Жестокий Мэйнхеттен

Необычный отчёт полиции

Итак, первая запись. Что там обычно пишут — "здравствуй, дорогй дневник"...а, пофиг. Да, весьма интересно писать свои мысли, вместо того, чтобы озвучивать. Ну что можно написать...я в очередной раз переехал. На этот раз моим пристанищем стал Мэйнхеттен — шумный и богатый город для таких же шумных и богатых особ. Однако для таких, как я, там тоже есть место. Нужно же кому-то обслуживать этих богатых и шумных. Для щупловатого пегаса, вроде меня, лучшей работы, нежели почтальона, не нашлось. Да, собственно, и не нужно. Жалование более чем приличное, на него в магазинах рабочего квартала можно купить всё, что нужно простому пони, и даже чуть-чуть остаётся. Но хватит о себе. Считайте, что мы теперь знакомы. Имя моё вам ничего не скажет, собственно,как и внешность.

Собственно, почему заводил дневник...в моей жизни начались ох какие большие перемены...но всё по порядку.

Тот день был ничем не примечателен. Те же восемь часов бесконечного шныряния по городу туда-сюда, выслушивания вечных и бессмысленных претензий и замечаний от ненавистного начальства и тот же путь домой. Ну, про путь домой я только успел так подумать. Только вот решил почему-то пойти другой дорогой. Путь мой лежал через самые пустые и безжизненные улочки рабочего квартала. Не знаю, почему, но я захотел пройтись в одиночестве. Собственно, я и так ходил в одиночестве, но в этот день мне захотелось некой абсолютности. и ещё, не знаю, почему, но в тот день я пошёл, слушая звуки окружающего мира, а не любимую музыку. Обычно я ходил по улице, скрыв уши под наушниками и вкушая творчество самых разных музыкантов, но в основном это была группа "Полуночники", в которой спонсором, басистом и бэк-вокалистом является...принцесса Луна! Ну все, собственно говоря, это сами знают. И да, ещё очень полюбился дуэт "Консерватория Электро", который образовался из известных на всю Эквестрию виолончелистки Октавии и диджея Винил Скрэтч. Эта смесь электронных жанров с виртуозными партиями виолончели просто восхитительна! Но ладно, что-то ушёл я от темы. Хотя, это же дневник, в нём, вроде бы, можно всё что угодно писать...но ладно.

Шёл я, значит, в тот уже прохладный осенний день, слушая шум ветра между домами и думая о чём-то своём. Проходя мимо очередной подворотни, я, неожиданно для самого себя, остановился. Мой мозг среагировал на странный шорох быстрее, чем я успел это осознать. Шорох повторился, только на этот раз всё моё внимание было сконцентрировано именно на нём...мне тогда показалось, что сквозь ветер из подворотни доносилось ещё и...хныкание? Я пошёл на звук. Источник долго искать не пришлось...и я был вынужден несколько секунд потратить на собирание челюсти с земли, когда я увидел этот самый источник. Между старыми, переполненными мусорными баками сидела маленькая белая единорожка с нежно-голубой гривой, напоминавшей собой небо, и плакала. С виду она была как раз в том возрасте, когда родители начинают подбирать школу для своего жеребёнка, ибо на следующий год уже придётся туда провожать. Только для неё некому было выбрать школу. Я так решил, и тут мне пришла в голову замечательная мысль — взять её к себе. Ведь я всегда так хотел иметь семью...

Прошло...а не помню я, сколько уже прошло. Пара недель, не меньше. Колд Айс (так представилась мне единорожка)
живёт у меня.

