Эволи Победоносная

Эта история представляет собой спин-офф романа "Вечный Одинокий День". Более тысячи лет назад все люди на Земле исчезли. Пони, оставшиеся после них, восстанавливали то, что могли, не имея почти никаких знаний о своих новых способностях. Когда опустошительная эпидемия положила конец первой эре цивилизации пони на Земле, чейнджлинги были вынуждены беспомощно наблюдать, как их запасы пищи иссякают. Рой королевы Эволи едва выживает на жалких каплях любви, которые они могут собрать из медленно восстанавливающийся популяции пони. Но так не должно быть, если бы только какой-то пони действительно умеющий руководить, стал во главе всех. Ей уже много веков, она обладает такой силой и опытом, что пони со своими короткими жизнями и представить себе не могут. Может быть, если бы в мире кто-то вроде нее, стал управлять им всеми, цивилизации было бы лучше. По крайней мере, она больше не будет голодать...

ОС - пони Человеки Чейнджлинги

Будни самого бесполезного героя

Довакин, великий герой, спасший однажды свой мир, но отнюдь не лишённый тёмных черт характера, и самый обычный человек из мира Земли, не имеющий никаких особых способностей и талантов. Казалось бы, меж ними нет ничего общего. Но именно их связала судьба, забросив в похожий на сказку мир, в котором дружба - это магия, а добро всегда побеждает зло. И теперь судьба этого мира зависит от них. Удастся ли добру победить и на сей раз?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Месть в Серых Тонах

Может ли хищник стать жертвой? История говорит - да. Но может ли пони, ставший жертвой, превратиться в хищника?

Флаттершай Свити Белл Зекора

Мунвинг

Район бэтпони в Кантерлоте. Совсем не то место, что рисуют на открытках. В пещерах под городом все по-другому. Жизнь, смерть, мораль... Все по-другому, кроме одного — преступлений. Кантерлот. Это не Мэйнхэттен или Детрот, где нищие маленькие пони совершают свои маленькие преступления. В Кантерлоте преступления настолько велики, что становятся незаметными. Пони не способны осознать их, так же, как муравей не способен осознать идущего мимо пони. Но кто-то допустил ошибку. Маленькое преступление — изломанное тело на тротуаре. Скуталу и Арчер многое видели в своей жизни, но это приключение заведет их в такие места, о которых они предпочли бы не знать.

Скуталу Диамонд Тиара Октавия

Всё когда-нибудь заканчивается

Ничто в этом мире не постоянно. Любая эпоха рано или поздно заканчивается...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони

Флаттервшоке

Твайлайт Спаркл узнаёт о личной жизни Флаттершай чуть больше, чем ей самой хотелось бы. Флаттершай не может выдержать смущения и каменеет от стыда. Теперь для того, чтобы вернуть пегасочку к жизни, её друзья должны сделать нечто такое, о чём и говорить потом будет нельзя.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Серый

Умирая, единорог Рам отправил свою душу на поиски судьбы. В это время человек, а вернее душа человека оказывается в Эквестрии. Обе души попадают в тело Чейджлинга. Приключение начинается.

На вершине

Что значит быть Селестией? Что значит быть «на вершине»? Селестия знает. А вскоре узнает и Твайлайт.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Рокировка

Принц Блюблад сталкивается с неприятностями, но не теряет нравственных ориентиров и просто всех убивает.

Принц Блюблад

Король Сомбра: Тьма двух миров

Как бывает после частых и удачных походов, злодеи заканчиваются или не торопятся возвращаться. Жизнь возвращается в свое нормальное скучное русло. Твайлайт, получившая титул принцессы и силы аликорна, откровенно наслаждается жизнью в своем замке с повзрослевшими друзьями. Но в катакомбах стоит новая интересная игрушка — портал в другой мир. Да и все ли зло принцессы разогнали под углам? Кто знает. Может тьма уже рядом?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Диамонд Тиара Лира Другие пони ОС - пони Человеки Король Сомбра

Автор рисунка: Siansaar
Смех Верность

Честность

Под белым павильоном играл струнный оркестр, в то время как Лирик Харстрингс (Lyric Heartstrings) звал всех присоединиться к оживленной кадрили. Гуляки гарцевали туда-сюда в постоянно сменяющихся группах. Макинтош и Флаттершай спотыкались через шаг, танцуя увлеченно, но совсем не грациозно. Крэбэппл держался в стороне, смотря одновременно на всё и ни на чем не задерживая взгляд.

В центре всего этого Эппл Спраут и Хони Пай находились в их собственном уединенном мирке. Вуали на невесте больше не было, и у каждого на переднем копыте сверкало тонкое золотое кольцо. Они неотрывно смотрели друг другу в глаза, перемещаясь между других танцующих пар.

Твайлайт Спаркл стояла в стороне и наблюдала, как три поколения проходят перед ней. Эти пони были ближе всего к тому, что она могла считать своей семьей. Её родители были далеким прошлым, а брат умер бездетным. Всю свою жизнь Твайлайт потратила на учёбу, научные исследования и приключения, времени для брака или детей просто не оставалось. Нет, это была не совсем правда, она просто не хотела ни того ни другого. Наблюдения за своими близкими друзьями и их семьями было по прежнему более чем достаточно.

Непрошенные воспоминания захватили её разум. Бессмертие означает наблюдать, как твои друзья и семья умирают, поколение за поколением — донёсся голос принцессы Селестии.

Это была горькая мысль. Она попыталась представить как Эппл Спраут стареет и дряхлеет, совсем как Рэрити. Но потрясающее воображение Твайлайт подвело её. Он выглядел невероятно живым в своей выразительной, импульсивной, безрассудной страсти, столь свойственной для молодых влюбленных.

Другая не имеющая партнера пони незаметно подошла к Твайлайт.

— Выглядишь ты, словно находишься где-то в другом месте, — сказала Рэйнбоу Дэш. — О чем задумалась?

Песня закончилась. Лирик замолчал, когда оркестр перешёл на воздушный вальс. Танцоры нарушили строй и придвинулись поближе к своим партнерам.

— Ты знаешь, — сказала Твайлайт. — О жизни. И взрослении.

— Я поняла тебя. Посмотри хотя бы на Крэбэппла. Я помню как меняла ему подгузники. А теперь этот ребенок сам готов иметь детей. Как мы стали такими старыми?

— Так же как и все другие пони, — ответила Твайлайт. — Кроме меня, я полагаю.

— И об этом. — Рэйнбоу понизила голос. — Ты говорила с принцессой Селестией?

— Да, говорила, — сказала Твайлайт. — Это было … не то, чего я ожидала.

Глаза Рэйнбоу засияли. — Значит ты сможешь сделать это?

