Автор рисунка: Siansaar
Глава 13: Марвин рассказывает Глава 15: Хаотичная

Глава 14: Нелогичная

В галактике полно планет, именуемых их обитателями, как «Земля» или местным языковым эквивалентом. Так как большинство рас по-прежнему привязано к одной планете и привыкли стоять на земле, такое название вполне подходит. И это очень скучное, абсолютно лишенное воображения название для планеты, именно поэтому многие расы, установившие межпланетные контакты, сразу же меняют его на нечто более подходящее и веселенькое. Планета, на которой расположена Эквестрия, к примеру, так же известна, как «Земля», но совершенно ничтожное количество пони когда-либо обеспокоится, что живет где-нибудь, кроме «Эквестрии».

Эта самая Земля была уничтожена сразу же после другой планеты под таким именем, но по счастливой случайности была мгновенно восстановлена, в отличие от второй, имевшей несчастье не служить домом для пары божественных пони. Это была именно та воссозданная Земля, которую покинули наши героини, и эта планета имела очень сложную историю. После создания, сестры на какое-то время покинули её, чтобы приятно провести время, как то: забронировать столик в Маккосмикс (тот самый, что находится прямо на краю вселенной, если будете там, обязательно закажите так понравившийся одной из сестер банановый тортик), заявиться без приглашения на Великую Летучую Вечеринку, а еще вступить в жаркие дебаты с пантеоном Асгарда по поводу правильного положения туалетной бумаги (Асы склонялись к «под», что неудивительно, учитывая их варварскую натуру). За время их отсутствия, оставленные ими пони разделились на три нации: пегасы, единороги и земные пони. Последующее объединение, которое сплотило все нации Эквестрии под флагом отсутствующих богинь, было омрачено появлением несколькими десятилетиями позже духа хаоса и дисгармонии – Дискорда. Никто не знал, откуда он взялся, почему захотел править или почему его правление состояло исключительно из превращения логики в свою вечную потаскушку. Достаточно будет сказать, что в те времена жизнь в Эквестрии была несчастной и совершенно непредсказуемой, пока Королевские сестры, наконец, не вернулись и не обнаружили другого бога, занявшего их законное место. Его заключение дало небывалый толчок к процветанию народов Эквестрии, а сестры к тому времени удовлетворили свою страсть к путешествиям и, наконец, готовы были взять ответственность на управление планетой должным образом. Конечно до всей этой чепухи с Найтмэр Мун, но мы не будем об этом говорить.

Но все это, как известно, уже древняя история.

*

Планета Тривитор медленно успокаивалась. Каждое поселение видело пролетающие корабль, слышало ужасный шум, доносившийся с него, а также увеличивающееся облако существ под ним, и в каждом селении находились пони, которые могли сложить два и два и два. К тому времени, как наши герои прибыли обратно в первоначальное поселение, башня не только была отключена, но и нарастали споры насчет того, чтобы оставить её на всякий случай, или, как более популярный вариант, снести её к чертям и продавать по кусочкам в качестве сувениров. Некоторые пони выходили с выражением удивления. Некоторые облегченно плакали. Повсеместно вытаскивались ушные затычки, двери раскрывались настежь, а разговоры велись голосом отличным от крика. Как только Золотое Сердце приземлилось, те, кто имел понятие о случившемся, кинулись к нему.

Внутри, Зафод почти прыгал от радости. На самом деле он не делал этого, так как это было титанически не круто, но мысль все равно присутствовала. Наконец он получит свою награду, наконец, его эго получит дозу восхвалений, которых он так долго ждал. Он надел свои инкрустированные драгоценными камням ботинки, самую лучшую и наиболее аляповатую куртку, где были прорезаны отверстия, чтобы улыбающиеся лица на его боках были видны во всей красе, также вывернул максимальную громкость на зубных динамиках и, как окончательный штрих, перекинул через плечо президентскую ленту. Рарити с отвращением смотрела на него, но была явно рада, что скоро окажется снаружи. Флаттершай, с другой стороны, бросив взгляд на радостные лица, отрицательно покачала головой.

— Думаю, что я останусь здесь.

Дэш недоверчиво поглядела на неё.

— Да ладно! Ты уже бывала перед такими толпами! Помнишь, когда мы победили Дискорда?

— Не думаю, что могу…

— Селестии ради, Флаттершай! В чем дело?

Флаттершай явно пыталась подобрать подходящее оправдание.

— Я совсем не хочу выходить!

Она выглядела расстроенной и медленно пятилась от двери.

— В самом деле, Дэш, — вмешалась Рарити, — Временами я совсем не могу тебя понять. Неужели ты не видишь, что ей сейчас не до этого? — Она тепло посмотрела на Флаттершай. — Хочешь остаться внутри и поговорить со мной об этом?

