Автор рисунка: Siansaar
Глава 4 Дороги Зоны. Обращение автора

Глава 5 Операция «Агропром»

Небо над Зоной снова затянули свинцовые тучи, вполне привычная для этих мест картина.

По разбитой до непроходимости асфальтированной дороге шли двое, слишком разные, что бы быть вместе, они, тем не менее, объединили свои усилия что бы достигнуть общей цели.

Точнее, усилия прилагал только один ходок, а второй брёл по дороге с отрешенным видом, будто зомби.

Его глаза напоминали две стекляшки, движения были монотонны, а в голове, где то глубоко в подсознании он вновь переживал момент, соприкосновения с Взглядом.

Черная, непроглядная тьма вновь заполнила мой разум не оставляя сил для сопротивления, она обволакивала меня со всех сторон не давая даже сделать вдох, подавляя инстинкты и мысли, заставляла подчиняться только ей.

И в центре этой тьмы, меня поджидал Взгляд, тот самый от которого кровь стынет в жилах, от которого хочется бежать не останавливаясь, неважно куда, просто бежать.

Но Взгляд не позволяет, Он пронизывает тебя насквозь, подчиняет тело себе, заставляя разум сжиматься и трястись от страха в глубине подсознания.

И вот ты уже не живой человек, ты – марионетка во власти чего – то потустороннего, чуждого, будто бы пришедшего из другого мира.

Его воля непоколебима, ты видишь как твоё тело, подчиняясь воле Взгляда идёт, в лапы к чудовищу которое уже пустило слюну в предвкушении пиршества, его пасть всего в сантиметре от твоего лица, но закричать ты не можешь.

Даже когда чудовище начинает тебя заживо пожирать, ты не способен контролировать своё тело, разрываемое на части острыми, как охотничий нож когтями и остаётся лишь мириться с этим кошмаром.

Ты не в силах ни кричать, ни оказать какое либо сопротивление, но ты прекрасно ощущаешь боль, которую причиняют тебе кривые зубы мутанта, впиваясь в твоё тело, разрывая ткань одежды, бронежилет, а затем и плоть.

Хочется скорее умереть, покинуть это царство боли и ужаса, но Взгляд не позволит, Он надёжно держит цепями своей воли твой израненный ужасом разум, будто упиваясь его агонией…

-Эй! Луна приём? Говорит Земля, ответьте! В одно мгновенье иллюзорный мир кошмаров рухнул, будто его и не было, к телу вернулся прежний контроль, и только дрожь по всему телу напоминала о том, что я вновь пережил встречу с Взглядом.

Я лежал на траве лицом вверх, первые капли дождя падали, на него оставляя следы прохлады.

Я попытался открыть глаза, это далось на удивление легко, а картина представшая предо мной окончательно вернула меня к жизни.

Большие, черные глаза внимательно смотрели на меня с опаской и даже состраданием, этот взгляд, не подчинял, он не навязывал мне свою волю, он не был чем-то потусторонним.

— С тобой всё в порядке? Мордашка пегаски выражала крайнюю озабоченность, она сидела рядом со мной и толкала копытцем в плечо, что бы привести меня в сознание.

Я, было, попытался что-то сказать, но вместо слов из пересохшей гортани вырвался лишь хрип, поднявшись с земли, я сел на землю и начал рыться в рюкзаке в поисках фляги.

— Ты меня вообще слышишь? Рэйнбоу сидела на траве и с опаской глядела на меня.

-Прекрасно слышу, не надо так орать. Оторвавшись от фляжки, грубо ответил я. – Чего ты так переполошилась?

— Ну не знаю, может для вас людей это нормально рухнуть посреди дороги а вместо того чтобы толком объяснить что с тобой такое бормотать всякую бессвязную чушь. Она смотрела на меня совершенно серьёзными, умными глазами, и от такого взгляда мне стало как то не по себе, захотелось отвернуться в сторону, потому что сейчас я чувствовал себя виноватым перед своей спутницей.

— Это ведь ты меня сюда вытащила? Я обвел рукой поляну, на которой мы сидели.

