Виниловый Джем

Любовь не меняется. Но как быть, когда любовь может разбиться о скалы быта?Продолжение эпичных похождений известного Файеркрекера и его друзей! Вы этого ждали? Получайте!

Эплджек Трикси, Великая и Могучая Лира DJ PON-3 ОС - пони

Маленькое потерявшееся Солнышко

- Ты лицемерка! У тебя самой нет друзей! - звучат обидные слова Сансет в ушах принцессы Селестии. Стоя в коридоре перед комнатой своей ученицы, она вспоминает все события, оставившие её наедине с миром, во главе огромного королевства. А маленькое Солнышко в это время мчится прямиком в ловушку...

Принцесса Селестия ОС - пони Сансет Шиммер

Я не хочу умирать

Взгляд со стороны одного из допельгангеров Пинки Пай перед исчезновением

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Другие пони

Мрак из забытых легенд

Страх, боль, хаос и жажда мести... Всем этим полны давно забытые легенды Эквестрии, но не той, что сейчас, нет. Другой. Той, что была пять тысяч лет тому назад. А что будет, если окажется, что легенды - всего лишь забытые события, части истории, которые умалчиваются? Что если они вернутся?..

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

На рельсе

Во всём виновата Судьба! Я ничего не мог и не могу изменить. Год назад в парке на меня напали, тогда всё и началось, а сейчас я в эквестрии.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони Человеки

Одиннадцать друзей Октавии

Бесценная виолончель Октавии забрана алчным драконом. И потому разношерстной компании музыкантов, мошенников и спецагентов предстоит вернуть ее назад! Очередной рабочий день Флеша Сентри, "Героя" Эквестрии... если бы не участие одной принцессы. Четвертая часть Записок Сентри.

Твайлайт Спаркл Спайк Дерпи Хувз Лира Бон-Бон DJ PON-3 Октавия Кэррот Топ Флим Флэм Флеш Сентри

Переносчик Войны

Порой надо быть аккуратнее со своими мыслями, они ведь иногда сбываются. Меня зовут Марк Гиблер. И я хотел бы поведать вам невероятную историю собственного сумашествия.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Спайк ОС - пони

По ту сторону окопов

Октябрь 1918 года. Союзники наступают по всем фронтам, перехватив инициативу после провала немецкого «Кайзершлахта». Боевые действия перешли в стадию манёвренной войны, но окопы напоминают о себе.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Сегодня я Санни Скайс!

Принцесса Селестия устала постоянно быть окружённой подобострастием, излишним уважением и вниманием. Поэтому она решает взять себе отпуск на один день и отправиться инкогнито в Понивилль. Но это оказывается не так легко, как казалось. Сможет ли она вписаться в общество пони и завести друзей, не выдав себя?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия

Бонни и Клайд

"Leurs noms Bonnie Parker et Clyde Barrow." (Serge Gainsbourg)

Твайлайт Спаркл Спайк

S03E05
Все дороги ведут в Кантерлот Солнечное воздаяние. "Тёмный" лорд. Помутнение

Запретные знания. Гости. Неназванный рыцарь

Не стоит лезть в чужое прошлое — оно легко может стать вашим будущим.
P.S. Мои добровольные редакторы, я извиняюсь за то, что не отослал вам главу на проверку. Мы с вами бываем в скайпе в совершенно разное время. Ну да ладно в следующий раз отошлю свои бесценные рукописи вам заранее, терпеливо выжидыя ваших правок)

«Получилось! Ура, получилось!» С такими мыслями, сумеречная принцесса с интересом оглядывала место, в которое попала. Её маленькая манипуляция удалась на славу – пока белый аликорн утешала свою сестру, та успела выудить из сознания Тии маленькую часть чужих воспоминаний. Луна знала, кому они принадлежат, но никак не могла понять, почему ей о них ничего не рассказали.

«Сёстрёнка, наверное, сама про них забыла» ― Легкомысленно решила сумеречный аликорн, рассматривая похожий на горшок головной убор, висящий на неровно вбитой в землю палке.

Луна стояла рядом с руинами, какого-то огромного сооружения, отдалённо напоминающим паровую машину с фабрики радуги. Разломанная конструкция была завалена на бок, показывая принцессе удивительные, на данный момент размотанные толстенные ремни, на которых она возможно неизвестным пони образом перемещалась. Аликорну было не по себе рядом с этой грудой металлолома и камня, поэтому она решила пройти дальше по единственной протоптанной дороге. Её взору открылось грязное, захламлённое похожими штуками поле, над которым витал плотный слой смога. Даже идеальное зрение Луны не позволяло ей видеть дальше десяти метров, а дым тем временем сгущался всё больше, скрывая от глаз любопытной принцессы огромную свалку. Сосредоточившись, младшая сестра всё же разглядела маленький клочок земли и затем, не раздумывая, шагнула к нему.

