Автор рисунка: BonesWolbach
Действо 1 Часть 1: Лесные похождения Действо 1 Часть 3 (Ужасы): Кошмарный сон

Действо 1 Часть 2: Неожиданные подарки

Глава получилась больше запланированного. Поэтому в самом конце все без подробностей.

Как заводить друзей? Никто не может этого знать, пока сам не попробует.

Резко распахивается дверь, под потолком в центре помещения загорается магическое солнце, входит человек с пакетами. Пакеты падают, челюсть человека присоединяется к пакетам.

От лица подростка.

Я вошел внутрь такого же зала, но он был заметно больше прошлого. Как только я вошел мой взгляд был прикован к еще одному «мини-солнцу», но оно было ярче того что поменьше, поэтому я почти сразу опустил свой взгляд. Когда я опустил свой взгляд, я увидел многочисленные горы разнообразных сокровищ. При таком большом скоплении разнообразного золота, драгоценных камней и украшений я не смог удержать свой подбородок который уже летел прямиком к золотому полу. В голове завертелась мысль: «Сколько золота… Так много золота…» — Словно зомби я ковылял к горам сокровищ, но остановился на пол пути от них из-за одной здравой мысли. «Стоп, это все не может так просто лежать здесь и пылиться, значит эти сокровища чьи то… А если они чьи то, то этот кто то может прийти и надавать мне по башке за то что я спер его вещи» — Построив такую не маленькую, но простую цепочку умозаключений наваждение искупаться в золоте мигом пропала из головы, и заменилось любопытством, кто мог набрать столько добра, за какой срок, и вообще зачем.

Закончив бороться с самим собой, я двинулся вдоль гор сокровищ, разглядывая содержимое. Пройдя ровно, пять гор сокровищ я дошел, до какого-то трона. Трон был поистине великолепен, но на любителей. Три ассиметричные ножки из золота изображающие копыто, крыло, и рог поддерживали пятиугольную подушку бордового цвета, о ее содержимом можно было сказать только одно: «Внутри что-то похожее на пух!». Спинка была отдельной и крепилась прямо к стене. Она состояла из такой же подушки, как и сидушка но была овальной формы, что придавало комфорт сидящему. Так же в стену были вбиты подлокотники, они походили на большую лапу орла и такую же большую лапу ящерицы, создавалось ощущение, что лапы вырвались прямо из стены. Пара канделябров стояла по бокам от трона, и освещали его нормальным огнем свечей. Так же был маленький столик, кажется из красного дерева, но это не важно. И все это было на возвышении в пять ступеней. От трона и до двери шла достаточно широкая красная ковровая дорожка, по которой я собственно и дошел до сюда.

— Вау… Теперь я понимаю что рисовал Пикассо и этот трон похоже его творение. – Я тихонечко офигивал от архитектуры этого трона. «Зря я раньше не ходил в галереи и музеи. Столько потерял…» — Мне сразу стало интересно, кто захотел себе такой неординарный трон. Постояв возле трона пару минут, я заметил еще одну дорожку, но на этот раз она была из зеленого ковра. Решив, что там может быть что-нибудь интересненькое, я двинулся вперед по этой дорожке. Дойдя до конца дорожки, я увидел пьедестал, на котором стояла какая-то синяя статуэтка.

— А это еще что за? – Я начал приближаться к статуэтке, когда я подошел в плотную я разглядел статуэтку в деталях.

Это была лазуритового цвета статуэтка двуглавого кого-то, она была точной копией статуэтки из мультсериала MLP, из серии про Дэринг Ду. Когда я это понял, меня как током шарахнуло, я остолбенел. Мысли метались по голове как угорелые, не давая мне, сосредоточится и составить план дальнейших действий. Уняв свои мысли и успокоившись путем счета до десяти, я начал анализировать. «Та-ак, это точно та фигурка, которая была в МЛП и если это та гробница, то… То что? Мне она в принципе не нужна, тем более она под ловушкой, я в Эквестрии… Ну и что? Идти в Понивиль и жить там с Твайлайт, подрабатывать на ферме Эплджек, а потом быть смертельно раненым от какой-нибудь твари, после чего меня вылечит Флаттершай? Потом пойти к Селестии и попросить у нее гражданство? Это конечно не плохо, и к Селестии придется по любому идти… Но я сюда пришел не за этим, я не хочу монотонность, я не хочу штампы, я хотел сюда чтобы жить так, как захочу! Так что буду действовать по ситуации, пойду к сокровищам, возьму себе самое необходимое!» — Со скупой слезой радости и улыбкой до ушей я побрел обратно к сокровищам.

Через несколько минут я уже разгребал кучи ненужных мне сокровищ в поиске чего-нибудь действительно полезного. Одна гора была тщательно перебрана и ничего кроме битов, драгоценных камней, украшений, мелких кинжалов с инкрустированными бриллиантами, золотых подков, золотых шпилек, каких-то золотых браслетов, которые были для меня большими, золотых перьев, золотых колец и еще многообразной золотой требухи не было.

В следующих трех было тоже много ненужного, но во второй я присмотрел себе медальон, кажется зачарованный, если судить по светящимся прожилкам на нем. Выглядел этот медальон не вычурно как остальные. Его можно описать так: «Не ограненный малахит, в металлической оправе, с крепкой серебряной цепочкой». Ну, если не считать что на всех составляющих его элементах были зеленые, переливающиеся в красный цвет прожилки, это все.

Когда я решил его одеть, мне сразу стало легче, пакеты как будто облегчились вдвое. Через несколько секунд, когда я прочувствовал его эффект, я мысленно сделал себе очередной «FACEPALM», так как это снова был Скайримовский артефакт.

— Эхх… Я вроде бы должен радоваться этой безделушки, хотя какая это безделушка. Но почему, то мне хочется плакать, и делать себе «FACEPALM». Почему здесь так много вещей из Скайрима? Я же вроде в Эквестрию, а не в Скайрим попал… И кстати, а что этот медальон делает. Вроде легче стало… Выносливость улучшает, усиливает, или вообще вес переносимого груза облегчает?

Общий вид на картину.

Человек так бы и стоял, рассуждая на тему: «А что этот медальон делает?». Но решил остановиться на том, что он облегчает переносимый вес. Порешив на этом, он полез в последнюю кучу. Но как оказалось, эта куча отличалась от остальных, в ней также были ненужные ему безделушки, но были и обычные вещи. Если конечно вещи пони были обычными для подростка. Пока он рылся, ему встречались биты, побрякушки, какие-то очки, монокли, шляпы, галстуки и бабочки. Прорыв поглубже, он наткнулся на тележку, естественно она его не интересовала, дальше были телескопы, бинокли, он решил, что один ему пригодится, и отложил один на ковровую дорожку. В этой куче он впервые наткнулся на диадему, что было удивительно, она ну очень походила на диадему Селестии. Дальше опять пошло треклятое золото, которое ему уже надоело, эти золотые биты, и украшения уже вызывали в его голове негативные мысли, что ему не нравилось.

