Закон Эквестрии. Союз Пяти Фигур

Тучи поднимаются над бушующим мегаполисом Мэйнхеттеном. Преступный синдикат подвергает опасности жителей этого города, захватывая не только его многочисленные улицы, но и небо над высокими небоскребами. И только двое Стражей могут встать на их пути. Двое скромных представителей нового отдела Защиты Эквестрии. Они называют себя агентами Королевского Контроля.

Стража Дворца

Симфония прощения

Винил Скрэтч едет в Кристальную Империю за Октавией, чтобы...извиниться.

DJ PON-3 ОС - пони Октавия

Формула любви.

Мы с другом упоролись и решили написать клопик.

Эплджек ОС - пони

Первый блин комом

Твайлайт Спаркл идет на свидание. Впервые. И она совсем не знает, что ей от всего этого ожидать.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Огонек

Небольшая история, приключившаяся с Динки и Дерпи в канун Дня Согревающего Очага

Дерпи Хувз

Два в одном

В Понивилле появился новый пони. Как удивительно, скажете вы, такой оригинальный сюжет! Да, я не мастер аннотаций.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк ОС - пони

Лучший подарок для Тиары

Добрый мини-рассказик повествующий о том, что произошло после того как Даймонд Тиара решила измениться и стать хорошей.

Эплблум Скуталу Свити Белл Диамонд Тиара Сильвер Спун

Маленький хейтер

Маленького хейтера мучают ночные кошмары.

Пинки Пай Человеки

Параллель

Два мира, столь похожие и столь разные одновременно. У них было единое начало , но они пошли разными путями. И вот отнажды , после долгих лет разлуки они вновь встретились....

Мир Мечты (сборник стихов)

Сборник стихов о мире, в котором мечтает побывать почти каждый брони - Эквестрии и её обитателях, маленьких разноцветных пони.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Скуталу Принцесса Селестия Принцесса Луна Лира Бон-Бон ОС - пони Октавия Дискорд Найтмэр Мун

S03E05
Темная жизнь - Акт 1. Глава 17 - Ключи Белая жизнь — Акт 1. Глава 19 — Древний

Темная жизнь — Акт 1. Глава 18 — Принцесса ночи

Арон стоял невозмутимо: он прекрасно знал, что против него Лерандра не выстоит. Она сама тоже это прекрасно осознавала, увидев его в деле, но всё же надеялась, что сможет его одолеть. За её плечами был огромный опыт от боёв, тренировок и управлением государством. Всё это не сравнится с его обучением в Академии, где он изучал лишь теорию, да и практики как таковой у него и не было, когда у самой Лерандры двадцать лет службы в тёмной гвардии. Из них пятнадцать лет каждый месяц — вылазка на чужую границу и стычка с врагом.

Фестралка молчала и ждала ответа от Высшего. Сейчас она была в смятении: почему её гость резко спросил о тайной организации, которую они так тщательно ищут? Если окажется, что Арон — один из них, то ей ничего не останется, кроме как убить его, даже если им придётся снова ждать тысячу лет, дабы вернуть принцессу из заточения. Кровавый орден — самая опасная в мире организация: из-за неё они и оказались в изоляции.

Арон не стал ничего скрывать от матриарха. Если он что-то хочет от них добиться, то обязан быть с ними честным.

— Они уничтожили мой дом и убили моего отца. Моя цель — найти и уничтожить их, чего бы мне это не стоило, — в словах его слышались нотки гнева и жажды мести за отца, что собственной кровью даровал сыну возможность жить. Лерандра уловила их, но не придала этому значения. Любой может сказать такие слова и подсыпать эмоций для полного убеждения.

— Как докажешь свои слова? То, что ты сказал, для меня ничего не значит. Любой может так сказать. Но есть ли у тебя доказательства? Может, ты — засланный агент, втёрся в доверие к моим внучкам, чтобы после приблизиться ко мне, дабы выведать всю имевшуюся у нас информацию об организации?

— И зачем мне это?

