В перекрестье

Пролог

Снаружи с новой силой донеслись звуки перестрелки, где-то поблизости прогремел взрыв. Я дождался, пока еще двое бойцов забегут внутрь, захлопнул дверь и заорал:

— Ложись!

Мгновенно среагировав, мои товарищи плашмя попадали на землю, а дверь неистово задергалась под градом пуль, превратившим ее в решето. Один из солдат, Майк, пропихнул ствол винтовки в одну из дыр и выпустил длинную очередь, для верности поводив стволом туда-сюда. Наградой ему был крик боли и яростная ругань на непонятном языке. В это время второй из нас, Джон, вломился в соседнюю комнату и обрушил приклад своего ручного пулемета на голову ошарашенного талиба.

Я шумно выдохнул, вытирая пот со лба.

— Все целы?

— Да. Первый этаж чист.

— Второй, наверное, тоже, — предположил я. – Иначе нам бы уже сбросили «подарков» с лестницы.

— Согласен, — сказал Майк, в спешке перезаряжая оружие. – Джон, сооруди себе укрытие из пары столов или еще чего-нибудь и контролируй вход.

Боец кивнул и принялся раскладывать сошки на пулемете.

— Дрейк, идем наверх, найдем тебе позицию.

Лестница вывела нас на узкую галерею с несколькими окнами. Перед одним из них лежало тело боевика в навылет простреленными в нескольких местах грудью и шеей, рядом в луже его крови лежал АК. Я поморщился.

— Уже который месяц, а я все никак не могу привыкнуть к подобным зрелищам.

— Я тоже, — согласился товарищ. – И вряд ли привыкну когда-нибудь. Но контракт подписан.

Коридор упирался в запертую дверь. Ни навесного замка, ни обычного здесь не было — очевидно, она закрывалась сзади на засов, а это значило, что пытаться ее выбить равносильно попытке вскрыть танк консервным ножом. Зато рядом по стене в потолок уходила навесная лестница.

— Кажется, это та башенка, что мы видели снаружи. – Я подергал лестницу, проверяя на прочность.

— Ага, она самая. В самый раз для снайпера. Ты лезь наверх, а я посижу тут на случай, если за этой дверью прячется Санта-Клаус с подарками.

Я кивнул и полез наверх.

Пространства в башне было, мягко говоря, немного, но для меня этого было достаточно. Расчехлив свой «Барретт», я отогнул стойки и поставил винтовку на невысокий бортик, настраивая оптику, чтобы оценить ситуацию с высоты.

В квартале от нас несколько талибов с АК-47 осадили бронетранспортер, за которым укрылись трое наших солдат. Один из боевиков махнул рукой и, пригнувшись, побежал к машине под защитой стены пересохшего канала. Я не спеша поймал в прицел его голову и повел следом; когда он добежал до БТР и вскочил на капот, направив автомат на одного из солдат, я нажал на спусковой крючок. Спустя секунду его наполовину обезглавленное тело шлепнулось под ноги до смерти перепуганному парню, которого недавно приписали к нашему отряду.

Внезапно из-за угла маленькой мечети, стоявшей поодаль в центре деревни, выбежала целая толпа врагов. Я быстро выдернул магазин и вставил другой, с разрывными патронами. Наведя винтовку на скопление боевиков, я трижды выстрелил, каждый раз смещая ствол немного вправо. Снаряды, предназначенные для выведения из строя легкой бронетехники, разлетались облаком шрапнели и поражали даже тех, кому выстрел не предназначался. Оставшиеся в живых наконец поняли, что стали мишенями в тире, и стали разбегаться в разные стороны, чем не замедлил воспользоваться наш вспомогательный отряд: выскочив из укрытия, они открыли огонь по талибам. Я выпрямился, на долю секунды потеряв обзор, и эта доля впоследствии едва не стоила мне жизни.

Краем глаза я уловил движение на крыше дома, стоявшего слева от площади. Когда я среагировал, уже раздался гулкий хлопок, и дымная черта противотанковой ракеты понеслась в мою сторону. Схватив верный «Барретт», я уже хотел спрыгнуть в лестничный колодец, но было слишком поздно – граната, чудом не влетев в окно, врезалась в башню на уровне пола верхней комнатушки. Прогремел оглушительный взрыв, ударная волна швырнула меня по крутой траектории сквозь окно прямо на полотняный навес перед другим зданием. Пробив его своим телом, я с жутким хрустом грохнулся на спину. Перед глазами вспыхнул огненный фейерверк, по пояснице словно пропустили ток высокого напряжения. Сверху посыпались обломки башни, но свет вокруг меня уже померк, и я провалился в темень и тишину.