Автор рисунка: MurDareik
Крах. Удар ответный.

Семейные трудности.

И особенности магического протезирования.

Отлично подготовленная, но не идеально выполненная операция.

Не стоило нам настолько уповать на магию.

Хотя с другой стороны – именно деятельность волшебников являлось наиболее опасной и непредсказуемой.

Да и разве можно было обезопасить себя еще больше?

В конце концов, это же был Дворец, да еще и под усиленной защитой – несколько тысяч солдат, сотни магов, десятки защитных заклятий.

До сих пор мне сложно поверить, что это все-таки произошло, несмотря на сыгранную главную роль.

Главный вопрос – как? Каким образом противники умудрились пройти сквозь самую совершенную и продуманную защиту в цивилизованном мире?

Столько теорий, версий, улик. Впору писать диссертацию.

Не суть.

Факты просты: вооруженная группа проникла на территорию самого охраняемого объекта в Империи и совершила террористический акт. Глава государства был убит, вместе с десятком охранявших его гвардейцев и магов.

Теоретически.

Прояви они милосердие и добей слабо шевелящиеся останки с оторванными ногами и распоротым брюхом, то было бы и практически.

Но убийцы не сделали этого.

Лишь магией Столичного Начертания и висящими на мне артефактами можно объяснить мое выживание.

Относительное.

Охрана подоспела уже через несколько минут и обнаружила меня в состоянии клинической смерти. Им удалось не дать моей душе уйти и погрузить в магическую спячку.

Традиционная медицина и магия оказались бессильны. Противник позаботился об этом.

Выздоровление было за гранью возможного.

Однако ради Императора можно пойти и на невозможное.

Спустя много месяцев, то, что когда-то было Принцем земли, вновь увидело свет.

Пробуждение было не радостным.

-
— Признаю – к такому я готов не был – камни тепло переливались – мне стоило тебя послушать и подождать с объяснениями.

— Все не так плохо – попытался ободрить его Канцлер.

— Да, мы все еще не в Бездне – не поворачиваясь, кивнул Император – но думаю, ты и сам понимаешь, что экономический крах, иностранная интервенция и гражданская война это тоже нехорошо? Все?

— Нет, но лучше бы вам пока отдохнуть – осторожно отозвался единорог.

— Не волнуйся – меня сейчас не поразит ни извержение вулкана в двух шагах от города ни дождь из кексов – земной пони, если еще можно было так его называть, наконец оглянулся.

Лучше ответить.

— Я уже упоминал о внутреннем противостоянии – вздохнув, начал он – поводом ко всей этой канители было выступление Королева, которая заявила, что ваш «союз» был плодотворен…

Глаз-камень ярко вспыхнул.

-…по ее словам, у вас родился сын. Наследник. Весь нобилитет был приглашен на церемонию, которая предполагалась прелюдией к принесению присяги – паузы меж словами становились все длиннее – Королева попросила меня при всех провести исследование на отцовство и объявить Империи результат. Вы помните – заклятье Нить Сиятельных. Его еще наши чейнджлинги использовали, чтобы…

— Каково было объявление? – игра света на драгоценностях стала угрожающей.

— Что представленный жеребец не является вашим сыном – твердо ответил Канцлер.

Единственный живой глаз сидящего напротив существа закрылся, а камни засветились как праздничные фонарики.

— Я солгал – решил идти до конца единорог – это существо действительно ваш отпрыск по крови. Однако по духу он принадлежит Крисалис.

-
Честно – бедствия, обрушившиеся на мою родину, удивили меня куда меньше, чем новость об отцовстве.

Мне всегда казалось, что подобное невозможно – все-таки она не пони.

Но разве я могу не поверить собственному Канцлеру?

В тот момент мои камни могли показаться спятившими светлячками – у меня просто не было опыта, чтобы управлять ими.

Вечно одинокий Император внезапно получил сына, причем сразу тридцатилетнего или около того – видимо она родила его почти сразу после первого рождения Империи, когда я отослал ее после одного из самых тяжелых разговоров в своей жизни.

До сих пор не могу понять ее мотивов.

Почему Королева скрывала его?

Допустим, хотела полностью взять воспитание ребенка на себя. Оградить от моего влияния. Но вряд ли общение со мной могло бы сбить с «пути истинного», когда ему перевалило за двадцать.

Может, она боялась, что я не приму ее сына?

Сомневаюсь. Все-таки мы провели вместе много лет и Крисалис должна была понять…

Император мысленно ругнулся.

С чего это правительница чейнджлингов «должна была понять» его?

Да – они долго находились неподалеку друг друга.

Но очевидно, что он никогда не понимал ЕЕ.

Влюбленный дурак научился замечать перемены настроения, читать в глазах еще не высказанные желания, предугадывать поведение и реакцию.

Узнал вкусы и предпочтения.

