Автор рисунка: Stinkehund

...и не сегодня

Старлайт Глиммер ступала слева направо и обратно перед статуей Ужасной Тройки. Она была растрёпана, но, тем не менее, медленна и осторожна в каждом шаге, и тихие хмыканья и выдохи под нос, как и редкие имена почти забытых заклятий, звучали почти в темп с неровным, искрящим свечением незавершаемой магии.

Наконец она уселась, подобрав ноги, в луч солнечного света, бьющий сквозь окно чудом нетронутой боковой башни Кантерлота, и вздохнула. Аура рога потускнела, потемнела, и погасла. Вскоре за нею последовало и солнце, остался лишь рассеянный небесный свет.

Твайлайт Спаркл прибыла почти час спустя, с пурпурной вспышкой телепорта и со словами:

— Прости, я получила сообщение, я просто...

Технически ещё не единоличная правительница Эквестрии осмотрелась, и нахмурилась:

— Старлайт, если ты просишь меня пересмотреть решение касательно этих троих...

— О, как я рада, что ты всё-таки пришла! — её ухватили сильными копытами и сопроводили до шелковой клетчатой скатерти с термосом кофе, сочными огуречными сэндвичами и парой ещё не наполненных кружек. — Я уж думала, ты слишком сердишься за ту мелочь... — и в эти несколько секунд по одному только быстрому дыханию Старлайт принцесса поняла, что что-то идёт не так. Хоть и не настолько «не так», как было бы, если бы у Старлайт дёргался глаз. Но всё же, через несколько минут эта попытка изобразить очень поздний ужин в компании Старлайт заметно подняла настроение аликорна, и она поняла, что улыбается. Время шло.

— ...и потом Санбёрст поднялся по лестнице, как я ни пыталась его удержать... — но тут Старлайт перебила себя и нахмурилась.

— Пересмотреть решение, ты сказала? Почти. Не совсем. Твайлайт, думаю, я должна рассказать тебе историю. Ты не против побыть со мной этой ночью? Она требует кого-то рядом. Кого-то, кто... знает меня. Способность не отвлекаться на собственные великие и могущественные заковыки тоже очень существенна. Хотя... есть и ещё один повод, Принцесса. Но ты поймёшь.

Твайлайт придвинулась и чуть опустила голову, чтобы взглянуть в глаза Старлайт.

— Хорошо. Я слушаю.

***

Давным-давно, до начала времён, жила-была кобылка, которую звали Старлайт Глиммер (конечно, когда не звали «вишенкой», «тыковкой» и другими смутительными словами). И её день всегда был светел, её солнце всегда было тёплым, её небо всегда было синим (но от случая к случаю всегда облачным или даже дождливым, и это означало настолки дома), и её змей был... в тех цветах, какие ей сейчас нравились. Обычно красным, изредка тёмно-синим, но всегда украшенным резкими узорами и пушистыми кистями, и она всегда старалась найти новые и интересные сочетания. Потому что в вечной жизни изредка надо что-то менять.

Санбёрст, впрочем, никогда не увлекался змеями. Не то чтобы от него это действительно требовалось — она была совершенно уверена, что если даже и случится что-то плохое, то оно никогда не останется, как обещала и держала обещание большая белая солнечная принцесса на самой грани утренних снов, так что его глупое «Не хочу, не люблю, запомни это уже!» было не то чтобы плохо.

Даже хорошо. В его случае.

Она помнила, как в тумане, что иногда плохое случается. Эссенс упала с дерева и сломала ногу. Дивижн рассердил учительницу и пришёл домой в слезах, отчитанный ею. И мама... но та, которую звали Старлайт, никогда не любила о ней задумываться. Но кто-то белая, тёплая и добрая, всегда была рядом к утру, обещая, что в этот день всё немедленно и сразу же поправится.

Так и шёл день, снова, и снова, и снова, и, как обещано, она танцевала с Эссенс, помогала Дивижну с домашним заданием, и читала длинные письма от мамы, полные красочных описаний чужих стран. И Санбёрст, конечно же, Санбёрст, с прогулками, книгами, объятьями и свитками, и поцелуем, что мог бы быть первым, быть всегда, быть навеки. Но нет. Ещё нет. Ещё несколько вечеров.

Так она жила, и так её солнце было всегда и неизменно тёплым, будь то зима или осень, что следовала сразу за зимой.

До самого того дня.

