Добро пожаловать в Фонд!

Никто другой не защитит нас, мы должны сами постоять за себя. Пока остальные живут при свете дня, мы остаёмся во тьме ночи, чтобы сражаться с ней, сдерживать её и скрывать её от глаз , чтобы все могли жить в нормальном, безопасном мире. Обезопасить. Удержать. Сохранить.

Принцесса Селестия ОС - пони Человеки

Сверхновая

Подходит к концу победный марш Селестии, что объединяет племена и народы, несёт мир и гармонию. Единственный город, отказавшийся входить в лоно Эквестрии — легендарный Сталлионград. Гордые сталлионградцы отказались иметь дело с Селестией. Может быть, делегаты всех трёх народов Эквестрии изменят их мнение?

Принцесса Селестия

Хрупкая Гармония. Две короны

Эквестрия. Три враждующих государства, слившихся в одно. Невозможное, оказавшееся возможным. Кто-то потерял корону. Кто-то её обрёл.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Эссенция Смерти

Над Эквестрией возникла новая угроза, помимо клана вампиров завладеть власть в мире решают и некие "Чёрные", но давайте посмотрим на эту историю не со стороны главных героев... Авторы: Mr. Divan и Mr.Пень

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Шайнинг Армор Стража Дворца

Скитающаяся Луна

Что если после финальной битвы Найтмер Мун с Принцессой Селестией, темная кобылица не была изгнана на Луну, а каким-то чудом попала в Столичную Пустошь? Теперь, застряв во враждебном и жестоком мире, совершенно непохожем на их собственный мир, Луна и Найтмер Мун должны работать сообща, чтобы вернуться домой и вернуть трон, который по праву принадлежит им. Однако аликорн и её подруга - не единственные, кто что-то ищет. К ним присоединяется Сара Саммерс. Девушка, недавно изгнанная из убежища 101, судьба которой более значима, чем чья-либо ещё судьба в этой суровой и безжалостной Пустоши. Вместе: Принцесса Луна, Найтмер Мун и Сара должны пересечь полную опасностей пустошь, в то время как тёмные тени пытаются затмить блуждающее сознание Луны.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Дискорд Найтмэр Мун Человеки Сансет Шиммер

Пегаска и чудовище

Безграничная доброта Флаттершай ко всем созданиям на свете стала буквально легендой Понивилля. Но когда из Вечнодикого леса пришла странная буря, пегаске и её подругам пришлось задуматься о пределах сострадания и опасностях жизни с сердцем, распахнутом навстречу всему миру. От переводчика: Это рассказ о тех давних временах, когда Твайлайт ещё писала письма принцессе Селестии и не умела летать.

Флаттершай Твайлайт Спаркл

Не больше восьми с половиной минут

Поднебесные пони пригласили нас на вечерний закрытый банкет, на котором обещались присутствовать самые яркие личности их, в прямом смысле этого слова, высокого искусства. Вознесли не только меня и Альбио, но и других талантливых писателей, поэтов, мастеров слова. Не только мы посмели дотронуться до креатива художников-виртуозов, до их таланта. Им обязательно нужно было, чтобы все мы присутствовали. Просто обязательно! Мы стали теми, кто видел мир если не с высоты их полета, то с высоты искусства. Чушь или нет, но мы поехали.

Другие пони

Затруднительное положение одного пиромана

Когда два оружия, сделанных в альтернативной вселенной, столкнулись друг с другом, Пироман красной команды из чудной вселенной игры "Team Fortress 2" попал в не менее чудную вселенную "My Little Pony", где был обнаружен Лирой, давшей ему приют в своем доме. Прятать его в таком маленьком городке оказывается не таким уж легким занятием. Ведь приходится постоянно следить, чтобы он ничего не поджег, объяснять, что тележка, проезжающая мимо, еще не повод для тревоги, и наставлять, что пони с синими шкурками тоже имеют право на существование. А тем временем приближается Ночь Кошмаров. Принцесса Луна чувствует, что на праздник может заглянуть кто-то намного более зловещий, кто пришел в этот мир прямо по следам Пиро. А именно - первый человек, побывавший в Эквестрии тысячу лет назад...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Лира Найтмэр Мун Человеки

Яблочный Дождь

Эта история банальна донельзя - человек попадает в Эквестрию. Правда, в виде пони. Он привыкает к новому телу, к местным жителям. И конечно - банально влюбляется. А ему - отвечают взаимностью...

Эплджек ОС - пони

Последняя жертва

Попаданцы ходят в Эквестрию, как к себе домой - но не просто так. Волшебное Зеркало в глубинах сокровищницы Селестии порождает их только тогда, когда над миром в очередной раз нависает смертельная опасность. Луна, обратившись Найтмер Мун кое-что смогла понять в бесконечности этого цикла и хочет его прекратить. Почему?

