Восход кровавой луны

И поднимется луна, и будет она багровее крови, и проснутся духи зла...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Они уходят к звездам

О том, как пони уходят к звездам, сквозь свои сны и страхи, сквозь целую жизнь и бесконечный сиреневый снегопад.

Другие пони

Беглец

Жеребец с отшибленной памятью. Кобылка с садистскими наклонностями. И жеребенок, потерявшийся в густом чёрном лесу. Казалось бы, как мало нужно для переворачивания всего вверх дном?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Доктор Хувз

Дракон из паралельного мира

Альтернативное название: "Дебошир в Эквестрии" Весь расказ - сплошной дебош. К двадцатой главе у него появляется необычный друг из вселенной "Скачок не туда", и они устраивают еще больший дебош.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Гильда Зекора Биг Макинтош Снипс Снейлз Черили Мэр Спитфайр Сорен Принц Блюблад Энджел Вайнона Опалесенс Гамми Совелий Филомина Дерпи Хувз Лира Бон-Бон DJ PON-3 Другие пони ОС - пони Октавия Дискорд Пипсквик Танк Мистер Кейк Миссис Кейк

Природа никогда не меняется

Джунгли и пони

Флаттершай Твайлайт Спаркл

Твайка

О плюшевой игрушке.

Твайлайт Спаркл

Заметки путешественницы

Пару лет назад моя мечта сбылась, и я отправилась в путешествие. Наивная, я и не знала с чем связываюсь. Я написала эти заметки, как предупреждение другим. Туристическая взаимовыручка.

Лира

Чёрная Ленточка

О том, как иногда бывают полезны слёзы...

Пинки Пай

Привет, Рарити

На двадцать пятый день рождения Рэрити приготовила себе идеальный подарок.

Твайлайт Спаркл Рэрити Эплджек

Тысяча оглушающих слов

Твайлайт не знала что и сказать. На словах всё казалось таким лёгким: попросту не думать о вещах, которые делают тебе больно, — но эти мысли были всем, что у неё оставалось. Мысли — единственное, что было её собственностью, к счастью или сожалению.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Луна

Автор рисунка: Siansaar
4 глава — Цена ошибок. 4 часть — Форс-мажор

5 глава — Колыбельная для принцессы

* Выполненный мной специально для этого рассказа перевод (в парочке мест не дословный) песни “Колыбельная для принцессы” (Lullaby for a Princess) на русский язык, после прослушивания которой в своё время в моей голове родились сюжеты обоих фанфиков дилогии “Миллениум разлуки”. Кавер, вдохновивший меня на их написание – https://www.youtube.com/watch?v=XGeqwdSQlqs. Оригинальное исполнение – https://www.youtube.com/watch?v=H4tyvJJzSDk

Ну что ж, вот и подошёл к концу данный фанфик. Признаться честно, когда я его ещё только начинал, я даже представить себе не мог, что этот рассказ в итоге получится таким большим, тем более развитый из нескольких весьма простых незамысловатых идей. Страниц 40-50, в крайнем случае 60 — возможно, но уж никак не 120! С другой стороны, теперь я понимаю, почему он вышел таким крупным: из-за достаточно большого количества сцен и действий. Это, конечно, ни разу не соизмеримо с "Изгнанной на Луну", вышедшей на 30 страниц, хоть оба этих рассказа из одного цикла, с другой стороны "1000 лет одиночества" получились, как мне кажется, заметно качественней того фанфика. И вроде бы тут даже графомании при вычитке особенно мной не было замечено нигде... В любом случае, надеюсь, что этот рассказ вам понравился. Комментарии, лайки и отзывы, а также конструктивная критика всегда приветствуются!

Как и предположил накануне вечером Спарклинг, следующий день оказался невероятно сумбурным и поистине сумасшедшим буквально для каждого пони в Кантерлоте. Многие пребывали в потерянном состоянии, слабо понимая, что происходило вокруг них, после вчерашнего внезапного солнечного затмения и Найтмер Мун, пришедшей к власти в Эквестрии вместо знакомых каждому двух королевских сестёр. Правление Кобылицы Ночных Кошмаров хоть и продлилось менее суток, однако те оказались столь насыщенными на крайне неприятные события, что многие пони уже успели потерять всякую надежду на возвращение привычных солнечных, радостных, а иногда в чём-то, возможно даже, беззаботных будней. Тот день наступил и закончился совершенно внезапно: словно он сам был всего лишь очередным ночным кошмаром, растворившимся в небытии. И вроде бы ничего особенно не поменялось: Новый Дворец внешне опять слегка преобразился, вновь представ в своих привычных бело-золотых и тёмно-сиреневых красках, пони вновь ходили по замку, кто всё время стремглав куда-то носясь, а кто медленно задумчиво бродя по нему (пусть и те, и другие пребывали в крайне потерянном состоянии, слабо понимая что они делали и зачем), Солнце вновь ярко освещало окрестности… вот только с этого дня за восход как Луны, так и Солнца, за поднятие как дневного небосвода, так и ночного, и за многие другие вопросы отвечала теперь лишь одна единственная принцесса, уже без своей младшей сестры, отправленной в своём новом искажённом обличии Элементами Гармонии в изгнание на Луну на тысячу лет.

