Особенная ночь для Зекоры

Зебра и человек празднуют годовщину совместной жизни.

Зекора Человеки

Североморские истории

1000 лет назад большая группа пониселенцев перешла Кристальные Горы и, выйдя на новые земли, основала там своё государство. До сих пор две цивилизации пони развивались параллельно, не соприкасаясь между собой. Но рано или поздно контакт с Эквестрией будет неизбежен...

ОС - пони

Загадочный подарок

Рэйнбоу собирается провести канун дня Согревающего Очага со своей понидругой ЭпллДжек, чтобы обнаружить таинственный подарок, что будет ждать их под елью. Что в нём и от кого он?

Рэйнбоу Дэш Эплджек

Гардениан

Незадолго до начала полномасштабной войны в небольшом городе объявляется таинственный южанин. Цепь последующих событий приведёт главного героя рассказа к пугающему финалу.

Другие пони ОС - пони

Испытание огнем

Пони отправляется решать,как ему казалось, свои проблемы, а в итоге решает чужие. В конце...

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек

Винил и Октавия: Университетские дни

Утончённой выпускнице школы и недоучке, стремящейся исполнить свою мечту, придётся провести вместе уйму времени. Смогут ли они вместе со своим преподавателем психологии и новыми одногруппниками найти то, что искали?

DJ PON-3 Октавия

Властелин Талисмана. Начало.

Катастрофа неизбежна. Из-за алчности людей Земля умирает. Вода и атмосфера загрязняются. И это лишь часть проблем. Люди понимают, что нужно что-то решать и вскоре находят планету, где есть всё необходимое для спасения. Студент, который не по своей воле оказывается втянут в это, также принимает участие в спасательной операции. Но всё ли так просто? Талисман на его шее недавно стал светиться, будто живой, а на базе стали пропадать люди. Это проделки кровожадных существ, коих величают «пони»?

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Человеки Шайнинг Армор

История одного оборотня (переработано)

Двина- оборотень-офицер, участвовавший в нападении на Кантерлот. После поражения он находит себя в пещерах, с амнезией и странным голосом в голове, который хочет ему помочь. Теперь ему нужно вспомнить что с ним случилось и понять, как жить дальше.

Другие пони ОС - пони

Самая длинная ночь

У каждого была своя "Самая Длинная Ночь" - когда время идёт, но рассвет не становится ближе. Для Селестии такая ночь началась когда она впервые подняла луну вместо своей сестры. Её сердце было разбито тоской по сестре, которую она могла никогда больше не увидеть, и увидев падающую звезду, Селестия загадала желание - увидеть её ещё хотья бы раз. Тогда она ещё не знала, что звёзды слышат. Короткая история о двух сёстрах и одной Верной Ученице.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна

Необдуманный поступок

Эпплблум хочет стать сильной, что бы помочь своей семье. В этом ей готовы помочь верные подруги. Но путь, выбранный ею свернул совсем не туда, куда она ожидала. При этом задевая судьбы ещё нескольких пони.

Эплблум Скуталу Свити Белл Биг Макинтош Диамонд Тиара Сильвер Спун Твист ОС - пони

Автор рисунка: Siansaar
Сделай мне больно Качественно иной уровень

Пойми меня, прими меня

Спустя несколько дней, вновь шагая по мраморным галереям, я размышлял, как начать. В голову ничего не приходило. Прокручивая разговор в голове, выходил сумбур. Придётся импровизировать. А ещё надо поговорить со Спаркл. Я стал замечать у неё нездоровый интерес к подслушиваниям. А превращать весь дом в руническую вязь, не хочется.

За круговоротом мыслей дороги я не разбирал, ноги сами принесли к нужной, золотой двери. Хм. Стража коситься. Да и ладно. Стучимся как приличные пони, и далее по сценарию.

Стоило только войти, как в меня тут же врезался белый метеор. Зажатый руками и крыльями, мне только и оставалось, что отдаться на милость пленителю, и ответить на страстный поцелуй. Хорошее начало разговора, надо взять на заметку.

Жаль, что лёгкие не безразмерны и поцелуй пришлось разорвать. Зато перед глазами предстала радостная белая мордочка возлюбленной. Пускай по щекам, и катились слезы, но их было приятно видеть. Знать что кому-то я нужен как воздух.

– Примирительный секс? – С хитрой улыбкой выдал я первое, что пришло в голову. Заставив белую кобылу звонко рассмеяться. Томно произнеся, – жеребец, – выпустила из объятий, потащив в спальню.


