Дорога в Эквестрию

Главный герой - человек по имени Джон. Он живёт в скучном, погружённом в обыденности, сером, дождливом городе. Его жизнь меняется в лучшую сторону, когда он узнаёт про мультфильм My Little Pony. Он начинает мечтать о том, чтобы попасть в Эквестрию. Его жизнь разделяется на сон и реальность. При чём одно, тесно связано с другим. Любые события происходящие с ним в реальном мире, отображаются во сне. Но что происходит, когда Джон начинает путать сны с реальностью?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Энджел ОС - пони Человеки Кризалис

Nanite Master

В недалеком будущем человечество совершило грубую ошибку, которая привела к заражению необузданной и опасной нанотехнологией АБСОЛЮТНО ВСЕХ живых существ на Земле... Как повлияет на Эквестрию "неожиданное" появление двух инфицированных "людей"? ...А целой своры мутантов?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Сияющие огни

Рассказ о том, как Твайлайт Спаркл получила свою кьютимарку.

Твайлайт Спаркл

Солярис

Солярис. Все пони Эквестрии знают это слово. Но не для всех оно означает одно и то же. Кантарлот, Понивиль, Мейнхеттен, Клаудсдейл... большинство жителей крупных городов Эквестрии видят в этом слове радость и комфорт, безопасность и благополучие. Компания Солярис подарила Эквестрии практически все возможные блага, но у каждой медали есть и обратная сторона... и даже на первый взгляд самое светлое добро может оказаться главной тьмой в истории пони. Старлайт, молодая кобыла-единорог оказывается втянута в тайны Солярис. Сможет ли она противостоять самой сильной компании в мире? Компании, которую поддерживает сама Селестия? Компании, что именует себе "солнцем, всегда озаряющим Эквестрию"?

Другие пони ОС - пони

Время аликорна

Твайлайт упускает память, словно игла перескакивает на старой пластинке. Возможно, у Селестии есть ответы.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Скуталу в Клаудсдейле

Однажды Рэйнбоу Дэш узнаёт, что Скуталу ни разу не была в Клаудсдейле, цитадели и родине пегасов, а потому решает взять её с собой. К величайшей радости малышки.

Рэйнбоу Дэш Скуталу

Следи за собой...

Твайлайт открывает книгу...

Твайлайт Спаркл Лира

Я! Обязательно! Вернусь!

Ни одно событие еще так не нарушало покоя Эквестрии, как приход человека. Ведь человек, как это обычно и бывает, приносит с собой массу проблем. И пусть он этого не хотел — приходится выпутываться из ситуации, попутно обретая новых друзей и врагов, открывая неизведанное и участвуя в удивительных приключениях. Долгий путь лежит впереди, но только с помощью друзей он сможет проделать этот путь. А на самый главный вопрос нашего героя ответить может только он сам: хочет ли он вернуться домой, или Эквестрия станет для него новым домом?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Принцесса Селестия Зекора ОС - пони

Под ивой

Он просто полёживал под деревом, нежась в дуновениях ветерка, и точно бы задремал, если б в кустах не шуршали трое мелких созданий. А он уже наделся на ленивый послеобеденный отдых… Чего им надо от старого алмазного пса?

Эплблум Скуталу Свити Белл ОС - пони

Отражение

Сначала ты хвалишь рисунок Тесселя, а через два дня половину твоих лучших друзей погребает под обвалом. Потом ты стоишь перед мольбертом и смотришь, как ясное солнце касается уцелевших шпилей Старого Замка, а Тессель чуть ли не ножом всучивает тебе кисточку. Рассказ занял второе место на ЭИ 2019.

ОС - пони

Автор рисунка: MurDareik
На высоте. Сила внутре.

О непонимании Сути.

Так-то обычное дело.
www.youtube.com/watch?v=ZLZdBPHcAVU

— А башню тоже я развалил? – мертвенно-раскаивающимся тоном спросил повелитель, возвращаясь в лежачее состояние по окончании осмотра полуразрушенного города близ великой горы трупов.

— Нет, ее сломали минут за двадцать до вашего присоединения к…мероприятию, — максимально корректно отозвался стоящий по струнке оруженосец.

— Ясно, — с тяжелым вздохом отложил компресс в сторону до сих пор – несмотря на длительную рвоту – весьма раздутый великий бандит. – Итак, позволь уточнить еще раз: говорящий сие индивид нажрался как свинья…

— Пф, не льсти себе, — подала голос тоже чрезмерно помятая, но неожиданно бодрая после такой-то попойки Ви. – Вместо нормального, благородного, со всех сторон приличного и одобряемого массами употребления внутрь продукта выдавливания напоенных светом и силами земли ягод – ну или, на крайний случай, табуреток – некий шмат сала совершенно по-скотски отравил свой организм Огма знает какой ненатуральной химией. Омерзительно…

Страдающий всего лишь легкой мигренью («тайный ловкач» смилостивилась) парень удивленно присвистнул – настолько осуждающе-брезгливым вдруг стала никак ранее не могшая быть заподозренной в подобных способностях мордашка спутницы.

— Затем снюхался с кучкой недочеловеческих отбросов, начав развешивать им на уши бредни о равенстве и чуть ли не рассказывая им всю историю своей жизни, — продолжил стоически переждавший язвительную ремарку мученик. – Потом достал с утра посеянную тобой, раззява, статуэтку пони и начал у всех на виду предаваться привычным для вашей расы извращенцев занятию, для коего они в общем-то и приобретают данные произведения…

— Нет разумеется! — не сразу, но всё же среагировал преизрядно сбитый с толку вспыхнувшим в сознании образом вассал, аж замахав руками в бессмысленной попытке избавления от ныне наверняка намеренного мучить его долгие годы кошмары. – Ничего подобного: мой соверен только лишь поставили ее на кафедру и призвали местных зажигать! Откуда вообще вы…

Потенциальный дворянин осекся, услышав раздавшийся сбоку сдавленный хохот. Обернувшись же к источнику, он увидел широчайшую из возможных для высокоскульного почтиэльфийского лица улыбок. Быстренько пораскинув мозгами, потенциальный дворянин пришел к выводу о неразумности дальнейшего развития данной темы.

— Ну и в качестве великолепного финала через третьих лиц сжег целую Академию, судя по всему являющуюся заодно и храмом Боккоба, заодно с немалым куском случайно попавшегося на моем пути города. Всё верно? – Понт дождался осторожного кивка подчиненного и со стоном запрокинул голову, возвращая компресс обратно на лоб. – Нечего сказать, хорошо оторвался. С огоньком вечеринка прошла.

— Зато живы еще, — самым подобострастным тоном вставил также, несмотря на помощь Ви, слегка страдающий от последствия злоупотребления Нюхи Фауст. – Чем не повод порадоваться?

— Ах да, точно, — с сочащимся чем-то явно не слишком приятным голосом снова заговорил владыка. – До кучи мне с чего приспичило бессрочно нанять какого-то совершенно левого наркомана. Теперь-то ничего не забыл?

Бестолочь судорожно сглотнул — пришел тот самый Момент Истины. И на сей раз даже самые жалобные глаза во вселенной не спасут воспользовавшегося его чувством вину приживалу.

О Создатель, дай мне сил…

— Неа! – вдруг с торжествующим видом ткнула повелителя в брюхо кулачком лучница. – Маленькая лошадка запамятовала о пропущенном за больным угаром зрелище эпичнейшей из битв всех времен и народов, когда небеса безостановочно проливались льдом и пламенем и сама земля трескалась, стремясь скрыться от бушующих океанов силы…- вдохновенное восхищение так и плещет – и ведь не скажешь же, что рассказчица большую часть времени топилась в бочке с вином, в итоге высосав чуть ли не половину. – А еще ты сожрал полсадика редких трав и с особым цинизмом изнасиловал с заднего прохода целую кучу до того явно девственных и не затронутых чужим влиянием юных мозгов!

Определенно собиравшийся высказать ей нечто нелицеприятное соверен вдруг вздрогнул, вскинул голову и застыл, расширенным глазом глядя на рыцаря, будто вопрошая…нет, упрашивая опровергнуть данную информацию. И ученик почему-то сразу понял: речь никак не о студентах и даже не о действительно ужаснейшем в своем великолепии сражении.

К счастью или к сожалению, ни лгать, ни вбивать кол правды глубже в сердце спасителю не пришлось – оранжевое око мигнуло обреченностью и закрылось. Шея разогнулась, а копыто поднялось к рту, после чего с трагичной медлительностью пройдясь по скрытому рваной курткой телу к раздувшемуся брюху…

Бывший школяр не выдержал вида буквально излучающего потрясение и глубокую скорбь повелителя и отвернулся. Дабы через минуту услышать исполненный удивления и злорадства вскрик:

— Лошадка плачет!

Бестолочь чуть не подпрыгнул, в том же миг рванувшись назад…и застыл в нерешительности. Владыка точно не хотел бы, чтобы вассал видел его слезы. И определенно не нуждается в каких-либо словах или делах утешенья – да и чем жалкий раззява способен помочь ангелу смерти в такой момент?

До вроде бы очевидного ответа «оттащить эту бесчувственную суицидальную дуру» снова вставшему к Зубастой Тени спиной юнцу удалось дойти только когда ее весьма болезненные дразнилки внезапно прервались чем-то ну очень по звуку неприятным.

Опять сыгравшего в волчка парня ожидало отвратительное зрелище – толстый, с корень взрослого дуба, отросток тьмы с совершенно неестественной силой запихиваемый в рот связанной по рукам и ногам Ви. Где-то внутри тут же вспыхнуло нечто вроде изуверской радости в стиле «так ей и надо», подогреваемой дровишками из в целом ни в каких порочащих связей не замеченного чувства Справедливости.

И тем не менее, это не наш путь.

За неимением меча перерубать канал пришлось собственным телом. Ужасающее, леденеющее и одновременно обжигающее прикосновение черноты чуть не заставило уже прыгнувшего в гущу щупалец рыцаря поддаться животным инстинктам и драпануть куда глаза глядят, но, слава Богу, миг слабости прошел и верный вассал не сбежал от нуждающейся в нем спутницы, вместо того собравшись и таки попытавшись умолить повелителя о милосердии…

Короче, всё закончилось хорошо. Правда по освобождении внутренностей от чужеродных объектов лучницу стошнило, а после, глядя на нее, поочередно долго и мучительно изливались миру и все остальные члены группы. Однако же с сие есть ничтожные мелочи, не правда ли?

Хотя конечно их высочество как-то уж очень…внимательно вглядывался в бывшее содержимое своего желудка. Так наверное в собственную могилу глядят. А затем с щемящей душу тоской промолвил:

— Просто еще одна невинная жертва на принятом мной пути, — оранжевое око закрылось, а голова склонилась, будто соблюдая минуту молчания…после чего конь встряхнулся, кое-как с помощью нитей встал на четыре и заговорил натянуто-злобным голосом. – Надеюсь хоть на этот-то раз статуэтку не бросил, о безголовейший?

