Битва за Филлидельфию

Город Филлидельфия подвергается настоящему нашествию роя странных существ. Поначалу это никем не воспринимается всерьёз, но очень скоро становится ясно: это грозит обернуться катастрофой.

ОС - пони Лайтнин Даст

Флаттершай: начало

Не так мило и радужно детство Флаттершай.

Флаттершай

Судьба

Вариант судьбы пропавшей принцессы

Твайлайт Спаркл ОС - пони

Дэринг сДУлась! [Daring DONE!]

Рэйнбоу Дэш узнает, что на самом деле мама Твайлайт - это Силки Даск, автор книг про Дэринг Ду. Взволнованная этим открытием, она пишет фанатское письмо. И после этого всё начинает лететь в тартарары.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Тайна Красного Амбара

Эппл Блум узнаёт фамильный секрет и переживает из-за кьютимарок.

Эплджек Эплблум Человеки

My Little Humans: История Найтмэр

Фик предыстория оригинального My Little Humans, описывающий историю Найтмэр Мун после ее поражения. Рекомендуется прочесть оригинал :)

Найтмэр Мун

Метка Сильвер Спун

Так какой же особый талант означает ложка? Сильвер Спун никогда никому не отвечала. Пока её новая хозяйка Рэрити не приказала ей открыть этот ужасный секрет, который Сильвер скрывала всю свою жизнь. Но теперь кобылка хочет, чтобы эта жизнь принадлежала Рэрити. Исполнит ли единорог желание маленькой земнопони? Или выбросит её?

Рэрити Свити Белл Сильвер Спун

Чертоги расколотого разума

Насколько материальны наши мечты? Что скрывается за простым воображением? Можно ли преодолеть ту грань, что отделяет иллюзию от реальности? Филип Фоняков никогда не задавал этих вопросов, но ему придётся найти на них ответы. Путешествуя по Эквестрии, стране его грёз, и живя в России на окраине, у него просто не будет иного пути. Ему придётся выбрать, что для него иллюзия, а что реальность.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая Человеки

Сказка о Семье

Это история о крови, любви и поиске нового пути. А также о наказании тем, кто отказывает другим в милосердии. Альтернативная концовка рассказа "Сказка о том, как умирают города-государства".

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Принцесса Луна ОС - пони

Из леса

Одного вечера он уехал по неизвестному маршруту в лес. И лес принял вызов. Кто победит в этой схватке?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора

Автор рисунка: MurDareik

Танцы с порталами

Глава 58

Молодой разведчик вошел в кабинет шефа. Пребывал он в смятенных чувствах, и это не укрылось от хозяина кабинета.

— Здравствуй, Ланкастер! — теме не менее, поприветствовал он посетителя, как ни в чем не бывало. — Проходи. Вижу, сегодня ты чем-то взволнован…

— Это так, сэр, — кивнул тот. — Кое-что случилось. Одно чрезвычайное происшествие.

— Ну-ка, ну-ка, — усмехнулся коммандер в адмиральском звании. — Поделись!

— Скоропостижно скончался один мой доверенный подчиненный, — доложил Ланкастер. — Все, вроде бы, выглядит естественно. Но у меня есть предположение, что его убили.

— И кто же это мог сделать? — слегка улыбнувшись, поинтересовался старый разведчик. — И, главное, зачем? Кому была выгодна смерть этого несчастного?

— Он владел кое-какой специфической информацией, — признался посетитель. — В том числе и по истории Ригеля. Именно он допрашивал этого немца. Так что с точки зрения получения информации его смерть невыгодна разведкам как СССР, так и иных держав.

— А с точки зрения недопущения утечки информации? — внимательно глядя на подчиненного, поинтересовался хозяин кабинета.

— Только нам… — ответил Ланкастер. — Но я не отдавал такого приказа. Стоп. Вы хотите сказать, что это вы…

— Я, мой мальчик, — вздохнул коммандер. — Я.

— Но зачем? — удивился молодой разведчик.

— Затем, что кое-кто с той стороны решил потянуть за ниточку, другой конец которой идет к нам! — произнес хозяин кабинета. — Вот я эту ниточку и обрезал.

— Неужели русские о чем-то догадались? — удивился его подчиненный. — Мне казалось, что мы все достаточно хорошо подчистили.

— Догадались! — кивнул шеф. — Они должны были рано или поздно это сделать. Я об этом знал. И поэтому был готов к контрмерам. Ты, кстати, тоже можешь поразмышлять над тем, какие улики оказались в руках следователей НКГБ.

— Они знали, что мы допрашивали Ригеля и Люббе, — подумав, произнес Ланкастер. — Именно поэтому вы убрали человека, которого видели и могли опознать оба немца. Ведь он мог вывести на нас. Кроме того, они могут не знать точно, но явно подозревают, что многие материалы исследований «Аненербе» достались нам. В том числе и о зеркале-портале. А еще они могли пойти по следу пропавшего Абакумова.

— Там я тоже все основательно подчистил, — усмехнулся старый разведчик. — Так что красных ждет еще одно разочарование. Единственное, что они узнают, так это то, что бывший глава СМЕРШ пропал где-то за границей. Вот только им достались его подчиненные, которые, как я полагаю, тоже знали довольно много. Например, они могли вспомнить, что некий «терминатор» практически сам приплыл в руки к их бывшему начальнику. Откуда именно, следователи не узнают. Докопаются только до общего направления в Западную Европу.

— Это-то их и должно насторожить, — согласился посетитель. — Абакумов пропал где-то в Европе, откуда-то оттуда же прибыл «терминатор». А еще осталось нераскрытое покушение на Меркулова, следы которого также вели за границу. И живые улики — Люббе и Ригель.

— Все верно, — подтвердил выкладки подчиненного коммандер. — Поэтому я и принял меры.

— Ясно, — ответил молодой разведчик. — И что же вы планируете делать теперь?

— Теперь? — улыбнулся хозяин кабинета. — Ничего!

— Как же так?! — опешил Ланкастер. — Ведь основная наша цель так и не достигнута!

— И не будет достигнута, если мы будем спешить! — пояснил старый разведчик. — Ведь я уже объяснял тебе нашу стратегию. Сейчас нам в особенности не стоит совершать рискованных действий. Через некоторое время русские успокоятся, ничего не найдя. Вот тогда мы продолжим нашу работу. А пока сосредоточимся на подготовке. Или ты думаешь, что у меня еще полный рукав козырных тузов?

— Я уже как-то привык, — позволил себе усмехнуться посетитель. — Всякий раз вы удивляли меня тем, что срабатывала какая-то ваша многолетняя разработка или старая закладка.

— Вот именно, что многолетняя, — подняв трубку, шеф указал мундштуком в потолок. — А почему она срабатывала? Потому, что я спокойно ждал, когда настанет наилучший момент для ее активации. Знаешь, как я понял, что русские начали раскручивать запутанный нами клубок? Они поспешили! Сделали именно то, от чего я тебя всегда предостерегаю. Они начали искать слишком рьяно, чем и привлекли внимание. Вот так-то!