Мятые белые простыни, подушки вперемешку с одеждой разбросанные по комнате, и два тяжело дышащих тела, раскинувшиеся на огромной кровати.

– Нам определённо стоит делать так почаще. – Сладко мурлыкнула Селестия, подбираясь поближе.

– Ссориться? – Лёгкий шлепок крылом по лбу подсказал, что не угадал. – Прости родная, но ссориться, даже ради такого секса, я не буду.

– Прости. Мне не… – два пальца ложатся на мягкие губы, прося помолчать.

– Иди ко мне. – Подождав пока кобыла положит голову мне на грудь, обнимаю её, предварительно прогнав её непослушную гриву. – В том то и дело что должна. Ты сама навесила на себя этот долг, и теперь сама от этого страдаешь. Ты заботишься о них, и это мне в тебе нравится. Но ты как мать, не отпускающая от себя чадо, боясь, что оно пораниться. Стоит ли удивляться, что получилось как получилось?

– Я не могу иначе. – Тихим голосом отозвалась моя кобыла, – мы с сестрой поклялись оберегать всех пони. Этой клятве мы следуем до сих пор.

– Тепличные условия, застой хуже, чем в болоте, науки развиты черти как. – Селестия хотела выбраться из объятий, но я лишь сильнее прижал её к себе. – Свадьба тебе ничего не показала? Тогда скажи, какой из моих выводов неверен?

– Пони счастливы, – вместо попыток подняться она положила ладонь на серый живот, рассеянно перебирая шерстинки пальчиками. – В стране нет голода, почти нет преступности, а та, что есть, не носит тяжёлый характер. Мы процветаем.

– Согласен. Все так. – Не вижу причин отрицать очевидное. Общество пони, благодаря Селестии действительно можно назвать идеальным. – И все это благодаря тебе.

– А теперь давай проведём мысленный эксперимент. – Трёхцветная грива пастельных тонов слегка качнулась. – Есть ты, твоя сестра и пони. У вас все хорошо, все счастливы, сыты и довольны. А за границей есть я и, скажем, минотавры. У нас не все так радужно и перспективно. Есть преступность, неурожайные годы и как следствие агрессивность в обществе выше.

– Что мне как правителю с этим делать? Направить агрессию в конструктивное русло. Например, на более сытого соседа. Желательно такого, который не сможет дать достойного сопротивления. – Ладонь проходится от маленького белого плечика и останавливается на бедре.

– Но есть две принцессы, что раскатают любую армию. Это существенный минус. Но их только две, это серьёзный плюс. Принцессы же не могут быть в двух местах одновременно. Или могут? – Лёгкое покачивание головой со стороны Селестии позволило мне продолжить.

– Итак, вот у нас есть кандидат на роль жертвы. Но с голыми руками в атаку не пойдёшь. Нужно оружие. И лучше всего это будет оружие дающее существенное преимущество. Значит, развиваем оборонную промышленность. Это займёт немного население.

– Составляем из рогатых группы, и отправляем грабить. Напали на какой-нибудь городок, и ушли в леса. А затем в другом месте. И так далее.

– Твои действия, – подкрепил передачу эстафеты лёгким шлепком по попке.

– Наведаться к минотаврам и в ультимативной форме призвать их к ответу.

– Хорошо. Они скажут, что тут не причём. Это банды разбойников, в стране-то голодуха, вот и идут промышлять грабежом. Сами, мол, страдаем, переловить не можем. Уходят они за границу, к вам, а мы не можем их преследовать. Это же будет вторжение. Парируй. – Новый лёгкий шлепок.

– Я поняла тебя. Но ты описал уж слишком мрачный и маловероятный сценарий. – Селестия вздохнула, сильнее прижавшись ко мне. – На границах Эквестрии, в соседних странах, нет подобной агрессии.

– Маловероятен. Пока. Население соседних стран невелико и большинству из них своих проблем достаточно. У пони же, прирост населения высок, но это компенсируется магией и талантом земных пони. А что будет когда население соседних стран достигнет того пика, при котором всем сытно кушать не получится? Считай напавших перевёртышей первым звоночком.

– Это далёкая перспектива, – белая ручка, мягко перебирая серую шёрстку, медленно опустилась ниже. – Меня сейчас больше волнуешь ты. – Тело напряглось. Не то чтобы я сильно волновался, не после того что сейчас было в этой постели. Но Селестия, конечно, это почувствовала. – Не волнуйся ты так, плохого не сделаю, – я прямо чувствовал, как она улыбается, – если только не попросишь.