— Это сложнее, чем я предполагала. Но думаю, что это может сработать, если бы я попыталась, но я не могу. Бессмертие — это огромная ответственность. Это не то, что я могу просто пойти и скупо раздать.

— Но подумай об этом! Ты, я, Пинки, Флаттершай и Рэрити, вместе навсегда!

— Я хочу этого. Ты знаешь, что я могу сделать. Но всё же это выше нас. Принцессы — очень мощная сила в Эквестрийском обществе, и что еще важнее, мы вечны. Результаты нашего правления намного более важны, чем наши отдельные жизни. Принцесса Селестия не может рисковать, принимая кого-то в наши ряды, если есть хотя бы тень сомнения в этом. Если так свободно возвышать пони было бы хорошей идеей, разве ты не думаешь, что Селестия уже давно сделала бы это?

— Я не знаю, что думает принцесса. Я знаю лишь то, что ты сказала мне о том, что хотела бы быть месте со своими друзьями всегда.

— Ты не осознаешь важности того, о чём просишь, — сказала Твайлайт. — Превращение тебя в аликорна стало бы самой значительной вещью, что я сделала в своей жизни.

— Ты рысишь в правильном направлении, стало бы, — сказала Рэйнбоу Дэш. — Я знаю точно, о чём прошу. Это — серьезное дело, я понимаю. Просто не врубаюсь, почему это плохо. Давай же, я не прошу о том, чего бы ты уже не имела.

— О чем это ты? Ты просто завидуешь?

— Конечно, я завидую. Я умру. Ты — нет. Я была бы сумасшедшей, если бы не завидовала этому.

— Я могу понять твои чувства, — сказала Твайлайт. — Но всё же нет серьезных оснований, чтобы сделать тебя бессмертной. Я была бы рада поговорить о твоих чувствах, но для начала ты должна признать, что смерть — часть жизни.

— Этого не должно быть! Я не смирюсь со смертью, нет, если мы можем её предотвратить!

— Можем — не значит, что должны! — Твайлайт покачала головой. — Бессмертие — это звучит намного лучше, чем есть на самом деле. Оно означает одиночество и наблюдение за тем, как все пони, которых ты знаешь, умирают. Большинство пони не может справиться с этим. Ты знаешь, как тяжела была для тебя смерть Эпплджек. Я не могу подвергать тебя этому снова и снова.

— Извините меня, девочки, — сказала Флаттершай, подойдя к ним, — Возможно сейчас не лучшее время для подобных разговоров. Она выразительно посмотрела на окружающих пони, многие из которых глядели на них.

Рэйнбоу Дэш проигнорировала её. — Так что хорошего в том, что ты бессмертна? Я имею в виду, если несмотря на это плохие вещи продолжают происходить, то зачем это всё?

— Ты точно знаешь зачем! — сказала Твайлайт. — У очень немногих пони есть способности, чтобы помочь править Эквестрией и стойко принять бессмертие. Селестия выбрала меня, чтобы я стала одной из них. Если бы ты просто прислушалась хоть к одному…

— Ясно, значит, все твои друзья должны умереть, чтобы ты могла чувствовать себя особенной, — сказала Рэйнбоу.

Флаттершай откашлялась. — Возможно мы должны…

— Эй! — сказала Твайлайт. — Не думай так обо мне, Дэш.

— Да, — сказала Рэйнбоу, — Я предполагаю, что должна оставить это тебе и принцессе. У вас будет достаточно времени, чтобы практиковаться, в то время как остальные будут гнить в земле.

— Ах, вот оно что! — сказала Твайлайт. — У меня как раз было достаточно…

— Девочки. — Флаттершай зафиксировала на них взгляд, словно на приближающемся поезде. — Не здесь.

— Прекрасно. — кивнула Твайлайт. — Ты права. Я не должна стоять здесь и терпеть это. Она расправила крылья и взлетела. В толпе забормотали.

Флаттершай посмотрела на Рэйнбоу Дэш. — Не было никакой необходимости делать это.

— Что? — сказала Рэйнбоу. — Она была той, которая…

— Мы поговорим об этом позже, — сказала Флаттершай. — А сейчас я хотела бы отпраздновать свадьбу своего внука, пожалуйста.

— Ты должна сосредоточиться, — сказала принцесса Селестия. — Ты не сможешь призвать свою магию, если будешь отвлекаться.

— Я пытаюсь, — прошипела Твайлайт. Она стояла в своем кабинете, повернувшись к последним лучикам лившегося туда красно-золотого солнечного света. — Это не легко, после того, что произошло сегодня на свадьбе .

— О? Всё в порядке?

Твайлайт вздохнула. — Рэйнбоу Дэш была просто невыносима, и все из-за моего бессмертия. Ей больно, она боится и ревнует, и она меня ругала. Я могу её понять, но она просто … действительно сильно ругалась.

— Что она говорила?

— Мы можем поговорить об этом позже? — сказала Твайлайт. — Я хотела бы закончить с протолюминисцентным заклинанием сегодня.

— Твоя магия зависит от связи с Элементами, Твайлайт. Если ты будешь сражаться со своими чувствами к друзьям, ты не достигнешь каких-либо успехов.

— Я что, должна просто игнорировать эти чувства? — Твайлайт не была уверена, что могла бы сделать это.

— Это — последнее, что ты должна делать. Помни, это не магия единорогов. Ты не сможешь её использовать, отпихнув свои эмоции в сторону. Эти мысли — часть тебя, прямо сейчас. Ты должна принять их, хорошие и плохие. Игнорирование не заставит их уйти, но осознание будет первым шагом в борьбе с твоими проблемами.

— Думаю я смогу это сделать.

— Да. Я прошу, чтобы ты вошла в контакт со своим истинным "я", а не идеализированным. Думай о Рэйнбоу Дэш. Сосредоточься на своих страхах и разочарованиях. Не преувеличивай их, но впусти в свой разум.

Твайлайт скорчила гримасу. — Хорошо. Я поняла.

— Держись за это. Теперь вспомни, как сильно вы заботились друг о друге. Вспомни, чем она пожертвовала ради тебя. Вспомни всё, чего вы достигли вместе. Удостоверься, что всё это наполнило твой разум.

Твайлайт закрыла глаза и сконцентрировалась. Она должна была изо всех сил пытаться удержать свою дружбу и злость на Рэйнбоу Дэш на переднем плане, не потому что это усилие было психически сложным, но потому, что она не хотела думать о своем страхе превратить их дружбу во что-то другое. Она вынудила себя не уклоняться от болезненной мысли. Боль глубоко проникла в душу, когда она предположила возможность расставания с одним из её самых старых и дорогих друзей. Предавшись глубокой медитации, Твайлайт Спаркл решила, что залатает брешь в их отношениях, и не важно, чего это будет ей стоить.