«Ай» ― Обиделась синий аликорн, недовольно потирая круп, на который так неудачно приземлилась.

Она попала в странную сеть туннелей без верхних сводов. Как и наверху, тут не было ничего кроме песка, грязи и обломков неизвестных Луне приспособлений. Несколько раз, чихнув от резкого неприятного запаха, аликорн продолжила путь. Не смотря на отсутствие потолка, сумеречная принцесса не видела неба. Точнее того, к которому она привыкла. Вся небесная твердь была затянута вездесущим дымом. Но гостья из Эквестрии решила, что таким образом воспоминания не показывают то, чего не видел или не запомнил их владелец. Пройдя ещё чуть-чуть, Луна встретила первого “обитателя” этого отрезка памяти. Существо, отдалённо напоминающее алмазного пса, лежало к ней спиной, подогнув под себя ноги, а верхние конечности, устроив рядом с головой. Оно было одето в грубые зелёные доспехи и знакомый принцессе шлем. Точно такой она видела в начале своего путешествия. Судя по позе, существо спало, но его дыхания принцесса не слышала.
― Мистер, с вами всё хорошо? ― Осторожно подходя к неизвестному, тихо спросила Луна.

Она, конечно же, знала, что глупо пытаться заговорить с куском памяти, но ведь она ни разу и не пробовала. Тихонько тронув его за плечо своим копытцем, сумеречная принцесса с ужасом отшатнулась от перевернувшегося на спину существа. Его лицо было закрыто искорёженной до неузнаваемости маской, но пугало в нём совершенно другое – ровно посередине груди торчала рукоять кинжала, выполненная в виде головы неведомого монстра, из чьей раскрытой пасти выходило кривое ржавое лезвие. С трудом успокаивая себя тем, что это всего лишь далёкое прошлое, Луна отвернулась от трупа, но что-то заставило её вновь перевести взгляд на тело, и когда она это сделала, тот страх, который нахлынул на неё при первом контакте, растворился во второй волне чистейшего животного ужаса. Существо вновь лежало в том же положении, в каком его изначально и застали. Не сводя глаз с “самостоятельного” мертвеца, принцесса попятилась, но лишь уткнулась в невидимую преграду. Оглядевшись и спокойно поразмыслив, она поняла, что может идти только по одному маршруту – маршруту, по которому шёл Ферразиус. Нервно сглотнув, аликорн продолжила идти по кишкообразной воронке время от времени тыкаясь носом в очередную границу беспамятства. Чем дальше она продвигалась, тем больше жалела о своей затее – мёртвых становилось всё больше и больше из-за чего через несколько ветвистых переходов, Луне приходилось перелетать наваленные в кучу тела. Несмотря на то, что она изо всех сил старалась не заострять внимание на окружающем кошмаре, ужасные пейзажи продолжали буквально лезть ей в поле зрения, словно обладатель воспоминаний особо чётко помнил именно это. Неожиданно вдалеке раздался громкий хлопок, на секунду оглушивший Луну. Та лишь обрадовавшись тому, что конец этой отвратительной экскурсии уже близок, побежала на звук, инстинктивно чувствуя правильное направление. Спустя пару минут, аликорн выбежала на выровненную площадку, на которой стояла необычного вида карета. Она была похожа на плоскую платформу с теми самыми толстыми ремнями, как и у остова загадочной махины, внутри которых виднелись колёса. На раздвоенном щитке, размещённом на основе, располагалась здоровенная труба, поднятая к небу примерно на шестьдесят градусов. Рядом с её нижней частью на небольшом мостике с перилами стояли два человека в той же одежде, что и была на некоторых мертвецах, встреченных принцессой в огромных количествах. Один из них вращал круглый вентиль, заставляя трубу двигаться вверх-вниз, а второй тем временем доставал из ящика продолговатый предмет, сильно напоминающий отесанное полено.
― Заряжай! ― Громко заорал первый, всё сильнее крутя несчастный вентиль.

Второй отодвинув небольшую крышку, засунул в трубу “полено”, затем громко хлопнув крышкой, согнулся в три погибели, зажимая уши. Первый потянул на себя стоящий под ногами рычаг, после чего труба громко громыхнув, изрыгнула из своего чрева поток пламени. Через пару мгновений, рядом с каретой произошло несколько небольших взрывов, к счастью не навредивших существам. Однако для второго это стало последней каплей.
― Всё! Хватит, я сваливаю. ― Он резво спрыгнул с мостика на землю. ― Можешь продолжать пытаться в одиночку остановить наступление, а я ещё поживу.

Когда второй стал удаляться, Луна потрусила ему наперерез, желая разглядеть его лицо. Первое существо неистово закричало.
― Изменник, вернись и сражайся за Империум! ― Тряся сжатой в кулак лапой, наполовину перевалившись через перила, неистовствовал он.