Кивок.

— Хорошо, тогда вы двое выходите и грейтесь в лучах безвкусной славы. Мы останемся здесь. Как только вы получите необходимую дневную порцию ‘брохуфов’, мы сможем отправиться дальше.

Кавычки вокруг слова «Брохуф» были проставлены со всей деликатностью, присущей леди из высшего общества, выбирающей правильную вилку за обеденным столом, тем самым дистанцируя Рарити от вульгарного слова.

Даш и Зафод переглянулись.

— Прости, Шай, мы долго не будем, хорошо?

— Бывайте, дамы, кое у кого есть толпа, ждущая своего героя!

Они рванули с трапа в окрестности города.

— Теперь, дорогая, рассказывай.

— Эмм, я знаю, что мы должны были, но… — Флаттершай с каждой секундой становилась все несчастнее.

— Параспрайты?

Флаттершай кивнула.

— Я понимаю, что мы должны были справиться с ними, чтобы эти бедные пони могли жить лучше, но это было так ужасно!

— Дорогуша, я думаю, что сейчас нам стоит поговорить о концепции разумности. Твайлайт как-то раз прочитала мне целую лекцию.

— Твайлайт, но почему?

Рарити поморщилась.

— Если уж так сильно хочешь знать, как-то раз я увидела Тома, сидящего около моего дома одним дождливым днем, и, знаю, это звучит глупо, но я не могла просто взять и бросить его под дождем! Твайлайт застукала меня… — она помолчала, — за обтиранием его полотенцем.

Флаттершай подавила улыбку.

— Ты же никому не скажешь?

— Конечно, нет, — ответила Флаттершай, улыбнувшись сквозь слезы.

— Так вот, я веду к тому, что Параспрайты, эээ, не могут думать сами о себе. Они не разумные. Соответственно, они совсем не страдали, дорогая…

— ВАЛИМВАЛИМВАЛИМ! — Дэш на полной скорости влетела на борт.

— Прости, что, дорогая?

— РАДИ СВЯТОГО ЗАРКА, ВАЛИМ ОТСЮДА! — Зафод следовал за пегаской.

— Да что происходит?

Зафод был уже у панели, отчаянно пытаясь поднять корабль.

— Возможно, я немного их разозлил! — ухмыльнулся он.

— Чем именно? — поинтересовалась Рарити.

— Да всего ничего: сказал, что мы можем сменить мелодию на мою автобиографию (написанную, отредактированную и начитанную мной за символические сто альтаирских долларов. Закажите сейчас и получите ограниченное издание очков от Зафода Библброкса™). И поставить её на повтор.

Он нахально улыбался, как если бы повернуть отношение местных на 180 градусов от доброжелательности до враждебности было чем-то вроде шутки, наказание за которую ограничивалось мягким упреком. Он почувствовал, как корабль ожил, наравне с первым брошенным камнем, ударившим по обшивке, после которого остался отпечаток совершенно случайно похожий на форму города Филлидельфия. Данное было отмечено не как нечто значительное, а просто, как факт случившегося.

— В жизни никогда не видела подобного, — произнесла Дэш, выглядя почти впечатленной. — Даже десяти секунд не прошло! Десяти секунд на то, чтобы перейти от любви к ненависти!

Она уважала скорость практически в любом её проявлении, рассуждая, что совершение чего-нибудь, даже абсолютно глупого, обязательно должно быть максимально возможно быстро.

Корабль поднялся с поверхности, быстро достигнув точки атмосферы, где двигатель мог быть безопасно и гуманно активирован, и где в пространстве парили несколько случайных вещей. Часы с кукушкой, несколько крупных крыс и плохо переведенная книга детских стишков. А еще парящая за ними, сильно смахивающая на улыбку, кучка шариков темно-коричневой жидкости.

*

Фрисплоркинг является особенно экстремальным спортом, практикующимся в некоторых наиболее спокойных и менее ответственных частях галактики с варьирующейся законностью. Он категорически прост и заключается в сидении на старомодном миниатюрном звездном двигателе Сплоркрак 5000, и последующих попытках, путем нехитрых телодвижений и изменения тяги, разогнать себя до безумных скоростей из точки А в точку Б, с максимумом стиля и минимумом поврежденных конечностей. Очень аккуратное изменение тяги дает возможность просто парить, а наклон вперед с поминутным увеличением тяги приводит к движению вперед, правда очень часто выходит слишком сильно вперед, наряду со слишком мало или слишком много парить. Фрисплоркеры, которые не обнаруживают себя размазанными по земле на высокой скорости, иногда обнаруживают себя, выходящими на орбиту на еще более высокой скорости, что стало предметом для многочисленных споров, которая из участей хуже.