— Зачем?! Ты ещё спрашиваешь? Дабы убить тех, кто знает об этом, после чего уничтожить всё, что упоминает об этом. Я знаю ваши методы и не допущу этого. Ты сразу прокололся, как только спросил об этом.

— Вы ошибаетесь. Я действительно ищу тех, кто знает о Кровавом ордене, но я не из них. Вам нужно доказательство? Вот, прошу… — Арон вытянул копыто в сторону, и ножны с двумя мечами подлетели к нему. — Этот меч я забрал у члена Кровавого ордена, — он достал из ножен меч. — Меч ночи «Покоряющие звёзды», который когда-то принадлежал вашей правительнице. Он был у члена этой организации, которого звали Пепел. Я выследил его в деревне Консол. Но, увы, там его не оказалось, но трактирщик знал его и скрыл от меня. Лишь моя интуиция помогла мне увидеть посланца трактирщика. Поспешив за ним, я оставил позади себя деревню, которая пылала огнём.

— Как пылала?!

— Белый всадник на сапфировом драконе напал на неё. У меня не было времени всё разглядеть как следует: моей целью был убегающий посланец. Мне удалось найти его, и он привёл меня к пещере, где находился Пепел, — тут Арон остановился. Свежие воспоминания об отце, что был изуродован красным лириумом, заставили его сердце с силой сжаться от боли, гложущей и терзающей душу. Последние слова отца, что спас сына от удара, пожертвовав собою, — «Арон… Живи…» — навсегда отпечатались в сознании парня и жгли сильнее раскалённого железа. Внутри всё замирало лишь от мыслей о нём.

Лерандра видела, как у парня наворачивались слёзы. Меч, лежавший на копытах, задрожал.

— Арон…

— Он пожертвовал собою ради меня. Принял нож в спину, чтобы я мог жить дальше. Вместо того, чтобы спастись самому, он пожертвовал собою. Я… я… я мог бы спасти его… если бы был сильнее! Я… мог предотвратить всё это… если бы был сильнее… Но… но… я слаб… — парень захлёбывался в своих словах. Он не мог больше удерживать в себе всё это. Эмоции, сердце, душа, разум — всё это просило выплеснуться наружу. Чаша терпения и страданий переполнилась и требовала своего.

Лерандра отбросила нож в сторону и, приблизившись к Арону, обняла его, как любящая бабушка внука. Арон не стал отстраняться от неё, наоборот — лишь сильнее прижался к ней. Ему тогда не хватало лишь одного — любви. Матриарх могла дать ему это, она понимала его и верила.

Так они простояли несколько минут, пока Арон не успокоился. Всё, что терзало, мучило и не давало ему покоя, ушло, как цунами, оставив после себя спокойный и чистый берег души.

Парень, успокоившись, вышел из объятий матриарха и стал потирать лоб.

— Прошу простить меня. Этого не должно было случиться. То, что я рассказал вам, — чистая правда. Я не шпион ордена, моя цель — найти эту организацию и уничтожить её.

— Я верю тебе, Высший, — она подошла к окну и сдёрнула шторы. — Мы долго искали и изучали эту организацию. Многие погибли, доставая информацию. Другие сходили с ума, узнав слишком много. Я готова поделиться с тобой информацией, но лишь после ритуала. Нам пора готовиться к Летнему Солнцестоянию.

Арон провёл глазами сначала по лезвию меча, а после взглянул на Лерандру. Ему ничего не оставалось, кроме как согласиться. У него не было другого выбора. Информация, которая у них есть, может всё кардинально изменить. — Хорошо, я согласен на ваше предложение. Но попрошу вас дать клятву кровью, что вы расскажите мне всё про Орден, даже если кто-либо запретит вам.

Она повернулась к нему и, не колеблясь, подобрала нож и сделала надрез на копыте. Образовалась маленькая линия, которая резко покрылась кровью. — Я, Лерандра Ранаран, мать и матриарх фестралов, клянусь своей кровью, — она капнула парой капель крови на камень, лежавший на полу, — что по возвращению нашей матери ночи расскажу всё про Орден Арону, последнему из Высших. Если меня постигнет смерть, и я не выполню свою клятву, она ляжет на плечи моей дочери, Сельфиде Ранаран, — Арон одними зубами надкусил копыто, давая крови выйти наружу. Он капнул ею на камень. Камень резко засиял, а комната задрожала. Клятва крови была принята и подтверждена.