Селестия большую часть времени ходила грустной, чего, впрочем, и следовало ожидать, однако Брейви ни разу не видел, чтобы та плакала (по крайней мере при нём), хоть глаза принцессы часто выглядели влажными от слёз. Она скорее была всё такой же потерянной, потрясённой и шокированной, как и вчера вечером на обратном пути во дворец.

Белый стражник всюду сопровождал принцессу вместе с одной кобылой из Солнечной Гвардии, которую ему поставили во временные напарники, пока Спарклинг проходил многочисленные психологические проверки, которые должны были определить, добровольно ли тот присоединился к слугам Найтмер, или же та его в определённом смысле вынудила это сделать. А после них, также ещё и пару медицинских освидетельствований, поскольку досталось жеребцу вчера знатно, а исцеляющий амулет Селестии, хоть и вылечил большинство травм, вызванных крайне неудачным спуском с горы, но всё же внимательный осмотр и качественное лечение единорогом-специалистом не могло заменить ни одно лечебное зелье или заклинание, ни существовавшее в Эквестрии на тот момент, ни изобретённое или улучшенное в течение последующих веков. В каком-то смысле новый фестралий образ создал чёрному пегасу массу хлопот, из-за которых бόльшая часть дня оказалась для него пустой, нудной и бессмысленной тратой времени. Но, его хотя бы слегка подлечили после пинков копытами миньоном Найтмер – хотя бы за это жеребец был благодарен. К Брейви же существенных вопросов не возникло, поскольку он не примерял облика бэтпони, зато Пич Блум пришлось пройти через аналогичные проверки, что и Спарклингу, чему та была, мягко сказать, не очень довольна. В принципе, Селестия сама прекрасно знала, что никто из них не собирался служить Найтмер Мун, однако принцесса всё же убедительно попросила Спарклинга и Пич тоже пройти специальную комиссию вместе с остальными с тем, чтобы у других пони не возникло ненужных мыслей на их счёт. И хоть они оба слегка поворчали по поводу потраченного впустую времени, всё же и Пич Блум, и Спарклинг Болт понимали, что проверка будет гарантировать в будущем отсутствие косых взглядов и нежелательных слухов о них. У Пёрл Клауд же теперь появилась ещё одна причина немножко незлобно позлорадствовать над Болтом за все его прошлые выходки.

Тем временем, пока Спарклинг проходил утомительные нудные проверки и осмотры, Харт, в сущности, занимался не менее унылым делом – всюду следовал за принцессой Солнца, в этот день крайне много ходившей по замку. В какой-то момент он даже стал завидовать своему другу: тому, по крайней мере, не приходилось столько же бродить по дворцу, сколько ему. Не то, чтобы жеребец из-за этого сильно уставал, однако суетность принцессы от части передавалась и пегасу тоже. Селестии теперь предстояло многое сделать, и эти хлопоты обещали растянуться далеко не на один месяц. Сейчас же она ходила по замку, выдавая лишь наиболее важные поручения в связи с исчезновением Луны, длинный список которых принцесса дня составила сегодня утром в первую очередь после своего пробуждения.

Лишь во второй половине дня, ближе к полднику, стражники смогли немного расслабиться, приступив к лёгким вечерним тренировкам, продлившимся чуть дольше часа. После них они оба передохнули полтора часа в своей комнате в казармах, приготовив себе лёгкий поздний обед, а затем снова отправились во дворец, уже по более мелким поручениям. Спарклинг к этому моменту уже был превращён комиссией обратно в пегаса. Принимать облик фестрала ему, как и всем другим обычным пони, в течение следующих полутора месяцев в целях безопасности временно запретили. Однако, несмотря на все произошедшие с ним вчера неприятные события, Болт не перестал из-за них меньше желать изредка магически менять свою внешность на внешность бэтпони, и по прошествии шести недель он непременно снова это сделает, хотя бы дня на два-три.

