Автор рисунка: Siansaar
Часть 5 Часть 7

Часть 6

Экспресс на всех парах нёсся к месту назначения: до него оставалась всего сотня километров.

—И тут он такой подходит, и говорит «пройдёмте». Ну я говорю «а не пошёл бы ты, уважаемый?» — повествовала Эпплджек.

—Ну, а дальше что? — спросила Рэрити.

—А дальше он… — вдруг поезд начал резко тормозить, от чего поняши, сидевшие по направлению движения попадали на подруг, сидевших напротив — Бля! — сдавленно выкрикнула Эпплджек под давлением навалившейся на неё Рэрити, которую вжимало в Эдж всё сильнее по мере торможения. Наконец, спустя около минуты прессования перегрузками, состав остановился полностью. Из динамиков раздался голос машиниста:

—Уважаемые пассажиры, мы вынуждены совершить экстренную остановку в виду… эм… непреодолимого засорения путей — тон машиниста показался поняшам нервным и удивлённым одновременно.

—Что за дерьмо? Какая к чёрту остановка? — сказала Флаттершай, и направилась в кабину. Остальные решили проследовать за ней.

—Какое ещё засорение? — возмутилась Флаттершай, подходя к машинисту.

—Вот — указал копытом машинист за лобовое стекло. Поняши ахнули: метрах в пятидесяти, продавив рельсы и оборвав контактную сеть, возвышалось нечто огромное, металлическое, формой отдалённо напоминающее то ли истребитель, то ли ещё какой самолёт, за исключением размеров: объект на путях был высотой с двадцатиэтажный дом на вскидку, если мерять по самой высокой точке на корпусе. По бокам, ближе к концам того, что у обычных самолётов называется крыльями, располагались гигантские цилиндры двигателей, под которыми виднелись оплавленные воронки раскалённой земли.

—Что это? — тихо спросила Рэрити.

—Я конечно не спец в авиации — ответила Пинки Пай — но похоже на космический корабль.

Вдруг у Твайлайт зазвонил телефон. Она подняла трубку:

—Алло?… Спайк?! Привет! Ну, как у тебя там дел… что? Куда?… — затем Твайлайт удивлённо уставилась перед собой — Ясно — Раздались короткие гудки.

—Что там? — взволнованно спросила Флаттершай.

—Конкретно там — указала Твайлайт копытом на корабль — Спайк. И он просил… вернее, не просил даже, а требовал, чтобы мы все, без исключений, срочно проследовали на борт.

—Тогда лучше поспешить. Тебя это тоже касается — повернулась Флаттершай к машинисту.

—Я не могу, мне нужно дождаться ответа диспетчера.

—Тогда, скорее всего, тебя ждут крупные неприятности. Наш приятель не станет прилетать просто так, чтобы поздороваться.

Пятеро поняш и машинист покинули поезд, и побежали к кораблю. Впереди, под огромным плоским носом начал медленно опускаться пандус. Вдруг Твайлайт заметила, как высоко в небе что-то пронеслось, оставляя за собой длинный дымовой шлейф, и скрылось за горами впереди.

—Девочки, вы это видели? — сбивая дыхание, спросила она.

—Видели что? — спросила Пинки Пай в ответ.

—Вон там, хвост. Это очень похоже на раке… — Твайлайт не успела договорить: её прервала ослепительная белая вспышка, настолько яркая, что поняши остановились и позакрывали копытами лица. От вспышки тут же повеяло теплом, которое начало перерастать в обжигающий жар. Из каких-то громкоговорителей раздался голос Спайка:

—Бежать, не останавливаться!