Я стараюсь всячески радовать её, уделять ей как можно больше времени, но она всё равно как-то...не доверяет мне, что ли. Оно и понятно, как бы вы себя вели, подбери вас в таком мелком возрасте в подворотне неизвестно кто. Я прекрасно понимаю её поведение. Но я вижу в её глазах благодарность. Она в душе очень рада тому, что нашёлся тот, кому она нужна, кто не бросит её. Откуда она и как оказалась на той помойке, я не знаю, потому что решил пока её ни оч ём не расспрашивать, дабы не давить на и так уж подорванную психику. Теперь мой долг — дать ей нормальную жизнь. Только мне кажется, что это будет совсем не просто. Она какая-то...грустная всё время. Я чувствую, что она хочет мне что-то сказать, но это "что-то" гложет ей душу и слишком страшно, странно, неправильно, ненормально...и поэтому не может сказать. Ну ладно. Время лечит...надеюсь, всё образуется. Опа, а вот и она меня зовёт...

Фух, добрался я и до дневника. Прошло...ну, месяца три, не меньше. В моём, наконец-то прибранном и более-менее ухоженном доме, царит атмосфера любви и доверия. Колди стала мне совсем как дочь...она молодец. Очень самостоятельная девочка. Я могу со спокойной душой уйти с утра на работу, а, вернувшись вечером, обнаружить её в целости и сохранности, играющей во что-то или что-то читающей. У неё прямо-таки врождённая тяга к знаниям — так и норовит вечно выучить какое-нибудь заклинание, найденное в книгах, что я ей купил, и начать проверять его на всём, чём попало. Так, однажды у меня случился потоп, а в другой раз она заморозила меня всего и, сначала побегав вокруг, догадалась-таки взять молоток и стунуть по мне хорошенько. Я тогда простыл, а она меня лечила. Как же хорошо, когда ты не один. А вечером, когда мы ложились спать, она осторожно наклонилась и поцеловала меня в лоб и сказала: "Спокойной ночи, папа. Выздоравливай, а я тебе помогу." Я тогда не смог сдержать слёз...да и она тоже. Мы так провели минуты три, обнявшись, обливаясь слезами, и потом, наконец, я отправил её спать, пообещав, что всё будет хорошо.

Я тогда понял — вот оно, свершилось. Мы наконец-то стали семьёй. Настоящей, держащейся не на моей жалости к ней и безвыходности её положения, а на искренней любви, любви ни за что, просто так, просто потому что мы есть...вот честно, я уже стал забывать, как подобрал её, как входил к ней в доверие, задабривал, в общем, делал всё, что было в моих силах, чтобы и она смогла забыть про эту ужасную страницу в книге её жизни. Но это не всё. Она стала мне не просто дочерью, но целью всего моего существования...я теперь и представить не могу, как я вообще мог всю свою самостоятельную жизнь провести в полном одиночестве! Хотя нет, теперь понял. Детство принесло свои плоды. "Не испытавший любви не сможет её познать" — так сказал один древний мудрец. Я, наблюдая за другими пони на протяжении своей пока ещё недолгой жизни, всё больше убеждаюсь в истинности этого изречения. Но, слава Богиням, я не такой. Всё-таки есть во мне немного везучести. Единственной, кто любил меня, была моя тётушка по материнской линии. Сразу после окончания школы я переехал жить к ней. Но, к моей безвременной печали, она умерла всего через год от рака. В завещании она наказала мне продать её дом в Клаудсдейле и переехать оттуда в другое место. Почему? Скажу так — мне просто не было места среди обычных пегасов. Я не был...крутым. Да и сейчас, собственно, ситуация та же. Но в других городах никто не обращает на это внимания — менталитет не тот. Только вот с моим телосложением сложно найти работу под стать расе. Хотя все, кто меня более-менее знали, поражались моей выносливости. Так что в Мэйнхеттенском почтовом отделении меня сразу же приняли с распростёртыми объятиями, благо вакансия имелась. Тогда я подумал — вот оно, счастье, наконец-то я смогу устроиться хоть где-то, не придётся снимать жильё, можно будет купить себе небольшую квартирку...только с появлением в моей жизни Колди пришло осознание, что лишь теперь я сделался по-настоящему счастливым. Скрестим перья и будем молиться, чтобы всё так и осталось...