— Теперь, — сказала принцесса Селестия. — Сосредоточься на своей магии.

Твайлайт почувствовала себя так, словно внутри неё прорвалась дамба. Это было знакомое ощущение силы, бегущей через её мысли, но внезапно она почувствовала ту же целостность, что и тогда, во время превращения в аликорна. Она привыкла к магии как к силе, навязывающей её волю миру, но эта чем-то отличалась. Твайлайт почувствовала, что может плести новые узоры в ткани реальности по поверхности гобелена, который внезапно возник перед ней. Она открыла рот, чтобы триумфально закричать, но все, что у неё вышло, так это совершенно неподобающий принцессе радостный визг.

— Превосходно! — Просияла Селестия. — Я чувствую, как энергия просто выплескивается из тебя. Ты сильна как никогда. Теперь попробуй заклинание .

Она устремила свои мысли к небу. Это было хорошие, настоящие сумерки, когда мир вверху был наиболее податлив. Управление небом до сих пор было вне её способностей, но на сей раз протолюминисцентное заклинание сформировалось. Твайлайт чувствовала бусинки пота на лбу, но также она ощущала созидающий изначальный свет позади своего сознания. Заклинание росло и росло, а потом вырвалось и унеслось в небеса. — Ха!

— Очень хорошо. — Селестия не повернулась, чтобы посмотреть на небо; в этом не было необходимости. Твайлайт могла видеть свою звезду, самую первую. Проломив барьер между днем и ночью, все существующие звезды легко скользили на свои привычные места. Твайлайт чувствовала их близкое присутствие, словно теплый плащ.

За все годы обучения Твайлайт изучила всё, кроме способности управлять небесами. Теперь ей стало доступно даже это. Она улыбалась так широко, что мышцы рта заболели.

Все эти поклоны и заискивания определенно были проблемой для Твайлайт. В Понивилле это просто немного раздражало, но здесь, в Кантерлоте, пони очень серьезно относились к своему преклонению перед принцессами, доходило до того, что Твайлайт еле могла передвигаться в общественных местах. Прямо сейчас она просто пыталась зайти в спа, чтобы увидеть младшую дочь Флаттершай, но уже потратила четверть часа, терпеливо выслушивая портье, регистратора и двух особенно нахальных клиентов.

— Однако мы были бы очень счастливы принять вас здесь, в Успокаивающей Узде — Регистратором был единорог по имени Вельвет Шин (Velvet Sheen) и он высказывался в таком духе уже порядочное количество времени. — Если есть что-то, что мы можем сделать для вас, не стесняйтесь…

— Хватит, — сказала Твайлайт, подняв копыто, резко обрывая болтовню Вельвета, — Спасибо, но нет.

Она пыталась подражать беспредельному терпению Принцессы Селестии, но могла сказать, что пока была очень далека от этого. — Я здесь, чтобы увидеть Голден Эппл (Golden Apple), если она не слишком занята.

— Я приведу её тотчас же, — сказал Вельвет. — Она будет здесь через одно мгновение, у вас есть мой…

— Я просто пойду и найду её. Я помню лорогу. — закатив глаза, Твайлайт прошла мимо регистрационной стойки. Вельвет был в своем репертуаре.

Офис Голден Эппл был недалеко. Дверь была широко открыта, открывая взору стены пастельных цветов, украшенные большими зеркалами и несколькими плакатами с пони, которые, как предположила Твайлайт, были самыми модными моделями Эквестрии. Голос Голден Эппл донесся из-за двери.

 — Если она не сможет быть там, тогда мы должны будем найти еще кого-нибудь. Если бы Твайлайт не знала, то никогда бы не предположила, что её подруга родилась на ферме. Кантерлотский акцент Годен Эппл был безупречен, ни один местный житель не смог бы добиться более совершенного произношения. — О, привет, Твайлайт. Она посмотрела на график, лежащий на полированном столе из красного дерева, а затем обернулась к нетерпеливому молодому единорогу, с которым беседовала. — Думаю, я смогу заменить её во второй половине смены. Посмотрим, сможет ли Галлэнтри (Gallantry) справиться с первой половиной.

Твайлайт отступила, давая Голден Эппл завершить разговор. Быть проигнорированной — какое странное, свежее чувство. Как будто она была совершенно обычной пони, не облечённой огромной властью.

В конце концов единорог закончил свои дела и унёсся прочь. Только тогда Голден Эппл повернулась, чтобы обнять Твайлайт. Это была пегаска средних лет с ярко-зеленой шерсткой и спутанной заплетенной гривой, блестящей словно золото; её кьютимарка предсказуемо имела форму яблока.

 — Твайлайт! Мы мало виделись в последнее время. Видимо ты была несколько занята.

— Как и всегда, — ответила Твайлайт. — Как твои дела?

— Ты не поверишь. Я покину это место на три дня, чтобы пойти на свадьбу моего племянника, и всё здесь начнет скатываться в полный хаос! Этого достаточно, чтобы любая кобыла сошла с ума. — Она пожала плечами. — Ох, что ж. Это всегда нечто. В любом случае я рада, что ты здесь. Ты позволишь мне что-нибудь сделать с твоей гривой?

— Что? — сказала Твайлайт, рефлекторно глянув в зеркало около стола. — Зачем? Она была такой ещё до того, как ты родилась. Всё хорошо.

— Точно. Она хороша. Но только для такой пони как моя мама, а ты — принцесса.

— Верно, — сказала Твайлайт. — Где я могу достать кондиционер, который превратит мою гриву в ореол из бесплотного звездного вещества?

— Ха! Я боюсь, что ты больше знаешь о таких вещах, чем я. Но пока ты не выяснишь как это делается, позволь лучше мне всё исправить. Давай попробуем чуть поменьше тетушки Эпплджек и побольше принцессы Кэденс.

— Что плохого в том, чтобы оставить Твайлайт Спаркл? — слишком быстро сказала она.

— Ты сама мне сказала, что носила этот прическу прежде, чем я родилась. Но теперь ты едва ли та самая Твайлайт Спаркл, что была тогда. Не так ли, Ваше Высочество?

— Я… — ноги Твайлайт подогнулись и она тяжело села. — Я не…

— Ох, дорогая .— Голден Эппл пересекла комнату и закрыла дверь, после чего села на пол около неё. — Мы говорим вовсе не о твоей гриве, не так ли?

Твайлайт сглотнула. — Я скучаю по старой Твайлайт Спаркл. Мне она нравилась. Принцесса Твайлайт тоже похожа на хорошую пони, но я не хочу потерять ту, кем я была. Я не хочу потерять ту пони, какой меня сделала Эпплджек.

