Фильм-катастрофа

Вот вам немного реалистичности в волшебный фэнтезийный мир разноцветных лошадок с магией. На примере эпизода про путешествие к дракону и обвал.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл

Гроза

Гроза пугающее и одновременно завораживающее зрелище. Но если ты всего боишься, то вся прелесть пропадает и остаётся только страх, который порой не возможно перебороть в одиночку...

Флаттершай Энджел

FO:E - Схватка в Разломе

Два курьера. Два пони, чьи судьбы неразрывно связаны. Два непримиримых врага. У них разные цели, разные идеалы - но общая история. Которая началась в Разломе. И там же закончится...

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Стальной марш

Эквестрия противостояла многим врагам. Но как сражаться с неодушевлённым врагом? Врагом, у которого вместо сердца стоит двигатель внутреннего сгорания а вместо мозга - калькулятор? Как воевать с машиной?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Другие пони

Импульсивность

Я прочёл множество фиков про попаданцев. Рейнбоу в них обычно встречает людей ударом с двух ног в грудь. Что ж, давайте посмотрим, насколько это правильное решение при первом контакте с неизвестными разумными. Читайте заметки.

Рэйнбоу Дэш Человеки

История любви

Данный рассказ является спин-оффом романа "Сломанная Игрушка", где в гигантских городах будущего люди научились создавать искусственные существа и придавать им любую форму по своей прихоти. Рассказ повествует о драматичной истории Трикси Луламун, которой пришлось пережить в мире людей то, чего она была лишена в Эквестрии. Содержит спойлеры "Сломанной Игрушки".

Трикси, Великая и Могучая Другие пони Человеки

Вежливые люди

Ничего необычного. Просто "Зелёные человечки" попали в Эквестрию.

Рэрити Человеки

Гостья дальних земель

Пони, живущие в Эквестрии рады каждому новому дню. Они безмерно дружелюбны и отзывчивы. А что, если заглянуть в глубь их душ? В то место страха и ужаса, которое затянуто радужной оболочкой счастья. В Эквестрии есть и другие «дороги» и по невольному случаю, некая кобылка была брошена на чёрную тропу.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна

Флиттер

Чейнджлинг, проживший рядом с эквестрийской кобылой большую часть своей жизни, оказывается в самом центре вторжения королевы Кризалис в Кантерлот. Он понятия не имеет, кто она такая, и что надо ее улью, ему просто хочется остаться там, где он есть, и, что важнее, тем, кто он есть. Но заклинание, которое завершило вторжение, чейнджлингов не различает. Маскировка безвозвратно разрушена, и вся Эквестрия охотится на ему подобных. Однако он изо всех сил пытается сохранить свою семью и найти место в мире.

Другие пони Чейнджлинги

Восход кровавой луны

И поднимется луна, и будет она багровее крови, и проснутся духи зла...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Автор рисунка: Noben

Охотник

Глава 5. Город Шестерни. + Интерлюдия 5.

Ван начинает поиски Октаивии в столице грифонов.

Глава 5. Город Шестерни. + Интерлюдия 5.

