Основатели Александрии (Founders of Alexandria)

Часть 6 (Алекс) – Глава 1

Высоко вверху громадные птицы кружили на ледяных ветрах. Их глаза мерцали как мёртвые звёзды, уставившись на неё. Когда открывались их рты, на неё обрушивались звуки, которые не были звуками. В них был голод, но не такой, какой могли понять смертные. Это был звук, который мог бы издать голодающий, оставшись без еды на тысячи лет, узнавший, что может не получить её ещё тысячи.

Она не могла сказать, что из себя представляет — пони, человека или что-то посередине. Чем бы она ни была, она гордо стояла в темноте, блистая платьем из бледного шёлка, исписанного рунами.

— Ещё нет! – когти, разрывавшие миры на части, протянулись к ней, чтобы крушить и терзать.

Ей, может быть, никто не помогал, но она не была беззащитна. За свои пятьдесят тысяч лет она многое узнала о вселенной. Трением она замедлила бег птиц, рождённых бездной, а гравитация внезапно переставила её на другое место. Она воздвигла на их пути преграду, но не из совершенных сплавов. Против такого врага она избрала холодное железо, выжатое из крови земли и получившее форму в огне.

Птицы голода скрежетали в ярости и бессилии, ужасные когти прорезали глубокие царапины в барьере.

— Человек, твоё время истекло! Твой век прожит. Впусти нас, и мы заберём твои муки! Будет совсем не больно!

Она не верила их лжи. Она была слаба, куда слабее, чем должна была быть. Но где-то глубоко под землёй был закопан единственный алмаз веры, и этот алмаз был её душой. Их вера в неё не колебалась. Их вера была ею.

Как их понимание. Ракеты были её колесницей, CPNFG защищал её от голодных клювов.

— Не сегодня! – сказали они. – Но скоро. Ты уже мертва! Ты просто этого ещё не понимаешь! Ты принадлежишь нам!

Она изгнала их, не обращая внимания на смешки и гневные вопли. Возможно, они за ней вернутся, но не этой ночью.

Она была не одинока во тьме. Во сне тьма уплотнялась и сворачивалась, растягивая множество щупалец вокруг неё.

— Архив. – Тьма ползла вдоль её ног, оборачивалась вокруг её глаз. Конечно, это была не истинная тьма. Это была ненависть. — Эта планета больше не твоя. Ты подчинишься.

— Нет! – Алекс проснулась в луже пота, свернувшись калачиком на подушке своей кровати.

Она услышала над собой стон и голос Мории:

— Заткнись.

Алекс подчинилась. Она вытащила одну из многих пар велосипедных шорт, которые она теперь использовала в качестве нижнего белья. Быстрый взгляд на установленный на стене экран сообщил ей, что было три часа утра, поэтому она не стала надевать что-то сверх. Она выскользнула в дверь, прокралась мимо отсека жеребцов и в гальюн. После того, как она там закончила, сполоснулась и вытерлась тёплым полотенцем, она почувствовала себя немного лучше.

Сна у неё, впрочем, не было ни в одном глазу. Она вообще теперь довольно редко хотела спать. Её сила шла из Земли. Это была не та же самая сила, которую земля давала ей раньше, позволявшая ей вышибать двери и крошить бетон копытами.

Её роль больше не требовала великой силы. Что ей было нужно, так это выносливость, чтобы нести память человечества в необозримое будущее.

Алекс забрела в грузовой отсек и остановилась у оружейного шкафа. Она подняла копыто с перчаткой и помахала им перед замком. Броня разошлась, отползая в сторону с гудением моторчиков, открывая ей оружие, которое для них приготовили в HPI.

Как и у всего их малогабаритного оборудования, твёрдый полимер выглядел так, как будто его накладывали слоями, будто отпечатанный на 3D-принтере. Это был компактный пулемёт, весь сделанный из пластика, за исключением металлического прямоугольника на задней части. Рамка спускового крючка была громадна, достаточно велика, чтобы даже жеребец-земнопони мог просунуть туда своё копыто.

Половина массы оружия заключалась в подпружиненной сошке, которую можно было одним нажатием разложить примерно на высоту пони, если это требовалось. Алекс впечатлилась тем, как HPI сумели адаптировать своё оружие для пони всего за пару месяцев, с учётом того, скольким они одновременно занимались.

В то же время, она ничего не могла поделать с серьёзным беспокойством о том, что HPI полагали, что им потребуется оружие, специально предназначенное для использования пони. Ожидали ли они вооружённого сопротивления? Диких животных? Сейчас она не стала уточнять.

Вместо этого она накинула лямку на плечо и выскользнула в ночь. Она не могла видеть в темноте так же хорошо, как раньше, но полная луна над головой обещала, что она разглядит хоть что-то, когда глаза привыкнут. Пока же ей пришлось полагаться на другие чувства. Она постояла на месте достаточно долго, чтобы почувствовать землю под собой. Она замерла, усилием воли замедляя своё восприятие.