Найтмэр Мун

Автор рисунка: MurDareik
Глава 1 Левая стена Часть 1 Глава 2 Правая стена

Глава 1 Левая стена Часть 2

Блеклый свет разбудил Флаттершай. Она лежала под шкурами возле огня. Одна. Неужели это был кошмар? Нет, неприятные ощущения в промежности и слишком яркие воспоминания не позволяли скинуть всё на сон. О Селестия, за что посылаешь ты такие испытания маленькой и слабой пони! Флаттершай выплакалась и теперь думала, как быть дальше. Ей просто надо дождаться подруг. Твайлайт в лепёшку разобьётся, но выяснит, что случилось с тихоней Флаттершай.

Охотник вернулся ближе к концу короткого дня. Он слегка прихрамывал, на руках алели глубокие царапины и ссадины. И вообще выглядел помятым. Флаттершай выскочила из-под шкур навстречу. Первым её неосознанным желанием было осмотреть раны человека. Но воспоминания прошлого дня встали перед ней стеной. И спустя мгновения Флати забилась в дальний конец пещеры. Охотник не обратил на её поведение никакого внимания, приготовил обычную мясную похлёбку и поел без неё.

Флаттершай ничего не ела с прошлого дня. Голод тянул её к Охотнику. Прижимаясь к земле, она осторожно ползла к очагу и кастрюле рядом с ним. Внезапно её взгляд наткнулся на следящего за ней Охотника. Фыркнув, она отвернулась и притворилась, что ползёт к выходу. Человек и не подумал пошевелиться.

Горькие слёзы выступили на крупных глазах поняши. Она даже запищала от безысходности. Понурив голову и опустив ушки, не смея поднять взгляд, Флати подошла к человеку. Она не сомневалась, что её снова возьмут, возможно, даже жёстче чем вчера. Рука зарылась в её гриву и нежно гладила. Охотник указал на кастрюлю. Там осталось немного мяса для Флаттершай. Пока она ела, человек не прекращал поглаживаний и всяческих дружественных проявлений. Однако не переходил черту и держал руки подальше от её интимных мест.

Когда Флаттершай расправилась с похлёбкой, человек вынул из кожаного мешочка горсточку мха. Он пах землёй, и жевался как вата, но после отвратительной мясной трапезы стал настоящей отдушиной для языка. Пони благодарно посмотрела на Охотника и поняла, откуда у него раны. Человек искал для неё мох. Может он не такой уж плохой, и случившееся вчера было ужасной ошибкой. Плодом недопонимания.

Дни проходили спокойно. У Флаттершай было много свободного времени для размышлений. Она не знала, почему подруги так долго тянут с её спасением. Возможно, нет способов вытащить Флаттершай, и ей придётся до конца своих дней жить здесь. Человек также вызывал много вопросов. Почему он живёт в таких ужасных условиях и где остальные люди? При всех своих странностях, человек не был диким: он регулярно вычищал пещеру и мылся. Умело обращался с оружием и мог из подручного хлама делать полезные вещи. А что если человек попал сюда так же, как и Флаттершай?

Позже Флаттершай посетило ещё одно жуткое откровение. Она живёт за счёт человека, совершенно ничего не давая взамен. Так не бывает. Флаттершай замерла поражённая внезапной догадкой. Охотник держит её, как запас свежего мяса на чёрный день! О Селестия! Мысли носились в голове Флаттершай как перепуганные зайцы. Если она ничего не сделает, человек съест её. Надо стать полезной живой, а не мёртвой. Как же это сделать? Флаттершай не сможет убивать зверей. Готовка тоже отпадает — человек любит готовить, да и вид сырого мяса вызывает у пони сильное отвращение. Тогда для неё остаётся только один путь. Но Флаттершай он не нравился. Она просто не могла заставить себя снова пережить весь этот ужас.

Обычно человек уходил на рассвете, а возвращался за несколько часов до наступления сумерек. В это время Флаттершай рисовала мелом на стенах, пела и даже начала писать рассказ. Запасы мяса стремительно убывали. И Охотник раз за разом возвращался без добычи. За всё время после их удачной находки волчицы, Охотник не принёс ничего кроме мха. Да и того кот наплакал. Флаттершай чувствовала, что день, когда едой станет она, всё ближе.

С каждым днём лицо человека становилось всё мрачней. Но это не сказывалось на его обращении с Флаттершай. С ней он был ласков. Будто пытался заставить забыть то, каким он может быть. И добрая пони простила, хоть и не забыла.

