Автор рисунка: Devinian
Глава 5: Стыд Глава 7: Приоритеты

Глава 6: Мягкий свет

Заметки Автора:

Писать о травмах всегда было для меня довольно болезненной темой. Но я хочу сделать так, чтобы эта боль не перешла на моих читателей. Как всегда, особая благодарность Somber, Bronode и OverKenzie за то, что остаются моими прекрасными редакторами. И Спасибо Kkat за создание  прекрасного мира, в котором разворачивается наша игра.

Fallout Equestria: Project Horizons — Speak

Глава 6: Мягкий свет

Автор Heartshine

«Мягкость — это не слабость. Нужно быть смелым, чтобы оставаться чутким в этом жестоком мире» — Флаттершай

Я проснулась несколько часов спустя, свернувшись калачиком под крылом Глиттер. Я могла слышать, как дождь тарабанил по металлической крыше старого кафе-мороженого, в котором мы остановились на ночь. Я была уставшей, грязной, и у нас осталось мало еды, однако я еще никогда в жизни не чувствовала себя такой живой и мотивированной. Я была напугана возвращением в Джанкшен-Сити, но я так же знала, что у меня есть друзья, готовые прикрыть спину. Блэкджек проследит, чтобы со мной ничего не случилось. Глиттер Бомб же служила прекрасным маяком счастья в постоянной меланхолии, что была так свойственна Эквестрийской Пустоши.

Я осторожно выбралась из-под фиолетового крыла Глиттер, стараясь не разбудить её, и поспешила к месту, где Блэкджек несла вахту. Она улыбнулась, когда я присела на круп рядом с ней. Несколько минут мы ничего не говорили, наслаждаясь небольшим ливнем, пока капли дождя выбивали стаккато по крыше. Мы были уверены в том, что на таком расстоянии от Хуфингтона дождь продлится недолго. Только не с дарительницей света, управляющей погодой в одной из вышек ПОП.

— Здесь в первый раз я по-настоящему вкусила пустошь, — произнесла Блэкджек, всматриваясь вниз по дороге на юго-запад, по направлению к слабому проблеску цивилизации. Во мраке я едва могла разглядеть огромный щит, на котором было написано «Добро пожаловать в Хуфингтон». Какой-то остроумный пони добавил снизу ярко-красной краской что-то про надежду и что её нужно оставить. По крайней мере я надеялась, что это была краска. — Наблюдатель привёл нас с П-21 сюда. Мы наткнулись на рейдеров, которые поймали чьих-то жеребят. Полагаю, что он хотел посмотреть, что мы сделаем.

Я посмотрела на неё, наклонив ухо в сторону.

— Ты спасла жеребят, да? — Я слегка поморщилась, когда поняла, что прозвучала так, будто она рассказывала мне историю из книги. Главные герои всегда спасают положение, верно? Даже если я и знала, что это порой не так.

— Конечно. Охрана спасает пони. Особенно от маньяков, которые не в состоянии отличить кучу бинтов от брони, — пробормотала она, пока кислотное самобичевание сочилось из её сердца. — На следующей день одного из этих жеребят разорвали попалам из-за моей глупости. — Она взглянула на меня. — Это очень больно… быть вот так разорванным на две части…

Я содрогнулась от этой мысли. Мне не с чем было сравнить подобное, но эмпатическая обратная связь, что я испытала, прошлась чуть ли не по всему позвоночнику.

— Я… не могу представить. После того, как меня чуть не пронзил насквозь скорпион, я бы хотела избежать этого ощущения. — согласилась я, подёргивая своими крыльями от этих мыслей.

— Я постараюсь не допустить этого, но будь осторожна. Мой послужной список далёк от совершенства, — сказала Блэкджек с мрачной улыбкой, не соответствующей кипящему самобичеванию, которое она скрывала за своей маской. Затем её голос приобрел грустный тон — Знаешь, я не думала, что смогу покинуть Хуфингтон. Не после того, как мы прошли то место, где по моей вине убили Скудл. — Призналась она. Лужи скорби и отвращения к себе разливались у её копыт, но это была лишь малая часть того, что происходило ранее. — Я думаю, что лететь будет намного безопасней, чем бежать рысью через всех этих гулей. — Она остановилась. — Однако я до сих пор ненавижу полёты.

Я улыбнулась ей.

— Ну, у тебя больше нет твоих металлических крыльев. К тому же нам не нужно идти пешком, когда с нами есть такой аликорн как Глиттер, которая более чем способна нести тебя и твоё снаряжение. — произнесла я с усмешкой. — Хотя не могу сказать, что осуждаю твой страх.

Она кивнула, затем слегка толкнула меня в бок.

— Как себя чувствуешь? — спросила она со своей перекошенной маленькой ухмылочкой, которая походила одновременно на улыбку старшей сестры, лучшего друга и… инфантильного маньяка.

Я слегка нахмурилась, затем прислонилась к ней.

— Я в порядке. Я действительно не хочу возвращаться в Джанкшен-Сити. Но мне нравится, что мы движемся. Что мы куда-то направляемся. Даже если в какой-то момент нам потребуется остановится, чтобы перекусить, — я пожала плечами. — Но я чувствую себя более живой, нежели в Хуфе.

— Да. Даже после того, как я взорвала это место, оно всё ещё остаётся странным, — сказала она тряхнув головой. — Я не знаю, был ли это Пожиратель или мир теней Найтмер Мун, или что-то совершенно иное, но на этом городе осталось пятно. И я не уверена, что оно когда-нибудь будет смыто.

— Она взглянула на меня. — Так. Как ты думаешь, насколько всё будет плохо, когда врачеватели душ начнут искать нас?

Я прикусила губу.

— Эм… это зависит от того, насколько сильно испугалась Сэнделвуд. И, возможно, Каледония, учитывая что Глиттер тоже исчезла. Исчезла с нами. С нами. — Луна побери, я не могла говорить сегодня утром! — Значит, они, скорее всего, начнут нас искать довольно скоро, после того как мы исчезли? Хотя они знают, что это будет не легко без наших пипбаков. — Я слегка нахмурилась. — Хотя… Сэнделвуд может попросить отправить кого-нибудь в Джанкшен-Сити как только мы там появимся.