Второй остановившись, медленно повернулся к крикуну.
― Вот, что я думаю о тебе и твоём проклятом Империуме.

Сумеречный аликорн подойдя ещё ближе, разглядела непонятный жест, направленный в сторону кареты. Все пальцы на лапе, кроме среднего и большого, были прижаты к ладони. Глядя на стоящее в полный рост существо с вытянутой вперёд конечностью, Луна заслышала вдалеке противный свист, который очень быстро вырастал, усиливая давления на чувствительные ушки принцессы. Первый, уже намереваясь что-то сказать, растворился в резком всполохе огня, который с непередаваемо громким грохотом за долю секунды поглотил карету. Во все стороны разлетелись острые металлические останки транспорта, два из которых прошли сквозь аликорна, не причинив ей никакого вреда, но заставив ту резко зажмуриться. Испугавшись за существо, она медленно открыла глаза. Прямоходящий продолжал стоять в той же позе, с непониманием разглядывая, кровавый обрубок, мгновение назад бывший его кистью. А потом раздался крик. От такого громкого, пронзительного ора, Луна невольно упала на землю, укрывая голову передними копытцами. Существо кричало недолго – через несколько секунд, оно бессознательно повалилось навзничь, одновременно выводя сумеречную принцессу из магического транса.


Только благодаря утихшей на время снежной буре в королевстве и знанию, Вестфордом кратчайшей безопасной лётной дороги к границе со страной гармонии, небольшая группа из четырёх грифонов и одного человека, меньше чем за день добралась до ближайшей заставы. С последнего визита Морса, всё очень сильно изменилось. С наступление мистической долгой зимы, некогда цветущая долина, превратилась в ледяную пустыню. Только виднеющаяся неподалёку выстроенная прямо в горе крепость, создавала иллюзию возможности жить в таком месте. Подойдя ближе, ветеран Ночного Дозора с удивлением увидел выбитые с корнем ворота и стоящих по периметру грифонов в смутно знакомых Вестфорду кольчугах. Оставив позади себя своих немногочисленных подчинённых, ветеран продолжил шагать к алым грифонам.
― Стоять! Стой, ни шагу дальше. ― Грубо остановил Морса, один из них, направляя в сторону ветерана острие алебарды. ― Проход разрешён только с личного разрешения лорда Валлара.
― Валлара? Этого бастарда? ― Старый грифон оценивал обстановку, быстро бегая взглядом, считая солдат. ― Когда это он успел стать большой шишкой? ― Только алебардщик начал пытаться что-то ответить, как Вестфорд грубо его перебил. ― Я – вербовщик Ночного Дозора и имею доступ к любому потенциальному пункту набора рекрутов. Позовите сюда начальника заставы.
― Нет больше не начальника заставы, не пограничников. ― Присоединился к разговору другой охранник, полностью закутанный в плащ. ― Все мертвы. Наш достопочтенный лорд, получил добро на проведение расследования о загадочных убийствах. Сейчас мы ищем совпадения в смертях тут и в Эквестрии.
― В Эквестрии кого-то убили? ― Не поверил сказанному Вестфорд.
― Да, поэтому до окончания расследования вы не пройдёте дальше. ― Злобно бросил алебардщик.

Неожиданный поворот. Единственный путь к стране гармонии был перекрыт. Можно было попробовать перелететь горы, но с их высотой и возможностью начала резкой метели, это было не лучшей идеей. Дальнейший разговор с солдатами ничего не дал. Отряд Ночного Дозора наотрез отказывались пропускать. Недовольно нахохлившись, Морс вернулся к своим подопечным.
― И что нам теперь делать? ― Выслушав Вестфорда, имперский гвардеец устало плюхнулся на заснеженную кочку.
― Морс, придумай что-нибудь, я больше не вынесу его болтовни. ― Бладнайф кивнула в сторону лыбящегося Фесса.
― Ой, да ладно, тебя же порадовал рассказ, где я…
― А-А-А! Заткнись. ― Наёмница, закрывшись крыльями, спряталась за Вестфорда.

Повисла тихая пауза, которую разрядил скромный кашель. Все без исключения посмотрели на молчащего всё это время рыцаря.
― Я могу попробовать убедить их пропустить нас. ― Неуверенно предложил загадочный грифон.

Фесс замер на секунду, после чего разразился мерзким полу смехом полу клёкотом.
― АХА-ХА-ХА!!! Ты и “убедить” это две совершенно разные вещи. ― Откашлявшись от случайно проглоченного холодного воздуха, он продолжил уже более-менее спокойно. ― Сэр загадочный рыцарь, ты, возможно, кое-что забыл, но я тебе напомню. После того как мы надели чёрное, мы стали никем. Вот ты, наверное, был знатным защитником какого-то там клана, а я жил жизнью вора и бродяги. Однако теперь мы все равны и твоё слово, ровно, как и моё ничего не значит. Так что все твои связи и благородные манеры давно недействительны. Что скажешь, рыцарь? ― Выговорившись, вор довольно уставился в прорезь стального шлема.
― Я могу попробовать. ― Уверенно упорствовал владелец тяжёлой брони.