В один из дней охотник задержался. Надо заметить, что до этого он никогда не задерживался. Флаттершай металась от одной стены до другой, у неё всё сжималось от страха. Вдруг человек сломал ногу и замерзает не в силах добраться до пещеры. Или его подстерёг хищник. В любом случае её ждёт медленная голодная смерть. Смеркалось. Уже два дня не шёл снег. У Флаттершай есть шанс найти Охотника по следам.

Завёрнутая в шкуру пегаска вылетела из пещеры. Крылья леденели в воздухе, когти мороза впились в нежную жёлтую шкурку. Серая равнина вокруг погружалась в долгую ночь. Цепочек следов было много. Неужели он столько проходит каждый день? Стало совсем темно. Различить, что-либо внизу было невозможно. Флаттершай вернулась в пещеру. Её трясло. И не только от холода. Прижавшись к горелке, Флати заплакала. Она не знала, сколько времени провела так. Резкий скрип отброшенной в сторону стремянки заставил Флаттершай обернуться. Он вернулся! Флаттершай бросилась к нему и обняла. Но человек скривился и не очень вежливо оттолкнул её. Пони присмотрелась и ахнула. На левом плече прикрытая лоскутком кожи кровоточила рана. Вся рука была в подтёках застывшей крови.

Человек сразу поставил кастрюлю снега на огонь. Похромал в дальний конец пещеры, вытащил из кучи хлама бутылку и вернулся к огню. Лицо и в особенности губы Охотника посинели. Флаттершай подумала, что он потерял много крови. Она подошла ближе, попыталась аккуратно снять, повязку и осмотреть рану, но человек нахмурился и даже прикрикнул на неё:

— Ибать чугун! Ш глиза жот! — затем сам снял повязку. Три зияющих красных полосы. Флаттершай присмотрелась — раны очень глубокие. На левом предплечье обнаружились заполненные кровью кругляши — зверь был крупным. Пони помогла промыть раны. От голода и кровопотери человек едва не отключался. Флаттершай хотела перевязать раны, но Охотник снова оттолкнул её. Он отхлебнул из бутылки и облил раны, после чего зашипел, зажимая нижнюю половину лица правым предплечьем. Затем ещё отхлебнул. Дрожащими пальцами достал иглу, стерилизовал огнём и продел в ушко тонкую белую жилу. Руки сильно дрожали. Из-за этого человек никак не мог начать. Флаттершай снова подошла, а Дэлавар снова отмахнулся. Её порядком рассердило и раздосадовало то, что охотник не даёт позаботиться о нём. Флаттершай решительно посмотрела в глаза человеку и, обхватив передними копытами, воскликнула:

— Не убивай меня и себя! — И приблизилась к его лицу. Её губы коснулись обветренных и окоченевших, но мягких губ Дэлавара. Он явно такого не ожидал. А затем Флаттершай отодвинулась и в полной мере осознала, что сделала. Прилив дерзости спал, и ей захотелось спрятаться. Охотник, как ни странно, протянул иголку поняше. Зашивать кожу оказалось не сложнее ткани, но Флаттершай подумала, что крючком управилась бы быстрее. Флати впервые сама приготовила похлёбку и разделила трапезу, поочерёдно черпая блюдцем для себя и для человека.

Ломка границ дозволенного, подзадорила Флатершай сделать ещё кое-что. Она стянула окровавленную одежду и увидела ещё одну рану. По правому боку расползалось синюшное пятно. Синяк хоть и был крупным, но угрозы для здоровья не представлял. Затем взгляд поняши скользнул по обнажённому и мускулистому телу — спине и груди. Они были усеяны шрамами. Некоторые, из которых ещё были розовыми. Странная дрожь прокатилась по телу Флати. Закончив осмотр, она укутала подопечного шкурами и шмыгнула под правый бок, чтобы не потревожить швы. Ненадолго она забыла обо всём и просто обнимала и согревала своего человека.

Ночь была беспокойной. Охотник стонал и ворочался. А сонная Флаттершай лишь сильнее прижималась и поглаживала его. Несколько дней за этим человек отлёживался. Левая рука висела плетью, любое движение ей сопровождалось гримасами боли. Но еды почти не осталось и на шестой день, несмотря на вялый протест Флаттершай, он ушёл. Но усилия человека были тщетны. Через два дня еда закончилась.

Флаттершай тихо плакала весь вечер. Она уже всё решила. Флаттершай всегда остро чувствовала вину. Она обуза, лежит мёртвым грузом на плечах доброго Охотника. И именно из-за неё человеку придётся голодать. Так она думала.

Простите друзья, я не дождусь вас — вывела Флати мелком на стене.