Но вот о чудо, вытащив очередной пятидесяти килограммовый сундук и поставив его в сторону, он увидел… Седельные сумки. Да, обычные седельные сумки, которые пони носят как сумки или рюкзаки. Эти сумки ничем не отличались от обычных, если судить по воспоминаниям подростка.

Две сумки, соединяющиеся между собой плотным матерчатым лоскутом, сумки состояли из одного отделения, внутри каждого из них был всего лишь одни внутренний карманчик с застежкой в виде пуговицы. Материал, из которого были сделаны сумки походил по своей прочности и структуре на кожу, но это была обычная плотная ткань коричневого цвета , что еще больше привлекло внимание подростка.

«Сумки, как бы их так надеть, чтобы удобно было то?» — Человек встал вместе с седельными сумками и начал их активно вертеть, периодически почесывая голову. Сначала он попробовал накинуть их себе на шею, как боксеры накидывают себе свои перчатки , но это было неудобно, и была вероятность сломать себе шею при большой нагрузке.

Попробовал зафиксировать их на поясе, но попытки их зафиксировать не увенчались успехом, это было глупо, но попробовать, все, же стоило. Хотя, если бы у него были навыки шитья и такой же материал, который использовался при изготовлении этих сумок, что-нибудь бы получилось.

На следующей попытке он сделал самое не логичное. Он повесил сумки себе на голову, так чтобы сумки висели по бокам головы, прикрывая тем самым уши.

Постояв так со своими «наушниками» несколько секунд, подросток понял, что он не понимает, что делает. И сразу скинул сумки с головы.

На этот раз он накинул сумки себе на спину, после чего встал на карачки. После того как он поползал пару метров, он снова осознал, что он не понимает, что он делает. Нахмурившись, он в очередной раз скинул сумки, встал, отряхнулся и дал себе сильную пощечину. Через минуту, когда боль в районе шеки притупилась, он схватил сумки, перекинул их через левое плечо и начал собирать те вещи, которые ему пригляделись.

Себе он взял немного вещей, так как золото перестало его привлекать своей ценностью уже как часа полтора. Итого, он взял:

— Магический медальон облегчающий переносимый вес… Одна штука; Бинокль обыкновенный, металлический, возможно магический… Тоже одна штука; Сумки седельные, коричневые… Две штуки, если считать каждую сумку по отдельности. А теперь то, что было: Бутылка пластиковая, одна штука; Пакет пластиковый… Так… Раз, два… Три… Четыре. Четыре штуки; Малина… Примерно… Эмм, примерно пятьсот грамм; Кристаллы… Ну мне лень считать, так что… Три килограмма; Заостренный кристалл-нож. Одна штука. Что же еще? Ах да, чуть не забыл… Комплект одежды «Домашний Путешественник». Одна штука. Теперь вроде все… — Заканчивал он записывать вещи, которые уйдут с ним из этой сокровищницы, на взявшийся из неоткуда листок бумаги, такой же возникшей из воздуха шариковой ручкой. Но в очередной раз, проводя взглядом по всем вещам, он остановил взгляд на сумках.

Через ровно пять секунд в тишине огромного зала прогремел громкий хлопок. Это человек ударил себя по лицу. Сразу после удара послышалось мычание и слова: «Ах тыж проклятый Шайтан Батыр! Редиска! Сосиска! Японский магнитофон!..» И еще множество проклятий было высказано им в свой адрес. Но в итоге он успокоился, как обычно счетом до десяти. Будучи вновь спокойным и ясно мыслящим он вновь начал оглядывать вещи, которые он собирался взять с собой. Его взгляд остановился на полпути до пакетов с кристаллами и ягодами, он остановился на той самой диадеме.

— Хмм… — Он подошел к диадеме, поднял и протер ее своей футболкой.

— Ну, нет, это точно та самая диадема. Но что, же она здесь делает? – Он вновь обвел помещение, в котором находился взглядом.

— И статуэтка… Эти предметы не должны здесь быть. Или должны? – Он начал вертеть диадему и словно пытаясь увидеть в ней все секреты вселенной, смотрел на нее словно загипнотизированный. Резко, словно ему по голове ударили молотком, он отдернул свой взгляд от диадемы.

— Блин, почему то мне кажется, что если я ее одену, то она меня начнет манить, как корона Снежного Короля из Адвенчур тайма. – Он начал думать, брать ли ему эту диадему с собой или так и оставить тут.

Решив все-таки взять ее с собой, с условием, что если это всего, лишь копия короны Селестии, он вернет ее обратно, так как она ему не идет. Он записал ее в список к остальным вещам и в шутку пометил как: «Квестовый предмет, не подлежит продаже или обмену, так же путешествию в другие миры».

После того как он разложил все вещи по сумкам и проверил, все ли он взял и оставил ли записку владельцу этих вещей, он пошел к входной двери и остановился. За дверью слышалось цоканье копыт, как показалось подростку, это был один пони. Не зная почему, но он почувствовал опасность, исходящую от этого пони, поэтому быстро кинулся в первую попавшуюся кучу сокровищ и зарылся там, оставляя себе пространство для обзора. Он начал дышать медленнее и размеренней, его сердце будто не подчинялось гормонам и билось на удивление медленно. Как только механизм двери начал свою работу дыхание замедлилось еще больше, так же было и с биением сердца.

Двери распахнулись, в них вошла фигура в темном, бордовом плаще с глубоким капюшоном, который скрывал мордочку пони. Фигура была почти два метра ростом, это удивило и насторожило разом. Когда пони проходила мимо той кучи, в которой прятался человек, он невольно задержал дыхание, и когда же она прошла, он позволил себе медленный, постепенный вдох. Фигура уже дошла до трона, сняла и кинула на левый канделябр плащ, что странно тот не загорелся, огонь просто прошел сквозь ткань, не повреждая ее. После увиденного в голове подростка возникли вот такие мысли: «Все-таки и это были магические огни. Аргх… Ненавижу магические огни, они не реалистичные!.. И этот сундук больно колется» — Ему жутко хотелось отодвинуться от сундука, но так его укрытие бы быстро раскрыли. Тем временем парень перевел взгляд с плаща на пони.

