Автор рисунка: Devinian
10 Предательство 12 Матерь Кошмара

11 Замок Кошмара

Они опоздали. Это стало ясно, когда они ещё только подлетали к понивилльской площади. Кошмары Селестии стали явью. Никc превратилась в Найтмэр Мун, и это солнечная принцесса передала кобылку прямо в копыта пони, завершивших превращение.

Пока в Понивилле Принцесса Луна пыталась собрать как можно больше информации о произошедшем, Селестия направилась прямиком в Кантерлот. Прибыв во дворец, она приказала собрать всех своих генералов. Ей было всё равно, если для этого их придётся выдернуть из тёплых постелей и объятий их жён. Селестии нужно было говорить с ними немедленно, и это был тот редкий случай, когда она использовала свой титул принцессы, чтобы ускорить дело.

Уже через несколько минут самые верные из её стражников бежали созывать генералов. В этот момент Селестия ненадолго осталась наедине с собой, и эти несколько минут она провела, сидя на троне. Ей нужно было время, чтобы немного передохнуть и подумать.

Принцесса Селестия скрупулёзно прокручивала в голове все воспоминания, связанные со Спелл Нексусом. Несомненно, должна была быть какая-то зацепка, хотя бы какой-то намёк на его предательство, но она не могла вспомнить ни единого момента, когда бы усомнилась в нём. Ждать измены от Спелл Нексуса было всё равно, что ждать измены от Твайлайт Спаркл — это казалось чем-то невозможным.

Тем не менее, невозможное стало явью. Спелл Нексус предал её, но Селестия не успела обдумать, что его к этому побудило, потому что её размышления прервали. Двери тронного зала распахнулись, и она невольно обратила к ним свой взор, чтобы взглянуть на посетителя. Она не думала, что генералы могут прибыть так скоро, но это и были не генералы. Вместо них к ней направлялась её сестра, Луна, и стук её копыт отдавался эхом той решимости, что горела в её глазах.

Селестия встала с трона и пошла к ней навстречу.

— Луна, я удивлена, что ты вернулась так быстро. Ты уже закончила опрашивать понивилльцев?

Ночная принцесса не стала отвечать взаимными любезностями. Напротив, она одарила сестру суровым взглядом исподлобья.

— Я поручила это задание стражникам, потому что сейчас я желаю говорить только с одной пони — с тобой. Что ты утаила от меня?

Селестия вздрогнула от резкого тона сестры. Ей стало ясно, что им предстоит не самый приятный разговор. Тем не менее ей удалось сохранить самообладание.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, сестра.

— Не строй из себя дуру, Селестия! — настаивала Луна; её слова сочились гневом. — Ты ведь знаешь что-то о происшествии в Понивилле и о той странной кобылице, которую там видели. Я спрашиваю тебя ещё раз: что ты утаила от меня?

Начав рассказывать, Селестия опустила взгляд, не в силах смотреть сестре в глаза.

— В самом начале весны культисты похитили мою личную ученицу, Твайлайт Спаркл, чтобы использовать её в сложном ритуале, служившем немыслимой цели. К моему великому счастью, она отделалась всего лишь маленьким порезом на ноге и ссадинами от верёвок. Упомянутое заклинание использовало осколки, которые остались после того, как тебя спасли Элементы Гармонии, и должно было...

— Должно было что? — напирала Луна.

— Заклинание должно было собрать те осколки, остаточную магию и эхо кобылицы, которой ты некогда была, чтобы... Чтобы дать Найтмэр Мун собственное тело.

— Дать Найтмэр Мун собственное тело? — повторила Луна, изумленно тряхнув головой. — Но это же невозможно. Я была Найтмэр Мун, она не может существовать без меня. Я превратилась в неё, когда впитала в себя свободную магию, которая сделала меня сильнее, и Элементы Гармонии уничтожили её.

— Не уничтожили, Луна, — покачала головой Селестия. — Элементы Гармонии — не оружие. Они могли только отделить отравившие тебя силу и зависть. Они очистили тебя от Найтмэр Мун, отбросив те осколки, словно кожуру.

— Но как можно было воссоздать из них Найтмэр Мун? — спросила Луна. Её гнев нарастал, питаемый смятением. — Кобыла, живая кобыла — это не только сила и эмоции.

— Я не говорю, что понимаю всё до конца, — проговорила Селестия, — но ты знаешь магию не хуже меня. Совершенно чистая магия — большая редкость. Магия любого пони обычно несёт в себе эхо своего владельца. Поэтому иногда заклинания получаются мощнее, когда создаются в гневе или в радости. И поэтому нет двух единорогов с одинаковой магией. Магия и душа очень тесно связаны.

— И поэтому, — продолжала Селестия, развернувшись к трону, — мне остаётся только предположить, что эхо прошлой тебя, эхо Найтмэр Мун, сохранилось в тех осколках. На этом было основано заклинание возрождения. Оно должно было очистить, перестроить и усилить это эхо, чтобы оно могло создать новое тело для Найтмэр Мун.

— Нет, — покачала головой Луна, — не может быть, чтобы этого было достаточно. Такая магия может сформировать тело, возможно, разум, но этого всё равно недостаточно. Чтобы Найтмэр Мун смогла вернуться, ей нужны её собственные...

— Это больше не важно, — перебила Селестия и повернулась к Луне. — Есть простая правда, которую мы должны признать — Найтмэр Мун вернулась, и нам придётся сразиться с ней.