— Никак нет, ваше…- ослабивший на радостях от возвращения владыки в нормальное состояние бдительность подмастерье прикусил язык и продемонстрировал вопреки всем ожиданиям оставшуюся целой скульптуру.

— Молодец, — рыкнул Понт и оглядел лесную опушку с оранжевыми грибами вокруг них. — А мешок твой с провиантом где?

Потенциального дворянина пробил холодный пот. И рефлекторно предпринятые шлепки по карманам, естественно, проблему никак не решили. Неужели он оставил еду в гостинице?

— Супер! – с фальшивым воодушевлением фыркнул не дождавшийся ответа конь. – Скажи, а ты-то надеюсь не столь бесполезен как прочая моя обслуга?

Слегка подзабытый за всем произошедшим Фауст вздрогнул и вытянулся по струнке. Очень забавной, учитывая полнейшее непонимание им основ войскового стояния (ему самому Наставник объяснял часа четыре) и безмерно аляповатый внешний вид.

— Позвольте выразить, насколько ваш покорный слуга…

— Короче, — поморщилась Зубастая Тень. – Профессия, специализация, уровень?!

— Маг, астралист-пространственник, колдую на седьмом! – неожиданно четко отрапортовал видимо теперь уже вполне официальный спутник и встал попрямее.

— Фуфло! – без обиняков заявил «работодатель». – Мозголомство, мульти и престиж классы, особые абилки?

— Волшебный ученый, имаскари, псионикой не владею, — с опаской отозвался пытающийся, несмотря на явное недовольство начальства, звучать браво человек.

 — Вообще нихтихкайц, — с нескрываемым омерзением сплюнул великий бандит. – Хоть как-то драться-то умеешь, чудо лысое?

— Эм, огненный шар, призматический спрей, призрачный меч…- чуть дрожащим голосом бросился перечислять струхнувший «наймит».

— Ясно – организуй список и предоставишь на следующем привале, — рыкнул ангел смерти и тут же продолжил подозрительно. – А чей-то ты с такой специализацией сидел в обреченным стать ареной для эпической битве городе? Кстати, кто выиграл? – это уже им.

— А хрен знает, — отозвалась до сих пор мрачно ощупывающая горло Ви. – Там трупов выше гор навалено – если Пун-Пун и пережил мясорубку всё равно небось задохнулся.

— Как же, доставит он нам такую радость, — не удержавшийся на трех ногах (четвертая рефлекторно дрогнула) ангел смерти «незаметно» вернулся в лежачее состояние. – Жду ответа.

— Не мог бросить студентов, — аж ударил себя в грудь приосанившийся допрашиваемый, после чего резко сменил тон на извиняющийся и затараторил. – А также из-за произведённого сразу двумя столь могучими сущностями искривления магии имелись все шансы прибыть на новое месте в виде чемодана. Или вообще только частично. Плюс, банально не знал куда лететь– до межпланарных переходов пока не дорос, а здесь дальше пары миль от города не ходил.

Жеребец благосклонно кивнул, одобряя честность разумно решившего не прикидываться героем «наемника», тем не менее ехидно поинтересовавшись:

— А чего ж теперь свалил – неужели получившие от вашего любимого господина корректирующее изнасилование мозги более не нуждаются в водительстве?

— На самом деле они меня и прежде не очень-то слушали, — маг поежился. – Мол, по моей вине эти алкаши прошляпили эвакуацию. Побили, измазали краской, в общем сами видите, — он показательно развел руками, демонстрируя себя во всей красе. – Ну и после собственно свершения величайшего сражения нашего времени, им банально ничего не угрожает – в отличие от…- Фауст вовремя прикусил язык, для виду притворившись поперхнувшимся. – В общем, никаких обязательств, приковывающих меня к Академии нет – дождаться возвращения основной части преподавательского состава ребята сумеют и сами.

— И поэтому типа имеющий определенные надежды и вообще перспективы юный учитель ни с того ни с сего решил взять и свалить с родины по окончании кризиса, — великий бандит задумчиво почесал подбородок и сверкнул оранжевым оком. – Может наш дорогой новичок хочет сказать…

Потенциальный дворянин собрался с силами и постарался настроиться на свершение деяния с одной стороны необходимого и благородного, а с другой – самую чуточку аморального. Однако Повелитель не спешил договаривать — лишь только хитро щурился на потихоньку начавшего дрожать мага исподлобья и нехорошо ухмыляясь.

Разрешилась щекотливая ситуация неожиданно: от места их вчерашней «вечеринки» донесся оглушительный грохот, а в центре громоздящейся чуть ли не до небес горы хомячьих тел появился шар яркого зелено-розового пламени. Несколько мгновений он со скрежещущим звуком расширялся – а затем последовал разметавший всё вокруг него ослепительный взрыв.

Группа чудом пережила сию мертвячью бомбардировку: летевшая казалось бы прямо на них нижняя половина гиганта приземлилась буквально в десятке метров позади бросившихся при ее приближении на дрожащую землю букашек. И без того сильно потрепанному разыгравшимся буквально у него под боком сражением городку повезло на порядок меньше – его в прямом смысле сперва избороздило, а после и завалило тушками от второй ударной волны. Остается надеяться лишь, что залезшие после пожара в подземную часть Академии обучающиеся до сих пор не просохли.

Дальнейшие события развивались столь же стремительно: из средоточия бурлящего цветного тумана в высь с мощным гулом ударил толстый луч соответствующего огню цвета, практически сразу начавший медленно, но явственно раздаваться в стороны…

— Ай-ёёЁ! – в лицо впились крохотные, однако удивительно острые коготки прилетевшей с новым ураганным порывом тушки.

Бывший школяр разумеется тут же забыл обо всем и сосредоточился на самом свежем подарке судьбы. Им оказался «большой» (аж с ладонь) и довольно упитанный хомяк с встопорщенной золотистой шерсткой и вытаращенными в ужасе глазами-бусинками, при виде которых спрятанный где-то глубоко (хотя все равно недостаточно) внутри рыцаря ребенок аж успел умилиться – а затем лютый зверь цапнул его за палец. Парень машинально разжал руку и неведомо как переживший бойню представитель «Армии Тьмы» донельзя удачно упал точно ему в карман. По быстрому размышлению, подмастерье решил не вытаскивать самовольно въехавшего квартиранта – как-никак кусается чудище больно, да и вместе выживать будет куда резоннее…

— Чего встал-то, Бестолочь! – в и без того пострадавший лоб влетел комок грязи. – Сюда иди! Живо!

Юноша схватился за норовящий сбежать шлем и на карачках рванул к спутникам, скрывшимся от нежелающего стихать ветра за вывороченным пролетавшим трупом деревом. Всё разраставшийся зелено-розовый столб успел поглотить город и не проявлял никаких признаков скорого удовлетворения. А еще вокруг основного ствола кажется летают знакомые гигантско-хомячьи фигуры с лебедиными крыльями…

— Хватит по сторонам глазеть, обалдуй! – дернул его за шею в укрытие тигриный хвост. – Итак уже чуть без тебя не свалили. Держись за них!

«Слегка» выбитый из колеи видом ослепительного урагана парень непонимающе вытаращился на владыку – и тогда Ви сама схватила его за руки, подав затем одну сосредоточенно бормочущему чего-то с закрытыми глазами Фаусту, а другую обернув вокруг своей талии – освободившиеся же таким образом конечности крепко сжали «ее нажитое чужим честным трудом добро».

— Готовы?! – конь зажмурился и не дожидаясь ответа рявкнул. – Поехали!

Мир исчез в громе, грохоте и синей вспышке.

-
Не шибко приятное, но в целом обыденного вида голое предгорье с островками зелени и чахлыми деревцами, совершенно ненатурально обрывающееся в полную ярко-желтого песка безжалостную пустыню. Стоящая посередь всего этого неестественного благолепия длинная и слегка выпуклая стена, по высоте скорее напоминающая хороший забор, с кучей ворот по периметру. Из периодически открывающихся там и тут порталов валит чрезвычайно разномастный, однако в большинстве своем определенно не бедный народ. Еще тут есть изящные деревянные столики с хрустальными кувшинами, весьма экзотичного вида стража в доспехах с желтым оком и тонкими копьями, расфуфыренные наряды и постоянно кланяющиеся голые мажордомы.

А также уже наверное целых полчаса вполголоса ругающийся владыка, чья сердитость периодически выливается в хлестание разумно не отходящего далеко мага шатающимся туда-сюда хвостом по голове.

— Сделано! – счастливо хлопнула в ладоши закончившая сортировку сокровищ девушка, запихивая оцененные и взвешенные на глаз побрякушки обратно в мешок. – Так чего тебе надо-то?

— Где мы, что это был за взрыв, в чем причина безбрежного огорчения его высочества и каково значение сих надписей, — четко отрапортовал успевший со времени последнего неудачного обращения поразмыслить над вопросами Бестолочь, указывая на близлежащий транспарант.

 — Понятия не имею, но судя по ландшафту до сих пор на Внешних. Аналогично не представляю с какого бодуна рванула та куча – хотя таки рискну предположить, будто выживший вопреки всему кобольд решил-таки перейти в божественное состояние,- эльфийка задумчиво склонила голову на бок и почесала небольшой шрамик на шее. – Примерно так я кстати всегда и представляла себе создание домена: приходишь к мелкому поселению с кучей лопухов и по возможности максимально неревнивым покровителем, показываешь им нечто запоминающееся, а затем — ПУФ – и какая-нибудь здоровенная простыня покрывает будущую паству в знак смены ими руководства.

Собеседница хмыкнула, проворчала нечто слаборазличимое про смертных выскочек, сжала вытащенный из-под куртки медальон в виде не то желудя, не то ореха и снова обратила взор к старательно конспектирующему сказанное в своих мыслях ученику:

— По поводу лошадки ничего сказать не могу – в конце концов она твой. Да и мало ли какие у животинки могут иметься проблемы? – она лукаво улыбнулась и нарочито громко продолжила. – Помню у одного моего коня – здоровенный такой и очень красивый черный бугай, не чета присутствующим – как-то видимо в силу внушительного облика и искренней приверженности традиционным ценностям укрепления породы взял и загноился тот самый инструмент для передачи наследствен…

— ВСЁ! – внезапно вскочил на ноги резко перешедший в бодрое состояние повелитель. – Хватит! Насиделись! Вперед!

Принц печатая шаг направился к ближайшим воротам – и пушистым стражам внезапно хватило смелости скрестить перед подобным грозовой туче монстром копья.

— В чем дело!? – полыхнуло оранжевое око. – Родная шкура надоела!?