Клятва крови — самая тяжелая клятва, что есть в этом мире. Это проклятие, которое заставит вас сдержать слово. Если вы по какой-либо причине отказываетесь, то проклятие начинает действовать, разрывая вашу душу на части, после чего убивает вас. Дальше оно передаётся другому члену вашей семьи и так же будет мучать его, но лишь одним изъяном. Оно не убьёт его, а будет постепенно сводить с ума, пока не выполнится клятва. Если этот член семьи умрёт от чего-то, то проклятие продолжит свой путь по семье, которая дала клятву.

Арон прекрасно понимал, что зря это затеял, но увидев, как резко поменялась в лице Лерандра, усомнившись в нём, когда услышала лишь имя Ордена, он не мог больше совершить ошибку. Ему была нужна гарантия, что слово сдержат, а не снова бросят его, как старую куклу.

— Клятва принята. Лерандра, покажите, где будет проводиться ритуал. Я хочу осмотреться и ожидать там этого момента.

— Прошу за мной, — она подобрала камень, которые еле сверкал, убрала нож за пояс и быстро перевязала копыто. Арон взял свои вещи и разместил два меча за спиной. Они вдвоём молча вышли из комнаты, оставив там лишь свои воспоминания.


Они спустились в самое сердце цитадели. Арон и Лерандра оказались в самом настоящем некрополе — Городе мёртвых, где были похоронены все когда-то жившие фестралы. Теперь от них остались лишь черепа да выцарапанные на них имена. Конечно, в некоторых местах можно было увидеть склепы и камеры, где лежали целые скелеты, но это пугало не так, как уложенные по стенке множества черепов, чьи пустые глазницы пялились на тебя своим таким же пустым взглядом, где обрели себе дом разные жуткие многоножки да ядовитые пауки.

Арон косо взглянул на матриарха, но промолчал. «Не мне судить чужие обычаи. Это их страна, им и решать, как хоронить своих», — подумал Арон, делая важные выводы о культуре фестралов. Если ему выпадет минутка, то он обязательно сообщит об этом магистру архивов Итилгаилу. Наверняка магистр будет очень удивлён, узнав об этом.

Пройдясь по узким коридорам, путники вышли в огромную залу, где белым пламенем горели факела. Их свечение заинтересовало Арона; приблизившись, он стал изучать их. «Чувствуется жар огня, пламя играет так, словно хочет выбраться из клетки. Запах масла, молодой древесины… Кажется, клён… Нет, это орешник: лишь он может источать такой нежный запах. Но что ещё? Почему пламя такое белое, как лунный свет?» — Арон долго думал и подбирал разные формулы, химикаты, но ему никак не удавалось приблизиться к разгадке, пока ему не помогли.

— Прошу прощения, моя госпожа, но почему этот странный господин уставился на пламя? — к ней подошёл старик в чёрной рясе и с седой гривой.

— Это Высший. Будь так любезен быть аккуратнее со своими словами.

— Прошу меня простить, госпожа. Я просто не знал об этом, — старик, извиняясь, поклонился.

— Я всё прекрасно понимаю, Араш. Ты совсем зарылся у себя в катакомбах и архивах. Ты позабыл, наверное, что кроме этого места ещё есть и внешний мир, куда тебе нужно почаще выходить и дышать свежим воздухом. А то, я наблюдаю, у тебя глаза стали выцветать. Это очень плохо, Араш. Что я буду делать без тебя?

— Моя госпожа, премного благодарен. Но, увы, моё время скоро подойдёт концу. Мне уже не поможет ни солнце, ни свежий воздух. Пока я могу дышать и двигаться, хочу успеть сделать как можно больше для вас. Я уже приготовил себе приемника. Он — мальчик смекалистый и трудолюбивый; ему осталось лишь пройти экзамен, и он станет полноправным архивариусом Города мёртвых.