-Агась, пришлось тебя зубами за шиворот тащить, не оставлять же тебя посреди дороги валяться. Она снова внимательно посмотрела мне прямо в глаза. – Так что с тобой произошло?

— Ничего, я в порядке. Холодно ответил я. – Идём дальше.

Я попытался было встать, но Рэйнбоу встала мне передними ногами на колени, так что её мордашка оказалось всего в паре сантиметров от моего лица.

— Нет уж, мы никуда мы не пойдём, пока ты не объяснишь, что с тобой случилось! Она снова смотрела на меня суровым, непробиваемым взглядом, которому сложно было противостоять.

— Это всё из- за ангара. Там мутант был, он меня вроде как загипнотизировал.

Пегасочка внимательно слушала, при этом не переставая смотреть на меня как на врага народа.

— Я его тогда, все-таки застрелил, а вот сейчас на меня похоже пост эффекты гипноза и действуют.

— И какие же пост эффекты? Она приподняла одну бровь.

— Кошмары. Мрачно ответил я.

Дальше мы шли, молча, говорить было не о чем, да и не хотелось.

Я – внимательно следил за дорогой, а Рэйнбоу просто шла рядом и смотрела по сторонам,

Когда вдали замаячили заводские корпуса, мы наконец сделали привал в ложбине на опушке леса

Мы удобно расположились под поваленным деревом, которое несмотря на то что лежало на боку продолжало расти.

Доказательством тому были зелёные листья частично покрывающие его ветки.

Я снял рюкзак, предварительно достав из него небольшой блокнот, закинул автомат за плечо, и пошел в кустарник который кстати был недалеко от корпусов «Агропрома».

— Жди здесь! Бросил я через плечо пегаске.

— Эй постой я с тобой хочу! Рэйнбоу было сорвалась меня догонять, но я остановил её жестом.

— Я по нужде пошел.

— С ружьём? Я было хотел прочитать спутнице лекцию о видах оружия, (Терпеть ненавижу тех кто не может отличить ружьё от автомата) но зов природы заставил меня действовать оперативно.

— Тут знаешь ли опасно, вдруг мутант какой, а я без оружия!

Рэйнбоу лишь брезгливо фыркнула, и осталась сторожить мой рюкзак.

И вот уже минут десять ваш верный слуга Олег Турист, сидит, как и подобает туристу в кустах, и всем понятно, что делает.

Забросив листки блокнота в кустики, я начал было надевать штаны, как вдруг раздался приглушенный хлопок, и ветка в паре сантиметров от моего лица переломилась надвое.

Я инстинктивно рухнул на землю, и попытался понять откуда в меня стреляют.

Снова хлопок и рядом с моей рукой взметнулся в воздух фонтанчик земли.

Я быстро огляделся, и тут в кустах на холме, метрах в ста от моей лёжки что – то блеснуло.

Оптика. Значит дела мои плохи, кто попало по Зоне с оптикой не ходит, её мало того что достать тяжело, так она еще и стоит как новенький автомат Калашникова, а судя по звуку мой стрелок еще и глушителем пользовался.

Приехали…

Мысли лезли в голову одна мрачнее другой, вдруг пока я тут отлёживаюсь, меня обходит группа человека эдак три, и тут напрашивается вопрос кто они.

Бандиты, это маловероятно, им такая винтовка с оптикой и глушителем просто не по карману.

Долг? Это тоже не факт, те бы в честного бродягу стрелять не стали.

Дугой сталкер? Возможно, но тогда в чем причина нападения?

Оставался один вариант – Военные.

Очередной блик отметил снайпера в кустах.

На этот раз не теряя ни секунды, я перекатился за поваленное дерево и дал длинную очередь из автомата по предполагаемой позиции врага.

Из бревна вылетело несколько трухлявых щепок.

Снова длинная очередь по кустам.

В ответ прилетели два снайперских гостинца, но все они попали в ствол дерева.

А ведь он не выцеливает меня, просто старается прижать к земле, значит меня точно обходят. Была не была!