— Ваше приглашение? – неожиданно твердым и ничуть не испуганным голосом спросил мажордом, протягивая лапу.

— Перед тобой постоянный и действительный член клуба! – начал взрывать землю копытом великий бандит.

— Не похоже, — покачал головой герой из героев, после чего указал на столик. – По принятым на последнем съезде правилам всякий желающий участвовать обязан предъявить приглашение – или же оплатить…

— Я пройду туда даже если…

— Мистер Понт! – разрезал готовую вот-вот перейти в краткое кровопролитие ситуацию удивленный женский голос. – Неужели же это вас наблюдают сии старые, уставшие за прожитые бессчетные годы трудов и страданий ради блага других очи?

Ангел смерти осекся и…прижал уши к голове. Несколько секунд стоял неподвижно, с перекосившимся лицом глядя в точку прямо перед собой расширившимся глазом. И наконец с едва слышным стоном сменил выражение на вымученно-радостное и развернулся к только что прибывшей из портала могучей телом и париком даме в окружении богатой свиты:

— О, какое неземное счастье озарило говорящего данные слова жеребца…

Далее пошло воистину ужасающее по своей тягучести и выспренности облизывание друг друга самими изысканными и вычурными комплиментами. От некоторых же наиболее выразительных подташнивать стало даже вроде бы привычного к подобному словоблудию бывшего студента. Причем судя по всему неожиданно сладкоголосому владыке нынче не суждено достичь главной цели вступления в беседу с очевидно неприятной ему собеседницей — проникновение с ее помощью за стену. При первом же намеке на какое-либо действие она (а может и оно: явственно пробивающиеся над верхней губой усики и покрытый темными волосками подбородок преизрядно вводят в заблуждение) тут же переводила тему на нечто бессмысленное.

Следовательно, в итоге всё вернется к тому же самому, только уже окончательно взбешенный бездарной потерей времени конь на новые беседы вообще размениваться не станет. А значит если некий оруженосец надеется избежать бойни…

Вдоль хребта пробежалась ледяная змейка – настолько неприятно и непривычно брать на себя инициативу, да еще и с такой ответственностью. Но надо.

— Простите, а сколько стоит…эм…входной взнос? – незаметно подобрался решившийся юноша к спокойно наблюдающему за медоточивым общением мажордому.

— Не думаю, что вы способны понять нашу валютно-финансовую политику, — с легким презрением глянув на него, отозвался стоящий на задних лапах серый кот. – Во всяком случае никто прошедший сими воротами до сих пор не смог. Поэтому коли всё же желаете пройти, то рекомендую попытаться произвести бартер артефактами, — кивок на столик, где помимо ранее замеченного хрустального кувшина с розовой жидкостью лежали изящные женские туфельки лазурного цвета, позолоченные ножны с орнаментом-змеей и кинжал с оканчивающейся крохотным черепом рукояткой.

Представитель лучших из людей вздохнул с облегчением – уж этого-то добра у него в достатке. И почти сразу приуныл: всё ж таки, «добро»-то на самом деле принадлежит не Бестолочи, как в общем-то и весь он по сути является собственностью не раз его спасавшего, одевшего, обувшего, пригревшего и даже посвятившего в рыцари соверена. С другой стороны, подарки остаются подарками. С третьей же передаривать…

— Глубокоуважаемая спутница, не будете ли вы столь любезны, чтобы уделить мне кусочек вашего драгоценного времени? – переместился потенциальный дворянин к зевающей Ви.

— Еще один слабомозгий заразился, — поделилась дама наблюдением с пространством. – Давай только побыстрее – а то мне одной из вас становиться ну совсем не с руки.

— Не поделитесь ли добычей? – на одном дыхании выпалил юноша и затараторил. – Для нас сейчас совершенно…

Тут лучница одарила просящего столь многозначительным и напоенным эмоциями взглядом, что у парня слова застряли в горле. После этого ему оставалось только отвалить, преисполнившись омерзением к самому себе за приставания к приличной даме со столь отвратительными и безнравственными предложениями. Разговор же меж тем явно подходил к концу – во всяком случае владыка изо всех сил старался его достичь, буквально на глазах теряя куртуазность.

Чувствующий подкатывающееся отчаяние рыцарь обратил взор на последнего члена группы — и сразу же отверг подобное предположение. Об одолжении чего-либо у Фауста мечтать не стоит: как-никак волшебник вряд ли бы пришел к отнюдь не слишком милому работодателю из одной только любви к подчинению. Хотя кто его знает…

Былой школяр выбросил дурацкие мысли и со всей имеющейся в нем твердостью (и появившимся неизвестно откуда сердечным скрипом) выложил на стол преграждающих им путь фелин только полученный позавчера толстый браслет с сияющим посередине здоровенным камнем – так и так никто не удосужился объяснить, чего данная штука делает:

— Это подойдет?

Презрительная гримаса на усатой морде внезапно сменилась удивлением – и прежде нежели Бестолочь успел сделать из данной метаморфозы выводы, котяра мявкнул:

— Принято!

Мгновением же позже раздался полузадушенный хрип, изданный выпучившим на побрякушку глаза магом. И тут уж даже рыцарские мозги не смогли не прийти к определенного рода умозаключениям…вот только поздно: дернувшаяся забрать плату рука наткнулась на легшую прежде нее мягкую лапу мажордома. Крик схватившегося за голову Фауста и рык обернувшегося на шум Понта окончательно очертили картину очередной свершённой Бестолочью глупости.

Последовавшая за тем сцена лучше всего описывается как «безобразная»: дама оказалось послана в дальний и крайне непристойный путь, почему-то с участием слонов и лопат, а тем самым освободившийся Понт обрушился на встречающих с требованиями (слава Создателю – в основном вербальными) вернуть отданную «этим … … … … идиотом реликвию».

Получивший же едва не сломавший ему челюсть удар копытом юноша спокойно лежал на камнях, с небольшой долей интереса выслушивая подвывания окончательно разорвавшего на себе от огорчения одежду волшебника.

— Короче наш рубака за пару минут профукал аж целый «Браслет Господства» — весь из себя великомогучий артефакт чуть ли не доимаскарского, а то и титанического происхождения, за так дающий целый шкаф способностей заодно с возможностью посещения какого-то запрятанного в болотах летающего города, коий доверху набит столь же привлекательными штучками, — суммировала нытье их нового спутника севшая рядом лучница. Краткое раздумье. – Ну чего, круто — всем бы так.

Фауст разразился истерическим смехом и, обняв себя за колени, стал качаться туда-сюда, бормоча под нос стенания по неведомым богатствам и невероятным открытиям.

— Впрочем, как еще должен поступать паладин? – она похлопала оруженосца по животу. – Хотя нет, всё же вынуждена признать: настолько выдающейся тупости я бы и от варвара не ожидала – и последний чурбан бы допетрил, что Пун-Пун хлама с собой не таскает. Эхххх…- Ви сдула упавшую на лицо челку. – С другой стороны, ты до сих пор жив – а значит всё не так уж и плохо.

Подмастерье согласно кивнул, тут же схватившись за начавший набухать синяком кровоподтек.

Чуть посветлевший от последнего замечания мир вновь канул в Стикс, стоило только в мрачности своей подобному ночному небу владыке обернуться к подчиненному. Когда же он двинулся в их сторону даже обычно не скрывающая собственной жажды самоубийства эльфийка не пожелала оставаться рядом с лишившим группы драгоценного артефакта лопухом.

Вот над головой поднялось тяжелое копыто…и прошло мимо. А с ним ушла и боль.

— Вставай, — со столь знакомой смесью разочарования и обреченности приказал спаситель.

Рыцарь поспешно вскочил на ноги – и тут же получил в руки уже виденные на таможенном столике ножны и туфельки:

— Большего выторговать не удалось, — тяжелый вздох. – Будь лапой: постарайся не посеять их по крайней мере в ближайшие пару часов – пока у меня не появится настроения возиться со шкатулкой.

Горячие изъявления в вечной преданности и недопущения подобного в дальнейшем конь начисто проигнорировал, без лишних слов вперевалочку отправившись к доставившим им столько неудобств воротам…чтобы снова упереться в скрещенные копья.

Несколько секунд его высочество неверяще смотрел на преграду медленно разгорающимся глазом – а затем разразился веселым-веселым, продирающим слушателей насквозь смехом вот-вот собирающегося начать спускать со случайных зрителей кожу маньяка.

— Ну чего еще?! – рявкнул на стражей также выглядящий измученным (и даже слегка потрепанным) мажордом.

— Чую неч…- попытался отрапортовать вздрогнувший вояка, но тут его прервало внезапно явившееся из бытия облачко мрака.

— Котик, — ласково прошипело оранжевая точка в сердце тьмы. – Либо ты убираешь свою палочку – либо я тебя съем. Ну вот просто так. Раз, два…

— Не положе…- верный служака получил по морде от начальника и тут же свалился – видимо данным фелинам всё же довольно тяжко стоять на задних лапах.

— Прошу, — склонился перед ними в приглашающем жесте спасший своего соотечественника от гибели храбрец. – Вы, будучи действительным членом клуба, разумеется не имеете никаких намерений вредить нам или кому-либо из пришедших гостей.

Понт где-то с минуту побуравил попортившего ему столько крови собеседника пламенным оком, после чего неспешно прошествовал внутрь на ходу испаряя свои отростки. Сопровождавших пропустили без всяких проволочек.

Какое-то время шли молча. Бестолочь боялся даже лишний раз головой повертеть, особенно учитывая буквально загрызавшее его живьем ощущение, будто вокруг происходит нечто до крайности интересное – то есть вполне вероятна ситуация, когда, единожды глянув по сторонам, он в принципе более не сможет не смотреть. Отвлечение, очередная безразмерная глупость, смерть. Поэтому упираем глаза под ноги и думаем о вечном.

— «Кошки правят миром!» — внезапно с издевкой в голосе нарушил тишину владыка, указывая на ближайший транспарант. – Вот ведь…- краткая пауза, за которую губы успели растянуться в несколько странной, но определенно не угрожающей улыбке, — и возразить-то по сути нечего.

Потенциальный дворянин лишь чудом устоял на ногах, когда повелитель ни с того ни с сего провернулся вокруг своей оси на сто восемьдесят градусов:

— Знаешь, а на самом деле всё не так уж и плохо – ты конечно головотяп прямо-таки сказочный, однако мы так и так не стали бы сейчас бродить по болотам в поисках дурацкого летучего города, – мучительный вздох и натянутая бодрость. — Ну а резисты с бафами и техническое бессмертие — дело и вовсе наживное.

— Правда? – недоверчиво подняла бровь с интересом обозревавшая окружение Ви.