— Всё действительно так плохо?

Твайлайт кивнула. — Да. Это так. Куда бы я не пошла, я всегда — принцесса. Все ведут себя так, словно земля, по которую я иду — священна, и так уже давно. Осталось не так много пони, что позволяют мне быть просто "мной".

— Но конечно всё это не относится к твоим друзьям? По крайней мере у тебя всё еще есть я, и мама, и тётя Дэш. Мы всё ещё здесь, точно так же, как и всегда.

Твайлайт решила не говорить ничего о Рэйнбоу Дэш. Она не должна была обременять Голден Эппл всеми своими проблемами. — Это помогает, — сказала она. — Однако, мне всё равно тяжело.

— Хм. Знаю, что это не вполне то же самое, но и я — едва ли та пони, которой была двадцать лет назад. — Голден Эппл потянулась и взяла со стола фотографию в рамке. На ней были запечатлены еще довольно молодые Флаттершай и Макинтош, им было не больше шестидесяти, держащие крошечного, сияющего жеребенка. — Стать родителем — это большое изменение. Вероятно, столь же большое как становление принцессой. В итоге я стала совсем другой, как ты хорошо знаешь, но я не жалею ни о чём.

— Ты говоришь, что я не должна бояться перемен. — сказала Твайлайт.

— По сути да. В глубине души ты всегда будешь той же Твайлайт Спаркл, вне зависимости от внешних атрибутов.

— Ну что ж, приятно слышать, что я до сих пор остаюсь собой в твоих глазах. — Твайлайт встала. — Все-таки я не думаю, что буду вносить изменения в мою гриву в обозримом будущем.

— Рэйнбоу Дэш? — Флаттершай постучала в дверь дома своей подруги, не сильно, но настойчиво. — Ты дома?

В ожидании ответа Флаттершай оглядела крыльцо и нахмурилась. Когда Рэйнбоу съехала с фермы Сладкое Яблочко, она считала своим долгом держать облачный дом в чистоте, настолько сильны были привычки, прививаемые ей Эпплджек на протяжении десятилетий. Теперь же в пушистом белом балконе были прожилки коричневой дымки, видимой даже в лунном свете.

Флаттершай постучалась еще раз, уже громче. И снова не дождалась ответа. Она толкнула дверь и вошла внутрь. — Рэйнбоу Дэш?

Дом был почти без мебели. Флаттершай прошла через гостинную, в которой стоял один лишь диван, покрытый тонким слоем пыли.

Рэйнбоу Дэш просунула голову сквозь дверной проем. — Эй, в чем дело?

— Вот ты где, — сказала Флаттершай. — Я искала тебя. Я хотела узнать, придешь ли ты на вечеринку по случаю дня рождения Крэббэпла на следующей неделе?

— Я думала, что он будет сердит на меня, после того, что случилось на свадьбе. — Рэйнбоу вошла в гостиную, закрыв за собой дверь, прежде чем Флаттершай смогла бы увидеть её спальню.

— О, он в ярости. Я не видела его таким безумным с тех пор, как Эпплблум пропустила праздник получения кьютимарки Эппл Спраута. Однако он всё же хочет тебя увидеть на празднике. Всё же ты — часть семьи. Кроме того, это твой последний шанс увидеть Эппл Спраута до начала медового месяца. Они уедут на целый месяц, ты же знаешь.

— Так и знала, — сказала Рэйнбоу. — Что ж, спасибо, но… Я не знаю.

— Что случилось? Никто не видел тебя после свадьбы, а это было уже пять дней тому назад. Чем ты всё это время занималась?

Рэйнбоу Дэш прислонилась к спинке дивана. — Ты знаешь. Думала о всяком.

—О?

Рэйнбоу вздохнула. — Я думаю, что Твайлайт может сделать меня аликорном. Я просто не могу перестать думать о смерти. Она могла бы предотвратить это, если захочет, он она просто... нет.

— Разве это отличается от того, что было раньше? Мы все умрем. Это не вина Твайлайт.

— Отчасти. Я хочу сказать, что уже долгое время знаю, что когда-нибудь умру, и это было нормально. Это меня страшило, да, но я думала, что это в порядке вещей и ничто не может этого изменить, так что волноватся не о чем, не так ли? — Рэйнбоу Дэш начала ходить по комнате. — А теперь оказывается, что на самом деле есть выбор, умереть или нет! Кроме того, выбирать должна Твайлайт, а не я! Она сделала неправильный выбор, и я ничего не могу с этим поделать.

— Смерть — это страшная вещь, — сказала Флаттершай. — Я знаю, что ты скучаешь по Эпплджек. И я тоже.

— Это не то. Я имею в виду, что это, конечно, причиняет боль. И я не думаю, что она когда-нибудь исчезнет. Сейчас я продолжаю думать о том, как это случится со мной и с тобой. — Рэйнбоу сглотнула. — Звезды и перья, Твайлайт не должна позволить всему этому случится, или всё же должна?

— Я не знаю, — сказала Флаттершай. — Такого рода вещь слишком сложны для меня. Может быть, ты права. Все же не стоит винить Твайлайт. Это решение принцессы Селестии, и я не думаю, что она его изменит. — Она сделала паузу. — Думаю, тебе станет лучше, если ты придешь на вечеринку, вместо того, чтобы сидеть тут в задумчивости. Я волнуюсь за тебя.

— Ну, я думаю... — Дом слегка вздрогнул, когда кто-то приземлился на него. — Хм, — сказала Рэйнбоу Дэш. — Интересно, кто там?

Они прошли на балкон, где стояла Твайлайт Спаркл и смотрела на небо.

— Эм, Твайлайт? — сказала Флаттершай. — Что это ты делаешь?

Твайлайт посмотрела на них. — Ох, привет! Извините, я отвлеклась. Каждый раз, когда я думаю, что я узнала всё, что нужно знать про небо… — Она откашлялась. — Извини. Я прибыла не для того, чтобы поговорить о звёздах.

Рэйнбоу Дэш застыла. — Тогда зачем ты прилетела?

— Я хотела бы извинится. Я думала о том, что произошло на свадьбе и поняла, что была грубой. Я не хочу, чтобы это происшествие нас поссорило.

Ухмылка всплыла на лице Рэйнбоу Дэш. Она шагнула вперед и потерлась носом о Твайлайт. — Ох, Твайлайт. Я не должна была себя так вести. Не знаю, почему я так разволновалась.

— Хех, я тоже волновалась. Я думаю, что иногда мы воспринимаем всё слишком близко к сердцу.

— Да, конечно, — сказала Рэйнбоу. — Так когда ты сделаешь меня аликорном?

