Автор рисунка: Stinkehund
Воспоминания прошлого Пять лет спустя

Ритуал Жизни

Я могу предугадать, что многим эта глава не понравится, но это тоже часть сюжета, так что уже простите.

Наступило обыкновенное утро, которое не должно было ничего принести, которое Джаур должен провести в больнице. Он еще до сих пор думал, почему он оказался здесь, но так и не пришел не к одной мысли. Джаур спал сегодня без всяких кошмаров, что его крайне удивило и в кой мере шокировало. Пегас перечислял много вариантов у себя в голове, но пока ни к одной не сошелся. Он лежал и думал о одном... о том, как там его дочурка Блади и надеялся, что Скай Вингс сможет хорошенько о ней позаботиться. Пока он об этом думал, в палату вошла пони в белом халате, но это оказалась не Редхарт, а кто-то другой, кто Джауру был весьма не знаком. Она, как и сестра Редхарт, сказала, что они ничего не обнаружили, даже из магических заболеваний, что удивило пегаса крови, так как кровавый голод относится к магическому заболеванию. Направив к главному врачу, она дала что-то подобие справки, которую нужно сдать ему или ей, Джаур не знал, кем является глав-врач. Войдя в кабинет, пегас крови заметил, что врач оказалась кобылкой песочного цвета с серовато-красной гривой. В ее белом халате находились самые нужные врачу вещи, как: стетоскоп, градусник, пачка с какими-то таблетками и так далее. На лице у нее были овальные очки. Когда Джаур вошел, он сказала ему присесть и начала свою беседу: — Здравствуйте, мистер Джаур. Я вижу вы чувствуете себя хорошо. Ничего не беспокоит?

— Ничего, доктор... — Джаур запнулся, так как не ее имя.

— Доктор Хелс — ответила пони. — Я так понимаю, вы не обычный пегас. Позвольте спросить, кто же вы?

— Я — пегас крови. Если быть точнее последний из них — конкретно ответил Джаур, опуская глаза вниз.

— Надо же! Настоящий пегас-убийца. Я слышала, что у вас есть умение к регенерации. Это так? — с весьма любопытным выражением лица спросила Хелс.

— Да, есть, но оно действует только на маленькие раны и царапины. Ну а если на такие — указав на место, где три пореза, — то она просто останавливает кровь, а шрам остается — более подробно ответил он. Доктор Хелс, тем временем, слушала и восхищалась такому. Это же мечта любого.

Закончив беседу, которая длилась часа два не меньше, Джаур выписался из больницы, которая называлась Высшая Кантерлотская Больница. Выйдя на улицу, он первым делом начал жадно глотать свежий воздух, которая ему к сожалению в палате не хватало. Когда он закончил, то сразу начал осматривать Кантерлот, так как не смог его полностью осмотреть, когда прилетел сюда. Много чего изменилось в этом городе. Население стало не таким уж скупым, так как здесь стали жить не только одни единороги из дворянских и богатых семей, но и пегасы из разных городов и даже земные пони из Мэйнхеттена. А если говорить насчет этого города, то Мэйнхеттен стал городом-расистом. Туда не пускали ни пегасов, ни единорогов, а только земнопони. Джаур, прекратив свой осмотр, решил пойти в замок, где по всей вероятности и была Твайлайт. Пегас крови шел по улице столицы Эквестрии, а все, кто смотрели на него, испытывали некое отвращение или страх, но позитивных эмоций ни у кого не было. Он продолжал идти, как вдруг не встретил старую знакомую модницы Рарити. Она беззаботно шла по улице в какой-то шляпе, которую без сомнения она и сшила. Джаур решил поприветствовать ее, так как она стала ему другом за пару месяцев перед тем, как уехать в Кантерлот и открыть там свой бутик. Он быстро подбежал к ней и чтобы не напугать ее не очень громко сказал: — Привет, Рарити. Давно не виделись.