— Ага, — кивнул вдруг пришедший в выглядящее вполне искренне благостное настроение конь-людоед. И полной грудью вдохнул ядреную смесь запахов кошачьей мяты, рыбы, жареного мяса и духов. – Красота! Короче, прощаю, – хлопнуло по колену вассала королевское копыто. — В конце концов, вина-то по большей части моя: рази ж не знал, кому даю…

Великий бандит встряхнулся и передернул плечами:

— Да и скажем честно: мой маленький человечек легко и непринуждённо мог совершить куда большую глупость, нежели банально обменять великий артефакт на возможность повращаться в изысканнейшем и благороднейшем обществе мироздания, вопреки самой своей вере и законам бытия раз в несколько лет собирающемся здесь, на Внешних Землях, во удовлетворение способной объединить демонов и ангелов страсти, — нога в патетическом жесте устремилась к близлежащему плакату. Благоговейное придыхание. – Итак, позвольте поздравить вас, граждане, с посещением одного из величайших событий Мультивселенной – слета Межпланарного Клуба Любителей Кошек!

Драматическая пауза.

— Серьезно? – скептически уточнила не проникшаяся лучница, разом испортив всю едва насытившуюся эмоциями атмосферу момента. – Целая ярмарка уродов ради каких-то блохастых мышеедов?

Шедший чуть сбоку Фауст одобрительно прыснул – а затем вздрогнул, видимо также заметив внезапно наступившую за заявлением спутницы тишину, сопроводившуюся стремительным переключением на их группу внимания всей прежде мирно шедшей мимо разномастной общественности. В воздухе запахло грозой – причем отнюдь не только в метафорическом смысле.

Былой студент пересилил себя и таки отвел глаза от заискрившегося крохотными молниями частично газообразного синего камня с руками, после чего с мольбой обратил взгляд на владыку. И обнаружил в оранжевом оке ничто иное, как колебание, причем отнюдь не потерянного свойства. Выводы сделались быстро – и руки сами собой сложились в молитвенного жесте. Ангел смерти разочарованного фыркнул и встал (посредством нитей, разумеется) на задние копыта:

— Не волнуйтесь, уважаемые господа. Сия дама есть всего-навсего моя больная на голову подчиненная, с маниакально-суицидальным синдромом, появившимся в результате полнейшего разочарования в нежелающем опускаться до ее уровня мире, — хищная улыбка. – Но мы-то ведь все понимаем: на самом деле во вселенной таки есть кое-что, ради чего стоит жить…

Уже начавший сближаться с ними некто зеленый, толстый и крокодилообразный согласно кивнул и, проворчав нечто одобрительное, отправился по своим делам. Явно же собиравшуюся возразить Ви парень догадался аккуратненько придержать, естественно получив по окончании представления в ухо.

— Подумать только: не любить кошек! – ангел хмыкнул. – Бывают же на планах такие уроды! Мое ужасное чудище в ночной вариации и то без ума от этих милых пушистиков…- какая-то непонятная и откровенно говоря, пугающая искорка промелькнула в оранжевом оке. – Короче в следующий раз выпутываться будешь сама – и не забудь поблагодарить за произошедшее спасение удержавшего тебя от дополнительных глупостей Васю.

Эльфийка немедленно выполнила данный свыше приказ – вдарив вовремя не догадавшемуся отойти юноше обутой в тяжелый сапог ногой по ягодице. Впрочем, по одной только скромной силе замаха чувствовалось, что оное действие свершилось без особой страсти: желай она действительно наказать «спасителя», то он бы сейчас уже небось, проклиная судьбу, валялся в пыли.

— Женщины! – философски закатил глаз великий бандит. – Ты десятки раз спасаешь их от перехода в несомненно более спокойную форму существования, неизменно получая взамен лишь зуботычины, — голос неожиданно надломился, обратившись в яростный рык, — уничтожить бы их всех…

Далее же произошел взрыв зловещего сумасшедшего смеха, по окончании которого на слегка припухших двуногих смотрел прежний в целом вменяемый соверен:

— Разрядка, — чуть ехидная улыбка. – В конце концов, представлять себе чинное и благородное распиливание вас на куски куда менее затратно, нежели воплощать сии мечты в жизнь, — он пощупал нашлепку на втором веке и слегка поник. – И так уже поиздержаться шибко придется…но в топку!

Новый резкий поворот, сотрясающее землю возвращение на четыре – и подчиненные опять видят вперевалочку удаляющийся от них круп:

— Мы заплатили кучу денег за присутствие на одной из величайших ярмарок планов – так сделаем же всё от нас зависящее, дабы жертва Браслета не оказалась напрасной!

-
— Ты СОВЕРШЕННО не понимаешь сути кошек, — с нескрываемым удовольствием прервал излияния ученика по поводу назначения агрегата. – Это не собаки «гав-гав, любимый хозяин, дай чуть не окочурюсь от радости при одном твоем появлении». И не фырчащие ежики с золотым сердцем под колючей рубахой. И даже не жена, любовница или просто содержанка. Кошатность – это состояние души, в котором что угодно может побыть чудовищем – хищным, садистским, наглым, отупляющим людишек одним своим присутствием зверем, коими кошки на самом деле и являются…

Ударившая в столешницу чашка расплескала половину своего содержимого – однако вошедший в раж ангел в принципе не собирался того замечать:

— У ребенка трагедия — а они спят, семья в трауре – а они проходят мимо, дом сгорел дотла — а они жалуются на отсутствие еды в обугленной миске, — копыто вознеслось к небесам в патетическом жесте, а и без того всё время набиравшая обороты громкость стала вовсе подобна трубам Страшного Суда. – Бесчисленные армии идиотов истребляют друг друга в кровавых бойнях за чужие интересы – а они ловят разжиревших на трупнине крыс! Весь мир погряз в пучине зла и беззакония – а они вылизывают себе шерсть и мурчат, приказывая добровольным рабам налить еще молочка! Они бездушно не подпишутся ни под чем, их предпочтения не основаны на здравом смысле, вынос мозга так называемым «хозяевам» — это их стихия, они — истинное лицо вселенной!

Его высочество шумно выдохнул, одних махом опрокинул в себя остатки напитка и зажевал здоровенный клок таинственной розоватой субстанции «слава всему на свете понятию не имею из чего сделано»:

— И вот под таким соусом за кошку можно выдать хоть бегемота – как-никак философская категория! Не хухры-мухры какое-нибудь.

Несколько припухший от объема столь стремительно низвергнувшейся на него знания ученик пару минут пытался как-то ее структурировать, однако в итоге бросил это дело и вернулся к изначально повлекшим откровение вопросу.

— Ну так а что по-твоему может показывать призма кошатности? – с ныне нескрываемой издевкой поинтересовался в ответ повелитель. – Насколько тот или иной объект соответствует помянутой выше великой Идее, ясен хрен!

Успевший чуть подзабыться удар в грудь с последующим вскидыванием копыта к солнцу.

— И каковы же результаты анализа? – спросил немного погодя не дождавшийся продолжения ученик.

— Зрением слаб стал или банально при виде сзади разобрать не можешь? – ехидно вздернул бровь заметно расслабившийся за время брожения по павильонам владыка. – Очевидно же: полкота – видимо сказывается счастливо унаследованная общая распущенность, традиционная для подобных дам склонность к промискуитету, наглость и полнейшее отсутствие уважения к правилам…

— Да неужели? – Ви, честно отстоявшая очередь и даже спокойно просидевшая всё потребовавшееся для калибровки время, внезапно вскочила со стула и, проскользнув под брюхом «оператора» – львотавра, резко рванула кристалл острием на Понта.

Стрелка на огромном циферблате послушно передвинулась на несколько делений ближе к старту, тяжело закачавшись близ изображения лишенной тела усатой морды.

— Слегкакот, — язвительно прокомментировала лучница, не обращая внимания на возмущенный рык владельца аттракциона. – Итак, каким же из вышеперечисленных пунктов страдает наша драгоценная скотинка?

— Неотразимостью и распространяемым почему-то на одних лишь подчиненных отупляющим полем, — не моргнув глазом отозвался великий бандит и притянул на свое место вассала. Несколько мгновений ожидания – и презрительное фырканье. – Совсем-не-кот. Стоило ожидать. Но не волнуйся, — кончик хвоста мягко пошлепал его по щеке. – Не всякому дано. Тэкс, а где же наше последнее приобретение…

Тут и без того негодовавшие прочие посетители громко возроптали, требуя прекратить баловаться и дать остальным тоже попользоваться аппаратом. Стоявший вторым металлический человек с самодвижущейся горкой камней у правой ноги даже пригрозил нажаловаться организаторам, если они немедленно не предоставят ему возможности получить справку о кошатности – у него-де конкурс на носу.

— Прошу прощения, многоуважаемые господа, — сделал легки поклон видимо окончательно погрязший в нехарактерной для него пучине вежливости мистер Понт. – Мы сей же час уходим.

Великий бандит поставил пахнущую кошачьей мятой чашку на столик и, поманив лучницу копытом, тихо заметил:

— Я тут подумал: а почему бы нам не позволить себе хотя бы пару часов отдыха от общества друг друга? А то ведь юная леди наверняка желает последовать зову своей природы и как следует обмазаться всякой сомнительного происхождения дрянью, – великий бандит кивнул в сторону весьма обширного участка ярмарки с парфюмерией. – В то время как наш бледный попутчик уже давненько посматривает в сторону вон тех книжных развалов – хотя таки спешу предупредить о наличии у сей многообещающей кучи фолиантов вполне конкретной и довольно узкой тематики.

Ангел смерти весело хмыкнул, доел мини-облако и закончил:

— Короче, валите куда подальше – встречаемся вечером в центре. И постарайтесь до того времени не попадаться мне на глаза, ферштейн? – Ви уже не слушала, отчалив со своим неизменно носимым мешком честноукраденного добра к оружейным рядам.

Попытавшегося же слинять вслед за Фаустом бывшего школяра бесцеремонно остановили и выразили полнейшее нежелание расставаться с ходячим магнитом неприятностей и артефактов, затем в доступнейших выражениях приступив к пояснению сего решения исключительно эстетическими причинами. Закончить длинное, буквально сочащееся тяжеловесным сарказмом и по-праздничному вычурное окунание и правда немало насовершавшего в последнее время глупостей подмастерья в собственные ошибки Понту не дал неожиданно появившийся в поле зрения старый знакомый. К нему-то прервавшийся на полуслове и преисполнившийся несвойственного ему радостного энтузиазма конь и потащил своего «любезного, драгоценного и всего такого внезапного» подчиненного.