— Это важно, Селестия! — резко возразила Луна. Она подошла к сестре и постаралась заглянуть ей прямо в глаза, несмотря на разницу в росте. — Ты сказала, что это случилось в начале весны, и я должна спросить: почему? Почему я узнала об этом только сейчас?

— Я... Я не хотела взваливать на тебя эту ношу, — ответила Селестия заботливым тоном. — Я собиралась разобраться с этим сама, у тебя и так хватало забот. Мне казалось...

Луна яростно застонала и топнула передними копытами.

— Я больше не жеребёнок, чтобы нянчиться со мной, Селестия! Мне не нужно, чтобы ты разбиралась с чем-то вместо меня, и мне не нужна твоя опека! Я много узнала о современной Эквестрии. Я освоила современное наречие и снова исполняю свои обязанности принцессы.

— Но, Луна... — попыталась перебить Селестия, но младшая сестра вновь топнула копытом, заставив Селестию умолкнуть.

— Нет! Если Эквестрии угрожает Найтмэр Мун, я должна была об этом узнать. Я была Найтмэр Мун! Всё, что натворила эта кобылица — моя вина! Если кто-то каким-то образом вернул эту... эту... вернул её к жизни, то это моя вина, поэтому что это я породила её!

— Прекрати, Луна! Ты не винова...

— Виновата! — взревела Луна. Её звёздная грива всколыхнулась, будто раздираемый бурей океан. — Да будь даже это и не так, ты всё равно должна была мне рассказать до того, как всё зашло так далеко! Когда ты собиралась мне рассказать?

— Сестра, прошу...

— Когда, Селестия?! — повторила Луна сквозь сжатые зубы.

Селестия раскрыла рот, чтобы ответить, но через пару мгновений просто закрыла его. Она не могла сказать ничего, ни единого слова, но всё сказала тишина.

— Ты не собиралась! Ты вообще не собиралась мне рассказывать! Ты надеялась, что сможешь удержать всё это в секрете!

— Я просто пыталась защитить тебя, — оправдывалась Селестия. — Я старалась оградить тебя от...

— От чего оградить?! От ответственности за моё прошлое? От возможности делать всё, что в моих силах, ради нашего королевства, ради наших пони? Найтмэр Мун — и как часть меня, и как та, кто она теперь, — это моя вина, и мне за неё отвечать! Ты должна была с самого начала рассказать мне обо всём!

Луна подняла передние копыта и со всей силы обрушила их на пол, чтобы выпустить на волю часть бурлившей в ней ярости.

— И не кажется ли тебе, что то обстоятельство, что мы с ней в своё время были единым целым, делает меня более компетентной в данной ситуации, чем ты? В конце концов, поменяйся мы местами, я бы рассказала тебе правду.

— Я знаю, — согласилась Селестия, — и наверное, ты лучше меня в этом отношении. Но, сестра, у тебя и так было полно забот. Ты трудилась не покладая копыт. Ты исполняла свои ночные обязанности, а всё оставшееся время посвящала учёбе, чтобы наверстать то, что произошло за время твоего изгнания. Я не хотела взваливать на тебя что-либо сверх того.

— Но это моя ноша, Селестия, и нам бы, возможно, удалось избежать этой ситуации, если бы ты сразу мне обо всём рассказала, — Луна глубоко вдохнула и резко выдохнула, выпуская излишки гнева и раздражения. — Нам с тобой, однако, не дано изменить прошлого, и мы не можем отрицать настоящее. У Найтмэр Мун теперь собственное тело, и всё, что мы можем сейчас сделать, — это остановить её, что бы она ни замышляла. Нам нужно известить обо всём твою ученицу и её подруг. По-видимому, нам вновь понадобится обратится к ним и их Элементам.

— Мы... — начала Селестия, опустив взгляд; её голос был напряжен. — Скорее всего, мы больше не можем полагаться на Элементы Гармонии.

Чувствуя, что между ними осталась недосказанность, Луна нахмурила брови.

— Почему?

— Ты помнишь кузину Твайлайт, Никс? Она играла Найтмэр Мун в детской пьесе на Весеннем фестивале.

Брови Луны взметнулись вверх. Вопрос был настолько неожиданным, что она даже перестала злиться на сестру.

— Конечно, почему ты спрашиваешь?

— Эта кобылка не кузина Твайлайт и даже не связана с ней никакими семейными узами. На самом деле её никто даже не видел до того, как она прибыла в Понивилль через пару дней после спасения Твайлайт.

Луна помолчала, обдумывая услышанное. Когда она поняла, к чему Селестия завела разговор о Никс, её глаза округлились.

— Эта кобылка? Ты же не хочешь сказать, что...

— Да, — подтвердила Селестия, — кобылка, известная как Никс, была незавершённым результатом заклинания возрождения. Этим вечером культисты снова приложили к ней с свои копыта, и им удалось завершить начатое. На самом деле Никс всегда была Найтмэр Мун, но сегодня культ вернул ей её могущество и воспоминания.

— Но как она попала к культистам? — спросила Луна. — Я говорила с некоторыми пони в Понивилле. Они сказали, что появились культисты и из центра из заклинания вышла Найтмэр Мун. Разве Твайлайт не послала бы тебе письмо, если бы Никс пропала?

— Не послала бы, — шёпотом признала Селестия.