Белая единорожка сначала подумала, что этой ей показалось, но, повернувшись назад, она крайне удивилась тому, что позади нее стоял пегас крови.

— Оу, Джаур, привет. Да уж, давно не виделись. Я вижу ты немного изменился — произнесла Рарити, рассматривая его глаз, повязку, на которой был череп, и маленький амулет на шее. — Вижу, ты решил носить амулет. Но, дорогой, он совсем безвкусный и тем более не по моде.

— Знаю, но я не ради моды. Он отражает мою сущность и тем более он не просто амулет, но это и колбочка — проговорил Джаур, открывая крышку амулета.

— А зачем тебе колба? — поинтересовалась единорожка, делая удивленное выражение лица.

— Ну... для некоторой важности — подбирая подходящие слова, ответил Джаур. Белая единорожка, строя еще удивленную мордочку, вскоре поняла о чем он. Она просто кивнула и предложила пегасу крови прогуляться по Кантерлотскому парку, от чего тот, не раздумывая, согласился.

Рарити и Джаур гуляю по замечательному парку, где летали бабочки, стрекозы и много всякой живности, и общались, рассказывая о переменах, которые настигнули их обоих. Джаур рассказал о своей новой работе у Твайлайт и о новых способностях, как Рарити тем временем рассказала о своей денежном прорыве, который составлял не меньше чем пять тысяч битов, о чего у пегаса крови просто-напросто отвисла челюсть от такой цифры. Джаур конечно поинтересовался, где милый фиолетовый дракончик Спайк, который всегда увязывался за белой единорожкой, но Рарити, услышав этот вопрос, погрустнела. Она рассказала, что он умер, когда спасал ее из горящего здания, который подожгли те, кто не смог купить модную одежду, которая по их мнению стоила больше, чем диван в Кантерлоте. Пегас крови сначало не поверил такому, так как у дракона чешуя сопротивляются огню и лаве, но потом понял, когда единорожка сказала, что он погиб не в огне, а упав на деревянный кол. Рарити ничего не хотела говорить Твайлайт, так как без мести бы не обошлось. Джаур сказал, чтобы она рассказала все Твайлайт. Белая единорожка немного замялась, но потом согласно кивнула.

Когда прогулка завершилась, а Рарити ушла домой, Джаур пошел к замку, где его наверно уже ждали. Пегас крови решил не медлить и, поднявшись в небо, быстро направился к замку. Полет не занял много времени и, мигом приземлившись побежал в замок. Через две минуты, он оказался в тронном зале, где его и вправду ждали три принцессы. Подойдя поближе к ним, он встретил строгий взгляд Твайлайт, которая упорно смотрела на него, а потом не выдержала и спросила: — Где ты был?

— Гулял по городу. Это ведь был единственный шанс погулять по столице Эквестрии, которая неплохо изменилась. И тем более я встретил Рарити — ответил Джаур, сделав такое же выражение лица, как и у Твайлайт.

— Я тебя повсюду искала. Где ты гулял? Отвечай! — строгим тоном проговорила аликорн.

— Я был в парке с Рарити. Мы общались. И да, кстати, сходи к ней. У нее такая хорошая новость для тебя. Ты прям обрадуешься — ответил пегас крови, только намного строже, чем Твайлайт.

— А ты не можешь сказать, что за новость! — в приступе злости крикнула она. Джаур сделал злое лицо.

— Все хватит! Он пришел сюда не ругаться! — вмешалась Селестия своим властным тоном. Эта пара обернулась и осознала, что творят.

