Вещи, что Тави говорит

Подготовительные вещи (Preparing Things)

Видеоролик недоступен

Осторожными движениями я достаю не так давно записанную пластинку из своего чемодана. Я разворачиваюсь, пересекаю фойе и кладу её на кухонный стол перед кобылками.

Твайлайт Спаркл и её друзья наклоняются вперёд.

– Ооооооооооооооо! – Пинки воркует. Её ноздри раздуваются, и она глупо улыбается. – Свежеиспечённое музыкальное совершенство! Хи-хи-хи!

– Ты... сама это сделала? – спрашивает Флаттершай.

– Ну, естественно, – замечает Лира, стоя в стороне. – Даже когда она делала миксы в моей студии, я всегда чувствовала себя просто наблюдателем.

– Это просто потрясающе, дорогуша! – Рэрити смотрит на других пони, затем на меня. – Всё это время... ты собирала свои эмоции и чувства в совершенно новый шедевр!

– Никто из нас ещё даже не слышал результата, Рэрити, – бормочет Рэйнбоу.

– Пффф! – Рэрити вздёргивает подбородок. – Творцы способны ощутить ауру истинного гения, исходящую от коллег по творческому самовыражению, Рэйнбоу. Кроме того… – она поворачивается и смотрит в мою сторону с нежной улыбкой, хлопая ресницами, – сдаётся мне, что я знаю, кто и что вдохновило её...

Я улыбаюсь кобыле в ответ.

– Винил...

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на принцессу.

Твайлайт Спаркл смотрит в ответ.

– Это то, о чём ты говорила ранее?

Я тихо киваю.

– Не хочешь ввести нас в курс дела, Твайлайт? – замечает Эпплджек.

– Разумеется, – Твайлайт начинает ходить из стороны в сторону. – Винил Скретч очень сильно хочет, чтобы Октавия Мелоди послушала этот альбом. Хотя бы один маленький фрагмент! Сэмпл! – она поворачивается ко мне, прищуриваясь. – И мы должны устроить так, чтобы это произошло.

Бон-Бон и Лира обмениваются нежными взглядами.

Я с трудом сглатываю. И киваю.

– Но... типа... почему? – Рэйнбоу Дэш задумчиво потирает передние копыта друг о друга. – Я имею в виду... Я-я всецело за то, чтобы помочь Винил с этим делом! Но... каким таким образом это поможет?

– Глупенькая Дэши! – Пинки высовывает язык. – Музыка – это лекарство для души! Хи-хи-хи!

– Всё... не так просто, – замечает Твайлайт. – Хорошо, что ты спросила, Рэйнбоу. На самом деле... заставить Октавию услышать эту музыку – всего лишь один шаг. Второй из трёх.

– Каков третий шаг? – спрашивает Эпплджек.

Твайлайт оборачивается.

– Он будет полностью зависеть от Винил Скретч. Судя по всему, у неё есть какая-то идея. Что зависит от нас, так это шаг номер один.

– Хм... – Флаттершай прищуривается. – И в чём он заключается?

Твайлайт расхаживает по комнате.

– Сделать так, чтобы Октавия приехала сюда.

– Для того, чтобы она смогла послушать музыку и всё такое? – спрашивает Эпплджек.

– Именно.

– Это... э-э-э… – Бон-Бон морщится. – Это будет нелегко, – она смотрит на меня с грустным выражением лица. – Тави довольно очевидно дала понять, что она... не хочет возвращаться в Понивиль никогда, – она шмыгает носом, опуская голову. – Я всё ещё чувствую себя виноватой из-за того, что потеряла её из виду.

Мои губы поджимаются. Я подбегаю и кладу копыто на плечо Бон-Бон. Когда она поднимает голову, я прижимаюсь к ней носом, и она слегка улыбается – её глаза увлажнены.

– Не хочу показаться бессердечной… – Рэрити откидывается назад, складывая передние копыта, – но я могу узнать мелодраматическую вспышку злости, когда её вижу! – она фыркает. – Где-то внутри этой кобылки живёт пони, которая хочет помощи и нуждается в ней! Нам просто нужно грамотно надавить на это уязвимое место!

– Уфф... – Рэйнбоу Дэш закатывает глаза. – Да ладно. Ты неправильно на это смотришь.

– Ха?

Рэйнбоу ухмыляется.

– Смотри. У меня бывали выходные дни, – она слегка ёрзает. – Мммм... даже выходные месяцы, – она пожимает плечами и продолжает. – В любом случае, единственное надёжное средство для того, чтобы пони почувствовала себя лучше, это дать ей возможность снова быть потрясающей!

– Но Октавия и так потрясающая! – заявляет Лира.

– Сдаётся мне, сейчас она этого не чувствует, – говорит Эпплджек. – Я поддержу РД. Мы должны обратиться к тому, в чём, как она знает, она хороша. Разбудить эту часть внутри неё и использовать её, чтобы вернуть её домой, – она ухмыляется остальным из нас. – И мы все знаем, что настоящий дом Тави именно здесь, верно?

Я энергично киваю.

– Итак… – Твайлайт шаркает по фойе, размышляя вслух. – ...мы найдём что-нибудь, что заманит Октавию в Понивиль. Мы заставим её послушать кое-что из новой музыки Винил, как она и просит. Затем Винил сделает третий и последний шаг, чтобы достучаться до Тави наилучшим способом, который знает только она.

– Но что может вернуть Октавию обратно? – Флаттершай ёрзает. – Может быть… – лёгкая улыбка, – её любовь к Скриблер?

Лира бормочет:

– Было бы это так, она бы уже вернулась.

– Да… – Бон-Бон кивает. – Это должно быть что-то, что занимало особое место в сердце Тави задолго до того, как она переехала сюда.

Лира смотрит на меня через всю квартиру.

– Очевидно, Винил знает её лучше всех. Если кто-то и может составить список таких вещей, то это она.

Я задумчиво постукиваю себя по подбородку.

– Да... но... типа… – Рэйнбоу жестикулирует. – Она даже говорить не может! Как она может заманить Октавию обратно?

– Хммммм… – Твайлайт вглядывается в тени. Внезапно её лицо светлеет, и она поворачивается. – Пинки Пай!

– Слу-ша-ю?

Твайлайт лукаво ухмыляется.

– Как быстро ты можешь организовать вечеринку… – она морщит лоб. – Идеальную вечеринку, которая говорила бы напрямую с внутренней сущностью Октавии?

– Хм... – Пинки переводит взгляд с Твайлайт на меня. – Поправь меня, если я что не так поняла, – она указывает копытом. – Ты хочешь, чтобы я... работая вместе с вселюбимой немой диджеем... придумала самое лучшее приглашение, который посрамит все остальные приглашения?

– Похоже, что так оно и есть, дорогуша, – кивает Рэрити.

Пинки моргает. Со злой ухмылкой она достает из ниоткуда красную бандану и обматывает ею лоб.

– Детка… – она сжимает ручку во рту, как пиратский кинжал, и держит в копыте блокнот. – Я была рождена для этого момента! Рррррг!