— Почему?

Селестия сглотнула, набираясь сил, чтобы признать собственную ошибку.

— По... Потому что это я забрала Никс. Это я передала её в копыта культа.

Луна ошарашено молчала. Оно подошла поближе к сестре, надеясь услышать продолжение этой не иначе как жестокой шутки, но выражение Селестии ясно говорило, что она не шутит.

— Селестия... — Луна запнулась, не в силах поверить словам сестры. — Почему? Почему ты это сделала?

— Уже не первый день я боялась, что Никс может оказаться Найтмэр Мун, — призналась Селестия. — На одном школьном мероприятии она смогла превратить пони в дерево и вообще показала уровень магии гораздо выше, чем у единорогов её возраста. Во снах меня мучили видения, как она превращается в ту, кем когда-то была ты, и угрожает дорогим мне пони.

— Я должна была убедиться, что она не представляет опасности, — сказала Селестия, пытаясь оправдаться словами, в которые сама больше не верила. — Мне нужно было понять, с чем я столкнулась. Я должна была подготовиться к тому, что Никс может стать угрозой для Эквестрии, Твайлайт или тебя. Я рассказала об этом Спелл Нексусу, и он обещал создать заклинание, которое позволит мне заглянуть к Никс в душу. Так я смогла бы узнать, насколько она опасна.

От досады Селестия зарычала и тряхнула головой.

— Но главная угроза — ну разумеется! — исходила не от Никс, а от директора моей же собственной школы. Спелл Нексус... И как он в это ввязался? Прошлой осенью в его дом ворвались грабители. Они искали осколки Найтмэр Мун. Нексусу тогда так крепко досталось от воров, что он несколько недель провёл в госпитале. Я и подумать не могла, что он может меня предать.

— Он же был моим учеником! — исступлённо вскричала Селестия, отмечая каждое слово ударом копыта. — Почему он меня предал?!

— Я не знаю, Селестия, но ты уходишь от более важного вопроса, — строго заметила Луна, возвращаяcь к насущным проблемам. — От вопроса, который я задала и на который не получила ответа. Почему мы не можем рассчитывать на Элементы Гармонии?

— Потому что я не посмею просить мать сражаться с собственной дочерью! — прокричала Селестия. — Довольно и того, что я разлучила их.

— Мать... Дочь? Селестия, уж не хочешь ли ты сказать...

— Да. Я говорю о Твайлайт и Никс. С конца зимы Никс была под опекой Твайлайт. Судя по тому, что она рассказала, всё начиналось довольно безобидно. Как и я, она боялась, что Никс — это Найтмэр Мун, но она не хотела, чтобы на луне заточили невинную кобылку. Поэтому она решила никому не рассказывать о Никс, пока сама не поймёт, кто она такая.

— Так они прожили вместе чуть больше месяца, и Твайлайт стала для неё больше, чем просто опекуншей. Она... — язык Селестии не хотел её слушаться. — Она начала относиться к Никс, как к родной дочери. Она стала для неё приёмной матерью.

— И поэтому мы не можем полагаться на Элементы Гармонии? — ужаснулась Луна. — Потому что ты забрала Никс у Твайлайт?! Селестия, скрыть это от меня — это одно дело, но... Да что только нашло на тебя? Ты понимаешь, что...

— Я прекрасно сознаю, что натворила! — простонала Селестия, прерывая поток обвинений Луны.

— Нет, мне кажется, не сознаёшь, — выпалила Луна, повышая голос в ответ. — Тебе не кажется, что Твайлайт сообщила бы тебе, прояви Никс признаки той, кем была я? Ты не думаешь, что она бы написала тебе письмо, если бы заметила, что что-то не так? Ты однажды сказала, что целиком доверяешь Твайлайт. Так почему ты усомнилась в ней СЕЙЧАС?

— Я не могла сидеть и ждать, пока Найтмэр Мун...

— Да, могла! — прогремела в ответ Луна. — Если бы Никс начала превращаться в Найтмэр Мун, мы бы заметили, были бы знаки. Это не произошло бы за одну ночь. Почему ты поступила так, будто была какая-то реальная угроза? Ты хоть понимаешь, что всё это твоя вина, а? Это ты виновата в том, что Найтмэр Мун...

Я знаю! — надломившимся голосом выкрикнула Селестия. — Ты и впрямь решила, что я специально этого добивалась?! Причинить моей ученице такую боль?! Не нужно говорить мне, как гнусно я поступила.

— Но я не могла дожидаться, пока Никс станет Найтмэр Мун! — продолжала Селестия, взмахнув крыльями. — Я не могла ждать, пока однажды она придёт к нашему порогу, разрушив по пути пол Эквестрии! Я должна была действовать на упреждение. Я должна была подготовиться. Если бы Никс превратилась в Найтмэр Мун, я бы остановила её прежде, чем кто-нибудь пострадал.

— Но почему? — спрашивала Луна. — Почему ты не могла подождать? Почему ты решила, что должна действовать?!

Потому что когда я ждала в прошлый раз, я потеряла тебя на тысячу лет, — выкрикнула Селестия.

Эти слова остудили пыл Луны. Она не отрываясь глядела на сестру, которая рассыпалась прямо у неё на глазах, будто песчаный замок под океанскими волнами. Её могучие белые крылья безвольно повисли, а голова склонилась почти к самому полу. Из глаз побежали слёзы, гонимые кипевшими внутри неё виной, страхом и жгучей болью.