— Я понял вашу мысль, — кивнул Ланкастер. — И буду руководствоваться ей в работе. Но каковы, все-таки, наши следующие действия?

— Продолжай исследования, разработку, — ответил коммандер. — Обо всех результатах докладывай. Если задумаешь что-то более активное, без меня не начинай. И работай спокойно. Все следы, которые могли вести к нам, я зачистил.

— Я понял, — вставая, сказал молодой разведчик и, попрощавшись с шефом, направился к выходу.

— Очень надеюсь, что ты все понял, — когда подчиненный покинул кабинет, добавил хозяин помещения, грустно посмотрев вслед гостю. — Игра стала более опасной, чем ранее…


Руперта Кребса всегда раздражала доверчивость пони. Порой четвероногие обитатели Эквестрии выводили его из себя поступками, которые не совершил бы ни один здравомыслящий человек. Но сейчас эта черта помогла бывшему обер-фельдфебелю в осуществлении его плана.

Замысел, стоит признать, состряпан был на коленке и совсем не нравился Руперту. Но после того как Старлайт отказалась прислушаться к его, казалось бы, железным аргументам, у человека не осталось выбора.

М-да… Волшебница, которую он всегда выделял среди прочего стада разноцветных тушек, сейчас повела себя ничем не лучше остальных своих глупых сородичей. Доверившись Луне, этой хитрой интриганке, единорог твердо была намерена помочь темно-синей аликорну в ее операции. Вот только Кребс, узнав подробности от Старлайт, быстро понял, против кого готовит свою атаку Луна.

Что же… Теперь у него появился шанс расквитаться за все и преподнести крылатой и рогатой интриганке, и в грош его не ставившей, неприятный сюрприз. И бывший обер-фельдфебель намерен был воспользоваться этой возможностью. Так или иначе. Старлайт, к сожалению, отказалась прислушаться к голосу разума. И, раз слова не помогли, то человек намерен был воспользоваться грубой силой. Тем более что средства у него были.

Единорог после всех совместных посиделок и пережитых тягот экспедиции уже давно хотела считать его другом. Руперт не спешил ее разочаровывать. В целом, ему было даже приятно общаться с этой весьма разумной для своего вида особой. Но это не означало, что теперь, когда она встала у него на пути, Кребс собирался остановиться и отступить.

Когда он понял, что переубедить волшебницу не сможет, то начал действовать. Беда обоих его спутников заключалась в том, что они в первую очередь обращали внимание на СВТ, висевшую на ремне за плечом бывшего обер-фельдфебеля. Вот только он и не собирался браться за винтовку здесь, в закрытом помещении. Наивные пони совершенно выкинули из своих глазастых голов тот факт, что у человека имелось и еще кое-что огнестрельное.

За пазухой у Руперта покоился старый добрый «Люгер», который он выменял еще в Бресте. Этот пистолет он в Эквестрии не светил, так что, вполне возможно, что о его наличии никто вообще не догадывался. В левом же кармане брюк у него лежал «Наган», предоставленный когда-то Ховальдтом. Про этот револьвер знала его новая покровительница, которая даже выдала к нему магический артефакт, который представлял собой аналог глушителя.

Старлайт в какой-то момент что-то все же почувствовала. Но наивная единорог сначала не поверила своим ощущениям, потом попалась на трюк с зеванием. А следом она, как несмышленая девочка, обернулась, когда Кребс удивленно и испуганно вытаращился на стену у нее за спиной. Чтобы понять, что там никого нет, ей хватило бы и пары секунд. Но этого времени бывший обер-фельдфебель ей не дал.

Правой рукой он выхватил P-08, левой — русский револьвер. Нет, стрелять по-македонски человек не собирался. На спусковой крючок нажал только его левый указательный палец. Артефакт-глушитель сработал надежно. Хлопок выстрела был едва слышен.

Глупый гвардеец, так и не успев ничего понять, упал на пол, выронив свой кристалл. Единорог же получила тяжелой рукояткой «Люгера» по затылку. Ударил Кребс хорошо. Точно под основание гривы. Так, чтобы волосы не смягчили удар.

В итоге, все прошло так, как и задумывал человек. Волшебница без чувств рухнула на пол.

Подойдя к крылатой тушке в доспехах, Руперт пнул ее ногой, услышав слабый стон. Он уже давно научился не оставлять за спиной подранков. Поэтому, направив ствол «Нагана» в глазной вырез шлема стражника, произвел контрольный выстрел, закончив страдания непутевого гвардейца. Развернувшись ко второй тушке, бывший обер-фельдфебель навел ствол с глушителем на нее.

И не стал нажимать на спуск.

Слишком мало в этом мире адекватных аборигенов, чтобы он стал уменьшать их число! Пусть живет! Вместо выстрела, человек наклонился и убедился, что единорог находится в глубокой отключке.

Распрямившись, он вытер рукоять пистолета и вернул его за пазуху. Потом Руперт подошел к гвардейцу, нагнулся и забрал кристалл, который тот должен был активировать по замыслу Луны. Вот пускай теперь эта стерва подавится злобой, когда ее план в очередной раз потерпит крах!

Вынув из кармана свой гораздо более мелкий кристалл, также полученный от покровительницы, Кребс активировал его. Ничего вокруг не изменилось, но он не удивился. Сейчас был просто подан сигнал.

Через полминуты комнату осветила вспышка телепорта. Им прибыли два человека. Один из них был одет в расстегнутую советскую шинель старого образца с пустыми петлицами на отворотах воротника. Одной правой рукой он держал винтовку Мосина с примкнутым штыком, который был покрыт какими-то тускло светящимися символами. В левой руке стрелок сжимал большой кристалл. Похоже, транспортный артефакт.

Бывший обер-фельдфебель только хмыкнул, оценив необычный хват оружия. Держа винтовку так, этот солдат не сможет сделать больше одного выстрела. Ведь для перезарядки ему, как минимум, потребуется свободной вторая рука. Хотя, если у него такой артефакт, то он вполне может организовать все так, что второй выстрел и не потребуется…

Второй гость держал стрелка с винтовкой за левый локоть. Свободной левой рукой он сжимал «Наган». Кроме револьвера, он был вооружен очень старым советским пистолетом-пулеметом, сейчас висевшим на ремне. Похоже, это был один из первых их серийных образцов. Оружие выглядело весьма непрезентабельно. Металлические части, затертые до блеска, почти лишились воронения, а деревянный приклад — лака. Но не это привлекло внимание Руперта. Посмотрев на лицо второго прибывшего, он сразу его узнал. Они уже виделись в прошлом.

— Ну, здравствуй, Роман, — усмехнувшись, поприветствовал высокого белобрысого парня Руперт. — Теперь я понимаю, на кого ты работал уже тогда, когда допрашивал меня в старом Кантерлотском замке.

— А, Ост Фронт! — ухмыльнувшись, поприветствовал его Елецкий, тоже вспомнив их давнюю беседу. — Что тут у тебя происходит? Зачем сигналил? А это что такое?! Что ты здесь устроил?! — он оглядел гвардейца, под которым уже собралась лужа крови, и лежащую в шаге от него волшебницу.

