Автор рисунка: Stinkehund
Глава 4 — Вечеринка! Глава 6 — Память

Глава 5 — Знакомство

Тяжелый бой остался позади, и теперь бывший разведчик Анклава может вздохнуть свободно. Долгой ли будет эта передышка?

Во время ожесточенного боя Лайт вернулась в образ единорожки и благополучно выскользнула из комнаты, по странному наитию побежав вверх, а не вниз. Там волшебница наткнулась на сумку Грея, неосторожно зацепив ее копытом. Лечебные зелья тут же недовольно звякнули из-под трофейного дробовика.

Лайт радостно подняла ушки и тут же влила в себя мерцающее содержимое пузырька, поморщившись от горького вкуса. В голове заметно посветлело, боль постепенно испарилась, прихватив с собой чувство тошноты. Возбужденно притопнув копытцами, единорожка подхватила вещи пегаса и проверила винтовку. Патронов оставалось не так уж и много, но в ее собственных сумках еще достаточно обойм, не пропадет.

«Наступила тишина, бой закончился. Уже слишком поздно пытаться сбежать, нужно посмотреть, кто победил».

На первый взгляд в квартире ничего не изменилось, только участники недавней сцены бездыханными куклами лежали на полу. Полюбовавшись трупами Стрима и Саммера, единорожка осторожно подошла к Грею и потыкала в него копытцем. В ответ пегас глухо застонал, дернув окровавленным крылом.

«Кажется, открытый перелом, придется повозиться».

Потребовалось много времени, чтобы обнаружить соединительное крепление шлема. Конструкторы надежно укрыли едва заметные замки, да к тому же смазали их маслом! С непривычки копыта единорожки раз за разом скользили по гладкой поверхности. Разозлившись, Лайт применила рог. Вспышка золотого света смогла одолеть дискордов механизм и снять с разведчика шлем.

— Ох-х, — шумно вздохнула волшебница. Недавнее заклинание полностью истощило внутренние резервы.

«Какое-то время придется обходиться без магии, только левитация мелких предметов. А ничего у него морда, симпатичная», — промелькнуло в мыслях покрасневшей кобылки, пока она осторожно приподнимала пегасу голову, открывала ему рот и вливала целебное зелье. Жеребец скривился и закашлялся, попытавшись отбиться передними ногами. При этом из его копыт выехали угрожающего вида клинки, один из которых к тому же был окровавлен.

— С этими пони с поверхности все так сложно, даже нельзя спокойно прикоснуться!

Сглотнув разом появившийся ком в горле, чумазая единорожка поволокла бессознательного пегаса в другую комнату и с огромным трудом устроила его на каком-то диване, едва не надорвавшись от непривычного веса.

— Не мое это дело – таскать тяжелых жеребцов, — саркастично выдохнула Лайт, устраиваясь рядом. — И что же теперь с тобой делать?

«Он защищал меня. Возможно, исходя из каких-то корыстных побуждений, но защищал. Я буду плохой пони, если брошу этого пегаса».

Единорожка аккуратно устроилась возле импровизированной постели, чтобы заняться броней крылатого пони, причем безо всякой задней мысли – кобылка просто хотела осмотреть своего спасителя. Волшебница вряд ли могла чем-то помочь раненому жеребцу в своем нынешнем состоянии, зато у нее осталось лечебное зелье. Самой-то ей оно было уже не нужно.

Отныне главная проблема Лайт заключалась в огромном количестве осевших в белой шерстке грязи и пыли, а это не могло исправить даже самое эффективное зелье. И учитывая собственное истощение, эта склянка была единственным способом хоть как-то помочь крылатому пони.

В удручающе недолгой уютной тишине появился новый звук. Тяжелые бронированные копыта звонко цокали по каменному полу. Единорожка медленно поднесла ПипБак к глазам и шумно выдохнула – метка на мерцающем экране оказалась синей.

«Береженую пони Принцессы берегут!»

Лайт сняла с предохранителя раскрашенную в черно-белые полосы штурмовую винтовку. Приложив копыто к губам, волшебница зачем-то прошептала бессознательному пегасу что-то вроде «не шуми!», тут же затаившись рядом с ним. Ей не пришлось долго ждать – вскоре в дверном проеме показалась Уайт, которую привели сюда показания точно такого же ПипБака.