— Это был последний раз, когда я ждала, — тихо промолвила Селестия. — Последний раз, когда я ждала и смотрела, к чему всё придёт, был тогда, когда ты показала первые признаки зависти. Я думала, я надеялась, что ты с этим справишься. Я думала, что пони Эквестрии непременно оценят твою ночь, как ценила её я. Я решила ждать, решила, пусть всё разрешится само... Мы обе знаем, чем это кончилось.

— Можешь осудить меня, Луна, я это заслужила, — говорила Селестия. Она подняла голову и заплаканными глазами взглянула в глаза сестре. — Я украла дочь у матери, боясь монстра , которым та могла стать. Я причинила боль моей дорогой ученице, Твайлайт. Хуже того, из-за моих действий мои страхи воплотились в жизнь.

— Но всё же я не могла сидеть и ждать. Я не могла позволить Найтмэр снова окутать Эквестрию своей мрачной тенью. Не могла позволить, чтобы она навредила Твайлайт. Чтобы она навредила тебе. Просто я... не могла стоять и надеяться, что всё разрешится само.

— Сестра, — промолвила Луна. Её голос впервые с начала разговора зазвучал тепло. Но Селестия отстранилась от утешений. Она повернулась и зашагала к своему трону, старательно утирая гривой слёзы.

— Но я не могу думать об этом сейчас. Я должна сосредоточиться на угрозе Найтмэр Мун. Я должна быть готова сразиться с ней.

— Не "я", сестра. Мы, — поправила Луна. Она подошла к Селестии и обнадёживающе ей улыбнулась. — Найтмэр представляет для тебя не меньшую опасность, и я не собираюсь позволить ей навредить моей старшей сестре. Мы будем действовать вместе, мы найдём её, и если она нас не послушает, мы сделаем всё необходимое, чтобы защитить Эквестрию.

Селестия улыбнулась, кивнула и наклонилась к Луне.

— Спасибо, сестра. Не думаю, что я могла бы справиться с этим без тебя.

— Для того и нужны сёстры.
~~~

Найтмэр Мун стояла посреди элегантного холла, осматривая его прекрасное внутреннее убранство. По обеим сторонам холла располагались колонны из царственно-чёрного мрамора, поддерживающие высокий сводчатый потолок. Колонны были драпированы ламбрекенами насыщенного фиолетового оттенка, а в держателях для факелов сверкали зачарованные белые драгоценные камни. Но самой изысканной деталью интерьера был усыпанный бриллиантами потолок. Эти драгоценные камни вместо звёзд сверкали на фреске, запечатлевшей ночное небо. Один из камней, который, казалось, был размером примерно с голову самой Найтмэр Мун, изображал луну во всём её величии.

— Довольны ли вы, моя Королева? — спросил Нексус, согнувшись в почтительном поклоне.

— Вполне, — ответила Найтмэр Мун, шагая к своему новому трону. Каркас его был изготовлен из редчайшего чёрного дуба, привезённого из драконьих земель, а на сиденье лежала роскошная тёмно-синяя подушка. Садясь на трон, Найтмэр Мун с невольным восхищением подмечала каждую деталь.

— Вы хорошо постарались, Спелл Нексус, — сказала Найтмэр Мун, — но мне любопытно: как вы соорудили такой огромный зал, не обнаружив себя?

— Не только зал, моя Королева, целый замок, — отвечал Нексус. Распрямившись, он подошел к трону. — Мы обнаружили неожиданных союзников, клан диких дворняг, которые зовутся Алмазными Псами. Когда мы пообещали им помощь в поиске драгоценных камней, они с большой охотой согласились работать на нас.

— Они вырыли эту пещеру и помогли нам со строительством замка, — продолжал Нексус. — От внешнего мира нас отделяет всего пара метров породы. После победы над Селестией и Луной, вы без особого труда поднимите этот замок на поверхность. Для вас это будет превосходная возможность заявить о себе как о новой правительнице Эквестрии.

Уголки губ Найтмэр Мун растянулись шире, когда она представила, как её замок поднимается из-под земли, разбрасывая вокруг мрачные тени. Думать об этом было приятно, но она решила отложить эту мысль до лучших времён. Прежде чем поднимать замок, нужно победить Благородных Сестёр, и к тому же она ещё не удовлетворила своё любопытство.

— Скажи, почему Алмазные Псы так старались ради драгоценностей?

— Не знаю, Ваше Величество, — ответил Нексус. — Мы никогда не спрашивали их, зачем им эти камни. Возможно, они как драконы — едят их. Или им нравится валяться в куче сверкающих камушков, как свиньям нравится валяться в грязи. В конце концов, какая разница? Главное, что они оказались сильными, расторопными и усердными работниками.

В глазах аликорна засверкало любопытство, ещё сильнее распалённое словами Нексуса. Зачем Алмазным Псам драгоценные камни? Прав ли Нексус? Камни для них — источник пищи, или они действительно просто в них валяются? Но разве камни не колются, если валяться в них? Может, у них толстая шкура, или камни нужны им зачем-то ещё. Возможно, они используют их для одежды или вместо денег.

Вопросов было слишком много, и Найтмэр Мун собиралась получить ответы хотя бы на некоторые.

— Спелл Нексус, я хочу говорить с предводителем Алмазных Псов или с тем, с кем ты заключал сделку.

Нексус взглянул на Найтмэр Мун со смесью беспокойства и растерянности.

— Простите меня, Ваше Высочество, но согласно нашему соглашению, по завершении сделки они должны были зарыться глубоко под землю. Мы не хотели, чтобы они вмешивались в наши дела.

Найтмэр Мун нахмурилась. Она терпеть не могла, когда её вопросы оставались без ответов. Неутолимое любопытство было её слабостью. Поэтому она с удовольствием ходила в школу и слушала уроки Черили. Ох, как же ей нравилось узнавать что-то новое от вишнёвой пони, которая...

Найтмэр Мун прикрыла глаза и постаралась обуздать свои мысли, пока те не забрели слишком далеко. Ей больше нельзя было об этом думать. Она теперь королева, а Черили больше не её учительница. Черили, как и все остальные, теперь просто её подданная, от которой требовалась покорность и не более того.

— Ясно, — проговорила Найтмэр, повернувшись к Нексусу. — Это досадно. И всё-таки, если заметите какого-нибудь алмазного пса, приведите его ко мне. Я бы хотела его кое о чём расспросить.

— Как пожелаете, Ваше Величество, — сказал Нексус, снова поклонившись. — А теперь, Ваше Высочество, позвольте показать вам остальной замок.
~~~