— Позволь представить тебе, о мой юный подаван, одну из самых симпатичных, ответственных и высокоморальных сущностей, каких только сему скромному коню-людоеду довелось повстречать на планах, — после краткого приветствия и глубокого поклона восторженно начал выставивший ученика на первый план владыка. – Личность мудрую и сведущую, осознающую необходимость следования долгу и вселенскую значимость свершаемой ею работы. Индивида, давно могшего бы взирать на нас, крохотных букашек, с ледяного пьедестала собственного величия, однако же несмотря ни на какие бездны времени и горы испытываемого к его благородному труду презрения и страха, всё равно относящегося и к самому недостойному того клиенту со столь редкими в наши дни сердечной теплотой и дружеским участием…

Слегка припухший от обилия звучащих удивительно искренне эпитетов оруженосец почти рефлекторно начал тихонько сгибаться перед терпеливо слушающей распеваемые ей дифирамбы высокой фигурой в черном балахоне, заодно уже осознанно пытаясь по внешности определить хотя бы часть повлекших за собой столь неожиданно проявившееся восхищение причин.

Увы, не вышло. Перед ним всего лишь определенно не шибко желающий раскрывать свою внешность (частая кстати черта у местных) человекообразный незнакомец. Нечеткий правда какой-то – почему-то не выходит рассмотреть конкретные детали. Точь-в-точь как с Фаль: одежда видна и понятна, но начавшие где-то на третьей минуте смущенно теребить края плаща руки будто располагаются за дымчатым стеклом гадателя. Мозг откуда-то знает об их крайней, откровенно болезненной, худосочности и выдающейся длине, однако ни текстуры кожи, ни рисунка вен, ни наличия/отсутствия шрамов…

Потенциального дворянина ни с того ни с сего продрало очень нехорошее ощущение, а в кои-то веки без обиняков обратившееся к своему более публичному собрату подсознание прозрачно намекнуло на нежелательность дальнейшего всматривания. Да и вообще: прояви уважение – прислушайся-таки к словам! Как-никак сам Принц Короны говорит! Может хоть научишься чему.

-…Похититель Душ, — полузадушенно в силу недостатка воздуха, однако всё еще торжественно хрипел великий бандит. – Разрушитель Империй, Поглотитель Океанов, Вор Всех Времен, Наивысшая Реальность, Жнец Рода Человеческого...

— ХОРОШО, ХОРОШО, — воздух внезапно заметно похолодал. Бессолнечный свет померк. А шум ярмарки вдруг будто бы отдалился и замедлился. — Я МОГУ САМ СЕБЯ ПРЕДСТАВИТЬ.

— Никогда в этом не сомневался! – широко разулыбался жеребец. – Вот только не то природная, не то внушенная многовековым развитием скромность обычно не позволяет сему круче краба на галерах пашущему на ниве вселенского порядка труженику косы и меча описать хотя бы малую долю собственных заслуг перед миром. Тем не менее, — новый краткий поклон, — прошу, о благодетель народов и стран.

Даже несмотря на пахнувшую от фигуры леденящую стужу – а может и благодаря ей – омертвевший от пришедшего из ниоткуда иррационального ужаса в поклоне былой школяр заметил смущение стоящего перед ним таинственного существа. Ему явно польстили слова вдруг разродившегося целым вулканом комплиментов владыки.

А затем неизвестный представился – и всё на свете как-то разом утратило значение:

— СМЕРТЬ, — протянутая к нему ладонь в одночасье стала тем, чем всегда и являлась – чистой белой костью.

Нет, оруженосец не грохнулся в обморок. И не закричал. Он только медленно-медленно отодвинулся на пару шагов назад и, придя в состояние острого треугольника, тихо промямлил:

— Бестолочь. Счастлив встре...- а врать-то нехорошо, — то есть, честь для меня…

— Не волнуйся! – шлепнул его по смотрящей в небо части тела длинный хвост. – Наш замечательный собеседник, во-первых,: не на работе, а во-вторых: не на подотчетной территории, — ученик поднял недоверчивые глаза на ободряюще скалящегося соверена. — Я тоже когда-то такую ошибку совершил – в общем-то сие прекрасное знакомство началось ни с чего иного, как с выставления наглых и не особо вежливых претензий по поводу неоказания по идее обязательных для всех услуг.

— БЫВАЕТ, — человека продрало будто стылым ветром. – ПРИЧЕМ В ПОСЛЕДНИЕ ВРЕМЕНА — ВСЁ ЧАЩЕ И ЧАЩЕ.

— Увы и ах, последовавшее объяснение не оставило твоему любимому господину надежды на счастливое разрешение гнетущей его проблемы, – печаль мелькнула и пропала, вернувшись к искреннему веселью. — Но зато произошедшая некрасивая ситуация позволила некоему земному пони завести одно из самых интересных и захватывающих знакомств за весь немалый период сего индивида существования. В тот день удача воистину улыбнулась этому старому лошаку.

— НЕ ЕМУ ОДНОМУ, — те же ассоциации с гробами, железом и цепями, но натужнее. – НЕ ТАК УЖ И ЧАСТО ВСТРЕЧАЛ Я ЖИВЫХ СОЗДАНИЙ, ГОТОВЫХ СТОЛЬ…- краткая пауза видимо для подбора слов. — ТЕПЛО ОТНЕСТИСЬ К СУЩНОСТЯМ МОЕЙ ПРОФЕССИИ.

— Да они банально не способны и не желают понять, насколько важную и тяжелую работу вы выполняете, — панибратски хлопнул Мрачного Жнеца по плечу копытный ангел. – Правду говорят: пока не потеряют – не оценят!

— ИСТИННО ТАК…

Нашедший-таки в себе силы двинуться Бестолочь затряс головой – как-то уж чересчур…неправильным выглядела разворачивающаяся перед ним сцена встречи двух старых приятелей. Мистер Понт аж начал расспрашивать Погибель о поживании некой «розовой кобылки и прочих домашних» (рассудок тут же начал рисовать ужасные картины их вероятного обличия), не проявляя никаких признаков свойственного всему дышащему образу действия- то бишь бегства от Конца.

Тут оруженосец внезапно обнаружил, что собственные ноги решили проявить инициативу и ныне незаметно смещали его в сторону лотка со сладостями. И остановить их рыцарь смог лишь по достижении ближайшего укрытия – того самого торгового места. Двинуться же в обратную сторону у него, несмотря на все усилия, призывы к чести и молитвы, так и не получилось. Пришлось дожидаться окончания беседы скорчившись за в принципе не способной остановить неизбежное преградой и периодически содрогаясь от доносившихся ветром ответов «благодетеля». А также яростно, до корней волос, стыдясь собственной трусости.

И ведь главное никто же больше и внимания-то на…ЭТО не обращает! Да и видят ли они вообще КТО…

Стоп. Тихо. Спокойно. Всё в порядке.

Дабы хоть как-то отвлечься от терзающих его чувств, сомнений и – чего уж там, в мыслях-то скрывать – подозрений, потенциальный дворянин постарался продолжить прервавшееся остановкой на перекус исследование местности. Как-никак, поглазеть тут действительно есть на что: расставленные тут и там (и периодически сходящие с пьедесталов) элегантные статуи пантер, львов и прочих крупных фелин. Растущие прямо из песка и каменистой земли предгорья деревья-когтечесалки. Уютнейшего и милейшего вида маленькие полукруглые домики с травяной крышей. Сидящие в клетке неведомые черно-белые зверюшки с клювами и плавникоподобными крыльями, под говорящей вывеской «Рыбоптица – лучшая еда»! Разбросанные повсюду клубки шерсти от крошечных до воистину циклопических – нить с руку толщиной. Празднично выглядящие заросли понятно чьей мяты. Мраморный фонтан в виде пумы, из пасти которой бьет валерьянка. Десятки разномастных тентов и павильонов из шкур, полотна, неизвестного упругого и полупрозрачного материала, а то и вполне себе шевелящихся виновников торжества...

Тут глаза сами собой зацентрировались на прогуливающейся перед живым шатром скромно одетой (в смысле малости площади покрытия) кошке с синеватой шерсткой, размером и пропорциями тела практически идентичной человеку. Вопреки ожиданиям, вроде бы не долженствующий вызывать у разумного человека ничего кроме смеха гибрид выглядел весьма симпатично – даже подобные иглам аккуратные усики лишь придавали неизвестной дополнительного шарма и очарования. Видимо она работает тут зазывалой – а именно пытается затащить внутрь каждого встречного-поперечного, довольно мило издавая при этом звук «йифф-йифф!».

Стоило только Понту увидеть таинственное создание, как конь-людоед поперхнулся жареным крысолюдом и, сделав копытом некий широкий защитного вида жест, официально запретил кому-либо туда заходить, да и вообще приближаться более чем на десяток метров. А жаль…так — всё. Не думать об этом. «Там ересь, мерзость, бездны разврата и эстетическая деградация». Забыть.

К процессу познания.

Гости – вот истинное сокровище и ходячие источники наслаждения для жаждущего обогатиться сведениями пытливого ума. От выглядящих в целом почти нормально толстых яйцеголовых людей в блестящих однотонно-серых нарядах (их проходило трое: больший в полтора раза больше, а меньший – настолько же меньше нормального человека) с пушистыми белыми зверями на руках до непонятно как парящих в воздухе огромных эллипсов-аквариумов с плещущимися в них усатыми китами, вокруг коих вились оцененные на «почтикота» юркие рыбешки. А еще тут бродят сухопутные кальмары в украшенных лазурью и жемчугом панцирях с шлепающими на едва различимой леске приплюснутыми ящерицами. Порхают крайне миловидные феи со сверкающим крыльями и розовыми бебекающими облачками под мышками. Шастают вызывающие дрожь одним своим видом рогатые и желтокожие здоровяки в устрашающих бело-красных масках, ведущие на толстых цепях нечто вроде тощих (язык почти поворачивается сказать «изящных») буйволов.

Неужели всё это действительно посвящено каким-то…

-…ВСЕГДА ГОВОРИЛ, — неожиданно прорвал уже почти выстроенную завесу очередной гробовой ответ. – КОШКИ – ЭТО ХОРОШО…

Вновь помертвевший парень с почти слышимым скрипом повернулся к стоящим на прилавке крошечным часам, внезапно начавшим отсчитывать быстро утекающие секунды его жалкой жизни. Вернее, они всегда этим занимались – но прежде он о том почему-то не задумывался.

Весь окружавший рыцаря яркий, красочный и удивительный мир разом поблек и потерял всякую интересность, в борьбе за внимание с первого же столкновения уступив пальму первенства этому немудренному и совершенно обыденному звуку: тик-так, тик-так, тик-так.

На «тике» незримый палач возносит острейший из существующих топоров, в то время как «так» уже уносит от него тоненький ломтик времени земного существования. И никому никогда не удастся заставить фигуру в темном балахоне отойти от него, оставить в покое, не отнимать ту несравненную драгоценность, кою и правда не способен в полной мере оценить ни один получивший ее при рождении даром…

Стоп.