— Пришлось немножко напачкать, — констатировал факт Кребс.

— Проклятье! Старлайт! — белобрысый склонился над единорогом и проверил ее пульс. — Уф. Жива! — успокоено выдохнул он.

— Волшебница прилегла отдохнуть, — пояснил Руперт. — Просто, она никак не хотела отдавать мне вот это! — он показал гостям изъятый у гвардейца кристалл. — Подавитель! Луна собиралась использовать его против его же создательницы.

— Радуйся, что не убил ее! — поднявшись, произнес Елецкий.

— А то что бы ты мне сделал? — ухмыльнулся Кребс.

— Ну, вы еще подеритесь тут! — пробурчал так и не представившийся солдат в шинели. — Не стой столбом, Рома! Ничего с твоей креатурой не случится! Полежит и очнется. А нам пора! Если Луна начала действовать, то я должен быть не здесь, а в прикрытии!

— Идем! — кивнул Роман. — Руку! — он одной рукой взялся за локоть спутника, другую протянул Руперту.

Тот сжал ее и через секунду почувствовал применение телепортационных чар. А еще через миг оказался в другом помещении.

— Все! Я полетел! — заявил обладатель транспортного артефакта. — Нужно Шелест и Никулина прикрыть!

Произнеся это, он исчез в новой вспышке телепорта.

— Слушай, ты не злись на меня, — примирительно сказал Елецкий.

— Чего это ты так из-за нее взъелся-то? — удивился Кребс.

— Были у меня кое-какие планы относительно этой волшебницы, — уклончиво ответил русский. — Но, забыли. Жива осталась. И хорошо. Хотя, честно говоря, я удивлен, что ты ее пощадил.

— Да я и сам от себя не ожидал, — хмыкнул Руперт. — Жалко мне ее вдруг стало. Вроде, до этого общались нормально, в рамках экспедиции взаимодействовали. Это тут ее что-то накрыло общей глупостью, что она в план Луны этой ввязалась…

— Значит, и тебе ничто человеческое не чуждо, — усмехнулся Роман. — Ладно. Пойдем, устрою тебя. После такого поворота тебе лучше не попадаться на глаза Луне, Твайлайт и остальным.

— Вот уж по кому я не буду скучать! — заявил Кребс и направился вслед за своим новым спутником.

Вскоре они оказались в помещении, обставленном человеческой мебелью. Елецкий вольготно расположился в кресле, устроив рядом свой пистолет-пулемет. Кребс тоже, не дожидаясь приглашения, уселся.

— Похоже, затевается что-то серьезное, — вертя в руках подавитель, произнес он. — Вон, и товарищ твой умчался. А мы сидим здесь, как ни в чем не бывало.

— Кеша как был трудоголиком, так и остался, — хмыкнул Роман. — Приказ для него — все. А вот ты, похоже, не постеснялся нарушить указание своей прошлой командующей.

— Это кого это? — прищурившись, поинтересовался бывший обер-фельдфебель. — Старлайт? При всей к ней приязни, я не назову ее командиром. И ее поручение было просьбой, не приказом! Или ты про Твайлайт? О! Такого командира никому не пожелаю.

— А Луна? — хитро усмехнувшись, поинтересовался старшина.

— Шутишь? — недовольно посмотрев на собеседника, выдал Кребс. — Эту тварь я ненавижу! Именно она окунула меня в этот чан с дерьмом, из которого я, надеюсь, все же выбрался! Но сейчас я с ней поквитался!

— Не сомневаюсь! — кивнул Елецкий. — Весь замысел принцессы ночи мне, ясное дело, не доступен. Но, несомненно, она возлагает большие надежды на использование подавителя. Но не думаешь ли ты, что она, увидев вместо готового к использованию козыря два бездыханных тела, придет в ярость и совершит что-то такое, чего не собиралась?

— О! Я надеюсь, что она сполна насладится моментом! — оскалившись, улыбнулся Руперт. — Что бы она ни готовила, какую бы операцию ни разрабатывала, теперь все пойдет прахом! Это моя маленькая месть за большие обиды!

— А не думаешь ли ты, что при таком развитии событий пострадает и твоя новая госпожа? — безразличным тоном поинтересовался Роман.

— Она не выглядит беззащитной, — заметил бывший обер-фельдфебель. — И она гораздо больше, чем та же Луна, походит на того, кто контролирует всю обстановку вокруг себя.

— Вот только и у нее есть слабости, — усмехнулся русский. — Например, она очень привязана к своему первому во многом неудачному эксперименту с аликорнами. И в решающий момент может дать слабину.

— Тебя это, похоже, не слишком тревожит! — заметил Кребс. — Ты, вроде как, тоже ей служишь. И, притом, очень давно. Но не спешишь предупредить начальницу.

— Ну, я же только рассуждаю, — пожав плечами, констатировал Елецкий. — Мы же пока даже не оценили вероятность, с которой все пойдет именно так, а не иначе. К слову, а скажи мне вот что! Почему ты так легко встал на сторону Шелест?

— А ты почему? — вопросом на вопрос ответил Руперт, который не собирался вот так сразу изливать душу этому бывшему красному.

— А у меня был выбор? — усмехнулся старшина. — Это к тебе она вышла спокойная и уверенная и в себе, и в тебе. А знаешь, при каких обстоятельствах ее впервые встретил я?

— Ну? — буркнул бывший обер-фельдфебель.

— В тот момент никто из нас еще до конца не понимал, где мы оказались… — начал Елецкий. — Мы сидели на болоте, выходя в большой мир только быстрыми набегами. Я в тот момент был основным разведчиком. И то, побывать довелось только в ближайшей к болоту деревушке земных пони. И, кроме того, рядом с ней мы устроили погром ватаге единорогов и пегасов. Так что к рогатым и крылатым я относился с предубеждением. Надо сказать, что мы, хоть и ходили привычной уже дорогой, но соблюдали все меры предосторожности. Ведь все вокруг продолжало оставаться непонятным.

— И тут на вас из-за болотной кочки выпрыгнула эта зубастая тварь! — хмыкнул Кребс. — Представляю, как это выглядело.

— Выпрыгнула? — усмехнулся Роман. — Нет. Я бы не сказал. Шелест вышла из невидимости в десятке шагов впереди нас. Она притащила с собой большое кресло и с царственным видом восседала на нем, как на троне, посреди тропинки, смотря на нас, как на каких-то тараканов. Большая, белая, ухмыляющаяся во все зубы, облаченная в свои позолоченные церемониальные доспехи и в короне. И явно очень опасная. Так что мы с Кешей тут же взяли ее на прицел. Но я понял, что стрелять не стоит.

— Это ты верно сообразил, — кивнул Руперт. — Даже эта фиолетовая сопля, Твайлайт выдержала обстрел из двух стволов. А уж та на порядок сильнее.