— Ох. — Твайлайт прикусила губу. — Я думаю, ты не правильно меня поняла. Я не изменила своего решения. Я просто… Я была слишком сурова с тобой и теперь хочу попытаться стать добрее.

— Проблема не в том, что ты была недостаточно добра, Твайлайт.

— Хорошо, — сказала Твайлайт. — Можем ли мы хотя бы попытаться поговорить об этом спокойно? Я действительно не хочу ссориться.

— Я могу быть спокойной. — ответила Рэйнбоу Дэш.

— Наверное мне лучше уйти и позволить вам двоим все уладить наедине, — сказала Флаттершай, расправив крылья. — Увидимся на вечеринке, Рэйнбоу Дэш.

— Конечно, — сказала Рэйнбоу.

— Хорошо. — Флаттершай мимолетно ей улыбнулась, прежде чем взмыть в воздух.

Твайлайт рылась копытом в облаке.

— Итак? — сказала она.

— Да, — сказала Рэйнбоу. — Я думаю, тебе лучше зайти.

Рэйнбоу Дэш провела Твайлайт внутрь и растянулась на диване, подняв облачко пыли.

— Хорошо, так что ты там говорила о звёздах?

— Да. Я наконец выяснила, как работает магия аликорнов. То есть, действительно выяснила. — Твайлайт села рядом с подругой.

— Ты говорила это раньше, — сказала Рэйнбоу Дэш. — Когда копалась в тех звёздных свитках и во время посещения университета грифонов.

— Похоже, но это нечто большее. Это как ... как увидеть Вселенную, собирающуюся воедино по-новому. Я провела пятьдесят лет собирая осколки, а теперь начинаю складывать их вместе. Так много вещей имеет сейчас гораздо больший смысл и всё это просто прекрасно. Кроме того, я обнаружила свой особый талант .

— Разве не магия твой особый талант?

— Я думаю, таланты аликорнов намного значительней. Теперь у меня есть власть над небесами во время рассвета и заката.

— Что, как управление звездами?

Твайлайт застенчиво улыбнулась. — Почти.

— Ничего себе, — сказала Рэйнбоу Дэш. — Это ... ничего себе. Я полагаю, теперь ты по-настоящему принцесса, да? Это потрясающе. Что бы там ни произошло, это здорово.

— Это очень много значит для меня. — выдохнула Твайлайт. — Честно говоря, я волновалась, что ты расстроишься из-за этого.

— Ни в коем случае. Мне нравится, когда что-то хорошее происходит с моими друзьями. Ты — принцесса! Это ведь самое лучшее, что может быть. Похоже, что это ещё круче, чем я себе представляла, а это не так просто. Я не могла бы быть более счастливой за тебя. Это просто … если это так замечательно, то разве Флаттершай не может стать такой же?

— Я хотела бы этого, — осторожно сказала Твайлайт. — Ты знаешь это. Хотя я не знаю, сможет ли она выдержать сотни лет без друзей.

— Так не делай это только с ней! Ей не было бы одиноко вместе с нами всеми.

— Агрх! — Твайлайт помассировала виски. — Я не могу сделать это для всех своих друзей. Разве это было бы справедливо? Кроме того, подумай, разве Пинки захочет быть рядом с Шэфердом, когда тот будет умирать? Тогда ей придется похоронить приемных детей и Хони Пай, и …это не дело.

— И? Ты можешь сделать её семью бессмертной, — сказала Рэйнбоу Дэш.

— Что ты такое говоришь? Ты хоть понимаешь к чему это приведет? — Твайлайт была близка к истерике. — Ты хочешь сделать всех пони в Эквестрии бессмертными?

Рэйнбоу Дэш замерла. — Боже мой — сказала она. Улыбка озарила её лицо. — Я даже не думала об этом. Боже мой, Твайлайт, ты — гений! Мы определенно могли бы это сделать!

— Что? Нет! Нет, мы бы не могли! Это полностью уничтожило бы Эквестрийское общество, каким мы его знаем!

— В хорошем смысле! Ты можешь избавиться от смерти навсегда! — Рэйнбоу встала с дивана. — Ты просто … тебя не волнует, что остальные умрут, так как этого не случится с тобой.

Твайлайт выдержала достаточно долгую паузу, чтобы сосчитать до десяти, прежде чем ответить. — Я действительно спрашивала Селестию о преобразовании всех пони, уже давно, но она не допустит этого. Ты понятия не имеешь, на что походил бы мир, полный аликорнов. Это может стать катастрофой для всего, что ты знаешь. Умы пони не устроены так, чтобы жить вечно и оставаться нормальными, и мы должны будем накормить и предоставить жильё всё увеличивающемуся населению, и кто знает с какими еще проблемами мы бы столкнулись? У принцессы своя точка зрения. И кроме того, она — принцесса.

— Нет, Твайлайт, ты — принцесса! И не должна делать то, что говорит Селестия, если не хочешь.

— Я должна провести с ней всю оставшуюся часть вечности. -— сказала Твайлайт с притворным спокойствием.

— О, — сказала Рэйнбоу. — Я поняла. Произвести впечатление на учителя для тебя важнее, чем спасти жизни друзей.

— В чём твоя проблема? Я пришла сюда, чтобы попытаться прекратить нашу ссору! Я стараюсь изо всех сил решить всё цивилизованно, а ты бросаешь это мне в лицо!

— Ты убиваешь своих друзей, Твайлайт! Прости, что так груба, но я не могу быть рада этому, независимо от того, насколько ты хороша. То, что случилось с Эпплджек, было ужасней всего на свете. Я не буду просто сидеть и смотреть, как ты позволишь произойти этому с остальными.

— В этом всё дело, не так ли? Всё из-за Эпплджек. Ты сломлена её смертью, и теперь почему-то обвиняешь в этом меня.

— Что? — Рэйнбоу Дэш, нахмурившись, посмотрела на неё. — Конечно, я не обвиняю тебя. Ты не задумалась об этом вовремя, так же как и я. — Ее лицо потемнело. — Я обвиняю принцессу Селестию.

— Как ты можешь так говорить? Ты хоть представляешь, как много Селестия делает для нас? Как много она сделала для Эпплджек?

— Смотри, если бы Селестия хотела, чтобы Эпплджек была жива, то она была бы жива. Эпплджек мертва. Говори теперь, что хочешь.

— Это безумие, — сказала Твайлайт. — Исходя из этой логики ты могла бы сказать, что она ответственна за убийство каждого пони, который когда-либо умирал.

— Да, — сказала Рэйнбоу. — Да, ты могла бы.

Твайлайт встала. — Я не могу сделать этого. Одно дело, когда ты оскорбляла меня, но я не буду выслушивать подобное о принцессе Селестии. Я ухожу прямо сейчас. Ты напугана и напрашиваешься на ссору. Я не могу говорить с тобой, пока ты не будешь себя контролировать, для общего блага.