Пишу сегодня, потому что больше не с кем разделить радость...прошёл где-то месяц после прошлой записи. Я сводил Колди на собеседование и маленькое пробное тестирование в близлежащую школу, и её приняли! Досрочно, обычно приказ о зачислении составляется за месяц до начала учебного года, а тут до него ещё полгода! Я просто сидел и собирал челюсть с пола! Преподаватель, проводивший собеседование, сказал мне, что у Колди способности выше, чем у кого-либо из его учеников, и что он лично будет следить за ней и всячески способствовать успешному обучению. Колди тоже без ума от счастья, надо было видеть, как она выскочила из ворот школьного двора...невозможно описать. На её мордочке было видно истинное счастье, даже прохожие улыбались, глядя на нас, идущих и весело разговаривающих. Сегодня я решил устроить нам праздник — взял часть своих сбережений, причём немаленькую, и повёл Колди сначала обедать в её любимое кафе, а потом было решено отправиться в парк развлечений. Пришли домой уже поздно вечером, усталые, но довольные. Ну, как сказать, пришли. Я пришёл, а она приехала у меня на спине — устала, не рассчитали немного со временем...ну ладно. Вроде бы, всё рассказал.

Давно не писал... Но сейчас самое время... Я не знаю, что происходит... Это какой-то кошмар наяву. После того, как я выздоровел, прошло два месяца. Удивительно, но я даже помню, какого числа писал в прошлый раз... Последний месяц для меня стал страшным сном. Колди...она...заболела. Я не знаю, чем, без понятия, что с ней...явно что-то необычное, а врачи в госпитале рабочего квартала ну настолько странные и дурные, что я просто боюсь к ним соваться. Моя маленькая Колди целыми днями плачет или спит, тянется ко мне, но отстраняется, когда я касаюсь её, крича, что я не заслужил, не должен, что она не хочет мне зла, просит её не оставлять...я просто сижу рядом и стараюсь её утешить, что получается плохо. Сейчас она заснула, а я использую момент...я не знаю, что делать дальше. У меня плохое предчувствие...у неё во сне светится рог и я заметил, что когда я рядом, у меня начинаются галлюцинации и менно в те моменты, когда рог светится...ой, она просыпается...

Пожалуй, это последнее, что я напишу...я не знаю, что делать. Смысл существования потерян...а значит, жить больше незачем. Она умерла. Значит, умру и я. Ведь так я смогу быть с ней, утешить её и скрасить её одиночество...а прощаться мне не с кем. Скоро здороваться придётся...

Отчёт полиции Мэйнхеттена.

"Произведён выезд по сообщению о выстреле. Место — Рабочий Квартал, Дымная улица, дом 57. Владелец дома, как было установлено по найденным в ходе обыска документам, — некий Рэйн Спитфайр, племянник знаменитого члена Вандерболтов. Пегас, серо-голубого окраса, грива и хвост густо-синие. Был найден мёртвым в спальне. Причина смерти — выстрел в голову из пистолета калибра 6.3 миллиметра неизвестной марки, предположительно — собственной сборки из самопальных запчастей, купленных на чёрном рынке. Причина выстрела — суицид. Тело погибшего покрыто странными оранжевыми волдырями, из которых сочилась кровь. Рядом с телом погибшего, а точнее, в его крепких объятиях обнаружен труп кобылки-единорога возраста около семи лет. В розыске не состоит, заявлений о пропаже не поступало. Документов на неё или с её упоминанием также не обнаружено. Тело её покрыто такими же волдырями, как и у суицидента. Предполагаемая причина смерти — неизвестная болезнь, симптомом которой являются волдыри, описанные выше. Время смерти пегаса — около 22 часов, время смерти кобылки — около 20 часов. В доме погибшего был обнаружен полнейший хаос, ни одной вещи на своём месте, многое уничтожено или необратимо повреждено. Оба тела будут направлены в Центральню Медицинскую Академию Кантерлота для полного изучения и проведения исследования неизвестной болезни, после будут кримированы.

Комментарий составителя отчёта:

В доме погибшего, прямо рядом с местом смерти, обнаружен дневник, приложенный к данному отчёту. Предлагаю к прочтению.

Младший офицер полиции Мэйнхеттена, Холд Тайт."