Помахав на прощание Аир, аликорн одним из последних пассажиров спустился по трапу. Дирижабль отшвартовался от перрона и полетел куда-то в сторону мастерских. Видимо для профилактики и дозаправки газом.
Столица грифонов встретила аликорна духотой и легким смогом. Черному пони отчаянно хотелось чихнуть, но, никак не получалось. Дыхание стало чуть чаще и тяжелее. Местные же обитатели не обращали на такие мелочи, никакого внимая. То ли они привыкли к запахам своего города, то ли Ван слишком привык к идеальной экологии Эквестрии. Сотни, нет, тысячи труб чадили дымами, наверное, всех расцветок радуги, но преобладал серый. Повсюду виделись работающие блоки массивных механизмов. Вращались гигантские шестерни. Из длинных труб, порою, валил белый пар. Лифты, противовесы, шкивы, какие-то цепи постоянно двигались верх, вниз. Грифоны сновали туда, сюда, смазывая механизмы, заменяя стершиеся части, латая прорывы пара и занимаясь совсем уже непонятными делами. Складывалось такое впечатление, что Ван попал во внутренности титанического механизма, которым являлся весь город. «Вот я и на месте. Что ж теперь делать. Не ходить же и расспрашивать, не видал ли кто пару молочного цвета грифонов. Пожалуй, нужно искать выход на местное „дно“. Наверняка похитители имеют какое-то отношение к криминалу.»
Повсюду бродили самые разнообразные существа: алмазные псы, землепони, даже рослый минотавр мелькнул где-то в толпе, но в большинстве своем преобладали грифоны. Ван сам еще не знал куда пойдет, он просто гулял по улочкам Города Шестерни, как в свое время по Кантерлоту и пытался проникнуться его, пахнущим гарью, духом. Вот парочка грифонов, с красными хохолками мутузили какого-то алмазного пса. Рядом пролетела тройка грифонов стражей, одетые в металлические, но видимо весьма легкие доспехи. Они не обратила на происходящее и капли внимания. Лишь их черно-белый командир брезгливо повел клювом. По небу громко хохоча и матерясь, пронеслась кучка подвыпивших грифонов в серых запыленных робах. Большинство местных обитателей носили на себе одежду, изобилующую разнообразными металлическими украшениями, в виде стилизованных шестеренок, капелек, крыльев и тому подобного. Стайка молодых грифонов пыталась написать краской что-то на стене дома. Заметившие это стражники спикировали к хулиганам, но они успели рассыпаться и скрыться во множестве подворотен. Аликорну казалось, что он очутился в обычном рабочем квартале своего родного города.
Стражи, так и не поймавшие юных хулиганов, свернули в виднеемый неподалеку трактир. Подойдя поближе Ван, облегченно вздохнул, название этого места было написано на новоэквестрийском. Надпись гласила: «Бар, под сожженным крылом». К самому зданию тянулась толстая труба, расположенная на массивных опорах. Сбоку от бара, прямо у его стены лязгал и поскрипывал какой-то непонятный механизм, состоящий из кучи разнообразных шестерней. Ван уже несколько часов гулял по городу и успел немного проголодаться. Он поправил седельные сумки, как-то нерешительно вздохнул и потрусил в сторону дверей бара.
Едва черный пони толкнул дверь бара, как в нос шибанули запахи машинного масла, спирта и перегара. Внутри было довольно люд... эээ... грифонно. Помимо тройки стражей, в зале был седой алмазный пес — бармен, протирающий кристально чистый стакан, большая компашка грифонов с красными хохолками, еще три компании поменьше и несколько одиночек. На широкой и крепкой электрической люстре уединилась, явно романтическая парочка. Взгляды присутствующих были направлены на вошедшего лже-единорога. Наверное, можно было бы сказать, что повисла напряженная тишина, но это была бы ложь. Был отчетливо слышен гул и скрип механизмов заполнявших Город Шестерни. Аликорн подошел к барной стойке, звонко цокая копытами по каменному полу.
— Что будешь? — спросил бармен.
— Вода есть?
Все грифоны, сидевшие в баре, громко и заливисто рассмеялись. Только парочка с люстры не поддержала общего веселья, они слишком были заняты собой.
— Ох, насмешил, воды ему, сразу видно, что не местный, сейчас повеселимся, а сумки то дорогие, с рубинами, богатенький. — слышались шепотки.
— Простой воды нет, только выпивка. Еды для пони тоже. — ответил алмазный пес. Он все еще тер тот стакан, на который обратил внимание Ван.
— А что же едят эти?.. — Ван махнул копытом в сторону тройки стражей, на столе которых дымились миски с какой-то похлебкой.
— Они едят... — начал было бармен, но его перебила одна грифонночка с красным хохолком.
— Дош, старый ты скряга, нам еще две бутыли твоей сивушной настойки. — грифон катнула по столику несколько монет. Алмазный пес ловко подхватил их и повернулся к стеллажам с настоящей батареей бутылей. — Привет и тебе, высокий рогатик. Меня зовут Гильда.
— Бел Ван Сапка. Можно просто Ван. — представился пепельногривый.