Начался разговор. Твайлайт все же спросила, что за новость хотела рассказать Рарити, но пегас крови настоял на том, чтобы она сама это услышала от белой единорожки. Та кивнула и они продолжили. Принцесса Луна поинтересовалась тем, не мучили ли кошмары Джаура этой ночью, на что Джаур ответил “Нет”. Тогда синий аликорн поняла, что можно заглянуть в его память лишь ночью, когда он спит вместе с его разумом. Но позже, что стало неожиданностью для всех, пришла Рарити. Твайлайт сразу подлетела к ней и стала упорно расспрашивать ее о новости, про которую говорил Джаур, но она не смогла, что пришлось все рассказать пегасу крови. Рассказав эту печальную новость, Твайлайт чуть не впала в ярость, как Луна, став Найтмер Мун много лет назад. Аликорн сиреневого цвета стала плакать, так как Спайк был для нее больше, чем главный помощник, он стал ей, как сын, которого она вырастила. Сестры-аликорны подошли к ней и обняли крыльями, пытаясь утешить ее, что не помогало. Джаур смотрел на это, и у него екнуло в сердце. Он закрыл глаза и, подойдя к ней поближе, сказал, что может воскресить его, пожертвовав своим же кусочком памяти и своей же кровью, на что аликорны и даже Рарити весьма удивились. После этого, он сказал, чтобы достали тело дракончика и отнесли в Понивилль. Селестия, призвав одного из своих стражников, приказала, чтобы Спайка откопали и доставили в Понивилль любой ценой, от чего стражник отдал честь и быстро убежал куда-то. Позже Джаур сказал, чтобы все собирались и отправлялись в город, а потом на кладбище, где должен пройти ритуал, а сам быстро вышел из замка и полетел в сторону Понивилля.

На горизонте уже был виден город. Джаур ускорился, чтобы добраться скорее. Когда ему оставалось до приземления всего несколько метров, он резко остановился и весьма мягко приземлился. Оказавшись на своих четырех, он пошел на Понивилльское кладбище, где и должен произойти ритуал. Все пони, которые видели его, как и всегда убегали, но пегас крови уже привык к этому. В конце-концов Джаур дошел до нужного места, хоть у него это и заняло очень много времени. Когда он пришел, то заметил, что маленькая пегасочка оранжевого цвета с фиолетовой гривой сидела напротив какой-то могилы и тихо плакала. Джаур тихонько подошел к ней, чтобы она его не заметила, и посмотрел, кто же это. На надгробном камне было написано: Копперболт, бывший член Вондерболтов. Помним, любим, скорбим.

— Я так понимаю это твоя мама, да, Скуталу? — произнес Джаур, стоя позади маленькой оранжевой пегаски, которая, услышав голос, быстро вскочила и уставилась на пегаса крови.

— Откуда вы меня знаете? И вы кто вообще такой? — дрожащим голосом спрашивала Скуталу.

— Я — Джаур. А о тебе я знаю только от Рейнбоу Дэш, которая была моим особым пони — ответил он, с небольшой ухмылкой, но потом она пропала, и появилась грустная физиономия.

— Да, это моя мама — вытирая слезы, сказала пегаска.

— Эх, а мы ведь с тобой очень похожи. Обои потеряли родных в раннем возрасте — с грустным выражением лица произнес Джаур. Скуталу только вздохнула и опустила глаза вниз, сдерживаясь от эмоций. — Если хочешь, я могу... вернуть ее... твою маму — немного подождав, промолвил пегас крови.

— А вы... — начал пегаска, как вдруг ее перебил Джаур и сказал, что можно просто на “ты”. — А ты разве это можешь... вернуть мою маму?

— Могу, но мне нужно кое-что. Не бойся, это не деньги. Мне нужно немного твоей крови и одно воспоминание. Но нужно таким, которое тебе не нужно, которые ты хочешь забыть — объяснил пегас крови, на что Скуталу не на долго задумалась, но вскоре, она вытянула копыто. Джаур сделал не сильный порез, на что пегаска дернулась, и, открыв свой амулет, заполнил его. Вскоре он объяснил, когда она будет отдать частичку памяти, то должна думать о том, что хочет отдать. Скуталу согласно кивнула, и они стали дожидаться принцесс.