Я выкатился из-за укрытия, взял очередной блик оптики в свой механический прицел и зажал курок стараясь одолеть отдачу и не дать стволу уйти в сторону.

Когда магазин опустел, я тут же уполз назад за дерево, что бы перезарядиться.

Тянулись тягостные минуты молчания в перестрелке, и мысль о том что меня обходят не давала мне покоя, к тому же снайпер перестал отчаянно палить по мне, а это могло значить что он ищет более удобную позицию что бы подстрелить меня как рябчика.

Просидев так около четверти часа, я наконец решился выбраться из-за дерева и проведать моего несостоявшегося убийцу.

Когда я дополз до холма обильно поросшего высоким кустарником, то по-настоящему удивился.

Во-первых, Снайпер был облачен в костюм «Гили» повторяющий фактуру и цветовую схему лесной полстилки, во-вторых он был мёртв.

Когда я подошел к трупу вплотную и посмотрел себе под ноги то меня пробрало на смех.

Так я стоял где то с минуту и дико ржал, глядя на свои грязные, волосатые лодыжки.

Значит, когда снайпер начал по мне палить, я так перепугался что выскочил из своих штанов.

— Смотри-ка дядя, мне чтоб тебя прищучить даже штаны не понадобились!

А ведь у стрелка то, добротная СВУ, нечего добру пропадать, я так считаю.

Обыскивая еще не остывшего мертвеца, я приговаривал: — Ты мужик молодец, по чести поступил, не дал мне пасть в бесштанном виде, даже шанс на спасенье дал, а вот я – негодяй, даже штаны не надел.

И тут моя очередная находка сильно меня озадачила.

После того, как я снял со снайпера маскировочный костюм (не подумайте ничего плохого, я просто придумал ему лучшее применение, да и РПС стрелка мне приглянулась…) то обнаружил что в комбинезоне снайпера, нет ни единого пулевого отверстия, а вот его горло перерезано, вот так вот запросто, от уха до уха.

Значит кроме нас двоих был еще и третий, и не известно как он ко мне относится. Так что я решил не задерживаться и поскорее ретировался от места гибели своего несостоявшегося палача.

Захватив на обратном пути, штаны, я вышел к месту нашей стоянки, но ни рюкзака, ни радужной пегаски, у поваленного дерева не было.

— Вот так номер! Процедил я оглядывая пустое место стоянки.

И тут из кроны поваленного дерева раздался знакомый голосок. – Турист, сюда!

Поначалу я признаться ничего не понял, но подойдя поближе смекнул в чем дело: Маленькая пегаска, забралась в крону дерева, и затащила с собой рюкзак.

— Молодец, Рэйнбоу! Залезая под прикрытие веток, я дружески похлопал спутницу по спине, она же без особого удовольствия отнеслась к моему жесту.

Усевшись по-турецки, как индеец в шалаше, я показал ей вои трофеи, винтовку и камуфляж.

Около часа мы сидели в полной тишине, первым голос подал я.

— С вояками, что-то решать надо, я их лагерь в прицел видел, и не понравилось мне, совсем не понравилось. Мрачно заключил я.

— Да чего решать-то?! Ворвёмся к ним в лагерь, ты их из ружья перестреляешь, а тех, что останутся, я копытом в щи успокою! Пегаска с торжествующим видом ринулась к выходу.

— Ты совсем с головой не дружишь?

— Почему это?!

— Там за забором, три десятка хорошо обученных вояк – контрактников, они мало того что вооружены до зубов, так еще сначала стреляют, а уж потом думают. К тому же, им платят за каждого ликвидированного нарушителя на территории Зоны.

Рэйнбоу и не думала униматься.

— Да какими бы они крутыми не были, я круче их всех вместе взятых в двести раз!

И тут мои нервы не выдержали, я схватил пегаску за шкирку, развернул к себе, держа её удивлённую мордашку почти в упор к своему лицу, и тихо, но быстро заговорил:

— Запомни, мелкая, запомни раз и навсегда, в Зоне крутые проживают яркую, но очень короткую жизнь, погибая самой глупой смертью, дольше всех живут внимательные и осторожные…

— Как ты?