— Знаешь что Ван?.. Давай так, если ты сможешь съесть, хотя бы чашку того, что едят наши доблестные стражи... Пф... — Гильда презрительно фыркнула. — В общем если съешь такое же блюдо, я оплачу за тебя все, что ты решишь здесь съесть или выпить за вечер. Даже самое дорогое. Если же ты окажешься не настолько голодным, то ты поишь меня и моих друзей весь этот вечер.
— Значит, если я съем порцию такого же блюда, то ты меня кормишь и поишь весь этот вечер, а если не смогу я кормлю тебя и твоих друзей? — подозрительно уточнил Ван. Он чувствовал, что здесь есть в чем-то подвох, но искать другой бар или таверну было уже откровенно лень. Да и стража была под боком, значит это не откровенно бандитский притон, где обирают усталых путников.
— Агась.
— Тогда договорились. — Ван протянул копыто, привычно улыбаясь уголками губ, и Гильда сделала брохуф сжатой в кулак лапой. — Бармен, одну порцию того же, что и у стражей!
— Будет готово через пятнадцать, двадцать минут. Блюдо то популярное. — алмазный пес как-то гадко усмехнулся.
Аликорн сидел на жестком стуле и дожидался обеда рассматривая обстановку в зале. Под потолком, в углах тянулись трубы из-под заклепок, которых порою вырывались и посвистывали струйки пара. Где-то внизу, порою раздавались сильные удары железом по камню, от которых едва заметно звянькали бутылки на стеллаже.
— Ваш заказ. Парная баранина в прянном соусе — злорадно оскалился бармен, поставил перед черным пони мясное блюдо и вернулся к видимо своему излюбленному времяпровождению. Протиранию стакана. Рядом с миской пепельногривый увидел лепешку и массивную металлическую кружку с какой-то черной жидкостью. Судя по запаху — с темным пивом. На кружке были умело, выгравированы шестерни. «А говорил, что нормальной еды нет, но лепешки раздобыл. Лицемер!»
Почти весь бар замер в предвкушение скандала. Грифоны на люстре уже вовсю целовались своими роговыми клювами. Гильда и другие грифоны с красными хохолками, на всякий случай готовились утихомирить единорога, если тот решит отказаться от спора. Даже стражники смотрели с затаенным смехом, они планировали развлечься на представление, что ловко разыграла Гильда. Аппетитный аромат щекотал нос Вана, рот наполнился слюной, и он не смог сдержаться. Пепельногривый склонился над чашкой и с шумом втянул воздух. По бару пронесся изумленно недоумевающий вздох.
— Давненько же я не кушал мясца. — сказал тихо Ван, с какой-то шипящей интонацией. Это было странно, не смотря на то, что аликорн говорил не громко, его отчетливо услышали все присутствующие. Даже парочка на люстре соизволила отвлечься друг от друга.
Пепельногривый взял ложку, зачерпнул мелко нарезанное мясо и стал нарочно медленно подносить ко рту. У грифонов так же медленно опускались клювы. В баре вновь повила относительная тишина. Механизмам было все равно, они продолжали работать, не смотря на когнитивный диссонанс посетителей бара «Под сожженным крылом». Наконец пепельногривый открыл рот, и присутствующие смогли рассмотреть его аномальные зубы. Лапы алмазного пса дрогнули, и протираемый стакан упал на пол. Но не разбился, как ожидал пепельногривый, а звянькнул о камень пола и укатился куда-то под барную стойку. Бармен же даже ухом не повел, он неотрывно смотрел на длинные клыки и острые резцы черного пони. По залу прокатился испуганный шепоток, грифоны замерли на своих местах, но Вану было уже все равно. Он с немалым аппетитом уплетал блюдо. Доев мясо, прикончив кружку непривычно горчащего пива и вылизав остатки соуса лепешкой, Ван повернулся к Гильде.
— Клюв закрой, а то муха залетит. — грубо произнес лже-единорог. Несмотря на свои догадки, он был весьма разозлен .
— Рассчитайся пока за меня. Эгей, грифоны, гуляем сегодня за мой счет. Бармен, лучшего пива мне и моим новым друзьям! — алмазный пес непонимающе уставился на аликорна. — То есть всем присутствующим в зале. И себе налей!
— Слышишь ты. — возмутилась Гильда, звонко щелкнув закрывшимся клювом. — Я говорила, что буду поить только тебя, а не весь бар. Да и вообще, сними-ка свой плащик. Сдается мне, что ты не пони.
— Тебе, что жалко для своих друзей? Ведь я и их угощаю. — поддел грифона Ван. — И вообще, я заказываю это все себе, а же остальным дарю! А по поводу плаща... Что-то я не помню, что бы в нашем споре был пункт, о моем происхождение. Параспрайта тебе в ухи, а не снятие плаща!
— Сейчас ты у меня... — начала распаляться Гильда, но, неожиданно на ее плече легла бронированная лапа.
— Умей проигрывать, все было по правилам. — произнес черно-белый грифон, подсаживаясь к аликорну. Судя по более богатой отделке доспеха, он был командиром тройки.
Гильда же, злобно ворча и нервно распушив крылья, вернулась к столу, со своей компанией. Там она отобрала кружку уже поставленного за ее счет пива и залпом ее выпила.
— Привет Ван, меня зовут Диамант Сокрон, как ты уже, наверное, понял, я капитан тройки квартальных стражников. — представился черно-белый грифон. — Ловко ты опозорил Гильду. Мне всегда не нравились «Красные хохолки».
