Твайлайт и фонарик от страха

Твайлайт и фонарик от страха

Был нетихий зимний вечер. Твайлайт подошла к окну на втором этаже понивильской библиотеки. С рёвом мимо запотевшего окна проносились колкие снежинки. Там, за окном, настоящее царство холода и бурана, а здесь при мягком свете настольного фонарика, так уютно и хорошо, что кажется вот оно – тёплое ламповое счастье. Но как бы ни хотелось понаслаждаться этими ласкающими душу чувствами ещё некоторое время, надо было ложиться спать, ведь завтра – канун Дня Согревающего Очага. Многое ещё предстоит сделать, организовать и приготовить, а главное не спать всю следующую ночь. Несмотря на это, у Спайка были на эту ночь свои планы, с которыми Твайлайт была категорически не согласна.

— Спайк! – обеспокоенно позвала Твайлайт, — Как у тебя там дела? Ты закончил? Уже час ночи! Я хочу спать!

— Ну, иди и спи, — снизу донёсся сонный голос маленького дракона. – Я уже скоро закончу с расстановкой «Дружбы и мира» по полкам и присоединюсь к тебе в царстве Луны.

— Как бы ни так, хитрец! – подумала Твайлайт. – Опять дождёшься, пока я засну, просидишь до утра со своими «Пиратами Кобыльских островов», а на следующий день не сможешь даже встать. А ты мне завтра нужен. В одиночку я не справлюсь. Так что…

— Спайк! А я ведь сейчас засну и так и не смогу тебе почитать на ночь, — грустно сказала лавандовая пони, однако улыбка её, невидная сейчас дракончику, говорила о том, что её обладательница крайне горда своей задумкой.

— Что? Не может быть! А что будем читать? – на первом этаже что-то радостно зашевелилось. Твайлайт услышала предсказуемый звук спрыгивания с библиотечной стремянки.

— Хе-хе, попался! – добродушно улыбнулась Твайлайт. А потом добавила уже громче для Спайка, — Как насчёт «Сказок и притч давних времён»?

— Притчи! Какой отстой! – не стесняясь, произнёс фиолетовый дракончик, появившийся перед Твайлайт. Однако глаза его говорили обратное. Твайлайт знала, на что можно поймать своего маленького друга.

— Ты же даже не знаешь, от чего отказываешься! Тебе понравится. Честно, — говорила она, разбирая постель и взбивая подушку Спайку.

— Ну ладно, ладно, дадим этой книжке шанс, — ответил он, укладываясь в свою маленькую кровать.

— А куда ты денешься, если ты обожаешь это времяпрепровождение больше жизни? – с улыбкой подумала Твайлайт. – Ну и, кроме того, ты мне доверяешь, ибо я плохого не посоветую. И ты это знаешь.

Твайлайт удобно расположилась на своей кровати поверх одеяла, перелистывая книжку в старом, истрёпанном временем, мягком переплёте, усеянную пёстрыми закладками и исписанную заметками на полях. Уже сам ламповый шелест этих страниц убаюкивал и без того сонного Спайка, однако надо же было послушать историю!

— А вот, нашла – торжествующе произнесла Твайлайт, — эта часть сказок и притч, посвящена символическому диалогу между пони и её создателем – неким «старым аликорном». Таким незатейливым образом древние пони передавали мудрость предков, накопившуюся у них. Не больше, не меньше…

— Давай в этот раз, без скучной истории создания, Твайлайт, ладно? – попросил, зевая, Спайк, — просто прочитай мне сказку на ночь…

— Всё начинаю… — ухмыльнулась она, — Итак…

«Однажды старого аликорна разбудил плач пони. Она жалась к своему создателю всем своим маленьким телом и теребила его за крыло:

— Проснись папочка! Проснись!

— Что случилось, дорогая моя? – удивился аликорн и заботливо прижал её к себе освободившимся крылом.

— Я боюсь… — заплакала она.

— Тебе нечего бояться в моём доме. А весь мир – мой дом.

— Папочка, там в углу за моей кроватью в темноте, там кто-то живёт… Там кто-то страшный. Он съест меня! Не дай ему этого сделать!

Старый аликорн добродушно рассмеялся. Он встал и искрой из своего рога зажёг фитильный фонарик.

— Пойдём дорогая…

— Я не хочу, там страшно!

— А вот увидишь. Нет там никого. Мы просто посветим туда фонариком, и всё будет хорошо.