Под ней, на расстоянии, которое её сознание понимало с трудом, находилось бьющееся никелевое сердце планеты. Её планеты. Она позволила жизни себя заполнить, а потом позволила себя унести. Она не могла оступиться или споткнуться, даже если не видела землю, по которой шла.

Алекс не знала, куда идёт. Ночь была холодной, но выносливости её расы хватало чтобы оградить её от зимнего ветра. Во сне она всё равно чувствовала куда больший холод. Пока она шла, её глаза привыкали к освещению, но она сопротивлялась искушению использовать зрение. Ночь всё равно была достаточно тёмной, и спрятавшиеся в тенях камни и корни могли заставить её споткнуться. Земля же ей споткнуться не даст.

Алекс остановилась у ивового ствола, окружённого деревьями. Его ветви опускались вокруг неё как одеяло. Она сидела под ветками и думала о монстре, который отнял у неё её город. Она облокотилась голой спиной о ствол, и от этого почувствовала себя немного менее одинокой.

— Я не знаю, что мне делать, — сказала она в пустоту. Она не очень понимала, зачем она это сказала. – Там что-то злое, отбирает у пони волю. Уже захватило Адриана. Оливер, наверное, следующий, — и, голосом, едва дотягивающим до шёпота. – Я не хочу остаться одна.

Луна светила сквозь деревья, полнее, чем она когда-либо видела. В небе что-то изменилось, пусть она и не могла сказать, что именно. Без светового загрязнения городов, она видела тысячи и тысячи звёзд.

— Ты и с худшим справлялась, — ответил никто.

Ей это даже не показалось странным, пусть она раньше никогда с собой не говорила (если не считать дневника). До этого момента.

— Я никогда ни с кем не дралась. Мне раньше никто не пытался навредить. Ты, наверное, думаешь, что живя в городе…

Голос прервал её.

— Дочь моя, ты сражалась каждый день своей жизни. И твои родители до тебя. И их родители до них, и их родители до них. Просто теперь это у тебя получается лучше, чем раньше. – Странный голос окружал её, как будто ей одновременно шептали все деревья мира. Он смеялся.

Нет, это был не смех. Это действительно был просто шум ветра в кронах. Никого рядом не было.

Алекс ничего не сказала, вслушиваясь в почудившийся ей голос. И действительно, её терпения хватило, чтобы снова побудить его заговорить. Если оно вообще было «чем-то».

— Я могу терпеть гостей, но этот мне не гость. Заверши для меня его путь. Любимый сын, защитник. Моя сила – твоя.

Алекс моргнула, пытаясь найти говорящего своими полуслепыми ночью глазами. Сначала она ничего не увидела. Через несколько мгновений вдали начала формироваться фигура.

— Ты кто?

— Я столько времени с тобой провела, а ты меня не узнаёшь? – странный женственный голос растворился в ветре и растаял между деревьев.

— Как? – Алекс вскочила на ноги, чувствуя поднимающееся раздражение. Она не знала, спит ли она, не знала, находится ли та, с кем она разговаривает тут, или нет. – Я не единорог! У меня нет магии!

— У тебя её никогда и не было раньше, — ответила ночь. – Это тебя не останавливало. Величие творения поднялось на тебя во гневе, и тебя это не остановило. Дочь моя, у тебя всегда была магия. С самого момента, как я исторгла тебя в кровь и тьму. Подумай об этом, человек. Из всех остальных, сколько могут взглянуть на последствия удара молнии и увидеть в нём не страх, но безопасность? Сколько смогли узнать достаточно, чтобы попытаться меня убить? Скольким было дело до того, чтобы попытаться меня спасти? Это — магия, человек. Не руны, не заклинания.

Движение, которое она раньше заметила вдали, начало уплотняться перед её глазами. Алекс ожидала чего-то экзотического, возможно, богиню. Если не богиню, то как минимум императрицу. Вместо этого, существо, бегущее к ней сквозь тьму, оказалось собакой.

— Хуан? – Она ухмыльнулась, даже несмотря на то, что он врезался в неё, сбил её с ног, уронил на бок. После хорошей возни, в которой он, как обычно, позволил ей победить, Алекс снова вскочила на ноги, сбрасывая с себя разыгравшееся животное. – Полагаю, тебя они тоже поймать не смогли?

Пёс не ответил, странный голос тоже промолчал. Он только озабоченно посмотрел ей в глаза.

— Знаю, ты бы отправился с Клауди Скайз, если бы мог. Ты всегда делаешь так, как я попрошу. – Он потёрся об её бок, почти так же, как она уже начинала делать с другими пони. Очень животный способ продемонстрировать поддержку и заботу. По крайней мере, это она понимала. Даже если это заставляло её чувствовать себя менее человеком.

Не руки делают тебя человеком. В этот раз это был не голос, даже не шёпот. Это была просто мысль. И она не была абсолютно уверена, что эта мысль была её собственной.