Это была аристократично выглядящая, старая аликорн, выглядела она как точная копия Селестии, только кожа в некоторых местах была с миниатюрными морщинками. Ее мордочка отличалась тем, что была с более мудрым выражением, а также имела пару тройку морщинок, что странно, ведь аликорны не стареют. Ее шерстка была тепло-желтого цвета, словно нагретый днем песок на пляже. Ее грива была не менее теплой и притягательной, она была золотистой, как и грива Селестии развивалась на несуществующем ветру, но была в три раза короче, чем у Селестии. Вот хвост у нее был точной копией хвоста Селестии, только золотого цвета. Ее глаза были очень притягательными, но были ядовито зеленого цвета, что немного раздражало взгляд. Кьютимарки у аликорны не было, либо она просто сливалась с цветом шерстки. Из одежды у нее были: золотой монокль и хороший галстук бордового цвета, к нему как раз и крепилась цепочка монокля. Ее движения ничем не отличались от движений обычных пони, правда человек мог судить только по мультику, так как в Эквестрию он попал впервые и не видел движения пони вживую.

Вот аликорн устало бредет к трону, на котором подросток и оставил записку. В записке было написано: «Здравствуй владелец сего помещения и извини меня, если сможешь. Я случайно забрел сюда, и не мог не взять некоторые вещи, которые находились в горах сокровищ. Я перечислю вещи, которые решил взять. Итого, я забрал: Медальон с неграненым малахитом в металлической оправе и с серебряной цепочкой (Зачарованный); Бинокль металлический, серый (Возможно зачарован); Седельные сумки, коричневые (При нахождении были пусты)» — Дальше было приписано более мелким почерком: «Диадема золотая, с одним (Средних размеров) драгоценным камнем (Затрудняюсь определить его название)». Дальше был обычный текст, который не вписывал подросток: «Я извиняюсь перед вами за то, что взял эти вещи, поэтому прошу прощения еще раз. Надеюсь на вашу благосклонность и понимание.

С глубочайшими извинениями,

Ваш «Путешественник из другого мира»». – В самом низу листа было приписано: «Диадема была взята для проверки одной теории, если теория будет ошибочной, я верну диадему обратно».

Тем временем аликорн уже дошла до трона, и было уже забралась на него, но увидела сложенный пополам листок с надписью: «Для владельца». Прочитав надпись, она обернулась, сначала вправо, затем влево. Не увидев никого, аликорн подняла листок телекинезом и начала читать его содержимое. Сначала ее мордочка показывала удивление, затем она внимательно вчитывалась и по мере прочтения удивлялась все больше и больше. Дочитав письмо, видимо до конца, она покачала головой каким-то своим мыслям и сказала себе, нежели для человека, который уже потихоньку засыпал в сокровищах.

Ее голос на удивление не был старческим, он словно мед ласкал уши своим тоном, казалось, что у нее голос матери, но в несколько раз слаще на слух.

— Ну и кто же этот смельчак, рас уж он выдержал «пещеру безумия» и все те ловушки, которые я поставила, думаю, он заслужил эти вещи. Но все-таки кто, же он? – С задумчивым видом и тоном спросила она себя.

Аликорн села на свой трон и обдумывая что-то, прочитала подпись человека.

— Кто же этот «Путешественник из другого мира»? – Она левитировала какой-то шар с потолка, в этом шаре был серый дым. И словно там был ветер этот дым двигался по кругу, не останавливаясь. «А это еще что за снежный шар такой?» — Подумал человек и начал себе представлять, что делает этот шар. Когда он это делал, шар в теликинетическом захвате вдруг завибрировал и дым внутри него начел метаться в разные стороны. «Та-ак, это не хорошо, очень не хорошо…» — Подросток перестал думать о шаре, решив, что он реагирует на его мысли. И действительно, шар успокоился, но аликорн начала подозрительно озираться на все. «Елки моталки. Не быть мне шпионом, особенно при таком вот оборудовании как этот шарик» — Беспокойство и паника потихоньку проникала в его разум, что не есть хорошо, так как в панике человек может сделать что угодно.

Тем временем аликорн поставила шар на столик возле ее трона, ее рог вспыхнул, и входная дверь вдруг исчезла. «Ипать, ипать, ипать… Кажется мне теперь звиздец» — Подросток нервничал, хотя какой нервничал, он паниковал. На его лбу появились испарина, а сердце уже стучало похоронный мотивчик. Но из-за того что он ничего не мог, его тело приняло крайние меры по спасению и парализовалось, дабы не производить движений, которые могут привлечь внимание.

Аликорн тем временем встала с трона, спустилась с возвышения и остановилась, разглядывая окружение. Точно так же делают люди, которые забыли, где оставили свой телефон, они входят в комнату и стоя в проходе, озирают все помещение взглядом. «Сыкатно… Ой сыкатно то как… Щас как возьмет, на «мою» гору посмотрит, ПАХ! и нет меня, только пепел, да расплавленный пластик останутся!»

Тем временем аликорн дошла до входной двери, которую она превратила в стену и развернулась, озирая взглядом все, теперь с другого ракурса. Так ничего и, не увидев, она закрыла глаза, и ее рог вспыхнул. Простояв так, пять минут она потушила рог и смотрела на весь зал еще подозрительней, чем раньше. Вдруг ее рог и горло объяло сияние, в последний раз оглядев помещение она заговорила на традиционном Кантерлотском, как принцесса Луна.

— ВЫЙДИ СМЕРТНЫЙ, ИБО ТЫ НАХОДИШЬСЯ В МОЕЙ ОБИТЕЛИ! «Будь здесь не я а герой фанфика, я бы сказал: «Ну, ты попал чувак! Ты попал!», а потом бы продолжил читать… Блин, уши болят уже»

— ЕСЛИ ТЫ ТАК И БУДЕШЬ ПРЯТАТЬСЯ, ТО КОГДА Я НАЙДУ ТЕБЯ, ТЫ БУДЕШЬ СУРОВО НАКАЗАН! ««FEEL MY CAPS!» Ипать, я так сдохну, не добравшись до Понивилля. Если она так и продолжит орать, то я как минимум оглохну или того хуже, рассудок потеряю»

Проходя рядом с горой, в которой прятался человек, она проговорила снова.

— ВЫХОДИ! ИЛИ ТЫ ПОЗНАЕШЬ МОЙ ГНЕВ, СМЕРТНЫЙ! «Аргх! Она уже задолбала! Так, спокойствие… Только спокойствие… Помирать как то не охота, хотя если я так и буду сидеть она меня точно прикончит» — И он начал думать, что ему делать, выходить сейчас или отсидеться и познать ее гнев. Пока он копался во всех «за» и «против» аликорн почти дошла до трона.

— ТЫ ИСПЫТЫВАЕШЬ МОЕ ТЕРПЕНИЕ СМЕРТНЫЙ! ЛУЧШЕ ТЕБЕ ПОКАЗАТЬСЯ СЕЙЧАС ИЛИ… — Не успела она договорить, как на весь зал прогремел голос подростка, что было удивительно, он звучал намного грознее и громче чем у аликорна.

