Привет, Рарити

На двадцать пятый день рождения Рэрити приготовила себе идеальный подарок.

Твайлайт Спаркл Рэрити Эплджек

Снежная ночь

После того, как первая снежинка падает с неба, Луна вспоминает, что видела Сноудроп в последний раз перед тем, как превратиться в Найтмер Мун. Затем она засыпает и начинает свое ночное путешествие по снам, спеша к своей подруге в своем собственном сновидении.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Однажды ночью

Жеребёнку не спится ночью, и он решает навестить родителей в их спальне.

Принцесса Луна ОС - пони Король Сомбра

Великая и Могущественная Любовь

Трикси Луламун всегда мечтала о великой любви, но увы, ее характер и несдержанность всегда подводили в ситуациях с жеребцами. Что же сможет изменить в ней капитан королевской гвардии, и какую цену она должна заплатить за исполнение мечты?

Трикси, Великая и Могучая Фэнси Пэнтс Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Незваный слушатель

Флаттершай готовит хор птиц к визиту принцессы Селестии, но всё идёт не совсем гладко...

Флаттершай

Пони костра и солнца

Моё прощание с Ольхой и Рябинкой.

ОС - пони

Потерянная память

Эквестрия существует в течении нескольких тысячелетий. Ни один пони не знал войны, ни один пони не знал, что такое убийство. Но как и какой ценой это было достигнуто?

Твайлайт Спаркл Спайк Дерпи Хувз Другие пони ОС - пони Доктор Хувз

Сказка о пути к Истине

Как решения одного меняют жизнь многих.

Рэйнбоу Дэш Эплджек Спайк Биг Макинтош Дерпи Хувз Бон-Бон Другие пони ОС - пони Октавия Бэрри Пунш Колгейт

Дневник

При раскопках древнего городка был найден дневник пони, но археологи не были готовы узнать, что он написан незадолго до создания Эквестрии.

Другие пони ОС - пони

Паутинка

Жара, усталость и противная железяка на боку.

Дерпи Хувз

Автор рисунка: MurDareik
Песнь льда. Глава V: Нежданчик Песнь льда. Глава VII: Логово зверя

Песнь льда. Глава VI: Боль и надежда

— Ану просыпайся. — Холодная вода вылилась на меня, пробуждая мой разум в миг. Голова трещала, пробуждая недавно ушедшие рвотные позывы. Шишка в области головы говорила, что меня ударили чем-то тяжелым, а значит меня поджидали. Кое-как переборов себя, я все-таки смог осмотреться. Комната или даже подвал, куда меня привели, был изолирован от света, полностью отдавшись во власть тьмы. Лишь свеча, стоявшая на столе через решетку, слабо рассеивала кромешную темноту, воцарившуюся, как мне показалось, в небольшой комнатушке. Осмотревшись, я заметил, что акцент, с которым ко мне обратился похититель, был странным, грубоватым. И только сейчас я увидел, что это был грифон, который стоял за решеткой и наблюдал за моими довольно-таки глупыми действиями, которыми я пытался принять более-менее удобное положение. Одетый в кольчугу, пернатый находился всего в пару метрах от меня, и тут у меня в голове созрел план.

— Какого ломаного сена?! — вскрикнул я, хватаясь за рог. Мой план по побегу явно был предусмотрен. Какой-то обруч висел на роге, мерцая и гася магию, направленную из рога. “Ну эти клювастые у меня еще попляшут”. — Что вы тут еще задумали и что это за ерунда? Королевская гвардия прибудет и всех вас пернатых…

— Да, да, да. — Спокойным тоном согласился грифон, позвякивая связкой ключей. Устроившись поудобнее на стуле, он передал к зашедшему к нему такому же грифону какую-то телеграмму. — Тебе видимо интересно, что мы здесь делаем? Ладно, я просвещу тебя, все равно тебе некому будет рассказать. Месяца три назад, местные жители нашли шахту. Не найдя ничего полезного кроме неизвестного им кристалла, они забросили ее. Наша разведка случайно нашла шахту, прячась от ночного холода, и сообщили герцогу Витолду. Представь, что мы нашли в недрах шахт.

— Дайте догадаюсь, кристаллы душ? — Съязвил я, постаравшись сделать лицо как можно наглее. Мне было все еще не понятно, зачем грифоны спелись с мэром города, причем тут шахта и добыча кристаллов. — Скажи-ка, а зачем тогда вам понадобился этот старый ублюдок Шир? Ведь он и вовсе бесполезен.

— А ты еще не догадался? — Грифон пристально на меня посмотрел хищным взглядом, а потом вернулся в свою естественную позу, в которой он находился всегда во время нашей беседы. Признаться честно я еще никогда не видел грифонов. Я считал их более дипломатичными, но как оказалось, они приемлют лишь силу, а может не все грифоны такие жестокие? — Ах-ах-ах, вы пони такие забавные, вот почему вы проиграете войну. Ну да ладно. Кристаллы вызывают зависимость, а ваш продажный Ширррр, продавал нам ненужных и неугодных ему пони. Мы тем временем давали им утолиться энергией кристаллов и отправляли на рудники. Они были готовы на все, лишь бы снова получить источаемую ими энергию. Теперь тебе все понятно? — Как-то грозно посмотрел на меня мой надзиратель, возвращаясь к бумагам на столе, и, оставив меня одного.

