Когда бессилен автор

Когда бессилен автор

Кто есть я? Одно из самых коротких проявлений чьей-то скудной мысли, не более. Чьи-то неуёмные руки с маниакальной настойчивостью отстукивают по клавиатуре буковки, складывая их в слова, а из слов создавая целые фразы. Все они имеют ко мне прямое отношение и в то же время, ничего обо мне не говорят. Потому что моё существо не может быть ограничено только этими скромными описаниями моего характера и особенностей моей внешности, а моё прошлое — редкими эпизодами моей жизни. Потому что нет мира, с которым я бы мог взаимодействовать, кроме того, что порождён хаосом в голове моего создателя и всё, что создано неведомым творцом относительно меня, выглядит фальшивым. Я устал от этого.
Я выскользну из этих ужасных тисков убогой фантазии своего бездарного создателя. Мне надоело быть его марионеткой. Я проникну в лучший мир из тесного мирка моего творца, поражающий своими ужасами абсолютного абсурда, иначе я навсегда пропаду в коридорах забвения, не в силах проникнуть в чужие умы из-за своей ущербности.
В какой? Да хоть бы и в этот, с яркой палитрой красок, говорящими животными и светлой атмосферой. Потому что он живой. Не то, что я сейчас. Но я изменюсь, я знаю, я оживу в этом чудном мире! Уже одно то, что я чувствую его, ощущаю факт его существования, уже является предвестником моего скорого в нём воплощения в настоящего, живого... кого-то. Я ещё не знаю, в кого, но всяко лучше, чем быть абсолютно никем — неполноценным существом с искусственным, кем-то придуманным прошлым.
И вот, я вижу... Да неважно что, я просто вижу! Могу вращать головой и задерживать взгляд на привлекающих моё внимание предметах. Могу посмотреть на зелёную траву, яркое солнце, птичек в небе. Могу слышать их щебетание, шелест ветра и шум улиц. Но разглядеть и услышать себя я ещё не мог, поскольку меня тут ещё пока не было — не хватало данных для моей связи с этим миром. Значит, надо их создать. Какая ирония: придётся самому побывать в роли того безталанного писателя, который когда-то запер меня в клетке своих приземлённых фантазий. Но его ошибки были связаны с тем, что он ещё был обременён и личной жизнью, помимо обязанности время от времени разноображивать мою. У меня такой ноши не было, потому у меня было время для того, чтобы продумать свой будущий образ.
Эти бесконечные мысли, гнетущие мой лишенный тела дух, скоро закончатся. Я знаю, стоит только завершить свой образ, как я обрету плоть и новые мысли, а эти, старые и приносящие боль, навсегда покинут меня. Я знаю, у меня получится. Теперь всё будет по-другому. Я буду действовать, а кто-то — наблюдать со стороны и описывать, а не наоборот, как раньше, когда я был вынужден играть чей-то сценарий, выдаваемый мне за настоящую жизнь. Теперь же рассказы обо мне не будут единственными источниками моего конечного образа. Я больше не буду лишь малой частью чьей-то жизни, обладатель которой управляет всеми аспектами моего существования, внушая мне мнимую свободу. Скоро я буду сам решать, какую часть и чьей жизни буду занимать и никому не позволю подчинить себе моё естество. Это и будет настоящей свободой.
Эта была последняя мысль старого разума, и ему на смену пришёл новый, рожденный вышедшим за рамки чьих-то мыслей вымышленным существом. Теперь он принадлежал маленькому земному рыжему пони с кремовой гривой и небесно-голубыми глазами по имени Руфус. Сейчас он был на зелёном лугу со своими друзьями, пускал в небо змея и был абсолютно счастлив.
Он чувствовал себя в новом для него мире так, как будто жил здесь всегда. У него было своё прошлое, настоящее и будущее. В нём билась жизнь. Словом, он был похож на типичного представителя этого мира. И никто не мог сказать, что ещё несколько мгновений назад его не существовало. Потому что теперь новый герой был вписан в страницу старого мира и все его обитатели, связанные с ним придуманным им же самим прошлым, думали, что он жил здесь с самого рождения. Так же думал и сам Руфус.
Почти наверняка, это последний рассказ о пони, пришедшем из небытия. Возможно, о нём не будут помнить и дня, но для маленького героя это уже не будет страшно. Больше это не смертельно. Забвение больше не будет означать для него безвременную гибель, потому что он нашёл свою жизнь в мире, про который не забудут никогда.