Автор рисунка: aJVL
О том, как ценные кадры нанимаются на работу. II. О достойном наказании

I. Фатальные ошибки и последствия.

С тех пор прошла неделя… а может, и чуть больше. Ред Кросс посчастливилось устроиться сюда в самый подходящий момент, когда жара заставляет несчастных пони просить пару-тройку туч из Клаудсдейла – настолько вокруг жарко. Разумная критика жителей сталкивалась с фермой «Сладкого яблочка», обитатели которой не любили дожди и грозы – яблони ломаются, яблочки гниют, и еще червяки. Очень много червяков.

В любом случае, суета Понивилля Ред Кросс не волновала. У неё была работа, комнату снимать было незачем – в каком-то роде, в своем кабинете она жила. Но с удовольствием общалась с местными жителями. И больные полюбили её. Она была добра к ним, заботлива, и при этом (о ужас!) не назойлива и не докучает ни своей опекой, ни своим присутствием. Ценное умение для той, кто помогает раненым и страждущим.

И в один из таких тихих деньков доктор никого не принимала. Точнее, некого было. В её обязательную работу входил осмотр тяжелобольных (через два часа), плановый осмотр палат (через час) и обед (в любое удобное время).

Но именно в этот дверь чуть-чуть приоткрылась, и Ред Кросс увидела глаз. Дверь еще чуть-чуть приоткрылась, и перед сестрой появилась серая мордочка пегаса.

-Ты что-то хотела? Заходи, — вежливо позвала её врач. Пегас поколебалась некоторое время, но вошла.

Она была пепельного цвета, с желтой гривой и кьютимаркой – пузырьками. Другая отличительная особенность – её глаза. Они косили в разные стороны, и поэтому вид у неё был слегка… придурковатый. Не очень корректное определение.

-Доктор Броксо просил взять мою карту, — голос у неё был какой-то странный, неестественно-осевший. Заметив, что доктор слишком пристально смотрит на неё, она смущенно присела.

-Карту, да… — чтобы загладить неловкость, Ред Кросс подошла к ящику в архивах. И только прикоснулась к ним, как тут же спросила:

-А как тебя зовут?

Пегас молчала, улыбаясь при этом с какой-то безумной вежливостью.

-Имя. Я доктор Кросс, но ты можешь звать меня просто Ред. А ты?

-Ааа… Дерпи, — протянула она.

-Дерпи? Дерпи, Дерпи… Д, Д, Д… вот!.. Ого!.. тяжелая…

На свет вылезла здоровеннейшая папка. На наклеенной бирке было написано «Дерпи Хувс». Некоторые листы в ней были пожелтевшими от сырости, а кое-где даже выпирали гармошки из кардиограмм.

-Ууу… Спасибо, — Дерпи взяла у неё папку (со второй попытки, в первую она обхватила её только одним копытцем), после чего дверь за ней захлопнулась. Неловкий момент был заглажен, можно было вздохнуть с облегчением.

***

Доктор Ред Кросс уже и забыла о своей внезапной гостье. Точнее, её мысли переключились в работу, когда пришло время для планового осмотра больных.

Больницу летом населяли наиболее неудачливые жители Понивилля. Среди них были пегасы, перебинтованные с ног до головы (неудачливые поклонники Той Самой Рэйнбоу Дэш), пара-тройка обычных пони с тяжелыми отравлениями… ну, и, пожалуй, всё. Все остальные разбежались по домам. Кому наложили гипс на копыто – и те ускакали на оставшихся трёх. Лето ведь…

Торопиться было некуда. Капризных и богатых в Понивилле тоже не было (Доктор Кросс вспоминала мимолетную работенку в пластической клинике Эпплвуда с дрожью и ужасом в глазах), а помогать нуждающимся она никогда не ленилась. Поэтому традиционный получасовой обход был увеличен до часа.