— Да, она выглядела… Убедительно, — согласился русский. — А потом она заговорила. О, сколько в ее голосе было надменности, чувства собственного достоинства и ощущения превосходства… Но при этом говорила она о другом. О том, что было бы выгодно и ей, и нам. Я в тот момент понял, что мы встретили кого-то, кто сможет объяснить нам, что же все-таки с нами произошло. А еще круто изменит нашу жизнь. И не ошибся. Так что выбора у меня не было. Как и ни у кого из нас. Да, я мог в тот момент открыть огонь. И, может быть, даже ранил бы ее. Ведь герцогиня на тот момент не представляла, какой скорострельностью обладает находившийся у меня в руках ППД-34/38. Но, кто бы тогда ни победил, сейчас бы я с тобой не разговаривал.

— Да. Вечная жизнь — это весомая награда, ради которой можно пойти на многое, — заключил бывший обер-фельдфебель. — Она мне уже продемонстрировала свои возможности. Знаешь, это ни с чем не сравнимо… Видеть, как с твоей кожи пропадают шрамы! Чувствовать, как перестают болеть старые раны!

— У тебя их, должно быть, было порядочно, — с некоторым сочувствием произнес Елецкий.

— Да уж, накопил коллекцию за все годы войны, — усмехнулся Кребс. — Но вот с чем мне не жаль было расставаться, так это с болячками!

— И все же. Неужели только из-за этого ты так легко перешел на ее сторону? — спросил Роман.

— Я не переходил на ее сторону! — заявил немец. — Чтобы перейти под ее знамена, я до этого уже должен был быть на чьей-то еще стороне. Но с момента, как оказался в этом мире, я работал исключительно сам на себя! Так что я не перешел на ее сторону, я просто встал на вашу часть доски. А до этого стоял на нейтральном поле.

— Луна и Твайлайт, наверное, удивились бы, если бы услышали тебя, — хохотнул старшина.

— Принцесса ночи знала о моем к ней отношении. Эта стерва проницательна, — ответил бывший обер-фельдфебель. — Вот только она слишком презрительно относилась ко мне. Поэтому и не придала значения моему отношению к ней. А Твайлайт… Эта заучка, по какому-то недоразумению получившая титул, слишком привыкла судить всех по себе. Так что жизнь ее еще не раз удивит. А что касается причин, — он ненадолго замолчал, призадумавшись. — Герцогиня не особо-то и отличается от Луны. Такая же интриганка, только стаж у нее побольше. Но знаешь, чем она меня подкупила?

— Ну-ка, поделись, — заинтересовался Елецкий.

— Что говорили мне Луна и Ховальдт? — спросил Руперт, но тут же сам и ответил на вопрос. — Они с самого начала дали мне понять, что я им в целом не нужен. Что они не примут меня за равного, что они не посвятят меня в свои планы. Я, в принципе, готов был с этим мириться. Если бы не презрительное отношение принцессы ночи. Она меня и в грош не ставила, швыряла, куда ей вздумается. Помыкала, использовала в своих интригах, а потом делала из меня же виноватого! Но ничего, я ей отомстил! — он удовлетворенно посмотрел на собеседника. — Идем дальше. Там появилась Твайлайт, забравшая меня у Луны. Каков был основной мотив нашего общения? Она меня жалела! Представляешь?! В ее понимании я — лжец, убийца, злодей! Она, разумеется, так не говорила, но подразумевала. Ты плохой, но мы тебя исправим! Вот только она даже не спрашивала, надо ли мне это!

— А оно тебе надо? — захихикал Роман.

— Ни в ее жалости, ни в ее помощи я не нуждаюсь! — заявил Кребс. — Я самодостаточен, в отличие от той же Старлайт! Я не собираюсь вечно рефлексировать по поводу своих прошлых грехов. Да, я много чего совершил! Но я делал так, потому что я четко был уверен, что так надо! И я не собираюсь извиняться за каждого убитого мной врага! Ведь это были враги! И уж точно я не собирался принимать эту их пацифистскую философию! Да, я таков! Меняться поздно!

— И, тем не менее, — отметил старшина. — Твайлайт была уверена, что ты встал на путь исправления.

— Конечно! — хмыкнул бывший обер-фельдфебель. — Нужно было сформировать у нее нужное представление, чтобы она отстала от меня. Хотя бы на время. Но все равно я понимал, что рано или поздно эта принцессочка захочет взяться за меня всерьез. Она не готова была принять меня таким, каков я есть. И вот теперь я перескажу, как повела себя со мной герцогиня, — он ухмыльнулся.

— Ну, и что же сказала Ее Светлость? — поинтересовался Елецкий.

— Она сказала: «Ты — убийца. Ты полжизни либо воевал, разрушал и убивал, либо готовился воевать, разрушать и убивать!» А потом, — немец широко улыбнулся. — Она добавила: «Мне как раз скоро понадобятся и тайный убийца, и официальный палач!» — после этого он расхохотался.

— Да, — кивнул Роман. — Это был ожидаемый ход с ее стороны…


К этой операции Луна подготовилась на высшем уровне. Казалось, она предусмотрела все, привлекла все силы, что могли понадобиться, продумала все варианты развития событий, учла все прошлые ошибки.

Да, она умела учиться на ошибках! Поэтому аликорн тщательно проанализировала два своих предыдущих столкновения с людьми и сделала некоторые выводы. Например, она создала себе новый комплект доспехов. Принцессе ночи довелось пережить попадание пули с частичным пробитием брони. При этом она хорошо запомнила, что вторая пуля, ушедшая в рикошет, доставила гораздо меньше проблем. Она тщательно изучила оба своих наголенника. И все детали новых лат разработала с учетом увеличения шанса рикошета. Из-за этого доспехи получались некрасивыми, какими-то угловатыми. Но Луна готова была смириться с этим. Приоритетом была защищенность.

Также она учла и замечание сестры про большие глазные вырезы на шлеме. Нет, она не сделала глухое ведро для головы с небольшими прорезями для глаз. Принцесса ночи не собиралась так ограничивать свой обзор. Внешне ее шлем почти не изменился. Но аликорн добавила перед глазными вырезами два постоянных силовых поля максимальной мощности. Они подпитывались от независимого источника и могли оставаться в активном состоянии даже в условиях полного отсутствия магического поля.

Луна добавила в шлем также артефакт, отслеживавший состав воздуха вокруг. Она больше не собиралась позволять травить себя слезоточивым газом.

Вот в защите ушей принцесса ночи ничего менять не стала. Ее органы слуха должны были двигаться свободно, иначе она ощущала себя некомфортно.

Максимально обезопасив себя, она позаботилась и о подчиненных. И ее гвардейцы, и участвующие в операции люди Меркулова получили по артефакту, который мог отразить одну сильную магическую атаку или парочку атак средней силы. Кроме того, всем своим гвардейцам она раздала зачарованное оружие. Люди, вооруженные автоматическим огнестрельным оружием, такого не получили. Но им и не требовалось. Их пистолеты-пулеметы и так могли стать решающим козырем в условиях отсутствия магического поля.

