Струны сердец

Арфа Хартстрингс переживает не лучшие времена. В прошлом году она потеряла своего любимого мужа, затем её подставили и выкинули из Оркестра Королевской Оперы Кантерлота. Ей пришлось продать свою личную арфу... Единственным хорошим моментном было поступление её дочерей, Лемон и Лиры в Школу Одарённых Единорогов. Но тёмная полоса никуда не хочет уходить... пока несколько встреч не изменят её жизнь.

Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Как вырвать зуб единорогу/How to Remove a Unicorn Tooth

Три недостающих фрагмента, два любящих аликорна и одно-единственное глупое решение, направившее жизнь юной принцессы Кейденс по новому пути.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Миаморе Каденца

Подарок для Принцессы

Самый необычный способ приготовить самый обычный подарок. Ну или наоборот.

Твайлайт Спаркл Дискорд

Быть лучше

Ми привыкли видеть все, как есть. А допустим это не так? Это день из жизни пони, которая не хотела быть лучше.

Дерпи Хувз

Озеро и Твайлайт

Вооружившись списком, Твайлайт отправляется на озеро.

Твайлайт Спаркл

Замок Кантерлот

Жизнь в замке Кантерлот полна удивительных историй. Одни настолько нелепы, что сильные мира сего сгорают от стыда, другие столь мрачны, что терзают души даже могущественных аликорнов. Не удивительно, что большинство историй навсегда остаются во дворце за семью печатями... Однако у кое-кого в замке очень зоркие глаза и большие уши. И пусть многие даже не замечают этих пони, те знают многое о своих господах и готовы раскрыть их тайны.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Фэнси Пэнтс Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор Стража Дворца

Легенда об Источнике

Немного грустный взгляд в прошлое рассказывает о множественности миров и объясняет их связь с Эквестрией и почему магия дружбы так важна для общего будущего; ближе к концу — порция жизнеутверждающей концентрированной дружбы. ) Путешествий между мирами и временами нет. Персонажи вроде каноничные. Краткая лекция с посещением исторической местности от принцесс-сестёр для Твайлайт, затем отдых в компании остальной Mane 6; щепотка хнык-хнык, стакан ми-ми-ми; содержит подобие спойлера на финал S2E2.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна

Записи миссии «Стрелы 18»: Одинокий рейнджер

В не очень далёком будущем звёздная система Омега Центавра казалась учёным всего лишь ещё одной странностью на картах. Однако когда было обнаружено, что звезда обращается вокруг планеты земного размера и земного типа вместо чёрной дыры, что предполагалось из характера её движения, была организована миссия с целью изучить это в высшей степени необычное небесное явление. Урезанная в средствах политиками и чуть было не сорванная до её начала, миссия «Одинокий рейнджер» была сокращена до единственного члена экипажа, предоставленного самому себе. Данный текст – дневники «Стрелы 18» и её единственного командира. Эта информация помечена грифом СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО Земным Космическим Агентством. НЕ говорите принцессе.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Принцесса Луна Человеки

Кексики!

История о том как Пинки....

Рэйнбоу Дэш Пинки Пай Эплблум Сильвер Спун

Избранные

Когда фанатизм доходит до безумия, грани дозволенного стираются, а прописные истины просто-напросто исчезают...

Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: aJVL
Глава 5. Планы вылетают в трубу. Глава 7. Лазарет под открытым небом.

Глава 6. Заслужи свою смерть. (Earn to die.)

Глава 6. Заслужи свою смерть. (Earn to die.)
-Вруби фары.

-Нет.

-Вруби, говорю.

-Нафиг не сдалось.

-Вруби фары, сказала!

-На кой Дискорд тебе фары? И так светло!

Препираясь подобным образом, мы со Скут гнали вперёд по трубе. Полумрак, прорезавшийся только солнцем, бьющим через многочисленные щели, и тусклым фосфорическим светом спидометра (подсветка работала только у него, я так и не смог это исправить), нисколько не мешал продвижению. Однако пегаска так не считала. Уж не знаю, боялась ли она темноты, или ещё чего, но требования зажечь свет становились всё настойчивее.