Теперь все смотрели на Вестфорда, выжидая его реакции.
― Мы ничего не теряем. Можешь идти. ― Разрешил старый грифон.
―Благодарю вас сэр Морс. Я сделаю всё, что в моих силах. ― Ударив себя кулаком по грудным пластинам, рыцарь, развернувшись по направлению к крепости, быстро зашагал к ней.

Всё повторилось: брат Ночного Дозора подошёл к караульным, ему преградили дорогу, но вот дальше начались отличия. Безымянный латник стал о чём-то шептаться с одним из стражей, после чего тот, как ни в чём не бывало, уступил ему дорогу. Перед уходом, он дал знак ждать его на месте.
― Интересно… ― протянул, Морс, глядя на скрывающегося в тени каменного навеса, грифона.

За время ожидания раздалось два шлепка: один по заднице Бладнайф, второй по морде Фесса. Вернувшийся рыцарь, довольно хлопнул в ладоши.
― Всё отлично. Нам даже разрешили не перелетать стену, а спокойно пройти через саму крепость.

Не смотря на вырвиглазную темень, разруха во внутреннем дворике была очень заметна. Многочисленные элементы грубой каменной архитектуры так присущей зодчим грифонов были фактически полностью стёрты в прах. Даже стоящие квадратом массивные цилиндрические колонны способные выдержать не один магический взрыв, большей своей частью были разломаны или изуродованы, и теперь окружая дворик, напоминали разинутую пасть с неровно выбитыми зубами. В углу, между повозкой и колодцем валялась куча тлеющих тел, не принадлежащих грифонам. К счастью Индрик в это время созерцал разломанную надвое клумбу. Солдаты в красном, не обращая никакого внимания на гостей, переворачивали вверх дном немногочисленные остатки целого интерьера.
― Ты предупредил их о возможной опасности исходящей от людских вещей. ― Обходя кусок лежащего на дороге постамента, спросил безымянного, ветеран.
― Не беспокойтесь сэр Морс, я рассказал им всё что нужно и не более. ― Ответил тот.
― Хорошо… и вот ещё что. ― Ветеран Ночного Дозора, глянул на рыцаря. ― Не говори мне “сэр” – свой рыцарский титул я потерял пятнадцать лет назад.
― Как скажете сэр... ― Поймав на себе недовольный взгляд, латник осёкся.― Морс. Как скажете Морс.
― Кто бы ты ни был, тебе рано или поздно придётся показать своё лицо. ― Продолжая недоверчиво сверлить взглядом стальной барбют собеседника, прохрипел Вестфорд.
― Лучше поздно. ― Ответил безымянный, ускоряя шаг.


―Я решился. ― Вяло сказал белый единорог, почёсывая передним копытом затылок.
― И?
― Завтра с утра пойду. ― Нехотя произнёс заколдованный человек.

Алексей и Олег сидели в баре с красноречивым названием «Пони-вин». Он разительно отличался от грифоньей таверны: аккуратное помещение, разделённое на два этажа, было освещено яркими магическими лампами. Столы по большей части были расположены по краям в тени, скорее всего, рассчитанные на влюблённые парочки, поэтому два человека пили прямо за барной стойкой, как настоящие хардкорные русские мужики. Когда бармен налил единорогу очередную порцию местной разновидности виски, полковник утешительно добавил.
― Ты дураком то не будь. Тебя ведь с нами вообще не должно было быть, я тебя взял с собой только потому, что ты мне самого себя пару лет назад напомнил. ― Лже-грифон отпил из своего стакана. ― Откуда мне было знать, что у тебя дочь дома? Я, то ладно – у меня никого нет, но ты, ТЫ чем думал, когда за нами увязался.
― Хары… ― зажмурился подвыпивший полицейский, крутя копытом пухлую кружку. ― Мне и так сейчас плохо.

Спецназовец всплеснул руками, громко шлёпая себя по коленкам.
― От чего тебе плохо? От того, что приключений мало на жопу нашёл или просто не хочешь возвращаться к семье?

Алексей насупившись, вытер выступивший на лбу пот.
― Эх, Громов, ты ничего не понимаешь. Я скучаю по семье и очень сильно желаю вернуться назад, но и задержаться в этом мире тоже очень хочется. Он идеален. ― Мечтательно протянул “пони” глядя в потолок, усеянный синими причудливыми узорами.
― С чего ты взял? Мы тут всего ничего. Аль забыл про весёлый дымок из леса?― Тоже начиная любоваться нарисованными спиралями, осведомился спецназовец.