— Или, может, Сэндэлвуд поговорит с Хартшайн, Хартшайн поговорит с Вельвет, Вельвет поговорит с Литлпип, а Литлпип используя П.О.П. найдёт нас за несколько минут, и мы вернёмся в Хуф. Или куда бы они ни пытались меня вытащить. — Она слегка ухмыльнулась, словно предвидя драку. Потом она потерла подбородок. — Нам нужно будет сделать небольшой крюк.

Мои уши опустились, когда я на неё посмотрела. Блэкджек думала. И это не к добру.

— Эм... Блэкджек? Ты выглядишь так, как будто что-то замышляешь. Я достаточно знаю о тебе, чтобы понимать, что с таким же успехом ты можешь взывать к Дискорду и Пинки Пай о чудесах и веселье.

— Тебе чем-то не нравится веселье? — спросила она с усмешкой. Я должна была напомнить себе, что её тело буквально состояло из дискордовой… штуки или типа того. — Это не так сложно, как тайно протащить дирижабль в Тандерхэд. Мы просто остановимся у хорошего друга. — Её улыбка исчезла. — По крайней мере, я надеюсь, что мы всё еще хорошие друзья. Давненько это было.

Я задумчиво нахмурилась.

— Ладно, у твоего хорошего друга есть чем перекусить? Я к тому, что Глиттер вроде как много ест. То есть, я могу и не…

— Расслабься. У нас все в порядке. Ты со мной и аликорном. Что может пойти не так? — спросила она, по-прежнему ухмыляясь.

* * *

УУУГГГФХ! — закричала Глиттер, испуская чудовищную волну кишечных газов. — Кажется, что последняя банка той загадочной нямки была лишней! — С плотно прижатыми к себе крыльями, она не могла перенести нас куда бы Блэкджек не направлялась, а направлялась она, по видимому, на гору в которую мы упёрлись. — Мой животик не перестаёт урчать… теперь я чувствую как всё рвётся наружу. Никому лучше не стоять с подветренной стороны.

Я чуть не грохнулась лицом, стараясь изо всех сил не засмеяться над тяжким бременем своей подруги.

— Окей. Никаких больше готовых обедов тебе.

— Могло быть и хуже, — сказала Блэкджек, она провела нас по извилистой тропе к едва заметному проходу, скрытому от оползней. Кажется, для неё это не было проблемой, но она слегка вспотела, прокладывая свой путь наверх. — Честно говоря, этот способ скорее всего безопаснее, чем просто лететь. У моего друга были плохие отношения с Анклавом, и он действительно не любит гостей. Не уверена как он воспримет вас двоих, летающих неподалёку.

— Анклав? — Спросила я, глядя на склон горы. Если подумать, некоторые камни дальше по тропе выглядели… расплавленными. Это сделал Раптор?

— Айвар расстроил твоего друга? — Животик Глиттер Бомб угрожающе заклокотал. — Ты д-думаешь, что твой друг позволит мне воспользоваться комнатой для кобылок? Теперь я знаю, как еда может расстроить…

— Я знаю, что она у него не только есть, но он и разрешит ей воспользоваться. При условии, что он нас не съест. То есть. Он может. Он скорее всего думает, что я мертва. — сказала она, исчезая в каких-то облаках, скрывающих верхнюю треть горы. — Мне просто интересно, где находятся мины и турели. Я скучаю по своему ЛУМ'у.

— Подожди. Съест нас? — Недоверчиво спросила я. — Стой… кто, чёрт возьми, твой друг, Блэкджек? И… и турели? Мы не готовы к этому! — запротестовала я, порхая позади неё.

— Я стала бы самой грустной закуской… — пробормотала Глиттер где-то позади.

Как будто в ответ на мой вопрос, валун вскрылся как моллюск, выставляя круглый барабан с двумя дулами пулемёта. Почти так же быстро Блэкджек исчезла и появилась прямо позади него. Глиттер Бомб накрыла нас обоих щитом, пока Блэкджек наколдовала тот самый сверкающий меч и нанесла точный удар по турели. Раз, два, три взмаха и несущая конструкция взорвалась. Блэкджек подошла к нам, её зоркие красные глаза сканировали скалы вокруг. — Скорее всего он не может всё видеть сквозь туман. Вперёд, мы должны поторопиться, пока он не испепелил весь склон. — Она повернулась и поспешила по тропе.

Я следовала за сумасшедшей! Какого Соррэла она думала? Она была безумна! Я рванула за ней, поддерживая темп её восхождения, пока Глиттер следовала за нами, время от времени помогая себе струями газа, вызванными задорным пердежём, который её охватил.

Блэкджек прорывалась наверх методом истинного воина пустоши. Когда очередная турель разоблачала себя, она разрезала её на двое или взрывала волшебной пулей, прежде чем я успевала моргнуть. Не раз она волшебным образом дезактивировала мины и засовывала их в седельную сумку. Сама по себе я была бы уже двенадцать раз как стёрта в порошок.

— Ты в порядке? — Спросила она, прокладывая путь. — Ты выглядишь расстроенной.

Я стрельнула в неё взглядом.

— Я выгляжу как будто была на волоске от смерти восемнадцать раз за последние десять минут! Как… насколько хорошо ты знаешь этого жеребца? — требовательно спросила я, перепрыгивая камни и оглядываясь назад, чтобы убедиться, что Глиттер все еще следует за нами. Моя бедная фиолетовая подруга определённо начинала зеленеть, галлопируя по центральной части склона. Она по-прежнему держалась крыльями за живот. — Я также волнуюсь, что Глиттер лопнет от всех этих — ФФПППФПРРР! — газов…

—Эх… так себе. Мне нравится думать, что мы друзья. По большей части. Как я сказала, он вероятно думает, что я мертва, так что да. Надеюсь, он сначала поговорит, а потом съест. — Она остановилась, когда мы достигли устья огромной пещеры. — Вот мы и пришли, — сказала она и пошла вовнутрь. Устье пещеры было гигантским, но идея находиться в небольшом пространстве с миллионами и миллиардами тонн горных пород кружила голову… есть конечно альтернатива остаться здесь с Глиттер.