Через пару часов, когда стражники формально уже давно были свободны, Брейви Харт стоял на вершине одной из высоченных стен Нового Дворца, соединявшей две его башни, выступая между ними в роли своеобразного некрытого моста, по которому можно было перейти из одной в другую. Пегас, положивший скрещенные передние копыта на плоскую поверхность невысокого и достаточно широкого каменного зубца стены, задумчиво смотрел на опускаемое Селестией за горизонт алое Солнце, окрасившее небо в красивые красно-оранжевые и сиреневые цвета, а облака – в свинцово-фиолетовые тона. Иногда его взгляд скользил по темнеющим полям, лесам и горам вдали, детали которых с каждой минутой становились всё менее различимыми глазу из-за постепенно наступавших сумерек, иногда – по многочисленным разноцветным огонькам окон, всё чаще зажигавшимся в домах внизу, а иногда – по до сих пор ещё бродившим по своим делам или же просто гулявшим по улицам пони. Пегас до сих пор испытывал противоречивые ощущения, не будучи уверенным, следовало ли ему ликовать или грустить по произошедшему, но за сегодняшний день его мысли, пускай и частично, всё же смогли прийти в порядок, и теперь он с лёгкой грустной улыбкой на мордочке, не думая практически ни о чём, медитировал, прислушиваясь к своему дыханию, биению собственного сердца, шуму ветра и негромкого водопада и наслаждаясь поистине великолепным закатом. Совсем скоро к нему должен был присоединиться Спарклинг, которого Селестия зачем-то внезапно позвала к себе, после чего они втроём, как и заранее договорились, совершат быстрый полёт до Старого Замка двух сестёр, походят немного по нему и вернутся обратно. Принцесса Солнца хотела на короткое время предаться счастливым воспоминаниям о их с Луной прошлом в его стенах, но до этого ей было необходимо опустить Солнце и поднять Луну.

Совсем скоро солнечный диск опустился за горизонт, на его место пришла Луна, а небо заметно потемнело, украсившись бессчётным количеством звёзд, мерцавших, словно маленькие алмазы на своде гигантской пещеры. На доле Селестии теперь, когда принцессы Луны больше не было, оказались и сновидения пони Эквестрии, но в ту ночь, как и в предшествующую ей, их практически никто не видел – сейчас старшей сестре было явно не до чужих снов. Спустя пару минут к белому стражнику наконец-то подлетел Спарклинг, сообщив, что принцесса полностью освободится минут через десять. И действительно, не прошло и десяти минут, как Селестия вновь встретилась с двумя жеребцами, обменявшись с ними парочкой слов, а затем они все трое направились в сторону Старого Замка. Дорога до него заняла немногим меньше часа. Они бы могли долететь до места назначения и за сорок минут, как это сделала Найтмер, если бы поспешили, но большого смысла куда-то торопиться никто из них не видел. Пегасы всё ещё решили не беспокоить принцессу Солнца лишними разговорами, так что почти всю дорогу они пролетели молча. Самая же Селестия тоже не была настроена на беседы по душам со стражниками, по крайней мере пока, молча задумчиво летя впереди них.

Втроём они скоро долетели до Старого Дворца, приземлившись рядом с его главными воротами, после чего вошли внутрь и отправились на небольшую “экскурсию” по наиболее ярким событиям из прошлого двух королевских сестёр с Селестией в качестве экскурсовода. Принцесса дня рассказывала стражникам о том, что происходило с ней и с Луной на протяжении последних нескольких веков, вовсе не из-за того, что тем было интересно об этом услышать или те просили её про это поведать, а из-за своеобразного подсознательного желания извиниться перед ними за то, что она вовремя не прислушалась к опасениям двух жеребцов, что с рассудком принцессы Луны было далеко не всё в порядке. С другой стороны, Селестия проводила подобную “экскурсию” Харту и Болту, потому что ей надо было кому-то выговориться, ну а пегасы оказались наиболее подходящими кандидатами на роль слушателей, учитывая все произошедшие недавно события. Брейви со Спарклингом потом ещё получат свои заслуженные сверхурочные битсы, однако, даже если бы принцесса попросила слетать их вечером этого дня в Старый Дворец вместе с ней, не предложив никакой компенсации за это, те бы без сомнения согласились, учитывая обстоятельства, почему она это делала. Какое-то время они продолжали бродить по замку, внимательно выслушивая рассказы Селестии о их неожиданных, забавных или просто необычных приключениях с принцессой Луной, вновь на минуту заглянув даже в потайную читальную комнату двух королевских сестёр в библиотеке. Селестия просматривала старый дневник, иногда комментируя какие-то из своих записей и зарисовок. Стражники же в основном молча внимательно её слушали, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Затем они втроём продолжили свою экскурсию по замку, покинув библиотеку. Принцесса Солнца какое-то время колебалась, должна ли она была забрать дневник с собой или же нет, но всё-таки в итоге та решила так его и оставить дальше лежать на постаменте. Селестия уже забрала с собой несколько предметов, напоминавших ей о Луне, но дневник, пусть тот и был настоящей кладезю воспоминаний… его она с собой не взяла. Принцесса дня решила, что чтение дневника в будущем, вероятней всего, будет её лишь сильнее морально ранить вместо того, чтобы утешать.