— ЗАТКНИСЬ УЖЕ! У МЕНЯ УЖЕ УШИ ВЯНУТ! ВЫХОЖУ Я! – Аликорн сразу же замолкла, ее ушко вздрогнуло, от такого неожиданного и дерзкого обращения и на секунду на ее мордочке было недоумение, так как она не ожидала, что в ее грибницу может попасть ребенок.

— Эй, может, ты мне поможешь? Меня тут сундуком придавило. – Услышав это аликорн пошла на источник звука и остановилась у пятой кучи сокровищ, она взлетела ровно на два метра, после чего заметила, что в центре горы брыкаются два сундука и не могут подняться из-за того, что они достаточно тяжелые, а жеребенок не сможет поднять такие тяжелые грузы. Решив, что какой-то жеребенок не сможет ей навредить, она подняла два больших сундука телекинезом, а под ними был еще один, который оказался в два раза больше тех, что она держала. Этот «сундук гигант» просто вышел из углубления и опрокинулся, покатившись с горы, после чего упал на золотой пол, извергнув из себя все содержимое. Поставив сундуки подальше, она приземлилась напротив дыры образованной отсутствием сундуков.

От лица человека.

«Ну вот, как говорится: «Писец подкрался незаметно» и почему этот сундук такой тяжелый?» В очередной раз, напрягшись всем телом, я почувствовал тепло исходящее от медальона, даже не тепло, а жар. Неожиданно сундук стал легче и я прямо таки скинул его с себя, и сразу стало хорошо.

Боятся аликорна, я перестал, как только она вывела меня из себя, поэтому даже о ней и не думал.

Как только я встал, я отряхнулся, поправил сумки, я уставился на аликорна, она была меньше, чем кажется, и поэтому я был одного с ней ростом. Посмотрев на ее мордочку, я удивился, она была в диком шоке и стояла с открытым ртом, из-за чего ее монокль упал и повис на цепочке. А я, что я? Мне было пофиг, и я стоял с обычным для себя лицом, а именно, с выражением: «Я жду. Удиви меня!». Простояв в ожидании примерно семь секунд, она «ожила».

— Кт-кто ты? – Спросила она, заговариваясь больше от удивления, нежели от страха, хоть ее мордочка была спокойной, но вот взгляд она не смогла замаскировать, его, то я и заметил. Этот взгляд удивления с толикой страха к неизведанному и присыпанного осторожностью к неизвестности.

— Кто, кто? Конь в пальто! – Сказал я возмущенно.

-Кто? – Не поняла она, наверно коней у них нет… Хотя, кто их знает?

— Человек я! Эхх, и не стыдно вам, не знать кто такие люди? – Решил разыграть я сценку и притворно обиделся. Естественно я не понимал, почему я это делаю, мой инстинкт самосохранения решил отключиться на неопределенный срок. Но подсознание мне говорило, что я делаю все правильно.

— Чьеуловек, как же! Про них слагали легенды, еще до того как я родилась, а это было… Дай ка подумать… Пять или шесть тысяч лет назад, тогда я еще только родилась. Не существуют они. – Этот наглый разговор, почему то раскрепостил ее, что очень странно. Решив, что разговор идет нормально, я решил плыть по течению.

— Ага, как же, а кто же я, по-твоему? Призрак? Или может монстр, какой? – А разговор шел нормально, почему, не понять никому.

— Ну ладно, допустим ты чьеуловек, тогда, где остальные? А? Ну вот и все! – Решив что она права, и для того чтобы это подчеркнуть она надела монокль и состроила мордочку: «Ты не прав, я права!».

— Так, во-первых, че-ло-век, вот как это произносится, а во-вторых, где, где? В другой реальности мы живем! – Эта дискуссия очень странна, просто из-за стиля общения. А мы ведь даже не знакомы.

— А что ты тогда здесь делаешь? – Спросила она и вызывающе посмотрела мне в глаза.

— Ничего я здесь пока не делаю, проездом так сказать. Загадал желание, лег спать и утром уже тут, ну точнее на кусте. – Ответил я ей краткой историей своего попадания сюда.

— Ясно… Ну, тогда будем знакомы, Расатулла Бестарбел. – Она протянула мне копыто с улыбкой, ее мордочка была приветливой и доброй. Я забылся, смотря ей в глаза, но через мгновение я вспомнил, что надо представиться.

— Р… «Блин, черт, надо другое имя, это же другой мир. Блин, Р… Р… Ридиал, во, точно. Буду использовать свой псевдоним!»

— Ридиал Тагарт. – И я стукнул по ее копыту кулаком в ответ.

— Ну что же Ридиал, ты же у меня в гостях, в конце то концов! Давай чаю выпьем, ты мне о себе расскажешь. – Решив что, рас уж подружился, то почему бы и чаю не попить?

— Ну давай, а вещи я тебе верну, только все свое вытащу… — Не успел я договорить.

— Да не… Бери себе, заработал, не каждый проходил через одну только «пещеру безумия». – Повернулась она ко мне и улыбнулась, я поблагодарил ее и улыбнулся в ответ. «Пещера безумия… Я говорил тебе, что такое безумие? Эхх… Сплошные отсылки»

Посидев за чашкой чая с печенками, я рассказал ей про Землю и про то, как я шлялся по лесу. Она в свою очередь поведала о том, что она живет тут, в Эквестрии уже шесть с чем-то тысяч лет, о временах, когда пони были расистами, хоть я и знал почти все из того что она рассказывала, но мне было просто жутко интересно. Когда я спросил про ее кьютимарку, она засмущалась, но сказала, что ее у нее нет. Она, почему то прижала ушки к голове, мне показалось, что она ждет, что я буду над ней смеяться из-за этого. Я же напротив, хвалил ее, ведь, у нее все впереди, она может обладать любым талантом, у нее столько возможностей. Мое подбадривание сработало и поблагодарив меня она начала рассказывать веселые истории из своей жизни, на что я ответил своими. Через еще шесть чашек чая и двадцать пять, нет двадцать семь печенок, она у меня спросила:

— А какая у тебя кьютимарка? – Я аж чаем поперхнулся, хорошо хоть печенку дожевать успел, а то бы подавился, и что бы написали на надгробии? «Единственный чьеуловек в Эквестрии, героически погиб от печенки»? Такой вот бред был некоторое время в голове подростка.

— Кхе-кхе… У меня Кхе… У меня ее нет. – Прокашлявшись и поставив чашку с чаем на блюдечко ответил я.

— Как это? У всех пони же есть кьютимарки, как ты сможешь узнать свое предназначение? – Спросила она меня, словно пони из какого-нибудь фанфика, на что я в очередной раз сделал в мыслях «FACEPALM», но ответил.