— Не говори ты так. Я знаю тебя как свои крылья. Ты пережил моих родителей, да и меня ещё успеешь, — она улыбнулась ему.

— Хе-хе-хе… Вашими словами — я словно бессмертное существо.

— Для меня ты дорогой друг и член моей семьи, Араш Шаролон.

— Спасибо за эти добрые слова, госпожа Лерандра Ранаран. Вы позволите мне потревожить нашего гостя? А то, боюсь, он так долго простоит у этого огня.

— Да, конечно, — она пропустила старичка вперёд.

— Ты задаёшься вопросом, почему тут пламя белое?

— Да. Я понял, что вы используете масло и орешник, но никак не могу понять, почему оно белое. Тут имеется странный терпкий запах, который я не могу узнать.

— Ты проницательный, Высший. Да, тут есть кое-что ещё. Мы смешали масло и семена спорыньи. Она придаёт пламени такой цвет, а орешник не позволяет ему так быстро угаснуть. Всё очень просто, скажи?

— Согласен с вами. Но семена спорыньи не дают такого цвета, а всего лишь придают яркости. Тут что-то ещё… — Арон всмотрелся в само пламя. Его язычки плясали в разные стороны. Глаз привык к огню, и парень увидел то, что хотел. — Толчёный жемчуг. К семенам спорыньи нужно добавить селитру, добавить толчёный жемчуг и дать спорам вобрать его в себя, после чего добавить не масло, а раствор ртути. Всё это дело смешать с щепками дуба — вот вам и белое пламя.

Араш удивился словам фестрала. Он подошёл к факелу и стал его разглядывать. Кроме белого пламени он ничего не увидел. Глаза старика настолько выцвели, что ему едва удавалось прочитать пергамент у себя на столе, а увидеть за огнём его содержимое он тем более не мог.

— Как тебе это удалось? Откуда ты всё это знаешь? — Арон застал старика врасплох.

— Как-то мне удалось увидеть весь процесс производства белой искры. Если соединить ртуть, жемчуг и добавить селитру, произойдёт химическая реакция и возникнет так называемая белая искра. Тогда всё помещение озаряет яркая вспышка, которая сжигает сетчатку глаза.

— Откуда у тебя такие познания, юный господин? Даже в Кантерлоте никто такого не преподаёт.

— Всё это я узнал в Академии у магистра алхимии Минастира… — тут старик уставился на Арона, словно на призрака.

— Ты видел Мина?.. — неуверенно спросил Араш.

— Ну да, он — преподаватель алхимии и зельеварения. Он обучил меня всем премудростям этого направления. Конечно, мне не удалось обучиться приготовлению самых сложных эликсиров, но я уверен, что скоро вернусь обратно и наверстаю упущенное.

— Академия, Мина… Вот куда ты подался, старый плут. Я-то думал, что ты давно покинул этот мир, оставив меня тут одного. Ты исполнил свою мечту, став учителем… — он взглянул на потолок. По его морщинистому лицу потекли слёзы. Арон оторопел: он никак не рассчитывал, что обидит кого-то. Лерандра заметила мельтешения парня и подошла к нему.

— Успокойся, ты ни в чём не виноват. Наоборот, ты сделал подарок для моего Араша. Он очень долго служит моей семье. Не удивлюсь, если ему удастся пережить даже меня. Он остался совсем один — ни родных, ни семьи у него больше нет. Даже друзья покинули этот мир раньше него. Но благодаря тебе у него появилась надежда увидеть старого друга.

— Понятно… — лишь сказал Арон, отходя от них. Теперь, когда первая загадка была разгадана, можно было приступить ко второй.

Место, где будет проводиться ритуал, не очень сильно впечатлило парня. Четыре алтаря, находящиеся по разные стороны, образовывали квадрат. На полу вырезана пентаграмма — фигура, полученная соединением вершин правильного пятиугольника в одну, фигура, образованная совокупностью всех диагоналей правильного пятиугольника. Арон засомневался, что правильно понял рисунок, но когда прошёлся по линиям и каждому алтарю, то понял, что этот рисунок символизирует звезду.