Он смотрел на внешние проявления и делал выводы исходя из поверхностных наблюдений, однако так и не смог вскрыть эту игрушку и увидеть то, что внутри.

Устремления и идеи.

Мечты и сны.

Суть.

И уже никогда не сможет.

Горестный вздох все-таки сорвался с плотно сжатых губ.

По счастью, оратор как раз рассказывал о войне Реставрации и проявление слабости оказалось как раз к месту. Не зря же ее называют Братоубийственной.

Работы по воскрешению моего не очень-то теплого тела слишком затянулись, а срок их окончания все время откладывался. Вполне естественно, что в народе начали бродить определенные мысли. После очевидного для нее обмана Канцлера, Королеве даже не пришлось придумывать ничего нового – она лишь озвучила то, что давно гуляло в головах.

Правительство было обвинено в сокрытии факта смерти повелителя Империи с целью узурпации власти. В итоге –раскол нашего общества на «новых» и «старых». Но до открытого конфликта дело дошло не сразу – армия была наготове.

С гибелью Императора рухнула последняя надежда на восстановление привычного порядка. А с ней сломался и клин, сдерживавший народный гнев.

Особо ушлые воротилы умудрялись поворачивать его против своих конкурентов, но в большинстве своем толпа нападала на традиционные цели – «не таких». Первыми в ее невидимом списке были обильно присутствовавшие на севере южане. Чтобы как-то разрядить ситуацию, их начали в массовом порядке вывозить из городов на побережье Юзланда и в Северо-Западную. И без того чувствующей себя весьма нездорово экономике это нисколько не помогло.

Однако аборигенов Южного материка было недостаточно для утоления жажды найти виноватых. Скорей всего потому, что большинство относилось к ним с явным презрением. А вот имперцы – это совсем другое дело. Но просто так избивать своих соседей было как-то неудобно. Они ж не варвары.

Нужна была ИДЕЯ.

Понятно, что произошло дальше. Армия, уже успевшая поднабраться политической зрелости за это неспокойное время, с радостью приняла участие в «восстановлении законной власти». Не вся – часть просто самоустранилась, уйдя на побережье Юзланда. Впрочем, ее уход дела не менял – в Империи началась гражданская война.

Жить стало лучше, жить стало веселее.

А когда мои обижаемые подданные уже успели надавать друг другу хороших таких тумаков – пара городов в огне и десятки тысяч погибших – наши дорогие друзья с побережья помогли сделать те времена еще интересней.

Войска Северного Союза, который был создан на основе таможенных договоренностей приморцев и официально являлся оборонительным, совершили высадку на северо-востоке Юзланда. Цели их зависели от успехов на фронте и варьировались в основном промежутке от «защиты населения» до «освобождения народа Империи от ига тиранов».

Веселые ребята – когда аборигены не захотели освобождаться и начали выражать свое мнение традиционными способами – поджогами, ночными атаками, отравлениями источников воды и прочими методами партизанской войны – они также не нарушили освященных временем обычаев и ответили в тон – заложники, казни, реквизирование продовольствия, круговая порука и так далее. Хотя справедливости ради надо признать – мирные жители были на порядок более агрессивными и решительными, чем оккупанты. Поначалу.

Наш флот, как и не принявшая участия в главном развлечении часть армии, также не дремали и оказали гостям отличный прием. Настолько хороший, что остальные решили, будто отвлекаться от братоубийства не стоит. Вот только если на море у врага не было шансов, то на суше наши дела совсем скоро стали плохи – имперцев было мало, а о снабжении и подкреплениях говорить не приходилось. В то время как приморцы с удовольствием пользовались столь любезно построенной нами дорогой через Ледяном плато – аборигены, как ни странно, хранили нейтралитет.

Дикари, одним словом.

Все шло своим чередом, но тут возродился Император и ВНЕЗАПНО…практически ничего не изменилось. Увидев мою очень красивую, хотя и сильно отвердевшую шкурку, большинство «новых» радостно заявило, что я – лишь магический конструкт, слепленный из оскверненных останков их возлюбленного правителя мерзейшим Канцлером, который сотворил меня используя темнейшую из возможных магий и вообще – злодей.

Честно говоря, вынужден отчасти согласится с мнением касательно второго лица в государстве. Когда мне доложили КАК и из ЧЕГО получены составляющие мое новое тело ауги…

В ответ он заявил лишь, что сделал это ради блага Империи.

Идеальный аргумент, тем более что жертвы уже были принесены.

Я так и не смог дочитать доклад – остановился на применении беременных пегасок для сердечного камня. Поначалу – живых.

Не суть.

Это было не напрасно.

Народ дождался «пони, который придет и молча поправит все».