— Ну, нет, и все. Мне незнание судьбы не мешает, например, творить всякую ересь. Например: прыгать в сторону острых предметов, прыгать через печати, после чего ругаться, что они порвали мне плед-плащ, специально активировать ловушки, что бы посмотреть на магический, синий огонь или нестись как угорелый, и с криками: «Я БЭТМЕН!» активировать все попавшиеся ловушки. Но так же, ее отсутствие не мешает мне поступать логично. Например: Обезвреживать ловушки, обходить печати, перепрыгивать через замаскированные кнопки, прежде чем прыгать обезвреживать колья, которые вылетают из стен и земли, победить дракона, который охраняет принцессу путем обмана… — Она остановила меня жестом копыта и высказалась.

— Я поняла, ни тебе, ни остальным людям не нужны кьютимарки… Я не поняла, про какого дракона и принцессу ты говорил. Но я однозначно поняла, что у тебя талант рассказывать и творить всякий бред! – В доказательство своих слов, она похлопала копытами мне, а на это я встал и поклонился, словно актер в театре, который кланяется зрителям в конце спектакля.

— Хватит паясничать Ридиал, а куда ты, собственно говоря, собираешься идти то? – Я ничего не таил, поэтому выложил, так как у меня сформировалось.

— Я не знаю. Думаю тут неподалеку Понивиль, а если я в лесу, то может на хижину Зекоры набреду, познакомлюсь, пообщаюсь, потом Понивиль, а дальше в Кантерлот, к принцессам. А дальше по течению… Тут же есть деревенька по близости? — Примерно так все и сформировалось в моей, бранной голове, а последний вопрос сформировался уже в конце краткого повествования моих будущих похождений.

— Ну да, тут есть неподалеку деревенька с названием Понивиль, когда я пролетала там ночью, я видела свет в лесу, подумала что может это пожар и спустилась. Но там была просто хижина, когда я заглянула туда, там была зебра и еще шесть странных кобылок с жеребенком, они о чем-то спорили, вроде бы одна из них даже была размером чуть больше параспрайта, да и какую-то Зекору они тоже упоминали… Стоп, а откуда ты знаешь те места? Ты же вроде там не был, или был? – Ответив на мой вопрос, она вдруг осознала, что я не могу знать расположение хижины относительно деревни, а тем более не могу знать имя зебры.

— Кхем… Ты точно хочешь это знать? – Я сделал серьезный вид, затем выровнял кучку пустых листов, которые были на столе, показывая этим, что рассказ будет долгим.

— Эмм… Да. – Кажется, она поняла мой жест и уже приготовилась к долгому рассказу.

— Ну что же, тогда начнем с основного. У вас существует понятие фильм? – Поднял я свой взгляд с листов ей в глаза.

— Ну да, фильм, это быстро сменяющиеся кадры, расположенные на ленте, их называют кинолентой, фильмы показывают при помощи проектора, который просвечивает кадры магическим кристаллом и свет, проходящий сквозь киноленту, выводят на экран, на котором уже и идет, готовая картинка.

— Воу… Ну… Да все так, только у нас это делает не кристалл, а специальная лампа. В общем продолжим… У нас, на Земле есть мультфильмы, это фильм, но он нарисован, по сути кадры заменяются рисунками и точно так же проецируются. – Мой мозг уже уставал выковыривать куски информации из памяти. И для пущего эффекта я жестикулировал руками, что бы было понятно, и кажется, ей тоже интересны руки, так как она все время за ними следила, словно под гипнозом, когда я объяснял что-то на пальцах.

— Ну, и что? Переходи уже к сути! – Кажется, ей очень не терпелось услышать суть.

— Ну, собственно говоря, у нас есть мультфильм про Эквестрию… — Я увидел то, что она сейчас задаст вопрос, поэтому прервался.

— А нельзя было сказать сразу? – Я прифигел, я думал, сейчас будут вопросы, типа: «Ой, как так-то?», «Такого быть не может!», «Я тебе не верю!» или просто недоверчивый взгляд в конце то концов! Но «Нельзя было сказать сразу?», мой мозг пошел в отпуск, у него нервный срыв.

— В смысле, сразу? Тебя что не интересует, почему так? Или то, что этого быть не может? – пытался я узнать, почему ей это безразлично.

— А зачем, мне это спрашивать? Все существа параллельных реальностей могут видеть противоположные миры и как хорошо они их видят, зависит только от них самих. – Все так просто, что мой мозг даже об этом и не думал, хотя он это знал.

Картина была таковой: Человек сидит напротив аликорна с пачкой бумаги, у аликорна мордочка «кирпичом», у человека же лицо выражает жесткий «ButtHurt». Человек ударяет себя по лицу.

— Зачем ты себя бьешь? – Аликорн забеспокоилась за человека, мало ли, он себе навредит.

— Рмгх… Все же так просто. – Я убрал руку от лица и посмотрел на беспокойную мордочку аликорна, после чего улыбнулся ей и поблагодарил за заботу о моем самочувствии. После этого мы просто болтали обо всем, и пили чай. Через пятнадцать минут чаепития, я почувствовал, что мне хватит чая и надо бы избавиться от лишней жидкости.

— Расатулла, мне бы в туалет, не подскажешь, где он у тебя? – Не зная почему, смущенно спросил я.

— Туалет вон там. – Она указала, на противоположную мне стену, и через секунду там материализовалась дверь.

— Спасибо. – Поблагодарил я ее.

— Да, не за что.

Когда я вошел в дверь, передо мной было возвышение в ступеньку и круглая дырка с деревянным ободком вокруг. А теперь идет в ход Русская изобретательность. Лишний раз не корячась и не мучавшись, что бы удобно пристроится, я просто начал свое мочеиспускание стоя. Самое удивительное, ждало меня по окончанию своих дел. Не знаю почему, но, ни единая капля не попала, ни на ободок, ни за него, все ушло точно в цель. Недалеко от возвышения я нашел некое подобие раковины и вымыл руки.

Войдя в основной зал, дверь позади меня вновь исчезла. Расатулла сидела на троне и смотрела в «снежный» шар, в котором дым снова двигался медленно и размеренно. Рядом с троном лежала подушка, поэтому я решил, что она была приготовлена для меня. Подойдя к трону и сев на подушку, я облокотился руками о ноги, оперся головой на руки, после чего тоже начал разглядывать шар, который Расатулла держала в копытах.

— Расатулла. – Позвал я ее

— Что? – она опустила шар и посмотрела мне в глаза.

— А что это за шар? – Мне реально было интересно.

— А, этот? – Она подняла шар, чтобы мне было лучше видно

— Если честно, то я так и не поняла что это за шар. Его мне дала мать и сказала: «Если до него кто-нибудь дотронется и дым перекрасится в красный, то этот кто-то зло. Если он окрасится в зеленый, то этот кто-то добро. А если он так и останется серым и дым просто начнет быстро вертеться в шаре, тогда ты должна показать ему тот предмет, который я дала тебе ранее. Если он правильно назовет его название, ты должна отдать его ему. Шар же ты оставь себе, чтобы видеть, что делает этот кто-то», это все, что она мне сказала о шаре.

