Маяк-14

Маяк-14

— Борт-33779 Маяку-14, капитан Дерпи на связи.

Ни время, ни полоса пропускания в 4кГц не заставили бы меня ни с чем перепутать этот голос. Последние несколько недель каждый раз он под утро приходил ко мне во сне, то ясный и отчетливый, то пропущенный через фильтр и сжатый с потерями. Тогда, проснувшись, я перечитывал ее последнюю радиограмму.

— Борт-33779 Маяку-14, говорит капитан Дерпи. Кажется, я ошиблась в расчетах и прыгнула в паре единиц от тебя. Здесь хороший сигнал с третьей антенны, постараюсь выправить курс. Если все пойдет удачно, по инерции докачусь до тебя месяца через полтора. Жди.

Жди. Все эти годы я только и делал, что ждал. Теперь уже я не уверен, что когда-либо занимался чем-то другим. Но здесь, на краю галактики ожидание само по себе становилось наукой и искусством. Не так просто чего-либо дождаться, когда внутри наполовину спящей станции ты медленно, не более десятка километров в секунду, летишь вдали от звезд и планет. Пока у меня получалось...

— Борт-33779 Маяку-14, капитан Дерпи на связи.

Я включил питание стыковочной системы. По экрану побежали строки загрузочной диагностики, в окошке первого канала я увидел огни шлюза и знакомые, пока еще нечеткие из-за помех очертания разворачивающегося почтового корабля.

Поймалась основная частота Борта — и в окне второго канала увидел лицо Дерпи. Как обычно, один ее глаз будто пытался разглядеть меня меня в объектив веб-камеры, а другой сосредоточенно следил за приборами и панелью управления.

— Маяк-14, Борт-33779 запрашивает стыковку. Маяк-14 ты там живой вообще?

Наконец, стыковочная система загрузилась и показала чистое окошко терминала. Можно было отвечать.

— Маяк-14 на связи, привет Дерпи. Трекинговый луч отключен, стыкуйся вручную к первому шлюзу.
— Есть вручную,- фыркнула она и, подав мощности на маневровый двигатель, пошла на первую попытку. Станцию чуть тряхнуло. Это значило, что у меня в запасе было минимум минут двадцать...

Через полчаса голос Дерпи раздался уже по интеркому.

— Так, я куда-то зашла, дай сюда свет.
— Автоматика не работает, на стене должен быть пульт... Нашла?
— Угу.
— Приготовься, я включаю у тебя гравитацию. Два. Один. Гравитация на 50% от номинала... 60... Все в порядке?
— В полном.

На экране интеркома я увидел ее, валяющуюся вверх ногами где-то в углу отсека.

— С возвращением на Маяк-14. Поднимайся в северное отделение...

Споткнувшись, Дерпи с разбега уткнулась в меня носом и посмотрела снизу вверх. Иногда в таки моменты ее глаза фокусировались в одной точке, и мне почему-то становилось не по себе. Ей, видимо, тоже.

Она растерянно сделала шаг назад, поежилась, потерла руки в шерстяных варежках и выдохнула на них струйку пара.

— Холодно тут у тебя.
— Экономлю, емкости осталось... — она не дала мне договорить.
— Я печеньки принесла.
— Садись, чайник уже закипает, — я кивнул в сторону...

Она пила горячий чай из термоса и смотрела в окошко иллюминатора, где за помятым боком пристыкованного Борта-33779 в сотнях световых лет блестели маленькие холодные неподвижные звезды. Вернее, вращающиеся вокруг нас со скоростью 0.2 радиана в час.

— А потом я полечу воон туда, — Дерпи тыкала пальцем в стекло, запотевшее от ее дыхания, — Это Г-1618. Всего несколько парсек и год пути на почтовом корабле. Там должен хорошо ловиться твой синхросигнал с пятой антенны (ты же не выключал ее все это время, правда?). Я выровняюсь по нему и отклонюсь на юго-запад.

Мелкие капли на иллюминаторе уже начали замерзать — и Дерпи процарапала неровную линию куда-то в сторону от воображаемой Г-1618.

— Еще года четыре. Или три, если хорошенько разгонюсь, — заключила она.

Она пододвинула к себе клавиатуру. С третьей попытки правильно вбила название звезды и вывела на карту две одинокие точки соединенные тонкой красной линией: Маяк-14 и Г-1618 — в которой начиналась вторая красная линия, уходящая за экран.

Я оставил Дерпи сражаться с qwerty-раскладкой и отправился доливать воду в чайник.

Не знаю, как далеко может прыгнуть почтовый корабль при таком временном ресурсе. Думаю, достаточно, чтобы при малейшей ошибке в расчетах промахнуться на несколько световых лет и оказаться в полном одиночестве где-то посреди звезд. Примерно так мы впервые и встретились с Дерпи почти двадцать лет назад, когда она чудом отыскала в эфире слабый сигнал Маяка-14. С тех пор она трижды возвращалась, чтобы пересчитать маршрут на моем картографическом кластере. Это был четвертый раз.

Я уже заваривал чай, когда Дерпи, наконец, справилась с терминалом. Донесся слабый гул кондиционеров из серверной и замигал свет по мере того, как запускались вычислительные блоки. Значит, у нас было время еще для пары чашек...

Когда последнее печенье было доедено, Дерпи засобиралась в дорогу. На экране ее планшета мигал прочерченный маршрут и плыли какие-то буквы. Она скакала по отсеку, пытаясь надеть зашнурованный ботинок и попутно читала с экрана.

— Я поддала тебе тока, — кряхтела она. — На несколько мегаватт-часов, но обещай, что дашь сигнал в седьмой октант.
— Зачем? Там же никого... — я осекся.
— Не знаю, я так хочу, — она продолжала, — кислорода и воды пока достаточно, сколько-нибудь еще протянешь. Координатная база похожа на актуальную, но наверняка не узнаю, пока один раз не прыгну...

Так мы допрыгали до шлюза. Дерпи внезапно остановилась в шаге от меня и ткнула мне в лицо планшетом с незатейливой замкнутой фигурой на разлинованном полотне карты.

— Смотри, я делаю здесь петлю и снова пролетаю мимо тебя.
— Если погрешность не больше... — она снова не дала мне договорить.
— Шесть лет... Ладно, может семь.

Ее глаза снова сфокусировались на моем лице. Через секунду она резко развернулась и шагнула в камеру шлюза.

— Жди. Все, я полетела...

Щелкнули замки, активировалась команда на выключение стыковочного модуля. На южный мост постепенно возвращались мрак и космический холод — и я поспешил наверх. Здесь уже не слышался гул серверов и было привычно тускло. Через маленький иллюминатор за мной все так же наблюдали далекие безразлично жестокие звезды.

Я сел за терминал и пододвинул к себе клавиатуру. Память обманывала меня, но пальцы четко помнили нужную последовательность команд. Замигали датчики второй антенны, а на индикаторе мощности поползли вверх ватты. Уже минут через десять в седьмой октант полетят одинокие электромагнитные импульсы, и где-то совсем в другой стороне капитан Дерпи пойдет на первый прыжок.