— Надеюсь что да… Выдохнул я отпуская спутницу.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Ну, сначала, я дождусь темноты, потом, спрячу здесь лишний груз, и через дырку в заборе залезу на территорию военных.

Деш, слегка прищурившись, внимательно слушала.

-…Потом по пожарной лестнице на третий этаж, найду ноутбук, и выберусь прежним путем. Как только я закончил описывать свой гениальный план, Рэйнбоу вклинилась со своим геройством.

— А потом вступаю я, и раскидываю всех солдат!

— Нет.

— Что нет? Не поняла пегаска.

— Ты сидишь здесь, и сторожишь наше добро.

Наступила полная тишина, в которой было слышно, как моросит мелкий дождик, стуча каплями по листьям нашего импровизированного укрытия.

Вдруг пегаска развернулась и уставилась мне прямо в глаза.

— я что-то не поняла, моё участие в этом деле предусмотрено?

-Нет. С каменным лицом ответил я.

И тут мою попутчицу разобрало по полной программе.

— То есть как «нет»?

— Вот так, нет и всё.

Она резко кинулась на меня, а так как я сидел на корточках, то повалился на спину.

— Ты что думаешь? От меня нет никакой пользы? Думаешь, можно меня всячески унижать, оскорблять и относиться ко мне как к обузе…

— Я…

— Заткни пасть! Ты сказал что мы – напарники! Ты говорил, что напарники должны доверять друг – другу, ты сказал, что они должны работать как одно целое.

Я попытался было нащупать автомат, но пегаска поставила своё копытце мне на горло, и начала медленно давить.

— Всю дорогу я терпела твои выходки, с радиацией этой твоей…

Из моего горла вырвался лишь сдавленный хрип. Я был ошарашен и напуган.

— И ты оставался целым и невредимым лишь благодаря этому своему оружию…

Я, было, попытался оттолкнуть пегаску от себя, но она опередила мою атаку, резко наступив мне ногой на солнечное сплетение.

— …И если у тебя осталась хоть капля чести, ты примешь мой вызов, один на один, никакого оружия, только то, что есть у нас от природы…

Она уперлась своей мордочкой в мой нос и зловеще прошептала:

— Победитель – остаётся прав, а проигравший выполняет все приказы победителя!

С этими словами она резко встала с меня, и начала вылезать из укрытия.

— Чего сидишь? Струсил?! Бросила она через плечо.

И вот мы стоим посреди поляны, как и три дня назад, но на этот раз оружия у меня нет.

— Что дерёмся до тех пор, пока один из нас не начнет молить о пощаде? Спросил я на полном серьёзе.

— Я никогда не буду молить о пощаде, тем более тебя! Презрительно фыркнула Рэйнбоу.

— А как тогда.

— Бьёмся до первой крови… Процедила она, при этом угрожающе прищурившись.

Её крылья начали медленно подниматься, она готовилась к рывку.

И вдруг на полпути они резко сложились, а пегаска синей молнией побежала на меня.

Я приготовился поставить ей подножку, но вдруг она взмахнула крыльями и полетела. Я был не готов к такому раскладу событий, и смог лишь подставить спину.

Хорошенький такой удар получился… У меня даже дыхание перехватило.

Пегаска тем временем приземлилась, и резко развернувшись, снова кинулась на меня, на этот раз без обманных манёвров, за что и поплатилась.

Я схватил летящую на меня пегаску за ногу, и резко развернув, заехал ей кулаком, прямо в морду, отчего та покатилась кубарем по траве.

Поднявшись, она тут же ринулась в новую атаку, которой я не ожидал.

Пролетев прямо у меня над головой, Рэйнбоу со всей силы ударила меня задними ногами в затылок.

Мир потерял яркость, а голова закружилась.

Еще один удар.

Еще

И еще.

Удары сыпались на меня градом, пока я вставал.

— Чего разлёгся?! Дерись, как подобает мужчине! Вопила маленькая бестия.