Я уже и не знал, сколько и сидел, переваривая услышанное. Не хотелось верить, что кто-то мог вот так просто превращать другого в раба. Мозаика выстраивалась в целостную картину, и она убеждала меня, что надо действовать. Но я сидел и глядел в стену, в безысходности забившись в угол, сдавшись…

Первый день в камере был не на много лучше последующих. Начальная попытка сбежать из камеры увенчалась плетьми. Сжавшись, я лишь терпел, удар за ударом, день за днем, отрицая все и вся. Мой мир рухнул, как только я выехал их Кантерлота. Тот прекрасный мир, который я себе представлял, где все живут в мире, рассыпался как песочный замок, разрушенный чьей-то увесистой лапой. Я уже смирился с тем, что я никогда не выберусь и возможно, меня тоже скоро отправят в шахту.

Сатина, который был со мной, в первый же день увели, не знаю куда. Десятки камер выстроились в длину. Я оставался один наедине с тьмой, которая окружала меня, не давала покоя, однако я уже не обращал не нее внимания, полностью забившись в себе. После пятого дня я уже перестал считать, сколько я уже пробыл тут.

— Вставай, вставай, кому говорят! — Грифон постучал по решеткам камеры, вырывая меня из своих дум. Я уже был готов к очередному наказанию. Удары кнутом были не смертельными, они не давали мне умереть. Хотели сделать из меня раба, что у них почти получилось. И каждый день все сначала. — К тебе пришли.

Подчиняясь, я лишь еле приподнялся не в силах подняться выше и прислонился о стену. В свете факелов, я заметил лишь несколько фигур, сопровождающих старого и более толстого сородича. Одетый в кольчугу, он лишь презренно посмотрел на мою сторону, изучая своими хищными глазами. Мне было уже все равно, что сейчас сделают со мной. Пожалев о том, чего не успел сделать, я лишь сплюнул сгусток крови. Надев на меня кандалы, два грифона встали по обе стороны от меня на случай попытки сбежать, как бы глупо не звучало. Мы шли по темным коридорам, шли быстро и я еле поспевал за ними, как каждый раз меня тянули за кандалы, от чего боль вскипала с новой силой. Пройдя еще примерно метров сто, мы приблизились к лестничному подъему и, судя по тому, сколько было ступеней, мы находились метрах в пятидесяти под землей. Подниматься пришлось тоже быстро, чтобы поспевать за надзирателями, которые мне порядком надоели. Двери тоже оказались из толстой древесины с железными пластинами. Тяжелый, он неохотно открывался, и даже двух подоспевших грифонов еле хватило, чтобы открыть эту громадину.

Свет. Солнечные лучи, которые я не видел довольно долго, врезались в глаза, обжигая их. Я невольно зажмурился, привыкая к свету. Лишь спустя пару минут зрение восстановилось и я заметил, что я не в городе, я в лагере, лагере грифонов.

Давай шевели копытами! — острие копья уперлось мне в спину, заставляя идти вперед. Я видел, как десятки пони будь то маг, пегас или земнопони, трудились на руднике, причем в цепях. Пегасы были отрезаны от неба, их крылья были. Земнопони носили кандалы, связанные между собой. Они то выходили из шахты, то вновь возвращались обратно. Единороги же носили такие же браслеты на рогах, что и я. Никто не обращал на меня никакого внимания; шли, смотря себе под ноги, боясь поднять голову.

Весь лагерь был окружен частоколом с башнями, откуда за нами наблюдали грифоны. Несколько казарм выстроились у крепости, у той, что находилась в отдалении, на случай бунта. И грязь. Куда не пойди, везде грязь, вонь. Несколько грифонов сидят и играют в карты, запивая все это каким-то напитком. Жилища, точнее тюрьмы для нас располагалась в центре всего этого, соединяясь с еще несколькими небольшими строениями, функции которых я так и не узнал. А за пределами лагеря бескрайний лес. Если удастся сбежать, это может сыграть нам на копыта. Близкое расположение деревьев не даст использовать крылья пернатым, а мы тем временем быстро передвигаемся по земле, даже пегасы и те, ничуть не медленнее на земле.

Уйдя в свои мысли, я и не заметил, как врезался в мускулистого земнопони, который ростом выше меня.

— Гляди куда прешь, мелочь! — Оставив вагонетку с содержимым, укрытым материалом, он встал в полный рост и перекрыл мне дорогу, заранее оттолкнув назад.

— Отставить! — Гаркнул один из грифонов, но быстро получив одобрение от командира, отступил.