Какое-то время, совсем недолго, они продолжали ходить по замку, иногда пролетая по наиболее длинным коридорам, когда путь до следующего памятного места обещал быть неблизким. Они могли бы сэкономить немного своего времени, если бы воспользовались дырами в стенах дворца, оставленными после вчерашней погони, но Селестия предпочитала добираться до всех помещений традиционным образом – по лестницам и коридорам замка, посчитав первый способ несколько кощунственным. Затем же, когда их “экскурсия” подошла к бывшим апартаментам Луны, принцесса попросила стражников оставить её здесь одну на некоторое время. Те, разумеется, не стали возражать, полетев в сторону гор и высоких холмов, расположившихся неподалёку от дворца, где они все вместе условились встретиться через некоторое время.

23 июня 1009 года. 9:27 PМ. Горы неподалёку от Старого Замка двух сестёр.

Брейви, летевший впереди, первым опустился на небольшое земляное плато. То было идеальное место для обзорной площадки: находясь довольно-таки высоко около крутого уступа не то холмов, не то гор с редко растущими на них деревьями, оно позволяло увидеть бόльшую часть Старого Дворца двух сестёр, а также леса и поля, простиравшиеся почти что до самого горизонта. Отсюда также открывался просто потрясающий вид на небо: из-за отсутствия какого бы то ни было освещения в замке, а также минимальной облачности, на ночном небосводе можно было увидеть тысячи ярких мерцающих звёзд и белый диск Луны с непривычным темноватым рисунком, покрывавшим теперь треть его поверхности.

Приземлившийся рядом с Брейви Спарклинг присел за компанию с другом на широкую плоскую скалу, выступавшую из земли, после чего громко ойкнул, резко вскочил с неё, опустился на корточки, зажмурился и застонал, принявшись со стиснутыми зубами и выгнутой вперёд спиной активно растирать копытами свой круп.

— Что такое? У кого-то болит попа? — насмешливо спросил Харт, хихикнув в копыто.

— О-о-очень смешно, Брейви…! — протянул чёрный пегас. — Представь себе – да, ещё как болит! Теперь неделю, наверное, не смогу нормально сидеть на заднице. О-ох…

— Хм… дай-ка угадаю: и виновата в этом, небось, была никто иная как Пёрл Клауд, верно? Ты её всё-таки забыл освободить из темницы?

— И да, и нет, ты угадал на половину, уф: это всё вчерашние синяки от её подков. Сегодня это скорее она надо мной большую часть дня потешалась из-за них, нежели я над ней.

— Да? Вообще как-то странно… я-то думал, что исцеляющий амулет Селестии, а затем лечащие зелья на медосмотре должны были тебя вылечить всего полностью.

Брейви вновь тихо захихикал.

— Ага, они и вылечили меня полностью… за исключением крупа. Хотел бы я знать сам, почему. Ну, предположу, что принцесса Селестия исцелила главным образом мои травмы, угрожавшие жизни, проигнорировав несущественные, ну а на медосмотре… меня же там единорог лечил, зелий я никаких не пил. Бьюсь об заклад, это всё Пёрл его подначила, чтобы не долечивать меня до конца! Вот я более чем уверен, что всё так и было!

— Хех, будешь просить Селестию тебя долечивать или хотя бы наколдовать тебе мешочек со льдом, когда она окажется здесь?

— Эм… нет. Нет, не буду… — смущённо ответил Болт. — Мне как-то… стыдно просить принцессу о таком одолжении… тем более, это только в начальный момент, когда садишься, больно, а потом неприятные ощущения в основном проходят.

Пегас всё же смог медленно аккуратно присесть на камень со второй попытки, после чего влепил несильную затрещину смеявшемуся над его забавными излишне сложными телодвижениями приятелю. Через минуту задумчивого молчания Брейви снова подал голос:

— Так что, насчёт Лётной Академии… ты это говорил всерьёз?

— Про что конкретно?

— Ну про то, что ты согласен оставить карьеру королевского стражника ради должности тренера, если я собираюсь сделать то же самое.

— А, хе-хе, да конечно приятель! Какие могут быть вопросы? Куда намылишься ты, туда отправлюсь следом за тобой и я. Очень надеюсь, что меня возьмут, поскольку, сказать по правде, я в этом не особенно уверен.

— Это после того, как мы с тобой стали практически национальными героями, вместе с Селестией спася Эквестрию от Найтмер Мун вместо Столпов Гармонии? — Харт усмехнулся. — Думаю, с этим вряд ли возникнут большие сложности.

— Ага, твоя правда.

— К тому же летал ты от бэтпони просто выше всяких похвал! Выделывал такие виражи, которые многим пегасам и не снились!