Наступило время, когда ритуал жизни будет свершен. Принцессы с Рарити и Скуталу стали ждать, пока Джаур подготовится. Рядом стоял гроб, где лежало мертвое тело Спайка, но не было того, где лежало тело Копперболт. Джаур, применив некую пиктограмму, поднял усыпальницу с телом матери Скуталу, что удивило всех этим. Позже он, собрав всю силу, ударил копытами по земле, от чего появились две одинаковые пиктограммы, куда он приказал положить тела ушедших. После этого, он вылил кровь из амулета на пиктограмму, где лежала мать пегаски, а потом, сделав небольшой надрез на своем копыте, выжил кровь на пиктограмму со Спайком. После этого он приказал Скуталу встать на маленькую пиктограмму, которая появилась после пролития бардового сока жизни на магический круг, и, после того как она встала, он произнес таинственные слова на древнепегасьем языке, от чего Скуталу ударила небольшая, но терпимая боль в голове. Как боль исчезла, пришла очередь Джаура отдавать частичку и, встав на место, он произнес те же самые слова. Когда закончилась отдача воспоминаний, пегас крови подошел к Селестии и сказал ей, чтобы она заточила его в барьер, если при завершении ритуала им овладеет демон. Она кивнула. Джаур вышел в середину между пиктограммами и, собрав последний остаток силы, ударил в землю. Ритуал начался.

Джаур произносил слова, нужные для ритуала, а тела парили в воздухе, и от них исходило красное свечение. От пиктограмм исходил бардовый дым. Пегас крови был на пределе, что вот-вот упадет, не закончив ритуал, но он держался. Заканчивая, он ударил своим копытами, которые были покрыты рунами и разными символами, прямо в землю, от чего появилась бардовая волна, которая, встретив магический круг, перевоплотилась в луч, который бил прямо в тела. Когда луч исчез, Спайк и Коппер тяжело и резко вздохнули, а Джаур упал без сил. Его магическая энергия подошла к концу. Упав, он начал тяжело дышать и последнее, что он видел, как Скуталу обнимала свою маму, а Твайлайт и Рарити обнимали Спайка, потом в его глаз началась пустота и разум отключился. Селестия быстро накрыла его желтым барьером, в котором пегас крови вскочил и попытался его сломать. Но в конце-концов он отключился.

Джаур наконец очнулся. Открыв глаза, он заметил, что он пять находится в больнице, что не удивительно, так как он завершил ритуал, который его полностью вымотал. Он попытался подняться, но не смог, так как его тело сильно и нестерпимо болело. Джаур стал вспоминать то, что произошло вчера, что ему весьма удалось. Он вспомнил все, от пробуждения в кантерлотской больницы, до приятной картины счастья, которую он увидел перед пустотой в глазах. Полежав немного, он попытался снова встать, но все равно не смог. Вдруг дверь открывается, и в палату входят все, кто вчера был, даже Спайк и... Копперболт со Скуталу. Когда все встали, к пегасу крови подошла Селестия и начал говорить: — Джаур, мы все говорим тебе большое спасибо за то, что ты совершил невероятное. Ты смог вернуть родных для нас пони и не только. Я даже не знаю, как тебя поблагодарить.

— Мне нужно только одного: Чтобы пони, которые смотрят на меня и при этом убегают или испытывают отвращение, признали, что не опасен и что я рад помочь тем, кто нуждается в помощи — с большим трудом проговорил пегас крови. Селестия кивнула и пообещала, что пони в Эквестрии буду знать, кем ты являешься и после этого ушла вместе с Луной. После этого к нему подошла Скуталу и, плача от счастья, стала благодарить его, на что Джаур застенчиво улыбнулся и кивнул. И так к нему подходили все и благодарили от всего сердца, пока никого не осталось и он не остался один. Не долго думая, он решил немного поспать. Закрыв глаза, он начал думать о приятном, что и усыпило его.