Автор рисунка: Devinian

Некрологи, дорогуша, некрологи.

На том свете

Твайлайт Спаркл.

Как можно… Как можно описать Твайлайт Спаркл? Как можно искренне надеяться запечатлеть на бумаге такую выдающуюся пони как она?

Я никогда этого не понимала ни при жизни, ни сейчас в смерти. Но я должна попытаться.

Наверное, стоит упомянуть, да, я мертва. Это совершенно вылетело из моей головы, занятой более насущным вопросом. Если вы прожили хотя бы не меньше моего, то должны понимать некоторые вещи, включая и то, что мелкие детали едва ли имеют значение в грандиозной схеме мироздания. Детали вроде моей смерти или как я, каким-то образом, общаюсь с вами с того света. Будь со мной Твайлайт Спаркл, эти банальные вещи имели бы значение.

Но её нет рядом.

И я отвлеклась.

Куда важнее все те маленькие, глупые вещи которыми Твайлайт обожала приукрашивать мою жизнь.

Твайлайт Спаркл не любит меня.

Мы познакомились, мы встречались, мы были вместе до самой моей смерти. Я сижу, или точнее пишу, перед вами и могу искренне заявить, что Твайлайт Спаркл никогда меня не любила.

Она принимала меня.

В этом вообще есть смысл? Звучит очень обескураживающе, не так ли? Или даже больше чем обескураживающе. Это неправильно, говорить, что любовь всей моей жизни всего лишь принимала меня в свою, но именно так и было.

Так и должно было быть, ведь моя дорогая всегда была слишком загружена своими мыслями, чтобы думать иначе.

Я любила её. Она меня принимала. И это меня полностью устраивало.



Смерть – изумительное, очаровательное понятие, разве нет?

— Но почему? — спросила я, когда мы лежали на кровати, моя голова была у неё на животе, пока Твайлайт читала книгу.

 Хотя я должна признаться, несмотря на все секреты, скрывающиеся за смертью, ответ на этот вопрос у меня был, но я упивалась вопросами к Твайлайт.

Это делало её счастливой.

Так на чём я остановилась?

— Но почему? — спросила я, развернувшись к ней и слушая неподобающие звуки её булькающего живота. — Почему смерть так притягательна?

— Потому что мы не знаем, что происходит после, — предположила она, переворачивая страницу и продолжая читать. — Никто не знает, что же там дальше.

Что ж! Теперь я знаю, и должна признать, смерть не очень насыщена событиями. Чай конечно прелестный, но помимо этого…

— Ну, — начала я, пытаясь выглядеть невероятно умной, чтобы впечатлить её, — я полагаю, это не сама смерть очаровывает нас, а будет ли она значимой.

Она взмахнула ушами.

— Я читала в какой-то книге, что пони больше боятся не умереть, а осознать, что в их жизни было недостаточно смысла. — она посмотрела на меня с дразнящей улыбкой. — У тебя что, экзистенциальный кризис, Рарити?

— У меня? Да никогда, — ошеломлённая, ответила я. — Одного лишь твоего присутствия достаточно, чтобы это предотвратить.

Она рассмеялась, этот смех был мягким, тихим и настолько для меня сокровенным. Рассмешить Твайлайт было сродни стать главной статьёй в ежегодной энциклопедии Ванити Фувс.

— Потому что ты любишь меня?

— Именно так.



У нас был пикник на той же неделе.

Бутерброды с маргаритками, две бутылки вина, наивкуснейший шоколад из Седловой Аравии и лишь мы вдвоём. И вновь моя голова лежала у неё на животе, её удовлетворённый желудок больше не издавал тех ужасных звуков.

— Твайлайт, ты любишь меня? — неожиданно спросила я.

Она колебалась. Я чувствовала это в её теле, в остановившемся дыхании, позволившем мне отчётливо увидеть дома вдалеке. Она не решалась сказать, что любит меня, и это было больно, но не так сильно, как я ожидала.

Я ведь это и так уже знала, разве нет?