— Что, ты правда так думаешь? — поинтересовался Спарклинг, чуть поёрзав на камне и потерев крыльями пятую точку. — Не то, чтобы я когда-либо испытывал большие трудности с полётами в своей жизни… Но всё же, вынужден признать, в этом деле у тебя мастерства однозначно побольше будет, чем у меня.

— Честно-честно! Летал ты и уворачивался от летевших в тебя сгустков энергии выше всяких похвал! — уверенно сказал Брейви, а после лукаво добавил: — Даже, пусть тебя и подбили несколько раньше времени, чем надо было по плану.

— Эй! Как будто бы я горел желанием получить ещё больше синяков и ссадин после того спуска кубарем с горы, когда я чуть не умер, — недовольно проворчал Болт. — К тому же за мной вообще-то летело двое пони с парализующими копьями, в то время как за тобой всего один!

— Да ладно, ладно, расслабься, я же шучу, — сказал Брейви, положив копыто на плечо своего друга, который лишь недовольно тихо фыркнул. — В любом случае, летал ты просто бесподобно. Дарк Близзард мог бы тобой гордиться, если бы он видел твои вчерашние пируэты. Тем более в чём-то ты и правда прав: тебе, выходит, выло раза в два сложнее уклоняться от сгустков магической энергии, чем мне.

— Ну… спасибо ещё раз за похвалу. Я старался, — неуверенно произнёс Спарклинг. — Как там дела у твоей Пич?

— Ты же её и сам сегодня видел. Вы разве не вместе проходили комиссию?

— Это-то конечно да, но, возможно, вечером её настроение изменилось?

— Не-а, я так не думаю. По крайней мере, последний раз, когда я с ней пересекался часа три назад, она только и делала, что ворчала о “бесполезном, пропавшем в никуда” дне. Ну а помимо настроения с ней-то всё в порядке.

— Понял тебя. В чём-то я с ней согласен: только зря потеряли шесть часов нашей жизни. Ты ещё не говорил ей о своём намерении уйти из королевской гвардии?

— Нет. То есть да. То есть… я упоминал вскользь об этом несколько раз. Она отнеслась к моему желанию с пониманием. Даже больше того: она считает, что подобный шанс выпадает пони лишь раз в жизни и что я не должен его упускать. Мне больше интересно, как Пёрл отреагирует на твой уход.

— Мне кажется, она будет только рада моей отставке, хех, — насмешливо ответил Спарклинг. — С другой стороны, наши отношения вроде как постепенно налаживаются… Так что я даже не знаю, приятель. Но ты не думай, это не означает, что я собираюсь оставить её в покое, пусть она формально и продолжит быть королевской стражницей!

— Почему-то я был готов услышать подобный ответ от тебя. В любом случае, время покажет к чему приведут твои заигрывания, если они к чему-то вообще приведут.

— Я-то сам уже давно прекрасно знаю, к чему они должны привести! Тут проблема в самой Пёрл: она пока что осознать и признать свою будущую судьбу не готова.

Брейви лишь улыбнулся в ответ, переведя свой взгляд на звёзды. Несколько минут жеребцы просидели в тишине, любуясь ночным небом. Харт до сих пор искренне не понимал, как пони могли не любить столь спокойное, безмятежное и умиротворительное время суток, а наслаждаться лишь тёплыми, солнечными, преисполненными энергией, красками, жизнью и звуками днями, ведь по завершении последних многим жеребцам и кобылам необходимы спокойствие и отдых, которые в избытке предоставляет наступающая ночь. По всей видимости, пони не столько даже не ценили стараний принцессы Луны, сколько не обращали на них должного внимания, потому что бόльшую часть времени, когда младшая королевская сестра занимала свой пост, они проводили во сне. И пусть пони и были благодарны Луне, когда те видели очередной необычный и красочный сон, навеянный ей, который хотелось вспоминать снова и снова, даже их земнопони, пегасы и единороги видели в недостаточном количестве, чтобы принцесса ночи не начала горько завидовать своей сестре.

Спарклинг тоже, как и его друг, устремил взор в небо, глядя то на слегка изменившуюся Луну, то на звёзды, а иногда просто смотря или на замок, или куда-то вдаль, одолеваемый похожими мыслями. Вообще-то Болт никогда не был таким же сентиментальным и мечтательным, как Харт, однако сегодняшний день оказался исключением из правил. В конце концов, слишком уж много событий произошло с ними двумя в последнее время, чтобы Спарклинг не погрузился в себя, многое обдумывая, параллельно с этим, как и Брейви, наслаждаясь ночным спокойствием и тишиной.

Долго побыть наедине с собой им, однако, не получилось: короткую медитацию обоих прервала принцесса Солнца, вышедшая через несколько минут из ворот Старого Замка и прилетевшая к ним на плато. Грустная Селестия села рядом со стражниками, посмотрев на профиль чёрного аликорна, отпечатавшийся на Луне.