– Дурацкие у тебя шутки. – Буркнул я больше для видимости, чем действительно так считал.

– Ты показал потрясающие навыки тактики и стратегии. Высокую скорость оценки ситуации и главное правильность её оценка. – Её голос стал задумчивым и каким-то отстранённым – Признаться подобного я не ожидала встретить, не в этой эпохе. В древние времена я часто видела одарённых воинов, многие из них даже полегли от моих рук. Но почему жеребец с подобными навыками здесь и сейчас?

– И в мыслях не было становиться воином. – Заявление Селестии вызвало у меня лёгкую усмешку. Если такое мнение обо мне, что же было бы сказано про профессионального военного? Пускай на земле войн и нет уже многие века, никто не отменяет возможность встречи с иным разумом. И не факт что разум окажется миролюбив. А инопланетный разум есть, уж я-то знаю. И то, что инопланетный разум сейчас своей маленькой белой ручкой играет с моим членом, вызывает противоречивые чувства. – И все что я сейчас имею результат любопытства, везения и соседства с Твайлайт. Веришь, я даже руны на теле нарисовал лишь за тем, что хотелось почувствовать себя единорогом. Ну и потому что столкнулся с единорогом, ещё тогда, в приюте.

– Глаза. Ещё одна странность во мне. А ведь пока не стал читать про рунические печати и не думал, что их можно использовать для замыкания этих печатей.

– А потом в мою жизнь пришла Твайлайт. – Закрыв глаза, с головой ныряю в воспоминания. – И вот тут понеслось. Порой я серьёзно опасался за жизнь как свою, так и окружающих. Ты же прекрасно знаешь, что творилось в городке все это время. Она писала об этом. А ещё вся эта кутерьма помогла мне снова быть с тобой рядом.

На этих словах Селестия замерла, казалось, что даже дышать стала тихо-тихо. И я подумал было, что она просто задумалась, пока не ощутил влагу на груди. Как раз в том месте, где была голова Селестии.

– Ну ты чего? – Приподнимаюсь, чтобы посмотреть в глаза кобылы, придерживая её мордочку рукой за подбородок. Но, похоже, она и не собиралась отворачиваться. На меня глядели два огромных аметистовых глаза, полных счастья и любви. По белоснежным щекам прокладывая себе дорожки бежали слезы счастья. Чего это она? Ничего особенного вроде не сказал. И не найдя ничего лучше, просто крепко обнимаю кобылку.


Примирение вышло долгим. Но когда на небе стали появляться первые звёзды, чувство голода все же победило, заставив нас привести себя в порядок и покинуть личные покои Селестии. Стражи около дверей все так же стояли истуканами, стараясь придать мордам каменное выражение. Получалось хорошо. Хоть в чем-то виделась выучка.

Всего один поворот и мы у дверей малой обеденной залы. Тут нет той вычурности старшего собрата. Все скромно и лаконично. Массивный деревянный стол, укрытый белой скатертью. Десяток резных стульев с мягкими красными сиденьями. Благодаря высоким окнам, прикрытым прозрачной белой шторой, складывалось впечатление простора. Стены вовсе не давили, как могло бы показаться в комнате такого размера. Что же касается самих стен, если не считать золотых подсвечников, они были пусты.

Селестия, как и подобает её статусу села во главе стола. Я же устроился слева от неё, мы негордые. Мелодичный перезвон колокольчика и словно по волшебству рядом появляется служанка в классической, чёрно-белой форме. – А Селестии бы такая пошла. – Вежливо поинтересовавшись, чего высокие гости хотят, кобылка тут же убежала. Но не успели мы начать какую-либо тему, уже вернулась, неся на подносе заказанные блюда.

– А за фигуру не боишься? – Белоснежная принцесса, даже не удостоив меня взглядом, фыркнула, и демонстративно откусила ещё кусочек. Глядя на эту милую возмущённую мордочку я только и мог что улыбнуться. Такая искренняя детская обида.

– А я уж думала, вы из спальни не вылезете до утра. – Любуясь своей принцессой, успешно прозевал появление другой.

– Завидуй молча. – Показав язык сестре, Селестия стала примериваться к следующей сладости, корзинке с заварным кремом.

– Луна, ты же у нас специалист по тонким материям. – Садясь на поезд днём, я просто пылал желанием поговорить с лунной принцессой. Особенно по поводу её ночных обязанностей.