Пошатываясь, я всё же встал, и первым делом отвесил вновь атаковавшей меня пегаске тяжелый, размашистый пинок.

Она отлетела в сторону, покопошилась там немного, а затем свернулась калачиком, лишь изредка вздрагивая.

Мне стало страшно.

Страшно за то, что я если и не убил, то серьёзно покалечил, эту маленькую задиру.

Но когда я подошел ближе, то понял, в чем была причина конвульсивных вздрагиваний пегаски.

Она плакала.

— Ну что? Что ты ревёшь? Ты ведь сама хотела честного боя!

Она резко встала, обратив ко мне свой пламенный взор.

— Да! Ты победил! Она прерывисто выдохнула. – Доволен!?

Она указала копытцем на кончик своего носа. Из ноздри, тонкой ленточкой сочилась кровь.

— Рэйнбоу, я не хотел, правда…

— Да пошел ты! Выкрикнула она, и бросилась бежать. – Ненавижу тебя! Её голосок дрожал.

А я стоял как идиот и даже не пытался остановить её…

А ведь Рэйнбоу ничего не знает о выживании в Зоне, для неё тут всюду верная смерть, её нельзя отпускать одну, твердил мне внутренний голос. Нужно бежать, остановить её…

Но я стоял как вкопанный посреди поляны, на которой только что в неравном бою сошлись двое, человек и пони.

Я сидел под кроной поваленного дерева, и готовился к новому рывку. Все свои вещи я упаковал в рюкзак, оставив только, автомат и пару магазинов к нему.

То, что мне предстояло сделать граничило с невозможным.

Конечно, до Зоны мне доводилось проникать на охраняемые объекты, с целью пощекотать свои нервы, но здесь всё иначе.

Раньше за нарушение охраняемого периметра мне максимум грозил штраф в пару тысяч рублей, теперь же ценой моего провала была моя собственная жизнь.

Что бы снять напряжение и усталость, накопившиеся за день, я достал из рюкзака баночку НонСтопа.

Открыл, понюхал, пахло рвотой и витамнками, зажмурившись, я залпом осушил банку, и, выбросив её в кусты, пошел в сторону лагеря военных.

Проходя через поле, я бросил взгляд на уже почти угасший закат, и на душе вновь стало пусто и тоскливо, когда рядом не было радужной пегаски с её наглостью и выпендрёжем.

Я глубоко вдохнул, и попытался убедить себя, что с Рэйнбоу всё будет хорошо, но обмануть скептика внутри себя оказалось невозможно, вдобавок воображение издевательски нарисовало мне, как слепые псы рвут на части маленькую пегасочку, к которой за время нашего путешествия я успел сильно привязаться.

Что бы хоть как то отогнать дурные мысли, я перехватил автомат поудобнее, и стал мысленно просчитывать план своих действий.

Найти в темноте дыру в заборе, оказалось не так уж сложно, осторожно пробираясь сквозь кустарник под забором, я то и дело поглядывал на крышу здания НИИ, на которой военные установили прожектор, что бы часовым было сподручнее живность гонять.

Дыра в заборе была совсем небольшая около метра в диаметре, к тому же по её краям торчала арматура, так что лезть придётся осторожно, а то, как минимум куртку порву, а как максимум сам на ржавое железо напорюсь.

Моё внимание привлек легкий блеск среди травы. – Так что тут у нас… Я аккуратно, раздвинул стебли. – Оп па! А это у нас растяжечка.

Осторожно зажал леску между пальцев, и разрезал её ножом, а гранату, оставил на своём месте.

Когда я пролез через пробоину на территорию НИИ, то обнаружил неприятный сюрприз: территория патрулировалась.

Двое солдат, неспешно прогуливались по дорожке, идущей вдоль стены здания, и курили. Их автоматы по натовской моде висели на животе, а судя по расслабленной походке они, скорее всего, уже заканчивали дежурство.

— Достало это меня всё! Пробубнил один из солдат. – Засады, налёты, выбросы… Терпежу уже нет!