— Кто, кто? — не понял пепельногривый. Он приложился к новой кружке с пивом, в этот раз горечь была не так заметна. То ли бармен подал более дорогой напиток, то ли Ван уже притерпелся.
— Да ты видимо совсем не в курсе жизненного уклада грифонов. — добро усмехнулся стражник и сам приложился к любезно поданной алмазным псом кружке. — У нас самая справедливая система власти во всем известном мире. Как бы тебе объяснить... Во! У нас все замешано на крутости. Вот ты, пони, сейчас на глазах толпы ешь мясо, пьешь пиво. Твой рейтинг соответственно повышается из-за того, что ты делаешь небывалые для своего вида вещи. Затем ты выиграл в споре с другим авторитетным грифоном, Гильдой, твой рейтинг повышается, а ее понижается. Потом ты угощал присутствующих, твой рейтинг опять поднялся. Так же и грифонами. Работаешь на вредном производстве — крут. Предложил хорошую идею для завода — стал круче. Начистили тебе клюв — потерял в крутости. «Красными хохолками» раньше называли самых задиристых грифонов, которые постоянно пытались увеличить свою крутость за чет, других, более мирных. Самым одиозным личностям насильно красили перья на голове. Но, постепенно, такие грифоны к этому привыкли и даже создали свой цех. Отморозков. Они теперь специально красят себе перья, что бы их видели за версту и боялись. Их цех занимается всем, что может принести прибыль и крутость. Начиная от грузоперевозок и управлением погодой... Хе-хе... если им последнее какой-нибудь дурак решится доверить. И заканчивая торговлей запрещенными зельями зебр и наемничеством.
— Я чтот не пони? А как вы узнаете, кто круче, а кто нет? — Ван с легкостью прикончил третью кружку. Язык его стал чуток заплетаться, а мир приятно покачивался. Грифоны в баре тоже не отставали, ускоренными темпами надираясь халявным пивом. Алмазный пес вновь протирал поднятый стакан, уже примерно прикидывая сумму, которую сдерет с Гильды. Он прекрасно знал, что «Красная Хохолок» ни не денется, от одного из весьма уважаемых работников теневого цеха.
— Дружбомагия бл!... Шутка. Врожденная способность. — ответил Диамант старательно догоняя пепельногривого по количеству выпитого. — С грифонами, пегасами и прочими крылатыми работает нормально, а вот с бескрылыми, вроде тебя, часто сбоит. Так вот, мы, стражники, для того и нужны, что бы всякие некрутые грифоны не мешали крутым.
— Чет я ни фига не пони. — перед Ваном вновь стояла полная кружка. Черный пони потребовал закуски и принялся цедить пиво, что уже пилось легко. Как вода.
— Бывает. Не грифоны с трудом въезжают в наши правила. — Диамант уже догнал Ван и собирался идти на обгон. Он как-то по-особому хитро прищурился, осматривая лже-единорога. — Вот скажи мне, что могло привести в Город Шестерни столь необычного пони, как ты?
— Ищу одну пони. Ее на моих глазах похитили пегасы. — смог-таки внятно выговорить аликорн. Язык перестал заплетаться, но мир вокруг раскачивался уже сильнее.
Дальнейшее Ван помнил уже смутно. В бар приперлись грифоночки-музыкантки. Он что-то пил, на чем-то танцевал, доказывал кому-то, что на самом деле зубы у него обычные, а собеседнику привиделись острые клыки. А вот на ходу переведенную песню аликорн:
За столом сидели, грифоны, и ели.
Мясом пони угощал своих гостей.
Все нахваливали ужин, и хозяин весел был,
О жене своей все время говорил
Если мясо грифоны, пивом запивали,
О чем пони говорил, они не понимали.
— Я узнал, недавно, все вы, как ни странно...
Пони хриплым голосом проговорил.
— С моей кобылкою встречались втайне от меня
И поэтому всех вас собрал, сегодня я!
Ели мясо грифоны, пивом запивали.
О чем пони говорил, они не понимали.
— Я за ней не уследил
В том моя вина
Но скажите
Правда, вкусная она?
Ели мясо грифоны, пивом запивали.
О чем пони говорил, они не понимали.
И вновь провал в памяти. Разговоры с Диамантом. Ван пьет в компании стражей, которых облепили грифоночки-музыканточки. Завистливые взгляды «Красных Хохолков». Драка. Звонкие крики грифоночек. Летающие столы и кружки. Стражники отбиваются от «красных хохолков». Остальные грифоны бьются каждый сам за себя. Барную стойку охраняет парочка молодых и мускулистых алмазных псов, но они не вмешиваются в драку, лишь откидывают прилетевшие из зала тела грифонов. Сам же бармен стоит за стойкой, держа в лапах оббитую мягким войлоком дубину. Пьяная парочка на люстре целуется все откровеннее и откровеннее. Удар по морде когтистой лапой. Глубокие царапины, но глаз не задет. Своя же кровь на языке. Удар по телу, еще один, еще и еще. Чудом спасенный плащ. Пойманная телекинезом Гильда. Спина к спине с Диамант. Улица, ночь, газовые фонари, холодный ветер. Ван идет рядом с капитаном стражи. Пьяные завывания, называемые песней. Тяжелые гайки, кидаемые разбуженными грифонами. Полет, дом стража, кровать.