Волшебница сглотнула разом вставший в горле ком и медленно опустила оружие. Стальной Рейнджер в силовой броне пугал даже сильнее пегасов Анклава. Повисла напряженная тишина.

— А ничего вы здесь вечеринку устроили, — внезапно хмыкнула Уайт, подчеркнуто опуская оружие. — Я насчитала пять трупов.

— Да-а-а, мы старались, — нервно хихикнула Лайт. Волшебница решила не упоминать, что на ее собственном счету нет ни одного убитого. — Т-ты не будешь в меня, то есть в нас, или все же в меня… стрелять?

— Если не дашь повод, — пошутила рыцарь. — Кто вы такие?

— Я бессменная Смотрительница Стойла Сорок Четыре! — Единорожка гордо вскинула голову. — Вот уже больше века моя семья хранит покой и традиции нашего дома! — Кобылка густо покраснела и опустила уши. — Точнее, хранила. Теперь это уже прошлое, меня изгнали.

— Сорок Четвертое Стойло? — с неподдельным интересом спросила альбиноска. — Никогда о таком не слышала. Отлично! На карте появился новый игрок, давно уже пора расшевелить этот застой!

Обе пони затихли на несколько секунд. И если Стальной Рейнджер ждала ответа, то волшебница просто пялилась непонимающим взглядом на свою собеседницу.

— Ну да, конечно, — покладисто согласилась Лайт, не разобравшая ни единого слова из речи рыцаря. — А т-ты кто?

— Ах да, где мои манеры. — Уайт сокрушенно покачала головой и медленно сняла шлем. Зрелище глаз кровавого цвета и белоснежной шерсти ввело волшебницу в ступор. — Меня зовут Уайт Клирсайт, я рыцарь ордена Стальных Рейнджеров Западного Сектора Эквестрии. Не знаю, так ли уж сильны наши отличия от восточных собратьев, но мы стараемся не трогать слабых и беззащитных без необходимости.

«Без необходимости», — эхом пронеслось в голове Лайт.

— Еще мы находимся в теплых отношениях с северными Стойлами. — Глаза Уайт вспыхнули фанатичным огоньком. — В обмен на защиту от рейдеров и летучих отрядов работорговцев они поставляют нам еду, а молодежь с радостью идет в послушники, пополняя славные ряды рыцарей и писцов. В общем, ты можешь меня не бояться.

— Хотелось бы верить, — буркнула Лайт. — А…

Грей застонал, привлекая к себе внимание двух кобылок. Пегас беспорядочно заметался в постели, из-за чего свалился с края дивана и приземлился на поврежденное крыло. По дому разнесся громкий крик боли. Разведчик виртуозно ругал все вокруг, начиная с какой-то Гвен и заканчивая идиотом, так неудачно расположившим раненого. По телу раскаленными ручьями распространялась адская боль.

Покрасневшая до самых ушей Лайт поспешно заткнула рот пегаса последним пузырьком лечебного зелья. Он моментально высосал целительную жидкость, сильно закашлялся и распластался на животе. От сильного удара по спине Грей вздрогнул всем телом, прошептав что-то вроде: «Хватит пыток, добейте уже». Вместо ответа единорожка смогла лишь медленно сесть на место возле раненого и виновато опустить голову, одновременно прижимая ушки.

Уайт все это время пораженно переводила взгляд с пегаса на экран ПипБака, отказываясь верить свои глазам. Прибор Стойл-Тек ясно показывал лишь метку волшебницы, в то время как разведчик, которого рыцарь приняла за мертвого, оставался для него невидимым.

— Какого Дискорда?! — удивленно фыркнула Уайт, на всякий случай возвращая шлем на голову. — Почему тебя не видно на Л.У.М.е?!

Грей с большой неохотой разлепил глаза. Вид Стального Рейнджера не внушал ни капли оптимизма.

— Я не обязан отвечать на твои вопросы, — хмуро ответил пегас, пытаясь приподняться на дрожащих ногах. Получалось не очень.

— А если я добавлю к нему тяжелый пулемет? — еще более мрачно поинтересовалась рыцарь.

— Тогда узнаешь, что я не имею ни малейшего понятия. Скорее всего, твой локатор просто сломан. — При поддержке Лайт разведчик все же смог встать и теперь внимательно уставился на новую единорожку. — Кто ты?

