Глубинный мрак
Глава XI. Первая из пяти.
На «Площади», и без того постоянно оживленной, особенно, в районе базара, было не протолкнуться. Большая масса людей двигалась в противоположную от подорванного туннеля сторону. Кафе было далеко оттуда и чуть на возвышении, так что из него открывался отличный вид на происходящее.
Рядом с нами пробежал человек в униформе – один из местных хранителей порядка. Я окликнул его и спросил, что там происходит.
– Да те бандюки, которые двигатель с Ботанической украли, подорвали несколько шашек динамита. Их поймали, а они, как всегда, пьяные. Вот и решили устроить нам всем фейерверк. Вот их и завалило, и поделом. Только теперь и по тунелю не пройти.
– Вот черти.
– Ага, спасибо, начальник, — он кивнул мне и направился к своим товарищам успокаивать толпу.
– Так значит, теперь нам не пройти? – взволнованно спросила пони из-под балахона.
– Ну почему же, – покривился я. – Кто ищет, тот найдет. Только поиски могут быть очень неприятными.
С «Площади» на «Динамо» вели три пути. Один, по которому поезда ездили по работающей ветке, то есть, напрямик. Этот-то туннель и завалило. Второй вариант я откидывал сразу, так как нам пришлось бы идти по недостроенным путям. Местные быстро разорвали бы пони, не посмотрев, что она разумная, цветная, и у нее есть рог и крылья. Хотя я их частично понимаю, так что не буду винить в излишней всеядности. Третий и, видимо, последний вариант вел на поверхность.
– И почему мне так не нравится выражение твоего лица, Джон?
После долгой подготовки: приспособить противорадиационный костюм под пони – дело нелегкое, – мы, наконец, были готовы. Единственным минусом было то, что из-за костюма Твайлайт не могла летать и колдовать: плотная ткань сковывала крылья, а ее составляющая, что не пропускала радиацию, как оказалось, блокировала еще и магию.
– Запомни, главное, что тебе надо делать, – слушать меня. Ты еще ни разу не встречалась с местной фауной, поэтому приготовься к легкому шоку. И да, большая просьба, не стой от испуга на месте, как вкопанная. Хорошо?
– Постараюсь, – кивнула Твайлайт.
Гермодвери открылись, и мы начли подъем на поверхность.
Сказать, что поняшка была поражена, – не сказать ничего. Я более чем уверен, что если бы на ней не было костюма, то я смог бы наблюдать широко разинутый рот.
– Ну, Твайлайт, что я тебе говорил пять минут назад?
– Ты мне не говорил что ваши города такие… – она не договорила. Наверное, хотела сказать, что они унылые или мрачные. Скорее всего.
– Ладно, любительница пасторальных картин, пошли. Чем быстрее окажусь под сводами сырого потолка, тем раньше буду чувствовать себя в безопасности.
Поверхность. Воспоминания из детства были сейчас почти недосягаемыми. Я уже, конечно, поднимался в эту жуткую усыпальницу старого мира. Тогда, в первый раз, она встретила меня снегом и завываниями ветра. Сейчас же все было тихо. Видимо лето, раз нет снега.
Я повел Твайлайт к набережной. Нам необходимо было попасть на ту сторону реки, так как спуск в «Динамо» был именно там. Так как плотина разрушилась от взрывной волны ядерной боеголовки, сталкеры, ходящие по поверхности организовали, нечто вроде парома: небольшой плотик с натянутой между берегами веревкой на случай, если им понадобится переправиться через реку не зимой.
Твайлайт молчала, впрочем, как и всегда до этого. Терзали ли ее переживания за подруг, восхищалась ли она местными пейзажами, или просто была подавлена атмосферой мертвого города, – не знаю. Но, может, смогу ее разговорить и отвлечь от мрачных мыслей.
– Твайлайт, а кто ты в своем мире?
– Библиотекарь, – ответила она с заминкой. Ее голос звучал непривычно, искажаясь переговорным устройством противогаза.
– Библиотекарь? Серьезно? – Удивленно протянул я, – Ты мне не кажешься библиотекарем.
– А кто я тогда, по-твоему?
– Ты больше походишь на учителя.
– Да? Честно говоря, я действительно люблю читать лекции.
Тем временем мы уже подошли к переправе.
– Непохоже, что это сможет выдержать нас обоих и не перевернуться, – скептически отозвалась Твайлайт о небольшом плотике, сооруженном из местного мусора.
– Вот сейчас и узнаем. Дамы вперед.
Мы перебрались на противоположную сторону без проблем, благо ветер дул не слишком сильно.
Поднялись на проспект Ленина, о чем мне сообщила Твайлайт, прочитав табличку с чудом сохранившейся надписью на одном из домов, и направились в сторону «Динамо».
Неожиданно Твайлайт остановилась.
– Что такое? — поинтересовался я.
– Я что-то чувствую… Меня так и тянет в ту сторону, – она указала копытом правее направления, по которому нам надо было идти.