— Я рада, что ты меня нашёл. – Она обернулась и пошла к Колибри. Не потому, что она её видела, а потому, что помнила каждый шаг, который она сделала, чтобы досюда добраться. По памяти она представила кружной маршрут, который рано или поздно доставит её назад. — А у нас тут совсем дурдом. Мне не хотелось бы, чтобы ты в это влезал. – Пёс лизнул ей лицо, после чего поспешил вперёд, виляя хвостом. – Да, неважно. – Она нахмурилась. – Ну конечно, пользуйся своим ночным зрением, блоходром. Посмотришь ещё, добуду когда-нибудь ночные очки.

Очки она по пути назад не получила, но зато ей позвонили. Спутникового телефона у неё с собой не было. Она ничего не захватила с собой, кроме винтовки, шорт и электронного устройства, которое она носила на правой ноге и называла киберперчаткой, потому что это круто звучало.

В этом устройстве вычислительных мощностей было не больше, чем в среднем смартфоне, по крайней мере, пока оно не находилось в пределах мили или около того от аппаратов HPI. Вплотную к Колибри оно могло использовать главный компьютер самолёта, или любую его систему связи.

К появившемуся лицу она за последнюю пару месяцев привыкла – Тейлор Гэмбл. Поначалу её ослепили насыщенные цвета, ясное веснушчатое лицо и пылающие красным волосы. Когда Алекс была человеком и обращала на подобное внимание, она могла бы счесть Тейлор красивой. Но время шло, и она уже начинала забывать, что она в людях находила сексуально-привлекательным. Она помнила, что чувствовала привлекательность, но не почему она её чувствовала.

Остальные считали Тэйлор инженером. Это было правдой, пусть это и не было её главной зоной ответственности. Основная роль Тейлор была дипломатической: координатор по работе с «нечеловеческим подсобным персоналом». Алекс иногда разговаривала и с директором HPI, но чаще всего – с их куратором, Тэйлор. Её присутствие чаще всего означало, что произошло что-то, что недостаточно важное, чтобы потребовать вмешательства Кларка.

— Привет, Алекс!

— Привет. – Она зевнула, развернув камеру браслета от своего лица, чтобы мисс Гэмбл его не увидела.

— Что-то ты рано встала! Работаешь ночью?

Алекс покачала головой.

— Не могу спать. Странные сны.

Камера дёрнулась, как будто мир на стороне Тэйлор внезапно сдвинули в сторону.

— Знаю, бывает, — её слова растянулись, как будто она повторяет давно заученную мантру.

— Знаешь?

Женщина наклонилась вперёд, смахивая с лица несколько шальных прядей волос, и кивнула.

— У меня есть теория, в мире есть постоянное количество странных снов. И так как люди пропали, их больше ничто не разбавляет. Поэтому все люди, и, полагаю, пони, кто остался, все их и получают. Привыкай к ним.

— Тебе доводилось видеть сны во время бодрствования?

Тейлор хихикнула.

— Надеюсь, что с тобой такого не случалось, это признак серьёзного психологического заболевания.

Алекс закатила глаза.

— Так что за повод, мисс Гэмбл? Вы обычно не звоните в такую рань, да ещё и находясь в транспорте.

Тейлор просияла.

— О, эти два факта совершенно точно связаны.

— Командующий Кларк согласился с моим запросом о помощи?

Алекс отметила нарастающий вдали звук, как будто гром отскакивал от облаков. Он был достаточно тихим, но нарастал с каждой секундой.

— Ага! И так как я довольно компетентный пилот дронов, и знаю о вас, пони, больше, чем кто-либо другой, я вызвалась! Круто, правда?

Её уже было трудно расслышать за рёвом. Алекс посмотрела вверх, но ничего не увидела. По крайней мере, не сразу. Присмотревшись, она заметила кусочек неба, который был темнее остальных. Она отследила его глазами, потому что Тэйлор она уже совсем не слышала. Высоко вверху она увидела несколько вспышек света и звук негромких взрывов. Гул начал стихать, но тьма не двигалась вперёд. Наоборот, она поднималась вверх.

— Извини. Дроны не любят, когда их бросают с большой высоты. Если мы это делаем, несколько штук теряются.

— Ты не садишься? – спросила Алекс, всё ещё слышала звон в ушах.

— Посадить Альбатрос в нескольких милях от города пони? – Тейлор тепло и весело засмеялась, сверкая белыми зубами. – Да ни за какие коврижки! – через несколько секунд Алекс услышала ужасный грохот вдали, и почувствовала, как земля стонет под её копытами. Нечто очень и очень тяжёлое только что упало с небес.

— Я загружаю в твой браслет координаты, если хочешь посмотреть, нормально ли они приземлились, — улыбка Тэйлор стала ещё шире. – Я так понимаю, тебе ещё город освобождать.