Поняши последовали совету. Ослеплённые ярким светом, они кое-как разглядели пандус. Вспышка отражалась буквально отовсюду: от корпуса корабля, рельс, и даже деревьев. Всё было в невыносимо ярком белом свете. Поняши взбежали вверх, и тут же послышался гул сервоприводов, поднимающих пандус. Затем глухо клацнули какие-то замки, и пони оказались в непроглядной темноте. Во всяком случае как им показалось сначала. Потом, оклемавшись от бесконечных пятен, мешающих обзору, они обнаружили себя в просторном длинном помещении, освещаемым тусклым жёлтым светом. Стены его были покрыты толстыми армирующими рёбрами, а к своему далёкому концу оно сужалось. Общий вид места, а так же различные ящики, бочки, и предметы неизвестного назначения, привязанные тросами к полу, ясно давали понять что это — грузовой отсек. Корабль тряхнуло, откуда-то из-за стен донёсся свистящий звук двигателей, стремительно набирающих обороты. Поняш резко и сильно — гораздо сильнее, чем при торможении в поезде — прижало к полу: корабль начал взлёт. Из громкоговорителей вновь послышался голос Спайка:

—Держитесь, сейчас тряхнёт.

Спустя секунду действительно тряхнуло. Да так, что пони полетели в противоположный конец, а на пол с металлическим грохотом посыпались ящики: некоторые фиксирующие тросы не выдержали напряжения, и полопались. Затем, спустя ещё некоторое время, послышался мощнейший удар, оглушающий даже за толстыми стенами, завибрировавшими от звука.

—Все целы? — спросила Твайлайт, потирая копытом ушибленную голову.

Эпплджек окинула взглядом неуверенно поднимающихся с пола подруг, и ответила:

—Вроде да.

Раздался нервный голос, принадлежавший машинисту, с бешеными глазами усевшемуся в углу:

—Что происходит? Где мы?!

—У меня на корабле — на большой металлической лестнице, расположенной с боку отсека, показался Спайк. Затем он спустился, и направился к машинисту.

—Что же до того, что происходит — Спайк достал какой-то прибор, докоснулся до шеи пони, после чего сверкнула синенькая искорка, и машинист повалился без сознания — Лучше тебе не знать.

—Что ты с ним сделал? — взволновалась Твайлайт.

—Вырубил, как можно заметить. Думаю ему ни к чему слушать наши разговоры. Меньше знает — счастливее доживёт остаток дней.

—Что всё это значит? Что сейчас произошло? Я имею в виду всё, начиная от резкой остановки поезда.

Спайк печально вздохнул:

—Значит, Твайлайт, это только одно: механизм необратимых изменений запущен. Произошло же вот что — Спайк что-то нажал на всё том же крохотном приборе, которым только что отключил пони, и часть отсека стала прозрачной, покрывшись едва видной сеткой мелких шестигранников. Поняши замерли в оцепенении: внизу проносились леса, охваченные пожаром, а небо вокруг было чёрно-красным. Над горами возвышался гигантский яркий шар, из которого медленно спускалось кольцо, расширяясь по мере спуска. С земли же к шару поднимался столб исполинских клубов дыма. Диаметр шара был огромен: он простирался над горным хребтом на сотни километров, исходя из размеров самих гор, казавшихся небольшими острыми зубчиками на его фоне.

—Это… Это что, ядерный взрыв? — едва слышно сказала Твайлайт.

—Термоядерный, если быть точнее — ответил Спайк — мощность — чуть менее трёхсот мегатонн, судя по данным приборов.

—Но… почему? Зачем?

—Пожалуй, пора тебе кое-что рассказать.

Чёрная машина неслась по каким-то совершенно незнакомым Селестии туннелям, где-то под Лос-Аликорнсом. Судя по всему эти туннели явно не были предназначены для общего пользования, и потому были тщательно скрыты от посторонних глаз: въезд оказался где-то в замусоренной подворотне, куда бы ни одна здравомыслящая пони не сунулась. Луна смотрела на Селестию с интересом. Селестия же отвечала по-прежнему холодным взглядом, не предвещающим ничего доброго.

—Интересный способ побуждения к диалогу. Вернее — принуждения — сказала Селестия.

—У меня не было иного выбора — ответила Луна — слишком мало осталось времени на всякие церемонии. К тому же, я не думаю, что ты бы стала со мной разговаривать, узнай ты обо мне одну деталь, в обстоятельствах отличных от текущих.

—Если ты боишься испортить о себе мнение, то тебе следовало подумать до того как угрожать оружием.

—Ну, положим, оружие тебя не особо смущает, хоть и оказывает некоторое воздействие конечно.