«Сказать или нет?» ― Подумал единорог. ― «Всё равно не поверит или того хуже засмеёт».
― О чём задумался? ― Спросил пехотинец, отрываясь от гипнотизирующего потолка.
― Да так… что на приём к принцессе Селестии одеть. ― Пробурчал Алексей.
― Ну да, после обратного превращения одежда тебе в любом случае понадобиться. Не хочешь ведь появиться посреди какой-нибудь заброшенной проезжей части, в чём мать родила? ― Недовольно глядя на дно опустевшего стакана, хмыкнул лже-грифон.

Ничего не отвечая, единорог откупорил очередную бутылку. Он попал в мир, о котором, ни смел, и мечтать, а вот теперь он должен его покинуть ради своей семьи. Вопрос о переселении в Эквестрию даже не поднимался – мало того, что он единственный среди своих, кто любил пони, очень давно привыкнув к этим забавным созданиям, он один мог мирно с ними ужиться, так ещё в стране из детского мультика поселился скачущий между реальностями маньяк, ревностно уничтожающий любые проявления агрессии. Людям, пускай и заколдованным он, скорее всего, был бы не рад. Очень не рад. Решения окончательно принято – завтра он возвращается на Землю.


Слежка за телохранителями лорда продолжалась. Снайпер, выпив уже порядка четырёх литров кофе, постоянно отлучался с поста, оставляя роль наблюдателя Астрид. В очередной раз “сняв камень с души”, Владимир уже собирался вернуться к своей точке наблюдения, как стук по дереву заставил его остановиться. Внизу не было не одного гвардейца, поэтому идти к двери пришлось человеку. Открыв её, следопыт никого не увидел и уже начав подумывать о проделках здешних школьников, увидел лежащий на коврике конверт, с красной печатью посередине.

«Сержанту гвардии Матриарха, Астрид *****о** лично в лапы». ― Гласила надпись на отворотной стороне.

Попытка оттереть грязь с фамилии окончилась лишь сдиранием верхнего слоя бумаги. Не оставалось сомнений, что послание предназначено его временной напарнице, поэтому, не утруждая себя догадками, следопыт вернулся на балкон. Грифонша, стояла, упёршись локтями о перила размеренно помахивая хвостиком невольно заостряя внимание на своей…

«Мне ещё зоофильских замашек для полного счастья не хватало». ― Одёрнул себя Владимир, тихо проходя за её спиной.
― Как твоё ничего? ― Усаживаясь на пригретую гору подушек в углу, снайпер полез за биноклем.
― Как моё “что”? ― Растерялась она.

Пехотинец лишь махнул рукой, мол, неважно. Он вообще привык в одиночку сидеть в засаде, но просить стражницу уйти было очень неудобно, как, в общем, и сидеть в полной тишине.
― Так этот Дайг, твой парень? ― Неожиданно даже для самого себя, спросил следопыт.

От такого резкого начала разговора, грифонша чуть не вывалилась наружу, лишь в последний момент, расправив крылья и вцепившись в поручни мёртвой хваткой в очередной раз заостряя внимание человека на своих женственных изгибах.
― Предупреждать надо. ― Недовольно заворчала она, выдёргивая из-под спецназовца самую большую подушку, на которой тот вольготно развалился.

Тот не ожидая такого поворота, потеряв равновесие, больно стукнулся затылком о попавшийся на пути подоконник.
―C-c-c-c… ― Зло зашипел замаскированный грифон, держась за липкие волосы, до сих пор сохраняющие вид слегка удлинённых перьев.
― Не ушибся? ― Стражница уже склонилась над пострадавшим. ― Дай посмотреть.

«Меня сейчас раскусят».

Владимир, стараясь делать вид, словно ничего и не произошло, отстранив грифоншу, сел на пылящуюся в углу тумбочку.
― Ничего, всё отлично.
― Отлично? У тебя кровь на лапах и затылке!

Астрид снова протянула лапу и снова получила отказ.
― Так, господин грифон из секретного отряда. ― Стальные нотки в голосе, заставили снайпера невольно опустить свои клешни. ― Умерьте свою гордость и дайте осмотреть рану. Медиков поблизости нет, поэтому извольте принять помощь. Какую есть.
― Да всё ок… ― пробормотал разведчик.
― Ага, а если тебе плохо станет или у тебя гемофилия? И мне потом ещё из-за тебя кучи рапортов строчить и карьерой рисковать? Ну, нет, так не пойдёт. ― Заметив растерянность грифона, стражница немного смягчилась. ― Больно не будет, я осторожно.

Заметно волнуясь насчёт конспирации, снайпер позволил осмотреть кровоточащий затылок.
― О Матриарх! ― Воскликнула Астрид, проводя лапой по ненастоящим перьям.