Да, принцесса ночи собиралась поймать Шелест в ее же ловушку.

Но для этого нужно было застать герцогиню, создавшую в Эквестрии целую тайную сеть, врасплох. Впрочем, темно-синяя аликорн уже сделала все, чтобы это осуществить. На этом этапе ей должна была помочь Твайлайт. Сама того не подозревая.

Да, Луне совсем не нравилось действовать таким образом. Но выхода не было. Фиолетовая аликорн последнее время считала себя на нее обиженной и совсем не хотела идти на сотрудничество. В другое время принцесса ночи, конечно, постаралась бы разрешить эту ситуацию и помириться с Твайлайт. Но сейчас у нее не было времени. Кроме того, она не была уверена, что даже прежняя наивная принцесса дружбы согласилась бы помочь ей.

Поэтому она совершила не самый свой честный поступок. Темно-синяя аликорн пригласила к себе свою младшую коллегу. И, когда та зашла в ее кабинет вместе с Рэрити, с помощью артефакта собственной разработки поставила на Твайлайт метку. Пространственный маячок. Чары были настолько тонкими и на первый взгляд незначительными, что младшая принцесса ничего не заметила.

И очень скоро Луна, отслеживавшая теперь положение принцессы дружбы, почувствовала, что та куда-то резко переместилась. Куда-то под основание Кантерлота. Куда же? Конечно, в защищенные от телепортации катакомбы, где расположились ее враги! Наивная Твайлайт доверилась этим существам и при этом не верила ей, Луне! Но принцесса ночи собиралась использовать этот факт к своей выгоде.

Все задействованные в операции силы были приведены в полную готовность. Инструктаж был проведен заранее, все знали свое место и свою задачу. Теперь оставалось только дождаться нужного момента.

Аликорн, имея внушительный отряд, предусмотрела тот факт, что операция будет проходить в стесненных условиях катакомб. Поэтому она отслеживала еще и количество свободного пространства вокруг Твайлайт и ждала, пока та окажется в помещении подходящего размера. А уж в том, что в тот момент рядом будут находиться Шелест или Никулин, она не сомневалась. И вот, все было готово. Луна активировала заклинание.

Это помещение было защищено от телепортации извне. Но принцесса ночи была к этому готова. Потратив немало энергии, она, тем не менее, пробила защиту почти мгновенно. И вот, темно-синяя аликорн в окружении своих гвардейцев и людей оказалась там, где было нужно. Она удовлетворенно улыбнулась, увидев рядом с Твайлайт и Рэрити старшего майора Никулина, которого сразу же узнала по фотографии из его досье.

А вот две других их спутницы на миг удивили, казалось, готовую ко всему принцессу ночи. Между ней и бывшим подчиненным Меркулова стояла леди Флай. Та самая легкомысленная дворянка, что последнее время постоянно попадалась ей на глаза во дворце и даже один раз приходила в ее кабинет. Неужели Ховальдт был прав относительно нее?! Выходило, что именно так. Иначе она не оказалась бы здесь в компании дух носительниц Элементов, старшего майора госбезопасности и… белой аликорна.

Луна имела описание внешности Шелест, полученное от инженера Тинькова. Но все равно она на долю секунды опешила, увидев ее воочию. Герцогиня выглядела так, как если бы Найтмер Мун, ее собственную темную ипостась кто-то попытался бы наложить на… Селестию. Возможно, она специально и приняла этот вид, чтобы при случае произвести именно такое ошеломляющее впечатление и выиграть время. В любом случае, сейчас был не тот момент, чтобы с этим разбираться. Нужно было действовать!

Темно-синяя аликорн помнила упрек старшей сестры, когда та сказала, что Луна оба раза первой бросалась в атаку, даже не попытавшись решить дело словами. Что же… Сейчас сила была на ее стороне. Можно было и поговорить.

Шелест, казалось, единственная из стоявшей в окружении пятерки сохранила спокойствие. И она уверенно и даже немного надменно ответила Луне. Принцесса ночи вздрогнула, услышав этот голос. Он был так похож на голос ее сестры! Еще одна уловка, призванная сбить ее с толку? Судя по всему, да…

Герцогиня предсказуемо отказалась мирно сдаться. Но у темно-синей аликорна, уже приготовившей целый веер сложных заклинаний, был еще один козырь, который мог помочь ей решить дело без боя. Подавитель. Увидев настрой соперницы, до странности спокойный и даже пренебрежительный для ее положения, принцесса ночи послала команду Старлайт. Через положенное время вспышка телепорта возвестила о прибытии группы с подавителем, который в этот раз должен был быть обращен против своей создательницы.

Вот только то, что Луна увидела, заставило ее на долю секунды замереть. Старлайт и ее гвардеец лежали на полу неподвижно, а под ними уже собралась изрядная лужа крови. Кребса вообще не было с ними. Как и подавителя!

Неужели ее переиграли?! Вот, почему проклятая Шелест вела себя так спокойно! Значит, сейчас герцогиня ударит, пользуясь секундным замешательством противницы!

Но темно-синяя аликорн не собиралась давать белой такого шанса. Атакующие заклинания уже были приготовлены. При этом Луна учла, что в пределах их досягаемости могут оказаться Твайлайт и Рэрити. Поэтому в каждую структуру был вплетен контур, исключавший носительниц Элементов из объектов атаки. Все остальные объявлялись врагами. Хотя они ими и являлись!

Начав атаку, принцесса ночи успела заметить, как выступившая вперед темно-зеленая единорог в шикарном платье активировала целый защитный комплекс артефактов, остановивший чары. Луна, приложив дополнительные усилия, легко могла бы справиться с этой защитой. Вот только ей резко стало не до того.

Еще одна вспышка телепорта сверкнула совсем рядом. Принцесса ночи никого больше не ждала, а значит, это прибыл враг! Развернувшись к новому противнику, она активировала щит на полную мощность, готовясь отразить любую атаку.

За доли секунды аликорн успела осмотреть нового соперника. Это был человек в длинной шинели, которого она тут же узнала. Это именно он выстрелил в нее дротиком, когда она первый раз пыталась схватить его сородичей. Тогда он склонился над засыпавшей принцессой ночи, но глаза ее еще были открыты, и она запомнила его лицо. Не так хорошо, чтобы создать мыслеобраз для НКГБ, но достаточно для того, чтобы сейчас его узнать. В правой руке слуга Шелест держал винтовку. И уже через миг Луна увидела прямо перед своим лицом примкнутый к ней тонкий игольчатый штык, который, светясь, прошел через ее щит, как нож сквозь масло.

Судя по тому, что она видела весь штык, а не его переднюю проекцию, ствол винтовки все еще был направлен не совсем ей в лицо, а чуть-чуть в сторону и куда-то вверх. Вот только скорость, с которой человек направил оружие на нее, почти не оставляла ей шансов на какую-либо контратаку…

Через долю секунды аликорн испытала ощущение, как будто бы ей по голове со всего размаху врезали боевым молотом. Она одновременно ослепла и оглохла, теряя координацию и ориентацию в пространстве. Голова заболела так, что принцесса ночи вынуждена была опуститься на пол.