—Какая проницательность, ты посмотри.

Луна не придала значения сарказму, и продолжила:

—Куда больше тебя бы смутила моя принадлежность к… Хм… Скажем так: правящей верхушке.

—Что?… Гильдерберги? — Селестия чуть отпрянула. Эта новость была действительно из разряда того, чего она никак не ожидала: Луна не редко была в студии на съёмках сериала. И хотя снялась она всего в паре-тройке серий, ей нравилось пребывать на площадке и наблюдать за процессом съёмки. Будучи не особо общительной, Луна, тем не менее, обычно перекидывалась парой-тройкой фраз за ланчем, разок повздоривши с Селестией на чисто философские темы. Собственно этим она и удивила Селестию с окружающими: обычно, чтобы вогнать Селестию в гнев нужно сильно постараться: ведь разозлить — значит как минимум обратить на себя внимание, а Селестия мало кого им удостаивала, кроме подруг и коллег по съёмкам. Однако Луне удалось сделать это посредством пары-тройки коротеньких фраз, после чего до кучи ещё и взбесить. Этот момент, пожалуй, запомнился всем пони, которые присутствовали рядом в тот момент.

—Гильдерберги? — сказала Луна — Не смеши меня. Они всего-лишь слуги. Эдакие халдеи, беспрекословно выполняющие обряды, даже не зная принципов их работы, и тем более — назначения. От остальных отличаются более широким спектром доступной власти, и подчинением нам напрямую.

—Нам — это кому?

—Некоторые называют нас иерофантами, считая, что наше количество почему-то равно двадцати двум. На деле нас, разумеется, поменьше: всего семеро, и мы предпочитаем называть себя проще и доступнее: Высшими.

—Да уж, действительно: проще некуда, не говоря уже о скромности. В любом случае: ты действительно считаешь, что я вот так возьму и поверю в то, что ко мне вдруг, ни с того ни с сего, спустился член мировой конспиративной правящей верхушки, и начал рассказывать что у них, да как? Ты меня совсем за дуру держишь?

—М-м. Твоя, в данном случае, легко предсказуема реакция — ещё одна причина, по которой наша встреча проходит именно так, как проходит. Надеюсь то, что ты увидишь чуть изменит твоё мнение.

—О да? И что же это?

—Ну, для начала — моя скромная обитель — машина вылетела на подземную эстакаду, проходящую в какой-то гигантской пещере, посреди которой расположился целый город. Далеко внизу виднелась широкая бетонная полоса, на которой множественными группами стояли самолёты неизвестной модели. Судя по плоским вытянутым фюзеляжам — явно гиперзвуковые.

—Обрати внимание на челноки внизу — указала Луна копытом вниз — это флот «Ковчег», предназначенный для экстренной эвакуации.

—Собираетесь вывезти дружков и родственничков в тёплые края? — фыркнула Селестия. Панорама за окном, похоже, её никак не заинтересовала.

—Отнюдь. Эти челноки везут на борту семена растений и генетический материал большинства животных планеты. Так же на борту находятся инкубаторы с инструкциями по применению. Все они лежат в устойчивых к внешним воздействиям контейнерах, не говоря уже о том, что данные летательные аппараты — одна из вершин научно-технического прогресса. Впрочем, почти как и вся техника, имеющаяся у нас в арсенале.

—Можешь не выпендриваться — мне не интересны ваши игрушки. Я знаю, что те, у кого есть власть, могут позволить себе много дорогого развлекалова. Как всегда — за счёт обычных пони, впрочем.

Луна снисходительно приподняла бровь:

—Игрушки? Селестия, ты же вроде как знаешь, какие события нас ожидают в ближайшее время?

—Допустим. Но я так же прекрасно знаю, что катастрофические последствия, которые могут быть от этих событий, в большей степени окажется вашей виной. И я ни на секунду не поверю, что кто-то из вас вдруг решил снизойти до меня из-за благих побуждений.

—Благими намерениями выстлана дорога в ад, и тебе прекрасно это известно на собственной шкуре.

