Не учи учёного

20. Письмо

Эквестрийской принцессе дружбы, Твайлайт Спаркл

Не удивляйтесь скорости доставки этого послания. Хотя, несмотря на то, что я прошу сохранять спокойствие, мне доставляет удовольствие мысль о том, как помощник-дракон с порога дворца несёт Вам письмо от меня, несмотря на то, что мы виделись только утром, когда я провожал Вас на поезд. Если Вы читаете это письмо, Вы поняли, что я не люблю долгих прощаний. Точка всегда должна быть быстрой и чёткой, чтобы не размазаться в запятую.

Надо думать, Вы удивлены тем, что я этим письмом ставлю вторую прямо над первой.

Я сел писать его сразу после того, как Вы уснули. Впрочем, не вижу смысла лукавить. Я ещё несколько минут наблюдал за Вашим лицом и слушал Ваше дыхание. Никогда не видел, как спят аликорны. Но румянец на Ваших щеках был в высшей мере очарователен — должно быть, следствие природной магии. В отличие от опрометчиво оставленных мной отметин на шее и груди, он сойдёт уже к утру, но я надеюсь, что эта мимолётность не распространится на блеск в Ваших глазах.

Ваше письмо тронуло меня — тронуло самым правильным образом, не оставив осадка в виде неловкости за Вас. Редкая кобыла может преподнести флирт, симпатию и приглашение как нечто, что не обяжет ни одну из сторон и не унизит её саму, как сторону инициативную. Это снова доказало Вашу потаённую мудрость, которая так привлекает меня в пони и которой начисто лишены другие виды существ.

Мы весь вечер сидели опрятные и ухоженные, аккуратно обсуждая нужные темы и ужиная по правилам этикета, чинно опустились в постель, словно супруги, и превратились в животных, кричащих, стонущих друг другу страстные глупости. Наутро мы приняли и то, что произошло, и друг друга такими, какими мы оказались. Это было похоже на душевный разговор. И у меня, и у Вас он был и с другими пони, но от этого не потерял ни толики своей значимости. Как мудрые пони, которые выстраивают сложный и запутанный мир с нагромождением правил и моральных дилемм, мы оба понимаем возможность время от времени разрушать его — пусть и бунт этот длиною всего в ночь.

И самое важное в этом бунте — взаимное понимание единомоментной искренности и потаённой сути наших поступков. В этих вопросах я готов положиться на Вас больше, чем на себя, а это случается редко — что кому-то я до дна доверяю с закрытыми глазами. Ваше понимание простирается за грань привычной установленной морали, Вы, в отличие от большинства наших сограждан, способны видеть дальше собственного носа и понимать суть парадоксов, потому я смело могу обозначить то, что очевидно нам обоим: я не люблю Вас, Твайлайт. Я просто хочу Вами обладать.

Несмотря на окружение, в котором Вы росли и живёте, Вы прекрасно это понимаете. Дружба — нечто, что все пони понимают инстинктивно. Вам же пришлось приходить к её мудрости логически — и Вы получили возможность обучать ей других, так как разложили по полочкам псевдо-очевидные вещи и для каждого сформулировали самое чёткое определение — определение, в котором остальные не видели никакой необходимости и о котором не задумывались. Не имея перед глазами напоминания, они при врождённой своей осведомлённости совершали раз за разом одни и те же ошибки. Вы стали принцессой, потому что сумели разорвать этот круг самоуверенности.

Несложно догадаться, что к пониманию сути любви Вы подошли столь же рационально. В своё время Вы в считанные часы разгадали каждую её составляющую, назвали своими именами — и она превратилась для Вас из стихийной загадочной силы в очередной объект исследования, с которым приятно и интересно работать. Ваш роман с Флэшем Сэнтри, даже став известным, не получил ни огласки, ни должной почвы для распространения сплетен — потому что Вы провернули его с осознанием, что обязательно один пони любит, а другой — позволяет себя любить. Вы не любили его. Вы хотели от него знаний и опыта, как от любого другого жеребца в Вашей жизни, и в этом я вижу и узнаю Вас.

Признаться честно, я презираю каждого из них, известного и неизвестного, только лишь за то, что они имели возможность прикасаться к Вам и наблюдать момент, когда Ваши глаза широко распахиваются, а обрывочные стоны превращаются в тихий крик. Но, вопреки традиционным ожиданиям, я презираю их не из ревности. Они позволили себе стать одной из Ваших побед, обманувшись мыслью, что хоть ненадолго заняли место в Вашем сердце. Не стоит надеяться провернуть такое со мной. В этом различие между теми стригунками и Ардентом Нэйсеем. Не нужно убеждать меня, что их жеребячья любовь имеет какое-то значение для Вас. Отныне и впредь Вы передо мной — открытая книга, моя дорогая Твайлайт.

Вы это прекрасно знаете и при всём желании не смогли бы отрицать. Я мгновенно перестал бы уважать Вас, если бы Вы вновь попытались набросить на эти истины завлекающие покрова благоуханного дыма, коим стало стремление пони к принятию себе подобными и к признанию ими его ценности, называемое коротко дружбой, потому что при каждом пороке я всем своим существом презираю ложь. Но не презираю Вас, а всего лишь не люблю.

Мы оба знаем, что это чувство взаимно.

И мы оба знаем, что оно не помешает Вам открыть передо мной дверь ровно через месяц после нашего расставания.

Более того — оно, напротив, поможет делать это снова и снова хоть мне, хоть Вам.

С нелюбовью,
канцлер просвещения Эквестрии Ардент Нэйсей.