***

Она чуяла, что что-то идёт не так, с самого утра в тот день. Сначала рассеянное чёрное облако, совершенно не похожее ни на что, виденное ею раньше, пересекло всё небо по прямой с тихим жужжанием, не оставив за собой ни следа радости. Потом не прибыл почтальон из столицы (но было ли у них раньше почтовое отделение? Она не могла вспомнить). И третьим, конечно же, само солнце. Прямо перед обедом оно потемнело, охладилось, окрасилось в сталь, и она не могла терпеть. Она заперлась в комнате вместе с Санбёрстом, и стоило успокоиться — стопка книг упала на неё, её спасла магия Санбёрста, кьютимарка расколотого солнца появилась на его бедре, и он исчез. «Готовиться к Школе Одарённых Единорогов», так ей сказали, но больше она его не видела.

Вечером она пожелала, чтобы Санбёрст вернулся, как положено, когда случается что-то плохое. Всем сердцем и душой, горячими слезами, рваным дыханием и избитой подушкой, сильнее, чем всегда.

Утром был другой день, не было Санбёрста, и всё изменилось. Словно едва заметные подёргивания за гриву, но она всё равно чувствовала щелчки идущего времени. Она взглянула в зеркало и узнала себя не сразу.

Дни становились неделями, те падали друг на друга, образуя месяцы, и всё ещё не было Санбёрста, и больше она не видела и не слышала на самой грани последних утренних снов ту прекрасную большую белую принцессу, что была вечным солнцем, носила имя Селестии и пребывала всегда.

Так что она решила, что причина её беды — кьютимарка Санбёрста, и сам этот жеребец, и что как-то они повредили само состояние всего мира, каким он должен быть.

Но даже в этом она ошибалась.

Здесь Твайлайт жестом попросила её прерваться, обняла её, желая обнять ту другую маленькую пони, которой больше не будет, и они ненадолго вышли под звёздное небо, взяв пару бутылок сидра. Потом они вернулись, и Старлайт продолжила.

***

Несколько месяцев и больше чем несколько запретных книг спустя, в совершенно другом краю Эквестрии, едва стоя на копытах — несколько дней она надеялась, что проклят был только её маленький город, и что она сможет найти желаемое просто отойдя от ворот ещё чуть дальше, и может быть ещё самую чуточку. Потом один из найденных ею дневников решил за невнимательность укусить её за бедро — в забытой горной долине она встретила Селестию, впервые после вечности. Она не была уверена, что эта закутанная в робу с капюшоном странница действительно принцесса, и Голосом ей повелели не изыскивать точного ответа.

И всё же, своим заботливым и нежным голосом Селестия сказала, что она сожалеет, и что иногда даже самые могущественные пони просто не могут сдержать обещания, и что она потерпела поражение в бою и утратила уверенность, что была всегда — для Старлайт и многих других жеребят по всей стране. Она сказала также, что многие её питомцы выбрали забвение и счастье в мире, где идёт время и сезоны сменяют друг друга в строгом неизменном порядке.

Она сказала ещё многое другое, но Старлайт запомнила немногое, кроме нарушенного обещания, смертельной усталости и багрового покрова ярости, и она обещала стать волей самих Времени и Перемен, и победить, и медленно уничтожить всё, что дорого Селестии-предательнице. Она была совершенно искренна, пусть на мгновение, и в это мгновение была пожизненно отмечена падающей звездой, вечным символом революций и разрушения.

Но, как ни странно, Селестия улыбнулась сквозь слёзы и ответила так:

— Однажды в будущем ты встретишь Принцессу, и она поможет тебе куда больше, чем когда-либо могла бы я, потому что теперь время идёт для нас всех.

***

— И... на этом всё? — Твайлайт нашла в себе силы не отшатнуться от предпоследних слов, так что была близко и говорила тёплым, хоть и чуть дрожащим, шёпотом.

— Да. Ты и так уже знаешь вторую половину истории, Принцесса. Помнишь нашу первую встречу? — Старлайт покраснела. — Я тогда специально перепроверила, точно ли ты Принцесса. Как будто аликорн может быть кем-то ещё. Мне просто надо было убедиться без тени сомнения. И тогда начался мой новый путь. Так что она была права, теперь я понимаю, — Старлайт искренне улыбнулась.

— Нет, погоди! — Твайлайт нахмурилась и подняла копыто. — Мы тогда были врагами. Я бы сказала, что начала помогать тебе позже. Когда, — она улыбнулась, — приняла тебя под своё крыло.

— И тёплое крыло, стоит заметить. Но вспомни — я тогда была действительно одержима Равенством. Я даже думала, что марки манипулируют нами, добиваясь своих целей.

Твайлайт чуть кивнула:

— Конечно, они так и делают. Я понимаю. Сначала ты думала, что я освобожусь и последую за тобой, и тем стану лучшей помощницей...