— Напугана? Это ты убегаешь! — Рэйнбоу Дэш взлетела над Твайлайт. — Смотри, кого ты называешь испуганной.

— Ты что, шутишь? — сказала Твайлайт. — Все, что ты когда-либо делала, ты делала из страха. Когда мы были юны, ты приходила в ужас, если думала, что кто-нибудь из пони считает тебя недостаточно потрясной. Ты делала все, чтобы доказать свою крутость. Помнишь свое состояние на турнире Лучших Молодых Летчиков, когда ты думала, что потерпишь неудачу и пони увидят, что скрывается за маской? Потом ты провела десятилетия, цепляясь за Эпплджек как тонущий моряк, потому что ты боялись того, что произойдёт, если она отведёт от тебя взгляд хоть на минуту. И сейчас ты хочешь разрушить Эквестрию и нашу дружбу только потому, что боишься посмотреть в лицо собственной смерти!

Рэйнбоу Дэш приземлилась в нескольких дюймах от Твайлайт. — Не смей говорить обо мне и Эпплджек, — сказала она голосом, напряженным как стальной трос. — Ты понятия об этом не имеешь. Никакого! Ты никогда не любила, никогда не помогала воспитывать детей, ничего! Ты просто сидела в своем пустом дереве и тех сияющих башнях в Кантерлоте, в то время остальные это делали! Ты словно впала в спячку в то же самое время, что и Спайк. Отличие только в том, что он всё же собирается проснуться. А ты — видимо, нет. Она отстранилась от лица Твайлайт. — Я не знаю, почему ты должна решать, кому жить, а кому умереть. Ты даже не жила.

— Все, хватит! — Твайлайт направилась к выходу. — Сообщи мне, когда ты наконец созреешь для взрослого разговора.

Тяжело дыша, Санстоун толкнул дверь, ведущую в дом и помог маме войти. Двое пони прекратили свой разговор, когда увидели вошедших единорогов.

— О, хорошо, — сказала Флаттершай. — Вы пришли. Давай я помогу тебе добратся до кушетки. — Несмотря на свой возраст, Флаттершай легко поддержала Рэрити, заняв место Санстоуна.

Пока двое друзей шли через комнату, Санстоун пытался вспомнить, где он раньше видел другую кобылу. Он был уверен, что знает её имя, но его разум упорно отказывался помогать. Это была мускулистая земная пони примерно его возраста, с шёрсткой цвета красной глины и короткой жёлто-зелёной гривой. Её бок указывал на принадлежность к большой семье Эпплов, но Санстоун был уверен, что не видел её на ферме. Она глядела на него с таким же вежливо озадаченным выражением на мордочке, как и у него самого.

— Ты наверное утомился, пока помогал Рэрити идти сюда, — сказала Флаттершай. — Не хочешь выпить сидра?

— Спасибо, мисс Флаттершай, это было бы чудесно, — сказал Санстоун прервав свое импровизированное соревнование в гляделки.

Флаттершай кивнула. — Хоникрисп (Honeycrisp), ты ведь помнишь Санстоуна? Почему бы вам обоим не сходить за сидром?

— Конечно! — Хоникрисп заметно расслабилась. — Вы поступили в школу на два-три года позже меня, правильно? И учились в классе Свити Белль.

— Да, верно. — В его памяти что-то щелкнуло, словно сцепились два магнита. — А ты пыталась прокопать тоннель со школьного двора, когда была в третьем классе. — Он помнил дочь Флаттершай неуклюжей пустобокой кобылкой, но без сомнения, эта мощная кобыла была ею.

— Это было только однажды, — сказала Хоникрисп. — Сюда. — Она провела его через черный ход.

— Думаю, вы поймёте, что у вас есть много общего, — сказала Флаттершай.

— Хорошо проведите время! — добавила Рэрити.

Санстоун понял, что они вышли на широкое поле за домом. Хоникрисп повела его к одному из множества строений. — Прошу прощение за это. Клянусь, она делает это каждый раз, когда я приезжаю домой. — Сказала она, закатив глаза.

— Думаю, я что-то пропустил, — сказал Санстоун. — Кто и что делает?

— Моя мама. Вчера она рассказывала мне всё про сына Рэрити, лучшего в Эквестрии ювелира, который к тому же ещё и не женат. А теперь мы совершенно случайно встречаемся.

— Да уж, сказал Санстоун. — Думаю они сговорились.

— Скорее всего. Мамы…

Некоторое время они шли в тишине.

— Так где ты была? — Санстоун первым нарушил молчание. — Сколько я тебя не видел, лет тридцать?

— В основном путешествовала. Недавно вернулась из картографической экспедиции в дикие земли за Сенадриановым Валом[1]. Нам удалось продвинутся дальше, чем другим пони. Сейчас я направляюсь на корабль в Балтимейр и остановилась тут на несколько дней. Я знаю нескольких пони, которые задумали экспедицию через Аравийское море и хочу к ним присоеденится.

— Ух ты, — сказал Санстоун. — Это, ну, звучит необычно.

— Необычно, да? Давай же, скажи то, о чем думаешь.

— Это просто невероятно, — ответил Санстоун

— Точно! Я бы ни на что это не поменяла. Находится вдали от цивилизации с кучкой хороших пони — разве это не прекрасно?

— Это захватывающе, но только когда ты молод. Пони в нашем возрасте как правило держатся чего-то более осязаемого.

Наконец они пришли к небольшому ухоженному сараю.

Хоникрисп подняла бровь. — Говоришь так же, как мама. Ты точно не женат? — Хоникрисп направилась в сарай. Внутри было темно, но чисто, вокруг возвышались ряды бочек, достигавшие потолка.

— Один раз я был близок к этому, — сказал Санстоун, когда Хоникрисп принесла пару кружек и начала их наполнять. — Но я не мог оставить работу, к тому же были и другие причины.

— Какие же?

— Долгое время я живу лишь работой. Занятие торговлей и ведение бизнеса отнимало много времени и энергии. Встречи с другими пони не были в приоритете, так что они и не происходили. В конце коцов я встретил одну и некоторое время мы думали, что всегда будем вместе, но, эмм, как видишь, этого не произошло. Потом моя мама заболела и между заботой о ней и работой в магазине нет места для чего-либо другого.

— А тебе не хотелось бы чего-то другого? — Хоникрисп вручила Санстоуну кружку, заполненную до края.

Санстоун выпил полкружки одним глотком. — Честно? Нет. Если бы я хотел завести семью, я бы просто сделал это. Я хочу сказать, что если бы однажды это произошло, то было бы хорошо. Ну а если нет, то отсутствие семьи меня никогда и не беспокоило.