Селестия презрительно покосилась, скрестив копыта на груди:

—Не удивлюсь, если у вас есть досье на каждого жителя планеты.

—При желании сделаем и на каждого, но к делу это отношения не имеет. А сейчас, с твоего позволения, я хочу ясно донести до тебя мотивы своих действий, с расчётом на дальнейшее сотрудничество.

—Ха! Что же, хотеть не вредно.

Луна вздохнула, затем продолжила:

—Постараюсь быть предельно краткой: если моих коллег по ремеслу интересуют такие вещи, как ещё большая власть, золотой миллиард, и всё в таком духе, то меня, в первую очередь, интересует технологический рост пони, за счёт которого — в том числе и мне — будут доступны всё новые и новые виды технологий, а так же улучшения старых. Так уж сложилось, что я — технофанат.

—Я заметила.

—Мне не интересны новые методы тотального контроля, или упоение собственным могуществом — этого мне хватило давно, или проще говоря — я уже наигралась и выросла, чего не скажу о моих коллегах весьма преклонного возраста. Воистину: старики как дети.

—Говоришь, ты самая юная среди них?

—Да.

—Хм, это, пожалуй, кое-что объясняет.

—И что же? — прищурилась Луна.

—Ну то, например, что тебя можно с лёгкостью использовать, промыв мозги.

—Это говорит та, кто едет в одной машине с одним из главных мозгопромывателей планеты?

—Вот именно по этому у меня нет ни малейших оснований доверять тебе.

Вдруг на лобовом стекле высветился медиаплеер, с которого показалось лицо Спайка:

—Луна! Приём!

—На связи — ответила Луна.

—Спайк?! — воскликнула Селестия — Но… Но ты же…

—Потом. Это долгая история, Луна расскажет подробнее.

—Что случилось? — спросила Луна.

—Случились ваши идиоты — зло сказал Спайк — Я кажется просил не предпринимать никаких действий без моей команды?

—Но я и не предпринимала…

—Замечательно, значит кто-то другой из вашей семёрки. Только легче от этого уже не будет.

—Да что случилось-то, чёрт побери? Ты можешь нормально рассказать, не раскидываясь эмоциями?

—Случился термоядерный удар по Кристалл Маунтс. Средства доставки — межконтинентальная баллистическая ракета, мощность заряда — примерно 300 мегатонн. И не говори, что это не ваших рук дело. Военные не смогли бы просто так палить куда попало. Тем более, что на вооружении местной официальной армии не стоит ничего подобного по мощности.

—Что? — прошептала Селестия округлив глаза.

—Так… ладно — сказала Луна — Что случилось до этого? Просто так ударить не могли. Тем более — Высшие.

—Высшие? Ха, а самомнения у вас не занимать, однако. Эти твои «высшие» сорвали печать с Саркофага. Я предупреждал о том, что это может быть опасно, и что прежде, чем его распечатывать, нужно убедиться в собственных возможностях ликвидации последствий. Меня не послушали, и решили, что можно всё решить одной ракетой помощнее. Идиоты.

—Саркофаг? Тот самый?

—Да. Место, куда согнали всех чейнджлингов во время Последней Войны. Там же сосредоточили почти всю Силу на их удержание, поставив барьер. Теперь этот барьер снят. Более того: ваши умники решили продемонстрировать чейнджлингам новый для них тип вооружения.

—Каким образом? Они все должны были превратиться в пыль спустя тысячные секунды после взрыва.

—Да неужели? То-то пони в своё время пожертвовали едва ли не всеми своими сверхспособностями, лишь бы их остановить. Так же спешу напомнить, что чейнджлинги могут не только принимать любой внешний вид, но и перенимать практически любые свойства живых организмов, и тем более — технологии. В совокупности с их умениями и способностями ещё старых времён — а у меня нет оснований полагать, что эти способности куда-то делись, учитывая их консервацию подобной анабиозу — дни Эквестрии сочтены. Единственное, на что пони теперь могут рассчитывать — Кантерлот, если он сохранился. Лично у меня о нём нет никаких данных.

—У меня есть — вмешалась в разговор Селестия — Но сначала мне нужны ответы.