— ...и что может ранить правительницу сильнее, чем видеть, как её общество перестраивают по совершенно иным, и лучшим, принципам? Нельзя успешно лгать, пока не веришь в собственную ложь, хотя бы частично.

— Но правда чего-то стоит только тогда, когда она верна на все сто процентов. Так ты верила или нет? — настойчиво спросила Твайлайт.

— Я боялась испытать, что будет со мной без моей марки. Снятие марок происходит от неё, так что... — Старлайт пожала плечами, — Как хочешь, так и считай.

Твайлайт нахмурилась:

— Ты уходишь от ответа.

— Да.

— А что скажешь про ту свою месть?.. Но я заметила, что ты не хочешь отвечать, — сказала Твайлайт, всё ещё нахмуренная, со взъерошенными перьями.

— Я была в ярости на тебя. Попытка мести была необходима, чтобы избавиться от ярости, и от одержимости марками. Ты понимаешь, марка Санбёрста... она действительно расколотое солнце. И она появилась в точности тогда, когда Селестию победили на другом краю страны? Ты всё ещё веришь в такие совпадения, принцесса? — Старлайт снова пожала плечами, чуть улыбаясь, и голос её был безупречно ровным.

Твайлайт знала, что лучше и не пытаться выжать из Старлайт большее, так что она просто вздохнула и ответила тем же ровным тоном:

— На мой взгляд, и в любом официальном каталоге, марка Санбёрста представляет собой оранжевое солнце с жёлтыми лучами, направленными в сторону головы, и ультрамариновыми звёздами, окружающими солнце с иных сторон. Пожалуйста, не доказывай мне, что этот образ неверен.

— Как скажешь, Принцесса, — ответила она, возможно слишком серьёзным тоном.

— Ладно... так что теперь? Почему ты меня вызвала? И почему продолжаешь называть меня так?

— Тебе может не понравиться то, что ты услышишь, Принцесса, — Старлайт показала язык, — Ладно, ладно, прости.

Твайлайт просто наклонила голову, и через пару секунд Старлайт продолжила, медленно, вдумчиво, подбирая слова:

— Конечно, у линейного, узкого, равномерно идущего времени, без шагов в сторону, без возможности отступить, есть свои преимущества. Можешь посмотреть на своих подруг, если не на себя. За те годы, что я живу рядом с вами, они стали сильнее, отважнее. Даже богаче. Они сделали свою жизнь, а жизнь вылепила их. Даже я сама добилась того, ради чего тренировалась все эти последние годы после второго вторжения, — Старлайт указала копытом на недвижимый силуэт Кризалис, — и стала вполне мощной фигурой в матчах против неё, убившей моё счастье.

Твайлайт перебила:

— Но ведь ты сказала, что...

— Не путай мелочную месть жеребёнка с мелочной местью взрослой кобылы. Совершенно разные вещи. Я всё ещё могу преподать тебе пару уроков на тему этой разницы, ты знаешь? — Старлайт улыбнулась, может быть чуть-чуть слишком широко на вкус Твайлайт. — Так вот, что я хочу сказать, одна маленькая проблема... куда в конце концов приведёт эта дорога. Всех нас, и меня. И даже тебя, в очень далёком будущем.

Она помолчала.

— И, думаю, я знаю искру, чтобы зажечь огонь, который будет всегда. Не для горстки избранных, даже не для многих избранных. Для всех нас.

— Когда ты примешь силы Селестии и Луны, просто приди сюда снова, вместе со мной. Это будет совсем не сложно. Для тебя не сложно, Ваше Высочество. Или лучше даже Ваше Величество? Ещё тебе понадобится взять силы этих троих, конечно же. И помни, что я сама ещё не бесполезна.

— Если ты имеешь в виду, что мне надо будет... что, высосать из них магию?.. — Твайлайт чуть подняла голос. — И остановить время?

Старлайт, словно защищаясь, подняла копыто к груди:

— Принцесса, Твай, я же не имею в виду силой... Как единственный вариант, во всяком случае. И не остановить, а немного расширить, я вроде бы всё проверила. Но да, повторю, я говорю о всех троих. Я понимаю, что это даже звучит странно, но зато потом больше не будет трагедий даже близких к этой, — Старлайт на несколько секунд левитировала себя, чтобы коснуться необычно-тёплого уха Кози Глоу, — Никогда больше. Потому что каждый пони — не только такие как я, избранные Селестией везунчики, а каждый пони на свете! — сможет шагнуть вбок по ленте времени, и просто избежать боли и трудностей. Потому что само время перестанет быть стрелой, или нитью. Оно станет именно лентой из множества сплетённых ниточек, и по ним можно будет танцевать, всегда, что бы ни случилось. Ну, или... пока ты сама хочешь танцевать, я имею в виду.