– Не скажу что мне ведомо все, – отвлёкшись от сестры, принцесса уделила все внимание мне, – но многое.

– Тогда не подскажешь, – как бы промежду прочим поинтересовался я, придав голосу скучающий тон, – кто мог ломиться в мои сны по ночам?

– Оберегать сны пони, моя работа. – С чувством оскорбленной невинности выпалила принцесса.

– Ну а если я не хочу чтобы в мои сны кто-то залезал? – Все так же скучающим тоном продолжаю вещать. Вдобавок, для атмосферности, медленно помешивая кашку. – Когда первый раз ты не смогла этого сделать, это был слишком прозрачный намёк?

– Тебе есть что скрывать? – Сощурив бирюзовые глаза, принцесса стала похожа на заправского следователя, что колит бандита. Вот только колоть-то было некого, отрицать сей факт никто не собирался.

– Разумеется, есть. Любому есть что скрывать. – Селестия лишь переводила взгляд от одного к другому, не вмешиваясь в столь интересную дискуссию. Хотя при этом не забывала уделять внимание пирожному.

– Но ты первый кто против, может мне стоит приложить больше усилий? – Вызов. Вызов и любопытство сквозило во взгляде бирюзовых глаз. А вся поза принцессы выражала решимость добиться цели.

– Приложи. Уж сломать хиленький щит разума для аликорна не проблема. – Такой будничный тон, что она уже явно что-то начала подозревать. И судя по мордашке, ей не нравится своя догадка. – Другом больше, другом меньше. Мелочь для бессмертной принцессы.

Тёмная принцесса как-то сразу растерялась, взгляд метался от предмета к предмету, будто они могли дать ответ. Чем давить на тёмного аликорна было понятно давно. Не так много пони, с которыми она может нормально поговорить. Когда вокруг тебя почитают богиней, сложно найти того кто не восторгается. А уж если ты ещё и правишь. Сложно им.

– Думаю, каждый имеет право на секреты. – Луна как-то вымучено улыбнулась, при этом прижав ушки голове. Мило. Вот кто бы видел сейчас эту могущественную принцессу, грозу армий, наверняка растёкся лужицей.

Селестия же, улыбнулась каким-то своим мыслям, что-то прикинула и закинула в рот остатки пирожного. Вот теперь стоит бояться. Ей в голову пришёл очередной план, надеюсь меня он не коснётся. И раз уж тут такая доброжелательная атмосфера образовалась…

– Селестия, верни мой кинжал. – И глаза, глаза пожалостливее.

– Нет. – Ничего не спрашивая, не объясняя. Просто отказала. Даже не посмотрев в мою сторону. Зараза.

– Но он мне очень нужен. Вдруг какая беда опять приключится.

– Нет. – Да что она заладила. Нет. Нет. С её протеже вечно случается какая-то фигня. И шальными снарядами накрывает окружающих.

– А… – объятый золотистым свечением, эклер влетел в раскрытый рот, не дав даже начать фразу.

– Я сказала, нет. Тот нож я тебе не отдам. – Но потом, глядя на мою возмущённую мордочку, заткнутую эклером, рассмеялась. Говорил же зараза. Но какой бы заразой она ни была, делать что-то из оружия без её разрешения, особенно теперь, значит подорвать доверие. А это уж точно мне не надо. – Но ты можешь сделать другой. Насколько помню, в хранилище академии магических искусств, должны быть камни духов. Можем сходить, подберёшь себе подходящий.

Вот это уже дельный разговор, а то нет, да нет. Взгляд глаз сходится на кончике эклера, что торчит изо рта. Лёгкое движение языком и сладость исчезает во рту, оставив вместо себя довольную улыбку.


Выделить кусочек своего времени на прогулку до академии Селестия смогла только в понедельник. А потому я, заранее послал письмо Твайлайт, чтобы открыла библиотеку, остался ждать обещанной прогулки.

И прогулка сия была полна пафоса и помпезности. Чтоб эти ваши протоколы сгорели. Нет, я-то дошёл нормально, без суеты и лишнего внимания. А вот Селестия припёрлась с пачкой стражи, как и полагается, собрав при этом едва ли не полгорода. Хорошо, что хоть эта толпа разбрелась, когда принцесса вошла в здание, а то ведь могли и ждать остаться.

Такое поклонение ненормально.

Профессорский состав был более сдержан в проявлении чувств и, поинтересовавшись чего сиятельство желает, проводили в подвальные хранилища. Сопровождал нас ректор, остальные разбрелись по аудиториям. Всё-таки учебный день.