И, тем не менее, боль говорила о том, что она жива. Что же произошло? Стрелок промахнулся?

Сколько прошло времени, Луна не знала. Ей было плохо. Глаза и уши нещадно болели, передавая эту боль, казалось, напрямую в мозг. И из-за этого же она не могла сосредоточиться, чтобы применить на себе исцеляющую магию. К счастью, ее гвардейцы в этой операции были представлены не только пегасами. Пара единорогов тоже присутствовала, как раз для оказания первой помощи.

В какой-то момент аликорн поняла, что ей стало немного лучше. Зрение все еще не восстановилось, но она начала что-то слышать. Правда, пока только одним правым ухом.

— Ваше Высочество! Принцесса! — звук чужого голоса, будто звон колокола, разнесся по ее черепной коробке, вызвав новую вспышку боли.

— Не кричи у нее над ухом, идиот! — гораздо тише, но с повелительными нотками произнес кто-то еще. — У нее явно контузия. Ей сейчас любой звук, как выстрел из пушки. А ты орешь. Положите ее на бок! — продолжил распоряжаться неизвестный командир. — А ты наколдуй сюда что-нибудь холодное и приложи ей к голове!

— Кто распоряжается? — выдавила из себя аликорн, надеясь, что хотя бы ее голос звучит нормально. — Доложите обстановку! Где Шелест?

— Капитан Улыбкин, — хмуро произнесли в ответ. — Подозреваемым удалось уйти телепортом. Преследование невозможно. Данное помещение полностью под нашим контролем.

— Полусотник Фенс, — добавил второй голос, принадлежавший старшему ее гвардейцев. — Простите, Ваше Высочество! Но никто ничего не успел предпринять. Все произошло слишком быстро…

— Помогите мне встать! — пытаясь сосредоточиться на самоисцелении, приказала принцесса ночи.

— Лежите, Ваше Высочество! — произнес голос старшего офицера людей. — У вас контузия. Ваше участие в этой операции закончено! О, наконец-то, — добавил он, судя по всему, кому-то другому. — Приложи ей к голове!

Тут же аликорн почувствовала, как ее лба коснулось что-то холодное. Вопреки ее ожиданиям, это, похоже, помогло. Она смогла скастовать лечебное заклинание. И, видимо, к ее магии присоединился еще и кто-то из единорогов.

— Почему же тогда он промахнулся? — поинтересовалась Луна, наконец, начав восстанавливать зрение.

— Он не промахнулся! — ответил капитан. — С такого расстояния это невозможно. Этот человек стрелял в сторону! В его задачу, совершенно очевидно, не входила ваша ликвидация. Только отвлечение внимания от главной нашей цели…

— Как и в прошлый раз… — прошипела принцесса ночи, вспомнив свой предыдущий бой в катакомбах. И неизвестного, стрелявшего ей из винтовки зачарованными пулями исключительно по ногам.

Наконец, она смогла скастовать заклинание высшего исцеления, приводя себя в порядок, и, открыв глаза, оценила обстановку. Офицеры находились возле нее, как и единороги-целители. Остальные бойцы распределились по помещению, контролируя все входы и выходы. Луна удостоверилась, что снова способна нормально видеть, слышать и использовать магию, и поднялась на ноги.

— Сколько прошло времени? — спросила принцесса ночи, поднимая с пола свой шлем, который, похоже, был снят для оказания ей помощи.

— Две с половиной минуты с момента выстрела, — доложил, посмотрев на часы, человек.

— Капитан, полусотник, готовьте своих бойцов! — громко скомандовала аликорн. — Мы не отпустим противника так просто!

— Не слишком ли неосмотрительно бросаться в преследование после того, что произошло? — заметил старший гвардеец.

— Я полностью согласен с полусотником! — нахмурившись, поддержал его Улыбкин.

— Выполняйте приказ! — притопнув ногой, произнесла Луна. — Противники уже использовали свои козыри. Они думают, что у меня больше нечем их удивить, но это не так!

Через полминуты отряд был готов к телепортации. Проверив метку и определив, что Твайлайт в подходящем помещении, принцесса ночи скастовала транспортное заклинание.


Нарком госбезопасности, вернувшись в свой кабинет, приказал вызвать к нему главного следователя.

— Вот, значит, как заговорил Лаврентий Павлович, — усмехнулся Влодзимирский, ознакомившись со стенограммой прошедшей беседы своего шефа и наркома внутренних дел. — Он, выходит, и не собирался списывать нас в утиль. Просто хотел провести рокировку. Ну-ну!

— Хотелось бы мне верить, что он говорит правду, — вздохнул Меркулов.

— Он бы так не говорил, если бы не лежал чуть живой в нашем ведомственном госпитале, — продолжил главный следователь. — Но история не знает сослагательного наклонения. А ссориться с Берией нам в любом случае ни к чему!

— Я и не собираюсь с ним ссориться, — заявил глава НКГБ. — Что бы он там ни говорил. И я продолжу настаивать, чтобы он остался на своем посту в НКВД. Там он находится на своем месте. А если он не будет больше рваться наверх, то это будет отлично.

— Не будет? — усмехнулся генерал-лейтенант. — Дорогой Лаврентий Павлович не такой человек.

— Он чудом жив остался, — заметил Всеволод. — И прекрасно понимает, что вся эта ситуация произошла во многом из-за его непомерных амбиций. Он умный человек. И просто обязан сделать выводы и учесть ошибки.

— В конце концов, у тебя теперь есть больше возможностей на него повлиять, — кивнул, соглашаясь, Влодзимирский. — Но если перейти к другой части стенограммы, то меня настораживает сделанное им предсказание. Похоже, мы можем потерять налаженные связи в Эквестрии…

— Я отправил предупреждение Деканозову, — ответил Меркулов. — Главное, чтобы оно не опоздало. Но что у нас по остальным делам?

— Я тут с удовольствием поработал с парочкой бывших подчиненных Абакумова, — усмехнулся главный следователь. — Они много интересного рассказали. Всплыла даже одна очень занимательная история. О том, как у главы СМЕРШ оказался терминатор.

— То устройство, что нарушило работу большого портала? — уточнил глава ГБ.

— Верно, — кинул генерал-лейтенант. — Так вот. Один из заместителей Абакумова получил это устройство от своей агентуры из Восточной Европы. Они, якобы, обнаружили его в американской зоне оккупации.

— И что, янки просто так его отдали? — удивился Меркулов. — Вот уж во что я не поверю!

— Дело в том, что обычный для таких ситуаций отчет в этот раз отсутствовал, — доложил заместитель наркома. — То есть агентура, фактически, не доложила, где и как она раздобыла этот предмет. Указывались только его свойства, которые, якобы, были получены при изучении документов «Аненербе», которые очень некстати оказались утрачены.

— Или очень кстати, — добавил Всеволод.