— Ага… Отозвался второй. – Хорошо, что Халецкий, не знает, что это мы его спиртягу сталкерам толкнули…

— Это да…

Я лежал в зарослях дикого шиповника, не смея пошевелиться или даже вдохнуть, ожидая пока пройдёт патруль.

— Слыхал, что Костика вчера отослали домой?

— Повезло ему ничего не скажешь… Пробурчал второй сквозь респиратор.

— Этот счастливчик потерял ногу.

— Ну, он хоть выберется из этой чертовой Зоны. Возразил тот же обладатель газовой маски.

Когда патруль скрылся за углом, я выскочил из кустов и бросился к лестнице на стене здания.

Подпрыгнул, подтянулся, и полез вверх по лестнице.

К моему величайшему сожалению, окна на третьем этаже оказались целы, да еще и закрыты, так что придётся мне лезть через крышу.

Когда я забрался на крышу здания, то чуть не привлёк своей вознёй внимание постового.

Тот, скучая, смотрел в темноту, поглаживая цевье своей винтовки.

Рискуя быть замеченным, я прополз под прикрытием вентиляционных труб к двери, ведущей в само помещение института. Крадучись, я пробирался по лестнице вниз прислушиваясь к каждому шороху. Самым страшным сейчас было столкнуться лицом к лицу с патрулём или даже просто с солдатом, пошедшим по нужде, тогда неизбежно поднимется шум, и вся база будет поднята по тревоге, что бы ликвидировать нарушителя.

Проходя мимо окна, я выглянул на улицу. На площади перед главным корпусом, возле памятника трём учёным чьи гипсовые лица не пощадило время и кислотные дожди, стоял БТР, возле которого собравшись в кружок сидели солдаты и таращились в маленький телевизор, подключенный к двигателю машины.

И тут в коридоре раздались голоса и шаги. Оглядевшись, я кинулся в первое попавшееся мне помещение.

Это оказалась какая–то кладовка, заваленная всяким мусором, я прижался к стене и прислушался.

Люди шли по коридору и о чем-то оживлённо спорили.

— Товарищ майор, вы ведь понимаете что большая часть личного состава базы, курсанты – срочники, опытных бойцов у нас едва хватает, что бы поддерживать боеспособность…

— Я всё прекрасно понимаю, Игнатьев. Густым басом ответил второй. Но содержать устройство с этими файлами на территории перевалочного пункта, это слишком большой риск. По данным информатора, местные нелегальные скупщики, заинтересованы в том, что бы завладеть этим устпройством. И поверь, Паша, они ни перед чем не остановятся.

— Товарищ полковник! Но не на ночь же глядя этот ноут треклятый по Зоне везти!

Не унимался «Паша».

— Хорошо, что ты предлагаешь?

-Давайте утром, я вызову вертолёт из Дитяток.

На этих словах, они свернули на лестницу, так что остаток разговора я не услышал.

Подождав еще немного, я выбрался из кладовки и спустился на этаж ниже.

Крадучись я шел по пустому коридору, с одной стороны было длинное окно, а с дугой в ряд шли двери. Я осторожно заглядывал в каждую дверь и лишь разочарованно её прикрывал, в комнатах, либо царило запустение, либо разруха.

Вдруг меня словно молнией ударило…

— Андрюха, це що ты шо ли?

— Ага, я это. Дрожащим голосом ответил я.

— Ну, ты Андрюха меня напугал! Засмеялся солдат за моей спиной.

Гулкие шаги, возвестили о том, что боец, принявший меня за «Андрюху» стал уходить.

— Ладно, Андрюх, завтра погутарим.

У меня как гора с плеч свалилась, чуть не попался.

Еще одна дверь.

-Пусто…

Открыв следующую, я радостно стукнул себя кулаком по колену.

На старом деревянном столе, стоял небольшой ноутбук, освещая экраном, стол переел собой.

Грохот взрыва заставил меня подпрыгнуть на месте.

Я выглянул из окна, БТР на главной площади пылал, а пятеро солдат неподвижно лежали возле машины. Через пару секунд, ночную тьму разорвала трескотня перестрелки.