Следуя вниз по каменным ступеням, я размышлял, зачем тут Селестия? Дала бы бумажку, мол, выдать сему оболтусу такой-то камень. Боится, что упру что-либо поопаснее камня духа? Сомневаюсь. Тем более ей же наверняка доложат, что я взял, да и сама она спросит. Может, решила какую-нибудь внеплановую проверку заодно устроить? Вот это более вероятно. Не сошлись же все её интересы клином на мне.

А между тем спуск закончился, в конце широкой, ярко освещённой лестницы нас встретила дверь. Скромная на вид, но вполне прочная, усиленная металлическими вставками. Повинуясь мановению рога ректора, рисунок на двери засветился, и преграда стала открываться. – Ещё и магические печати внутри. Как все серьёзно, особенно для страны пацифистов.

– Обнаружен сигнал. Подпись центрального домена. – Стоило двери приоткрыться, как по сознанию ударило сообщение от системы. – Синергетический маяк малой мощности. Предназначен вам.

– Сильвер, с тобой все хорошо? – Перед глазами маячила обеспокоенная мордочка принцессы. Наши? Меня искали и нашли. Они смогли пробиться меж мирами. И сейчас, где-то в той комнате лежит мой спасательный круг. – Сильвер! Ответь.

Улыбаюсь, чувствуя тёплые ладошки на своих щеках. – Да. Теперь все хорошо. Прости что напугал. – Селестия ещё какое-то время изучает мою мордочку, пытаясь найти тень лжи. Только лжи нет. Я действительно счастлив. Одно дело знать, что тебя не бросят, а другое видеть это воочию. Когда вся мощь твоей цивилизации направлена на твою защиту. Невероятное чувство.

Внутри склада оказалось весьма просторно. Толстые каменные колонны, поддерживающие свод, располагались достаточно далеко друг от друга. Так что, идя между ними, не возникало чувства массивности. Само же хранилище было разделено на три секции. Секция артефактов и ингредиентов для обучения, секция неопознанных артефактов и секция запрещённых артефактов. И если первые две были ограждены простыми решетчатыми дверьми. То последняя дверь была по образцу впустившей нас, массивная и усиленная.

– А зачем тут хранить запретные артефакты? – Пока мы шли к нужному месту учебной секции, решил полюбопытствовать я. Хотя если честно рвался в неопознанные. Именно оттуда шёл сигнал маяка.

– Для обучения. – Отозвался уже не молодой единорог в строгом костюме-тройке. – Здесь все для обучения. Как объяснить на словах то, что нужно ощущать? А ведь магия для единорога это, прежде всего ощущения.

Камни оказались недалеко от входа. Простой деревянный ящик, с зеленоватыми камнями, лежал на нижней полке стеллажа. Подумать только, камни с духами. Кстати, а с какими духами?

– А там кто? – Зажав между пальцами один камешек, полюбопытствовал я.

– Низшие духи леса. – Тут же отозвался ректор.

– Значит, ощущаться будет как магия природы. – Закономерно предположил я. – А сколько он излучает вовне? – Приглянувшийся камешек приятно, едва заметно грел ладонь. Показывая, что он вовсе не так прост, как кажется.

– Три единицы. – Три. А это много или мало? Мне так и не удалось понять, что же это за энергия, она проявляла кучу свойств, присущих понятным мне видам воздействий. Магия была и светом, и магнитной волной, и гравитационной. Но при этом не проявляла их полных свойств.

– А столько давал камень в моём первом эксперименте? – Эксперименте. Хех, конспирация. Хотя Селестия меня прекрасно поняла.

– Тысяча восемьсот пятьдесят четыре. – Не моргнув и глазом ответила она. Отчего я чуть не подавился слюной. Я грустно посмотрел на камешек в своей ладони, а потом также жалостливо на Селестию. – Нет!

– Ладно. – Закидываю выбранный продолговатый камешек себе в карман. – Можно хоть по неизвестным погулять. Интересно же.

– Там ничего опасного нет, так что можешь. – Благосклонно вручает конфетку белоснежная принцесса. – Только не бери ничего. А с вами, – обращается она к провожатому, – я хочу посетить запретную секцию. Заодно пополнив её кое-чем.

Эх, прощай мой ножичек. Будешь теперь обучающим пособием. Но вернёмся к более приятному занятию. Рядом со мной было множество интересных и разнообразных артефактов, но я шёл, не видя их. Цель, маленькая точка, что была видна только мне. Десять метров, девять. Руки немного подрагивали от волнения, а уши и хвост так и вовсе словно жили своей жизнью. Четыре метра, три. Вожделенный кусочек дома оказался за следующим поворотом.