Внезапно воздух разразил рёв, сотрясая камни под копытами и отправляя валуны из устья пещеры вниз по склону. А затем последовал визг Блэкджек и низкий грохочущий адский смех. О Селестия, теперь меня точно уволят.

Рёв заставил меня остановиться. То есть, Блэкджек действительно ведь хотела умереть, да? Я думаю, мы могли бы просто вернуться назад, как мы пришли. Одна из тех скал с турелями может послужить туалетом для Глиттер, ри-ох, дерьмо она вошла.

Глиттер заглянула внутрь пещерного свода.

— ПРИВЕТ, МИСТЕР СЕРДИТЫЙ, ИЗВИНИТЕ, ГДЕ У ВАС ВАННАЯ КОМНАТА, Я НАДЕЮСЬ, ЧТО ВЫ НЕ СЪЕЛИ БЛЭКДЖЕК! — прокричала она и вбежала внутрь, обёрнутая щитом.

Глиттер! Вернись! — кричала я, следуя за ней. Ну, может быть, сегодня был хороший день, чтобы умереть. Я вытащила свой маленький дезинтегрирующий пистолет и полетела за Глиттер, оглядываясь на израненные пламенем стены. Пресвятая Луна. Что, черт возьми, могло так оплавить стены?

Внутренняя часть пещеры была так же сильно испещерена и искорёжена, как и снаружи. Почерневшие камни были разбиты, словно внутри пещеры прошла грандиозная битва. Пулевые отверстия выстилали стены пещеры, но я старалась не обращать на них внимания, пока мчалась за своей фиолетовой подругой.

— Блэкджек! — позвала я, надеясь, что не буду десертом. Считались ли пегасы десертом?

Внезапно включились огни, установленные в потолке, и я оказалась лицом к лицу с огромной фиолетовой рептилией с зелеными шипами и… самой большой повязкой на глазу в мире. Он фыркнул и продемонстрировал свою ухмылку, обнажая длинные, больше чем моя нога, зубы. Гул в его груди свидетельствовал о моей кровавой и жестокой кончине.

Затем он указал когтём на крошечную пещеру слева.

— Ванная комната там. Вторая слева, — сказал он голосом, настолько глубоким, что я почти почувствовала его в своих костях. Его взгляд сфокусировался на мне. — Добро пожаловать.

Я уставилась на дракона, парализованная его размерами. Он точно собирается съесть меня. С его стороны было вежливо показать Глиттер ванную, но он собирается съесть меня. Я почувствовала участившееся дыхание, когда остановила взгляд на нём.

— Пожалуйста, не ешьте меня как Блэкджек! Я уверена, что она была вкусной, но Глиттер и я обещаем свалить, как только она уничтожит ваш туалет.

— Спасибо! — Крикнула Глиттер, бросившись в меньшую из всех пещер, а затем высунула голову. — Стой! Ты дракон! — выпалила она, её живот заурчал, а лицо скривилось. — Просто держись… ооооооххххх… глупая загадочная нямка! — с воплем она исчезла из поля зрения.

Дракон издал глубокий смешок.

— Я не думаю, что Блэкджек представляет из себя здоровую пищу. Я скорее всего умру от алкогольного отравления.

Вдруг Блэкджек появилась у него на голове.

— Эй, я уже день как ничего не пила. И как ты вообще узнал, что я жива? Я планировала сделать сюрприз!

— Блэкджек. Я Наблюдатель, — усмехнулся он. Ухмыляясь, он смотрел на белого единорога, сидевшего на его голове, как шляпа, прежде чем обратиться ко мне. — Ты, должно быть, Треноди. Мне достоверно известно, что ты под домашним арестом на сто лет посредством кого-то по имени Сэнделвуд.

Несмотря на страх, я разозлилась из-за того факта, что Сэнделвуд пыталась посадить меня под домашний арест.

— Домашний арест!? Какого черта?! Она не может этого сделать! Она мне не мать! — закричала я, прежде чем поняла, насколько глупо и смешно это, вероятно, звучало для дракона колоссальных размеров. — Я… ээ… я имею в виду. Да. Я Треноди.

— Приятно познакомиться — сказал он и протянул руку, чтобы дать Блэкджек спрыгнуть рядом со мной. Огромная пещера была занята его кладом и впечатляющими мозаиками с шестью пони, сделанных из сверкающих драгоценных камней. Это были Министерские кобылы в возрасте Блэкджек. Огранённые драгоценные камни, связанные линиями, мерцали как крошечные звезды, преломляя свет в тысячу точек сияния. — Как я уже сказал — я Наблюдатель. Или Спайк, если не официально — прогромыхал он, а затем его улыбка исчезла. — Ты привела очень многих пони в тихий ужас, Блэкджек.

— Ну, это лучше чем, если бы ужас был громким, не так ли? — ответила она.

Вопреки себе, я рассмеялась.

— Что ж, это определённо прогресс. Я имею ввиду, что Хартшайн, считает нас отправившимися в импровизированное приключение-проверку. Правда? Проверяющими свои… — Слова подвели меня, когда я попыталась придумать врачевательскую отмазку. — Вещи. И… нам пиздец, не так ли? Меня точно уволят!

— Ты не уволена. Ты под домашними арестом. Разница в том, что у тебе всё ещё есть работа, — ответила Блэкджек с усмешкой, прежде чем взглянуть на Спайка. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не показать ей свой язык. — Вот почему мы здесь, кстати. Мы втроём отправились в маленькое путешествие, и нам нужно от тебя, чтобы врачеватели прекратили свои поиски. Я в порядке. Треноди в порядке. Глиттер в порядке. Мы все в порядке.

— Вы избавились от пипбаков, которые вам дали как раз для того, чтобы предотвратить то, что вы делаете сейчас, — пробурчал Спайк.

— У меня никогда не было пипбака! — Прокричала Глиттер, выбираясь из самой маленькой пещеры. Она выглядела куда менее напряженной и скованной. — Ты фиолетовый, и у тебя повязка на глазу! Это делает тебя на 200 процентов крутее!