Человек замер боясь даже представить, на что она так среагировала.
― Да у тебя перья секутся. Ты серьёзно болен. ― Запричитала голосом надоедливой няньки грифонша. ― Как вообще можно допустить к заданию в таком состоянии? Не важно, сначала тебе надо наложить компресс.

«Странная она особа. Для своей расы. Все пернатые дамочки, мимоходом встреченные мной до этого момента, были полнейшими стервами и грымзами, а эта вот ничего – заботливая и сравнительно добрая. С другой стороны это первая грифонша которая общается со мной, видя во мне особь своего вида. Неужели…»

Грубая повязка слишком сильно стянулась по краям, сжимая голову мягкими тисками.
― Угхх… ― вырвался тихий стон прерванных рассуждений.
― Слишком туго? Сейчас…

Начинающееся головокружение прекратилась, а в голове появилась непривычная лёгкость присущая лишь людям, страдающим резкими перепадами давления. Слушая противный писк, идущий из глубины черепа, снайпер тупо уставился прямо перед собой, непроизвольно заваливаясь вперёд.
― Э, ты куда? ― Стражница еле успела поймать человека. ― Может тебе доктора позвать?

Вместо ответа, пехотинец уткнулся клювом в себе в колено.
― Да что с тобой? ― Сержант гвардии раскрыла ему зрачки.

Лишённый естественной защиты глаз сразу среагировал на свет, заставляя своего хозяина резко зажмуриться. Спецназовец растерянно огляделся по сторонам, после чего не без помощи грифонши принял вертикальное положение.
― Ты тоже слышала эти голоса? ― Вопрос снайпера поставил девушку-гвардейца в тупик.
― Голоса? Дружок, да ты заработался никак. Кроме меня тут никто не говорил. ― Отшутилась она, попутно оглядывая собеседника на первые признаки безумия.

Владимир недоверчиво отодвинулся.
― Я точно слышал, что кто-то говорил всякую неразборчивую абрукадабру.

Астрид стало не по себе от этого слышащего воображаемые голоса, грифона.
― Пожалуй, отправлю за доктором одного из подручных гвардейцев – всё равно они дурью маяться.

Заслышав про медицинского работника, человек мигом отошёл от хандры.
― Какой доктор? Зачем доктор? Я здоров.
― Здоровые грифоны не слышат посторонние шумы, особенно если они походят на чью-то речь.

Видя, как операция начинает рушиться на глазах, Владимир внезапно вспомнил про адресованное стражнице письмо. Заслышав о заветной бумажке, которая чисто гипотетически могла быть отправлена Дайгом (Владимир запомнил её реакцию на это имя, поэтому “невзначай” предположил, что письмо мог отправить именно он) грифонша совершенно позабыв о своей цели, радостно запрыгала на всех четырёх лапах, с трудом сдерживая радостный визг. Пока она нетерпеливо раздербанивала засохшую печатку, следопыт невольно позавидовал этому Дайгу. Было видно невооружённым глазом, как стражница затаив дыхание достаёт сложенный надвое пергамент, в очередной раз, с трудом сдерживая радостные эмоции столь не присущие серьёзным гвардейцам.

«Никогда не видел такой радости от простой весточки. Неужели она так его любит? Счастливчик… такие девушки настоящая редкость, а у грифонов и подавно. Остаётся лишь порадоваться за будущую семью. Интересно, а они гнёзда вьют или простые кровати используют… о чём я сейчас только что подумал? Угхх, башка совсем не варит, вот и пускается в ненужные размышления».

По себе зная, что такие моменты надо переживать одному, лже-грифон, отойдя, подальше продолжил слежку.

Через некоторое время скучного наблюдения за начинающей светлеть от поднимающегося солнца улицей, в поле зрения появилась группа подозрительных личностей направляющихся к таверне.


Для Индрика перелёт между Бастионом и заставой был просто кошмарен. Мало того, что холодный ветер пробирался даже через двойной костюм собранный из старой гвардейской формы и доспехов Ночного дозора, так ещё и грифон по имени Фесс отпускал в адрес рыцаря всевозможные скабрезности. Не то что, имперцу было дело до их разборок, но в сто первый раз слушать повторяющееся ругательство про маму было невыносимо. Благо летящего рядом Морса они достали не меньше, и он так рявкнул на грызущихся между собой новобранцев, что те даже на пару секунд сбились с траектории полёта. На границе возникли небольшие проблемы с “таможенниками", но таинственный латник смог всё разрулить. Проходя внутренний двор крепости, лоялист понял – здесь поработали Астартес. Не одно оружие, кроме разве что осадных машин (которые тут, судя по всему, были большой редкостью) не могло устроить столь глобальные разрушения, да и спутать глубокие выбоины, оставленные болтерным огнём, он не спутал бы ни с чем. Кадианец был наслышан о покинувших планету десантниках, но так же гуляла информация о том, что с улетающими храмовниками не было их капитана. Лучик надежды закрался в душу к верноподданному Империума – найдя и установив контакт с лучшим воином человечества, у них мог появиться шанс остановить скверну, медленно расползающуюся по этой планете.
―…лучше поздно.