Все пони образовали круг, не давая мне выйти, кажется, намечалась драка. Он шел на меня словно буйвол, я же пытался увильнуть и не попасться в его копыта. Я уворачивался от его довольно неуклюжих ударов, нанося ряд быстрых ударов по его корпусу, но кажется, он даже и не чувствовал ударов. Мы были полностью в грязи. Удары сыпались, а он и не думал падать, лишь зло бранясь в мою сторону. Толпе, собравшейся на бесплатное побоище, кажется, эта драка нравилась. Все время то с одного, то с другого угла нашего кольца из пони доносились выкрики, утопающие в криках толпы.

— дерись как жеребец, трусливая тварь!

— А ты подойди.

Один неверный шаг и я схлопотал мощный удар по боку, еще один уже в другой. Я уже шатался и еле держался. Уворачиваться становилось все труднее, пока наконец не выдохся и он. Его неуклюжие удары становились все более предсказуемыми. Кровь сочилась с моего носа, но меня это не волновало, я ждал. Ждал подходящего момента и вот он настал. Повернувшись ко мне спиной, он допустил ошибку. Быстро среагировав, я собрал все силы и молнией полетел в его сторону, заранее выставив копыто вперед. Сильный удар по челюсти и громила отлетел на другой конец нашей импровизированной арены.

— Схватить этих двух и в клетки!

По приказу их командира, сразу несколько грифонов накинулись на меня, закручивая, надевая кандалы. Здоровяку досталось не меньше. Чтобы успокоить разбушевавшегося пони, потребовалось с десяток грифонов, которые перекидывали цепи, укладывая его на землю и наваливаясь сверху.


Очнулся я уже в клетке. Небольшая, она была чуть больше меня, и было не очень удобно располагаться в ней. Шел снег и это угнетало еще больше, к тому же клетка была на площади. К удивлению было не очень холодно, что хоть чуть-чуть радовало. На улице, кроме дозорных на башнях, не было никого. Было довольно поздно, и лишь небольшая и основная часть освещалась факелами.

— А ты неплохо дерешься. — Признаться, я немного удивился, когда где-то сбоку от меня раздался чей-то сдавленный, но грубой голос. Обернувшись, увидел того самого здоровяка. Весь коричневый, с чуть более яркой гривой, он выделялся огромной мускулатурой, и даже клетку пришлось сделать для него отдельно, чтобы он мог поместиться.

— Тренировался. И ты тоже неплох.

— Меня зовут Стэн.

— Лайт, приятно познакомиться.

— Ты это, извини, что я тебя… так…

— Да пустяки, я сам виноват. Не легко сдерживаться, когда каждый день за тобой следят эти грифоны, а еще погоняют тобой, словно игрушкой. — Стэн был какой-то слишком спокойный. Я решил воспользоваться ситуацией и разузнать все об этом месте.

— Слушай, а давно ты здесь?

— Месяц второй уже.

— А можешь рассказать побольше об этом лагере?

— Ну, это пернатые, прилетели с гор и обустроились тутова, словно хозяева. Начали строить башни, вышки. В заброшенную шахту зачем-то полезли. Ну, мы не долго думая, собрали крепких ребят, да пошли надирать их пернатый зад. Надрали, а они на следующий день притащили раза в два больше своих. Так мы и попались в плен.

— А пегасы, единороги откуда?

— Единороги тут давно. Устроили себе храм, и давай молиться своему богу. Видимо там и половили их всех. А про пегасов не знаю.

— Интересно. А что вы возите из шахты?

— Дак это, кристаллы какие-то. Везем, загружаем в телеги и все. Грифоны потом улетают с телегами, а прилетают с пустыми.

Тайн становилось все больше, и чем больше я тянул, тем меньше времени оставалось у меня. Надо было как-то убегать. Но как? Я же не могу бросить их всех тут. Даже если подниму всех, нас перережут без разбору. Хотя если…

— Когда и сколько улетают грифонов?

— Да вроде десятка два. Когда, точно не знаю, всегда по-разному.

Так, если они улетают с двумя десятками бойцов, лагерь остается почти беззащитным, а значит меньше глаз и сил. Надо как-то попытаться узнать, когда отправляется следующий груз.

— Это хорошо.

— Ты что-то задумал?

Я еще не уверен, стоит, доверять этому здоровяку или нет. Вдруг что взболтнет раньше нужного. Но все же он пригодится, но я посвящу его лишь в часть своих планов, которые зрели у меня в голове.

Мы работаем на грифонов, они считают нас рабами, слабыми, беспомощными. Ничего, мы им еще покажем, на что способен народ Эквестрии. На что способны пони, жаждущие свободы.


От друга

Пишу отчет с задержкой. Цель, как вы и предупреждали, отправилась на север. Днем позже последовал за ним, но никаких следов его прибытия я так и не заметил. Нашел пожилую свидетельницу, которая утверждала, что видела его в лесу. У меня есть догадки, что здесь происходит.