Найтмэр шла следом за Нексусом, осматривая свой новый дом. Замок был прекрасен и даже в мелочах не уступал величием Кантерлотскому дворцу. Однако некоторые детали убранства ей казались сомнительными. Чуть ли не в каждом углу находилась либо статуя, либо фреска с её изображением.

Их количество пугало уже само по себе, но кроме того её смущала общая тема всех этих изображений. Хотя все фрески и статуи были разные, каждая из них запечатлевала мрачные и пугающие образы. Где-то она стояла над искалеченными в битве телами Селестии и Луны, где-то нагоняла мрачные тени на перепуганных пони. Все они изображали будущее, которое ждало Эквестрию, и от этого Найтмэр Мун странным образом становилось не по себе.

— А это королевская библиотека, — объявил Нексус. Оторвавшись от изучения интерьера, Найтмэр Мун обнаружила, что они вошли в просторное помещение, заставленное книжными шкафами. — Простите, что на полках так мало книг. Мы построили её, чтобы разместить тут фонды Кантерлотской библиотеки. Мы планировали перевезти их сюда, как только вы взойдёте на престол, если, конечно, вы пожелаете обосноваться в этом замке.

Найтмэр Мун кивнула и обвела взглядом почти пустые полки. Библиотека была не менее поразительной, чем остальные помещения замка. Книжные шкафы высились почти до самого потолка оформленного в мрачных, холодных тонах зала. Однако было и кое-что, что ей не понравилось. Над камином висела картина, на которой она была изображена стоящей посреди обгоревших руин Кантерлота.

Почему каждая фреска, каждая статуя изображала её так, будто она вела за собой армию Тартара?

Решив поразмыслить об этом позже, Найтмэр Мун прошлась по залу. Она приметила пару порхавших у полок пегасов, которые расставляли по местам книги. Как и у прочих слуг и гвардейцев, в них была одна любопытная черта.

— Нексус, почему тут у всех глаза, как у меня? — спросила Найтмэр Мун.

— Это ваше благословение, моя Королева, — отвечал Нексус с горделивой улыбкой. — Как вы, возможно, знаете, я был директором Школы Селестии для одарённых единорогов. После вашего поражения, она отдала мне на изучение ваши останки. Когда я начал их исследовать, на меня снизошло просветление, дарованное вашей мудростью и могуществом.

— В тот день мои глаза окрасились бирюзой, и это стало символом нашего ордена. Этим даром я награждаю каждого нового члена Детей Найтмэр, когда он присягает на верность вашему высочеству.

Найтмэр Мун кивнула и, повернувшись обратно к полкам, внимательно проглядела уже имевшиеся книги. Большая часть названий была ей не знакома, но одна из книг особенно привлекла её внимание. Остановившись, она магией сняла этот том с полки и осторожно раскрыла на титульной странице. Сказки и Мифы Эквестрии.

***

— И этим последним ударом она прогнала волков из села, — читала вслух Твайлайт. — И пони возликовали. Они снова были спасены их отважной защитницей — единственной пони, которой хватало смелости оставаться на улице после заката, — Никс — хранительницей ночи.

— Ты правда назвала меня в её честь? — изумлённо спросила Никс. Она зарылась глубже под одеяло, положила голову на подушку, а Твайлайт закрыла книгу, служившую источником сегодняшней сказки на ночь и, рассмеявшись, отложила её в сторону.

— Да. Хотя, честно говоря, это потому что у тебя, как и у неё, чёрная шёрстка.

— Думаешь... я смогу когда-нибудь стать такой же храброй? — спросила Никс.

— Ну конечно, — с улыбкой ответила Твайлайт. — Храбрость — это не какой-то особый талант; быть храбрым — значит стойко встречать то, что тебя пугает.

— А ты когда-нибудь встречалась с чем-то очень страшным?

— Да, — кивнула Твайлайт. — однажды нам с подругами пришлось убеждать дракона уйти из своей пещеры и перебраться в другое место.

— Правда?! — спросила Никс, округлив глаза.