-Давай бегом!

-Ой, ну всё, всё, не ной. Спалим всё масло из-за тебя.

Нажав рычажок под штурвалом, я осветил тоннель впереди. Фары «Кастлгарда», равно как и фары любой другой машины, работали так же, как и двигатель: на фонарном масле из общего бака. Свет они давали довольно мощный, но распространялся он недалеко, ярдов на семь-восемь, где-то так. По крайней мере, через замызганные и треснувшие фонарные стёкла в этих самых фарах. Следует добавить, что беспокоился я не зря: масло такое дополнение жрало со сверхскоростью. Но Скуталу это ничуть не волновало. Она радостно и даже как-то облегчённо хлопнула меня по плечу. Видать, и впрямь боялась темноты. Трусишка.

-Вот, другое дело! Сразу бы так, а то нет, всё масло спалим…

-Вот если спалим, я тобой двигатель заправлю. Посмотрим, как ты горишь и насколько тебя хватит. При включённых фарах, разумеется.

Пренебрежительное фырканье, раздавшееся в ответ, заглушил грохот ещё одного мотора. Как, опять? Да вы уже бесите! Вот реально, существуют такие пони, с которыми поначалу интересно, а потом хоть на край света от них беги. ЗА*Б@ЛИ!!!

Мысленно выстраивая вокруг приставучих бандюков крепкий трёхэтажный постапокалиптический мат, я поддал газу. Преследователь вскоре явил нам свою сущность: приземистая малолитражка когда-то красного, ныне поносного, цвета с беспрерывно чихающим в нашу сторону дробовиком, торчавшим из лобового стекла. Не то, чтобы он мог нас как-то серьёзно зацепить, но если он подберётся поближе и возьмёт на прицел шины, нам несдобровать.

-О, смотри, кто-то захотел поразвлечься! Щас я им устрою весёлый заезд!

Я услышал, как пулемёт на крыше поворачивается в сторону врага. Деваться из этой трубы ему некуда, если только он не проломит одну из стенок, но тогда его машина навернётся с солидной высоты. Не знаю, как там у разбойничьего автопрома с подвесками дело обстоит, но так рисковать не стоит. Похоже, экипаж гнавшегося за нами чуда техники, выхватил в пятно света своих фар ствол нашего орудия возмездия, потому как их водитель ударил по тормозам и моментально скрылся за поворотом трубы. Наш тоннель принялся вилять, причём довольно сильно, но ехать по нему даже в таких условиях особой мороки не составило. Уж не знаю, проектировалась ли эта труба таким образом, или коррозия её так изогнула, или бандиты по ней часто катаются, но у меня создалось впечатление, словно мы внутри раковины улитки или кого-то подобного. Я много раз катался и на американских горках, и в аквапарках, но ни разу такого извилистого маршрута не встречал. Кстати, неплохая это идея – организовать тут аквапарк или что-то подобное. Только вот трубу подлатать, кассу сварганить, да повывести отсюда всех бандитов. Посетители не должны таскать с собой оружие, чтобы иметь возможность доехать до конца маршрута живыми. И как никто из обитателей промзоны до этого не додумался? Такие деньги могли бы делать! Тьфу, что за хрень лезет мне в голову с утра пораньше? Наверное, из-за жары мозги совсем сварились. Это ж надо такое придумать!

Из размышлений меня вывел…нет, не поворот трубы. Физика работала на нас, в повороты «Кастлгард» входил почти самостоятельно, мне иногда казалось, что наша развалина ожила и сама знает дорогу, я ей почти не управлял. Но вдруг старый знакомый, снова догнавший нас, принялся опять плеваться в нас картечью. Мало того, так ещё и спереди вылетел тот самый мотоциклист, которому я отдавил люльку. Что ж, засады они устраивать умеют. Но этот байкер что, серьёзно надеялся, что я нажму на тормоз?

С грохотом мы налетели на него, подмяв под днище «Кастлгарда» и размазав по трубе. Странно, но в этот раз наезд ни в ком из нас тех чувств, что в прошлый раз, не вызвал. Привыкать начали, что-ли? Преследователь подпрыгнул на останках своего товарища и продолжил погоню.

