с отчаяньем Твайлайт, ни к кому не обращаясь.

Однако, как ни странно, лес ей ответил. Тем самым голосом.

— О нет, Принцесса здесь. Во мне.

Из тьмы на другом конце опушки вышел Он.

-
Силин с интересом разглядывал свою жертву.

Вроде ничего особенного, но ведь глаза часто обманывают.

Ну что ж, начнем.

— Однако то, что вы видели – всего-навсего простая иллюзия – его рог засветился и на опушку вышло нечеткое изображение белой кобылы с разноцветными волосами – что же до голоса, то управление им – это лишь одна из множества способностей, что даровала мне Селестия…

— Не смей произносить ее имя! – ночь разрезал яркий фиолетовый луч.

Он успел защитится, едва. И даже несмотря на это ощутил боль. В сущности, впервые.

Аликорн зашипел. Воистину, глаза обманывают и в этот раз.

Впрочем, она все равно ему не ровня.

От второго луча он уклонился и ответил языком огня, нацеленным немного выше ее головы.

Но кобылка не пригнулась, как ожидалось. Пламя разбилось о нечто невидимое.

Еще интереснее. Надолго ли тебя хватит?

Силин стал нарезать круги вокруг магички, атакуя ее с разных сторон.

Вскоре она перестала отвечать, затем – стала задыхаться и, наконец, один из языков прошел сквозь барьер и опалил хвост.

Вокруг кобылки появился лиловый шар, а сама она обессилена упала на землю.

Дракон остановился и заговорил снова:

— За что вы так меня ненавидите? Я же еще ничего не сделал?

— Убийца – тяжело дыша, произнесла жертва – само твое существование – преступление. Как ты мог так поступить с ней?

— А, вы имеете ввиду Принцессу? – оскалился Силин – я ее не убивал.

Единорожка подняла глаза. Ненависть и безумная надежда.

— Принц сделал это, хотя он не был собой уже тогда – он начал обходить шар по часовой стрелке – я родился в момент его смерти, когда и аликорн и дракон уже были частью меня. Хотя больше всего во мне именно Принца и в том числе — цели.

— И что же тебе нужно? – уже приходя в себя, поинтересовалась единорожка.

— Исполнить мечту моего родителя – построить мир, где все будут счастливы – для проверки он дыхнул на пленку. Ничего.

— Думаю, что тогда ты идешь не тем путем, как и тот, кто породил тебя – ухмылка превосходства? Или просто я еще плохо понимаю их?

— Принц был пленником собственных иллюзий, до конца пытаясь удержать безумие глупцов, особенно когда уже сам стоял над пропастью. Он был неправ – кивнул Силин, ударив в другом месте – пытаясь создать идеальное общество из тех, кого сам же считал несовершенными. Почти до конца глупыш считал, что даже худшие из его «сограждан» являются хорошими. Просто так сложились обстоятельства. Принц верил, что все они созданы «Высшим Разумом» и могут СТАТЬ совершенными…

Он полоснул по шару хвостом.

-…впрочем, это уже не важно. Я не повторю его ошибки. Как и он сам помнит «не может быть хорошего ножа, сделанного из плохой стали». Мне нужны хорошие материалы для нового мира. Мне нужны вы – еще язык пламени.

— И что же во мне особенного? – напряженно наблюдая за ним, поинтересовалась единорожка.

— Многое. Принц очень интересовался вами. Нагзаанрев жаждет пообщаться с той, кто был все это время с ее сыном, что же касается Принцессы…- он вплотную приблизился к пленке -…она ценит вас…

Шепот и толика ее магии:

-…любит вас…

Она смотрела ему прямо в глаза.

По шару пробежала волна.

-
— Твайлайт! Твайлайт! – знакомый визгливый голос – ты в порядке?

— Да, Пинки, только не кричи – глаза открылись с трудом – дайте мне отдохнуть — вы же сами всегда…

— Нет времени! Держи – на голову что-то опустилось.

Внезапно навалились звуки. Крики, лязг, шум пламени, хлопанье крыльев.

Вокруг шла битва.

Друзья, брат, солдаты дрались с тварями. Вроде Него. Она не могла их посчитать – так быстро они появлялись и исчезали.

Луна кружила в высоте. С ней сражался сам Силин.

— Вставай! Нужно помочь! – снова затормошила ее Пинки, а затем истошно завопила – эй! Твайлайт встала! Все сюда!

Друзья услышали.

— Хвост дрожит!

Он тоже услышал. Тень накрыла двух кобылок и единорожка почувствовала, что ее поднимают.

Выстрел. Попадание. Яростное шипение – и монстр унесся в небеса, явно собираясь вернутся.

Но друзья уже окружили ее. Элементы Гармонии засветились.

Он издал гортанный рык и исчез. Его твари сбежали.

Битва закончилась столь внезапно, что сперва многие этому просто не поверили.

Однако прошло несколько минут. Солдаты начали формироваться в отряды, собирать раненых и погибших, оказывать первую помощь.

Луна присоединилась к их маленькой кучке, как и Шайнинг. Все требовали ответов.

Услышанное очень им не понравилось.

-
— Но причем здесь Эквестрия? – возмущенно спросил брат – хотя какая разница – эта тварь должна быть наказана!

— Но если он ничего не делал, а просто родился уже таким страшненьким? – все так же прыгая, поинтересовалась Пинки.

— Если бы мы не успели найти Твайлайт, то этот монстр похитил бы ее – ударил он копытом – еще раз: большое спасибо…

Тень обрушилась на них с высоты.

— Сержант, вы сошли с ума?! – набросился на пегаса Шайнинг – мы ведь чуть вас не убили! Что с вами…

— Простите…сэр…срочно…- попытался прервать его крылатый, но никак не мог восстановить дыхание.

— Что может быть такого важного, что вы забываете субординацию? – грозно уставился на него подошедший командир воздушных сил.

— На лагерь…напали…

-
Радуга ударила в самый центр.

Ночь стала как день.

Ужасные существа, минуту назад рвавшие несчастных пони в клочки изменились.

Они все еще внушали страх своими клыками, шипами, панцирями.

Однако теперь эти создания ни на кого не бросались.

Более того – Твайлайт видела, как ближайшее к ним чудовище пыталось зализать оставленную им же здоровенную рану на теле солдата.

Битва прекратилась…

…но даже магия Дружбы не может вернуть погибших.

И сейчас, во вновь сгустившейся тьме, раздался голос того, кого она ненавидит всеми фибрами души:

— Разве может быть в идеальном мире несправедливость?

Кровь обильно удобрила эту несчастную землю.

— И как может быть правосудие без наказания?

Солдаты потерянно стояли посреди разгромленного лагеря, с ужасом глядя на своих павших товарищей.

— Эквестрия будет наказана за то, что она сделала с моим родителем и его Городом.

За ужасом приходит ярость и гнев. Оружие сжимается до ломоты.

— Это – лишь начало, но поверьте – мы еще встретимся с вами.

Твайлайт издала нечленораздельный рык и фиолетовый луч поразил ближайшего монстра. Раздался жалостливый вой и существо, только что помогшее кому-то встать, упало набок и засучило ногами. Это послужило сигналом для начала избиения.

Ей послышался болезненный вздох.