Скрюченное ради максимального закрытия его за лотком тело разом выпрямилось – и столь же дёргано опустилось на колени. Ладони соприкоснулись, шея согнулась, сознание выкинуло ненужный хлам и воззвало к Творцу с мольбой о прощении. В конце концов, уж Христов-то воин знает и помнит…обязан всегда знать и помнить, что победивший и Смерть и Ад таки существует – и действует.

К великому сожалению и дополнительному раскаянию, на сей раз беседа со Спасителем не дала обычного эффекта. Виной тому скорее всего стали совсем уже невыносимые завывания предоставившего ему временное укрытие купца, поспешившего использовать вид молящегося перед продаваемыми товарами рыцаря в качестве способа их продвижения. Находящийся в пиетическом состоянии Бестолочь лишь огромным усилием воли сумел подавить приличествующие случаю позывы и таки нашел в себе силы просто отойти от покусившегося на Небесное торговца и пальцем не дотронувшись ни до самого святотатца, ни до предлагаемых сластей с прочим имущества грешника.

Бешено же шарящие по карманам в поисках если не ножа, то хотя бы камня руки неожиданно обнаружили там нечто ну никак не походившее ни на то, ни на другое. На ощупь объект теплый, мягкий, пушистый…

— Айоё! – второй раз за один день исторгся из горла совершенно недостойный мужчины вскрик, вновь впрочем порожденный только и исключительно внезапностью нападения.

Ладонь пулей вылетела из кармана — на большом пальце висел, изо всех сил сжимая крохотные, но острые зубки, тот самый летучий хомяк. Причем зверек вновь подтвердил свое звание, в высшей точке траектории внезапно отцепившись и по дуге упав на и без того ранее пострадавшее от его когтей лицо – и пошел за глазами.

К счастью юноша, уже не на шутку струхнувший при виде зверского оскала буквально в паре сантиметров от нежных органов зрения, успел резко дернуть головой в сторону, от чего агрессор не удержался на лапках и едва не свалился, вместо того мертвой и весьма болезненной хваткой вцепившись в нос. И неизвестно, чем бы еще закончилось сражение, кабы до сих не закончивший движение оруженосец в этот момент не врезался в столб – от удара череп загудел аки медный котел, однако он же заставил золотистого монстра наконец отпустить жертву. Прилетевшая же следом рука по чистой случайности добавила грызуну внушительное ускорение.

А затем ситуация стала еще на порядок более странной – вместо мягкого шлепка о ближайшую стену с последующим мучительным писком и жалобным приволакиванием сломанной ножки нападающий вдруг прямо в воздухе замедлился, перевернулся в параллельное земле положение и рухнул вниз, подняв совершенно неестественную для столь малой массы волну пыли. После чего настолько многозначительно посмотрел на Бестолочь своими бусинками, что у последнего аж испарина на лбу выступила…

— Гигантский космический хомяк! – неожиданно кто-то истерично закричал сзади. И тут же последовала не менее обеспокоенная поправка. – В миниатюре!

Названный, несмотря на малый рост и совершенно непрезентабельную внешность, окинул таинственным образом успевшую за секунды собраться вокруг места сражения маленькую толпу горделиво-презрительным взглядом. И тут на него из ниоткуда свалилось пара удивительно мерзких на вид котов – тощих осклизло-черных с растущими из спины щупальцами и аж шестью лапами – кои без малейшего предупреждения с боевым мявом атаковали большещекого бойца.

В последовавшее после действо нормальный человек бы никогда не поверил. В то время как Бестолочи представление показалось вполне обыденным, а по идее еще более впечатляющий результат — вообще чуть ли не единственно возможным. Тихий голосок в дальней части головы даже прокомментировал «иначе было бы неинтересно».

Впрочем, подобная жестокость всё-таки излишня.

— Это же владыка Тьмы! – раздалось совсем-совсем рядом. Былой студент скосил глаза и узрел своего повелителя – не столь испуганного, как при встрече с Пун-Пуном, но тем не менее весьма и весьма напряженного. – Охрана! Сделайте же что-нибудь!

Как раз расправившийся с храбро влезшим в драку каменным прохожим зверь обернулся к ним, выплевывая видимо использовавшийся почившим бедолагой в качестве органа зрения изумрудик. Измазанная в сероватой жидкости ножка явственно прочертила по пушистой шее прямую черту…и исчезла.

Вместе со всем чудищем.

Жуткая же воронка затянула в себя трупы и тихо схлопнулась.

— Слава Богу, донье Марии и ангелам их! – сорвался с губ трясущегося парня радостный возглас. И умер, потому как оставленное порталом марево опало и дало разглядеть шагнувшую к ним навстречу небольшую фигуру.

— Так вот куда пропала сия выдающаяся тварюшка, — кобольд в совершеннейшем спокойствии отпил зеленоватой жидкости из странной формы бутыли. – Думал уже всё – в давке помер, — следующим глотком емкость опустошилась – и сразу же наполнилась до краев. – Все целы?

— Кроме пары смещенных поликэтов и одного идиота – да, — предельно вежливо, но без подобострастия отозвался Понт, легонько кланяясь перед Бичом Планов. – Благодарим за избавление. Это ведь Дикие Врата?

— Они самые, — небрежно подтвердил победитель настоящего дракона. – Как-никак он славно бился и доставил мне немало удовольствия — чай выпрыгнет где-нибудь в нашей Мультивселенной, соберет новую армию, попытается отомстить…короче, обычное дело.

На порядок более страшный монстр ростом ему по пояс без спешки развернулся и вознамерился банально уйти. И этого душа искателя уже не вынесла:

— Постойте! А правда…- разум (а также впившееся в живот копыто соверена) не дали всяким вконец опухшим вечным субстанциям продолжить.

Однако поздно – одна из величайших сущностей на планах внезапно остановилась и оглянулась на него, вопросительно подняв чешуйчатую бровь. И на сей раз незаметный удар по спине нес определенно побудительное послание. Вот только сознание оказалось не готово к подобному великодушию – не задавать же способному в одно мгновение превратить их во прах кобольду всю ту гору вопросов, что терзает мозг несчастного бывшего студента?

— Ка-ак в-вы…- новый пинок. Сглатывание. Безуспешная попытка выправления голоса. – В-вы ж-же т-толь-лько ут-тр-ром бог-гом ста-а-ли…

— А, молодой человек, — добродушно и с пониманием покивал Бич, делая легкую отмашку. – Это такие мелочи…

Пун-Пун таки оставил их – и на сей раз юноша не стал бы его беспокоить даже без упертого в копчик ножа.

— Идиот, — прокомментировал жеребец едва большой герой малого роста скрылся в ближайшей палатке, начиная слегка сжимать на всякий случай обернутый вокруг шеи подчиненного хвост. – Нет, ну это же надо такую глупость совершить…

Увы или к счастью, и на сей раз закончить выволочку владыке оказалось не суждено – речь прервало истерическое «Вот! Он принес сюда хомяка!» и в следующий же миг они оказались окружены опять-таки появившимися из ниоткуда знакомыми уродцами во главе со смуглым темноволосым человеком в элегантном черном наряде с вкраплениями золота и парочки драгоценных камней.

— Если мне не изменяет память, мистер Понт? – спустя пару минут переглядываний вздернул незнакомец бровь.

— Истинно так, уважаемый властелин кошек, — кивнул внешне спокойный ангел смерти. Однако уже едва могущий дышать парень довольно четко представлял, насколько его сюзерен напряжен.

— Ваше? – указала на потенциального дворянина раскрытая ладонь.

Несколько мгновений мучительных (для вассала – еще и в прямом смысле) колебаний. И таки сквозящее мучением вперемешку с твердостью честное признание:

— Моё.

— Пронесенное им существо доставило нам немалое беспокойство и — кабы не проявленная иным участником гражданская ответственность — могло причинить на порядок большее, — щелчок костяшками – и «поликэты» встали в стойку. – Не соблаговолите ли пройти с нами?

На секунду Бестолочи показалось, будто пришел ему смертный час – но мертвая хватка вокруг шеи вдруг исчезла, а севший прямо на землю великий бандит затрясся в хриплом и откровенно ненормальном смехе, положив копыто себе на лицо.

Ржал долго.

— НУ, Я ПОЙДУ? – даже несмотря на нескрываемое сомнение голос продирает до костей.

— Да, конечно, — периодически вздрагивая ответствовал пытающийся справиться с собой конь. – Простите за сию безобразную сцену – смею надеяться, вы не будете против, если ваш покорный слуга снова попытается побеспокоить вас перед окончанием слета?

— НИСКОЛЬКО, — скелет в черном балахоне склонил голову на бок. – ВСЕГО НАИЛУЧШЕГО.

— Мы готовы, — кивнул ангел смерти терпеливо дожидавшемуся ответа человеку. А затем весело вдарил копытом по ягодице подчиненному. – Отличная работа, Вася!

-
-…«Тьма» же в данном случае имеет значение «Множество» — ибо сам видел, насколько этих грызунов всегда много, — тоскливо закончил рассказ окончательно скисший ангел смерти. – И ты пронес легендарного монстра-повелителя на одну из немногих всепланарных мирных собраний. На кошачий слет…

Понт снова разразился болезненным смехом, зашлепав стоически переносящего «экзекуцию» подчиненного мягким хвостом по голове.

— Теперь он, спасибо Пуну, хрен знает где – может в Дальнем Пространстве, а то и вообще в другом Универсуме. А меня вот-вот начнут плющить, — почти ностальгический вздох. – Долбануло же меня зарыть вещички именно на этом перекрестье! Хотя с другой стороны, будто я мог предположить, что они понадобятся именно во время сего как бы не самого часто повторяющегося фестиваля мурл.

Владыка неопределенно повращал копытом и в кои-то веки затих. К сожалению, ненадолго.

— Кстати, о «немогущий нести ответственности за свои действия в силу безмозглости питомец», раз уж так и так попали куда надо, слушай боевую задачу, — заметно взбодрившийся конь указал на небольшой пяточок чистого белого песочка, являющегося ни много ни мало, а пересечением сразу четырех разных ландшафтов: болотистой равнины, пустыни, каменистого предгорья и зеленеющей степи. – Когда меня заберут на разбирательство притворись выгуливающимся и раскопай там на полуметровой глубине небольшой сундучок. Чай и правда свезет.

— Эм…как? – оглядев цель, уточнил смутившийся от возможного варианта ответа парень. – В смысле…чем?

— Чем Пун-Пун драконов валит, – возвел око к небесам великий бандит. – То бишь чесалками – а то стручка лишу.

— Ааэээум, — неужели в нем вдруг открылась способность к предвидению?

— Разумеется ты будешь выглядеть глупо, — отчасти проявил давно подозреваемую телепатию жеребец. – Но тебе ведь не привыкать. Да и в любом случае: лучше ты, чем я, не так ли?