— Я тебя понимаю, — сказала Хоникрисп. — Иметь мужа и пару-тройку жеребят было бы неплохо, но это не значит, что надо отказыватся от всего остального. — Она сделала паузу, увидев ухмылку Санстоуна. — Что?

— О, ничего. Я считаю, что твоя мама не думала о таком, когда говорила, что мы найдём что-то общее.

— Ха! Да, верно. — Она медленно выпила свой напиток. — Знаешь, а для деревенщины ты не так и плох. Как насчет встречи в Понивилле, перед тем, как я уеду? Думаю, было бы неплохо провести время с кем-то не из семьи Эпплов.

— Мне нравится это предложение, — ответил Санстоун.

— Хорошо, думаю я готова. Ведь это так?

— Конечно. Переходи в своё собственное время.

Твайлайт Спаркл кивнула и стала сосредотачиваться. Две принцессы парили высоко, очень высоко над Кантерлотом, где воздух был достаточно холодным, чтобы кристаллы льда оседали в их гривах. Твайлайт могла чувствовать присутствие Селестии чуть выше, она вела солнце к месту его отдыха. Когда небо потускнело до цвета синего сапфира, Твайлайт ощутила слабеющую связь Селестии с небесами и её собственную связь с ними, которая становилась все сильнее.

— Хорошо, — сказала Твайлайт. — Приступим. Она позволила крыльям двигаться автоматически, в то время как сама расширила сознание, ища что-то в своём разуме, настроенное на место, находящееся за небесами и толкнула. Потусторонний звон раздался в ее голове.

Яркая точка света протянулась через небо, отбрасывая за собой сияющие искры. Другая появился рядом, и еще одна, и еще. К тому времени, когда первая уже исчезла, метеорный поток начался всерьёз.

— Отлично! — сказала Луна. — Я сама едва ли смогла бы сделать лучше. Твоё мастерство впечатляет.

— Спасибо, — ответила Твайлайт. — Похоже всё получилось довольно аккуратно.

— Ты не рада?

— Нет, нет, это замечательно, — сказала Твайлайт. — Это магия совершенно нового уровня. Я даже жалею, что не училась рисовать или что-то вроде этого, просто так я была бы подготовлена к этому виду искусства. Эта ночь прекрасна, без сомнения.

— И все же ты чем-то отвлечена.

— У меня проблемы с одним из моих друзей. — сказала Твайлайт. — Правда она ведет себя совсем не как друг в последнее время. Трудно прекратить думать об этом.

— Ах, — сказала Луна. — Моя сестра говорила о твоих проблемах с Рэйнбоу Дэш. Ваша дружба выдерживала бури снова и снова. Я не сомневаюсь, что и эта тоже должна пройти.

— Ну, может я и не удивлюсь, если окажусь не права. Она хочет, чтобы я превратила её в принцессу. Часть меня знает, что я не могу, что я должна ставить интересы Эквестрии выше, чем желания моих друзей, но … но что может быть важнее дружбы? Это бросает вызов всему, что я когда-либо изучала. Я не знаю.

— Понимаю. Лети за мной, Твайлайт Спаркл. — Луна нырнула вниз, набирая скорость, и Твайлайт последовала за ней. Они были всё еще намного выше башен Кантерлота, когда Луна выровнялась и устремилась к горам за городом. Их пики вырастали внизу, пока принцессы улетали всё дальше и дальше. Твайлайт слышала только ветер и хлопки собственных крыльев. Почти час прошёл, прежде чем Луна приземлилась на вершине самой высокой горы. Уже наступила ночь, и Твайлайт почувствовала, как контроль над небесами переходит к Луне. Отсюда огни Кантерлота казались всего лишь ещё одним скоплением звезд. Вместе с огнями Понивилля, ещё более далекого, расплываясь в единую туманную галактику.

— Ты думаешь, что предоставление бессмертия рядовым пони было бы огромным благом. — сказала Принцесса Луна.

— Для одного пони да, конечно было бы. Никто не хочет умирать.

— Ошибаешься. Немногие настолько сильны духом, чтобы вынести вечную жизнь. Большинству пони такая судьба принесла бы лишь страдания.

— Но откуда ты знаешь? Разве кто-нибудь когда-либо пробовал?

— Есть история, — сказала Луна, — О шести пони, обнаруживших Элементы Гармонии. Одна из них возвысилась, когда поняла дружбу так основательно, что связала все их судьбы в одну и стала первым аликорном. Именно она создала нашу систему тщательного выбора новых аликорнов, но не это было её самым первым инстинктивным желанием. Она была первым Элементом Преданности, которую вы теперь называете Верностью, и она не могла оставить ту, что любила больше всего. Первая принцесса открыла тайну своей младшей сестре, Элементу Оптимизма, чтобы они могли жить вместе вечно.

— И они были счастливы какое-то время, но не долго. Старшая сестра нашла путь к бессмертию своей силой и мудростью. Младшая сестра тоже была сильна, но не достаточно, и потому, когда её друзья и семья умерли, стало снедать её одиночество. Она была мудра, но не достаточно мудра. Пони обращали мало внимания на её слова, предпочитая советы сестры, и душа её наполнилась ревностью. Ты узнала эту историю, Твайлайт Спаркл?

Твайлайт молча кивнула.

— Я едва ли вынесла сто лет, прежде чем меня поглотило безумие, — продолжала Луна. — Мне не доставало характера истинной принцессы, но у меня была мощь аликорна. Сражение было неизбежно, я помню это, хотя моя сестра и не согласна. Возможно, она имеет на это право. Мой разум в то время был замутнен. — Она пожала плечами. — Детали неважны. Она приговорила меня к тысяче лет одиночества.

— Тысяча лет, Твайлайт. Я сомневаюсь, что ты можешь по-настоящему понять, что это значит. Когда я узнала, что мне предстоит, то умоляла сестру о смерти. Это было бы великой милостью.

— Ты уверена? — сказала Твайлайт. — Я имею в виду, я не сомневаюсь, что это было ужасно, но теперь тебе гораздо лучше. Ты действительно скорее бы умерла?

Луна посмотрела на нее. — Ты прожила долгую жизнь?

— Я думаю, да, — сказала Твайлайт. — Я безусловно чувствую себя старой.

— Сколько тебе лет? Восемьдесят?

— Семьдесят четыре.