Рванувшись к ноутбуку, я принялся лихорадочно водить указательным пальцем по тачподу, щурясь от яркого света монитора, пытаясь срочно найти искомый файл, ведь неизвестно кто наведался в гости к воякам.

Перестрелка, тем временем приближалась к главному корпусу. На площади застрекотали автоматы с глушителями, а со второго этажа им ответили наши голосистые «Калаши».

И тут мне на глаза попалась папка с названием Х – 22, открыв её, я по-настоящему охренел: содержимое этой папки без учёной степени по биологии понять невозможно в принципе.

Здание содрогнулось от мощного взрыва, я захлопнул ноутбук, и засунул его в самый большой карман разгрузки, потом с ним разберусь.

Пулей, вылетев из кабинета, я чуть было не натолкнулся на двух солдат бегущих вверх по лестнице.

Внизу раздалась пальба и вопли.

Выскочив как ошпаренный на четвёртый этаж, я врезался в щуплого солдатика с АКМом наперевес, но вместо того что бы открыть по мне огонь он что было мочи заорал:

— Мужики, не стреляйте в него, это наш! Это было последнее, что сказал солдатик, длинная очередь с лестничной клетки перечеркнуло его грудь, и он захлебнулся своим криком, оседая на пол.

— Cover me I am reloading! Закричал на лестнице кто-то из атакующих.

Рослый солдат, в форме Российской армии засевший за перевёрнутой ЭВМ дал длинную очередь, во тьму, откуда ему огрызнулось сразу несколько винтовок нападавших.

Приметив большой сейф без двери, я забрался в него, что бы не кончить как парнишка что встретил меня.

Град пуль обрушился на моё укрытие, и я еще раз порадовался, что принял правильное решение укрыться за прочной сталью. Тем временем помещение сотрясли два взрыва, и мир ненадолго померк для меня.

Выглянув из укрытия, я увидел печальную картину: последний оборонявшийся солдат лежал в тёмной луже без признаков жизни, а по коридору, заполненному дымом, двигались лучи тактических фонарей.

Внезапно, нестерпимый гул заполнил всё пространство, и луч света выделил в дыму человеческие фигуры.

Бойцы, инстинктивно присели.

И тут мир утонул в грохоте вертолётной пушки. Короткие раскатистые выстрелы сотрясали здание, пули покидая ствол, разбивали окна, рвали на куски наёмников стоявших в коридоре и оставляли огромные дыры в стене напротив.

Один снаряд (язык больше не поворачивается назвать ЭТО пулей) попал в сейф, в котором я прятался. Массивную стальную коробку перевернуло, и я вывалился из неё, на пол, покрытый битым кафелем.

Гул утих, видимо вертолёт пошел на новый заход, так что я воспользовался паузой, и сиганул к выходу на крышу.

— Stop ed bastard! Заорал кто-то в коридоре.

Я выбрался на лестницу, но тут мне в спину прилетел кирпич. Я развернулся и увидел рослого человека в синем комбинезоне и с футуристической винтовкой в руках, по очертаниям я признал бельгийский FN F – 2000. Он сильно хромал, но шел ко мне, попутно доставая нож.

— Сгинь урод! Заорал я, вылезая на крышу.

Пробежав совсем немного, я упал, потому что мне в спину прилетел тот самый нож. Хорошо, что наёмник был ранен, а то мне бы и бронежилет не помог.

Сильная рука развернула меня на спину. Наёмник занёс нож, держа его двумя руками как жертвенный клинок.

Дельнейшие события, разворачивались как в голливудском боевике: за спиной у наймита, вспыхнул огонь вертолётного прожектора, ненадолго ослепив меня, наёмник начал разворачиваться, одновременно поднимая свой автомат. Военный, управлявший огнём, явно медлил, а вот солдат удачи медлить не стал.

Он выстрелил из подствольного гранатомёта прямо в висящую перед ним машину.

Вспышка взрыва, и свет фар вертолёта сместился, позволив рассмотреть бортовой номер машины «52» .