-Да что ж ты никак не отвянешь-то? Эм, чего они все такие мазохисты?!?!

Отвечать было некогда. Крылатая оказалась права: навстречу вылетел ещё один такой наездник. Разумеется, его ждала та же участь.

-Я тя только что на тот свет отправил, чё те ещё надо?!?! – в отчаянии завопил я, когда бампер машины, взлетевшей ещё разок, царапнул верхнюю часть трубы.

Тут только я заметил, что Скут смотрит на меня огромными глазами. Губы её чуть дрожали.

-Что…? – похолодев, спросил я.

-Патроны в коробке наверху вышли… Надо менять…

Ну, замечательно день начинается! Теперь у нас ещё и боезапаса нет! Что дальше?! Супербронебойные пердолёты какие-нибудь?!?!

-Пожалуйста, скажи, что у нас ещё остались ракеты! – едва ли не взмолился я. Не будь управление «Кастлгардом» моей обязанностью, я бы, наверное, грохнулся к её ногам.

-Ракеты?!?! В ТОННЕЛЕ?!?! – завизжала она, перекрывая рёв мотора. Я моментально осознал всю глупость своих слов и хреновость нашего положения. Нет, этот день не могло испортить уже ничто. И тут я заметил, как пегаска пытается вылезти в окно с пулемётным коробом в копытах. Телекинезом я вернул её на место.

-С УМА СОШЛА?!?! Тебе же голову на повороте оторвёт!!!

Она сверкнула на меня глазами, но возражать не стала. Нужно было выбираться из трубы, и как можно быстрее.

Впереди образовалось огромное пятно солнечного света, в которое был виден въезд в ещё один тоннель. Видимо, одна из секций трубы отржавела и выпала. Похоже, нашей консервной банке придётся показать акробатические способности. Главный приз – жизнь. Не тратя ни секунды на размышления, я с разгону проскочил остаток трубы и взмыл в воздух… Наш полёт продолжался от силы секунду, но я навсегда запомню эти ощущения: гравитации больше нет, время замедлилось до предела, почти остановившись, сердце колотилось изо всех сил, страх сжимал горло, а в голове осталась единственная мысль: неужели перескочим?

Колёса «Кастлгарда» с размаху соприкоснулись с металлом. Из моей груди вырвался крик облегчения. Летунья, более привычная к таким перелётам, тоже застыла от ужаса, но мгновенно пришла в себя. А дальше случилось такое, от чего хотелось петь: бандит, гнавшийся за нами, решил повторить этот трюк, и немного не рассчитал, отчего его машина на всей скорости ткнулась бампером в край трубы и со звоном грохнулась на землю. Судя по звуку, прямо на собственную крышу.

Я остановился. Передние ноги мои дрожали, грудь разрывалась от ударов сердца, воздух отказывался попадать мне в лёгкие. Крылатая, казалось, чувствовала себя так же. Она нашла в себе силы вылезти через окно и пристегнуть на место пустого полный короб. Правда, сделать это ей удалось где-то с третьей попытки.

Успокоившись, я снова тронул машину вперёд. Труба вскоре пошла вниз, и показала нам выход из себя на небольшой высоте, так что мы могли безопасно спрыгнуть. Но когда я уже немного отошёл от пережитого, по трубе снаружи начали вовсю палить из пулемёта.