Они легли спать голодными. Флаттершай наслаждалась мирным дыханием Дэлавара, она выжидала. Удостоверившись, что человек спит, Флаттершай тихо выползла из постели. Абсолютно голая, она выскользнула наружу, лишь тихонько скрипнула стремянка. Его величество Холод не замедлил отобрать остатки постельного тепла. Завтра утром человек как обычно выйдет на охоту и найдёт еду. Её человек не будет голодать.

Слёзы заледенели в уголках глаз. Чувствительность тела пропадала. Остался только Холод. Флаттершай легла на снег, и приготовилась к погружению в последний сон. Поняше казалось, что от холода захрустела её промороженная шкурка. Её схватили и поволокли обратно в пещеру. Флаттершай вновь оказалась в постели, её жёстко и энергично растирали. Затем в рот полилась ледяная жидкость из бутылки. Рот обожгло и защипало. Флаттершай закашлялась. Охотник молчал.

Спустя несколько минут пони совсем отогрелась. А после кружечки вскипяченной воды пришла в себя. Человек крепко обнимал её. Он был так близко и то, что произошло дальше, получилось как-то само. Губы нашли друг друга. Пони и человек делились теплом и нежностью. И Флаттершай совсем не удивлялась присутствию второго языка во рту. Более того — она поддалась чувствам и сама устроила крестовый поход в чужой рот. Это было чудесно.

— Почему ты спасаешь меня? — Флаттершай прошептала это скорее для себя, чем для человека. Её копыто гладило мускулистый торс и круговыми движениями спускалось ниже. Это её жеребец! И, кажется, он возбудился. Флаттершай, обхватила копытом горячую колбаску и робко задвигала вверх — вниз. Хитрая и наглая улыбка человека заставила поняшу спрятать глаза и остановить неумелые попытки ублажения. Мягкая рука скользнула по её животику и стала мять вымечко. У Флаттершай перехватило дыхание. В голове было так легко. Пегасочка возобновила неловкие ласки. И человеческий орган нахохлился, словно сердитая сова. Тем временем шаловливые пальчики закончили развлекаться с набухшими сосочками и перебрались пониже к её чувствительному медвежьему углу, из которого не так давно вынесли девственность.

Ласки одолели Флати. Из задранного к потолку ротика излился сладчайший писк. Этот особый писк никогда не слышал ни один пони. Флаттершай серьезно заботилась об этом. Ощущения были гораздо сильнее, чем когда она сама себя ласкала. Сильные судороги прокатились по маленькому тельцу и норовили выкинуть его из уютных объятий. Но человек крепко держал её круп.

Когда прилив наслаждения прошёл, трепещущая Флаттершай выбралась из объятий. И спустилась к дрожащему от напряжения воплощению желания. Нежный язычок скользнул по толстенному гротескному грибу. Человек ласкал Флати за ушком. А из разгорячённой понячьей щёлки уже вытекал настоящий тягучий водопад.

Флаттершай вспомнила, как первый раз ела мороженое. Рэйнбоу купила ей фруктовый лёд. Его тогда делали в виде цилиндров, очень больших цилиндров. Флати попыталась засунуть его в рот целиком, как делала Рэйнбоу, но не смогла. Её губы растянулись до предела, а толстый ледяной поршень, едва пройдя до половины, заставил её закашляться. С тех пор она старалась не засовывать большие предметы в рот. Эти времена прошли.

Солоноватый, но безумно ароматный член её человека, до рези в уголках губ протиснулся в рот. Поняшка ерзала и тёрла себя внизу, представляя, как эта здоровенная штука во рту, на всю длину проникает в её маленького мокренького котёночка. Старательные, но неумелые движения головой и ласковый, преданный взгляд заставили человека схватиться за сердце.

Тяжёлое дыхание её жеребца, дало жёлтенькой пегаске понять, что её труды не напрасны. Ах, если бы в лётной школе, когда все жеребята учились любви, она не была бы посмешищем. Жестокие сверстники считали её неудачницей и обходили стороной, а то и вообще дразнились. Ладони мягко остановили голову пони. При этом движении человек слегка сморщился от боли и расслабил левую руку. Охотник согнулся и повалил Флаттершай на спину. Поняша увидела сверкнувшие в бледно-голубом свете клыки. Рот приближался к уязвимому местечку и поняша занервничала.

— Не ешь меня там! — испуганно пискнула Флаттершай. Но поздно — человек набросился и впился в трепещущую плоть. Задние копытца дернулись и задрожали. Губы и язык игрались с нежными кобыльими прелестями. Флатти смущённо прикрыла своё личико согнутыми копытцами, и лишь украдкой поглядывала на охотника, свежующего её щёлку языком. Но озорство закончилось — толстый и широкий язык раздвинул инстинктивно сжимающиеся стенки и заставил поняшу трястись от подступающего оргазма. Охотник замер и дал Флати отдышаться. Оргазм отступил, так и не начавшись. А затем человек стал трахать поняшу языком. Нащупал внутри маленькое уплотнение и старательно прохаживался по нему.