— Вот именно! — скривился Влодзимирский. — Прибавляем сюда тот факт, что агенты вообще не должны были что-то понять в этом описании, не зная о порталах. Тем не менее, они почему-то заинтересовались артефактом. Да так, что не постеснялись проявить опасную инициативу и выкрали его у союзников, переправив в Москву.

— Такое впечатление, что Абакумову этот предмет просто подсунули! — заключил нарком.

— К тем же выводам пришел Чернов, его заместитель, с которым я общался, — кивнул главный следователь. — Вот только он не стал их озвучивать шефу, просто предоставив ему захваченный артефакт, как свою личную заслугу.

— Как же это знакомо… — вздохнул Всеволод. — Когда же нам удастся изжить это?

— Думаю, не в наш век, — усмехнулся генерал-лейтенант. — Но по этой теме еще не все! Произошло все это примерно в одно время с допросами Ригеля британцами. Не одновременно, а чуть позже. И вот этого «чуть» как раз достаточно, чтобы обдумать историю, рассказанную немцем, сделать выводы и предпринять контрмеры…

— Думаешь, эти две нити могут вести в одну точку? — задумался Меркулов. — Тогда все намного хуже, чем мы думали…

— Вот именно, — подтвердил его опасения заместитель. — Я рискну предположить, что британцы не только не пренебрегли историей Ригеля, но и как-то смогли проверить ее правдивость. А потом по каким-то косвенным признакам связали эту историю с тем, что происходило тогда под Рославлем.

— Значит, и немцев этих они нам могли банально подсунуть, — добавил Всеволод. — Чтобы посмотреть, заинтересуемся ли мы. И мы, черт побери, заинтересовались…

— Я попытался еще раз раскрутить эту историю с побегом Ригеля, — сообщил Лев Валерьянович. — Если это постановка, то мастерски организованная. Кто-то не поскупился даже на человеческие жертвы среди своих подчиненных. Вот только к этому организатору подобраться не удалось. Живых свидетелей нет.

— Ясно… — произнес глава ГБ. — Тогда остается надеяться, что у Луны в Эквестрии все будет в порядке. Те, кто нам противостоит, явно не учитывают ее паранормальные способности. Она уже использовала сон Ригеля один раз. Если у нее будет шанс добыть хоть какие-то крохи информации, то я готов буду предоставить ей полную свободу действий в экспериментах с этим немцем.

— Снова окажемся у нее в долгу, — заметил Влодзимирский.

— Плевать! — отрезал нарком. — Информация о другом мире не должна была покинуть границ Союза! Если это все-таки произошло, то мы должны уничтожить всех тех буржуев, кто узнал слишком много. Иначе, ради такого приза, как Эквестрия, они уничтожат нас…


Твайлайт не успела осознать, что только что произошло. После того, как их неожиданно окружили гвардейцы Луны и приданные ей же сотрудники НКГБ, она, откровенно говоря, растерялась. Голова у принцессы дружбы была заполнена совершенно другими вещами. Поэтому она не успела решить, как же ей реагировать. А потом за нее все решили другие…

Новое помещение, где они оказались, было очень большим для подземных катакомб. Наверное, в половину поля, на котором играли в так любимый Михаилом футбол. И оно было почти пустым. Только в одном месте была навалена большая гора какого-то хлама. С удивлением фиолетовая аликорн заметила сидящего на вершине этой кучи Мастюкова. Младший лейтенант был одет в свой мешковатый черный комбинезон, а в руках держал початую бутылку вина.

— Знатно вас приложило! — заявил он и гнусно заржал. Отсмеявшись, танкист с удовольствием приложился к бутылке. Пил он прямо из горлышка.

— Что ты натворил?! — не обратила внимания на младшего лейтенанта Шелест. Через секунду она телекинезом держала за отвороты шинели появившегося одновременно с ними человека с винтовкой. — Я же приказывала не причинять ей непоправимого вреда! Ты же знаешь, сколько я в нее вложила и как она мне дорога!

— Ничего ей не будет! — поспешно заявил солдат. Присмотревшись, фиолетовая аликорн легко опознала его. Это был красноармеец Филипповских. — Ваш приказ выполнен в точности! Я выстрелил не в нее, а в сторону! Но срез ствола был прямо перед ее лицом. Сделано это из расчета ослепить ее вспышкой и оглушить. Уши-то она инстинктивно вперед развернула! Как раз к стволу. Нужно же было сбить ей концентрацию, чтобы вы могли отступить!

— Проклятье… — отпустив подчиненного, герцогиня с видимым облегчением выдохнула. — У меня не было времени это понять…

— Флай нужно помочь, — тем временем, заключил старший майор, склонившись над бессознательной подчиненной.

Твайлайт тоже посмотрела на дворянку. Вот уж чего она не ожидала, так это того, что увидит перевертыша! Теперь она поняла некоторые слова, вскользь брошенные Флай. Капитан же ей прямо намекала на свою истинную суть еще несколько дней назад, а она, погруженная в свои думы, и не догадалась…

Также теперь аликорн поняла, зачем леди носила на себе такое количество украшений, хотя говорила, что сама не в восторге от этого. Все эти самоцветы, оказывается, тоже являлись артефактами. По отдельности каждый камень не воспринимался, как что-то опасное. Да и ношение всех этих ювелирных изделий богатой дворянкой всеми воспринималось, как что-то само собой разумеющееся. Принцесса дружбы и сама попалась на эту уловку. Тем не менее, в совокупности все эти украшения, оказывается, составляли могучий артефактный защитный комплекс, который, как выяснилось, был способен выдержать магическую атаку аликорна, что только что и продемонстрировал.

Выглядела чейнджлинг, однако, неважно. Камни-артефакты были по большей части разрушены перегрузкой. Платье ее превратилось в лохмотья. А сама капитан госбезопасности пребывала в бессознательном состоянии. Коснувшись ее заклинанием, фиолетовая аликорн убедилась, что, несмотря на внешний вид, никаких критических повреждений перевертыш не имела. Правда, не так уж хорошо она знала физиологию чейнджлингов.

— Кто это вас так отделал? — отхлебнув еще раз, поинтересовался Мастюков.

— Откуда у тебя опять бутылка? — распрямившись и переведя взгляд на него, недовольно поинтересовался Никулин. — Как ты ее достал? Где твои помощники?

— Уметь надо! — ухмыльнулся младший лейтенант. — А эти черные дырявые внутри сидят. Не волнуйся, им я не наливал.

— Тебе было приказано находиться на позиции в состоянии полной готовности! — сдерживаясь, произнес старший майор.

— А я на позиции, — весело заявил явно очень довольный собой танкист. — И готовность у меня тоже полная! — он сделал еще глоток и с вызовом посмотрел на старшего человека. — Настолько полная, что на вас на всех хватит!

— Сюда телепортируются! — внезапно предупредила всех Шелест. — Как она идет по следу? — герцогиня оглядела всех спутников, в том числе и Твайлайт. — На тебе маячок! — прошипела она. — Как это понимать?

— Я не знаю… — только и сумела вымолвить принцесса дружбы.

Продолжить оправдание она не смогла, так как в этот момент в помещении, сопровождаемая треском пробоя защиты, снова появилась Луна со своим отрядом.