Опять-двадцать пять! Сколько ещё их нужно убить, чтобы бандиты оставили нас в покое? Всех? Похоже на то. Бесило ещё и то, что враг, даже не видя нас, бил довольно близко, а мы не могли отвечать. Скрежеща зубами от злости, я выехал из трубы. Солнечный свет после таких проездов казался очень ярким, но не слепил. Я огляделся в поисках стрелка и увидел клон нашей машины. «Кастлгард», выкрашенный в синий цвет, осыпал нас очередями из пулемёта значительно крупнее нашего. Скуталу принялась ему отвечать, надеясь попасть в стрелка, который сидел в открытом кузове и был ясно виден даже мне. Я повернул руль так, чтобы дать пегаске возможность воспользоваться ракетомётом, и уже заканчивал манёвр, когда почувствовал резкую, обжигающую боль в левой передней ноге ближе к плечу. Боль тут же распространилась по всему телу, разрывая плечо на части. Я повернул голову и увидел, как из пробитой куртки хлещет кровь. Подстрелили… Эта мысль тупо засела в голове, не давая вести машину. Звуки стали тише, вокруг появилось кровавое марево, но всё же я расслышал шипение ракеты, выпускаемой летуньей, и взрыв. Левое копыто уже отказывалось подчиняться, соскальзывая со штурвала. Я попробовал заменить его телекинезом, но охватившее на мгновение руль золотистое сияние тут же погасло. Я стремительно терял силы.

-Эмеральд, можешь уже сбавить обороты, я их уделала! Эм, ты слышишь? ЭМ!!!

На языке уже стал ясно различим привкус металла. Дискорд, как быстро… Боль сжигала меня, сил кричать уже не осталось, хотелось только одного: чтобы всё это поскорее закончилось. Словно сквозь сон я слышал голос пегаски, выкрикивавший моё имя, почувствовал, как она навалилась на руль… Затем пришли другие голоса, грохот моторов, стрельба, визг тормозов, звук удара о стену… Больше я ничего не помню.

Я очнулся, когда солнце уже почти село. Вокруг было темно, но я сумел различить очертания «Кастлгарда». Моё тело покрывал пот, плечо сильно саднило, подбитая нога казалась набитой острыми осколками железа, все конечности будто налились свинцом. Я едва мог двигать глазами. Взглянув левее, я заметил Скут, лежавшую возле меня с тряпочкой в копыте. Мне хотелось что-то сказать, но вместо слов из груди вырвался слабый стон. Пегаска, дёрнувшись от неожиданности, мигом поднесла к моему рту бутылку с водой и влила её содержимое в горло. Стало полегче. Я смог вздохнуть полной грудью и чуть приподняться, в ответ на что раненое плечо снова заныло, а пернатая положила мне копытце на грудь.

-Не ёрзай. Полежи немного.

Голос у неё был слегка охрипший. Я осмотрелся и увидел пропитавшуюся кровью повязку на плече, наложенную прямо поверх куртки, раскрытую аптечку и что-то небольшое, лежавшее в металлическом лотке в лужице алой жидкости.

-А, да. Я её вынула. Пулю. Можешь забрать себе, если хочешь.

Множество слов роились в сознании, но один сорвался с языка сам собой.

-Где мы?

-Всё там же. Нам уже, правда, недолго до твоего завода ехать. Вон он.

И точно. Завод возвышался в полумиле езды впереди. Одолеем как-нибудь, а там посмотрим.

-Долго я так провалялся?

-С тех пор и лежишь, как я того гада подстрелила. Я думала, ты не встанешь уже. Ты…в общем…плохо тебе было. Совсем плохо.

Я похолодел от слов спутницы. Что я тут вытворял, пока был в горячке? Ярко-красный луч заходящего солнца осветил её мордочку, и мне показалось, что под её глазами проступили высохшие дорожки слёз.

-А погоня? Другие бандиты? Стена, на которую мы налетели? – принялся вспоминать я.

-Ты это о чём? Ты чего несёшь-то, Эмеральд? Какая стена?

В голосе Скуталу слышалось недоумение в смеси с тревогой. Видимо, все эти звуки мне просто почудились, но они были так реалистичны…

-Ладно, забудь. Э-эх, пожрать бы чего…

Реакцией на эти слова послужила широкая довольная улыбка.

-Живой, — прошептала пегаска, заключив меня в объятия. Простреленное плечо тут же зацарапала боль, но мне было наплевать. Единственным, что осталось на свете, были носик, щекотавший меня своим дыханием и голос, шепнувший прямо в ухо:

-Знаешь, как ты меня напугал?

Я неловко обнял крылатую здоровой ногой. По моей шее прокатилась крошечная слезинка, упавшая из её глаз.

Конец 6 главы.