— Оу… Как все запущено с этим шариком. – Интересный шарик, очень интересный.

— Все, кто до него дотрагивались, были «зелеными», был, однажды, и «красный», но его заточили во льдах до того, как он успел натворить серьезных дел. – Если его еще и Сомброй звали, то вообще офигеть теперь.

— А можно мне? – Мне было любопытно, зло я или добро. Вряд ли я серый, так как я от этой серости и убегал всю жизнь.

— А почему бы и нет? – Она протянула мне шар, я взял его и началось.

Дым в шаре остановился и вдруг начал быстро менять цвет, все цвета радуги пестрились в нем, а дым начал бешеные движения без остановок. Но это продлилось не долго, так как Расатулла забрала шар у меня.

— Что это было? – Мои глаза немного болели от какофонии цветов, а рассудок просто не понимал, что только что произошло. Расатулла тоже сидела с офигевшим видом и держала уже успокоившийся шар.

— Это было исключение… — Отстраненно сказала она.

— В смысле? – Я еще больше запутался.

— Мать говорила, что может прийти тот, кто будет необычен и эксцентричен, будет делать то, что он хочет, сказала, что если вот такое происходит с шаром, то его держит тот пони, пони «исключение». Так же она сказала, что такому пони нужно показать предмет, который наша семья прятала сначала времен, и если тот правильно назовет эту вещь ее нужно ему отдать. Так же за ним нужно следить, что бы он, не попал в серьезную беду или не уничтожил случайно мир. – Рассказала она мне какую то ересь и попросив подождать вошла в стену. Это меня не удивило, так как «Это магия… Смирись».

Вот она уже и вышла обратно, а я все еще сижу и пытаюсь переварить, то, что она мне поведала. Вот она встала передо мной, а за ее спиной она левитирует достаточно большой сверток. Тонкий прямоугольный сверток, вещь, очевидно, завернута в ткань.

— Ну и что это? – Смотрел я на Расатуллу непонимающим взглядом, в то время как она выглядела весьма серьезно.

— Это, та самая вещь, которую ты должен правильно назвать. – Она была очень серьезной, поэтому, я тоже решил вести себя серьезно. Я встал, отряхнулся и начал ожидающе смотреть на аликорна.

— Готов? – Спросила меня она, на что я ответил кивком.

Сверток развязался, Расатулла строго на меня посмотрела, на этот взгляд я ответил по своему, я встал по стойки смирно: руки по швам, спина прямая, пятки вместе. Завершающим штрихом было то, что я отдал ей честь, жаль, что шутку она не поняла, а приняла это за очередное кривляние, за что я получил осуждающий вздох. Но вот, покрывало падает и передо мной висит… Щит…

— Как называется эта вещь? – Вы хоть раз, видели настолько серьезное лицо, что даже страшно? А вот я видел его в тот самый момент.

— Эмм… Это Легионерский щит? – Я не знал, что ответить и сказал первую ассоциацию с этим щитом, которая пришла мне в голову. Если бы она надавила на меня хоть чуточку, я бы просто помер от страха, казалось бы, чего тут боятся, но страшно.

— Пр-Правильно! – Ее глаза просто излучали недоумение и радость, почему именно радость? Не знаю.

— Эмм… Это все? И этот щит мой теперь? – Я так и не понял, что надо было сделать, я же сказал первое, что пришло мне в голову.

— Да это все. Теперь эта реликвия твоя. – С толикой грусти ответила она мне.

— Расатулла, ну ты чего? Если хочешь, можешь оставить его себе. Он мне не нужен. – Мне от вида ее грустной мордочки сердце, словно тисками сжали, невозможно смотреть на нее когда она грустная.

— Да нет, просто наша семья хранила его так долго, а теперь пришло время его отдавать. А тебе он пригодится, убьешься еще… — Она повеселела и улыбнулась мне.

— Пойдем еще чаю попьем? – Она вновь спросила меня.

— Ой, знаешь, я думаю, что мне чаю хватит. Хоть и норма питья в день два литра, но шесть литров чая я не выдержу. – Отказался я от своей смерти путем разрыва желудка, чаем.

— Ну ладно… Может, тогда, ты есть хочешь? – С улыбкой спросила она меня. «Черт! Я же почти весь день ничегошеньки не ел, на донной малине далеко не уедешь»

— А знаешь что? Давай, а то я с утра ничего кроме малины не ел.

— Ну, вот и ладушки! – Она поскакала в стене, которая была справа от трона, а потом из стены вылезло копыто и поманило меня вслед за ним. Ну, а я, что я? Я вошел в стену, ощущения были необыкновенными, словно проходишь сквозь стену из киселя, но это стена.

Я вошел в куполообразный зал, по всему его периметру была сплошная столешница, посередине большой круглый стол, еще было «мини-солнце» на потолке, что очень странно ничего больше здесь не было. Стол стоял накрытый, было чрезвычайно много блюд из овощей и фруктов. Теперь, мне стоило пересмотреть свою неприязнь к салатам, так как, кроме салатов тут мало что было, в основном сладости да печенки. Я подошел к стулу, который был напротив стула Расатуллы, скинул свои сумки слева от него, положил на них свой щит и присел. Расатулла взяла большую тряпку-салфетку и завязала ее на шее, я же вспомнив, что делают богатеи с этими тряпками, положил ее себе на ноги. Она наложила себе салат, из каких-то трав и цветов, я же, отыскав обычный салат из помидоров капусты и огурцов, наложи полную тарелку, после чего начал шпиговать его на вилку и с довольным видом хрумкать. На мое хрумканье Расатулла ответила смешком, за что я посмотрел на нее с непониманием, на что она ответила еще большим смешком, мне лишь оставалось непонимающе на нее смотреть. Покончив с салатом, я положил себе бутерброд, откусив его, я сразу же сплюнул откусанный кусок. На мою кислую мину Расатулла просто, без удержания хохотала, а я смотрел на нее обиженным взглядом. Решив больше не экспериментировать с неизвестной кухней, я полез себе в сумку и вытащил оттуда пакет с малиной. От глаз подруги это не ушло, и пока я хрумкал малину, она с интересом на меня смотрела.

— Хочешь? – Спросил я, не хочет ли она малинку, в знак чего указал на пакет.

— А можно? – Как-то очень застенчиво спросила она.

— Да конечно! – Я выгреб себе горку малины и поставил перед собой пакет. Расатулла в свою очередь левитировала пакет себе и тоже начала хрумкать малинку, на что я хмыкнул и сказал:

— От малинки никто не сможет устоять…

— Ом-Ном-Ном… — Только это и было слышно из пакета. Доев горстку ягод, я встал и подошел к Расатулле и сказал ей на ушко:

— Смотри, пакет не съешь, он не съедобный если что.