— Эх! Гробы подорожают! — обрадованно заявил Мастюков, оторвавшись от бутылки, которую, похоже, почти допил. Тут же он, размахнувшись, бросил сосуд, и тот разбился вдребезги у ног герцогини. Сам же младший лейтенант вдруг подобрался и одним ловким движением спрятался куда-то вглубь кучи хлама, на которой только что восседал.

— Ты думала, что сможешь так легко уйти от меня? — угрюмо произнесла Луна, уставившись на Шелест.

— Рада видеть тебя живой и здоровой, — ответила та. Причем, судя по интонации, белая аликорн сказала правду.

— Наши основные козыри отыграны! — продолжила принцесса ночи. Ее подчиненные, тем временем, распределялись, беря группу герцогини в кольцо. Огнестрельное оружие людей было направлено на Шелест, как на самую, по их мнению, опасную персону. Клинки гвардейцев же нацеливались на Никулина и Филипповских. — А сил у меня, как ты уже могла убедиться, хватит. Сдавайся! И суд будет справедливым!

— Суд? — улыбнулась белая аликорн. — Ты собираешься судить меня? — она негромко рассмеялась. — Хотя, пожалуй, у тебя могли появиться некоторые соображения. Вот только мои козыри все еще при мне! — она улыбнулась, оскалив клыки. — Это не значит, что я хочу их использовать. Тем не менее, не стоит вынуждать меня к их применению. Еще раз предлагаю тебе разойтись сейчас и продолжить нашу беседу наедине!

— Нет! — коротко ответила Луна.

В этот же момент все звуки в помещении заглушили скрежет и последовавший за ним рокот, раздавшиеся из кучи хлама, на которую все уже перестали обращать внимание. Твайлайт посмотрела в ее сторону и обмерла. Никакой горы мусора в этом месте больше не было! Иллюзия пропала, показав то, что скрывалось под ней.

Трехбашенный танк прорыва стоял с заведенным двигателем, нацелив на Луну свои орудия. Над ним желтым светом мерцал купол защитного противомагического поля, интенсивность которого поразила принцессу дружбы.

Сейчас она отметила то, что не разглядела полгода назад в бункере. Время не пощадило боевую машину. Она не выглядела сломанной или разукомплектованной. Но вся ее броня пестрела выщерблинами, царапинами и еще какими-то подпаленными пятнами. Кое-где виднелись ржавые потеки. Поручень, венчавший башню, был в нескольких местах заметно погнут.

Вот только все эти внешние признаки усталости механизма, похоже, не сказались на его боевых возможностях. Орудие и три пулемета сейчас смотрели на принцессу ночи, прикрытые все еще прочной броней и магическим щитом. А на командирском месте танка, похоже, сидел Мастюков, который, как с ужасом поняла Твайлайт, не будет нарочно стрелять мимо, как это недавно сделал Филипповских…

— Этот антимагический щит не пробить даже аликорну, — неотрывно смотря на принцессу ночи, произнесла Шелест. — А его броне не страшно ваше оружие. Пожалуйста, не заставляй меня приказывать ему открыть огонь по твоим бойцам.

Луна ничего не ответила, переводя напряженный взгляд с танка на герцогиню.

Посмотрела на страшную машину и Твайлайт. И тут ей показалось, что она услышала странный хлопок изнутри. Стоявшая рядом Рэрити, похоже, тоже что-то уловила. Вот только за шумом двигателя обе они не поняли, что услышали. Но звук точно был. Вот! Он повторился! И еще раз! Правда, больше никто не обратил на него внимания.

Продолжая смотреть на танк, принцесса дружбы не знала, что ей делать. Как она может заставить двух аликорнов решить дело миром? Как она может сделать все так, чтобы эта машина смерти не открыла огонь?! Она должна срочно что-то придумать!

И вдруг в танке что-то изменилось! Его башня дернулась, а потом быстро, видимо, с максимальной угловой скоростью, на какую еще были способны приводы поворота, изменила свое положение. Фиолетовая аликорн непроизвольно задержала дыхание, когда орудие, чуть опустившись, уставилось на нее. Вернее, похоже, на всю их группу.

— Полагаешь, что твой приказ будет выполнен? — усмехнулась Луна. — Твайлайт, Рэрити! Отойдите подальше от ваших спутников!

— Мастюков! — произнес Никулин. — Что это значит?

Твайлайт, тем временем, подняла щит и накрыла им себя, все еще бесчувственную леди Флай и Рэрити. Вот только она совсем не была уверена, что ее чары выдержат попадание из орудия танка. Конечно, можно было попытаться телепортироваться прочь. Но она помнила, как была закольцована телепортация в подвале башни Луны. Что-то ей подсказывало, что в этих катакомбах без системы опознавания или навыка молниеносного проламывания подобной защиты, которых у нее не было, ее попытка перемещения не приведет к успеху. Она только скинет вниз тот камушек, что, покатившись, вызовет лавину. Не каменную осыпь, но потоки свинца, огня и боевой магии…

И еще принцесса дружбы надеялась, что наличие их с Рэрити возле Шелест и Никулина вынудит Луну продолжить переговоры, а не приказывать открывать огонь. Вот только эта ее надежда тут же дала трещину.

— Слышь, дрянь белая! — раздался из танка голос Мастюкова, усиленный либо каким-то скверным заклинанием, либо банальным рупором. — Не дергайся! У меня в стволе спецснаряд! Один из тех, что ты лично зачаровывала на преодоление магической защиты! Ты не представляешь, с каким удовольствием я размажу по полу и тебя, и этого проклятого чекиста! Я тут под ветошью тысячу лет назад припрятал «Наган» Фокина. Так что твоих перевертышей я пристрелил. Всех троих. Теперь никто мне здесь не помешает разделаться с вами!

Похоже, ни у Шелест, ни у Никулина не оказалось слов, чтобы ответить танкисту.

— Простите, но не кажется ли вам, что при выстреле из этого орудия могут пострадать и другие существа, совершенно невинные? — произнесла Рэрити. Как ни странно, она опомнилась первой.

— Вот уж тебя мне не будет жалко! — мерзко рассмеявшись, ответил младший лейтенант. — Я узнал тебя, стерва! Это ты помогала Тинькову восстановить вал. И ты же поучаствовала в его побеге домой. И при этом оба вы даже не попытались пригласить меня с собой! Бросили меня в этом мерзком мире! Ненавижу!

Единорог, уже открывшая рот, чтобы продолжить, ошеломленно замолчала.

— В общем, я считаю до пяти! — заявил Мастюков. — Потом жму на спуск! И будь, что будет!

Похоже, это заявление совсем не понравилось Луне. Принцесса ночи, судя по всему, знала, что танкист перейдет на ее сторону. Вот только она явно не ожидала, что он будет столь ретив. Темно-синяя аликорн собралась уже окликнуть младшего лейтенанта, но не успела. Новый треск, означавший пробитие противотелепортационных чар, разнесся по всему помещению.