Вещи, что Тави говорит

Честные вещи (True Things)

https://www.youtube.com/watch?v=CSS_Iq9MwWk

– Значит, вы идёте завтра утром? – янтарный голос Лиры тепло разносится в ночном воздухе. – В смысле, в замок.

– Вообще-то приглашение назначено на вторую половину дня, – деликатно говорит Октавия со своего места на скамейке перед нашим домом. Она смотрит на Лиру и Бон-Бон с элегантной улыбкой. – На три часа, если быть точным.

Лира усмехается.

– Ну, это определённо хороший знак!

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает Октавия.

Бон-Бон прочищает горло.

– Я думаю, что Лира хочет сказать, что... если бы принцесса вызвала вас для того, чтобы сообщить, что ваши кандидатуры отклонены, то она попросила бы вас прийти пораньше. Утром.

– Она бы просмотрела всех кандидатов и приберегала бы поздравительное объявление для победителей прослушивания на конец дня, – говорит Лира, улыбаясь. – По крайней мере, я бы поступила так. Чтобы уместить побольше встреч в один день.

– Твайлайт Спаркл любит быть эффективной, – кивает Бон-Бон.

– Хммм... Я бы солгала, если бы сказала, что не думала об этом, – лжёт Октавия. Её голос погружается в индиго, а затем волнообразно возвращается к пурпурному. Я стараюсь не хихикать. – И всё же мы должны быть готовы ко всему.

– Ну, если бы вы спросили нас, я бы сказала, готовьтесь к лучшему! – Бон-Бон подмигивает, широко улыбаясь. – Твайлайт просто обязана дать вам двоим позиции менестрелей! Во всей Эквестрии просто нет лучшей пары музыкантов!

– Э-э-э... – Лира игриво хмурится. – Привет?!

Бон-Бон хихикает, потом наклоняется, чтобы потереться носом с кобылой.

– Я сказала "пары музыкантов ". А не "сольных музыкантов"...

– О... э-эм... хе-хе... – Лира бурно краснеет, её голос приобретает золотистый оттенок. – Ладно.

– Я просто удивлена, как быстро всё происходит, – замечает Октавия. Она ёрзает на своей любимой подушке. – Я родом из Троттингема, и там кошмарная бюрократия заставляет даже самые простые официальные мероприятия между герцогами и архиепископами мучительно появляться на свет в течение нескольких месяцев. Но здесь, в Понивиле, принцесса Твайлайт Спаркл сумела объявить конкурс, провести прослушивание и нанять замковых музыкантов в течение считанных недель.

– Ну да... – Лира пожимает плечами. – Но она не делала всё это одна. Её неспроста называют "Принцессой дружбы".

– Ага! Хе-хе! – Бон-Бон усмехается. – У неё есть... типа... круглый стол подруг, которые помогают ей справляться с любой задачей.

– У меня... не получается представить, как пони, вроде Рэйнбоу Дэш или Пинки Пай, могут помочь ускорить процесс найма, – говорит Октавия, глядя в мою сторону с веселой улыбкой. – Но, с другой стороны, у неё также имеются лучший  таксономист^[1] животных Понивиля и первоклассный сборщик яблок.

– О, и не забудь Рэрити из бутика "Карусель"! – замечает Бон-Бон. – Разве она... как бы... не обожает тебя до чёртиков?

– О, да! – Октавия мурлычет. – Клянусь, эта кобыла – самая преданная поклонница. Она буквально осыпает меня льстивыми комплиментами каждый раз, когда я появляюсь в её заведении, чтобы починить платье. – Внезапно глаза Октавии сжимаются, как булавочные головки, и её встревоженный голос утоньшается, чтобы им соответствовать: – О богини, – она поворачивается и таращится на меня. – Ты же не думаешь, что в этом всё дело?

– ... ...? – вопросительный знак.

– Что моё блистательное положение в глазах Рэрити заставило её проявить характер и завоевало нам необходимые голоса после прослушивания?

Я пожимаю плечами с кривой ухмылкой.

– По-моему, ты заслуживаешь всех похвал, которые получаешь, Тави, но это уже звучит как-то надуманно, – размышляет Бон-Бон. – В конце концов, Рэрити составляет лишь одну шестую всего Совета Дружбы.

Октавия испускает слабый вздох.

– Пожалуй, ты права. Мои таланты действительно угождают... довольно нишевой аудитории, – её голос игриво приобретает фиолетовый оттенок. – Это Винил имеет гораздо более универсальную привлекательность. Если кто и завоевал Замок, так это она.

Я машу копытом, закатывая затененные глаза.

– Я всё же думаю, что это были вы обе, – подмигивает Лира. – Вам же удалось каким-то образом завоевать свадебную толпу. Без сомнения, замковую толпу вы тоже не пощадили. Ну, знаешь... крючок, леска и круп!

– Лира! – Бон-Бон толкает свою подружку-кобылу. – Боже милостивый!

– Хи-хи-хи...

– Что ж, уже довольно поздно. Было очень приятно встретиться с вами, девочки. – Бон-Бон машет. – У нас с Лирой завтра много дел, но мы будем болеть за вас двоих издалека!

Я киваю, а Октавия изящно машет копытом.

– Ваша поддержка многое для нас значит.

– Как насчет победного завтрака завтра или послезавтра? – Лира усмехается, указывая на свою спутницу. – Бон-Бон будет готовить!

– Э-э-э.

Тави хихикает, глубокий пурпурный.

– Лучше нам делать один шаг за раз, хорошо?

– Да, да, да... – Бон-Бон берёт Лиру за копыто и уводит прочь. – Я, пожалуй, плотно сожму губы.

– И не только губы, – хихикая, добавляет Лира.

– Пффф! Честное слово, Лира, ты невозможна.

– А ты – чопорный пушистый шар.

– Кто бы говорил.

– Ну да, но я всё ещё права.

– Хе-хе...

Я смотрю, как две кобылы трусят прочь, хихикая и переговариваясь между собой. Воздух над ними – настоящий рог изобилия розового, золотого и голубого, и всё это омыто оранжевым. Я довольно часто ощущаю этот цвет, когда прохожу мимо отелей для новобрачных, во время гастролей.

Если бы я могла говорить, то это был бы образ, о котором я бы говорила меньше всего.

– Я знаю, о чём ты думаешь, Вайн...

Фиолетовые слова вырывают меня из этого мгновения. Я бросаю взгляд на свою соседку по комнате.

Она улыбается, глядя на горизонт за телами двух наших удаляющихся друзей...

– Попросят ли они нас когда-нибудь выступить на их свадьбе? – спокойный вздох срывается с её морды, и от меня не ускользают бежевые тени, тянущиеся от него. – Я определённо надеюсь на это, но никогда нельзя быть уверенным.

Я прикусываю губу, глядя в пол.

Ты просто не можешь знать, о чём я думаю.

Не сейчас...

– Знаешь, Вайн, чтобы завтра не случилось, я чувствую, что заявление Бон-Бон останется справедливым, – она смотрит на меня блестящими глазами. – Мы действительно два лучших музыканта во всей Эквестрии. И хотя это может быть простой лестью с её стороны, хочешь знать, почему я считаю, что так оно и есть?

Я слегка наклоняю голову набок.

Октавия улыбается.

– Потому что мы обе всегда честны с собой. Ты же тоже так думаешь?

С малиновым вздохом я киваю.

С тех пор, как одна пони спасла мою жизнь...