Поправляя подушку пегасу с перебинтованными крыльями, она посмотрела в окно. Броксо и серая пегаска, Дерпи, гуляли по парку, о чем-то разговаривая. Точнее, Дерпи летала возле него с патологической неуклюжестью и что-то увлеченно объясняла, а заведующий больницей выглядел очень взволнованно, и за несколько минут, что доктор за ними наблюдала, он несколько раз задумчиво держал копыто у подбородка, предаваясь тяжелым думам.

-Ух ты, Дер… — больной дернулся и застонал от боли – травма правого крыла давала о себе знать.

-Осторожнее надо. Тебе двигаться нельзя. Вообще, — доктор Кросс взяла с его тумбочки медицинскую карту, и вытащила оттуда рентгеновский снимок.

-Ага… ничего серьёзного. Жить будешь. Но еще недельку придется полежать, пока не заживёт.

Пегас шумно вздохнул.

-Ну вот... – шумно вздохнул он, — опять неделя...

-Ничего страшного. Тебе пойдет на пользу. И вообще, тебе повезло, — заметила доктор Кросс, — между прочим, «штопору» некоторые обучаются по несколько лет.

-Вы не видели Рэйнбоу Дэш, это точно, — проворчал он.

-Может, и не видела в деле, — согласилась Кросс, — но когда я работала в Клаудсдейле, к нам приезжали Вандерболты со своим лётным шоу.

-Вау… И вы их видели? Видели, да?!

-Да, видела, — рассмеялась она, — я же в медицинской бригаде работала. Следили, чтобы никто не пострадал…

Так они просидели еще минут десять, болтая о фигурах высшего пилотажа. Пегас с удивлением узнал, что врач сама пегас, и смущенно пообещал ей как можно меньше рисковать собой – не сейчас, когда встанет на ноги.

Обход закончился спокойно. Доктор Кросс вернулась в свой кабинет.

Как всегда никого. Только на её письменном столе лежала толстая медицинская папка.

«Дерпи Хувс», — снова прочитала Редкросс на обложке. Это незамысловатое имя ей ни о чем не говорило. Только величина этой папки смущала её. Такое ощущение, что её набили так специально, для пущего виду.

Интересно, что в ней?

Доктор задумчиво присмотрелась к ней со всех возможных ракурсов. Понюхала. Еще раз осмотрела. Раскрывать…

«Это – медицинская тайна!» — твердило ей табу. Табу это состояло из нескольких бородатых преподавателей медицины в клинике Клаудсдейла – в основном, из очень строгих, ортодоксальных кругов.

Но с другой стороны…

«Ты же не собираешь это разглашать, а, дорогуша?» — спросил её другой голос. Эта мимолетная мысль принадлежала одному её хорошему другу.

Редкросс колебалась. Ну вот к чему это? Правила не запрещают смотреть дела чужих пациентов. С другой стороны, существует такое понятие, как медицинская этика – правда, оно очень расплывчатое, и у каждого врача на сей счет собственное мнение.

А, была не была.

***

-Доктор Кросс!

Доктор Кросс проснулась.

-Вы что, дела пациентов читаете? – рог главного врача яркой бирюзовой искрой притянул к себе большую раскрытую папку на своем столе.

-Доктор Броксо, простите меня, я… — испуганно залопотала она, — я… я правда не хотела, я просто её открыла, случайно, и, вот задремала…

Главврач больницы посмотрел на кожаную папку. А имя на ней заставило его вздрогнуть.

-Когда закончите часы приёма, зайдите ко мне в кабинет, — приказал он, забирая с собой папку.

-Я…

-Это очень важно!

Дверь захлопнулась. Ред Кросс в гневе стукнула себя копытом по голове.

-Ну, отлично! – ругнулась она, — просто блеск, доктор Кросс!

Но гнев к самой себе быстро сменился отчаянием. Доктор привалилась к стене и медленно сползла на пол.

-Что же я наделала? – расстроенно спросила она саму себя.