Пони тряслась от ужаса, но через мгновение ей стало стыдно. Струйка света, бьющая из окошка фонарика, осветила угол, в котором не было ничего страшнее пыли.

Создатель решил проверить, насколько хорошо она усвоила урок.

— Смотри… — старый аликорн погасил фонарик, — а что это в том углу?

— Там.. – пыталась приглядеться поняша в кромешной темноте, — там ничего… Ах нет! Там тоже кто-то есть он просто перебежал туда из того угла, что мы сейчас осветили, чтобы спрятаться от нас! Кто-то страшный! – заплакала вновь пони и прижалась к отцу ещё сильнее.

— Нет, там тоже никого нет, — улыбнулся старый аликорн, обнял поняшу и посветил фонариком во второй угол. Там тоже были лишь следы давней уборки.

— Видишь ли… Ничего и никого страшного я для тебя не создал. Такого просто не бывает.

— А как же чудища? – посмотрела поняша за окно, где начинался ночной Вечносвободный лес.

— Они все здесь, — отечески улыбнулся тот и упёрся копытом в её лоб. – Все кого ты можешь, бояться живут только в твоём воображении.

Они вместе посмотрели в темноту.

— Там нет никого и ничего страшного. Это всегда можно проверить. Возьми фонарик и посвети. Теперь он твой — я дарю его тебе.

Она взяла его, зажгла и посветила. Ни в третьем, ни в четвёртом углу не было ничего кроме пыли. А надо сказать в доме так давно не убирались, что пыли было много, и она в сумерках складывалась в причудливые образы.

— Если ты чего-то боишься не надо от этого бежать. Ты стараешься не думать о том, что представляет собой твой страх. Подумай о том, чего ты боишься. Осознай это. Если долго смотреть на свой страх и пытаться понять что же в нём тебя пугает, направлять свет своего сознания в тёмный уголок подсознания, то страх рассеется. Потому что страх живёт там, куда ты не смотришь, куда ты не хочешь смотреть, в той части твоей памяти, о которой ты не хочешь думать. Просто посвети туда фонариком и убедись, что ты всё разглядела. А теперь давай спать.»

Твайлайт отложила старую книгу в потёртом переплёте на столик около кровати и мечтательно посмотрела в окно, где всё ещё бушевала метель.

— Ну и что, мне прямо нечего бояться в этом мире? Кроме того, что это за аликорн такой? У нас одни богини – Селестия и Луна! — подкладывая лапу под голову, произнёс Спайк.

— Это была просто притча. Однако каждая притча несёт в себе след здравого смысла и отголосок реальных или возможных или символических событий. Не знаю, был этот аликорн или нет, но сейчас я думаю, нам нужно последовать его мудрому совету. Давай спать, — и с этими словами, Твайлайт задула свечу в настольном фонарике.

Лавандовая пони закрыла глаза завернулась в тёплое, пуховое, шуршащее одеяло, которое радушно и ласково приняло её в свои объятия, глубоко вдохнула и с наслаждением выдохнула. Она укуталась и стала, засыпая, слушать завывание вьюги за окном. Спайк мирно захрапел, стоило ей только потушить свечу.

Она почти заснула, как вдруг какой-то неестественный звук испугал её до дискордиков — что-то стукнуло в окно. Спайк лишь перевернулся на другой бок, Твайлайт же вздрогнула и подскочила на кровати. В нависшей тишине, она не смела пошевелиться, у неё бешено стучало сердце. Но вдруг, она что-то как будто вспомнила и сосредоточилась на ситуации. Она сейчас находится за окном, в своём доме, на высоте четырёх-пяти метров от земли – на втором этаже. Ага, значит, никто страшный не может забраться на такую высоту. Да и чего ей бояться, ведь… «никого и ничего страшного я для тебя не создал, просто посвети фонариком»… Брр… странная мысль, но от неё стало легче. Разум победил, и от иррационального страха не осталось и следа. Сознание немедленно выдало ответ, на вопрос, которым пыталось напугать её подсознание – это была ночная птица.

И правда, когда Твайлайт с лёгкостью и чувством отступившего наваждения легла обратно в мягкую постель, за окном появился нарядный, как ёлочная игрушка, снегирь и приветливо помахал ей крылом.

— Спокойной ночи, — подумала про себя лавандовая пони и уснула с улыбкой на лице, слушая как там, на улице завывает вьюга и, чувствуя тепло каждой клеточкой своего тела.