Интерлюдия 5. Кризалис. Город Шестерни.
— Моя королева! Срочные вести!
— Говори Нарлг, не тяни мантикору за усы.
— Тот черный единорог замечен здесь, в Городе Шестерни. Наш агент заметил его, когда он сошел с дирижабля, что прилетел из Эквестрии. Я осмелился распорядится, что бы наша агентурная сеть временно взяла под контроль все пассажирские перроны, для эквестрийских дирижаблей и поездов.
— Ты все правильно сделал, Нарлг. Когда мы захватим Эквестрию, ты будешь возвышен над остальными чейджлингами.
— Благодарю вас, моя королева, но это еще не все. По непроверенным данным, этот пони не единорог. Он аликорн!
— Как?! Невозможно!!!
— Поэтому мне и требуется перепроверить данные. Агент, следивший за единорогом, утверждает, что видел, как у единорога появились из-под плаща перепончатые крылья, и он взлетел в жилище грифона-стража, с которым подружился во время пьянки в местном баре.
— Это очень важные сведения. Аликорн появившийся непонятно откуда, скрывающий свою истинную суть и разыскивающий обычную пони... Старый план отменять не будем, но, если он и в самом деле аликорн, то и он нам подойдет. Этот черненький даже более удобен для нашего плана. С его помощью я смогу добраться до «Ключа Аликорнов». Нарлг, у нас осталась еще то зебрианское зелье?
— Да, моя королева. Наш союзник прислал его в избытки. Половина находится у агента «Октавия», вторая же у меня с собой.
— Прекрасно, Нарлг, прекрасно. Я лично займусь этим аликорном. Жаль, что аликорны не поддаются любовным чарам.