Отвлёкшись от теорий очищения целого мира, человек увидел перед собой задние ворота, которые в сравнении с главными были невредимы. Оказывается, в глубокой задумчивости он не заметил, как вместе со своими спутниками миновал всю крепость и теперь они были почти у самого её выхода. Послышался скрежет металла, и тяжёлые створки начали нехотя расходиться в стороны, открывая новым гостям Эквестрии её первозданную красоту. Все кроме ворчащего Вестфорда замерли, не в силах шевельнутся – После адского перелёта через занесённое снегом и льдом королевство, солнечная и приветливая страна гармонии казалась настоящей землёй обетованной. Даже не верилось, что всего один крепостной двор, отделяет обласканную теплом Эквестрию от скованной льдом и холодом родины грифонов. Один вид расстилающейся перед ними зелёной долины заставил пятёрку посланцев невольно вспотеть и как только они вышли за пределы заставы, слыша за собой звук захлопывающихся створок, новое, противоположное замерзанию ощущение навалилось на них. Отойдя совсем немного в сторону, все, кроме кадианца стали с остервенением скидывать с себя меховые доспехи, давая яркому солнцу приятно греть шерсть и перья.
― Вот что значит жить в невежестве, позабыв о приличии. ― Безымянный рыцарь, разделяя взгляды человека насчёт ношения одежды, встал рядом.

Хотя строение тел грифонов и подходило для нагих прогулок без “сверкания” причиндалами, Морс по старой привычке остался в неудобных штанах, чего нельзя было сказать о Фессе и Бладнайф, которые, уже широко расставив крылья и откинув назад головы с красовавшимися на них довольными улыбками, принимали редкие для них солнечные ванны.
― Ну и жара! А вы не собираетесь раздеваться? Смотрите, а то сварите яйца вкрутую. ― Пакуя свой комплект брони, ухмыльнулся Вестфорд.

Из-под стального забрала послышалось тяжёлое дыхание, вызванное то ли высокой температурой быстро нагревающей металл, то ли симпатичной грифоншей без одежды, впервые попавшей в поле зрения латника.
― Отвернитесь хотя бы. ― Сдавшийся под натиском мягкого климата лоялист, начал снимать с себя накинутую поверх бронежилета, лёгкую броню.

Поймав на себе изучающие взгляды, он невольно остановился. Даже стоящий рядом безымянный с плохо скрываемым любопытством косился на солдата.
― Вы чё? ― Переводя взгляд с одного грифона на другого, спросил Индрик.
― Как это чё? Нам, или, по крайней мере, мне очень интересно: как ты выглядишь без одежды. ― Наёмница, стоя на четвереньках, слегка наклонила набок голову, как обычно делают неразумные звери, оглядывая предмет своего интереса.
― Не дождёшься. ― Имперец поводил плечами, проверяя прочность лямок своего ранца. ― Идём?

Продолжив путешествие к столице пони, трио раздетых грифонов, словно издеваясь над товарищами, решили не лететь по жаре, а для начала прогуляться до виднеющегося впереди луга. Приказ Вестфорда не обсуждался и гвардеец, со злостью оглядывая приветливые пейзажи и не видя ни одной речки поблизости, снял с себя маску со шлемом и плащ, но, несмотря на лёгкую “разгрузку”, продолжал париться в своей карапсовой защите. Рыцарь выглядел ещё хуже – пыхтя словно паровоз, он плёлся в конце цепочки, иногда доставая из внутреннего кармана флягу и выливая прямо себе в шлем её содержимое.
― Может, всё-таки снимешь свою броню? На тебя смотреть жалко. ― Индрик поравнялся с тяжело прущим вперёд грифоном. ― Ты на меня не смотри – у меня анатомия такая, что… в общем мне можно и потерпеть, а вот ты уже дымишься.

И, правда – нагретые пластины с шипением растворяли пролитую воду в мгновение ока, превращая её в пар.
― Я не могу… не сейчас… ― простонал нагретый до состояния кипения рыцарь. ― Благодарю за поддержку… а теперь иди.