Оруженосец с готовностью закивал, решив отбросить сомнения и вместо того радоваться шансу пусть чуть-чуть, но всё же загладить свою вину. Оставшееся время они потратили на уточнение местонахождения и вида искомого объекта – а заодно до былого школяра донесли важную информацию о возможности иных находок в том же песочке («думал кошачий съезд просто так рядом с пустыней делают?») — а затем за ним пришли. Вернее, подкрались. Еще точнее – подкралась.

— Восхищайся, живо! – быстро прошипел спутнику чуть не зарезавший посланницу местных заправил принц. – Иначе крышка!

Оруженосец послушно нацепил свое самое выразительно-глупое выражение между полнейшей прострацией и не менее сильным восторгом. Тем более, и притворяться-то пришлось не сильно: стоящая перед ними великолепная женщина-тигрица с золотистым мехом и правда заслуживала всяческого внимания – особенно от представителей сильного пола.

Увы, ни медовое красноречие, ни несколько натянутые ужимки Понту не помогли. Полуфелина осталась мрачной и недовольной, без лишних слов указав нарушителю спокойствия на начальственный павильон и нетерпеливо щелкнув хвостом по воздуху. Ангел смерти послушно поплелся внутрь, напоследок быстро кивнув в сторону ранее указанного пятачка.

Пришло время действовать.

Как назло, походка двинувшегося к цели юноши с первого же шага стала откровенно деревянной, а губы сами собой засвистели нечто неровное и бессмысленное – то есть непримечательности ну никак не прибавилось. Впрочем, реакции со стороны окружающих так и так не наблюдалось. Объяснение напрашивалось прямо-таки очевидное: такая здоровенная куча престранных существ и в обычном случае вряд ли бы отличила нормальное человеческое поведение от подозрительного, а уж в состоянии буквально довлеющего над всей площадью оглушительного треска…

Чувствующий некое идиотическое разочарование былой студент волей-неволей прислушался. В основном говорили, естественно, о кошках и кошачьих аксессуарах, но в этом море порой отвратительной и совершенно чуждой для непосвященного чепухи порой попадались довольно интересные темы. Например, проходя мимо восьмиугольной формы металлического существа с крыльями, потенциальный дворянин уловил обрывки рассказа о некоем готовящемся в ближайшее же время «Великом Марше», описание которого заставили его даже несколько замедлить шаг и постараться подобраться чуть ближе. К сожалению, здесь былого студента вновь ждал провал: собеседник кубанойда – не то выдра, не то барсук по пояс ему высотой – призвал «оставить все эти ужасы для внешнего мира» и начал выспрашивать детали процесса дефекации сидящего у их ног механического зверька.

А затем Небеса наконец улыбнулись продолжившему путь Бестолочи – в виде дружеского хлопка по плечу и сувания под нос букета душистых рыбин.

— Говорят целых полгода пахнуть будут, — жизнерадостно заявила видимо более в принципе не намеренная расставаться с подогнанными под ее фигуру золотыми доспехами Ви. – Сам какими сувенирами-то прибарахлился? И где кстати лошадка? Неужели вы друг другу разонравились?

— Надеюсь, всё в порядке? – вежливо осведомился старательно изображающий из себя заботящегося о попутчиках добродея маг.

А еще он как-то странно качает головой. И в глазах…не суть.

 — Нет, не в порядке, — пораскинув мозгами, отозвался оруженосец. – Нет времени объяснять – за мной.

Втроем проталкиваться через собравшуюся в ожидании некой речи толпу оказалось куда проще и потому до искомого пятачка они добрались куда раньше, чем он успел объяснить им ситуацию – в полном соответствии с разработанным Хитрым Планом.

— Короче, копать тут, — выдал рыцарь неожиданно презентованные ему дамой наколенники Фаусту. – И быстро – никто не знает, чего будет в случае нашего обнаружения.

Имаскари с готовностью кивнул и без малейшего следа смущения зарылся в песок.

— А там точно какие-то ценности? – с нескрываемым энтузиазмом уточнила тоже выглядящая чуточку более подозрительной и румяной, нежели обычно, лучница. – Всегда хотела поучаствовать в традиционной охоте на сокровища!

— Тшш! – приложил палец к губам юноша. – Еще к дележу их всех пригласи. Нужно как-то отвлечь внимание.

Оруженосец с хитрым видом сощурился на ее нагрудник – разумеется мысля не более чем попускать с его помощью световых зайчиков по паре выглядящих максимально безобидно местных питомцев – но тут идея припахать к выполнению приказов соверена еще и остальных подчиненных (желательно вовсе свалить всё на них – с него на сегодня проблем уже хватит) дала первый сбой. В виде неверного вывода проследившего за взглядом боевого товарища:

— Гениально! — мешок с покупками и непроданными ценностями упал на песок, приняв на себя и чешуйчатый букетик. Сама же эльфийка угрожающе надвинулась на опешившего рыцаря с самым хитрым из виденных у нее выражений лиц и стиснутыми кулаками. – Доспех значит приглянулся? Раздеть хочешь?

— Эм…нет…

Дальше апологетику продолжить не удалось. Потому как девушка вдруг набросилась на него и успешно осуществила захват по типу талия-шея-губы. И тут уж ему стало совсем не до Хитрых Планов – выжить бы. Вернее, решить задачу отталкивания настолько мягкого, чтобы с одной стороны честь, вежества и приличия остались сыты, а с другой — их внутрикомандные отношения целы. В нагрузку к данной проблеме шло усмирение взбунтовавшейся против собственно выбранной цели части подсознания и приведение рухнувшего в хаос внутреннего мира в хоть сколько-то приличный вид.

Как ни странно, а главное оказалось достигнуто первым – дама сама с непонимающим видом отстранилась от впавшего в стопорящую прострацию спутника:

— Чего это с тобой? – слегка раздраженное шипение. – Они же смотрят!

— Мой первый поцелуй…- нет ну честное слово, так ли уж надо было это говорить!?

Ее брови удивлённо поползли вверх. После чего «недостаточно эльфийское» лицо разошлось в задорной и вызывающей некие подспудные опасения улыбке:

— Поздравляю – не всякому в жизни так повезти может. Но отпразднуем потом, — она обернула его руки вокруг своей талии. – Как-никак зрители ждут.

Новый акт надругательства над бывшим учеником монахов длился лишь самую чуточку дольше – «актриса» снова отвлеклась дабы связать пальцы постепенно очухивающейся жертвы у себя за спиной какой-то бичевкой – однако оказался не в пример более прочувствованным. Настолько, что единственным приемлемым физическим аналогом его воздействия на мозг парня мог бы стать только и исключительно удар из-за угла мешка с песком.

— З-зачем? – разум рассыпался прямо на глазах.

— Отвлекающий маневр, — закатила очи собеседница, укладывая голову ему на плечо. – Сам же сказал!

— Ну не такой же! – с проглядывающим в выданном писке отчаянием отозвался тонущий рыцарь. – Куда…в смысле…какого…

— Прикрытие менять уже поздно, — с легкой усмешкой сдвинула мучительница шлем ему на затылок, сняв капельку пота со лба юноши. – Да и вообще – так оно веселее всего.

Потенциальный дворянин прикрыл веки и постарался собрать воедино разрозненные кусочки мыслей:

— Ты пьяная?

 — Разумеется, — легкий укус. – Просто за кошачьей мятой ничего уже не учуешь.

Резонно. То есть…

— Простите, уважаемая соратница, — проснулись-таки в нем правильный тон и направление, — однако ваш покорный слуга не может в данный момент ответить на проявленные вами чувства. Не передать, насколько…

— Так, ты чего – уже жениться намылился? – с изумлением и вроде даже негодованием чуть отстранилась девушка. И, внимательно поглядев ему в глаза, прыснула.- Паладин…ну какой же всё-таки передо мной паладин!

Опять ведущая себя несоответственно этикету и банальной скромности дама вновь прильнула к уху и зашептала с каким-то уж слишком….отдающимся в нем выражением:

— А ведь отличная идея! Рубаки с ворами всегда на отлично сходились, а некий конкретный слуга меча и щита уже раза три спасал…

— Пардон? – о слава Матери Кормящей! – Прошу прощения за беспокойство, однако копуляционные площади вон там, — протянутая из-за спины покрытая полипами лапища указала в сторону болотного сектора. – Не могли бы вы проявить любезность и продолжить сие безусловно важное и нужное для породы занятие вдали от, вероятно, могущих неверно истолковать его гостей?

Ви пасмурно глянула на невидимого спасителя и только-только собралась высказать ему нечто определенно нелицеприятное, как над площадью разнесся знакомый голос:

— Дамы и господа, прошу вашего внимания, — Бестолочь со всей данной природой гибкостью изогнулся и таки разглядел взобравшегося на помост слегка потрепанного владыку. – Позвольте представиться: мистер Понт, — краткий поклон, — возможно, многие из вас до сих пор помнят меня по таким мероприятиям, как семинар по людоводчеству и лекциям «философские основы человеконенавистничества», а также в качестве активного участника конвенции, поспособствовавшего выводу сего замечательного слета на постоянный уровень и даже несколько расширившего имеющуюся аудиторию за счет гостей из прежде неохваченных планов.

Со стороны частично притихшей толпы донеслось одобрительное скрежетание.

— Далее по идее ваш покорный слуга должен был пуститься в пространные рассуждения, предваряющие затребованные от него извинения за происшедшие сегодня инциденты и прочую ерунду, — откровенно невежливая усмешка в сторону стоящего внизу повелителя сих мест. – Однако мне нынче чего-то лень разоряться. А потому сразу перейдем к главному…

Глубокий вдох.

-…на самом деле я не люблю кошек, — пораженное аханье. Но в большинстве своем присутствующие просто замолчали. – Вернее, больше не люблю.

— Вот ведь лицемерная скотинка, — довольно прокомментировала ради такого случая аж отпустившая (но не развязавшая) его Ви. – А еще мне пенял.

— Долго расписывать причины нет смысла, – закончил драматическую паузу выступающий. — Скажу лишь, что там имело место забытое воспоминание из прошлой жизни, попытка контроля сознания, куча боли с трупами, а также воистину вышибающие мозги эмоции на фоне пристального взгляда в стекленеющие глаза маленького котенка, — постепенно наполнявшийся напряжением голос наконец сломался и ангела смерти продрала дрожь. – Так или иначе, отсутствие самого фундамента на котором стоит сие сообщество лишает меня морального права находиться на территории…- речь оборвал разнесшийся над толпой крик:

— Так когда победителей-то объявлять будут!? – выпустивший вверх небольшой фонтанчик лиловый пузырь булькнул и продолжил. – У меня знаете ли еще дегустация назначена!

Сей вроде бы невинный вопрос стал сигналом для остальных присутствующих, буквально (а в отдельных случаях – и буквально буквально) взорвавшихся разнообразными требованиями, просьбами и предложениями. Явно не ожидавший такого жеребец попытался было снова свернуть тему на себя, однако в итоге получил лишь неожиданно краткое и осмысленное послание:

— Нам плевать! – пискляво заявил стоящий в первом ряду рослый гриб. – За вход заплатил – и броди тут сколько хочешь.