Правда была на нашей стороне, хотя единство командования и целей также очень пригодилось. Среди наших противников кого только не было – сторонники единодержавия во главе с Крисалис и подвижники демократии, анархисты и жаждущие децентрализации магнаты, южане и расисты…

Даже религиозные фанатики – и те выступили против нас, как только Община официально заявила о натуральности Императора. Не знаю уж, был ли тогдашний Владыка уже хапугой и карьеристом или же просто хозяйственным идиотом. Так или иначе за «небесный мандат» мне пришлось немало заплатить – значимое расширение полномочий, неприкосновенность высших иерархов, обязательный налог и тому подобное. Тогда до меня наконец-то начало доходить, что за монстра я создал. Впрочем, до настоящего осознания было еще далеко. Пока что все внимание пришлось сосредоточить на мирских делах.

Положение было уже не столь плачевным, как в день моего пробуждения – больше половины населения теперь поддерживала «старых», внутренний противник заперся в своих крепостях, а внешний выжидал. Однако я медлил предпринять очевидные решительные меры – стоит мне напасть на одного и другой ударит в спину, а даже если нет, то потом может просто не хватить сил.

В итоге мне ничего не оставалось, как пойти на риск…

-
— Нет, это существо не является Императором – подтвердила свой вердикт Королева.

Новая волна боли и разочарования. Таких знакомых.

Наполовину каменный пони не стал умолять ее дальше – просто развернулся и ушел. За ним потянулись и остальные старички.

Диана хмыкнула.

Почти все «Старички» моложе ее. Впрочем, учитывая, сколько она спала…

 — На что он надеялся? – прервала ее мысли Крисалис – что я все брошу и побегу обнимать полутруп? Идиот.

— Нууу…выглядит он довольно красиво – просто чтобы что-то сказать отозвалась Наследница.

Собеседница внезапно остановилась и удивленно посмотрела на нее.

Она спокойно ответила на этот взгляд.

— Тебе давно пора найти себе кого-нибудь – наконец постановила Королева и продолжила путь – в конце концов, есть же ответственность перед Родом. А то только спишь и развлекаешься. Уверена — любой кавалер с радостью примет твой интерес.

— Не сомневаюсь – помрачнела Защитница Короны – вот только думать он при этом будет в основном об этом самом Роде. Мне как-то не улыбается быть исключительно объектом для деторождения в глазах своего супруга или смотреть на него так же.

— Глупо – жестко бросила Королева – ведь так было бы намного лучше для вас обоих. Ты ведь помнишь, что случилось с твоими родителями?

Испорченный чейнджлинг споткнулся, но быстро взял себя в копыта и пошел дальше.

— Да – отец убил себя, чтобы спасти мать, которую в свою очередь выпила я – так ровно, как только могла, отозвалась Диана.

Крисалис остановилась и приподняла подбородок своей воспитанницы

– Мы можем и должны принимать любовь, чтобы быть сильными, но нам нельзя отдавать свою — зеленые глаза смотрели с лаской и добротой, однако Наследнице вдруг почудилось, будто в глубине была какая-то тоска – прости, что напомнила тебе об этом, но пойми – я беспокоюсь о тебе и хочу, чтобы ты была счастлива….

Ледяная игла, появившаяся в сердце после воспоминания о семье, стремительно таяла под этим теплым взглядом.

-…ведь ты моя воспитанница — конец фразы дышал нежностью.

Ее сердце наполнилось благодарностью к прекрасной повелительнице, что так много сделала для нее. Тело само потянулось обнять ногу своей Королевы.

Кобылка не заметила, сколько они так простояли. Она снова почувствовала себя маленьким непоседливым жеребенком, чей папа ушел, а мама заснула. И во всем мире у нее осталось только одно существо…

Наконец они разошлись по комнатам. Переговоры закончены, но вылетают они только завтра.

По дороге Диана подумала, что Крисалис права, как и всегда. Стоит забыть о несбыточном и сосредоточится на том, что доступно.

В конце концов, она может просто выбрать себе супруга, произвести продолжение для Рода и расстаться. Или даже без последнего – ведь спать можно и при наличии мужа.

Кобылка не глядя прошла мимо часовых и вошла в отведенную комнату. Солдаты здесь были скорее для проформы – напасть во время переговоров это все равно, что признать себя проигравшим.

Ей вдруг представилось, как тошнотворно будет выглядеть традиционное ухаживание, когда они оба знают, что интерес друг в друге у них чисто деловой. К тому же он наверняка попросит от нее каких-нибудь косметических процедур – пусть не сразу, но после свадьбы-то точно.

Нужно будет найти кого-нибудь получше — вряд ли она выдержит больше одного ребенка…

Внезапно Диана почувствовала запах из только что опустошенного ею стакана.

Этот аромат вызвал очень неприятные воспоминания.