Небольшая, сантиметров в двадцать, сфера приветственно переливалась в ярком свете магических камней. – Гладкая. – Проскочила мысль, когда рука легла на металлическую поверхность. Перед глазами тут же вспыхнул экран интерфейса.

– Соединяюсь. – Тишина. – Вывожу запись. – Они искали, они нашли. Губы сами складываются в улыбку.

«– Дата 2528. Октябрь. Александр, если ты это слушаешь, значит, маяк достиг точки назначения. Мы нашли способ пройти тем же путём что и ты, покинув своё измерение. Да, это измерение, а не другая звёздная система.

Мы понимаем, что ты ждал прихода спасательной группы, но существуют факторы, которые нельзя игнорировать. Основным из которых является возможное наличие иной цивилизации. В связи с этим присылать через разлом монолит связи сочли неразумным. Но мы сделаем это вне зависимости от того найдёшь ты этот маяк или нет. Подготовка идёт.

Если по твоим наблюдениям опасности для мира нет, только скажи. На сигнал маяка будет послан монолит. Если же место, в котором ты оказался, представляет угрозу человечеству, дай знать об этом. Маяк сделает все сам. Мы должны знать к чему быть готовыми.

Центральный Институт Передовых Разработок».

– Нашёл что-то интересное? – Не знаю, сколько я так стоял, переваривая услышанное. Я могу уйти домой хоть сейчас. За мной придут, скажи только слово. Местная цивилизация пони точно не является агрессивной. Да и мы им плохого не сделаем. Но почему так щемит сердце?

– Вроде того. – Стараюсь, чтобы голос не дрожал. Неуверен, что получилось, и моя кобыла этого не заметила. Надеюсь только, что не спросит в лоб. Что я ей тогда скажу? – Он такой круглый, блестящий. Идеальный. Удалось понять что это?

– Увы, но нет. – Ответ ректора позади не мог не радовать. – Материал неизвестен, но он прочнее алмаза. Магия сквозь него не проникает. Он ничего не излучает и ни на что не реагирует. Если бы не идеальная форма, можно было предположить что это новый минерал.

– Жаль. – Действительно жаль, потому что теперь выбор придётся делать мне. И кобыла за спиной делает этот выбор тяжёлым. Нет, меня не заставят вернуться, да и люди не нападут на пони, как собственно и наоборот. Но вот наши с ней отношения могут быть загублены на корню. Да, я ей не врал, но и не сказал очень важную деталь о себе. Прости шарик, мне надо подумать. – А можно мне в нём покопаться? Как-нибудь на досуге.

– Земному пони? – Снова это снисходительная улыбочка. Как же хочется вкатать тебе в морду инферно. Чтобы твоя тушка, превратившаяся в плазму, проплавила пол.

– Пойдём Сильвер. Нам пора. – Селестия явно поняла ход моих мыслей и поспешила увести подальше от лыбящегося рогатого. Что-то раздражительный на эту тему становлюсь, не хотелось бы огорчать Селестию вестью о прожаренном единороге.

Во дворец я вернулся со смешанными чувствами. И только дойдя до дворца понял что сегодня понедельник и мне в свою деревню надо. Не то чтобы Селестия огорчилась лишней ночи в моей компании, но вставать засветло, чтобы лететь на поезд, не хочется. Да и подумать лучше в отдалении от неё.

Шар забрать не дали, это минус. Не получится по-тихому активировать его где-нибудь в укромном месте. Если понятие, по-тихому, применимо к громаде в полкилометра, падающей на землю.

Радует, что шар рогатые не сломают, я видел его структуру, рожки свои надорвут. А будут упорствовать, он им ещё и сдачи даст, если сочтёт нужным.

Чтобы шар забрать, нужна Селестия или Луна. А значит, придётся им рассказать. А делать этого ой как не хочется. Не сейчас.

– Дискорд. Опять за мыслями чуть станцию не пропустил. – Пробурчав под нос ставшую уже привычной фразу, выпрыгиваю из уже уходящего поезда.


Люди придут, дайте только время. А потому я решил пока не рыпаться и оставить все как есть. Следить за библиотекой, следить за Твайлайт, на выходных приезжать в замок к Селестии. Кинжал номер два допиливать. Получалось жалкое подобие. До полного заряда руны доходили секунд за десять. Надо что-то решать. Может буферный накопитель из кристалла?

