Смертные

Дружба

Карета остановилась перед рядом древних мраморных надгробий, вырывая своими колесами куски дерна.

Единорог, тянувший карету, сдернул упряжь, надетую поверх его ярко-алого пальто, и тяжко вздохнув, позволил ей упасть. Его дыхание легким паром клубилось в осеннем воздухе. Он неторопливо подошёл к дверце кареты и открыл её.

— Мама, мы приехали.

— Спасибо, дорогой — донеслось изнутри — пожалуйста, помоги мне спуститься.

Тяжело опираясь на сына и слегка пошатываясь, из кареты вышла пожилая белая единорожка. Её иссохшие ноги были едва ли толще рога, если не считать распухшие коленные и плечевые суставы. Грива была все такой же поразительно фиолетовой, как и в молодости, но красители, которыми Рэрити пользовалась для поддержания цвета и блеска, сделали волосы тонкими и ломкими. На ней были чёрные пальто и шаль для защиты от холода.

С другой стороны её поддерживала старая подруга. Возраст уже сказывался на Флаттершай, но хотя её грива и поблекла, став бледно-розовой, двигалась она с силой и изяществом сорокалетней кобылы.

За ними летело свернутое одеяло и узелок из ткани, окутанные лазурным сиянием. Магия Рэрити была сильна, как обычно. Расстелив телекинезом одеяло перед надгробным камнем, она прислонилась к Флаттершай. Потом не торопясь дошла до него, и была бережно усажена пони, поддерживающими её по бокам.

— Если понадоблюсь вам, я буду у фонтана — сказал младший единорог, встав и собравшись уходить.

— Санстоун (Sunstone) — Флаттершай положила копыто на его плечо — так мило с твоей стороны, что ты привёз нас сюда.

— Я знаю, как много это значит для мамы. Для вас обеих. Я рад, что сделал это.

— Кто-нибудь из моих внуков должен был хотя бы помочь тебе.

— Я знаю, что они очень заняты. — Это было правдой, у её семьи не было ни одного свободного мгновения между сбором яблок и приготовлениями к свадьбе одного из внуков, подумал Санстоун, вытирая пот со лба. — Не волнуйтесь обо мне, я не настолько стар, чтобы не справится с одной каретой — Он ускакал прочь, оставляя старых друзей одних.

Они сидели в тишине. На могиле лежали увядшие цветы. Перед ними возвышалась грубая гранитная плита, с гравировкой в виде трёх яблок.

— Мы все должны были быть здесь, — сказала Рэрити, — как это было раньше.

— Пинки не смогла остаться после похорон, — сказала Флаттершай, — она очень нужна в Филлидельфии. А Твайлайт сказала, что поговорит с Рэйнбоу Дэш и попытается заставить её прилететь. Они могли бы уже появится, в конце концов.

— Это не то, что я имела в виду. — ответила Рэрити.

Флаттершай обняла Рэрити крылом и притянула её поближе к себе. Она почувствовала, как подруга дрожит под своим пальто.

— Ты замерзла, пора начинать.

Рэрити кивнула. Флаттершай развернула узелок, в котором оказался саженец, охвативший своими корнями шар плодородной земли. Сделав это, она начала копать ямку передними копытами. Земля на могиле Эпплджек была ещё рыхлой. Когда ямка стала достаточно большой для дерева, Флаттершай была вся в поту. Солнце опустилось уже низко, но никто больше так и не появился. Они посмотрели друг на друга.

— Может, подождем ещё немного? — сказала Флаттершай. — Ну, если ты хочешь.

— Нет. — твёрдо ответила Рэрити, смотря в землю. — Если уж Рэйнбоу и Твайлайт еще не пришли, то они уже и не придут.

— Тогда я заканчиваю. — сказала Флаттершай, подходя к саженцу.

— Подожди-ка. — Рэрити пролевитировала маленькую серебряную шкатулку из своего пальто. — Я хотела бы оставить тут ещё и это.

Флаттершай подхватила шкатулку и открыла её. Внутри была камея в форме кьютимарки Эпплджек, вырезанная из альмандинов в бронзовой оправе. Солнечный свет отражался от её идеальных граней.

— Очень красиво.

Рэрити задумчиво закрыла шкатулку.

— Я хотела оставить ей что-то от нас. Я наложила заклинание, которое сохранит ее навечно.

— Дерево будет стоять…

— Очень долго, да. — ответила Рэрити. Глаза Флаттершай следили за шкатулкой, пока Рэрити опускала её в ямку с помощью магии. — В конце концов однако...ну, когда дерева не станет, Эпплджек все ещё будет здесь.