— Спайк, послушай. Врачеватели душ не позволяли мне и двух шагов сделать без их ведома. Просто исчезнуть — единственный способ избавиться от них. И у Треноди есть кое-что, о чём нужно позаботиться. Я хочу помочь ей, но у нас не получится, если на хвосте будет целая вечеринка мозгоправов со всей пустоши!

— Это было бы забавно — произнёс Спайк с усмешкой.

— И мы не сможем попасть в Джамбл-Сити, если нас поставят в угол. — добавила Глиттер. — Ты очень фиолетовый. У тебя есть подружка? — застенчиво спросила она, прячась за своей распущенной, фиолетовый гривой и шаркая копытом по земле.

Нахмурившись, я посмотрела на Глиттер и покачала своей головой.

— Думаю, что нам действительно было бы неплохо развеяться. И мне, и Блэкджек. К тому же, как мне кажется, кто-то должен держать её на коротком поводке. Правильно, Блэкджек?

— О, конечно. На очень коротком, — сказала Блэкджек с ухмылкой. Я внезапно представила, как огромная собака волочит за собой маленькую кобылку. Затем её улыбка исчезла. — В любом случае мне нужно с ней поговорить.

Я наклонила свою голову в сторону.

— С кем "с ней"? — спросила я с любопытством. Я мысленно взмолилась, чтобы Блэкджек не выкинула шутку про ревность.

Улыбка Спайка исчезла.

— Я не могу сделать то, что ты просишь, Блэкджек.

— Вообще-то, — парировала Блэкджек. — Это что-то, что можешь сделать только ты. И учитывая, что я читала ту книгу, мне доподлинно известно, что ты можешь это сделать. — Она всматривалась на выход из пещеры. — Знаешь, я понимаю, что она Элемент Честности, но думаю, что некоторые детали можно было оставить в секрете. — Она указала копытом на него. — Мне нужно поговорить с ней. Она всё видит, и я знаю, что она хотела бы помочь. И она может держать всех подальше от нашего хвоста, но если мы столкнёмся с неприятностями, то пошлёт кавалерию.

О ком, чёрт возьми на Эквусе, она говорит?

— О ком вы двое говорите? — спросила я снова.

Они просто вознаградили меня взглядом "взрослые разговаривают", а затем повернулись друг к другу.

— Это не займёт много времени. А если она захочет, чтобы я бросила это дело— я брошу. Но мне кажется… — она сделала паузу и глубоко вздохнула, — кажется, что она поймёт.

Глиттер Бомб взлетела к глазам Спайка.

— Пожалуйста, Мистер Фиолетовый! Блэкджек не старалась бы взобраться на вашу взрывающуюся гору блестящей смерти и погибели, если бы не считала, что это нечто важное! — Она попыталась изобразить застенчивую улыбку, которая сделала её ещё более очаровательной, но я сомневалась, что это сработает с драконом. — И я думаю, что ваша повязка вам очень идёт!

Из-за комплимента большой дракон смутился и мгновенно поджал губы.

— Позвольте мне связаться с ней и убедиться, что она готова.

Глиттер счастливо пропищала, заключив нос Спайка в объятия.

— СПАСИБО! Я ЗНАЛА, ЧТО ВЫ ПОТРЯСАЮЩИЙ! — завизжала она в восторге. Он улыбнулся и даже немножко покраснел, перемещаясь к терминалу. Тем не менее, Блэкджек отреагировала спокойно. Она смотрела на мозаичный орнамент, её глаза были прикованы к аметистовому единорогу в центре.

Я подошла к ней и посмотрела на единорога.

— Как ты? — спросила я, разглядывая изображение Твайлайт Спаркл — министерской кобылы и элемента магии.

— Просто… размышляю, — сказала она, глядя на неё. — Большие подковы для маленького жеребёнка.

Я кивнула ей в знак согласия, мои глаза остановились на топазовой кобыле с гривой из розового кварца.

— Любая из их подков будет слишком большой для маленького жеребёнка, — мягко добавила я.

Спайк повернулся к нам, его лицо было невозмутимо.

— Ты знаешь через что должна пройти, чтобы оказаться там. Будет больно.

— Всё в порядке, — ответила Блэкджек. — Я привыкла к боли. — затем она взглянула на меня. — Хочешь пойти со мной? Это не займет много времени.

— Пойти куда? — спросила я, внезапно испытав тревогу. — То есть, эм. Да. Я пойду с тобой, Блэкджек, — сказала я, надеясь, что не совершаю ужасную ошибку.

Блэкджек посмотрела вверх на Глиттер Бомб.

— Хей, Глиттер, ты не против составить компанию одному симпатичному дракону?

Глиттер отсалютовала Блэкджек.

— Я бы очень желала составить компанию Мистеру Спайку! Мы с ним можем говорить о закусках, его блестящих драгоценностях и о том, что он фиолетовый! О, и он может рассказать мне какой он храбрый и потрясный! Да, Мистер Спайк? — спросила она, ухмыляясь дракону.

Спайк взмахнул в сторону когтистой лапой.

— Ух, Глиттер Бомб. Не знаю на счёт храбрости и всего потрясного, но могу рассказать тебе о кое-каких крутых вещах, которыми мы занимались с министерскими кобылами до войны! — Я задавалась вопросом, не только ли что Спайк изобразил дракона, которым был тогда. Когда мир был куда проще и у него были друзья, которые всегда могли составить компанию.

Блэкджек взяла меня за плечи и развернула спиной к Спайку.

— На счёт три. — Стоп. Что на счёт три? — Один. — сказала Блэкджек, глядя в мои глаза. — Два. — Моё сердце ёкнуло в груди, что будет на счёт три? Почему она не сказала о том, что будет на счёт три?! Спайк глубоко вдохнул. — Три!

Я сделала ужасную… и затем умерла, поглощенная пламенем дракона.