— О да. Он задремал в горах неподалёку и начал очень громко храпеть, выпуская огромные облака густого чёрного дыма. Поэтому Принцесса Селестия попросила нас... — Твайлайт прервалась и, хитро прищурившись, шутливо ткнула копытом в носик Никс. — Эй, я же уже прочитала тебе сказку. Одной с тебя хватит.

— Нууууууу, — начала конючить Никс, — но что было с драконом?

— Я расскажу тебе завтра вечером, обещаю, — успокоила малышку Твайлайт, после чего нежно поцеловала её в лоб. — А теперь давай спать.

— Ладно, — ответила малышка сквозь зевок, и закрыла свои сонные глазки.

***

— Ваше Величество?

Найтмэр Мун встряхнула головой. Захлопнув книгу и вернув её на место, она повернулась к Нексусу.

— Мои извинения, я немного увлеклась этой книгой.

— Не нужно извиняться, моя Королева. Это, в конце концов, ваша библиотека, — ответил Нексус. — Тем не менее, мы осмотрели ещё далеко не весь замок.
~~~

— Здесь у нас бараки, где мы тренируем новичков — будущих защитников замка. Весть о вашем возвращении расходится по свету. Братья, посланные мной на поиски рекрутов, приводят немало пони, которые хотят добиться вашей милости. Похоже, не все в Эквестрии так глупы, чтобы сражаться против вас.

Не потрудившись ответить, Найтмэр глядела на солдат. Они стояли, выстроившись в ряд, и под пристальным присмотром инструктора по очереди нападали на тренировочные чучела. Особенно Найтмэр Мун заинтересовали те самые чучела, которые поразительно напоминали знакомых ей кобылок.

— Почему эти куклы похожи на Твайлайт Спаркл и её подруг?

— Потому что они ваши самые опасные противники, моя Королева, — объяснил Нексус. — Это они победили вас тогда, и мы не позволим им сделать это снова. Стоит им только подумать о том, чтобы попытаться ещё раз всем вместе выступить против вас, как с ними тут же разделаются.

Пока Нексус говорил, Найтмэр наблюдала за тем, как один стражников атаковал чучело, похожее на Твайлайт Спаркл, и обезглавил его всего одним мастерским движением. Набитая ватой голова покатилась по земле прямо к копытам Найтмэр Мун. Несколько секунд она рассматривала плюшевую голову, после чего резко ответила:

— Нет.

— Моя королева?

— Если Носители Элементов Гармонии придут к замку, им не причинят вреда. Сами Элементы Гармонии у них заберут и отправят на хранение. Затем Твайлайт Спаркл отправят прямо ко мне, а её подруг закроют в темнице. После я решу, как наказать их за неповиновение.

— Конечно, — ответил Нексус с одобрительной зловещей улыбкой. — Я прекрасно понимаю ваше стремление наказать их собственнокопытно.

Найтмэр Мун повернулась обратно к болванам и зашагала к двери.

— Хорошо, и я хочу, чтобы в мои покои принесли одну из этих кукол Твайлайт Спаркл. Только целую.

— Её принесут туда раньше, чем мы успеем закончить нашу экскурсию, — уверил Нексус, решив не задавать лишних вопросов.
~~~

— Обеденный зал, разумеется, достаточно большой, чтобы в нём можно было провести любое мероприятие, на случай если вы захотите устроить гала или любую подобную фривольность, — продолжал Нексус. Они с Найтмэр Мун шли вдоль длинного царственного обеденного стола, протянувшегося через центр зала. Изготовленный из светло-коричневого дуба, он был укрыт скатертью цвета ночного неба и венчался серебряными подсвечниками, в каждом из которых стояло по три свечи.

— Кроме того, вам будет приятно узнать, что мы уже наняли королевского шеф-повара, которому не терпится усладить ваш вкус своими утончёнными десертами, — радостно сообщил Нексус. Он сделал жест стоявшему в углу единорогу, после чего тот галопом ринулся вперёд и подал Найтмэр Мун серебряный поднос, до краёв наполненный шоколадными кексами, мастерски украшенными тонкими завитками фиолетового шоколада и изящным листиком из белого шоколада сверху.
***

— Нет, ну серьёзно, кто мог подумать, что делать кексы так трудно? — проворчала Скуталу. Четвёрка Метконосцев стояла в центре кухни, основательно перепачканной последствиями их кулинарной деятельности.

— А я ведь говорила, — сказала Эпплблум. — Я говорила, что это не так просто.

— Эй, девчата, как делишки? — прощебетала Пинки Пай, просунув голову на кухню.

— Не очень-то, — призналась Свити Бель.

— Пожалуйста, не сердись за беспорядок, — жалобно попросила Никс.

— Ох, девочки, я не сержусь! Видели бы вы, какой бардак я устроила, когда только начала работать у Кейков. В конце концов, мой талант — устраивать вечеринки, а не печь выпечку, — успокоила их Пинки. — А теперь, может, приберёмся тут? А потом я ещё раз покажу, как готовить кексы.

Мордашки кобылок засияли улыбками, и они с радостью приступили к уборке. Затем под пристальным надзором Пинки Пай и благодаря её неуёмной энергии, все кобылки смогли испечь по противню кексов, которые оказались не просто съедобными, но даже вкусными. Эпплблум и Свити Белль сделали ванильные кексы, соответственно, с яблочным и шоколадным кремом.