Голос Луны был ровным, словно бесконечная пустошь. Позади нее сияли холодные, белые звезды. — Всё, что ты сделала, каждая мысль, каждый урок и каждая радость — это даже не двенадцатая часть того времени, что я провела в изгнании. На каждый день который ты провела, смеясь с друзьями, смотря, как растут их дети, или учась у моей сестры, или оплакивая смерть брата, я провела две недели в бесплодной пустыне, наедине со своим безумием. Когда я вернулась, я была печальной, сломленной вещью. Если бы не ты, мой разум был бы по прежнему разрушен. Моя жизнь теперь достаточно приятна, и у меня есть основания надеяться, что она будет оставаться таковой, но это того не стоило. Ничто того не стоило.

Прошли десятилетия с тех пор, как Пампкин Кейк построил патио снаружи Сахарного Уголка, но для Рэрити это было еще одним недавним открытием. Впрочем, несмотря на это, место было замечательным для встречи с другом. Это был прекрасный день: Санстоун был занят с той девочкой Эпплов, и наконец-то Рэрити могла встретиться с Твайлайт Спаркл, впервые за очень долгое время. Как только Ти Кейк (Tea Cake) принёс их обед и двое друзей остались наедине, Рэрити заговорила.

 — Я слышала, что произошло между тобой и Рэйнбоу Дэш. Я надеялась, что инцидент на свадьбе поставит на всём этом точку, но это …что ж, это — страшный позор.

Глаза Твайлайт сузились. — Как ты узнала об этом? Всё это создает достаточное напряжение и не становясь достоянием общественности.

— О, не волнуйся, дорогуша. Рэйнбоу рассказала Флаттершай, что случилось, а та сказала мне. Никто кроме нас не знает. Ну и кроме Центр Стейжа и Макинтоша, конечно. И Крэбэппл кое-что подслушал, но я думаю не так уж и много.

— Это не очень утешает.

— Расслабься, Твайлайт. Таблоиды не смогут наложить копыта на эту историю, — сказала Рэрити. — Я услышала об этом спустя почти две недели. Если этот слух шел до меня так долго, то ты можешь быть уверена, что новости не распространяются. Она потягивала свой чай. — Ну? Давай, расскажи мне про всё.

Твайлайт вздохнула. — Всё так сложно. Я пошла туда, чтобы попытаться уладить наши разногласия, но она просто не хочет оставить всё как есть. Я имею в виду, она была абсолютно неконтролируемой. Это же Рэйнбоу Дэш, так что она пыталась скрыть свое огорчение, но она — это она, и в результате всё было довольно очевидным. То, что она сказала, было таким безумным и таким обидным.

— Мм. Я слышала, что и ты была не совсем безупречна.

— Я говорила только полную правду.

— В самом деле? О, дорогуша. — сказала Рэрити. — Это хуже, чем я думала.

— Хорошо, я запуталась. Теперь говорить правду — это плохо?

— Ну-же, Твайлайт. Жестокая правда ранит намного сильнее, чем жестокая ложь. Если ты просто оскорбила её, то могла бы забрать свои слова назад. Но с другой стороны, если ты сказала что-то, во что искренне веришь, что ж, тогда ничего не изменить. Теперь она знает, о чём ты думаешь, и это может изменить ваши отношения навсегда.

— Возможно я была немного резка с нею, — сказала Твайлайт. — Я пыталась остаться спокойной, действительно пыталась, но она просто давила на меня и давила, я ничего не могла сделать и оттолкнула её. Пурпурная аура появилась вокруг салфетки и Твайлайт скомкала её в шарик.

— Это действительно очень похоже на Рэйнбоу Дэш. Должно быть она очень сильно разочарована. Так, что ты собираешься делать, чтобы всё уладить?

— Ничего, — сказала Твайлайт. — Я попыталась, и Рэйнбоу ясно дала понять, что её это не интересует. Я не могу вынудить её помириться. Когда она будет готова, я буду рада поговорить. Но до тех пор всё, что я могу сделать, это держаться на расстоянии. Очевидно она нуждается в уединении в своем собственном мирке, к тому же я просто не могу с ней справится, когда она такая. Магией Твайлайт отрывала крошечные кусочки от скомканной салфетки, позволяя им падать на стол одному за другим.

— Такой позор, — сказала Рэрити, — но это понятно. Я попытаюсь поговорить с ней. Остальные из нас недолго ещё пробудут на этом свете, и эта ссора не должна омрачить твои последние годы с Рэйнбоу Дэш.

Твайлайт уставились в небо. — Ты думаешь, что я поступаю правильно? Было бы ошибкой превратить вас всех в аликорнов?

— Это не моё решение, — сказала Рэрити. — Это касается только тебя и других принцесс.

— Несомненно, но если бы ты была принцессой, а не я, то ты бы превратила меня в аликорна?

— Конечно же, Твайлайт, как ты можешь спрашивать об этом? — Рэрити остановилась, когда поняла, что она только что сказала. — То есть, это не значит, что ты делаешь что-то плохое, точно, просто я бы сделала всё по-другому, если бы была на твоём месте, но, конечно, это не так и я…

— Всё в порядке, Рэрити. Если бы я просто хотела, чтобы кто-нибудь согласился со мной, то поговорила бы с другими принцессами. Хотя, на самом деле я уже сделала это. Это действительно помогает идти дальше по этому печальному пути, но теперь я хочу знать, что думаешь ты. Почему бы тебе не ступить на тот же путь?

Рэрити пожала плечами. — Я не вижу смысла в таком подарке, если ты не можешь поделиться им.

— Это сложнее, чем…

— Я знаю, дорогуша. Ты не должна меня убеждать. Это действительно твоё решение, и я думаю, что Селестия выбрала для тебя эту роль, потому что ты в состоянии принимать такие решения. Да, я хотела бы быть принцессой. Я хотела бы жить вечно. Но не буду и это нормально. Я прожила хорошую жизнь. Этого достаточно.

Внезапно они увидели Санстоуна, он галопом мчался по улице и лихорадочно метался туда-сюда, явно кого-то ища. И Рэрити с неодобрением отметила, что рядом с ним не было Хоникрисп.

Сын увидел её и бросился к ним. — Мама, вот ты где! Я был с Хоникрисп, когда это услышал, и подумал, что ты захочешь знать.

— Знать что? — сказала Рэрити.

— Это Флаттершай, — сказал он. — Она в больнице.

— Что? — сказала Твайлайт. — Что случилось?

— Я не знаю! Но всё достаточно плохо, раз они послали кого-то, чтобы найти Хоникрисп прямо сейчас!

Две кобылы обменялись взволнованными взглядами. — Это не хорошо, — сказала Твайлайт. — Мы должны узнать, что происходит.

Рэрити кивнула. — Спасибо, что нашёл нас, Санстоун. Твайлайт, не могла бы ты..?

Вспышка магии и обе пони исчезли.

Вал Адриана. (В оригинале название понифициованно — Haydrian Wall)