* * *

Я умерла. Умерла! Я умерла-умерла-умерла! Нет. Не умерла. Слишком больно, чтобы быть мёртвой. К тому же… мне не больно… да, не больно. Мне было больно. Я была с остервенением разложена на атомы и унесена прочь драконьей магией. Но всё равно не избавилась от ощущения, что только что занялась с жар-феником тем, что большинство религий осуждает до сопружества! Это не то, через что я хотела пройти дважды!

Мы оказались в камере, которая была похожа на весну в самом разгаре. Потолок мерцал с помощью каких-то технологий, подражая ясному небу. Розовые лепестки цеплялись за деревья, а воздух обладал тонким ароматом.

— Оу, — прошипела за мной Блэкджек, сжимая зубы. — Это восемь.

Я подняла своё переднее копыто и повернулась к ней.

— Восемь? — спросила я, встряхивая и расшевеливая себя, пытаясь выдавить ужасное чувство быть дезинтегрированной и раз-дезинтегрированной — реинтегрированной? — из своего сознания. Если телепортация единорогов ощущается так, как будто вас протащили через маленькую дыру в пространстве, то драконий огонь был похож на то, что вас подожгли и обратили в пепел, а затем полностью каким-то магическим образом снова собрали из праха. — Это… что… Почему ты не предупредила меня об этом?! — Пропищала я ей, мой голос ломался.

— Потому что ты начала бы скулить и протестовать, прежде чем согласиться. — ответила она, принюхиваясь к своей ноге. — Фу, теперь от меня разит драконьим дыханием, — произнесла она, поднимаясь с крупа. — Так… она находится здесь. Неплохо для тюрьмы, как мне кажется.

— Благодарю, — раздался мелодичный голос, который, казалось, отгонял все ужасы от нашего путешествия сюда. На стене возник единорог с короной и нежно струящейся гривой. — Я стараюсь. Мы работаем над этим. Я предпочитаю думать об этом месте как о святилище. Как твой звёздный дом, Блэкджек.

Клянусь, моя челюсть упала на пол. Эт-это. Она. Мёртвая. Стойте. Как? Блэкджек протянула ко мне копыто и нежно подняла мою нижнюю челюсть вверх с характерным щелчком зубов.

— П-принцесса Селестия?! — Я уставилась на изображение в стене. — Как?

— Тебе действительно нужно больше читать, — сказала Блэкджек, подходя к экрану. — Как она?

— Устала, — ответила Селестия, — но с нетерпением хочет с тобой встретиться, снова. Восставший из мёртвых друг всегда ценится, — произнесла заключенная в машину принцесса. Мой разум всё ещё пытался понять, как солнечная богиня разговаривала с нами. И почему Блэкджек продолжала твердить, что мне нужно больше читать. Я много читала!

— Не уверена, что меня считают за друга, — ответила Блэкджек, опустив вниз глаза.

— Тебя считают, — ответила принцесса, её голос был мягким и успокаивающим. Это было странно, даже при том, что она была… чем-то вроде машины, я могла чувствовать доброту в её словах. А затем дверь с шипением открылась. Выход из этой камеры вёл к апогею магических наук. Пока мы шли, Селестия возникала рядом с нами на стенах, от монитора к монитору, словно была по ту сторону стены. — Прошло несколько недель с момента последнего визита к ней. Все заняты поиском последних элементов. Я уверена, что ей не терпится с тобой встретиться.

— Кто она? — тихо спросила я. Вряд ли я смогу оторвать свои глаза от принцессы. Даже на мониторе она выглядела величественной и царственной, прямо как на картинках из моих детских книг. Её великолепная многоцветная грива нежно струилась на экране, принцесса источала материнскую любовь. Это заставило меня понять, насколько серой я была по сравнению с ней.

В ответ перед нами открылась дверь и мы прошли в театр или… более подходящей аналогией был планетарий. От кристалла в центре купола исходили десятки, может сотни проекций, размер которых варьировался от самых маленьких с моё копыто до самых больших, размером с жеребца. Ложа была окружена хрустальным проектором, одинокий обитатель рубки захрипел.

— Башня девяносто два, нет… — она разразилась кашлем. — Девяносто д… — ещё больше кашля. — Промёрзлые коктейли Луны!

— Литлпип, — с нежностью пожурила Селестия из динамиков. — У тебя гости.

Я застыла, когда воспоминание из детства обрушилось на меня. Литлпип — кобыла, способная на всё. Кобыла, которая появилась и превратила Джанкшен Р-7 в Джанкшен-Таун. Первая кобыла, которую я видела с пипбаком. Я стояла перед живой легендой и всё, о чём я могла думать, насколько уставшей она была, физически и морально, и о том, что ей очень нужно что-нибудь выпить чтобы согреться.

— Ты не хочешь выпить чай из лемонграсса, чтобы согреться? — тихо спросила я.

Крошечкая серая кобыла нахмурилась, когда Блэкджек рухнула в приступе смеха на пол, держась за живот.

— Серьёзно? — Она шмыгнула носом, прежде чем чопорно мне ответить хриплым голосом. — Нет, теперь всё в порядке, — сказала она, подарив мне утомлённую улыбку. — Но спасибо за предложение. Уверена, что Хомейдж что-нибудь принесёт мне в следующий раз. Что-нибудь, чтобы справиться с этим выебанным тартаром в жопу холодом.

— Ты — дарительница света, — я улыбнулась и потянулась, чтобы ударить Блэкджек своим крылом. — Почему ты не сказала мне, что мы встретимся с принцессой?! И, блин, с дарительницей света! — сорвалась я, всекая ей своим своим крылом несколько раз. — Плохая пони! Плохая!

Блэкджек продолжала с хохотом кататься по земле, всё это время Литтлпип смотрела на неё в абсолютной растерянности.

— Сколько тебе лет? Четыре? Ты ведёшь себя как четырёхлетняя! Клянусь, я и есть твоя няня. Глуполицая дурочка! Почему ты втянула меня в драконий огонь, не сказав мне с кем мы собираемся встретиться? Клянусь Луной! — Я перестала стукать своим крылом Блэкджек, а затем позволила своим ушкам опасть, подарив принцессе извиняющий взгляд.

— Ой, я э… я имею ввиду… — блять.