«Куда подевался пятый алтарь? Если их всего четыре.»

Следующая очередь за алтарями. Подойдя к первому, он досконально осмотрел его. Ему удалось понять, что они были сделаны из странного материала, больше всего походившего на металл, чем на камень. На этом металле были вырезаны разные узоры, а на вершине алтаря имелась выемка, похожая на замочную скважину. Пройдясь по всем, он обнаружил, что на каждом был изображён свой символ. Арону как-то попадалась книга о древних языках и их значениях. Вот это знание ему как раз и помогло разгадать, что они означают.

Сфоран — это древний язык; лишь немногие могут его читать. Лишь бессмертные помнят этот язык, а вот смертным даже простейшие слова удаётся понять уже при своей кончине. Арон хотел попробовать себя в этом деле и убедить остальных, что его возможно выучить, но как бы он не старался, этого ему не удалось. Ему хватило понять лишь главное из этой книги, но саму суть этого языка ему не покорить

Нецух — солнце, Малхут — луна, Кетер — безумие, Ход — сила. Все четыре слова обозначали разные понятия, но Арон перевёл эти слова на свой язык.

«Получается, это и есть замки. А ключи, что у меня есть, их откроют. Интересно, тогда почему пятиугольник, а не квадрат? Какую роль играет пятая сторона?».

— Араш, могу ли я вас спросить кое о чём? — Арон подошёл к старику.

— Да, конечно. Что вас заинтересовало?

— Скажите, за что отвечает пятая сторона, если тут всего четыре замка?

— О чём вы?

— Пентаграмма в виде звезды имеет пять углов. На каждом углу стоит алтарь, а вот на пятом ничего нет.

— А, вы про это! Честно сказать, я и сам не знаю. Сколько я не бился над этим вопросом, ответа так и не получил. Может, это так и должно быть, а может и нет. Лишь когда начнётся ритуал, мы с вами поймем, зачем он нужен, — после этих слов он оставил их и ушёл к себе, под предлогом усталости и желания отдохнуть перед ритуалом.

— Арон, я тоже должна тебя покинуть. Если тебе что-либо понадобится, можешь обратиться к страже — они сразу выполнят твою просьбу.

— Спасибо. Тогда я останусь тут и буду ждать нужного времени, — они кивнули друг другу, после чего разошлись. Лерандра вышла из зала, а вот Арон направился в самый тёмный его угол и, разложив вещи, стал медитировать.

При медитации парень и не заметил, как наступил тот самый день и тот самый час. Стали заходить первые посетители в чёрных одеяниях. За ними последовала стража, укомплектованная бронёй. Зал с каждой минутой заполнялся всё больше, пока не осталось свободного места. Арон вышел вперёд с двумя ключами и кое-как прикреплённым на спине мечом. К нему присоединилась Лерандра. Она, в свою очередь, как матриарх, должна держать свою марку. На голове её сияла тиара из чистого серебра, копыта украшали накопытники, отполированные до блеска. Также имелись браслеты в виде змей, кусающих себя за хвосты. Само тело покрывала чёрная ткань, украшенная множеством звёзд.

Она посмотрела на Арона, после чего вышла вперёд.

— Дети ночи, как долго мы ждали этого дня, когда наша Принцесса вернётся к нам! Много лет минуло с того дня, как старшая сестра Солнца заточила нашу правительницу. Мы страдали с вами, многие погибли, мы пережили катастрофический мор, голод, войны. Но мы смогли выжить с вами и доказать, что нас не сломить! — весь зал затрепетал. Все затопали копытами, ликуя из-за слов лидера.

— Ура! Мы с вами! Мы готовы к её возвращению! — толпа ликовала. Лерандра топнула два раза, и все угомонились.