— Полагаю, я должна попросить у вас прощения… — заговорила принцесса Солнца.

— За… что конкретно? — спросил Спарклинг. Брейви же и сам догадался, что хотела сказать этим Селестия.

— За моё упрямство и недальновидность, — ответила та. — А точнее за то, что не прислушалась к вам и вашим опасениям насчёт моей сестры. Вы оба оказались немного более внимательными и проницательными с ней, чем я. Я всё это время считала, что я знала лучше, что ей было нужно, знала, как её следовало воспитывать… но то было самое большое заблуждение в моей жизни. И вот к чему оно в итоге привело: моей родной сестре теперь суждено провести одну тысячу лет на Луне в искажённом облике, от которого та навряд ли захочет избавиться, а мне придётся провести столько же лет здесь без неё, взяв на себя отныне контроль как за Солнцем, так и за Луной…

— Спасибо, конечно, но больше Вы должны за это благодарить Брейви, я так думаю, чем меня, — произнёс Спарклинг. — Он всё-таки первее меня заметил изменения в поведении Вашей сестры. И… не хочется, конечно, на Вас давить, но… говорили мы Вам об этом далеко не один раз…

— …Хоть Вы упорно продолжали игнорировать все наши опасения, касавшиеся принцессы Луны, — закончил за друга Брейви.

— Да, и я очень сильно об этом жалею… — полушёпотом произнесла принцесса дня, наклонив голову. Из её глаз на землю упали две серебристые слезинки. — Это был невероятно жестокий жизненный урок для меня. И я надеюсь, я очень сильно хочу, чтобы и другие пони на моём примере осознали его тоже.

— Да уж, думаю, теперь-то его точно многие осознают… — протянул Брейви.

— Мда… лишиться родного пони на тысячу лет даже для таких долгожителей, как вы с Луной, должно быть, будет очень серьёзным испытанием… — согласился Болт.

Из закрытых глаз Селестии выпали ещё несколько слезинок.

— Неужели принцесса ночи в обличии Найтмер Мун будет следующую тысячу лет только и делать, что бродить по поверхности Луны? — спросил Харт.

— На самом деле, не совсем так. Вернее, да, ты прав, она наверняка будет это делать в течении многих лет, в то же самое время, скорее всего, или придумывая очередной план мести, или же пытаясь отыскать способ сбежать из своего заточения раньше срока.

— А ей это может удастся? В смысле, сбежать раньше? — задал вопрос Спарклинг.

— Нет, — ответила принцесса. — К сожалению, или к счастью, но покинуть Луну раньше моей сестре не позволит магия Элементов Гармонии. Однако ей ничто не помешает впасть в магическую спячку, подобно той, в которую погружаются многие животные во время зимы. Теоретически, моя сестра могла бы проспать все десять веков с тем, чтобы для неё они пролетели за один миг, в то время, как для меня каждый новый день без Луны будет очередным горьким напоминанием о моей утрате, вызванной собственным эгоизмом. Но я не думаю, что Найтмер выберет этот путь: слишком уж сильна для неё, наверняка, горечь поражения, чтобы не потратить годы на обдумывание плана моего свержения.

— Вот как знал же, что этим зебрам нельзя доверять! — возмущённо сказал Болт. — Бьюсь об заклад, они это специально всё подстроили с багровым обсидианом, Вашим отъездом и всем прочим, чтобы одной принцессой в Эквестрии стало меньше!

— Я бы не была столь категорична с выводами на твоём месте, Спарклинг, — остановила будущий поток гнева чёрного стражника принцесса Солнца. — В конце концов, мы обе прекрасно знали, что этот артефакт сам по себе опасен, да и получить в своё распоряжение его магию было личным решением Луны. К тому же их послы нас предупреждали о потенциальных опасностях, связанных с ним, и о том, что делать, чтобы их избежать. Конечно, полностью исключать такой вариант я не могу, однако слишком уж много фактов противоречат этому предположению. Даже моё отбытие в Империю Зебр имело смысл: я получила много новых знаний, касающихся этих некромантических камней, и не только. Просто… видимо так сложились обстоятельства. И судьба решила таким образом наказать меня за мои грехи…

Троица ещё минуту или две задумчиво сидела, не говоря ни слова, глядя на Старый Замок и на ночное небо, после чего Селестия грустно запела:

Мир несправедлив и жесток был с тобой,

И вот я изгнала тебя,

За что и наказана злою судьбой.

Гармонии нет и следа.

 

Но всё же, прошу, внемли песни моей:

Расстались мы не навсегда.