– Да что она там так топает? – Отложив недоделанный нож, выхожу на внутренний балкончик. Успеваю заметить, как Твайлайт выбегает на улицу с элементами наперевес. – Ой, не к добру это. Чую опять пострадаю.

Особо далеко Твайлайт не убежала. Нашлась пропажа на полянке за Понивилем. Шестёрка местных героинь при параде, Селестия с ездовыми пегасами и… статуя Дискорда? Это что ещё за новость? На кой они его сюда припёрли?

Элементы засветились, создавая мощные магические возмущения вокруг. – Они его до конца грохнуть решили? Да ну, не верю. – Тем временем радужный луч ударил в статую, и та треснула, выпуская содержимое наружу.

– Уважаемая принцесса Селестия, – сам не заметил, как расстояние между нами резко сократилось. Да и хрен бы с растением, внутри опять все смешалось, и опять из-за этой кобылы. – Ты совсем рехнулась?!

Повисло молчание. Даже ненормальный дух, паясничавший и кривлявшийся до этого, застыл, с изумлением глядя на нас. Что уж говорить о страже, которые, похоже, испытали кризис веры в этот момент.

– Дорогой Сильвер, – с доброй, невозмутимой мордочкой произнесла Селестия, – пойдём в библиотеку, я все объясню. – Белоснежную мордочку посетила самая тёплая улыбка, что когда-либо видел от неё пони. – А если до того ты ещё что-либо скажешь, почки отобью.

Перечить не решился, чувство самосохранения пока ещё не отказало мне. Пришлось молча удалиться вслед за солнечной принцессой.

– Селестия что замуж вышла, пока меня не было? – Донеслось вслед от Дискорда необычно серьёзным голосом.


– Двинутая коняга, с дебильными планами!

– Ш-у-у-у-х. – Точильный брусок прошёлся по лезвию будущего кинжала. Сидя за простеньким столом в своей комнате я доводил до блеска лезвие, заодно матеря Селестию и её методы.

– Это какой-то бабий спецназ, который бросают закрывать грудью амбразуру, потому что у них их две.

– Ш-у-у-у-х.

– А жопа пригорит в случае чего у меня. – По лестнице зацокали копыта, и в дверях моей комнаты появилась Твайлайт. Ей хватило одного взгляда на мою хмурую морду, чтобы тут же зажать рот ладошками, стараясь не заржать в голос.

– Спаркл, ты все ещё живёшь у меня. – Кинув хмурый взгляд в сторону уже красной единорожки, продолжаю своё занятие. – Ш-у-у-у-х.

Кобыла часто закивала и буквально вывалилась из комнаты. Частый перестук копыт и заливистый девичий смех где-то на первом этаже.

– С-с-с. – Прикладываю холодное лезвие к пострадавшему глазу. – Надо лёд найти.


Уже привычная мягкая перина. Воздушные пуховые подушки с золотой вышивкой по краям. Селестия, что удобно устроилась у меня под боком, положив голову на грудь. Я же по любимой привычке гладил мягкое белое крыло избранницы.

– Ты в неё так сильно веришь? – Синяк под глазом давно прошёл и я все же решил выяснить, что эта кобыла творит с жизнью девочки.

– Верю, – просто отозвалась кобыла, почему-то опять опустив свою руку гораздо ниже живота. Не то чтобы я был против, приятно же. Просто, странно. – Я вижу в ней силы пройти особенный путь. Но провести по этому пути за руку, не в силах никто. Можно лишь подталкивать в нужном направлении, поддерживать, если оступиться.

– И не боишься, что с ней что-то произойдёт? – Мягкие. Вроде и ведём серьёзный разговор, а что у меня, что у неё мысли явно не о том.

– Конечно, боюсь, – лёгкий вздох разбил фразу, – но некоторые пути надо пройти самому.

– Соглашусь, – мечтательно закрыл глаза, и посильнее прижимаю к себе кобылу, – вот я уже дошёл.

– Приятно, – бархатным голосом отозвалась Селесия.

– Если так проанализировать все что было, все что свершила Спаркл. Ты приняла верные решения. Даже с этим психованным Дискордом. – Пускай я и не видел её мордочки, но чувствовал улыбку, что отдалась теплом в моей душе. – Но ты ходишь по лезвию ножа.

– Крылья держат того кто в них верит. – Приоткрыв крыло, что я поглаживал, она вновь его сложила.