— Я не знаю, — наконец ответила она, пристыжённо призналась она, я же увидела храбрость в честном ответе. — В смысле, наверное? Я люблю тебя. Или я не знаю. Не всё так просто. Я не хочу быть где-то ещё, и когда ты уехала на неделю в Мэйнхеттен, я так сильно по тебе скучала, но …

Лёгкий ветерок пронёсся через деревья, мои гриву и шерсть. Я вдохнула и выдохнула, прежде чем наконец сесть.

— Р-Рарити? — спросила она, разрывающая в попытке решить, лежать дальше или тоже сесть. Подняться означало признать, что что-то действительно было не так. Она поджала уши, и спросила меня огорчённым голосом:

— Почему ты это спросила?

— Я просто хотела, чтобы ты это сказала, — ответила я, глядя на жеребят, резвящихся вдалеке.

— Ч-что?

Я повернулась к ней улыбаясь с любовью и наклонилась вниз, для поцелуя с ещё большей любовью. Прежде чем она начнёт меня расспрашивать, я прижалась к ней и поцеловала её шею перед тем как закрыть глаза.

— Я хотела, чтобы ты это сказала, — прошептала я, зажатая в её объятии, — чтобы ты перестала волноваться, что за моей любовью к тебе ничего нет.



Злая судьба разыгрывает жестокие шутки над всеми нами, но иногда она за них и извиняется.

Видите ли, серьёзные землетрясения для Понивиля большая редкость, так что никто всерьёз не ожидал что бутик ‘Карусель’ обрушится со мной внутри, меньше всех этого ожидала я сама, когда очнулась в госпитале с несколькими сломанными костями, без понятия сколько прошло времени.

Так значит мои чаепития со Смертью были лишь результатом комы? Для меня это остаётся загадкой.  Моё самочувствие оставляло желать лучшего во время объяснений доктора. Видимо какой-то побочный эффект кратковременной смерти.

— Ну и как?! — спросила Рейнбоу Деш, тряся мою койку, на что Твайлайт нахмурилась. — Ты что-нибудь видела?! Ты ведь, вроде как, была мертва! Так что там по ту сторону?!

Я лишь недоумённо моргнула.

— Дорогуша, я на самом деле ничего не помню.

Конечно я лгала. Я думала о Твайлайт, даже после смерти.

— Аргх! — простонала Деш в ответ, тряся головой. — Да ладно тебе Рар, если уж и пугаешь нас до ужаса, уж хотя бы имей крутую историю в запасе.

Я рассмеялась в ответ.

— Ты чертовски права! Как неосмотрительно с моей стороны.

— Рейнбоу, — строго проговорила Твайлайт. — Не могла бы ты пойти посмотреть не пришли ли девочки.

— А? О, да, конечно! — ответила та, направляясь к выходу. — Ты что-нибудь хочешь из буфета, Рар?

— Нет, не хочет, — резко вмешалась Твайлайт, это напомнило мне об ужасном подносе с ‘едой’ ожидающем рядом с моей койкой.

Рейнбоу Деш вылетела из комнаты, оставив позади раскачивающуюся дверь. Наконец мы с Твайлайт были наедине впервые после моего происшествия. Она заговорила первой, быстро и методично объясняя мне огромном множестве деталей моего будущего жилья в замке, пока бутик не будет восстановлен.

Не было никакой энергичной жестикуляции, она не кинулась в мои объятия чтобы признаться в неожиданно обнаруженной бессмертной любви ко мне, никаких букетов цветов и поцелует до потери пульса. Ничего подобного. Вместо этого план действий для нас, живущих вместе, проработанный до мельчайших деталей.

Даже слишком проработанный, на самом деле.

— Твайлайт, — перебила я посреди описания потенциального устройства нашей утреней рутины в ожидании замечаний и одобрения. — Когда ты… Ты всё это продумала пока я была здесь? Это ведь…

— Нет, — ответила она. — Я планировала это ещё с прошлого года.

— С прошлого года? Ты планировала это весь год и ни разу даже не обмолвилась об этом? — я ахнула, и прежде чем могла остановиться, выпалила. — Но, Твайлайт, я думала ты не знаешь, любишь меня или нет.

И на её глаза накатились слёзы, она одарила меня скромной улыбкой.

— Я тоже так думала.

Комментарии (0)

Авторизуйтесь для отправки комментария.
...