— Да Ом-Ном… Не буду Ном-Ном… Я Ом-Ном-Ням… Есть твой пакет Ном…

— Ты сначала доешь, а потом говори, что пакет ты есть, не будешь.

Когда она доела малину, она, было, хотела левитировать мне пакет, но я ее остановил, и сказал, что он мне не нужен и она может оставить его себе. Когда она собиралась уносить остатки еды, я ее остановил, и спросил ее можно ли мне взять пару блюд с овощами. Естественно она разрешила, после чего на столе осталось две тарелки с обычным салатом, таким же который ел я. Я сгреб все в пакеты, после чего положил их в сумки. Когда аликорн пришла, я помог ей помыть тарелки, хоть со своей магией она мыла их быстрее, она согласилась. Помыв посуду, мы пошли в основной зал, снова.

Поболтали еще пару минут, я, встав, сказал:

— Ну что же, пора и честь знать, а то загостился я тут. Пойду я наверно.

— Ты точно не хочешь переночевать у меня? – Из вежливости и по дружбе предложила она.

— Расатулла, ты же меня знаешь, пойду по лесу ночью, гулять буду… Романтика. А потом где-нибудь под елкой усну… – Мечтательно вздохнул я на последних словах. Встав, я поднял и надел сумки, уже был готовый уходить, как она напомнила мне.

— Ты щит только не забудь, пригодится. – Я уже шел на выход, но услышав про щит, остановился и развернулся на месте.

Взяв достаточно толстый, но легкий «Легионерский» щит, я присмотрелся. На его внутренней части, над ручкой было десять светящихся кристаллов. Показав щит Расатулле, указал на кристаллы с вопросительным выражением лица, на что она ответила:

— Сам узнаешь. И держи этот фонарик, а то на улице уже ночь, об дерево еще ударишься… – Отдав мне фонарик, у которого вместо лампы накаливания был кристалл и, хихикнув, она ушла в стену. «Женщины…»

Решив, что как сказала Расатулла «Я узнаю все сам», я повесил щит на лямки, словно рюкзак и положив себе на плечо седельные сумки, пошел обратно к выходу из пещеры, с фонариком в руке. Пока я шел, я думал, как же меня удивят. Телепортирует к входу? Или придется опять идти через ловушки?

На самом деле все было предельно просто. Подойдя к выходу, слева я увидел цепь с кольцом, когда я ее дернул, открылся секретный проход, он вел в какую-то пещеру. Пройдя в проход, я ощутил ветер и, повернув голову влево, я понял, что стою прямо перед входом в пещеру. Посмотрев на фонарь, я решил пока его не включать. Я вышел наружу.

Ночь в лесу, это может быть одновременно как и красиво, так и страшно, это зависит от того в какой лес вы пошли. Вот я был в страшном.

Ночь, светит полная луна, Вечно дикий лес оглашают проклятия, яркий свет рассевает темноту леса.

— Капец, конечно лесочек, одни корни, торчащие из земли и делающие подножки. Ветки, которые так и норовят воткнуться в глаз или в живот. Да острые кусты, которые уже исцарапали мне все ноги. И никакой от них пользы! Как так то?! – В сердцах жаловался человек на ветки деревьев, корни и кусты.

— Ах тыж, редискин сын! – В очередной раз, споткнувшись о корень дерева и чуть не упав, прокричал Ридиал.

Водя фонариком то вправо, то влево, одинокая фигурка человека продвигался к своей цели.

Он шел к Понивилю, а точнее к хижине Зекоры. Задав примерный курс, на деревню исходя от положения Кантерлотской гряды, он шел. Шел по Вечно дикому лесу, а взять мачете, для расчистки дороги или защиты, как то забыл, и это его печалило, очень сильно печалило.

— Ай, яй, яй… Ах ты… Нехороший человек… — Прыгал он на одной ноге ругая очередной куст, за то что он поцарапал ему ногу.

Пока он обругивал куст, он не заметил, как вышел на залитую лунным светом поляну. В центре поляны как раз стояли скалы, с проходом между ними, что создавало эффект прохода. Как только он заметил скалы, он сразу же перестал ругаться, выключил фонарик и начал пятиться. Он медленно зашел обратно в лес и начал озирать поляну и ее окружение из-за кустов.

— Мое паучье чутье и фотографическая память говорят мне, что это те самые скалы, которые были в первых сериях… Но где же мантикора? – Посидев и понаблюдав за поляной, несколько минут, он начал двигаться. Он огибал всю поляну по лесу, прячась за деревьями и кустами. «Нехорошо, очень не хорошо… Я своей попницей чувствую, что она близко» В очередной раз, затаившись, чтобы проверить поляну, на агрессивных субъектов. Было тихо.

«Та-ак, тихо… Слишком тихо… Хмм, чем это так странно пахнет?» Принюхавшись, он скорчил гримасу отвращения, так как запах был не из приятных.

Стоял горький запах подгнившей пищи, которая полежала на солнце часок-другой.

Этот запах можно сравнить с запахом мусорного пакета, который пролежал в подъезде недельку, другую.

За спиной Ридиала что-то утробно дышало, и было слышно, как оно подкрадывается. Но недаром Ридиал играл в компьютерные игры, так что определить, что кто-то за его спиной он мог.

«Значит вот как? Что-то неприятно пахнущее, судя по шелесту кустов, большое, если прислушаться к дыханию, можно сделать вывод что, это что-то имеет широкую диафрагму… Да как она смеет?! Огромная мать ее мантикора, подкрадывается ко мне… Я думал, она хотя бы с утробным рыком кинется на меня из кустов. А она так подло…» — Пока ничего неподозревающая мантикора кралась к, казалось бы, беспомощному человеку, тот составлял план, как бы от нее слинять. Он мог бы попытаться убить ее, но в чем смысл? В бою, она заденет его жалом без сомнения.

Тем временем жертва мантикоры уже придумала план.

Человек резко разворачивается, и смотрит мантикоре в глаза. Та в свою очередь, находится от него метрах в трех, встает, скалится и рычит на него. Хмыкнув, человек становится в боевую стойку и следит за мантикорой. Та в свою очередь тоже встала для нападения. Начав двигаться по кругу, словно ковбои из вестернов, мантикора и человек сверлили друг друга взглядом. «Значит так, сейчас, за моей спиной лес, а за спиной мантикоры поляна с ущельем. Мне нужно туда, значит надо пройти через мантикору» — Прикинув свои шансы на выживание, подросток сглотнул, их было критически мало.