Флаттершай снова издала сладкий секретный писк. Писечка хлюпала и плескалась соками. Но Охотник не останавливался, он играл на Флаттершай, как на диковинном духовом инструменте — вдувая языком в щель и извлекая сладенькие писки, переходящие в бурные, невероятно сексуальные стоны. От судорог у Флати свело все мышцы, она кончала снова и снова. Без передышек. Сказывались долгие дни вынужденного воздержания. Шкура под аппетитным крупом пони пропиталась соками и душистым запахом любви.

Бедная Флаттершай и представить не могла, что может быть настолько хорошо. Она попыталась отстранить круп от лица своего жеребца. Но он с недовольным ворчанием вернул добычу на место. И сокрушил ослабевшую поняшку мощной комбинацией ласк, завершившейся прикусыванием клитора. Симфония блаженства заструилась в пегасочке с новой силой и вырвалась наружу.

Пещера бешено кружилась, а от жара и переизбытка сладостных чувств Флаттершай едва не отрубалась. Она не сразу заметила, нависшего над ней великана. Одурманенная поняша шире раздвинула задние ноги и потёрлась заготовленной дырочкой о мужские принадлежности, превосходящие мечты любой кобылы. На несколько секунд Флати представила, что сейчас её покроет Биг Мак. Но наваждение развеялось, а истина оказалась лучше любой фантазии. Она никогда не смогла бы так раскрыться с другим пони. Человек же — другое дело.

Головка надавила на не по размеру малое отверстие, но не продвигалась ни на дюйм. Напряжение росло, Флаттершай видела, как напряглись рельефные мышцы на животе человека. Пони невольно сглотнула, но, ни как не могла заставить себя расслабить мышцы внизу живота. Тогда Охотник положил руку ей на животик и начал ритмично поглаживать. Через некоторое время это произвело эффект — Флаттершай расслабилась, перестала замечать, что над её затопленной пещеркой подвешен готовый к погружению челн. Словно ледокол, попирающий границы возможного, он почти расколол круп напополам. Смазки было слишком много — она с чавкающим звуком выплескивалась при каждом толчке Титаника, бороздившего её сокровенные теснины.

— Так вот значит, как ты собирался убить меня!? Давай, дери до бесчувствия бесполезную Флаттершай! О Селестия… — Дальнейшие полубредовые речи потонули в сладких стонах. Крепкий человеческий член скользил с трудом. Человеку приходилось постоянно останавливаться, чтобы не кончить раньше времени. Он согнулся над пони и подарил самый страстный французский поцелуй, какой Флаттершай только могла вообразить.

А затем Дэлавар ускорился. Флаттершай перечеркнула в уме свой первый негативный опыт. С лица её человека падали крупные солёные капли. Старательное выражение почему-то казалось Флаттершай милым. Бёдра пони почти рвались от вновь накопившегося сладостного напряжения. А её взгляд умолял не останавливаться. Жар и трение внутри Флати взорвались с оглушительной вспышкой в голове. Она выгнула спинку. Человек над ней зажмурился и тяжело выдохнул и замер. Вместе с выдохом из приоткрытых губ Дэлавара послышался стон. Флатершай потеряла себя в человеке. Она чувствовала с ним особую связь и боялась пошевелиться. Флаттершай не верила, что кто-то сможет так глубоко и так неистово ворваться в её сердечко.

Силы покинули необычную пару. По крайней мере, они помогли друг другу утолить половой голод. Пони и человек вновь лежали под шкурами и смотрели в голубые отсветы пламени на потолке. Голова Флаттершай приютилась на здоровом плече Дэлавара, а сам он прижимал к себе кобылку и легонько поглаживал бочёк. Будто бы убаюкивая. Царица снов незаметно забрала в своё царство обоих.

Утро началось с неприятности. Ворочаясь во сне, Флаттершай задела рану. Вскрик Дэлавара разбудил обоих.

— Прости, прости меня! — Флати сжалась, жалостливо выглядывая из-под шкуры.

Охотник сел на корточки нос к носу с пони. По его лицу нельзя было понять, сердится он или нет. Затем он встал на колени и оказался выше Флаттершай. Ладонь ласково прошлась по шее и вынудила Флаттершай посмотреть в глаза.

— Флаттершай. — Охотник впервые произнёс её имя. Его взгляд изменился — стал добрым и капельку печальным. Человек чуть прикрыл глаза и стал придвигаться к пони. Флаттершай чуть приоткрыла губы, притягиваясь к своему человеку, как к магниту. Она желала пробыть так вечно, или хотя бы до смерти. Пока голод не разлучит их.