— В этот день мы возвратили все ключи сюда, дабы вернуть нашу правительницу, — толпа разошлась в стороны, пропуская фестралов, несущих сундук. Она открыла его и достала косу. — Эта реликвия хранилась у нас тысячу лет, дабы открыть первый замок! — матриарх подошла к первому алтарю. Развернув косу лезвием вниз, она вонзила его в отверстие камня. Загорелась надпись: «Кетер». — Эта коса есть порождение безумия, что когда-то охватило нашу принцессу. Именно с этого оно и началось, — Лерандра повернула косу, словно ключ, по часовой стрелке. Узоры на алтаре ожили, охватив его своим чёрным сиянием. Первый угол пентаграммы обвёлся тёмным цветом.

— Следующий ключ… — произнесла правительница.

Внутрь зашёл тот, кого Арон не ожидал увидеть — единорог с блондинистой гривой в лёгких доспехах и алебардой на плече. Взгляды двух друзей встретились. Арон встретил его как друга, но Даеан — как врага.

— Ты… — мрачно произнёс всадник. Он магией обхватил алебарду и приготовился применить её на Ароне, но тут вмешалась тёмная гвардия, что была за спиной парня. Они резко повалили его и нацепили на шею антимагический ошейник. Парень не успел ничего предпринять. Эта ловушка уже была давно для него подготовлена.

Арон хотел вмешаться в потасовку, но жест матриарха остановил его.

— Арон, не нужно вмешиваться. Он — посланник Светлого ордена. Мы давно его пасли, дабы он отдал нам второй ключ.

— Светлого ордена? Пасли? О чём вы говорите?

— О том, что он является нашим врагом. Его цель — помешать нам вернуть нашу Принцессу ночи. Мы давно знали о его присутствии, но не могли достать алебарду. Пришлось задействовать многое, дабы заставить организацию зашевелиться. Много жертв пало от этого… Но вот результат, — она подобрала алебарду и сразу воткнула её во второй алтарь, после чего повернула её по часовой стрелке. Ярко-огненным светом загорелись узоры, а вместе с ними и надпись: «Нецух». На пентаграмме окрасился второй угол.

— Арон… Ты — предатель… Когда я выберусь… ты пожалеешь, что вообще вышел из комы, — два фестрала вытащили Даеана из зала.

— Даеан… — двери закрылись.

— Этим ключом мы от лица старшей сестры Солнца приглашаем тебя обратно, Принцесса ночи. Часть её души укажет тебе обратный путь на землю, куда ты снова сможешь беспрепятственно вернуться, — Лерандра повернулась ко мне. — Арон, тебе выпала огромная честь быть избранным и нести слово нашей госпожи. Так верни её обратно, используй последние два ключа.

Меченый взглянул на присутствующих. Лица их изменились: вместо привычных доброжелательных они стали фанатичными. Они желали всеми фибрами своей души вернуть ту, что была заперта множество веков. Их жажда заставила Арона оступиться: правильно ли он поступает, нужно ли возвращать такое опасное существо обратно? Может, Лерандра обманывает его, и ничего хорошего из этого не выйдет?

— Арон, мы ждём! — голос правительницы заставил его выйти из раздумий. Сейчас у него появился выбор: либо сбежать, таким образом остановив ритуал и не допустив угрозы мира, но он сам может пострадать из-за клятвы крови и не получить информацию о Кровавом ордене, либо плюнуть на всё это и вернуть обратно Найтмер Мун, получить обещанную информацию и оставить всё как есть — пускай судьба решает, как быть с миром.

Арон подошёл к третьему алтарю, воткнул лезвие в камень и повернул его. Узоры засверкали белым светом, а с ними и надпись: «Малхут». Третий угол приобрёл белый окрас на пентаграмме.

— Этот ключ возвращает тело и разум нашей госпожи. Теперь она предстанет перед нами во всей красе.

Немедля Арон взял ножны, которые приняли форму ключа. Он не удивился этому, а воткнул их в скважину и повернул. Узоры покрылись фиолетовым цветом. Загорелась надпись: «Ход». Четвёртый угол тоже покрылся фиолетовым цветом на пентаграмме.

— Этот ключ возвращает всю запечатанную силу, которая поможет нам вернуть наше величие и место под солнцем! — воскликнула Лерандра. Весь зал снова заликовал.