Вдруг, резко, подросток врывается в бой, уже готовый атаковать мантикору. Мантикора видя, как яростно бежит на нее человек, встала в оборонительную стойку, с жалом наготове. Ридиал предугадал такой ход, когда он почти до нее добежал, он резко уклонился вправо и, видя летящее в него жало, перепрыгнул его так, что оно прошло в паре сантиметров от его живота и, сделав перекат, побежал на поляну. Выбежав туда, и пробежав через проход в скалах, он услышал дикий рык, а после взмахи крыльев.

«Вот черт! Я забыл, что эта махина еще и летает» — Мне было страшно, но я был рад, что не ленился бегать, ибо это мне сейчас очень помогает.

Вот я уже на середине второй поляны, слышу быстрые и активные хлопки крыльев, в паре метрах от меня. Прыгаю и делаю перекат и надо же, мантикора летела на меня, чтобы завалить, а так она врезалась в землю и уже приходила в себя, но я уже оббежал ее и забежал в лес. Пробежав еще пару десятков метров, я остановился, чтобы отдышаться. Мне понадобилось в десять раз меньше времени, чтобы отдышаться, так как воздух здесь был наичистейший по сравнению с воздухом на Земле. Я уже собирался потихоньку двигаться, но услышал, как недалеко от меня упало дерево. Посмотрев в ту сторону, я увидел стремительно приближающуюся мантикору. «Охх… Ну ты издеваешься…» И я словно легкий атлет, просто летел сквозь лес не оборачиваясь. Лес словно решил, что мне все равно хана, так что ни корешков, ни кустов, мешающих мне, не было. Звуки преследования давно утихли, и рыков мантикоры уже не было слышно, а я все бежал и бежал. «Кажется я убежал… Или нет?» — Пока я бежал по лесу, я сделал самое опрометчивое, я обернулся, чтобы проверить, гонятся за мной или нет. За это опрометчивое действие я поплатился, как только я развернул голову вперед, первое что я увидел это стена в метре от меня самого. Я тормозил, как мог, но не смог сделать это вовремя, поэтому я закрыл глаза. «Хотя бы видеть этого не буду…»

Удар, я повис на стене. «Эмм… Почему я вишу на стене? Это раз. Почему я не разбил себе голову? Это два. И почему у меня ощущение, что я в шлеме? Это три… Странное ощущение, как будто волосы отросли… И кажется у меня на спине чьи-то волосы!» Открыв глаза, я увидел землю, так как голова застряла в одном положении. Подняв руки, я начал щупать себе голову, на голове был шлем, стальной шлем, из которого шла понястая грива. Поднеся одну прядь к глазам, я увидел перед собой, длинную красную гриву, и было странное ощущение, что — это мои волосы. Поднося руки к лицу, они уперлись в что-то, только тогда я заметил, что на шлеме есть забрало, глаза защищало большое, толстое стекло. Остальную часть лица защищала, сегментная конструкция. «Ну офигеть теперь… Непонятно откуда появился шлем… Кстати, а где щит то? Ёёё… Кажись посеял, вместе с фонариком. Эхх… НЕУДАЧА!» С плохим теперь настроением, я начал выяснять, чем я собственно застрял в стене. Вот руки идут по стене вверх, вот они упираются во что-то конусообразное, это конусообразное идет к шлему. Уперевшись в стену руками, я начал отталкиваться от нее и так постепенно, полегонечку, я освобождал часть шлема из стены. Через пять сантиметров, мне это надоело, и я резко дернулся и из стены вышел…

— Рог, мать его за ногу! Стальной, метровый рог! Да еще и с кристаллами! Какого жуя!? – Я психанул, но рог на шлеме… Это уже не в какие ворота.

— Ладно, ладно, ладно… Фух… Раз… Два… Три… — Досчитав до десяти, я успокоился в конец, и просто стоял и подозрительно поглядывал на рог. «Ну и что мне делать с этим шлемом? Щит посеял, но появился шлем… С рогом…» — Я уже задолбался искать логические нити в этой ереси.

В стене, в которой рог сделал метровую дыру, пошла трещина, и эта трещина пошла на самый ее верх. Когда она дошла почти до верха, трещина разделилась на две и продолжила путь, в итого образовался, достаточно большой обломок, который уже начал сползать со стены.

— Собственно, а что это за стена то такая? — Я повернулся к стене, посмотрел в лево и в право, стена была закругленной. Решив, что наверху может быть что-нибудь, что поможет мне понять, что это за стена, я поднял голову. Первое что я увидел, это был кусок стены в метре надо мной. Снова. «…Кажется, сейчас кому-то будет больно…» Послышался звук удара, но я ничего не почувствовал. Я медленно открыл глаза один за другим, куска стены надо мной не было, я посмотрел себе под ноги и увидел много ошметков камня, как я понял, это раньше было тем куском стены. «Офигенный шлем, вон, какие глыбы ломает! И пофиг на этот рог, им же можно и проткнуть кого.» Посмотрев наверх еще раз, я увидел шпили и разрушенные башни. Это был какой-то замок. Когда я осмотрел все, что мог, с того ракурса, где стоял и решив, переждать ночь в замке, я пошел вдоль стены. Пройдя, ровно пять метров, я перестал видеть хоть что-то, так как фонарик был потерян.

— И угораздило же меня потерять фонарик… Теперь вот, на ощупь буду двигаться. – Как только я закончил бубнить, что ничего не вижу, что-то пискнуло в шлеме и все вокруг, стало светлее.

— Ёпрст… В этом шлеме еще и ночное виденье есть… Ну все… Все бойтесь меня!.. Теперь я Сэм Фишер! – И уже спокойно идя вдоль стены и заглядывая в глубины, непроглядного леса, чтобы не наступать на, те же грабли, я дошел до ворот.

— Ооо… Да это же замок Луны! Ага, вон и мост навесной! Как это я так пришел?.. Неужто, пройдя через скалы, я пошел, совсем не туда куда надо, а к замку? Да уж, большой я крюк сделал, а утром не еще и обратно пилить… – Рассуждая я, шел внутрь замка.

— А теперь ищем комнату с подушками… — Побродив по замку полчаса, обойдя три ловушки, я все-таки нашел комнату с подушками. «Нафиг все, спать хочу!» Завалившись на пыльную подушку и прокашлявшись, я снял седельные сумки, плед-плащ, который был изрядно продырявлен и укрылся им. Шлем не хотел сниматься, так что я смирился с его присутствием на моей голове. Пролежав так минут десять, я почувствовал холод. «Форточку закройте!.. Блин, я же здесь один… И это не какая не форточка, а дыра… Ищем альтернативы!» Я подполз к сумкам и начал там рыться. «Так, еда, еда, бинокль, кристаллы… Точно!» Уже через пять минут я лежал довольный, обложившись теплыми, но острыми кристалликами. Так поворочавшись, минут десять, я заснул.