— Всё в порядке, Треноди. Я слышала кое-что гораздо хуже, — чинно произнесла Селестия, заставив Литлпип вспыхнуть. — Что это был за очаровательный эпитет, который ты выдала на прошлой неделе о моих пышных бёдрах, Литлпип?

Раздражение дарительницы было не толще листа бумаги. Ностальгия вздымалась от маленькой серой кобылы как цунами — тоска по друзьям, которые теперь были далеко и делали всё самостоятельно. Заледеневшая яма, переполненная одиночеством, образовалась в сердце Литлпип как твёрдый камень, но она смирилась с этим.

— Так… я могу тебе помочь, Блэкджек? — спокойно спросила Литлпип, пока Блэкджек вытирала слёзы. — Хоть мне и нравится этот визит, мне ещё нужно следить за тем, что снаружи. Хомейдж и другие находятся в мёртвой зоне моих камер и я жду, когда они появятся.

Я посмотрела на маленькую кобылку, пока та говорила с моей подругой и почувствовала небольшой укол раздражения — она была выше меня. Может быть это казалось из-за рога, но я была готова поклясться, что она была выше.

— Блэкджек сказала, что ей нужно поговорить с тобой об этом, ну, типа… эм… — Я почесала затылок. — Скрыть нас? Так, чтобы нас не посадили под домашний арест? — всё звучало так, словно маленькая кобылка пыталась втянуть тётушку в свои махинации. Богини, влияние Блэкджек сказалось на моём мозге! Я чувствовала, как мой ментальный возраст просто падал и приближался к её уровню!

Блэкджек прекратила смеяться и встала.

— У Треноди есть что-то, о чем она должна позаботиться. Я собираюсь помочь ей. Я также знаю, что все другие Врачеватели Душ будут искать нас. Я хотела бы, чтобы ты не говорила им, где мы. Только если нас, знаешь,со всех сторон не окружат рейдеры, чтобы съесть наши мозги.

— Вы проделали весь путь сюда, что попросить меня об этом? — спросила Литлпип как будто не могла поверить в это.

— Да, — ответила Блэкджек. — И чтобы снова тебя увидеть. — Что-то было в её интонации не так. Какое-то невысказанное признание, переданное одной кобылы от другой. Это не что-то личное. Это что-то, что я никогда не чувствовала раньше. Селестия разделяла это. Странное чувство. Старое. Я внезапно почувствовала себя очень… юной.

Я молча стояла, ожидая продолжения разговора. Но они молчали, я посмотрела на принцессу.

— Я очень хочу помочь Блэкджек, — спокойно произнесла я. — И увести её из Хуфингтона казалось хорошей идеей. Она просто… тоже хочет… помочь мне? Наверное? — объясняла я, метаясь взглядом между Селестией и Литлпип. — Я не хочу, чтобы у вас возникли проблемы. И… мне очень жаль, что она не известила нас о личностях, с которыми мы собирались встретиться. Это честь… встретиться с вами обоими, — сказала я и выполнила почтительный, как я надеялась, реверанс.

Почему-то обе кобылы это слегка не одобрили.

— Не волнуйся об этом, — сказала Литлпип, размахивая копытом с вплавленным в него пипбаком. Затем она ухмыльнулась, глядя на Блэкджек. — Кажется, ей потребовались месяцы, чтобы понять, что я — «выходец из стойла».

— Эй, ты не шестиметровая кобыла в летающей силовой броне и стреляющая из рога молнией. Было бы так, то я догадалась бы намного раньше, — произнесла Блэкджек, прежде чем взглянуть на меня. — Ей причинили боль, Литлпип. Кое-кто из Джанкшен-Сити. Мы идём туда, чтобы это исправить.

Селестия посмотрела на меня с нотами беспокойства.

— Проблема не в том, что я хочу отказать вам в исправлении чьих-то ошибок — проблема в том, что это может закончиться как раньше. Что тогда, Блэкджек? — спросила она, её голос успокаивал, но укол сожаления прозвучал как аккорд с увеличенной квартой. — Я знаю, что ты пытаешься всё изменить, но что скажут, если ты сорвёшься и убьёшь пони, ответственного за травмы Треноди?

— Я ей не позволю, — тихо произнесла я, заставляя всех трёх кобыл обратить на меня внимание. — Я не хочу, чтобы кто-то пострадал.

— Ух-хух, — ответила она с крошечной улыбкой, прежде чем посмотреть на Литлпип.

— Если просто назовёшь мне это имя, то я могу попросить Гауду позаботиться об этом. Тебе вообще не понадобится лезть во всё это, — сказала Литлпип, нахмурившись.

— Может и не понадобится, но Треноди сама должна разобраться с этим. Я просто… сопровождаю её, — тихо сказала Блэкджек.

— Я не уверена, что Гауда, зная её имя, может помочь — добавила я. — Она… очень политически важная фигура, и даже влияния Гаудины Грознопёрой может оказаться… не достаточно. Политическая власть, как бы, сосредоточена в больших городах. — Я закусила губу, думая об этом. — Я правда не знаю, честно.

Я не знала что делать. Я знала, что не могу позволить мэру продолжать причинять боль пони. Хоть я и не приняла идею Блэкджек о том, что должна встретиться с ней лично, я знаю, что никто больше не должен чувствовать себя так, как чувствовала себя я. И мой желудок болел от мысли, что есть другие… много других, которые прошли через то же что и я.

— НКР — как бы новички в своём деле, и пока только делают попытки встать с копыт. Я не знаю, во что может вылиться такая сенсация, поэтому и не хотела рассказывать всё Сэнделвуд и Слейту. — Призналась я трём кобылам.

Блэкджек подошла и положила своё копыто мне на плечо. Я не вздрогнула.

— И я здесь, чтобы охранять её. Как следует Охраннице. Никаких убийств. Никаких беспорядков. Просто охранять маленькую лошадку.

— …Волоча её через всю выебанную дискордом пустошь? — невозмутимо произнесла Литлпип, покачивая головой. Они с Блэкджек обменялись тем же старым кобыльим взглядом. — Хорошо, Блэкджек, я помогу. Надеюсь это не доставит мне неприятностей с Хомейж, — в первый раз дарительница света слегка улыбнулась.