Твайлайт поднялась на все четыре и чуть приподняла крылья, но в какой-то момент покраснела и кашлянула в копыто.

— Ладно, я поняла, но, прости за неприятный вопрос... откуда ты знаешь, что это твоё «всегда» вообще реально?

— Я и не знаю. Но все необходимые заклятья и силовые матрицы сходятся верно. Можешь сама проверить.

Старлайт опустила взгляд, всё ещё сидя рядом с Твайлайт, и прошептала, опустив уши:

— Хотя я согласна, эта история может быть действительно всего лишь историей, которую рассказала кобыла... может быть, чуть старше, чем ей бы хотелось, и не то чтобы очень здоровая изначально. Может быть, солнце никогда и не было ранено. И вообще, не сомневаюсь, что Селестия найдёт для тебя пару часов, чтобы развеять твои сомнения. Мне больше не кажется, что она специально сотворила зло — просто не учла, что она сама может быть ранена в бою и не сможет сдерживать обещание перед нами. — Старлайт на секунду замолкла, прикусила губу, потом добавила, подняв голос:

— Но я помню то, что помню. Так что, когда будешь решать... подумай об этой кобылке. Ей никогда не выпала бы такая судьба, если бы... если бы.

— О которой из двух в этой комнате? — спросила Твайлайт задумчивым тоном.

Старлайт кивнула:

— Следующий вопрос, пожалуйста.

Твайлайт нахмурилась и ответила не сразу:

— Достаточно. Я приму решение. Утром. Прямо сейчас ты меня вынуждаешь. Причём ни больше ни меньше, чем исправить «ошибку» Селестии на глобальном масштабе. Серьёзно? — она взглянула на Старлайт, как бы ожидая, что та скажет, что просто пошутила. — Селестия смещала вас... вбок по времени, так? А ты утверждаешь, что так может... сможет? делать каждый. Ты понимаешь, насколько это опасно?

Старлайт взглянула на неё:

— Я бы сказала, что сожалею, но...

— Не нужно. Я понимаю. И ты знала, что я пойму, но всё равно пошла на это. С подобными трюками не так просто мириться.

Старлайт опустила голову, но промолчала.

В молчании они расстелили мягкие простыни на полу башни, рядом со статуей, и заснули, вместе, готовясь встречать следующий день, который не будет всегда.

Комментарии (9)

+2

Что это было?

SMT5015
#1
+2

Абсолютно не понял.

Хеллфайр Файр
Хеллфайр Файр
#2
0

С каждым комментарием в духе "ничего не понял" я пытаюсь найти, что именно осталось непонятным, и дописываю строки, подробнее раскрывая мысль.

Принципы не позволяют начать объяснять в комментариях :) Если текст непонятен как есть, то он непонятен. Что, конечно, жаль, и означает, что автор не справился с задачей.

Но пока ещё есть надежда, что по мере полевой доработки что-то станет яснее.

Cloud Ring
#3
0

С кем могла сражаться Селестия настолько серьезно, что в процессе пришлось отступить и впустить в мир величайшее зло линейного времени? Луна в этот момент кек на Луне, Дискорд — в бетоне, все прочие на Колыме лес валят в Тартаре срок тянут.

gelirhil
#8
0

Ну, доля понятного здесь есть, да.

Gek_toR
Gek_toR
#4
0

Местами красиво, но всё равно не понятно.

Дрэкэнг_В_В
Дрэкэнг_В_В
#5
+1

Ни чего не понял, но очень интересно. Но при этом меня волнует лишь одно: куда делись бутылки?

Сэтти
#6
0

Да-а, без бутылки нам Кристофера Робина не спасти!

Skydragon
Skydragon
#7
0

Я вот всё думал, на что это похоже? Масодов? Нет, пожалуй, что нет. Масодов похож на "студенческий коктейль", это когда водку замешивают со сгущённым молоком. Так же густо, насыщено, но ни на что не похоже. Но в этом рассказе не хватает мортидо, добавляемого в вышеупомянутый коктейль в виде нескольких капель эфирного масла герани. Всё удивительно, не побоюсь этого слова, детски, безопасно, но, в то же время страшно. Платонов в его более-менее sfw-произведениях? Вот, я понял — это Киркбрайд. Думаю, я не раскрыл и десятой части предложенных автором символов, но... За посиделки Масодова с Киркбрайдом за стаканом водки со сгущёнкой — однозначно *****.

Гражданин87
Гражданин87
#9
Авторизуйтесь для отправки комментария.