Охотник встал и замер, будто хотел ещё что-то сказать. Но Флаттершай всё равно не поняла бы его. Взгляд человека становился уверенней с каждой секундой. Тяжелый вздох, короткие сборы. И вот Флаттершай одна, снова мучительное ожидание. Снова неизвестность. Мелок обводил лини. Флаттершай будто в тумане, выводила такие знакомые и милые сердцу образы друзей. Но о них она совсем не думала, все её мысли кружились вокруг человека. Даже если он захочет её зарезать, она покорно ляжет под нож. Это не его выбор быть таким. Быть убийцей. Он просто хочет жить и цепляется за любые возможности. Прячется от неё и себя самого за маской невозмутимой суровости, а внутри мягкий и заботливый, как жеребец, о котором всегда мечтала Флаттершай.

Тут мысли пони зацепились за брата Эпплджек. Одинокими вечерами её воображаемым партнёром почти всегда становился он. У Биг Макинтоша было все, чего желала пегасочка. Но её врождённая застенчивость и молчаливость Биг Мака стали непреодолимой преградой. Более того красный жеребец был популярен у кобылок. А Флаттершай очень боялась соперничества с такими акулами-сердцеедками как Черили. Она смирилась с этим положением дел. Но Охотник, разбудил подавленную страсть. И пусть её жеребец — человек. Так даже лучше. С пони у Флаттершай ни чего бы не вышло.

А затем мысли Флати стали совсем уж непристойными. Среди знакомых кобылок ходили слухи, что Мак очень, очень близок с сестрой. От этого пегасочке становилось ещё печальнее. Она ни в коем случае не хотела мешать семейному счастью Эпплджек. А ещё говорили, что у Мака большие яблочки на крохотном стебельке. Но Флати всегда представляла его с большим достоинством. Таким как… Флаттершай вспомнила вчерашнюю близость с Дэлаваром. Эту могучую, толстую штуку, которую она так и не смогла принять полностью. Щёки пони мгновенно обдал жар. А воображение вышло из-под контроля и рисовало сцены невероятно жёсткого межвидового сношения.

Её мысли прервала грохнувшаяся на пол стремянка. В проходе стоял её человек. Но ещё слишком рано, прошло всего-то пара часов. Здоровенная мохнатая лапа в рост человека упала на ледник. Плача от счастья, Флаттершай бросилась к охотнику и крепко обняла на уровне пояса. Его пальцы зарылись в гриву и нежно поглаживали пони между ушек. Он повёл её за собой, к счастью, идти пришлось не долго. Огромная лохматая туша перекрыла узкий проход в скалах. Когда они подошли ближе, Флаттершай поняла, что это огромный как мамонт медведь. Шкурой этого зверя можно выстлать весь пол в их пещере и ещё на меховые куртки останется. Ружьё охотника такому не страшнее щекотки. Валун размером с призовую дыню расплющил голову чудовища.

Флаттершай осмотрелась и поняла, как рисковал охотник. Он выманил медведя на себя, заманил в проход оканчивающийся тупиком, а затем с помощью кожаной верёвки скатил заготовленный камень с широкого уступа. Если бы валун промахнулся, страшно представить, что монстр сделал бы с человеком. Из-за того, как тщательно всё было подготовлено, Флаттершай не сомневалась — Дэлавар давно знал, где обитает медведь. Человек боялся выходить на зверя раньше. Ради себя он не стал бы этого делать. В конце концов, Охотник мог съесть Флаттершай! Но вместо этого пошёл на отчаянный шаг ради своей голодающей пони. Кобылка впилась взглядом в человека, размеренно махающего топориком. В глазах Флаттершай он стал божеством. Императором этого жестокого мира и её тела. Героем для души.

Человек и пони таскали мясо целый день, пока на месте медведя не остался костяной остов. Теперь голод не грозит им очень долго. Флаттершай сготовила похлёбку, совсем позабыв отвращение к виду сырого мяса. Она чувствовала себя счастливой. Самое ужасное, что могло случиться обошло их стороной. Во время трапезы, Флаттершай буквально заставляла себя отрывать взгляд от человека и есть. Её сердечко билось, как дикая птаха, пойманная в клетку. Флати не могла усидеть на месте и не только потому, что на том месте тут же появлялась бесцветная лужица. Она вспомнила предыдущую ночь. Как добровольно замерзала, и как человек любил Флаттершай. Как хорошо ему было внутри неё. И как она как она тонула в океане нежных чувств.

Нарастающее давление вырвалось из Флаттершай в совсем не похожей на неё манере.