— О Принцессы, какой банальный вопрос, — ехидно фыркнула рыцарь. — Меня зовут Уайт, и я Стальной Рейнджер. Теперь твоя очередь быть банальным.

— Грей Стиллнесс, офицер Анклава, командир малого разведывательного подразделения, иными словами Крыла, — жеребец широко улыбнулся, словно насмехаясь над оппоненткой. В отличие от Лайт, он совсем не боялся увальней в тяжелой броне, ведь они все становились такими забавно беспомощными после импульсных гранат. Он может снять синий цилиндрик с крепления менее чем за секунду.

— А это, значит, твои подчиненные? — Уайт широким жестом указала на трупы Саммера и Стрима. — Какой-то хреновый из тебя лидер.

— Бывшие. — Грей поморщился, словно у него разом свело все зубы. — Когда я бежал, их направили за мной с целью найти и уничтожить. Пришлось делать непростой выбор.

— Дезертир, значит, — Стальной Рейнджер недобро нахмурилась. — Ты бросил своих братьев и сестер! Верно говорят, предательство у пегасов в крови!

— Да что ты знаешь! — вскинулся разведчик. — Тебя не было в этой гребаной стране, построенной на лжи!

— Ну так расскажи мне, — хитро прищурилась Уайт. До этого разговора у Стальных Рейнджеров практически не было достоверных источников о происходившем над облаками. Немногочисленные дашиты отказывались выходить на контакт. Сложно заставить крылатого пони говорить – он мог просто расправить крылья и улететь.

— Большинство не более чем стадо в розовых очках. Все верят в исключительность расы пегасов и называют наземных пони тупыми дикарями в зараженных землях, — выпалил Грей. — Никогда не переносил ложь, она отравляет разум.

— Ты выбрал не слишком удачное место, чтобы сбежать. — Уайт едва сдерживала рвущийся наружу смех. — Твои сородичи во многом правы: большинство обитателей Эквестрийской Пустоши настоящие дикари, не брезгующие пониной. А отравленных мест здесь…

— Можешь не рассказывать, — вздохнул пегас. — Работа разведчика состоит в том, чтобы забираться в самое сердце проклятых мест. Сбор образцов, Дискорд его задери. Но я бы застрял там навсегда, проведи еще хотя бы одну неделю. Правда, мне непонятно, что в этой дыре забыла ты.

— Забавно, но мы в каком-то роде коллеги, — недовольно фыркнула рыцарь. — Меня послали на разведку, проверить подозрительную активность. Обычно это не моя работа, но сейчас даже стало интересно.

Лайт, сама недавно выбравшаяся на поверхность из-под земли, навострила ушки еще в самом начале разговора. Кобылка всегда любила подслушивать, а тут такие интересные темы!

— Паршивое здесь место для жизни, — тихо вздохнула волшебница, уместив свой круп на одной из сумок. — Да и сверху не лучше, если послушать Грея. Вот то ли мое Стойло…

Единорожка помолчала несколько секунд, после чего опустила ушки и покачала головой. На ум приходили не самые хорошие воспоминания.

— Впрочем, и там далеко не сахар, — буркнула Лайт, не выдержав удивленных взглядов. Разговор потух сам собой.

Ночь окончательно вытеснила вечер, ласково окутав тьмой разрушенный город. Лайт не могла рассмотреть даже вытянутое перед носом копыто. Уайт зажгла на шлеме мощный фонарь и уставилась на Грея, увлеченно копающегося в сумках. Серый пегас очень обрадовался найденной волшебницей еде. Ловко закинув ношу на спину, разведчик повернулся к чумазой единорожке.

— Ты идешь? — В голову вновь пришла мысль о пони для постельных утех, только теперь уже добровольной.

— А куда? — удивленно спросила Лайт. Единорожка явно оживилась, подняв ушки и насторожившись, не говоря уже о радостно вспыхнувших глазах.

— Неподалеку находится мое убежище. Заночуем там, а утром обсудим дальнейшие планы, — дружелюбно ответил Грей. — Конечно, если ты хочешь продолжить наше знакомство.

— Ну… почему бы и нет! — радостно воскликнула волшебница. Предложение пегаса несло в себе возможность завести нового друга.

— Эй, крылатый, ничего не забыл? — ехидным тоном поинтересовалась Уайт.

— Например? — холодно поинтересовался жеребец.