Скуталу и Никс, в свою очередь, испекли шоколадные кексы. Никс использовала обыкновенный ванильный крем, а Скуталу пыталась сделать шапочку из крема радужной. Но, к сожалению, чётких границ между цветами у неё никак не получалось. Цвета постоянно растекались и смешивались между собой в тёмно-фиолетовую массу. Скуталу слегка огорчилась, но в итоге кексы вышли вкусными, а это было самое главное.

***

— Вам не понравились кексы, моя Королева? — спросил Нексус, заметив, что Найтмэр Мун снова погрузилась в задумчивость.

— Нет, — ответила она, мягко оттолкнув магией поднос. — Я сейчас не голодна. Принесете парочку в мои покои. Я отведаю их позже.

Шеф-повар кивнул и галопом ускакал доставлять свои лучшие десерты в королевскую спальню. А Нексус тем временем провёл Найтмэр Мун на кухню, чтобы продемонстрировать готовность удовлетворить любые запросы — как её самой, так и её слуг.
~~~

Хорошее настроение Найтмэр Мун, установившееся по прибытии в замок, сошло на нет. Каждая комната, показанная Нексусом, пробуждала непрошеные страсти и воспоминания. Она больше не слабая маленькая кобылка; она больше не Никс. Однако месяцы, проведённые ей в обличье кобылки, не давали покоя, и от этого на душе у неё становилось гадко.

Несмотря на небольшую головную боль, свербившую где-то в передней части головы, Найтмэр Мун продолжала следовать за Спелл Нексусом. К счастью, он уловил её настроение и заключительную часть экскурсии постарался провести побыстрее. И сейчас они как раз подходили к последней неосмотренной комнате.

В момент, когда двери комнаты распахнулись, Найтмэр Мун ощутила лёгкое покалывание. Магия, очень могущественная магия чувствовалась внутри. Несопоставимая с той силой, которая дала ей собственное тело, но всё же внушительная.

— Спелл Нексус, откуда здесь эта магия? — спросила Найтмэр Мун. Они прошли внутрь, и королева слегка воспрянула духом.

— Исследования, моя Королева, — ответил Нексус, с улыбкой обводя копытом комнату. — Добро пожаловать в исследовательскую лабораторию.

Найтмэр Мун жадно осматривалась. Комната была заставлена различными столами и стойками. У них трудились единороги, изменяя и преобразуя магическую энергию. Некоторые, по-видимому, просто создавали заклинания, пока остальные работали со всякими банками, склянками и прочими финтифлюшками. Единорогам помогали несколько пегасов и земных пони, которые вели записи и подносили материалы.

— Всё, — еле слышно пробормотала Найтмэр Мун с бледной улыбкой, — я хочу знать всё о том, что тут делается.

Спелл Нексус неуверенно улыбнулся. Он был рад, что что эта комната, похоже, понравилась его королеве, однако её любопытство оказалось куда сильнее, чем он ожидал. Тем не менее маг кивнул и повёл её по лаборатории.

Первый исследовательский отдел на их пути, вне всяких сомнений, был самым большим. Он представлял из себя стол, над которым нависало множество ламп, половина из которых сияла ярким жёлтым светом, в то время как остальные испускали бледное синевато-белое свечение. Под лампами, на самом столе, аккуратными рядами стояли несколько различных растений. Ровно посередине поперёк стола проходила чёрная перегородка, отделяя растения под жёлтым светом от тех, которые освещались голубыми лампами.

— Что это? — спросила Найтмэр Мун, рассматривая растения.

— Тут мы тестируем новейшую партию растений, способных расти в условиях вечной лунной ночи. Мы с самого начала сосредоточили наши исследования на агрокультурах, таких как зерновые, фрукты и овощи. Работу над этими растениями мы уже закончили и готовы заново засадить нашими новыми сортами поля, сады и огороды всей Эквестрии.

— Над чем же тогда вы работаете сейчас? — спросила Найтмэр Мун, ещё ближе приглядываясь к растениям.

— Над декоративными растениями, такими как цветы, газонные травы и деревья. Некоторые исследователи считают, что Эквестрия станет куда менее живописной без своих лесов, лугов и цветущих городов. И я склонен с ними согласиться, но, разумеется, я попросил сосредоточиться в первую очередь на тех цветах, которые смогут подчеркнуть красоту вашей ночи, прежде чем переходить к другим.

Найтмэр Мун удовлетворённо кивнула и пошла дальше следом за Нексусом. Каждый отдел занимался определённым разделом магии, чтобы сделать вечную ночь возможной, неожиданно открыв перед ней естественные последствия отсутствия солнечного света. Увядающие растения и жуткий холод — проблемы, которые старались решить Дети Найтмэр. При этом у неё мутило в животе от чувства вины. Во время Праздника летнего солнцестояния она погрузила Эквестрию в вечную ночь, не задумавшись ни об одном из этих последствий.

О чём она тогда думала? Почему она не понимала, что такое вечная ночь? Пони увидели бы её небо, но очень скоро все они умерли бы. Найтмэр Мун попыталась вспомнить, почему она не предусмотрела последствий своих поступков, но не смогла. Казалось, будто не хватало куска воспоминаний — воспоминаний о том, что побудило её к тем действиям. Она знала, что на то были какие-то причины, однако когда пыталась вспомнить, что это были за причины, что она при этом чувствовала и почему эти причины были так для неё важны, она будто натыкалась на глухую пустоту.

— Моя Королева?

Найтмэр Мун тряхнула головой, заметив, что снова выпала из реальности, и повернулась к глядевшему на неё с любопытством Нексусу.

— Да?1
— Простите, я просто хотел узнать, нет ли у вас вопросов к исследовательской команде.

Найтмэр Мун покачала головой и повернулась к дверям.

— Нет, Нексус, у меня нет к ним вопросов. Они хорошо поработали, и мне приятно видеть, какие старания вы приложили, чтобы установить в Эквестрии рай вечной ночи.

Спелл Нексус улыбнулся, после чего он и вся исследовательская команда поклонились.

— Для нас большая честь слышать такие тёплые слова из ваших уст.

Найтмэр Мун фыркнула и встряхнула крыльями.

— Просто будьте готовы. После того как я сброшу с трона Селестию и Луну, преображение Эквестрии не должно занять много времени. Я не хочу, чтобы эта страна превратилась в ледяную пустыню.

— Уверяю вас, моя Королева, мы будем работать как можно быстрее, чтобы превратить Эквестрию в райский уголок, достойный вашего величия.

— Хорошо, — сухо отозвалась Найтмэр. — А сейчас, я устала и желаю отдохнуть.

— Тогда я сию же минуту провожу вас в ваши личные покои, моя Королева, — торопливо проговорил Нексус, провожая Найтмэр Мун обратно в коридор.
~~~