– И что же твои крылышки хотят от фиолетовой единорожки? Куда несут? – Очень интересна конечная цель. Не просто же так все это.

– Стать больше чем пони. – Расплывчато объяснила кобыла, переключив своё внимание на яички. Аккуратно поглаживая теперь их.

– Мне в голову приходит только один вариант, – кобылка замерла в ожидании ответа, – ты хочешь отрастить ей крылья.

– Поклянись молчать об этом. – До сего момента расслабленная кобыла, пребывающая в неге, напряглась. Крылья плотно прижались к спине, а сама она как будто превратилась в каменное изваяние. Глупенькая кобыла.

– Клянусь. – Рука прошлась по пушистому крылу. – Расслабься коняга двинутая. Когда промолчать я знаю. Ау, – белая ладошка чуть сильнее, чем нужно сжала член, – понял, понял. Тогда можешь ответить на вопрос, не относящийся к теме.

– Когда это ты спрашивал разрешения на вопросы? – Белая кобыла перевернулась на живот, почти полностью ложась на меня. Так что теперь наши мордочки были почти вплотную. – Но давай, задавай.

– Как бы сказать, – в голове как-то было проще. Надо было Луну спросить. А ещё эти глаза цвета аметиста, что с таким любопытством глядят на меня. – А все кобылы такие активные? – Выпалил. – Что ты так смотришь? Ты, между прочим, моя первая и единственная кобыла. Откуда мне знать.

– Нет. Не настолько. – В глазах, что только что плескалось веселье, поселилась тоска. Глубокая, застарелая. – Я принцесса Сильвер, для мира богиня. Как ты думаешь, много ли жеребцов отважатся просто и по душам поговорить со мной? Поговорить как с кобылой? Не трудись, таких за всю мою долгую жизнь было десятка два. А сколько из них решились на то же что и ты? – Она закрыла глаза, вспоминая былое. – Пятеро Сильвер. Всего пять. Я жила всего пять раз, сейчас живу шестой. А до того я правлю, наставляю, но не живу.

– Мы старались быть ближе к простым пони. Все эти приёмы, праздники, когда мои пони могли стать ближе, увидеть рядом, поговорить. Но все это тщетно. – Из-под век принцессы показались блестящие слезинки. Ей было тяжело вспоминать. Но все что я мог это только сильнее обнять свою кобылу.

– Тише, – шептал я ей, – тише. Ну, прости дурака неразумного. Я все понял. Не продолжай. – Да уж, нет, чтобы просто наслаждаться, спросил на свою голову. Но всё стало понятнее некуда. Она одинока как астероид, летящий между галактик. Что ей жизнь обычного пони? Миг и их уже нет. А она идёт дальше. А то, что чтят её как богиню, делает шанс на спутника, пускай и временного ничтожно малым. Хотя я могу стать для неё главой подольше, если, конечно, она захочет после этого меня вообще видеть. – А может мне тоже, ну это, с крыльями.

– Нет! – Кобыла резко вскочила, опершись руками в перину. И в таком положении, нависая надо мной, испуганно глядела в глаза. – Не вздумай. Я не хочу тебя потерять раньше времени. Не смотри на меня так, все гораздо сложнее, чем можно представить.

– Все так плохо? – А судя по реакции, было плохо. Если я шестой, то те пять уже сгинули. Почему же она не сделала их равными себе? – Потому что это невозможно. – Синхронно произнесли мы.

– Был один единорог, – кобыла вернулась на своё место, и я поспешил её обнять, – он так сильно любил, что не внял мольбам и предупреждениям. И он достиг своего. Он лично написал ритуал тёмной магии, позволивший ему впитать в себя тёмную силу. Он стал сильнейшим из когда-либо живущих единорогов, тёмная магия в нём не давала стариться телу, но вместе с тем извращала душу. Тёмная магия коварна, она понемногу подтачивает моральные устои. Он завоевал силой трон, он стал тираном. Его пришлось низвергнуть нам с сестрой.

– Уговорила красноречивая. – Улыбнувшись, потрепал кобылу по воздушной гриве. – Буду доставать тебя, пока не состарюсь, а там, если сама не прибьёшь, поглядим.

– Если я попрошу сказать, – я с хитрой улыбкой помотал головой, – ты не скажешь. Ты хотя бы предупреди.

– Обязательно. И та же просьба к тебе. Предупреждай о Твайлайт, я не хочу случайно влезть и все испортить. – Кобылка улыбнулась и вновь положила голову набок, поудобнее устроившись на груди.