— Люби меня! — Обезумевшая от страсти кобылка набросилась на своего кормильца. Ладони шарили по её спине, раскрыли крыло и стали нежно пересчитывать пёрышки. Это было немного щекотно, но приятно. Она забылась в сильных объятьях. Для поняши существовал лишь чужой язык во рту и ласковые губы повелителя её плоти.

А затем Флати оттолкнули. Она едва не заплакала и открыла глаза. Её жеребец стянул куртку и скинул юбку. И все его недостатки померкли перед его достоинством, грозно вздымающимся к потолку. Задние ноги Флати мелко задрожали, она текла и сзади и спереди. Переднее копыто то и дело стирало с губ следы её желания. Без раздумий, в полном согласии с собой, Флаттершай обхватила передними копытами шею любимого человека и начала медленно садиться на его колени. Этому приятному процессу мешал только один, но огромный фактор. Флаттершай задыхалась от напирающего снизу жара добирающегося до груди. Задние ноги мелко дрожали. Миллиметр за миллиметром круп проскальзывал к человеческому тазу.

Руки обстоятельно массировали её стройное тело. Пока не завершили свой путь к бёдрам. Охотник жёстко сжал оба полукрупия. Флати знала, что напряжение левой руки очень болезненно для человека, но тот похоже, предпочитал не замечать боль. Ладони алчно стискивали сочные формы поняши. А затем человек со всей силы потянул круп вниз. У кобылки перехватило дыхание. Глаза Флаттершай широко раскрылись, изо рта выпал язык — она будто беззвучно кричала от приступа сладкой боли. Дэлавар подобрал губами вывалившийся язычок Флати и засосал к себе в рот. При этом его руки продолжали сжимать аппетитную попку.

Такое поведение человека спровоцировало ответную реакцию. Всё что Флаттершай сдерживала целый день, да куда там — целую жизнь, вырвалось из неё. Будто неистовая валькирия Флаттершай подбрасывала своё тельце и с воинственным видом насаживалась на копьё охотника. Она сама не замечала, как их бёдра почти полностью соединялись с влажным звуком. Всё её внимание забрало лицо, излучающее бесконечную любовь. Даже нечто огромное, толкающее внутренности где-то под диафрагмой, не смогло отвлечь её. Флати просто изо всех сил стискивала этот предмет. Задние ноги пони ныли, но те невероятные ощущения покалывания и тепла, а также чувство полного единения были как наркотик. Пот заливал её милое личико, наглядно демонстрирующее передозировку кайфом. Но по своей воле пони ни за чтобы не остановилась.

Человек еле сдерживался, выражение нежности ушло с его наморщившегося лица. Было видно, что у него уходят все силы на самоконтроль. Но выдержать напор у человека не получилось. Стоная, он крепко прижал к себе поняшу и она замерла вместе с ним. Флаттершай почти чувствовала, как её матку накачивают семенем. Выждав пол минутки, поняша настойчиво попросила поцелуя и, разумеется, получила свой утешительный приз. Флаттершай была так близка к оргазму и даже чувствовала небольшую досаду. Но это чувство не шло ни в какое сравнение с огромным удовлетворением от того, что она сделала хорошо другу.

Человек вышел из пони. Флаттершай, наконец, смогла нормально вздохнуть. Жар секса постепенно спадал, уступая место холоду. Накрыв себя и пони шкурой, человек отвернулся к стене. Они лежали так несколько минут. Флаттершай полностью пришла в себя, обняла Дэлавара сзади и прижалась к его бёдрам и спине. Охотник поднялся, сделал несколько шагов к выходу и замер. Флаттершай лежала на спине и видела, как начался ночной снегопад. А ещё она видела шикарный зад своего человека, мускулистая спина казалась произведением искусства в сполохах тусклого голубого света. А если бы на эти бёдра претендовала ещё одна пони, то Флаттершай без колебаний убила бы её. Неудовлетворённость заявила о себе с новой силой. Поняша обильно потекла. Копыто нырнуло под шкуру и начало массировать щёлочку сочащуюся белым густым семенем и соками. Видимо услышав шорох, первобытный бог развернулся и сдёрнул шкуру с Флаттершай. От холода и пристального взгляда поняша сжалась.

Руки бесцеремонно схватили её за задние ноги и широко раздвинули их. Человек указал взглядом на копыта, затем хмуро посмотрел в глаза Флаттершай. Она подчинилась и убрала передние копыта от идеальной щёлочки в крупе. От стыда Флаттершай хотела провалиться под землю. Она посмотрела вдоль своего тела и увидела наливающийся плод страсти внизу человеческого живота. Флаттершай почти слышала треск толстых канатов тягающих многотонный груз. Внезапно страх обуял пони. В панике она заскребла передними копытами, пытаясь отползти. Плод созрел.