— Это всё, что мне было нужно, спасибо, Пип, — ответила Блэкджек, самоуверенно помахав Селестии. — Принцесса, круто было пообщаться. Но нам пора отправляться. — сказала она и развернулась, чтобы выйти в коридор.

Я задержалась на минуту, затем порылась в своих седельных сумках и подошла к Литлпип.

— Я знаю, что Хомейдж может принести тебе немножко чая, но я решила, что это меньшее, чем я могу отблагодарить тебя за помощь, — объяснила я, доставая маленькую коробочку мятного чая, который нашла в магазине по продаже содовой, где мы накануне ночевали. — И я надеюсь, что ты скоро почувствуешь себя лучше.

Литлпип склонила голову набок, затем мягко улыбнулась.

— Спасибо — сказала она, шмыгнув носом. — Знаешь, я наблюдала за тобой. Я догадывалась, что ты оставишь мне что-нибудь. Вы, врачеватели душ, это что-то с чем-то, — Дарительница света покачала головой, затем вернулась в свою ложу. Я восприняла это как сигнал к выходу и побежала за Блэкджек.

Я почти добралась до того места, где меня ждала Блэкджек, но остановилась и посмотрела на цифровую принцессу, которая тихо сопровождала меня из рубки Литлпип. Я не могла дать имя эмоциям, которые исходили от изображения принцессы, так как они были глубокими, сложными и невероятно старыми.

— Принцесса? — тихо спросила я, глядя на монитор.

Селестия подарила мне грустную улыбку, которая была сильно запятнана чувством старого, но нежного сожаления, которое мягко лучилось с экрана. Мое копыто каким-то образом оказалось на экране, прежде чем она заговорила.

— Я просто не могу не удивляться тому, насколько ты напоминаешь мне её, Треноди, — она поправила свою мерцающую гриву, которая больше не имела физической формы.

— Кого, принцесса? — спросила я, учитывая, что в жизни аликорна было бесчисленное количество пони, которых я могла напоминать.

— Уинтер Уиллоу. Одна из первых официальных врачевателей. Хотя тогда их называли лекарями душ. Она со своими друзьями помогли Эквестрии пройти через мрачную страницу нашей истории. Но ей всегда была грустно, всегда казалось, что она держит в себе что-то. Только через несколько лет я узнала, что именно она забрала у меня в ночь, когда моя сестра обратилась Найтмер Мун. Потребовались все её друзья, чтобы помочь ей справиться с этим. — Она наклонила голову вбок. Я не могу не задаться вопросом — сможешь ли ты сделать то же самое в конце своего путешествия, с помощью своих друзей.

Я сглотнула.

— Я… я не знаю. — призналась я честно. — Я знаю, что мне нужно это. Блэкджек не даст мне покинуть Джанкшен-Сити, пока я этого не сделаю. — я прислонилась лбом к монитору. — Принцесса, я не знаю, достаточно ли я сильна, чтобы сделать это.

Звезда на моём лбу внезапно стала чуточку теплее, когда любовь принцессы полностью обволокла меня.

— Никто не знает, моя маленькая пони. Но я верю, что с помощью своих друзей ты справишься. — Я подняла голову и улыбнулась ей. — Если ты поймешь, что не можешь больше верить в свои силы — верь в силу своих друзей. Они смогут позаботиться о тебе, когда дорога станет слишком непосильной для твоих копыт.

— Я не знаю, имею ли я право просить их об этом, Принцесса, — сказала я, глядя вниз на свои копыта и потертый металлический пол.

— В своё время я тоже думала, что у меня не было права просить об этом моих друзей. — ответила Селестия, обрушив на меня такой поток скорби и сожаления, что я физически пошатнулась. — Хотя и следовало бы, когда боль становилась невыносимой. Может быть всего этого не произошло бы, — она одарила меня грустной улыбкой. — Однако я сделала свой выбор. Ты же должна сделать свой.

Я расправила свои крылья и встрепенулась, пытаясь выбраться из свалившейся на меня бездны сожаления и печали. Я положила оба копыта на монитор, снова прижимаясь к нему лбом.

— Я попробую, Принцесса. Обещаю попробовать.

К моему удивлению, ее копыта слегка прижались ко мне, и она прижала лоб к своей стороне экрана.

— Это все, о чём я прошу. — Потока любви и заботы от нее было достаточно, чтобы я отступила. — О, и прежде чем Блэкджек спросит, я в порядке. Или, вернее, буду. Компания Литлпип гораздо более полезна, чем одиночество.

Затем она исчезла, панель снова приняла приятно-зеленый цвет дисплея. Я покачала головой и вернулась к Блэкджек.

— Теперь… как нам отсюда выбраться?

* * *

Оказывается, вернуться в пещеру Наблюдателя было гораздо легче, чем войти. Принцесса смогла активировать магический портал, который отправил нас в дом Спайка. Мы с Блэкджек появились там, застав Спайка и Глиттер погрузившимися в обсуждения ролей героев в чём-то под названием Огры и Остроги.

Глиттер ахнула, когда мы появились из портала.

— О! Хорошо! Вы всё-таки не умерли!

— Я же говорил! Моё пламя просто перемещает вещи как телепорт! — сказал Наблюдатель, посмотрев на нас. — Ты получила, что хотела, Блэкджек?

Она слегка ему улыбнулась

— О, да.

Я нахмурилась, глядя в затылок Блэкджек.

— Зачем было тащить меня с собой? Только честно, Блэкджек. Я узнаю, если ты соврёшь.

Блэкджек поморщилась, обернувшись ко мне.

— Потому что тебе нужно было испытать телепортацию через пламя дракона? — предложила она, довольно беспомощно. — Может быть я думала, что тебе понравится внутри ПОП? Встретиться с принцессой Селестией и дарительницей света?

Я прижала уши к голове и подарила ей раздраженный взгляд.

— Блэкджек. Я серьёзно спрашиваю. Потому что единственное, что мне сейчас приходит в голову — то, что мы проделали весь путь к ПОП только для того, чтобы я могла поглазеть на Литлпип и Принцессу!