Я буду попутчицей верной твоей

В твоих удивительных снах.*

Селестия пела достаточно тихо, но в то же время нежно и чувственно, из-за чего её слова прекрасно вплетались в ночную тишину и спокойствие, окружавшие её со стражниками.

Жила была пони как Солнце ярка.

Узрев королевство своё,

Она улыбнулась, сказав: “Нету пони

Любимой как я и с величьем моём”

 

Правленье её было столь лучезарно,

Что длинная падала тень.

Упала она на родную сестру,

Становясь лишь темней и темней каждый день.

 

Люли, принцесса, родная сестра,

Песню исполню тебе.

Ты извини, я была не права,

В сердце захлопнувши дверь.

 

Сном спи спокойным в объятье Луны.

Пусть ты далеко от меня,

Знай, что любимой была мною ты

И прости, что слепой я была.

Брейви со Спарклингом периодически смотрели то на Селестию, устремившую свой грустный взгляд высоко в небо – на Луну с тёмно-серым изображением аликорна, то на покинутый Старый Дворец двух сестёр, с которым их самих связывало множество воспоминаний, то на усыпанный звёздами небосвод, то на леса и поля вдали. Оба жеребца молчали, задумчиво слушая прекрасную песню в исполнении принцессы дня, слабо представляя себе, насколько той было тяжело и больно осознавать собственные ошибки, повлекшие за собой тысячелетние изгнание младшей королевской сестры.

Вскоре заметила пони, другие

Сестры её не ценили труды.

Но та изменить ничего не решалась,

Хоть была и причиной несчастий сестры.

 

Увы, к сожаленью, был свет рампы ярок,

Уводил он внимание прочь

От страданий кобылы, что сильней в ней нуждалась,

Когда та могла ей хоть чем-то помочь.

 

Люли, принцесса, родная сестра,

Песню исполню тебе.

Ты извини, я была не права,

В сердце захлопнувши дверь.

 

Сном спи спокойным в объятье Луны.

Пусть ты далеко от меня,

Знай, что любимой была мною ты,

Пусть ничто не тревожит тебя,

И прости, что слепой я была.

Лишь теперь стражники обратили внимание на то, что взгляд принцессы Солнца был практически всё время словно бы намертво прикован к лунному диску. Селестия, на чьих глазах начали постепенно проступать слёзы печали, без сомнений исполняла эту песню не столько для них или для себя, сколько для собственной сестры, хоть они вдвоём и не были уверены, слышала ли её Натймер Мун и хотела ли её вообще слушать. А тем временем песня уже постепенно подходила к концу:

Неизвестности и страха

Ждут годы впереди.

Не думала, одной их

Придётся мне пройти.

Пусть сотни зим холодных

Спокойно пролетят.

Тебя мне не хватает,

Вернуть бы всё назад.

 

Пусть лишь хорошие тебе приснятся сны.

Спокойно в нежных спи объятиях Луны.

Забудь печаль, волненье, гнев и боль.

Когда засну – мы снова встретимся с тобой.

 

Спи…

Пропела Селестия и замолкла. Брейви и Спарклинг негромко захлопали в копыта.

— Это была очень красивая песня, Ваше Высочество, — отметил Харт.

— Ага! И исполнили Вы её абсолютно изумительно! — поддержал своего друга Болт.

— Спасибо за ваши комплименты, — сказала принцесса Солнца и грустно вздохнула. — Я написала её прошлой ночью специально для Луны. Я буду пробовать творить персональные сны не только для пони, проживающих в Эквестрии, но и для моей сестры тоже. Возможно, мне даже удастся иногда безопасно для себя летать на Луну к ней в гости, чтобы я могла с ней поговорить и исполнить ей эту песню лично. Хоть я и сильно сомневаюсь, что в обличии Найтмер Мун сестра захочет со мной разговаривать… Но попытаться как-нибудь всё же стоит, когда я разберусь со всеми своими новыми королевскими обязательствами, перешедшими под мой контроль после изгнания моей дорогой младшей сестрицы. Вот и ответ на твой вопрос, сестра… каждая из нас может управлять обоими небесными светилами. Но какой ценой…

— Ваше Высочество, а Вы уверены, что это для Вас безопасно: летать на Луну в то время, как Найтмер Мун пребывает на ней в заточении? — задал вопрос Спарклинг.