Оставив упрямца в покое, лоялист поравнялся с Вестфордом.
― Морс, думаю надо найти тенёк или речушку. ― Кадианец указал на еле переставляющего лапы латника, плетущегося в конце. ― Он сейчас завалиться.
― Его никто не заставляет тащить на себе ненужную в данный момент броню. ― Грифон на ходу расправил крылья, подставляя их лёгкому встречному ветерку. ― А если завалиться… Мы ему поможем, а заодно снимем его неудобный шлем. ― Не сильно обращая внимание на ошарашенный взгляд гвардейца, грифон пояснил. ― В Бастионе служат не только преступники. Иногда к нам приходят и добровольцы. Чаще всего это потерявшие всё, включая смысл жизни, грифоны или ещё реже представители других рас – благо после недавней войны они до сих пор подтягиваются. Так вот: те, кто пришёл добровольно имеют ряд преимуществ над своими подневольными братьями и один из них это возможность не раскрывать свою сущность. ― Ветерок усилился, развивая порядком облезшие перья, вызывая на испещрённом шрамами лице довольную ухмылку. ― Я был категорически против такого правила, ведь тогда к нам могут набежать кучи скрывающихся от закона преступников и тогда без того далеко не идеальный коллектив ледяной стены превратится в сборище отъявленных головорезов. Так вот – обрекая себя на пожизненную защиту огромной глыбы льда, прибывшие по своей воле, получают некоторую неприкосновенность, и право на анонимность входит в её число. Поэтому даже будучи старшим по званию, я не могу просто так взять и заставить его открыть нам свою личность. Ну, ничего, сейчас он перегреется на солнышке, упадёт в обморок, а мы, оказывая ему первую помощь “случайно” снимем шлем, заодно узнав, кто он такой.
― Хех, умно. ― Завидев вдалеке выстроенный прямо в скале белоснежный замок, имперец невольно остановился. ― Это и есть Кентерлот?
― Мда, он самый… ― Волна грустных воспоминаний захлестнула ветерана Ночного Дозора, отбивая у него всякий интерес, растягивать прогулку. ― Слушайте мой приказ! ― Скомандовал он хриплым голосом. ― Хватит нежиться на природе, пора и полетать. Итак, двигаемся стандартным построением. Кто понесёт человека? Эй, а ну стоять! Кому говорю стоять!

Парочка несуразных грифонов, делая вид, что не слышат Вестфорда, быстро взлетев, стала удаляться в сторону столицы гармонии. Матерясь на неизвестном человеку диалекте, Морс, взлетел следом. Из летунов остался только пыхтящих, истекающий потом рыцарь.
― Донесёшь? ― Не вдаваясь в лишние подробности, спросил гвардеец.

Тот лишь оскорблено щёлкнув клювом, стал разминать суставы. Когда, наконец, с подготовкой было покончено, безымянный, подхватив под плечи человека, звякая тяжёлыми стальными латами, устремился в голубое безоблачное небо.

Чувство полёта по Эквестрии разительно отличалось от аналогичного ощущения в королевстве грифонов. Даже не смотря на то, что гвардейца нёс исходящий паром, вот-вот готовый рухнуть грифон, тот всё равно наслаждался чувством всепоглощающей свободы присущим каждому существу способному самостоятельно летать. Голубая лазурь приятно игралась солнечными лучиками, частенько, словно специально пуская их в глаза, заставляя невольно жмуриться. Пролетающие мимо крылатые лошади прекрасно контрастировали с… ЛЕТАЮЩИЕ ЛОШАДИ?!!

Впервые увидев пегасов вживую, Индрик заворожено смотрел на яркий радужный след оставленный одним из них. Он ещё мог смириться с грифонами – они наполовину птицы, да и в старых имперских учебниках упоминалось о похожих на них ксеносах. Но лошади… то есть пони с крыльями это уже слишком. С рогом – нет, а вот с крыльями…
― Я больше не могу… ― Еле слышно пробормотав эту фразу, грифон, резко спикировал в сторону, идя на посадку.

К облегчению его, не успевшего окончательно понять, в чём дело пассажира, они приземлились на широкой лужайке, укрытой сенью лиственных деревьев. Как только человек коснулся земли, рыцарь, упав на колени, устало перевёл дыхание.
― Кхх… Кхх… обещай, что никому не расскажешь о том, что сейчас увидишь.
― Что происходит? ― Резко спросил гвардеец, проверяя ремешок на котором через плечо висел лазган со снятым штыком.
― Не беспокойся, я не собираюсь с тобой драться… ― Кашель прервал речь безымянного, но он быстро совладал с собой. ― Я сейчас задохнусь… обещай, что будешь молчать.

Кадианец сразу всё понял.
― Обещаю.
― Этого мало, теперь поклянись самым дорогим в твоей жизни. ― Упёртый латник хотел полностью убедиться в честности своего попутчика.
― *Вздох* клянусь честью Хоруса. ― Устало, стараясь вложить в сказанное как можно больше пафоса, чётко произнёс гвардеец.

Благодарно кивнув, рыцарь, продолжая тяжело дышать, поудобней усевшись на травяном ковре начал медленно стягивать непослушный шлем…