— Мы еще не закончили разговор. Мне поручено провести полную проверку, — Стальной Рейнджер особенно выделила предпоследнее слово.

— Мне не особенно хочется здесь задерживаться. — Пегас неопределенно повел здоровым крылом.

— Значит, я иду с вами! — подчеркнуто радостным тоном заявила рыцарь. — Есть возражения?

— Как хочешь, — фыркнул разведчик. Вот уже второй раз его планы на круп волшебницы накрывались медным тазом.

— Эм, ребята, — неожиданно робко вмешалась Лайт. — А ведь мы должны его похоронить.

Копытце волшебницы указывало на мертвого единорога в броне наемника. Пули рейдеров проделали в нем несколько серьезных дыр, а мина пегаса поставила окончательную точку в нелегкой жизни жеребца.

— Он был твоим другом? — поинтересовалась Уайт, переводя луч фонаря на тело пони.

— На нем осталось что-то ценное? — в тон рейнджеру спросил разведчик.

— Эм, нет и нет, — непонимающе ответила Лайт.

— Тогда вам лучше выйти, — многозначительно хмыкнула рыцарь и направилась в коридор. — Я устрою ему достойное погребение.

Пегас и единорожка недоуменно переглянулись. Волшебница подхватила свои вещи и стремглав бросилась из комнаты, в то время как Грей немного задержался. Разведчик освободил своих бывших подчиненных от ненужных им вещей: лазерного минигана, улучшенного жала, гранат, спарк-батарей и походных пайков. Уайт наблюдала за этой картиной с некой толикой презрения – Стальные Рейнджеры предпочитали отбирать вещи у живых пони, считая унизительным копаться в чьих-то останках.

«Саммер, жирный мудак, неужели было так сложно меньше жрать?»

Второй комплект офицерской брони не подходил Грею по комплекции – в ней спокойно помещалось два пегаса поменьше. Носить костюм Стрима же казалось изощренной формой самоубийства.

Бросив полный сожаления взгляд на черные панцири, разведчик поспешил покинуть комнату и отойти на безопасное расстояние, составив компанию Лайт за спиной Стального Рейнджера. Уайт не заставила себя ждать. В обломки несчастной двери ударил термический заряд. Яркая огненная вспышка моментально поглотила тело неудачливого наемника, обдав живых пони волной жара.

— Ну, вот и все! — задорно выкрикнула Уайт. — Его похоронили с королевскими почестями!

— Совсем как в древних грифоньих легендах. Только корабля не хватает, — невольно улыбнулся Грей, повернувшись к выходу. — Пойдем уже.

Лайт хотела было сказать что-то неодобрительное, но в последний момент передумала. В ее Стойле мертвецов тайно закапывали в землю, чтобы их тела служили удобрениями для сада.

— Другая земля, иные традиции, — тихонько прошептала единорожка. — Кому-то и мы покажемся варварами.

Грей ненадолго задержался у лестницы, однако обездвиженного Тистла там уже не было. Ни капли не смутившись, разведчик шустро оказался на первом этаже и замер у выхода, ожидая более медлительных кобылок.

«Наверняка Роза уже перезагрузила ему костюм. Надеюсь, они выйдут на связь прежде, чем вернутся на базу».

Грей поднял голову вверх и бросил тоскливый взгляд на угольно-черное небо. Облачная завеса, созданная его собственным народом, навсегда отделила беглеца от звезд.

К пегасу медленно подошла Уайт, застыв сбоку от жеребца. Она подняла голову к затянутому тучами небу и хранила молчание. Наконец Грей не выдержал и повернулся к единорожке.

— Ты что-то хочешь сказать? Я не разбираюсь в психологии пони, но вполне способен различить, когда ко мне подходят с какой-то целью, — недовольно выдал он.

— Ты прав, — усмехнулась кобылка. — Скажем так, я заметила, как ты поглядываешь на этот подземный цветок. Не стоит так привыкать к шлему, который скрывает направление взгляда.

— Просто она излишне грязная, — фыркнул пегас. — Даже не понять, какой цвет шерсти.

— Да-да, особенно круп. А вот если ее отмыть… — многозначительно протянула Уайт.

Стальной Рейнджер и дезертир Анклава вместе посмотрели на волшебницу, зябко ежившуюся на пороге дома. Лайт тоже устремила взгляд в небеса, задумавшись о чем-то своем.