Он представляет собой практически идеальный «Экстремальный Спорт», отвечающий почти всем необходимым требованиям: высокая степень опасности, чрезмерно высокая скорость и подпадание под многие определения понятия «Очешуительно». Кроме того еще одним важным замечанием является то, что любой Фрисплоркер, выживший достаточно долго, чтобы продолжать свое хобби, по достижении определенного возраста начинает выглядеть совершенно нелепо. Профессиональные Фрисплоркеры, отметившиеся на скорости более восьмисот километров в час, удостаиваются пожизненных почестей, которые очень часто не посмертные.

Чувак был заядлым Фрисплоркером, и будь у него время, он бы обязательно попытался показать себя перед новообретенными друзьями. К счастью, к тому моменту, когда он уже хотел предложить им выйти наружу и оценить его самые «совершенно потрясные трюки», законы логики радостным маршем отправились в мясорубку.

Мясорубка, на самом деле, оказалась не такой уж сильной, и наша четверка осматривалась вокруг, когда из каждой металлической поверхности начали сыпать фиолетовые искры, а посередине помещения возникла небольшая кучка рыбы, только, чтобы затем исчезнуть, оставив после себя аромат розы и неизбежную вонь селедки. Затем все стало на свои места, мычание котенка постепенно стихло, а нормальность снова восстановилась. Твайлайт встряхнулась.

— ЧЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЛ! — позвал Чувак, отклонившись назад. — Предупреждай, когда включаешь эту чертову штуку! Я чуть в штаны не наложил!

— Какого сена сейчас произошло? — раздался вполне логичный вопрос Эпплджек, трясшей головой, чтобы избавиться от необычного ощущения.

— Просто кое-кто мутит с конечно-невероятностным генератором. Совсем сумасшедшая штуковина, но зато веселая!

Эпплджек повернулась к Пинки.

— Может эта штука доставить нас к остальным?

— Сожалею, но нет. Она недостаточно мощная, к тому же она странным образом играется с местными вероятностями. Думаю, что для бесконечно-невероятностного двигателя будет невозможно даже добраться сюда, пока эта штука включена!

Затем последовал беззвучный хлопок.

*

Путеводитель для Путешествующих Автостопом по Галактике пренебрежительно относится к явлению удачи, а также явлению совпадения. Путеводитель утверждает, что во вселенной, которая, по крайней мере, пока, бесконечна по размерам, и в которой может произойти все что угодно, все что угодно рано или поздно произойдет. Тем не менее, для стороннего наблюдателя будет в высшей степени странно, если он не поставит под сомнение совершенно нелепое совпадение быть подобранными пролетающим космическим кораблем, находясь при этом не только на планете, но внутри здания, да еще и кораблем, на который они хотели попасть.

Это было, однако, именно тем, что произошло с Твайлайт Спаркл и её друзьями, которые обнаружили себя в поистине странном месте. На какое-то время оно, казалось, состояло полностью из живых макак, которые весело болтали, развеваясь по ветру.

— Что. — Голос Твайлайт был свинцовым.

— Эмм… — Пинки Пай осматривалась по сторонам. — По-моему, я уже спрашивала об этом, да?

Мир, как бы отвечая, схлопнулся вокруг них, взорвавшись конфетти и открыв взору внутренности космического корабля.

— Двести к одному и падает! И, о! У нас новые гости! Это ли не здорово? — раздался громкий жестяной голос, пока из стен прорастали цветы, чтобы затем сгореть в фиолетовом пламени, сопровождаемым звуками крошечных фанфар. Затем последовала пауза. — Ну, прости, приятель, мы просто подобрали их! Тебе разве не нравится подбирать попутчиков? — Очередная пауза. — Сто к одному и падает. — Голос звучал угрюмо, будто бы его только что оскорбили или отругали.

— Это он, так? — спросила Эпплджек, оглядываясь вокруг. — Бесконечно-невероятностный корабль или как его там?

— Определенно!

— Мы даже еще не отправились на Медиус! И ты уверяла, что это практически невозможно!

— Похоже, что я была праваааааааа! — радостно пропела Пинки.

— Фактор Невероятности один к одному, нормальность восстановлена! — донесся сверху голос, вновь звучавший счастливо.

Эпплджек и Твайлайт силились вымолвить хоть что-то.

— Но…

— Что…

— Я не…

— КАКОГО СЕНА?

Пинки мягко улыбнулась.

— Просто именно так работает эта глупая штучка. Логика начинает шалить. А теперь давайте подготовимся к встрече с нашими друзьями!