Араш, стоящий у стены, увидел знак госпожи Лерандры и дёрнул пару рычагов. Потолок над всеми зашевелился и стал расступаться. Меченый был пойман врасплох конструкцией цитадели. «Как такое возможно, что все полы цитадели служили выдвижными платформами?». Через пару минут полная луна освещала зал.

— Да вернётся к нам наша Мать Ночи, спасёт своих детей от тьмы и хаоса! — пронзительно выкрикнула матриарх, дабы её услышали все.

Пентаграмма засияла пуще прежнего. Все цвета углов смешались, образовывая пятиконечную звезду. На самом верхнем конце звезды, где по плану должен стоять ещё один алтарь, выделился круг и надпись: «Рагнар».

Этого никто не ожидал. Матриарх подбежала к этому месту и выкрикнула:

— Араш, что происходит?!

Старик тоже присоединился и непонимающим взглядом смотрел на происходящее.

— Я не знаю, госпожа. Такого не должно было произойти.

— Как ты не знаешь?! Ты же всю жизнь свою посвятил этому языку и ритуалу! Ты должен был предвидеть это! — она грозно кричала на своего архивариуса.

— Госпожа, прошу вас, дайте мне минуту, — он стал бегло изучать последний угол.

— Ну что?!

— Здесь… требуются… гармония и хаос… — заикаясь, сказал старик, отходя назад.

— Хаос и гармония… О чём ты говоришь?

— Требуются элементы так называемой гармонии и самого хаос. Это всё, что я могу сейчас сказать.

— Элементы гармонии и хаоса? Почему ты молчал и не сказал мне об этом?! — было видно, что матриарх выходит из себя; ещё чуть-чуть, и она могла просто убить этого старичка, даже не взирая на их прошлую дружбу.

— Простите меня, госпожа, — он упал на пол.

— Столько времени, столько трудов! Ради чего?! Чтобы увидеть последнее, чего нам не хватает? Это крах всего! Мы больше не сможем пережить ещё тысячу лет! — с отчаянием в голосе произнесла она, снимая с себя тиару.

«Рагнар… В переводе со Сфорана „Ра“ — гармония, „Гнар“ — хаос. Чтобы завершить ритуал, нужны эти два ключа, но времени на их поиск нету. Однако есть тот, кто может заменить их. Я являюсь сосудом, в котором есть частица „Гнара“. А вот „Ра“ во мне не имеется. Если я пожертвую собой, то войду в круг лишь с частицей „Гнар“. Но может случиться невообразимое…» — Арон видел, в каком сейчас отчаянном состоянии находились все присутствующие. Сжав зубы до скрипа, он вбежал, сбив Арашаа и Лерандру с копыт.

— Арон, стой! — выкрикнул Ашар.

Но было поздно: Высший зашёл в круг. Повязка слетела с глаза, демонстрируя всем звериный зрачок. Оказавшись внутри круга, тело само стало двигаться.

— Нецух гранто мане. Шаранер Кетер ла овараг. Малхут регенер ал гонерар дуре. Ол Ход ладон огрон рим ал гонерар дарк. Дурен Ра и Гнар нарог овелан су гар.

Араш, будто заворожённый происходящим, вслух перевёл то, что сказал Арон:

— Солнце заточило её. Впавшую в безумие от врага. Луна приговорена на вечные муки. Ибо силой хотела обречь мир на вечную ночь. Лишь гармония и хаос могут вернуть равновесие.

Арон соединил копыта вместе — ключи зашевелились. Он одним движением послал четыре артефакта в небо. Они, словно сияющие звёзды, стремительно рванули к самой луне. Яркая вспышка, и изображение на луне в виде единорога исчезло. Туман распростёрся по зале; все устремили свой взгляд в её центр.

— Аха-ха-ха-ха-ха-ха! — эхом раздался душераздирающий смех. — Я наконец-то вернулась! — торжественно воскликнула она.

Лерандра упала перед её ногами и произнесла:

— С возвращением, госпожа Найтмер Мун!