Достойная императора махина приготовилась устроить экстерминатус непокорной щёлке. Все мышцы на теле человека напряглись. Охотник издал крик похожий на звериный рык. Мышцы напряглись ещё сильней, и Флаттершай показалось, что человек стал вдвое крупнее. Её круп повис в воздухе, как качели. А перенапряженный пенис медленно приближался к изящной вагинке. Флаттершай испуганно пискнула. Напряжённый орган, как таран вломился в ослабленные прошлым приступом створки и одним мощным движением уничтожил все страхи и сомнения Флати.

Флаттершай смогла выдержать первый удар. Она впилась копытами в подстеленную шкуру с двух сторон от себя, пока мужской орган неторопливо покидал её. А затем человек подтянул её задние ноги к плечам, одновременно резко двинув тазом вперёд. Тело пони скользнуло по шкурам. Весь воздух вышел из Флати. Дэлавар набирал обороты и за сплошными стонами и бессвязными вскриками уже не слышались влажные звуки упругих ударов паха о бёдра.

Дэлавар изменил тактику. По глубже вогнав свой столб в сладко вьющееся тельце, он производил круговые движения тазом, подражая буру, алчно вгрызающемуся в заветную скважину. Флаттершай чувствовала — сейчас из неё добудут всё, что только можно. И она была совсем не против поделиться добром. Из киски Флаттершай хлестнул настоящий гейзер. Особый писк залил пещеру, сладостным звоном отдаваясь в ушах.

А затем жёсткие мокрые шлепки возобновились. Все попытки тельца Флати сжать и замедлить движение роковых качелей, не принесли результатов. Человек улыбался особой мрачной улыбкой. Словно злодей наслаждающийся пытками невинной кобылки. Человек не останавливался, будто совсем потерял чувствительность. Ноющие особые места Флати стали чувствительней, и следующий оргазм пришёл ещё быстрее.

Кроме промежности у Флати горело ещё и лицо. Ей было стыдно плескать киской и извиваться, вот так в открытую, когда хищный взгляд бродит по её неприкрытым местечкам. Но Флаттершай нашла в себе силы подарить человеку самый ласковый любовный взгляд, на какой была способна. И растопила мускулистого великана. Он, наконец, остановился для того чтобы заключить Флаттершай в тесных объятьях. Тяжесть желанного тела навалилась на поняшу, и натруженный мясной кабачок выскользнул из Флати. Она обняла своего бога-человека, нервно хихикнула и немного расслабилась. Стало гораздо легче дышать. Человек дразнил поняшу — водил упругим кончиком по скользким внешним губкам.

Пока Флаттершай решала хочет ли ещё, человек схватил её зубами за ушко. Нежный писк, и всё внимание поняши переключилось на прикушенную часть тела. И в этот момент, когда она была не готова, человек резко и до конца пронзил оттопыренный круп. Глаза пони закатились, из горла вырывались нечленораздельные, но, несомненно, милые звуки. Таз жеребца-человека с каким-то потусторонним остервенением замолотил об круп Флаттершай, впечатывая в подстеленные шкуры. Флаттершай не могла думать ни о чём, кроме толстого человеческого члена долбящего её ноющую киску. Флаттершай нашла в себе силы посмотреть в быстро мелькающий просвет между телами. Её растянутая щёлка собиралась крупной складочкой вокруг пениса. Будто не желала выпускать из своих теснин могучий ствол с прожилками вен.

Флати казалось, что она сойдёт с ума от напиравшего жара. Она буквально тонула в почти болезненном томлении. Мощный столб огня заполонил все её внутренности. И вырвался. Размякшие мышцы между ног свело мощной судорогой. Флати даже представить не могла, что способна так кончить. В истерике, она излизала грудь жеребца, отчаянно скребя по его бокам. Последние движения добили и Дэлавара. Он кричал. А затем неистово прижался к Флаттершай, всё ещё содрогающейся от волшебных чувств, сокрушивших саму её сущность. И каждый смотрел в перекошенное удовольствием лицо партнёра и стонал, наслаждаясь друг другом.

Жёстко оттраханная Флаттершай лежала на спине с широко раскинутыми ногами. Смелые мечты о Биг Маке и рядом не стояли с её теперешними чувствами. Она ощущала себя переполненной чашей. Промежность саднило, но это была добрая боль. Когда поняша повернула голову и посмотрела на своего особенного друга, она поняла, что за тепло разливается в груди. Да, у Флаттершай не было прежней жизни — заботы о маленьких лесных друзьях, не было вкусной еды и старых друзей. Но она была счастлива. И в этом она уверена на все сто.

— Если мои подруги найдут нас, я не вернусь домой без тебя, — прошептала она на ушко спящему человеку.