— Точно-точно! – заголосило нечто совершенно плоское и зеленое. — Слазь давай – не мешай нормальным кошатникам народ развлекать!

Прислушавшийся к аудитории начальник карнавала в черном костюме наклонился к выступающему и сказал ему на ухо несколько слов, ободряюще похлопав затем по плечу. Великий бандит слегка потерянно кивнул и с пришибленным видом сошел с помоста, направившись точно к подчиненным. Увы, радость по поводу скорого возвращения владыки оказалась недолгой – ибо некая остроухая дама зачем-то решила продолжить их «отвлекающий маневр», без лишних сантиментов повиснув у него на шее – точно перед выныриванием коня из-за спин внимательно слушающий результаты состязаний первого дня гостей.

Хрестоматийная немая сцена.

— Фер, — опустил принц лицо на копыто. – Вот до чего же обидно, когда идешь к служащим пожаловаться на безразличную к твоим душевным терзаниям толпу – а в итоге приходиться внезапно заморачиваться их моральным обликом, — и душевным тоном заметил. — Вы ж всего два дня знакомы, уроды двуногие.

— Любовь с первого взгляда! – торжественно стиснула не знающего куда глаза девать парня лучница.

От нее будто бы поднялось некое полупрозрачное искрящееся рыжеватое облако – и столкнулось с подобным ему сероватым сгустком коня.

— Принадлежите к разным видам.

— Не все тут такие расисты!

Прямо дуэль. Выпады и парирование почти физически видны.

— Ты на полвека старше.

— Он всё равно умрет быстрее!

Традиционно перешедший на роль безучастного зрителя Бестолочь моргнул – как-то возрастной довод ему прежде и в голову-то не приходил.

— У вас нет ничего общего.

— Нам нравиться – так почему бы не продолжить?

Так, пора выворачиваться. Потихонечку…

— Это безнравственно.

— Чья бы корова мычала, скотина травоедствующая!

Вот ведь…наблюдательная особа. Выглядевший весьма квело владыка мгновенно вспыхнул и ударил ногой в землю:

— Он МОЙ! — на поднявшейся к уровню груди конечности сверкнул кончик лезвия. – Отошла. Быстро.

— Наша лошадка такая милая, когда ревнует, не правда ли дорогой? – еще теснее прильнула к нему явно безмерно довольная произведенным эффектом девушка.

И это стало ее ошибкой.

— Мне, безусловно, очень лестно, — руки вверх, захват, толчок. – Но я пока не готов назвать вас своей возлюбленной и будущей супругой.

Вопреки всем ожиданиям, маневр прошел удачно – видимо она уж совсем его чурбаном считала. Ловко обернутая вокруг собственной оси эльфийка наконец разлучилась с захваченной невинной жертвой.

— К тому же повелитель прав, — продолжил бывший школяр с прорвавшимся-таки в голос подспудным огорчением вследствие окончанием столь тесного общения. – Вассал не идет против воли соверена.

— Неужели? – скептически вскинутая бровь над излучающим недовольство прерванной каверзой оком. Кивок. Раздраженный взмах. – Паладин!

Вот ему кажется или Ви правда произносит звание лучших из рыцарей как ругательство?

Дама меж тем со вздохом положила ладонь на лицо – и неожиданно потеряла равновесие. Всё еще связанный юноша лишь чудом успел ее подхватить.

— Пьяная что ли? – хмуро поинтересовался вроде удовлетворившийся результатом беседы Понт.

— Ясен хрен! – издевательское вскидывание руки к солнцу – и как только запомнить успела, язва ушастая? – Ты кстати тоже. И он, — кивок на как раз с поклоном вручающего владыке грязный сундучок Фауста, — тоже успел где-то курнуть, наркоман проклятый. Все под кайфом!

Бестолочь внезапно ощутил на себе пристальный взгляд.

— Честное слово, — перекрестился аккуратно помогший девушке встать на ноги оруженосец. – Ни капли, ни грамма!

— Ага, то есть остальная группа – слабые, недостойные личности и не лечатся, а некая ходячая неприятность одна умная в белом стоит красивая. Будто конвенции устраивают не для того, чтобы напиваться! — оранжевый глаз закатился к небесам. – И почему мне суждено вечно разочаровываться в подчиненных?

— Может потому как уродливый лошадиный принц слишком уж много думает о себе и своем «Высшем Благе»? – это-то как запомнила? Она ж за всё время в городке и просыхала-то всего часа на два. – В конце концов, не у всех же в голове одни глюки об одном-Огма-знает-кому-нужном «Новом Порядке»! Да и сам ты нафиг никому не сдался, скотина убогая – ни подчиненным, коих так и так порешить в любой момент готов, ни «спасаемым»…

Рыцарь испытал жгучее желание натянуть шлем по ступни. В то время как ангел смерти вовсе застыл как громом пораженный. Только веко задергалось. Но слет вновь всех спас — вплотную от них, собственно над центром песчаного пяточка, появился портал. Причем, пожалуй, самый непрезентабельный из виденных им: просто широкая круглая дыра по периметру выглядящая как камень, а внутри показывающая некие пасторального вида поля под ярким закатным солнцем…

— Главные события следующих двух дней фестиваля пройдут на Звериных Землях! – вылезший из ниоткуда властелин кошек сделал приглашающий жест. – А посему милости прошу всех желающих поучаствовать в мой домен!

Его черты вдруг заострились, перетасовались – и вместо человека внутрь скользнула уже здоровенная черная пантера, следом за которой устремилась сперва золотистая тигрица с щупальцевыми уродами, а затем и собравшиеся на площади толпы, разумеется по пути разлучив их маленькую группы и едва не затащив парня против воли на иной план. Но Спаситель уберег его и через полчаса они с Понтом остались фактически в одиночестве – во всяком случае прущие в проход толпы на них и грамма внимания не обращали.

— Я официально разрешил твоим драгоценным коллегам прогуляться – мир там действительно славный, — отвлеченно ответил на взволнованный вопрос чего-то делающий с содержимым сундука владыка. – Сам бы пошел – да только говорящего сие там небось до сих пор ждут, — хищная усмешка. – Пригласили как-то Гнусные на охоту без уточнение собственно цели – а когда этих предателей жарил, выпрыгнули Зеленые и давай на усталого меня бочку по поводу костров в лесу катить, — ностальгический вздох. — В общем, поел тогда славно…глянь!

Отвлёкшийся на особо впечатляющего крупного с огоньками внутри слизня ученик обернулся – и внезапно не обнаружил перед собой знакомого толстого коня.

 — Здорово, не правда ли? – усмехнулся козлоногий кентавр с дикой прической. – Высшая из возможных за деньги иллюзий с элементами полиморфа – даже воняю как твои любимые бариарочки. И ощущаюсь, — легкий удар рукой по лицу. – И есть кстати могу – короче полный набор. Не зря на черный день оставлял.

В неизвестно какой раз с открытым ртом наблюдающий чудо былой студент пощупал подставленное плечо. И не поверил собственным ощущениям: жесткая кожнкаа, заклепки, редкая шерстка – короче точь-в-точь, будто вид из глаз правдив. Всхлип восхищения сдержать не удалось.

— Теперь можно и домой вернуться, — довольно кивнул «Понт». – Сейчас до ближайшего городского портала махнем, а там и до Дыры доползем, — почему-то сразу опознанная как перемещатель навроде давешнего костыля золоченная палка вознеслась над землей…

— Стойте! – не вполне отдавая себе отсчет в действиях, перехватил ее ученик. – А как же Ви? И Фауст?

— Сделали свое дело – больше не нужны, — лаконично отозвался владыка, голос коего тем не менее полыхнул злобой. – И поверь: для них же лучше, что эти неблагодарные паразиты более не будут маячить у меня перед глазами.

— Но ведь…- это же уму не постижимо! – То есть, мы же команда…

— Они не дети и даже не Невежды, — с легким раздражением вырвал жезл повелитель. – И право слово: Звериные Земли – далеко не худшее место для начала самостоятельного приключения…стой!

Бест послушно застыл, не дотянувшись до цели. Однако и сдаваться пока не собираясь.

— Кому ты служишь? – из тона мигом исчезла всяческая пренебрежительность. И от засквозившей в нем серьезности вперемешку с угрозой по коже побежали мурашки.

— Господу и Спасителю Иисусу Христу, Святой Родительнице Его и Матери нашей Кормящей Церкви, — постарался подавить в голосе дрожь рыцарь. После чего встал по стойке смирно и склонил голову. – И вам, мистер Понт.

— То-то же, — сурово кивнул ангел смерти, вновь вздымая инструмент для перехода между мирами. – Не волнуйся: уж Убийца Надежды-то плохого не посоветует и в Бездну не заведет.

Мир взорвался тысячами ярчайших искр — почти сразу собрался в виденное лишь дважды, но определенно в принципе не могущее быть забытым лицо. Точнее, не совсем оно — пусть какой-либо конкретики до сих пор не видать, однако что-то внутри подсказывает: здесь она несколько моложе.

— Па-по-чка! – резонирующе пропело видение. – Помнишь моё обещание?

Великий бандит явственно поперхнулся.

— Разумеется, — исполненная искреннего дружелюбия улыбка. – Надеюсь, тебе понравится мой подарок…

Стоило затихнуть эху от последнего слова – и составлявшие Фаль разноцветные огоньки опали мертвыми осенними листьями. А затем тьма сменилась унылым и тусклым сумеречным светом.

Через широкую бойницу на путешественников смотрели совершенно бесцветные выжженные пейзажи с рассыпанными по ним еще целыми, разрушаемыми и давно разбитыми укреплениями. Вдали виднелись окутанные туманами густые заросли. Небо бесцветно и светила там нет.

А еще повсюду сколько хватало глаз кипело сражение. Вся равнина перед крепостью являла собой огромное поле битвы. И разум в принципе не мог даже осознать, кто с кем борется – столь масштабна и ужасающа представшая перед ними картина.

— Вот ведь…конские яблоки, — с сердечной досадой пораженно выдохнул повелитель.

— Мы в Бездне? – еще без ужаса (в силу неуспеваемости мозга за событиями) спросил главное Бестолочь.

— Нет — Серые Пустоши, — голос надломился и обратился в хрип. – Но тоже ни хрена хорошего! Спасибо доченьке, ПОРАДОВАЛА…

Оруженосец повернулся к своему соверену. И обнаружил глядящий на них с нескрываемым удивлением отряд абишаев. Козлотавр мигом проследил за взглядом его расширившихся в ужасе глаз – и ударил в лицо ладонью:

— ФФФФФЕЕР!