— Я и хотела, чтобы ты увидела Литлпип и Принцессу, — тихо призналась Блэкджек. — Я хотела узнать как они поживают. — Забота, сострадание и неподдельное смущение медленно стекали с неё, пока та смотрела на свои копыта. Потом она глубоко вздохнула, состроив беззаботную улыбку. — К тому же я должна была убедиться, что Хартшайн не говорила с Вельвет, а Вельвет не просила Литлпип найти нас. — Я не хочу, чтобы меня заперли в Звёздном Доме. — Она повернулась ко мне спиной, замолчав на мгновение. — Надеюсь, что Литлпип в порядке. И Селестия. Это не легко… жить… вот так.

— Они… справляются, Блэкджек, — мягко произнесла я, подойдя к ней. Глиттер Бомб подлетела к нам. — Литлпип очень одиноко и ей хочется уйти. Селестия… переполнена печалью и сожалением, но если честно? Ей больше тысячи лет. Сомневаюсь, что ты сможешь прожить так долго, не испытывая сожалений. Но она очень… счастлива, так как Литлпип с ней.— Я нахмурилась, глядя на белую единорожку. — Почему ты сразу меня об этом не спросила?

Над моей головой возник Спайк и прогромыхал своё мнение.

— Наверное потому, что я бы сказал ей уважать личную жизнь Литлпип, — произнес он, глядя на нас троих. — Потому что это звучит так, будто вопрос, который ты хотела задать, можно было спросить и у моих мониторов.

— Это не то же самое, Спайк, — сказала она, глядя на него. — Это не то же самое. Ты знаешь это лучше, чем кто-либо. Это не то же самое, — сказала она с сопливым всхлипом. — Попытайся коснуться кого-то через экран… это не то же самое. — Блэкджек заскрипела зубами, борясь и роняя слёзы на щёки, заставляя Глиттер приобнять её крылом. — Я знаю, что я едва ли её друг, но разве я не должна хотя бы попытаться проверить Пип? Она заперта там, день за днем, живет жизнью через экраны. Она наблюдает, Спайк. Конечно, она может разорвать своим торнадо задницу рейдеру, но это не то же самое, что быть со своими друзьями там.

На секунду я задумчиво нахмурилась. Я как-то и не думала об этом.

— Ну… предположительно, Селестия бы предупредила нас о своём состоянии. — произнесла я, пытаясь всё обдумать. — Или Наблюдатель мог бы вызвать Хомейдж, верно? — спросила я, глядя на дракона.

Спайк кивнул и сложил массивные руки на груди.

— Может Литлпип там и в одиночестве, но мы с тобой знаем почему. Её иммунная система отключилась. Её тело чрезвычайно хрупкое, и будем честны, нет лучше пони для управления погоды. Даже если бы в Новом Лунном Содружестве этим вновь занимались пегасы, — пробормотал он.

Глиттер зарылась носом в затылок Блэкджек.

— Я думаю, что Мистер Спайк и Треноди пытаются сказать, что нужно больше говорить правды и меньше лгать. Ты плохая лгунья, Блэкджек. Такая же плохая, как та таинственная нямка.

Блэкджек тихонько прохихикала от замечаний Глиттер.

— О? Значит вот так? Настолько плоха, что вызываю газы своей плохой ложью?

— Скорее, ты вызываешь панические атаки своей правдой, — скрывая улыбку, покачал головой Спайк. — В любом случае, мы с Литлпип будем следить за вашим путешествием, пока вы трое идёте в сторону Джанкшен-Сити. Путь должен быть относительно чистым, и я думаю, что Пип планирует сохранять для вас хорошую погоду. Но мы пошлём вам помощь, если вы попадёте в беду. — сказал он, указывая когтём на нас с Блэкджек. — никаких "если", "а" или "но".

— И я приму любое наказание, которое мы получим от взрослых, когда вернусь, — ответила я. — Просто постарайтесь, что бы мы не погибли, пожалуйста. Каледония была бы очень расстроена, если бы из-за меня убили Глиттер.

— Я была бы очень расстроена, если бы из-за меня меня же разжили, — добавила Глиттер. — Быть разживым — просто худшее.

— Разживым? — спросила Блэкджек и, глядя на Глиттер, опустила уши. — Не уверена, что знаю что это.

— Дони говорит, что убивать это, типа, плохо, и что иногда жеребята слышат о чём разговаривают взрослые пони. А быть убитым — это очень грустно и окончательно, потому что пони умирают, когда их убивают. Поэтому мы просто говорим, что они разжились. Она говорит, что так звучит лучше.

Блэкджек просто посмотрела на неё с исчезающей улыбкой — горячий, шипящий гнев пошёл из трещин, прорезающих её панцирь.

— Мёртвые — мертвы, неважно как ты это скажешь, — ответила она. Глиттер отшатнулась, как будто Блэкджек только что ударила ее. Белая кобыла опустила свой пристальный взгляд. — Прости.

— Я… просто… это — то, что сказала Донни, — еле слышно закончила она. Я не была на сто процентов уверена, что понимала логику Глиттер, но если от этого ей было лучше, то я не собиралась спорить. Было много вещей, связанных с Глиттер, о которых я решала не задавать вопросов. Например та, из-за которой она решила, что именно я из всех пони подхожу на роль её лучшей подруги.

— Да, — сказала Блэкджек с лёгкой безмятежной улыбкой. — Не беспокойся об этом.

— Хорошо, что ж, тогда давайте пойдём. Хотя… Наблюдатель? — спросила я, глядя на Спайка. — Не мог бы ты отключить турели, чтобы мы не испарились по пути вниз? Теперь, когда Глиттер может летать, не беспокоясь о, эм…

— О ковровой бомбардировке склона горы конским навозом? — спросила Блэкджек.

Ох, это будет долгое путешествие…

* * *

Квестовая способность: Следуя по стопам Великих — соответствовать идеалам величайших пони в истории безусловно тяжело, но, каким-то образом, вам это удаётся.

Добавляет одно очко к любому из параметров SPECIAL (+1 к харизме Треноди)

Читать дальше

...