— А вот и ваши личные покои, моя Королева, — объявил Нексус, раскрывая своей магией большую элегантную дверь. — Мы приставим к дверям двоих стражников на случай, если вам что-нибудь понадобится. Тут только самая лучшая мебель, а декором комнаты я занимался лично. Вам нравится?

— Да, — ответила Найтмэр Мун, хотя вошла внутрь, даже не взглянув толком на убранство.

— Я польщён, моя Королева. Что ж, вы, без сомнений, устали. Я оставлю вас отдыхать, а когда вы будете готовы начать кампанию по захвату Эквестрии, просто прикажите одному из стражей разыскать меня.

— Прикажу, — безразлично ответила Найтмэр. Повернувшись, она увидела, как Нексус отвесил последний поклон и удалился. Когда он прикрыл за собой дверь, королева наконец смогла оценить атмосферу и обстановку её новой спальни. Как и весь замок, она была оформлена в духе ночи: в тёмно-синих и фиолетовых тонах, с лунами и звёздами. В центре комнаты располагалась идеально круглая кровать. Она была достаточно просторной, чтобы Найтмэр Мун без труда могла на ней поместиться, а прямо над кроватью, на потолке, размещалось замысловатое изображение луны.

Без особого интереса она прошлась по комнате, изучая обстановку. Там были: камин, зеркало, уже заполненный платьями гардероб, несколько столов, книжный шкаф, дверь, которая вела на небольшой балкон, и письменный стол. Там было всё, чего можно желать тихим вечером в своей спальне, и, как Нексус и сказал, вся мебель была превосходная.

Тем не менее, лучше ей от этого не становилось. Закончив знакомиться с интерьером, Найтмэр снова обратила внимание на кровать. Там, на казавшемся мягким покрывале лежало два предмета, которые она просила: поднос с изысканными кексами и чучело, изображавшее Твайлайт Спаркл.

Решив сперва заняться десертом, Найтмэр Мун аккуратно подняла один кекс и сняла с него обёртку. Она откусила от него небольшой кусочек и, распробовав, улыбнулась. Кекс оказался вкусным. Он был сочным и мягким, а на вкус очень напоминал те, что готовила Пинки Пай...

Мгновение спустя кекс, охваченный магией Найтмэр, полетел в дверь. От удара он разлетелся на мелкие кусочки, оставив на двери пятно из прилипшей глазури. Тогда Найтмэр Мун подняла поднос и вместе с оставшимися кексами запустила следом за первым. Прежде чем погасить свой рог, она несколько секунд крепко прижимала поднос к двери, расплющивая им изысканную выпечку.

Свободный от магии Королевы, поднос ещё мгновение повисел на двери, а затем упал на пол, обнажая последствия гнева Найтмэр Мун — липкую массу из крошек и глазури, которая начала медленно ползти к полу, оставляя за собой грязный след на деревянной поверхности двери.

Следующей под горячее копыто Найтмэр Мун попала кукла Твайлайт Спаркл. Она подняла её своей волшебной гривой и поднесла к лицу. Поначалу она держала её бережно и осторожно, но затем её грива начала обвивать шею чучела всё крепче и крепче.

Так, душа безжизненную куклу, Найтмэр Мун простояла несколько секунд. Затем она бросила её на пол и стала топтать. Вновь и вновь она вставала на дыбы и обрушивала свои передние копыта на куклу Твайлайт. Когда из рваных дыр начала лезть вата и почти оторвалась одна из плюшевых ног, Найтмэр Мун остановилась.

В последнем порыве ненависти к кукле и к пони, которую она олицетворяла, Найтмэр швырнула её на другой конец комнаты. Чучело прокатилось по полу и скрылось из виду где-то под письменным столом, откуда аликорн решила его не доставать. Вместо этого она открыла дверь балкона и вышла наружу, чтобы осмотреть прилегающие владения и саму пещеру, в которой помещался замок.

Она станет королевой Эквестрии, она свергнет Селестию и Луну, и она... Она заставит Твайлайт Спаркл заплатить за всё.