– Я, конечно, понимаю, что тебе хочется исследовать новые места, и все такое, но находиться на поверхности продолжительное время бывает порой слишком опасно. Так что давай-ка пойдем к входу…
Она не дала мне договорить.
– Меня тянет туда амулет…
Так, а вот это уже совсем за гранью моего понимания.
– Джон, я просто обязана туда пойти.
Было нечто такое в ее голосе, что заставило меня, нет, не подчинится, а самому захотеть туда отправится. Что ж, не думаю, что небольшой круг доставит нам много хлопот.
Теперь руководство взяла пони. Она вела нас, грубо говоря, куда глаза глядят.
Мы, наверное, долго могли продолжать так двигаться, но нам преградил дорогу злокрыс. Существо напоминало крысу только длинными резцами, в остальном это был скорее облезлый волк.
Я пальнул в его сторону пару раз, и он мигом умчался туда, откуда прибежал.
– Да уж, Твай, не ожидал, что твое шестое чувство приведет нас всего лишь к обычному злокрысу….
Вдруг невдалеке, буквально, в соседнем переулке, послышались еще выстрелы.
– А вот это уже интересно. Побежали, быстрее!
Мы помчались по улице, огибая заржавевшие остовы машин.
А когда мы добрались до места, откуда были слышны выстрелы, увидели вот что: человек в кожаном плаще с капюшоном нес на плече голубую пони с радужной гривой; рядом с ним лежал обуглившийся, все еще дымящийся скелет, видимо, того самого злокрыса.
Все чудесатее и чудесатее. Не удивлюсь, если сейчас он достанет из кармана мини-огнемет и подожжет нас.
– Рэйнбоу Дэш! – вдруг вскрикнула Твайлайт.
Черт, только не говорите, что сейчас придется сражаться с этим внушающим страх типом.
Человек обернулся, положил пони на капот одного из ржавых автомобилей и, приблизившись, протянул:
– Какая удача. Неужто мне сразу и вторая попалась? Видимо, да. А могу ли я узнать ваше имя? – обратился он ко мне.
– Меня зовут Джон, и у меня есть большая просьба к вам. Отдайте пони нам.
– С чего бы это вдруг? Я ее нашел, следовательно, она моя.
– Она своя собственная! – сурово заявила Твайлайт. Где то я слышал эту фразу.
– Не в нынешнем положении. И тебе бы, парень, я посоветовал бы по-хорошему отдать эту особу мне. Будь уверен, она принесет тебе много неприятностей.
Я более чем уверен, что в этот момент Твайлайт обернулась ко мне, ожидая моих слов, как приговора свыше. Она ведь сейчас полностью беззащитна. Но я же не какой-то там подлец с «Чкаловской»…
– Нет. Ты отдашь нам радужногривую пони либо по-хорошему, на что я очень надеюсь, либо по-плохому.
– Ну что ж, будь по-вашему.
Мгновенье – и мы оба держали друг друга на прицеле. Патовая ситуация.
– Твайлайт, аккуратно обойди его и забери свою подругу. А я пока придержу его. Она быстро кивнула и шмыгнула за машину.
– Вот и отлично, – кивнул незнакомец, – моему нанимателю не понравится, если я как-то причиню ей ущерб.
Он стянул капюшон. Черт, мне точно больше определенно не хочется на поверхность. Это даже не человек! Это… человек-мутант! Его лицо покрывала чешуя, глаза походили на кошачьи.
Он открыл пасть с острыми зубами и выдохнул пламя.
Вот черт.
Я кинулся на землю, и хвала фортуне, огонь зацепил лишь небольшую часть костюма, кое-где обуглив его.
Я выстрелил, но тварь быстро спряталась за укрытие. Я не спускал с него глаз, пока меня не одернула Твайлайт:
– Все, я ее взяла, – действительно, пегаска, а это была именно пегаска, лежала на спине Твайлайт: – Уходим?
– Погоди минуту…
Я достал пару гранат, и, оторвав чеку, бросил к укрытию мутанта одну,а вторую чуть дальше. Раздался взрыв. Надеюсь, я прибил его. Не хочется, чтобы за нами по пятам следовала человекоподобная огнедышащая ящерица.
Тем временем наша новая спутница уже приоткрыла глаза.
– Твайлайт… Неужто я в понячьем раю? Не думала, что тут так мрачно.
Мы с аликорницей одновременно расхохотались.
Пока мы добирались до «Динамо», я успел познакомиться с этой забавной пегаской – Рейнбоу Дэш, самопровозглашенной лучшей летуньей Эквестрии.
Она рассказала нам, что с ней приключилось за первый день, уделив особенное внимание поединку с грифом.
– И тут я сделала это! – глаза радужногривой засияли. – Но этот монстр не дал мне улететь, и мы оба врезались в землю. Мы даже проломили какой-то потолок, или что-то типа того.
– Ты и вправду обрушила какой-то туннель? – скептически спросил я.
– Если не веришь, могу тебя отвести к этой дыре!
– Спасибо, не стоит. Поверю уж на слово.
Хватит с меня приключений на поверхности! И слава небесам, мы наконец-то добрались до входа на станцию «Динамо».