— Это, конечно, немного рискованно, однако я не думаю, что теперь у моей сестры будет достаточно сил, чтобы одолеть меня в магическом поединке после действия Элементов Гармонии. Я, разумеется, буду предпринимать все необходимые меры предосторожности перед подобными полётами, хоть я и вряд ли смогу убедить её отказаться от своего нового облика, да и проникать в её голову для меня будет не самая простая задачка. В любом случае, с этим придётся подождать: сейчас слишком много других королевских дел будут требовать моего внимания. Те, с которыми обычно превосходно справлялась моя младшая сестра… — грустно произнесла Селестия. — Прости меня, Луна, пожалуйста. За всё. За то, что не прислушивалась к тебе. За то, что считала, что я знала лучше, что тебе было нужно. За то, что командовала тобой и помыкала столько лет. Я думала, что тем самым воспитывала тебя. Но в действительности же я лишь сильнее от тебя отдалялась. Прости меня за мой эгоизм. И прости за то, что моё наказание пришлось разделить нам обеим…

— Думаете, принцесса простит Вас спустя тысячу лет, когда время её заточение закончится…? — задал полу-риторический вопрос Харт.

— Я не знаю. Мне остаётся только надеяться и верить…

Ещё с минуту троица сидела, не произнося ни слова.

— Вы подняли сегодня очень красивое ночное небо, принцесса, — попытался как-то разрядить напряжённую атмосферу белый пегас.

— Да, ага, действительно! Выглядит просто изумительно! — согласился с ним чёрный стражник.

— Благодарю. Но всё же моей сестре это удавалось делать на порядок лучше и красивее, — принцесса дня глубоко вздохнула. — Брейви, Спарклинг… события последних двух дней преподали мне хороший жизненный урок. И пусть он оказался очень жестоким… я вынесла для себя из него выводы. И я буду несказанно счастлива, если вы не совершите в будущем похожей ошибки с теми, кого любите, что совершила я.

— Мы… думаю, мы тоже усвоили этот урок, — согласился белый пегас.

— Обещаем, что будем внимательными с другими пони, стараясь не зацикливаться на себе, уделяя достаточно внимания и их мыслям, чувствам и эмоциям тоже, — поддакнул чёрный жеребец.

— На самом деле, я бы хотела, чтобы как можно больше пони в Эквестрии осознали этот совет и прислушались к нему. Кажется, с этого дня в моей жизни появилась новая цель. Ну а чаще прививать сочувствие к своим друзьям и знакомым пони я, помимо прочих методов, могла бы попробовать и с помощью сновидений. Большое спасибо вам обоим, мои преданные стражники. Хоть всё и случилось не так, как я бы того хотела, но если бы не вы, Эквестрией, погружённой в Вечную Ночь, отныне правила бы Кобылица Ночных Кошмаров.

— Ну… рады, что смогли помочь…? — неуверенно произнёс Харт.

— Ага… теперь Вы, по крайней мере, знаете, что мы тоже можем Элементы Гармонии использовать в случае чего, хех, — сказал Спарклинг, нервно потерев передним копытом шею. — Честно говоря, для нас с Брейви это был большой сюрприз.

— Вот уж точно!

— Поэтому, спасибо вам за вашу помощь. Ещё не известно, смогла бы я одолеть Найтмер Мун, если бы не вы.

— Это Вам, наверное, больше стоит Спарклинга благодарить, нежели меня, — смущённо заметил белый пегас. — Это он же двойным агентом среди фестралов был, не я. И он же помог осуществить побег из темницы.

— А то! — согласился чёрный пегас. — Между прочим, знаете, как это было непросто для меня всё провернуть!

— И тем не менее, я считаю, что и ты, Брейви Харт, и Пич Блум, и Пёрл Клауд, и даже Старсвирл Бородатый, хоть последний всё ещё винит себя за то, что выдал Найтмер наш план – что все вы более чем достойно проявили себя, — произнесла принцесса дня, слегка улыбнувшись, из-за чего уголки ртов и у стражников невольно чуть приподнялись.

Ещё немного задумчиво посидев на плато и поговорив, вдоволь налюбовавшись Луной, звёздами и в целом изумительными красотами ночи, Селестия, Брейви и Спарклинг полетели обратно в Кантерлот. Каждого из них теперь впереди, в некотором смысле, ждала новая жизнь. У Селестии она началась с этого дня, у двух стражников же начнётся немного позже, однако правильный урок из произошедших событий вынес каждый. И пусть подлетая к своим казармам вчера, оба пегаса не были уверены, какие чувства те должны были испытывать после всего, что с ними произошло, то теперь Харт с Болтом и во время своего лёгкого ужина, и во время приёма короткого душа, и во время недолгого чтения Спарклингом копытописей Брейви на ночь, и лёжа в своих кроватях, засыпая, знали – всё равно, это они с Селестией были теми героями, кто смог остановить Найтмер Мун и не дать ей устроить Вечную Ночь в Эквестрии, и это о них будут потом складывать легенды. И хоть принцессе Солнца теперь предстояло в наказание ещё долгие годы мучиться, думая о своей изгнанной сестре, всё равно сами стражники поступили именно так, как они должны были поступить, поэтому теперь, впервые за достаточно долгое время, оба жеребца могли заснуть спокойно.