Наёмник, победоносно поднял автомат к плечу, и начал было разворачиваться, но внезапно согнулся, получив берцом в пах.

Я вскочил на ноги и бросился бежать к лестнице.

Дальнейшие события разворачивались как в замедленном кино.

Развернувшись на месте вертолёт начал, крениться к зданию, его лопасти крошились о крышу постройки разлетаясь на куски, врезавшись в твёрдый бетон корпус винтокрылой машины, сначала согнулся, а затем взорвался, погребая под валом огня стоящего на коленях наймита.

Бушующее пламя стремительно неслось ко мне, грозя скорой кончиной в пламени преисподней.

Что-то с силой врезалось мне в плечо, и пылающая стена резко отдалилась.

Точнее я отдалился от пылающей стены.

Это я понял когда, рухнул на шиферную крышу пристройки, сознание начало покидать меня, и поэтому я не чувствовал как мое бездыханное тело катится по наклонной крыше, как срывается с края пристройки, и как падает с трёхметровой высоты на сырую украинскую землю.

Очнулся я от того что кто-то давил мне на грудь, да еще и сильно тряс.

— Турист, чтоб тебя! Очнись слоупок несчастный! Ну, ты ведь не умер! Родной голос заставил сердце биться, а голову соображать.

— Скажи, что ты не умер! Пожалуйста… Голосок пегаски дрожал, кажется она плакала. Я резко открыл глаза.

– Нет Крылатая, не умер.

Пегаска Крепко сжала мою шею своими передними ногами.

-Ты чертовски вовремя Деш! Я осторожно отстранил пегасочку от себя.

Встал, и тут же понял, что только в компьютерных играх главный герой спокойно переносит все тяготы боя, а в жизни- то оказывается после таких пострелушек, всё тело ноет.

Но ничего, силы на то, что бы уйти с места происшествия у меня нашлись.

Первым делом, мы заглянули за рюкзаком, в котором было всё наше общее добро, к тому же, я посеял свой КАСУ во время боя, так что из оружия у меня остались, только пистолет и трофейная винтовка.

Когда мы выдвинулись к новому укрытию, которое я приметил еще по пути на «Агропром», Деш, обернулась в сторону догорающего лагеря вояк.

В ночной тьме пламя пожара было хорошо видно даже с большого расстояния, на шум перестрелки и пожар, наверняка сбегутся мутанты со всей округи, так что оставшимся солдатикам еще предстоит горячая ночка.

Примеченное мной по дороге место, было толи домом лесника, толь просто одиноко стоящей избой, но оно было более или менее целым, так что ночь здесь переждать можно, в теории.

Зайдя в здание, я был приятно удивлён, тем, что внутреннее убранство было почти нетронуто.

Посреди большой комнаты было разложено в круг несколько кирпичей, для костра.

Старый еще советский диван, на котором и устроилась моя спасительница.

Я же тем временем подпер входную дверь шкафом, и занялся костром.

Отблески пламени костра играли причудливыми тенями на стенах избы, дым выходивший из дыры в потолке, поднимался ровным столбом, и уходил в звёздное небо.

Деш, устало прищурившись, наблюдала за тем, как я вожусь с жестяными банками у костра.

— Знаешь Турист, нам теперь в любом случае нужно держаться вместе.

— Это почему это? Между прочим, я был абсолютно согласен с пегасочкой.

-Ну, вот сам посмотри, стоило мне тебя одного оставить, ты тут же чуть не погиб. Немного хвастливо ответила она, но затем смущенно добавила: — И я тоже.

Я сел на диван рядом с ней, и накрыл её своей курткой.

-Отдыхай пока, а я – подежурю.

И вдруг мой взгляд упал на неприметный пакет, лежавший под диваном, развернув его, я извлёк на свет настоящее сокровище – Гитару.

Я начал наигрывать простенькую мелодию, что бы хоть как то скоротать дежурство.

Засыпая, Рэйнбоу едва слышно прошептала: — Ты играешь лучше, чем ЭйДжей…