-
По счастью, чай не оказал сколь-либо заметного отравляющего эффекта на мой первый инструмент. Но и ожидаемой степени подчинения дождаться не удалось. Ничего, к тому времени мы уже далеко продвинулись в деле контроля сознания и снова нам очень помогли вывезенные с юга маги.

Один из ближайших соратников Королевы был в наших копытах, что вкупе с точными данными и ключами к нами же построенным оборонительным сооружениям Убежища давало все необходимое для успешного проведения тайной операции «Семейное воссоединение».

В группу вошло два высших чина Империи – я по личным причинам, а Канцлер – как знающий почти все секретнейшие заклятья нашей страны. Еще было несколько десятков аугументированных магов и гвардейцев. Они носили и маскировочные ауги. Не хочу даже думать о способе их производства.

Плохо помню переход к Убежищу, как и блуждания внутри – все мои мысли были о предстоящей встрече с сыном. Мне никак не хотелось принимать резко отрицательное мнение о нем, высказанное Канцлером, который уже неоднократно общался с ним. Никто другой не мог дать сколь-либо объемного описания.

Но вот мы, наконец, дошли до тронного зала и ворвались внутрь. Без боя было не обойтись – ночью мы могли просто не обнаружить Королевы, да и шататься такой большой группой в темное время суток было бы подозрительным. Все пошло немного не так…

-
— Какая ирония – ведь ты сам порекомендовал мне сделать секретный лаз с охраной – улыбнулась Крисалис, наблюдая как вторженцев окружают – и что же ты сделаешь теперь, монстр?

— Достигну своей цели – спокойно отозвался переливающийся противник – сдавайся и все еще может стать как раньше.

Она расхохоталась:

— Глупец — неужели ты правда думаешь, что мне ХОЧЕТСЯ быть твоей заложницей?

Какие знакомые чувства.

— Или ты настолько сошел с ума, что решил, будто нравишься мне? – почти нежный шепот.

Эмоции прямо-таки хлещут, но что-то в них не так.

— Сдавайся, Королева – голос остался ровным. Зачем скрывать, если мы оба знаем о них?

— Взять их – взмах копытом.

Чейнджлинги ринулись в атаку, но наткнулись на магический барьер.

Это их не спасет. Дело двух минут.

Камень, вставленный в его глазницу, вспыхнул синим пламенем.

Большая часть ее подданных начали с воплями кататься по полу. На их коже проявлялись рисунки.

— Почему все считают меня идиотом? – вместо ожидаемой злобной радости повеяло печалью – даже ты. Мы ведь не просто так клеймили их. Хотя должен признать – никогда бы не подумал, что смогу сам исполнить это заклятье. Меня не победить. Сдавайся.

Крисалис почувствовала, как на нее снова накатывает отчаянье.

НЕТ.

Ради спасения ее Народа…

-
Она отказалась и погнала своих корчащихся от боли подданных вперед. Они шли. Между черными и их аликорном действительно была особая связь.

Мне ничего не оставалось, кроме как заставлять их страдать еще больше.

Чем больнее делалось им, тем тяжелее на сердце становилось у меня.

Как моя избранница могла так поступать с собственным народом?

Но это было еще не самое страшное.

Королева натравила на меня собственного сына и напала сама.

Такая вот счастливая семейная встреча.

Они проиграли.

-
— Ответь мне – неужели все эти годы ничего не изменили и перед тобой все еще лишь пища? – наклонился Император к замотанной в паутину предательнице – ты ведь знаешь мои чувства.

Крисалис просто отвернулась.

— Оставь ее, чудовище! – раздался крик сзади.

— А вы, молодой жеребец, понимаете, что я ваш чудом выживший отец, не так ли? – повернулся он к удерживаемому пленнику – неужели вы не ощущаете ничего, кроме ярости?

— О нет, во мне сейчас куда больше эмоций. Не могу передать, как я рад видеть тебя живым – «земной пони» весь засветился от радости – ведь теперь у меня будет возможность лично расквитаться с тобой,…

Поток брани.

— Что ты сделала с ним? – снова обернулся Император к своей избраннице. В голосе сквозила печаль – ради чего? Впрочем, ты все равно не ответишь, правда ведь?

Молчание.

— Могу я, по крайней мере, узнать твое имя, жеребчик?

Словесная грязь полилась с удвоенной силой.

— Я бы назвал тебя иначе, но это не важно – полукаменный пони подошел вплотную к самому дорогому пленнику в своей жизни и, положив копыто ему на голову, торжественно произнес – отныне и до моей смерти, ты нарекаешься Принцем.

По эффекту на зрителей, эта простая фраза вполне могла сравнится с внезапным появлением Дракона.

— Простите, ваше величество, но это именно то, о чем я подумал? – наконец разрушил наступившую тишину Канцлер – вы назначили это…существо преемником? Следующим правителем?

— Да.

Только что назначенный наследником жеребец вскинул глаза…